Произведения без рубрики

Ну давай же, напиши мне вновь о чувствах,
О той любви, что сам хотел спасти.
Пусть сердце вновь защемит от мучений,
И слезы вновь проложат мне пути.

Ты помнишь клятвы под покровом звездным,
Что вечно будешь рядом, только мой?
Как дарил мне рассветы, словно бездны любви,
И воплощал мечты, как рой?

Я помню нежность рук, тепло дыханья,
Тот шепот, что казался мне судьбой.
И помню верность, без тени сомненья,
Что отдала, поверив лишь тебе.

Но ложь, как яд, пронзила, просочилась,
Разрушив то, что было мне так свято.
В твоих глазах теперь не отразилась
Та искренность, что мне была дана когда-то.

Ты спас любовь? Нет, ты ее сломал.

Душа болит, но слов не нахожу,
В безмолвии страдаю, горько жду.
Когда терзает сердце, словно сталь,
И крик застыл, ушедший в даль.

Порой сквозь слезы льются жалоб звуки,
Порой обида – ядовитые муки.
Вражда рождается от жгучей боли,
В плену отчаянья, в недоброй воле.

Но есть предел, когда иссякло все,
И боль, как камень, душу гнетет.
Не жалуюсь, не проклинаю, не кричу,
Лишь в тишине печальной я молчу.

А люди видят лишь лица покой,
Не зная, что за ним – борьбы былой.
«Как равнодушен, как невозмутим!» –
Звучит приговор, горьким и чужим.

О, если бы могли вы слышать зов,
Той боли, спрятанной под маской снов!
Увидеть шрамы, что в душе горят,
И понять, как трудно жить, когда молчат.

Не торопитесь с выводом своим,
Ведь в тишине – отчаянья глубин.
Цените тех, кто боль свою скрывает,
Чья тишина порою убивает.

Когда-то рядом – ныне пустота,
И день без них – совсем уже не тот.
Пусть мир вокруг – сплошная маета,
В душе моей огонь ещё живёт.

Сама сломаю жизнь, никто иной,
Не вам решать, как ей течь и куда.
Мир на двоих – загадка для чужой,
Им не понять, что значит «навсегда».

В дороге долгой, память теребя,
Всю жизнь свою листаю, как роман.
Начать бы снова, заново, с нуля,
Исправить то, что было сделано не так.

Кого-то вычеркнуть, совсем забыть,
С кем счастье знал – продлить бы эти дни.
О, как же трудно к этому привыкнуть,
Когда их нет, и не горят огни.

Когда душа объята мглой тоскливой,
И мир вокруг теряет краски, свет,
Вдруг появляется луч надежды дивный,
И тьма отходит, словно ей в ответ.

Забыть того, кто этот луч зажег,
Кто в сердце веру трепетно взрастил,
Кто сквозь буран к спасению провел,
Не хватит сил, как ни проси, как ни просил.

Ведь память – сад души, где каждый лист
Хранит тепло прикосновений добрых,
И след, что на песке времен так чист,
Напоминает о потерях скорых.

И даже если годы вдаль летят,
Стирая грани прошлого порой,
Тот свет надежды, данный невпопад,
Останется навеки вместе с тобой.

Как маяк в бурю, этот человек,
Укажет путь, когда вокруг темно,
И в памяти твоей оставит след навек,
Забыть которого уж не дано.

Завечерело, смолкли чайки,
Не слышен больше резкий крик.
И смотрит смело, без утайки
На море солнца рыжий лик,

Пророча ветер в день грядущий
И красным выкрасив закат.
По волнам вечер прочь бегущий
Милей становится в стократ,

Когда он в памяти всплывает,
А за окном метёт февраль,
И сон тихонечко витает,
Маня с собой в морскую даль...

Содрогнулась от горя страна правая
И померкли небесные дали
Погибали за Русь мужи храбрые
Но вставали за них жёны из стали
Сталь которая не молотом кована
Это всё от любви к Родине
От того что совесть здесь продана
От того тоска в народе моём
Ты доселе жива ещё Мать земля
И встаёт над нами Божье солнышко
Просыпаясь от спячки дымят поля
И шумят над Россией берёзушки
Обнимал их когда-то Василий отец
А теперь воюет за них Маша доченька
Пролетая орлицею из конца в конец
Скорбя сердцем что у нас всё не очень то
И уже не бои а побоище
Заливает поля русской кровушкой
Навалилось на нас чудо-юдище
Плачь да слёзы над родной сторонушкой
А и как не плакать над погостами
Как не мерить тоской небо синее
Заросли наши души коростами
Надругались над Мать-Россиею
Но течёт меж народа река потаённая
И питает нас силой не мерянной
Встань-востань моя Русь опалённая
Вспомни всё что в спячке потеряно
А и сильные да мочучие на земле сыны воскрешённые
И жены у них красивые да певучие
Из того же теста мешёные.

