Произведения без рубрики

Хороший мой, ну где же ты?
Тропу мне покажи…
Я соберу тебе цветы —
Чтоб ты мне подарил…

Хороший мой, уже рассвет,
Я вновь забыла спать…
Натягиваю тихо плед —
Чтоб громко не скучать.

А ветер шепчет в тишине,
Что ты идёшь домой…
И сердце верит в чудеса —
С тобою — свет весной.

Пусть ночь уходит без следа,
Как дым над головой…
Любовь — не сон, она всегда
Ворвётся в дверь грозой

Машина 96

Мать Тереза сочувственно протёрла лоб намоченной тряпочкой больному и заботливо поправила его одеяло. Больных было так много, что этого больного пришлось разместить в строящейся келье при переполненной больнице. Выходя из кельи она перекрестилась и, увидев меня, остановилась, вопросительно оглядывая меня с ног до головы
-Вам тоже нужна помощь? Вы болеете?
-Нет. Я вроде не болею. Спасибо, что спросили. Можно я спрошу вас кое о чем? Всего пару вопросов
Я смотрел на мать Терезу и размышлял. Она вышла из весьма обеспеченной семьи- отец был совладельцем крупной строительной фирмы и преуспевающим торговцем. Ее с юности тянуло к религии. В 1950 году мать Тереза получила от Папы Римского разрешение на создание Ордена сестер милосердия- миссионерок любви, деятельность которого была направлена на создание школ, приютов, больниц для бедных и тяжелобольных людей, независимо от их национальности и вероисповедания. К 1996 году эта конгрегация имела 400 отделений в 111 странах мира, 700 домов милосердия в 120 странах, регулярно оказывала продовольственную помощь 250 тысяч человек в организованных при отделениях ордена лечебницах, лепрозориях, клиниках для больных СПИДом. В школах при отделениях ордена обучалось 20 тысяч детей. Деятельность ордена финансируется за счёт пожертвований, поступающие от частных лиц, компаний, общественных и международных организаций, государственных органов. В 1979 году матери Терезе была присуждена Нобелевская премия мира "За деятельность в помощь страждущему человеку". В 2016 году причислена Римской католической церковью к лику святых. О ней и ее деятельности создано множество фильмов
Но есть и другая сторона медали. Деятельность Терезы критиковалась в связи с сомнительными политическими связями монахини, неэффективном использованием полученных средств, отказом использования обезболивающих средств в ходе лечения. Она считала, что человек должен испытывать страдания, как и Иисус. Возможно это всё имело место. И всё таки в моих глазах это не перевешивает её заслуги. Не надо забывать, что она выходец из богатой семьи. Мало кто из богатеев решит круто изменить свою жизнь, посвятив её служению Богу и страдающих людей, отказав себе в комфорте, уюте и беззаботности и погрузившись в скромность быта и тяготы работы. Это самый решающий фактор лично для меня...
-Если это недолго. Меня ждут больные- ответила мать Тереза
-Да, конечно. Скажите, что для вас есть счастье и смысл жизни? В оказании помощи?
Мать Тереза вздохнула
-Многие неправильно понимают, что такое помощь. Это не только лекарства, приют и кусок хлеба. Слова ободрения могут быть коротки, но у них бесконечное эхо- она сделала паузу, задумавшись- в нашем мире много страданий. Однако страдание может стать путём к великой любви и великому милосердию. А насчёт счастья...Нет никаких ключей от счастья. Дверь всегда открыта
Зазвучал сигнал хроникса. Пора возвращаться
-Мне пора. Спасибо вам за всё. Прощайте!
-Чтобы лампа светила, нужно всё время подливать в нее масло- мать Тереза перекрестилась

"Я никогда не присоединюсь к движению против войны. Позовите меня, когда появится движение за мир"
Мать Тереза

крылом, невзначай, задевая Луну,
летел мотылек к свету солнышка,
в то время как рыбы ныряли ко дну
речушки… он был легче перышка

совиного… пахнет снегами вода,
с травою прибрежною шепчется,
бежит, поспешает, наверно, туда,
где море соленое плещется,

где чайки, дельфины, пески, острова,
закат, как вино виноградное,
там мы забывали сказать те слова,
что в душах хранили… отрадные…

17 апреля 2026 год*

(эмоциональный отклик на стихотворение «Мотыльковое», автор – Дмитрий Мальянц)

(картинка из открытых источников интернета, сайт - Шедеврум)

А давай мы с тобой без иллюзий,
всё не может быть как в мечтах.
Сотни раз еще нас осудят,
будет жить сомнение в сердцах.

