Девочка Маша была мечтательницей и фантазёркой. И было ей всего 8 лет. Кто в её годы не мечтал и не фантазировал?
Вот как-то, играя во дворе своей хрущёвки-трёхэтажки, нашла Маша странную пластмассовую коробочку. Такая плоская коробочка, ничем особым не приметная и банального чёрного цвета. Только выступы на её боках были странными, что очень завораживало и давало повод фантазировать без преград. Скорее всего, это была часть какого-то более крупного объекта из пластмассы. Да какая Маше разница, что это на самом деле! Для неё это было сокровищем. Почти Миелофоном! Кто помнит советский фильм для детей "Гостья из будущего"? Вот-вот. И самое важное, что коробочка та открывалась и закрывалась. Подумаешь, выступы сверху!
Помчалась Маша с находкой домой. Отмыла коробочку от насохшей грязи. Подумала-подумала и решила написать письмо в будущее. Благо, никто помешать сосредоточится не мог - родители на работе, сестрёнка в детском саду. Пиши себе - не хочу. И получилось у неё примерно следующее...
"Здравствуйте, уважаемые и дорогие люди из будущего! Я Маша. Мне 8 лет. Учусь во втором классе средней школы имени В.И.Ленина. Дедушка Ленин - это тот дедушка, который подарил нам Советский Союз. В Советском Союзе жить очень хорошо. Все люди добрые и честные. Нас учат и лечат бесплатно. У нас есть квартиры и все родители ходят на работу. Там они получают зарплату каждый месяц. А ещё в школе у нас есть октябрята, пионеры и комсомольцы. Они тоже очень честные и добрые. Они уважают старших и помогают строить коммунизм. Поэтому собирают макулатуру и металлолом. И я тоже им всегда помогаю потому, что тоже скоро стану октябрёнком. Это очень почётно.
Наверное у вас давно уже коммунизм? Ведь дедушка Ленин и его друзья обещали, что скоро на всей планете наступит коммунизм. Это когда все люди станут ещё лучше и добрее. А ещё, совсем исчезнут преступность и война. И все люди на земле станут дружить и любить друг друга. Хорошо, что у вас это всё уже есть. За это я вас люблю заранее и всех крепко обнимаю. И для меня вы ещё больше уважаемые и дорогие. Ваша Маша из 1973 года 20-го века, ученица второго класса."
Девочка Маша запечатала письмецо в почтовый конвертик, не заботясь проверить грамматические ошибки в тексте. А они там, конечно же, были. Но разве это главное? Конверт она сложила в несколько раз. И умница! - даже упаковала его в полиэтиленовый пакетик, чтобы предохранить от сырости. Не знала тогда Маша, что полиэтилен быстро разлагается. Драгоценное письмо она утрамбовала в волшебную коробочку и плотно её закрыла. Вышла Машенька во двор и, оглянувшись, не видит ли кто, закопала коробочку сбоку дома.
И не важно, что сама Маша на долгие годы забыла об этом письме. Главное, что она сразу была уверена, что письмо обязательно дойдёт до адресата. И если ты, уважаемый и дорогой читатель, прочитал его, то ведь дошло! И поэтому я тоже тебя заранее ещё больше уважаю и люблю. И крепко обнимаю! Всем Мира, Добра и Любви!

По крупице из россыпи будничной
Соберу малых радостей свет
И в растворе из солнечных лучиков
Замешу. Почему бы и нет?!

Налеплю разноцветных кирпичиков
И построю уютнейший дом.
Не заблещет он внешним величием,
Но тепло и светло будет в нем.

Облицую снаружи -
Конечно же! -
Летом,
Осенью,
Дивной Весной...
А с фасада и
Зимушкой снежною.
Год за годом,
СтенУ за стеной.

А потом все, что сердцу так дорого,
Расстелю и развешу кругом.
Посмотрите же, как это здорово!
Как прекрасен мой Солнечный дом!

В небе разлилась дорога,
как из кринки молоко.
Подожди меня немного -
мне до неба далеко.

Мне пройти б земными стьгами
и прорваться сквозь ады.
Вот тогда встречай с цветами
в свете вечной пустоты.

Может там совсем не пусто
и найдется мне приют?
И в лачугу кто-то пустит,
где о вечности поют?

Где все скромно, но уютно,-
сразу стану близкой всем.
Ведь любить совсем не трудно,
там, где нет земных проблем.

Подожди меня немного,
мой желанный Млечный путь.
Доберусь к тебе высоко,
чтоб на звездах отдохнуть.
___________
стьга - на древнерусском дорога, отсюда ''не видно ни зги'', ''стёжки-дорожки''.

Свой кукольный домик я строила долго.
Вещей дорогих накупила вагон.
Но в зримой уютности не было толку:
Он даже не кукольный - карточный он.

От гроз и туманов, ветров и морозов
Раскис и распался, впечатался в грязь.
Наверное строила криво да косо...
Начну-ка с нуля, всем святым помолясь.

Ночь - блудница...
Мне не спится...
В небе полная луна...
Мне бы допьяна напиться.
Нагуляться бы сполна.
Завязать бы сердце натуго,
Чтоб не било и не жгло,
И забыться долго-надолго
Невезению на зло.
Убежать бы в чисто во поле,
Запетлять свои следы,
И с себя, как листья с тополя,
Скинуть все до наготы,
Окунуться в зелень-травушку,
Окропиться бы росой -
Смыть горючую отравушку,
Что не выпала слезой.
Зашуметь бы темной рощею
Над упавшею звездой,
Иль травиночкою тощею
Молча сгинуть под косой.
В дикой одури волчицею
Завывать в лицо Луне,
Иль в ночи зловещей птицею
Глухо ухать на сосне.
Иль крестом могильным, высохшим,
Стать на выжженной скале,-
Чтоб ушедшим и невышедшим
Охранять покой во мгле.
Мне не выплакать не выстрадать
То, что в сердце через край.
Заморочила нечистая,
Хоть ложись да помирай.
Смотрит мне в глаза бессонные
Сквозь отдушину окна
Ночь -
Блудница беспризорная,-
Безприютна и...
Без дна...

Как ты ненавистен мне,ящик почтовый,
беззубо ощеривший пасть,
нутро ледяное,
как душу пустую открывший.
И нечем согреться,
и нечему в руки упасть.
Чего ожидать от забвенья
в пространстве застывшем?