Женщина без лат- а,
Мария Васильевна - Злата.
Грешница счастливая,
Успешная, красивая.
В папу вся влюблённая
Любовью неразделёною.
Люди ей слёзы пишут,
А она эти слёзы слышит.
Калина красная томная,
Пасха всечестная, огромная.
Плачет слезами радости,
А злые сохнут от зависти.
Смотрит Калининград и Смоленщина,
Мария без лат - Женщина.
Открытая и ранимая,
За правду неправдой гонимая.
Капают слёзы грушами,
Мария да не слушай ты их.
Как это по итальянски писано
Bella donna, Брависимо!!!

За окном закат утих
На душе покой земной.
Люди, напишите стих,
Прозу - Маше Шукшиной.
Напишите ей о том
Как журчит в ручье вода
Сердца, ключевой родник
Напоит её тогда.
Напишите ей о лете
Шепчут травы на лугах.
Тёплым ветерком согрейте,
Звонким пеньем малых птах.
Напишите ей про небо,
Свод бездонный голубой.
От напастей, бед и злобы
Укрывает мир фатой.
О звезде с названием солнце
Согревая нас собой
Яркий луч на тёплом хлебе
Рассыпает золотой
Не пишите ей о горе,
Беспорядках, о войне.
Тонко сотканной натуре,
Горше от того вдвойне.
Не совсем. Дней восемь-десять.
Ну хоть пять. Ну хоть чуть-чуть.
Скинув свой пиджак на кресло
Дайте Маше ОТДОХНУТЬ!
Только где там таять в неге.
Не позволит сердце спать.
Телеграмм - канал (телега)
Сообщит про зло опять.
И опять судьба-дорожка
Позовёт в нелёгкий путь.
Горбунок, кати-горошек,
ДАЙТЕ БРАТЦЫ ОТДОХНУТЬ

За окном трещит мороз
Внучек народился
Узнаю фамильный нос
Сеня появился
С мамой, с папой хорошо
Теплота и сытый
Помолись отец диакон
За дитё молитвой
За страну и за народ
Что сидит во мраке
С Богом очень хорошо
А без Бога враки
Нам без Бога ни куда
Прям не до порога
Без молитвы и труда
Не лежит дорога
Симеон-малыш расти
Крепни славя Бога
Матерь Божья огради
Наших деток строго

Я как лёд в хмельном вине
Между сном и сказкой
Уплываю на волне
В край безмерной ласки
И мечтаю утонуть
Растворится в неге
Заблудится и уснуть
В золотом ковчеге.
Только мне не суждено
Принцем стать из сказки
Потому то на вино
Я гляжу с опаской
Не найдётся места мне
В золотом ковчеге
И проснусь я по утру
На холодном бреге
Предо мной корыто в хлам
И изба косая
Да старуха . Где же ты
Рыбка золотая...

Наташка - ромашка кричали ей в след
Она иногда обижалась
Какая ромашка? Ромашек букет
В твоей голове затерялся
Когда на качелях мальчишка- сосед
Косички тянул озоруя
Девчонка грозила своим кулачком
И брови сомкнув негодуя.
Потом чуть постарше достался основ
Заветный портфель первоклашке
На первой линейке с букетом цветов
Наморщила носик Наташка.
Шёл месяц за месяцем, за годом - год
Осталась на месте Италия
Девчонка росла и её называть
Теперь уже стали Наталия.
Событий и будней поток и ручей
То радость, а то раздосадованна.
Коллеги теперь обращаются к ней
Наталия Александровна.
Да, годы вернуть никому не дано.
Но я помню милое личико
И образом в сердце осталось оно
С тех пор как столкнулся с ней лично.
И время не властно стереть - позабыть
Готов подписать я размашисто
Мне выпало счастье безмерно ценить.
Ромашку - цветочек НАТАШЕНЬКУ!!!

Мы сочиняем все стихи.
В них души раскрываем.
Но суть вся в том,
Что в тех стихах
Мы всё нутро скрываем.