Невозможно пройти без оглядки,
на прошедшие мысли и дни.
У тебя, как всегда – всё в порядке,
лучшее у меня впереди.

Невозможно быть вместе лишь страстью,
это быстро и ярко пройдёт.
Как браслеты любви на запястьях,
жизнь их снимет и дальше пойдёт.

******

Может, хват т мне писать
Про желтые цветочки:
Больше нечего сказать -
Можно ставить точку...

Надо темы находить
И другие тоже:
Эту можно и закрыть...
Не могу... О боже...

Эта книга, их роман,
И Москва весною...
Этот сладостный дурман -
Те цветы со мною...

Эта встреча, и букет,
Что она держала...
Ах, читаю столько лет -
И опять с начала...

Может, хватит мне писать...
Желтые цветочки
Вновь весною продавать
Будут... Вот и точки...

Многоточие верней...
Неопределенность...
И - к роману я... Скорей...
Встреча... И влюбленность...

Дело вовсе не в цветах -
Как они тревожны:
А в губах, руках, глазах -
Это невозможно...

Не понравились цветы -
Она заворожила:
Сколько же в ней красоты -
Голову вскружила...

И пускай, цветы совсем
Ему не симпатичны:
Неприятен желтый всем -
Выглядит токсично...

Но она любила их,
Что в весной в столицу
Вновь привозят... Нет плохих...
Желтые... Влюбиться...

И потом всё вспоминать...
И до нее, что было...
И писать, писать, писать...
Столица не забыла...

Ах, московский их роман...
И цветы такие -
Желтые... Горчит дурман...
Токсичные какие...

Мы в суете теряем часто нить,
Пытаясь всё на свете совместить.
Но мудрость предков нам даёт совет:
Без дела в жизни радости то нет.

Сначала потрудись, отдай все силы,
Чтоб результаты душу веселили.
А после можно смело отдыхать,
И время для потехи отыскать.

Пусть каждый день приносит свой успех,
И будет время для простых утех.
Дела решай, работай и трудись,
И счастьем озарится твоя жизнь.

Чтобы в жизнь ворвался свежий ветер,
И горизонт манил, как новый свет,
Нельзя цепляться за вчерашний вечер,
За то, чего давно здесь с нами нет.

Как старый дом, забитый до отказа,
Не примет новых жителей к себе,
Так и душа, в плену обид и страха,
Не даст росткам пробиться по весне.

Освободи пространство для чудес,
Отбрось сомнения, выкинь старый хлам,
Пусть выдохнет душа, взовьётся до небес,
И место приготовит новым дням.

Гони прочь прошлое, с его тоской и болью,
Прости обиды, что грызут нас изнутри,
И распахнись навстречу новому раздолью,
Тогда и чудо подойдёт к твоей двери.

Вот мой старый причал. Это - дом, где когда-то я жил.
Вот мой старый причал тот, куда я всегда возвращался.
Вот мой старый причал. Здесь так молод и счастлив я был.
Жаль, что с домом любимым давно я уже распрощался.

И хотя здесь сегодня повсюду другие дома,
Не узнать ничего, всё вокруг тут давно изменилось,
Очень хочется мне здесь ещё побывать иногда,
Что б далёкое прошлое в память мою возвратилось.

Не надо говорить неправду,
Слащаво речи в уши дуть,
Фальшивить, нанося удары.
Я не терплю, когда мне лгут.

Стараюсь прерывать я всякие контакты
С такими лживыми людьми.
Они не мыслят жизни без обмана — это факты,
Их лучше стороною обходить.

Запомни, ложь она как грязь,
Солгав, себя унизишь только ты.
Не может правдою стать ложь, как ни приукрась,
Как ни пытайся обмануть и как ни лги.