Пустое железо,
прости за ненужную злость.
Ты в том не виновно,
что вечно бесцельно пребудешь.
Быть может,случайно
бумажный заявится гость,-
я стану добрее,
а ты улыбаться полюбишь...

День.
Открываю шкатулку заветную, -
Сколько в ней хлама от прожитых лет! -
Пропасть!
Кричу, - "Детка, деточка, где ты?!" -
Всхлипнуло эхо, а отзыва нет.

Где босоногого детства беспечность?
Юных любовей весененность где?
Щупальца памяти шарят далече,
Тщетно пальпируя в "прошлой воде".

Ночь.
Утекают обыденным руслом
Радость и горесть прошедшего дня.
Пусть!
Там - в шкатулке заветной - не пусто.
Кто-то откроет и... вспомнит меня.

Вспомнит прекрасное, доброе, вечное...
Что-то ведь было такое во мне?
Эхо под ворохом ран незалеченных
Счастьем откликнется в бездне...
На дне.

Курлычет нам небо.
Прощально.
Натужно.
Не надо печали.
Прощаний не нужно.
Мы все возвратимы
С весенней травой.
Повторны приливы.
Пульсивен прибой.
Зима тоже та́ла.
Стыл анабиоз.
Есть доля начала
В солености слёз.
Есть в капле дождя
Возрожденье и смерть.
И вечность.
Хотя...
Еще как посмотреть.

Одно мое слово и - искры из глаз,
Волна возмущенья и гнев напоказ.
А что я сказала? Да так...ерунда...
Но крик твой гнетёт... и обида-беда.

Конечно ты, дочка, сильнее меня.
Не жалко ль на мелочи тратить огня?
Страдаю...
Прощаю...
Люблю...
А пока
Не знаю...сказать ли...
Что жизнь коротка?

(по картине Роба Гонсалвеса под названием «Акробатическая инженерия»)

Он строит мост куда-то в небеса.
Материал - людские телеса.
Цирк не уехал. Клоун отошёл.
За пух земли накрыт небесный стол.
Кому билетик? Есть ангажемент!
Не упустите сладостный момент!
Мост бесконечен. В цирке не аншлаг.
Но тут на бис в неведомое шаг.

Крикливая моя душа
Молчком присела на крылечке,
А я лежала чуть дыша
На старой трескотливой печке.

Да вот бы встать... И проводить...
Но будто смерзлись руки-ноги.
Душа, не смей меня судить,
Что не готова я к дороге.

Всё паршивится погода.
Всё нелётны небеса.
И влюбляться неохота -
Не цветёт души лоза...

Знать, не будет винограда
Слёз от счастья и потерь...
Кара это, иль награда?
Как пустыней жить теперь?

Не уйти змеёй гремучей
Мне от Хроноса копыт.
Где же солнца мнимый лучик,
Что в душе ещё болит?

Мой телефон молчит вторые сутки.
Я в одиночестве страдаю без звонков.
И аферисты прекратили резко "шутки",
И лучший друг пропал, исчез - и был таков...

Уже на грани яростных истерик, -
Всем закачу скандал - подругам и врагам.
- Имейте совесть! Я ж не просто неврастеник!
Ещё и матом жару точно всем поддам...

Ведь от расстройства маюсь по квартире -
Туда-сюда по закоулкам и углам.
Дела стоят. Нет ничего важнее в мире
Рингтон услышать и счастливей стать на грамм...

Но смарт молчит, издёвочно-нарочно
Отсасывая силы из души.
- Эх! Вот найду, швырну тебя об стенку точно!
Найдись, родимый! Где ты, милый, подскажи...

Ну вот! Нашёлся! Ах ты, солнышко! Проказник!
Аккумулятор разрядился? Заряжу.
Чтоб для себя порой такой устроить праздник,
Теряйте гаджеты свои для куражу.

Пировать так пировать,
Тазики с салатом!
Ананасы, твою мать,
Стоят как гранаты...

Да не те, что мы едим,
А с военных действий.
Ну возьму хотя б один -
Праздник интересней.

Ёлки нет, так не беда, -
Наряжаю веник.
Ах, какая красота, -
Классика по фене!

Наварганю холодца
Я из сухофруктов, -
Ах какая молодца, -
Дёшево и круто!

Напеку оладушков
Из остатков каши, -
По зу... протезам бабушкам
Объеденье наше!

Горячительного нет?
Нам не по карману?
И не надо тыщу лет -
Чай налью в стаканы.

Тихо с мамой посидим
Перед новым годом -
Настроенье-пилигрим
Сделает погоду!

До полуночи уснём, -
Новый год "не Яшка".
И гори оно огнём...
Главное, что мы вдвоём.
Всё-равно придёт конём
Этот год-милашка!

(стихи на картинку: крокодилы)

Крокодил - он не дебил, а
очень даже мудрый зверь.
Поезжай в верховье Нила,
искупнись и сам проверь.

Перед самым окном на акации крымской,
Ствол обвив, много лет милый Кампсис живёт.
Своевременно пышно, к стеклу очень близко,
Не стесняясь алеть, во все соки цветёт.

А внутри, на окне, по хозяйской затее
Воцарилась Герань, - всё глядит за окно.
Как по осени Кампсис листами желтеет,
Начинает цвести вдохновенно-краснО.

Может, дразнят друг друга? Жалеют? А может,
Посылают в поддержку любовный сигнал?
И никто не стремится, стекло уничтожив,
Пересечь этот хрупкий заветный портал.

Так и будут венчать круговерть эстафеты,-
Тот под солнцем, а эта в домашнем тепле.
Вот бы людям понять философию эту -
Процветать, не губя остальных на Земле.

*из цикла "Полезные сказки"
(расширяем кругозор и лексикон)

Паучок-кругопряд под защитой великого дуба
Паутинку свою растянул между мощных ветвей.
Так до осени жил он безбедно, уютно и любо.
Но пришёл своевременно в рощу октябрь-листвобрей.

Напустил он ветра, до последнего собраны листья
С разновидных деревьев и всех разномастных кустов.
Паучок задремал, не заметив, как с ветренным свистом
Паутинку сорвало в просторы небесных пустот.

Полетел он высОко-высОко в своей паутинке, -
Никогда и не думал, что может так резво летать.
Огляделся спросонья и понял, что всем для разминки
Можно, нужно и очень полезно о чём-то мечтать.