Скрываем всё от глаз людских,
От разных лживых сплетен.
Нам легче выразить пером,
Чем поделиться этим.

Ту-ту-ту

Люди-мухоловки
Слышно, как они щёлкают зубами.
Как цветок, они жадны и беспощадны.

Мне хочется разбить мухобойкой узоры
На тончайшей ткани.
Шёлковые нити на лапках
Завёрнуты в красивые коконы.

Холились лилейники
С красными ягодками.
Губы, разукрашенные, ползают по веткам.

Но солнце разглядело и спалило всё —
И белое тельце, и жёлтенькие пятна...

12 февраля 2026 года

Все мы, по своему валюта,
Мы платим от рождения за всё,
Немного жаль кто продал душу,
С них спросу больше на потом,
Ценою жизни платим все за счастье ,
Секунды радости меняем на слезу,
В погоне денег, копим лишь несчастье,
Здоровье ведь валюта, продаём!
Немного дальше все поймем о важном,
Возможно кто то влюбиться в 50 в себя,
Держите руки у огня почаще,
Не всё валюта и не все, не вся!

Три небоскреба слов пустых -
И след пропал героя:
Приемов несколько пустых -
Во власти ты ковбоя.

Науку эту изучил -
Слова совсем простые:
Но он в тебя их вдул иль влил -
На правила простые.

Но опоздала разбирать -
Разбитое сердечко...
И надо срочно изгонять -
Хоть он нашел местечко...

Местечко то в душе твоей,
Хоть в самом уголочке:
Дивлюсь наивности твоей -
Но надо ставить точку.

Закрыть как память? И изгнать?
Изгнать из снов навечно?
С чего изгнание начать?
Ужель всё бесконечно?

Ужель боль эта навсегда?
Забвение обмана?
Воспоминанья иногда?
Отметины романа?

Неужто двадцать пятый кадр?
Иль НЛП он мастер?
Раз сотый имя - Александр -
Выводит твой фломастер?

Пока зависимость сильна...
Терпение, подруга...
Изгнать из памяти должна...
Должна... Забыть бы... Друга...

Иль недруга - вот так верней...
Не ждать - когда вернется...
Пусть всё получится... Скорей...
Пусть мимо пронесется...

Осень лыбится сквозь слёзы.
Лист испуганно дрожит.
Приближаются морозы
Очень страшные на вид.

Их начальник стар, но грозен,
Добродушен, но сердит.
На санях подарки возит
И всё время норовит

Всем ребятам выдать дозу
Ароматных, чёрных плит.
Но стишки за это просит
И внимательно глядит.

Лезет в души красным носом
Этот жуткий индивид.
У него ко всем вопросы.
У вопросов мрачный вид.

Как ты жил? Всего лишь спросит.
Кто тут маленький бандит?
А в глазах его угроза
Белым пламенем горит.

Дед Мороз подарки носит,
Но людьми по горло сыт.
Непослушным детям розог
Скоро всыпать повелит.

Горящее письмо

Мне было двенадцать.
Я не успел сказать ей главного.


Я пишу тебе, хотя не знаю адреса.
Я пишу тебе,потому что молчать больше нет сил.

Это письмо дышит. Оно горячее — я держу его в ладонях, а пальцы красные, будто от крови. Но это не кровь. Это — чернила, которыми пишет душа, когда слова уже не вмещаются в груди.

Оно о любви.
О той,что не умирает даже в пепле.
О той,что оказалась сильнее огня.

Его история печальна, мама.
Потому что это письмо никогда не дошло до адресата.

Я не знаю, читаешь ли ты меня сейчас.
Но если ты там,где нет войны, — прими эти строки.
Они летели к тебе семьдесят лет.


…Начался дождь.

Я помню этот день, мама. Он начинался обычно — ты месила тесто, и мука оседала на твоих пальцах, как первый снег. Пахло хлебом и чем-то ещё. Может быть, надеждой.

А потом небо раскололось.

Сначала были крики. Страшные, чужие, ломающие воздух пополам. А потом — тишина. Такая густая, что в ней тонули шаги.

Мы бежали в лес.

Ты держала меня за руку так крепко, что я думал: наши пальцы срастутся навсегда. Я не боялся, потому что ты не отпускала. Мама, если у смерти есть лицо — оно не страшно, когда ты рядом.

Вокруг был тёмный лес.
Под ногами хлюпали лужи— они блестели, как осколки разбитого неба.
Тучи закрыли солнце,и это было похоже на похороны.
Ливень кричал так громко,что я перестал слышать собственное сердце.