Как интересно, вот как интересно –
Там в Нижнем Новгороде выпал снег!
Нет, не чуток! Весна, весна исчезла,
Решила побелить вдруг белый свет.
Причем не горсточку, в сразу много снега,
Наверное, зима решила пошалить,
И будто бы январь – он был ли? Не был?
Апрель кончается уже! Так как же быть?
На ветках уже распустились почки,
И мир готовится к цветенью своему,
Вокруг сугробы!
Пропадут цветочки!
Случилось что с Природой, не пойму.
И ладно бы у нас – здесь близко Север,
Здесь проживет сумрачный Борей…
Но в Нижнем же тепло? Холодны ветер
Стучался ночью в створки всех дверей!
Капризная Природа пошалила!
Она и нам еще подарок принесет!
На майских заморозках нам покажет Лихо!
Ей весело, все шутками живет…
Жду с нетерпеньем – вот пройдет неделя,
И образумится проказница она!
Я предсказаниям давно уже не верю,
Готовы обмануть наверно нас!

Ночью не то в деревне страшно,
Что в окна лезет чернота
Не то, что как на старой башне
Над пашней вздёрнута луна

А то, как память нестерпимо
Мне ночью строит сердца призмы
И как на не смешного мима
Посмотрит время с укоризной

Припев:

Я один и ты одна
Горе выпито до дна
И для нас луна одна
Лишь в компанию годна

Не то, что тихо и глубОко
Мертвой луны блик тонет в речке
А то, что дико одиноко
ТАК, что язык не строит речи.

Хотя и в городе всё чаще
Есть одиночество в толпе
Мы в точно той же дикой чаще
В привычки собственной тюрьме

Припев:

Я один и ты одна
Горе выпито до дна
И для нас луна одна
Лишь в компанию годна

П. С. Текс депонирован, получены права на произведение. Использование только с соответствующей согласования с автором. Написана песня и выставлена на продажу. Будут огромные штрафы и суды, в том числе со мной и третьими лицами.

Вязкой страсти уже не хочу разбавлять,
Я готова сгорать каждой ночью.
Каждый раз находить
И дышать многоточием.

И на вдохе в томлении, глаза закрывать,
Раскрываться цветком, набухая.
И на выдохе вновь улетать,
Ничего уже не понимая.

Кто незримый, настроил тебя избегать,
Бесполезны любые попытки.
Мозг и тело устали роптать
И сдаются твоей сладкой пытке.

Мы, горячий сургуч, роковая печать,
Обжигающая свобода.
Ты со мной, не могу не дышать,
Мой желанный глоток кислорода.

У неё глаза- тёмный омут, искрятся солнцем.
Косы рыжие, веснушки, глаза- колодцы!
Ты мечтаешь о них душой уколоться.
Захлебнуться в них, потонуть в них чтобы.

Пахнет вереском, теплым светом
Земляникой спелой, хмелем и ветром.
Она зной , любовь и жаркое лето
Вот ты пропал, твоя песня спета!

И теперь тебя к ней всё время тянет.
Угораздить мог эту ведьму встретить.
А она милее всех цветов на свете.
Ты попал с разбегу в эту сказку, тайну.

Целовал ложбинку у её ключицы
И хотел испить её, да и не напиться!
Ты теперь и сердца своего лишился,
Её кудри рыжие будут вечно сниться!

А она смеялась, целовала в губы- На таких не женятся, нет таких законов!
А он всё любил, дико, исступлённо.
Ты поймёшь потом , дурачок мой глупый.

И не спать , ни есть без неё отныне!
Глянул в тёмный омут, что ,как вечер синий!
Не пришла любимая, моё сердце стынет.
И звенит тоска , расцарапав спину.

Ты меня оставила и ушла родная.
От шагов твоих воет в сердце ветер,
Ведьму полюбил всех сильней на свете!
И ответил он: я и сам всё знаю!