Не грустите, друзья, - залетел он за дальние дали,
Половину планеты увидел с небесных высот.
Лицезрел те края, где мы с вами ещё не бывали,
Где сезоны погоды случаются наоборот.

Так парил паучок. Подсмотрел, где кончается осень,
Лето видел чужое, в чужую вернулся весну.
Пусть там нет ни дубов, ни привычных с рождения сосен,
Но зато разглядел он деревьев других новизну.

Там и ветер утих, что согнал его с милого дуба.
Паутинка осела в ветвях между тёплой листвы.
Паучку снова стало надёжно, уютно и любо.
По нему до весны заскучаю, ребята. А вы?

Ведь когда у нас будет зима, там, конечно же, лето.
А когда ручейки зазвенят, там и осень придёт.
И подуют ветра, и по небу с горячим приветом
К нам вернётся обратно в своей паутинке пилот.

Ну а что про мечты? Ведь мечтам тоже снятся мечтания.
Всем им хочется сбыться. Мечтайте, мечтайте, друзья!
Ведь хорошим мечтам никогда не грозят наказания.
Вместе с вами, позвольте, теперь помечтаю и я.

Глухонемотный блеск
Нетающих снегов
Вдруг разрывает треск
Разрушенных оков...

Что за смельчак посмел,
Не убоясь лавин,
Нарушить пустотел
Нетронутых вершин?

То зазвенел родник
Горячих слов любви,-
И вздыбился ледник
От тоненькой струи...

И ожил дикий край
Непостижимых скал...
И сброшен горностай
Холодных покрывал!

Где хоть на миг возник,-
Средь неприступных льдов,-
Живительный родник,
Там царствует любовь.

Потянуло по раструбам улиц
Беспокойное спокойствие ночи.
Начал воздух о чём-то гугулить
Тёмной птицей, что и слышно не очень.

То ли в завтра зовёт, то ли плачет,
То ли бульканьем пугает прохожих,
Кто в ночи затерялся, как пальчик...
Ну, как перст, - тут уж кому как дороже.

Как привычнее, слаще, страшнее
В одиночестве шастать в одиночку,
Предыдущие сбросив трофеи
В пропасть прошлого. И ладно. И точка.

Ветерок преддождевой сер и волгл.
Грустным небом придавило дома.
Приноси скорей свой шёлковый долг -
Пусть падёт в пески воды бахрома.

Пусть подольше зеленеет земля
Деревами и пустынной травой, -
Безосадковой зимой отболя,
Скоро снова обернёт в сухостой.

Нагоняй грозу, хмурной ветерок.
И прохлады майской лей - не жалей.
Натанцуй нам степ и бешеный рок,
Напои весной, беспечный диджей!

Отцвела турецкая гвоздика.
Оторвав коробочку семян,
Не ждала такого биопика, -
Из неё посыпалась семья!

На ладонь с семянками упали:
Крупный белопузый паучок;
Таракашка с крылышками; далее,
Два малюськи-паучка ещё;

Гусеничка и коровка божья,
Куча мелких блошек, даже клоп!
Прыснули с ладони. Это что же...
Мало надо, поместиться чтоб?!

Почему же людям не живётся
На огромном шаре на земном
Так же дружно? Кто-то с кем-то бьётся,
Воспевая только свой геном.

Значит, эти мелкие тварюшки
Помудрее "сапинсов" иных!
Не плетут, не чинят заварушки,
Существуя в мире без войны.

Шар светящийся
с неба падает
прямо в душу мне
жарким солнышком.
И дожди-дожди
водопадами
орошают вне,
да по зёрнышку.
Так хотелось бы
не кончалось чтоб...
что отколото,
всё проплачено.
И в конце тропы
не упасть в сугроб.
Если проводы,
То не плачами.

Печать застыла на лице
Разлуки, скорби и печали...
Как было хорошо в начале,
Как неприемлемо в конце.

Кто утвердил нам путь в далёко,
Где миг мы вместе, годы врозь?
Неужто свыше повелось
Играть с любовью так жестоко?

Кто тот, кому не в радость жизнь,
Где двуединство выполнимо?
Так вот же - есть! Но снова мимо.
И все сочувствуют: - Держись!

В Сансары колесо вступаем,
Как белки в бесконечный бег, -
Как ни старайся, человек,
Фортуна всё же не слепая.

Ведь только в сказках есть клише -
В единый день покинуть Землю.
Судьба безжалостно разъемлет,
Чьи души "на карандаше".

Опять родясь в безумном мире
Разъединённых половин,
Средь женщин чуждых и мужчин,
С судьбой мы боремся в турнире

За ту священную любовь,
Что где-то близко, где-то рядом...
А коль нашлась, то верить надо,
Что будет счастье наизновь.

"Жизнь прожить - не поле перейти"
(тавтограмма о возрасте и вселенском одиночестве поэта)
______________

Пойду, посмотрю, почему перепёлки примолкли.
Пройдусь по полям, проводить паутинок полёт.
Послушаю песнь поднебесья прощаньем проволглым, -
Подарит перо предпоследний пернатый пилот.

Поймаю, припрячу перо под печалью подушки.
Последний - пусть пёрышко примет попозже, потом...
Потом, - предвесенней порой, - полевой потаскушкой
Протяжливо плача, посмертно притихну пластом.

Покроется порослью прах. Посмеётся подснежник.
Пшеницей поля поплывут. Перезреют плоды.
Парсеки презрев, полетит пустозвон-пересмешник*,
По пыльным планетам полей прославляя пласты.
__________
*пересмешник - птичка.

Под сердца стук,
Под стук колес в ночи,
Плывет земля
Уснувшими полями.
И тополя
Бежать не успевают
За тем, кого сегодня поезд мчит,
И тают
В темноте...
И огоньки
Притягивают жаждущее сердце
Своим теплом,
Как жестом вскинутой руки,
Которая зовёт меня погреться...
И хочется наскучивший вагон
Покинуть,
Не волнуясь о поклаже,-
Оставить в неподъемном саквояже
Все то, что так вчера сулило трон,-
И - вон! -
Уйти к зовущему огню...
Навстречу
Дню!

Зарождавшийся день
за оградой прокуренных стен,
окруживших толпу,
как начинку слепого загона,
замерцал в темноте...
И ночной пошатнувшийся тлен,
как обугленный дух,
растворяясь, отстал от вагона.