Я обернулся.

Ты знаешь, мам, что я увидел? Стаю. Но это были не волки. У них были винтовки за спиной и пустые глаза. Собаки шли на поводках, но я до сих пор не уверен, кто кого вел.

Я не успел.

Просто — не успел.

«Бах».

И я проснулся.

Гора с плеч.

Сердце колотилось где-то в горле, одеяло сбилось в комок, и я долго не мог понять: где война, а где я. Мне было двенадцать, мам. Суровое время не давало покоя даже во сне.

Но ты входила в комнату, и война отступала.

Ты умела делать из ничего — обед, из усталости — улыбку, из пустого вечера — праздник. Твои руки пахли мылом и чуть-чуть — домом. Папа говорил, что ты мастерица. Но он не знал главного.

Ты была не мастерица.
Ты была— волшебница.

Потому что только волшебница может стирать гимнастерки врага, в которых дырки от пуль твоего же мужа, и не возненавидеть весь мир. Только волшебница умеет варить суп из одной картошки и делить его так, чтобы всем казалось: им достался самый вкусный кусок.

Жизнь была…
Не плоха.

Я вру, мам. Жизнь была — счастье.
Просто мы тогда этого не знали.


Однажды утром у ворот стояли немцы.

Они не стучали. Они вошли так, будто дом принадлежал им по праву. Будто мы были гостями в собственной жизни.

«Выходите. Быстро».

Их голоса были плоскими, как лезвия. Такими словами режут судьбы.

Нас выстроили в колонну. Я искал твою руку. Ты сжала мои пальцы так же, как тогда, в лесу. Сильнее. Намертво.

Мы шли ночью.
Гроза сверкала,и в этих белых вспышках я видел лица соседей. Мы все стали вдруг одинаковыми — без будущего, без имен, без права спросить «куда».

Потом было поле.
И посреди него— дом.

Нет, мам. Не дом.
Склад.Зерновой склад. Огромный, одинокий, похожий на гроб, поставленный торчком.

Позади нас — дорога, перекрытая шлагбаумом.
За ним— машины, фонари, немецкая речь.
Их было слишком много,чтобы убежать.

«Заходите».

Мы сопротивлялись. Ты помнишь, мама? Старик Кузнецов плюнул в сапог офицеру. Тётя Рая спрятала младенца под тулупом, и он не плакал, словно всё понимал. Кто-то рванул в сторону — его срезали очередью, и поле стало красным.

Но нас всё равно загнали внутрь.
Меня.Тебя.

И заперли дверь.

А потом — всё начало гореть.

Мама, я никогда не говорил тебе этого, но огонь — он живой. Он дышит. Он хочет сожрать всё, до чего дотянется. В тот день он тянулся к нам.

Крики стояли такие, что стены дрожали.
Люди бились в двери,царапали стены ногтями, молились, проклинали, звали матерей.

А ты…

Ты просто обняла меня.
Прижала мою голову к груди и закрыла глаза.

«Я ведь ничего не успел», — подумал я.
Не сказал,что ты — самая красивая. Что у тебя золотые руки и доброе сердце. Что твой смех похож на колокольчик, а когда ты злишься, у тебя смешно хмурятся брови.

Я не успел сказать, как сильно я тебя люблю.

Дым ел глаза.
Потолок заскрипел и начал оседать.

Я вспомнивал прошлое, мама. Каждую мелочь. Твой платок в горошек. Заплатку на локте моего пальто, которую ты пришивала при свечах. Твой шёпот по ночам, когда ты молилась за папу.

И я заплакал.
Не от страха.
От любви,которой так и не подарил.

Ты обняла меня крепче.
И в этом объятии было всё:прощение, обещание, вечность.

Я закрыл глаза.

…Мама, это письмо не догорело.

Я спрятал его в рукаве. А потом — много лет спустя — достал и дописал. Той же рукой. Тем же сердцем.

Ты спрашиваешь, где я сейчас?

Я там же, где и ты, — в своих детях. В том, как сын хмурит лоб, завязывая шнурки. В том, как дочь наливает чай — сначала заварку, потом кипяток, тонкой струйкой, чтобы не обжечь чаинки.

Война кончилась, мама.
Но ты не кончилась.
Ты живёшь в каждом моём вздохе.

И теперь я знаю точно:

Письма, написанные душой, — всегда доходят.