Мысли молча кивали в печали

Вот пришло то великое Нечто, Никто

Говорить мне намеком ночами о том

Что кораблик исчез , да и просто отчалил



Мне тайком запоёт заповедные песни

Сказки древние, умные из самых глубин

Жил маэстро, любимый и твой пилигрим

Он ходил по земле, волшебный кудесник



Был в тебя он влюблён , в акварель и апрель

Тьфу ему, измерять верстовые столбы

Он мечтал просто стать, он хотел просто жить

Быть любимым. Летать. И он улетел



Тихой дымкой уплыли его паруса

А в моих потолках засели ифриты

Моё Нечто пришло и оно не забыто

Заглянуло ко мне, поменяв адреса



Древний Нечто пытал, рассовав по карманам

Шаловливых ифритов, больше взять нечего

Забирай побыстрей их, как первого встречного

Напои, как поэта смертельным отваром



Вот приходит оно– Нечто или Никто

В полнолуние пытая калёным железом

Моя память иль страх , да шла бы уж лесом!

Отвали от меня, конь педальный иль лошадь ночная в пальто!

Ты учила, как жить и зубрить свою роль

Через пули, летевшие серым дождём

Ты твердила: не надо, чтоб всё на- потом

Ты любила меня , моя вечная Боль



Я писала стихи, для тех, для не многих

Ты засела внутри, как бешеный тролль

Ты по венам бежишь , ты въелась , как соль

Моя Боль , ты– царица изгоев у бога



Мы с тобою сроднилась, идентичны вполне

Ты живёшь в голове, с неимением лица

Моя Боль. Мой подарок святого Отца

Ты дала мне любовь, её хватит вполне



Чтоб привыкнуть бороться с тяжестью слов

Ты внушала– живи, словно проклятый, снова и снова

Я с тобою всегда, моя Боль. И не будет иного

Только Боль охраняет святую любовь

И белой кистью в тёмном небосклоне

Рисуешь ангелов, как мелом на стене

Их крылья белые, как иней на окне

Живут своим немыслимым законом



Летят по облакам, к себе, наверх домой

А ты- подкидыш фей, вся жизнь лишь миражи

Ты птица странная в тоскующей глуши

Ты- птица чёрная, ты- мудрый, старый ворон



Зачем рисуешь в небе белых птиц?

Избыточность души и времени без тела

Ты хочешь стать, как ангел белым- белым

Лететь на свет из всех своих вороньих сил



Ты– чёрный страж задушенной войны

Ты – птица гордая с оставшимся патроном

Твой мир не склеен , он надвое расколот

Из правды он составлен и из лжи



Не надо белым быть , тебя же проклинают

И правдой чёрною сверкает оперенье

Твоих Крылов из чёрных дыр, её материи

Ты ангелом не станешь , они об этом знают

Баян со мной состарился.
Его прошу тихонечко:
Не подводи, пожалуйста;
Пусть отзовутся кнопочки!

Пусть не ворчат, как старые;
Сам не вздыхай нечаянно!
"Этюд" твоё название;
Так выдавай мне правильно.

Тебя лелею издавна,
Заучивая кнопок хор.
Мелодии заманчивы!
Баян, сыграем, друг,
В мажор!

Я сегодня довяжу беленький Жилетик.
Всем, конечно, покажу,
С чем его надену!

Кто потом начнёт носить,
Крадучись тихонько.
Посмотрю, случайно так...
Ясно, мой ребёнок!

То примерит туфельки,
Шпильками хромает...
То нацепит муфточку,
Что-то в ней оставив!

Вот и шляпку увела, приколо́в Цветочек!
Ах, моя ты красота!
Ах, модистка - дочка!

Уже , пройдя всё многое в судьбе моей

Оставшись в клетке и тюрьме своей квартиры

Я не сошла с ума, пока жива и не забыла

Что рано уходить и возвеличивать конец



Ничто, нигде, никак .Не сдвинулось, не возвратилось

И лучшее и худшее бывает лишь в романах

Не строю призрачных надежд , не строю планов

Моя мечта, как штукатурка в старых стенах отвалилась



Моя судьба. Моя соломинка в стогу

Ты, как песчинка в жёлтой и засушенной пустыне

Я с нею встречусь миллионы раз, когда душа покинет

И в тело возвращусь на горе , на беду



Не быть.И снова –быть. И умереть. И снова– кем то

Мне удалят всю память и вас я не узнаю

Я снова буду. И жизнь меня заставит

Найти себе того– родного человека!