Заоконная муть
оседала и розовый свет,
разливаясь с небес
в духоту через грязные стёкла,
просочился, как ртуть,
размывая темнеющий след,
что старательный бес
оставляет в отместку за пёкло.

И людской негатив
проявился, как старая быль,
утомляя глаза,
становился все чётче и ярче.
Под тоскливый мотив
кто-то рядом, вскрывая бутыль,
в оправданье сказал:
- Извиняйте, не можем иначе.

Чье-то чадо взревело.
Послышался смачный харчок.
Завоняло едой.
Протащились с нытьем попрошайки.
Похмелясь, осовело
уставился в день старичок
и невнятной слезой
промокнулся от взглядов в потайке.

Эта грязь, эта вонь,
эти вечные вздохи и храп
поселились, как дома,
в вагоне, - и лучше не будет...
Под хромую гармонь
мысль по нервам прожгла, как искра, -
"Все, кто в чреве вагона,
по сути - хорошие люди!"

часть 1
(ц,ч,ш,с,з,щ)

Царица-ночь шутя на цыпочках танцует.
Цикады цокают, целуя тишину.
И царедворец-месяц танцу в такт гарцует,
В каскаде звёзд предвосхищая вышину.

А от мерцания разрозненных созвездий
Струится сладостный целительный поток
Бесценных снов - и венчики соцветий
Всё зрят во сне своём развенчанный восток.

Застывший сонм в ночи восходы видит снова,
Но не спешит спастись от грёзовых сетей.
Оцепенение от царственного слова
Срывает славным своим свистом соловей.

Но шелесты всё тише... тише... тише...
Шаги неслышные наощупь стелет свет...
Лучами солнце в мир потягиваясь вышло.
Звенит заря:
- Я здесь!
Я - День!
Привет!

часть 2.
(ж, с, з, р, ш, щ)

Журчит вода.
Журавль жнивьё межует.
Жестокий полдень плоть живую жжёт.
Жужжат шмели.
Жуки шары шуруют
И птицы режиссируют полёт.

А жёлтый жбан
Разжиженного солнца
Сгущёный жар на землю щедро льёт.
Но что живому?! -
Всё кружит и вьётся, -
Ни хлад, ни зной движенья не прервёт!

Гудит земля -
Ей в окруженьи мило
Божественных, - но жертвенных оков. -
Ей лишь бы жизнь
Шкалу свою вершила,
Мажоря марш торжественных шагов!

Туча белизною натекла...
Как в январь вернула из апреля.
И на землю больно полетели
Бусинки из белого стекла.

Заплясали разнобойно степ.
Разбежалась живность под прикрытья.
Одиноко оставалась стыть я...
Град был злобен и, конечно, слеп.

Что меня заставило стоять
В светопреставлении гремучем?-
В каждой льдинке углядела лучик...
Боль - ничто, коль в сердце благодать!

Посмотри же - солнце встало!
Не печалься, не грусти.
И ненужную усталость
Прочь из сердца отпусти.

Не держи обид тяжелых
И не злись по пустякам.
Взглядом лёгким и весёлым
Вдруг пройдись по облакам.

Подари свою улыбку
Птице, юркнувшей в кусты.
И, поняв несчастий зыбкость,
Снова счастлив будешь ты!

(стихи на картинку)

"Я маленькая девочка.
Я в школу не хожу.
Я Ленина не видела,
Но я его люблю."©
Детский стишок 20-го века
____________
Я маленькая дево... бабуленция.
Я в школу рвусь - хочу учиться век.
Но мне твердят, что у меня деменция,
мол, перечтите лучше "Чук и Гек".

Снег сухой скребется кошкой
По оконному стеклу.
Замело порошей стёжки -
Раскрутила мгла юлу...

Закружило, запуржило -
Разыгрался снеговей.
Жалко ночь в окно завыла,
Мол, впусти меня скорей...

А под утро - вновь безмолвье,
Красота и благодать.
Славно зимушку в зимовье
Возле печки коротать.

­Маленький экскурс по моей Родине - Узбекистану.
*По одноимённому этюду Рубена Назарьяна*
______________
Дороги, дороги, дороги твои...
С любовью по ним меня ноги несли.
Я был как арыки бубнящие песню -
Беспечно бродил, растворяясь в дали.

Пичужьи рулады манили туда,
Где нежностью благоухала джуда
Где пламенно рдели недолгие маки -
Весною душа наполнялась тогда.

Внимала душа стрекотанью цикад,
Скрипению арб на растерзанный лад.
Экстазом пылинок, целованных солнцем,
Душа упивалась - я лету был рад.

Осенняя вслед приходила пора.
Поблекши шуршала в полях джугара,
Свою лебединую шею сгибая.
И сердце сигнально стучало, - "Пора!"

И снова я шёл, окунаясь в мечты,
Где пурпурный пламень рождали листы
Урюка,
что щедро растет вдоль дороги,
И зрели в янтарь винограда плоды.

Когда меж ветвей обнаженных садов
Озлобленный ветер, не знающий слов,
Гудел в завываньях неистовством джиннов,
Я шёл по дорогам на призрачный зов.

Духмяно струился кизячный дымок,
Маня к очагу.
Но не сразу он мог
Свернуть меня к дому с промозглой дороги
И вынуть из таинства стертых сапог.

Дороги, дороги, дороги...
По ним
Я мчался, как речка по весям твоим.
Впадал в города, как в моря и озёра,
Где мир беспокоен и необозрим.

Вливаясь в стозвучный поток новостей,
Вздымался на гребень бурлящих страстей
Бескрайнего всуе людского прибоя.
Чинарами плыл в глубь ташкентских аллей.

Меня в Самарканд заносила праща.
К Темуру в гробницу входил, трепеща.
И там -
в тишине исторических сводов -
Он будто бы лично меня навещал.

О, диво! - напевный вдруг слышался стих.
И чудился топот слонов боевых.
И бились тараны в китайскую стену,-
Всё мнился мне гул от ударов глухих.

Свирепою конницей мялся ковыль.
Вставала империя в мощную быль.
И крепла воочию власть джехангира...
Но сыпались грезы как бренная пыль.

Я с жадностью взглядом ловил в Фергане
Прелестных красавиц, подобных луне.
Мечтал, что в лазурном дыхании мая
Весь жемчуг улыбок достанется мне.