Даже если адресат — на небесах.
Даже если отправитель— мальчик, который застрял в двенадцати годах, смотрит на пламя и всё никак не может отпустить твою руку.

Я люблю тебя.
Я всегда любил.
Прости, что не успел сказать.

Твой сын.
Тот, кто жив, потому что ты его укрыла.

-За окном такой пушистый снег повалил, настоящая зима пришла. - сидя в инвалидном кресле Иван смотрел в окно.
-Да, в этом году зима пришла в срок, - из кухни доносился голос Натальи, жены Ивана.
Иван и Наталья были женаты два года, детей у них ещё не было. Два месяца назад Иван с другом попал в ДТП и у него был диагностирован перелом позвоночника и ушибы. В результате чего была нарушена двигательная функция ног. Для полного восстановления требовалась ещё одна операция в платной клинике. Деньги на операцию Наталья собирала, но нужной суммы ещё не было. Работала она ландшафтным дизайнером и теперь старалась брать как можно больше заказов.
Наталья и Иван познакомились в институте на пятом курсе. Наталья училась на дизайнера, а Иван на строителя-архитектора. В свободное от учёбы время он учил играть на гитаре ребят. Сам он не только играл, но и очень хорошо пел.
-Тёмная вода, тёмная вода, звёзды золотые, целовал тогда тебя я не любя..
Своими песнями он и завоевал сердце Натальи. И поженились они после окончания института.
Наталья была стройной шатенкой среднего роста с приятной внешностью. Иван был симпатичным брюнетом крепкого телосложения. Когда они встречались он говорил, что будет носить Наталью на руках, а сейчас и сам на ногах стоять не мог. И это очень его огорчало. Ведь ему было всего 27 и он не знал сможет ли ещё когда-нибудь встать на ноги. Становится обузой для жены он тоже не хотел.
-Наташа, давай разведёмся, - предложил Иван приехав из больницы, - я не хочу, чтобы ты мучилась всю жизнь со мной. Я слишком тебя люблю и хочу чтобы ты жила нормальной жизнью. У тебя должна быть настоящая семья и дети. Ты же видишь я не смогу обеспечить тебе всего этого. Я и себя не могу обеспечивать.
-Ванечка, миленький, что ты говоришь? Мы же с тобой любим друг друга и сделаем всё чтобы ты поправился. Мы соберём нужную сумму и сделаем операцию.
Наталья плакала обняв Ивана и ей очень хотелось верить, что всё ещё у них будет хорошо.
Декабрь начался очень удачно. У Натальи было много заказов и она старалась везде успеть. Домой она приходила очень уставшая и ей хотелось лишь прилечь. Но она не могла. Дома её ждал Иван. Наталья понимала, что ему ещё хуже. Ведь он целый день дома, будто на привязи.
-Привет, как прошёл твой день? Ты очень устало выглядишь. Давай переодевайся и будем ужинать. Я сегодня попробовал на кухне по хозяйничать и знаешь смог сварить пельмени.
-Привет! Вань, какой же ты у меня молодец! Я очень рада, что ты не унываешь. А за пельмени большое спасибо, умираю есть хочу.
Так прошла первая неделя декабря. Со второй недели Иван решил вновь попробовать сыграть на гитаре. Пальцы быстро вспомнили былые времена и аккорды. И у него получилось. Он дал объявление в интернете. И буквально на следующий день к нему пришёл первый ученик - студент первого курса.
-Девчонка, девчоночка, синие ночи, я люблю тебя девочка очень, - придя домой Наталья услышала, как Иван вместе со своим учеником поёт и сердцу стало легче и спокойнее.
За ужином Наталья рассказала, что у неё предстоит большой заказ и скорее всего будет достойная оплата. Завтра она поедет в двухэтажный дом.
Осмотрев дом и оформив необходимые документы Наталья поинтересовалась у хозяина:
-Вы простите меня за любопытство Пётр Ильич, а дом этот вы построили или купили? Просто он такой большой.
-Да, ничего Наташа, спрашивайте конечно. Дом этот строил я и скажу очень долго. Пожить с женой не долго получилось, померла она. Но со мной сын со снохой оставались, сейчас они уехали в другой город и там обосновались. И вот именно они и делали здесь всё по своему и на свой вкус. А мне все эти навороты не нужны, хочу попроще, поэтому и обратился в вашу компанию. Дочка у меня ещё есть, учительница. Вот думаю может со временем переедет сюда с семьёй. И мне веселее и им просторно. Как думаешь согласятся?