Но мимо счастливые плыли они
В прозрачности дня несравненностью нимф,
Смеялись в глаза пестротой разноцветья
Шелков,
что, как воздух струились по ним.

Я был, (если вечер стоял у ворот
Святой Бухары),
там, где вечность живёт.
Где зримо закат вяжет в розовый узел
Косых переулочков пыльный разброд.

Я видел, как вдруг поцелуем легло
На мудрое древнего града чело
Блаженство
от сумрачных бликов шафранных -
И тяготы дня в забытье унесло.

Дороги, дороги, дороги - года.
Бесценны маршруты людского труда,
Где горы на вид невесомого хлопка
Всё тянет тяжелых телег череда.

Снуют вереницы машин грузовых.
Струя легковушек врывается в них.
Лишь изредка ослик пройдет семеняще -
Везёт старичка, что в заботах своих...

И вновь меня память в дорогу зовёт.
Вот та чайхана.
И шашлычная вот.
Прохладная зелень Ферганской долины.
И синь зерафшанских безудержных вод.

А вон Сырдарьи плещет желтый поток.
А там на вершине белеет плато -
Обманчива близость гор Аманкутана,
Но свежего ветра приятен глоток.

Хлопчатника мимо несутся поля.
Плантации риса. Сады. Тополя.
И вижу я в жизненном калейдоскопе,
Как дышит надеждой родная земля

И верит в народ, что в трудах неустан.
Священен твой дух.
Непреклонен твой стан.
Ведь мы, словно в будущее дороги
Твои, мой незыблемый Узбекистан!

Мой город возведён не где-нибудь...
Не в прериях, не в глубине саванны.
Из края в край шагали караваны -
Здесь Шёлковый располагался путь.

Меж древних скал, где мАстерской рукой
Начертаны петроглифы искусно
И первые стихи слагались устно,
Чтоб возбудить охотничий настрой.

На тех рисунках странное зверьё.
В полосочку верблюды словно тигры...
И тех эпох мотив давно отыгран,
Но живо удивление моё.

Тут прошагали славные войска,
Оставив нам глаголом древнерусским
Былые имена в проходе узком
На камнях, что меж горок из песка.

А дальше, в продолжении пути,
Холмы те возлегли верблюжьим стадом.
Вершины их в полоску, - это ж надо
С петроглифами связь теперь найти!

А вот развилка "шёлковых" дорог.
Всё так же меж холмов, где под вершиной
Построили стоянку спадасины,
Что грабежом орудовали впрок.

И до сих пор стоянка их цела,
А караванов нет уже в помине,
Но ночью можно слышать по пустыне,
Как стонут там поверженных тела.

То ветер Кызылкума помнит всё.
И плачет в темноте их голосами.
Не верите? Так убедитесь сами,
Как вторят ветру прах и ковыльё.

Наш путь теперь в равнинные пески
Лежит через такыры и барханы.
Колодцы рылись в них для караванов
В жаре несносной зною вопреки.

И впредь сладка для путников вода
Среди солончаков и саксаулов.
И в честь колодцев названы аулы,
И носят их названья города.

А там, где на обширности песков
Доступны были только три колодца,
Построен город под палящим солнцем.
Он имя Учкудук несёт с азов.

Пусть в городе моём колодцев нет,
Но путь, что назван Шёлковым когда-то,
Название навеял как награду
Из глубины давно минувших лет.

И пусть забыто много с тех времён -
Крупицами доныне доносилось.
Пустыня человеку покорилась,
Но список всех названий сохранён.

Мой город возведён не где-нибудь...
Не в прериях, не в глубине саванны
Из края в край шагали караваны -
Здесь Шёлковый в сердцах хранится путь.

"Я знаю — город будет, я знаю — саду цвесть,
когда такие люди в стране в советской есть!" В.Маяковский
______________
Город наш родной - прохлады вестник
На пустыней выжженных дорогах.
Он - оазис, не мираж, как в песне.
Прошагали с ним довольно много.

Он отец наш, но почти ровесник.
Он - апрель, а мы - седой декабрь.
И для нас всегда он будет песней,
Мы же - в небо уходящий табор.

Нет давненько в парке постамента,
На котором громкий Маяковский
Буквами гласил нам без акцента
"Будет сад" - народ у нас таковский!

Возвели! И процветает город,
С каждым годом только молодеет.
Станет мегаполисом - и скоро! -
Нами воплощённая идея.

Наши имена исчезнут всуе,
Учкудук* же пусть цветёт веками!
И рахмат*, что в счастье трудных судеб
Эти годы был на равных с нами!
____________
*Учкудук - в переводе с узбекского языка уч-три, кудук-колодец, отсюда Три-колодца. Город назван так в честь небольшого отрезка местности пустыни с тремя колодцами на Великом Шёлковом Пути.
*Рахмат - в переводе с узбекского языка спасибо.

­­­­­Пришла зима на наше полушарие.
А в Кызылкуме* снега нет и нет...
Нас солнце этот год нещадно жарило
И мухами атаковало вслед.

В соседних городах колдует зимушка -
Покрыла их одеждами из грёз.
Пустыни горемычная долинушка
Мечтает о явлении всерьёз...

И небо всё старается нахмуриться,
Но солнце пробивает хмарь лучом.
Проклёвывает тучи, словно курица,
И льётся снова, будто ни при чём.

Пустыня ждёт и люди вожделенного
Налёта новогодних белых мух,
Чтоб праздник загремел на всю вселенную,
Возрадуя зимой глаза и слух.

Пока покровы будут греть подземное*,
Что благостно заснуло до весны,
Извне пусть разгуляется богемное
И головы кружИт от белизны.

Пусть, хохоча, летят снежки коварные.
Пусть хруст снежинок балует шаги.
За всё, природа, будем благодарны мы.
Поддай зимы и снегом помоги!
______________
*Кызылкум - пустыня Средней Азии, в переводе с узбекского Красный песок.

*покровы будут греть подземное - известно, что слой снега греет, а не замораживает корни и семена растений.

Пряный запах листвы
бьёт в сознанье дурманом осенним.
Я иду по аллее,
а дождь моросит по лицу.
За озябшим кустом
кто-то сладко урчит в вожделеньи,-
(Видно, кость во-спасенье
бездомному кинули псу).

В глубине октября
от чего-то бегут суетливо
Силуэты машин,
силуэты продрогших людей.
Это капли дождя,
обжигая холодной крапивой,
Их торопят домой
под защиту компота и щей.

Вот и уличный кот промелькнул,-
(всё дела у бедняги),-
Голод гонит его
под разящие стрелы дождя...
Только мне хорошо!
Я, под видом хмельного бродяги,
Упиваюсь погодой
и осень вдыхаю любя.

Что-то снежатся марта
серединные дни.
Солнца стынут петарды,
скупо сыплют огни...

Ты не плачь, не печалься
экс-царица Зима,
что Весна рвёт на части -
на капель и туман.

Пресс-щепоткою пальцев
отпечатаю в снег
убегающей кошки
легковесный разбег.

Ту "маршрутную карту"
в миг зиме передам,-
"Убегай же из марта
по кошачьим следам!"

А весне на недельку
пропишу бюллетень,-
вот такие заботы
на сегодняшний день.

Солнце изливало жар вчера.
А сегодня хмурь и значит скоро
Птицы лягут грудью на ветра
Трассами небесного простора.

Флора сбросит мёртвую листву
Властью заторможенного сока,
Отдаваясь снова торжеству
Вечно подводимого итога.

И разверзнет небо закрома,
подчиняясь слову громогласа.
Налетят морозы, а зима
Растранжирит снежные запасы.

Древняя природа никогда
Череду времен не нарушает.
Ты поверь, замерзшая вода
От тепла и нежности растает.

Ни слезы судьбе не выдавай,
Даже от потерь своих жестоких.
Снова будет март и будет май,-
Пусть дожди поплачут с туч высоких.

Сердце для расцвета приготовь,-
У надежды не бывает смерти!-
Возрожденье новую любовь
Приведет по вечной круговерти.

Мы все реже взгляд кидаем в небо,
Сильно заземлившись в суете.
Заняты сиюминутным хлебом,
Позабыв о вечной красоте.

Молимся ему, в него не глядя.
Воздаём надежды и мечты.
А они плывут в небесной глади -
Что им наши цепи-хомуты?

А они пребудут величаво
В вышине, не замечая нас,
Символом извечного начала,
Амулетом для счастливых глаз.

Может статься, в них судьбы подсказка -
Образы, химеры, образа.
Чтоб шагнуть душой в живую сказку,
Стоит только возвести глаза.

Чаще окунаться взглядом в небо, -
Очищать сердечное нутро.
Обретать себе же на потребу
Красоту,
Спокойствие,
Добро.

Смотрю на ручей,
как беспечно с безудержной прытью
Бежит он куда-то. Ещё не река, но ужЕ
В стремленьи своём он - событие в жизненной быти.
Он только такой!
Он прекрасен в своём неглиже!

Бормотно струится вода:
иль ворчит на кого-то,
Иль сказку слагает,
иль вечную песню поёт?..
Спеша в горизонт,
постоянно готова к полёту
В эфирную высь,
если солнце её позовёт.

И так бесконечно,
меняя характер и русло, -
Из недр к небесам,
а с небес в преисподнюю дырь, -
Несёт свою суть,
заполняя где сухо и пусто,
Во власти низвергнуть
и вновь возродить этот мир.

Не так ли и мы,
как источник, приходим на Землю? -
Смятенной душой
то взлетаем, то падаем в ад.
И каждый из нас,
всё же, личное русло приемлет.
И каждый из нас
сам в себе и во всем виноват.

(шуточные стихи на картинку: Сидела женщина, скучала...)

Сидела киллерша без дел, увы, скучала...
Заказов не было давно - хоть в чайник дуй!
С триумфом в Книгу Гиннеса попала
По меткости налива чайных струй.

(шуточные стихи на картинку: кому что?)

Моя невеста просто класс!
Но после ЗАГСа на шоссе
Вдруг оказалось, что Пегас
жена моя - во всей красе!

Если боль незалечена,
Постучусь к тебе вечером.
И как будто бы незачем.
Да и в прочем ни с чем.
Как судья - стол без скатерти.
Я же... словно на паперти -
Совесть к чёртовой матери
Отпущу, а затем...

Суть лечения? Вот она! -
Рыба полуобглодана,
Из бутылки доглотано
До холодного дна.
Дрянь-не дрянь, а всё выпили.
О стихах и о триппере
Говорили и вывели...
Что живем не сполна.

А потом настороженно
Будет ночь - нехорошая -
Зрить, что зрить не положено
И молчать до утра...
Результат? Чёрта лысого!
Раны вновь не зализаны.
Только горечь от вызова,
Что был сделан вчера.

О, что несёшь нам, первый снег зимы?
Такой несмелый, радужный, искристый,
Ты словно сливки от руки бариста,
Что как шедевр на кофе видим мы.

Глоток зимы нам память обожжёт:
Там привкус детства сладкий и весёлый,
Где первый снеговик. Снежки у школы.
Где пахнет мандаринкой Новый год.

Ах, мандаринки всё же было две
В заветном восхитительном кулёчке!
Снежинками кружились на носочках.
И все мечтали побывать в Москве...

Ещё глоток - и юность во цвету -
Шагаем по заснеженной аллее
И первую любовь в душе лелеем,
И ловим ртом снежинки на лету.

А вот и наши дети во дворе.
О, сколько счастья - крики, визги, смехи!
Вот внуки славят зимние утехи...
Земной поклон чарующей поре!

Вот мы - снежок на сердце и висках.
Давно не пишем письма Дедморозу.
И всё же , уважая жизни прозу,
Шлём панегирик Зимушке в стихах!

Надули ветры новый парус сентября.
Под килем осени прошедшие сезоны.
И для природы в листьях больше нет резона -
Она из них нальёт багряные моря.

Еще срывает по нечастому листу,
С ленцой смакуя предстоящее унынье.
Пока трассировать не грянут птичьи клинья,
Не поторопится тряхнуть букет простуд.

Еще порадовать надеется людей
Иллюминацией прощающейся флоры.
Обманной роскошью заманивая взоры,
Вползёт в сердца печальным криком лебедей.

Потом зима нацелит в души якоря.
Найдет фарватер и пристанет ненадолго.
И для неё, - всегда такой пушисто-колкой, -
Сейчас "беременеет" парус сентября.

(футуристическое о СНГ)

Гугол свистнув
у раззявы-государства,
Вор в законе возопил: - Танцуют все!
Восприняв амикошонство как лекарство,
Забурлексила толпа во всей красе:
Блеск и брызги, и кивки на толерантность;
Всё смешалось в...
умам и невдомёк,
Что впустили в дом облом и невакантность,
И грядёт для люда сказочный урок.


Как рассеялись туманы плюрализма,
Разухабилась бескрайней лжи лохань.
Беспредел впендюрализил наркоклизму,
А, как следствие, виновен le champagne:
И взрываются доселе те подвалы,
И взывает к...
разорванный народ,
И под дудку пляшет танец небывалый,
И синхронно вроде, но всегда вразброд.


И настало время голых вечеринок -
Из подвалов голь ползёт ещё нищей.
Оцифрованно, доступно и былинно
Правит балом златом чахнувший Кощей.
Все, кто могут, но стране уже не нужен,
Утекают за...
куда глаза глядят.
И плетётся паутина лживых кружев.
И штампуются ряды слепых котят...

(климатическое)

Бледному солнцу сегодня недужится.
Кутает солнце белёсая хмарь.
Льдом распластались вчерашние лужицы.
Март норовит обратиться в январь.

Ночью бесснежною морось туманную
Шиммером* чУдным всплеснут фонари.
Только ты выйди в ту ночь и на данную
Сказку природы тайком посмотри.

**
(почти реальная история)

С воем бьётся, тарабанит ветер в крепкое окно.
- Заходи, утешь желанье, коль другого не дано.
Распахнула я фрамугу и - о диво! - тишина.
Ветер сдулся* вдруг с испугу и тихонько слез с окна.
- Что ж, дружок, садись вольготно: вот софа, вот торт, вот чай.
Ты меня, когда угодно и почаще навещай.
Друга я всегда привечу, ты теперь не одинок.
Прошептал в ответ:
- До встречи!
И исчез... до новых строк.
__________
*шиммер - очень мелкие блёстки.
*сдулся с испугу - здесь потерял силу.

(Кызылкум - пустыня Центральной Азии, в переводе с узб.яз. Красный песок)

Ветра запутали зиме седые пряди.
Гудят и воют, причитая над землёй.
Слегка запудривают кровь ландшафтных ссадин,
Как панацеей, жгуче-колкой снежной тлёй.

И скуп тот снег. Но он, растрачивая зиму,
Все ж Кызылкумы напитает до весны.
А там, глядишь, весна не прошагает мимо,
Даря цветенье после скромной белизны.

Придут дожди. Хотя они не меньше скупы.
И всё, что скрыто под песками, оживёт.
Ну а пока... зима на дне холодной ступы
Толчёт морозы и пускает их в расход.

Зимы последнее дыхание...
Февраль пустынен и проволгл -
Зиме вослед для назидания,
Как в судный день голодный волк,

Осевший снег во всех ложбиночках
Весь подлизал и был таков.
Назавтра обернётся и́наче -
Затеет свистопляс ветров.

Свинцом небес придавит плавленым,
Со всех сторон сбивая с ног.
И солнце спрячется затравленно,
Как молодой бессильный бог.

И вдруг затишье. Ночь сметанная.
А утром сказка наяву! -
Туман осел пыльцой стеклянною
На прошлогоднюю траву.

На всё и вся, что в ночь не двигалось,
На дерева и скаты крыш.
Белым-бело́! Но эту изморозь
Хотел бы, да не сохранишь.

И только красота, стекающе,
Под смелым солнцем удивит, -
У февраля сноровка та ещё, -
Встречай мороза безлимит!

Зима хохочет и куражится:
- На посошок вам гололёд!
Пока весна придти отважится,
Катись и радуйся, народ!

Истерзан путь.
Дрожит рука,
Что посох свой держала жарко.
Еще чуть-чуть...
Поднять бокал...
Потом исправить все помарки:
Все закорючки и крючки,
Дефисы, точки, многоточья,
Тире и тайный смысл подстрочья...
Когда б не мутные очки.

Не до вина.
Не близок край.
Сними очки - прозреет разум.
Моя вина.
Опять шагай -
Пиши до полного отказа:
Тактильных чувств, глагольных рифм...
Шлифуй следы своих творений.
Иди туда, где имя Гений
Дают создателю зари.

А посох сух.
А посох скуп.
Неужто в поисках ослеп он?
Тревожен слух.
Не слышен стук.
Нелепо стуку быть над пеплом.
Кто поводырь? Очки, рука ль?
Не отдаю себе отчета
В экстазе ложного полета...

Поэт - он тоже где-то враль.

Отрыжевшие деревья
Отторгают мёртвый лист.
По земле листву тереблет
Глупый ветер - фетишист.
То уснёт, вдыхая запах
Флорой сброшенных одежд,
То взметнёт в лохматых лапах
Горсть растраченных надежд:
Иль Весну пытаясь вспомнить,
Или Лета не забыть,
Или будущих любовниц
Из отжившего слепить...

Чёрный... Будто обугленный лес...
Волк одинокий средь снега немеет -
В самую хмурую чащу залез
Словно ему там намного теплее.

Стаю свою потерял ли в зиме?
Или покинул её добровольно?
Что у тебя в этот миг на уме?
Что на душе - хорошо или больно?

Слух твой востёр, волчий взгляд напряжён.
Вместе с морозом вдыхаешь округу.
В мрачный тот час, что зимой обожжён,
Стать для тебя мне хотелось бы другом.

Рыскать на пару в угрюмой глуши,
Греться бок о бок в метель-завируху,
Песней в два голоса ночью грешить,
Что как рапсодия волчьему уху.

Быть друг за друга горой против бед,
Пищей делиться по-братски в лютИну*.
Крепче в миру волчьей верности нет, -
Я бы тебя за всю жизнь не покинул.

Только твоя-то зима на века -
Лес бесконечно чернеюще стынет.
Мы ещё встретимся вдруг... а пока
Жаль, я не волк, ну а ты - на картине.
____________
*лютина - лютая година

­В повальном шуме городском
Он пел так сладко. Без натуги.
И были трели так упруги,
Что пробивались в каждый дом -

Туда, где запахи весны
Вдыхались окнами открыто.
Где сокровенность не излита,
Но нараспашку будней сны.

- Проснись, очухайся, народ,
От повседневности унылой!
Зима ушла и в миг забыла,
В какой по счёту поворот

Она свернула по пути
На перекрёстках бездорожья.
Весна в разгаре - милость божья -
Пора и душам расцвести!

Самозабвенный милый птах,
Откуда взялся ты в трущобах?
Тебя мы чувствуем, - ещё бы! -
Хоть и живём-то впопыхах.

Кто слышит лишь гудки машин,
Металла лязг, банкнотный шелест,
Тот сердцем навсегда метелист.
Таких не сдвинуть на аршин.

А мы ещё хотим чудес.
Звучи же, птичка-невеличка!
Стучи морзянку, сердце, в личку
Рассылкой счастья до небес!

­­"Есть люди, которые не умеют страдать, как-то не выходит. А если уж и страдают, то стараются проделать это как можно быстрее и незаметнее для окружающих." Ильф и Петров
________

Месяц клыкасто* повис над домами,
Бледной тоской осветив небеса, -
(Люд позабыл его - все в Инстаграме), -
Если бы мог, всех бы их покусал...

Где-то сверчок потерял свою скрипку,
Ветер вдруг принял молчанья обет -
Так одиночество нагло и липко
В окна стучится... когда меня нет.

Я убегаю в ночное пространство.
Месяц беру на души поводок.
Где пролегают пути наших странствий,
Странная дружба растёт между строк.

Счастливы мы - нам втроём не до грусти.
Месяц послушно бредёт за спиной.
Ночь до утра нас теперь не отпустит.
Крепко они подружились со мной.

С ночью в обнимку на звёздном параде
Мыслей полёт станет чист и высок.
Скрипку сверчка мы отыщем не глядя.
Ветру вернём заводной голосок.

Встретим моё неизбежное утро
И распрощаемся ровно на день.
Всё в этом мире надёжно и мудро,
Если дружить с ним душою не лень.
_____
*вниз "рогами" - конец лунного месяца.

А глаза твои цвета ветра.
А слова твои цвета бездны.
Ты возносишь полётом... в недра,
Где пути лишь тебе известны.

Отравляешь цветеньем вёсен.
Оживляешь нектаром смерти.
И всегда, как дитя, серьёзен,
Что всё нижет снежки на вертел...

Я учую тебя повсюду
Мурашиным расстройством кожи.
Ветром буду и бездной буду,
Лишь бы стать для тебя пригожей.

Не заметишь ты жертвы этой,
Абсолютом крылатя космос.
Канет в пропасть на грани лета
Броским именем смятый возглас.

Это злое вранье -
про отсутствие незаменимых!
Не сменить никогда нам
ни мать, ни отца, ни детей.
Да и вряд ли замену найдешь
для усопших любимых.
И никто не заменит тебе
настоящих друзей.

Непрерывным потоком
<<широких>>, <<высоких>> и <<низких>>,
Так похожих прохожих,
несёт нас вперёд по судьбе.
Если встречный хоть чем-то похож
на кого-то из близких,-
Это вовсе не значит,
что он станет близок тебе.

Пьянчужка сильно изнемог.
Изранен и изношен.
На вид он далеко не бог,
Ведь вид его безбожен.

Бродил скитальцем по горам,
По долам и равнинам.
Стучался долго в каждый храм...
Что чаял принести нам?

Себя ли впредь спасти хотел -
Укрыться от пороков?
Как он остался не у дел
У каждого порога?

Закрыты храмы перед ним.
Давно погасли свечи.
И в меркантильи кружат дни,
Игнорствуя предтечу.

Все ждут, когда придёт Второй
В сверхсовременном стиле.
А он давно не наш герой.
Мы сами не впустили.

Трубит Земля и вслед за ней
Стенают тверди неба.
Пьянчужка кормит голубей
Последней крохой хлеба...

Я мог бы стать поэтом, но не стал.
В стремлении к неуловимой рифме
Мне не один пришлось потратить грифель,
Но я, увы, ни строчки не связал.

Я мог бы быть художником, но мне
Не доставало малость чувства цвета.
Я видел только зелень в цвете лета
И только белый цвет искал в зиме.

Я был бы музыкантом, но и тут
Мне при раздаче не хватило слуха.
Певец не должен слышать мир в пол-уха.
При голосе без слуха не поют.

Я мог бы стать великим мудрецом -
И здесь меня природа обделила.
Красавцем не прослыл с моим лицом.
Атлетом не был - маловато силы.

Червём копался в пахотной земле.
Растил детей и пОднял много внуков.
И вот сейчас на тягостном одре
Жду гостью, что войдет в меня без стука...

Что вам оставить в память зА сто лет?
Оставлю вам живую эту землю,
Что вновь из праха пустит в небо стебли
И ляжет ломтем хлеба на столе.

(Из цикла "Любовная марина")

Прихожу... а ты меня не ждёшь.
Ухожу ... тебе же всё равно.
Ласки, словно дань, с меня берёшь.
Но теперь всё будет как в кино:

Золотые косы распущу.
В голубой залив войду как в дом.
И тебя из сердца отпущу, -
Не аукай на земле потом.

Океан окутает меня.
Приютит солёная вода.
Отрастут и хвост, и чешуя, -
Не аукай на земле тогда.

Я - русалка. Мой удел таков -
Песни петь прекрасные в ночи,
Зазывать блудливых рыбаков.
Не ищи на суше, не кричи.

Одиноко станет, сядь в ладью
И по лунной поплыви тропе.
Песню задушевную спою,
Но... не заберу тебя к себе!

(Из цикла "Любовная марина")

Стою у кормила.
Куда поплывём?
Туда, где всё было
И было вдвоём?
Но счастье испито,
Исчерпана боль.
На днище, как битум,
Ракушки и соль.

А-ну, на Бермуды
Настрою компАс! -
Незнамого чуда
Изжаждался глаз.
Лети, моя шкуна*!
Ветрило*, не спи!
Веди же, Фортуна,
К вселенской любви!

Уставшее сердце
Желает интриг.
В пространственной терции
Времени сдвиг...
Здесь чудо повсюду...
Чёрт с ним, с бытиём!
Здесь счастлива буду
И буду вдвоём!
_______________
*кормило (устар.) - весло на корме (штурвал).
*шкуна (устар.) - деревянное судно мореплавателей (шхуна).
ветрило (устар.) - парус.