-Пётр Ильич, я думаю обязательно согласятся. У них же дети есть?
-А как же трое.
Сделав дела Наталья уехала. Ей очень понравился хозяин дома, он показался ей очень добрым, вежливым и великодушным человеком.
Примерно за неделю до нового года Наталья должна была ещё раз посетить дом Петра Ильича, чтобы всё точно проверить и посчитать. Приехала она во второй половине дня, но дверь ей открыл молодой человек.
-Вы наверное дизайнер? - спросил он сразу. - Дядя попросил встретить вас.
-Да, я дизайнер, Наталья, а где Пётр Ильич?
-Он будет скоро, я его племянник Виктор. Вы проходите, смотрите, считайте я мешать не буду.
Наталья было как-то неловко находится в доме с незнакомым мужчиной. Тем более он глаз с неё не сводил, смотрел пристально и даже бесстыже. Но ей было нужно делать свою работу и во время подсчётов, замеров она перестала обращать внимание на Виктора.
Прошло более получаса, а Пётр Ильич всё ещё не возвращался. Наталья поднялась на второй этаж и зашла в комнату. Тут послышался хлопок, Виктор закрыл дверь. Наталья захотела сразу же выйти, но он не пустил.
-Куда ты собралась, ты же ещё с дядей не виделась?
-Что вам нужно, отпустите меня.
-Не будь дурой,ты что не знаешь, что может быть нужно мужику от такой как ты.
-Какой такой? Ты выбирай выражения, племянник, я дизайнер, понял. А теперь отойди с дороги. - с силой оттолкнув Виктора Наталья побежала вниз.
Он догнал её и повалил на пол. Наталья плакала и вырывалась.
-Витька, сопляк, а ну-ка отпусти девушку. Ах, ты скотина, бесстыжие твои глаза. Я попросил тебя об услуге, а ты обидеть решил девушку. Пошёл с глаз моих щенок.
Пётр Ильич вернулся во время, он помог Наталье встать и успокоиться.
-Наташа, господи, стыд то какой, прости христа ради. Я же дурак-старый и подумать не мог, что он такое учудить сможет. Сам-то в больнице был, за таблетками ездил, а ко времени не успел вернуться. Ведь как лучше хотел.
-Пётр Ильич, вы во время успели вернуться. Ничего не поправимого не произошло слава богу.
-Дочка, а пойдём чайку попьём, успокоиться надо бы. Домой тебя на такси отправлю сам и не спорь.
За чашкой чая Наталья рассказала Петру Ильичу о несчастье в семье. О том, что деньги нужны на операцию, потому она и бегает по заказам в преддверии нового года. Пётр Ильич с пониманием и глубоким сочувствием отнёсся к рассказу Натальи.
31 декабря с самого утра Наталья была уже на ногах. Нарезка салатов, приготовление горячего и много других приятных хлопот. Иван тоже помогал как мог. Уже ближе к вечеру накрывая стол Наталья на миг присела и заплакала.
Плакала она по-детски громко и шмыгая носом.
-Наташ, Наташа, солнышко моё, успокойся, всё будет хорошо. - Иван как мог старался утешить жену, но ничего не получалось.
Тут в дверь позвонили. Иван открыл.
-Здравствуйте, вы наверное Иван, с наступающим новым годом вас. Я хотел бы переговорить с Натальей.
Услышав голос Петра Ильича, Наташа, утирая слёзы выбежала в прихожую.
-Пётр Ильич, вы?
-Да, это я, вот решил поиграть в Деда Мороза и заехать поздравить вас. А что это ты сырость развела? А ну, иди умойся. Мы в комнате подождём.
Пётр Ильич привёз деньги на операцию Ивану, всю нужную сумму. Сначала Иван и Наталья отказывались, но он настоял, сказав, что по другому он просто поступить не может. Нельзя стоять в стороне и смотреть как люди мучаются, когда есть возможность помочь.
Новый год Наталья, Иван и Пётр Ильич встретили вместе.
-Тёплый дом, накрытый стол, пушистая ёлочка, дружная семья и верные друзья, что ещё может быть нужно человеку, правильно здоровье! Так давайте поднимем эти бокалы за здоровье и конечно же с новым годом! - этим тостом Пётр Ильич поздравил своих новых друзей.
Наталья просто поверить не могла во всё происходящее, она считала это новогодним чудом и благодарила бога за этот подарок.
После новогодних праздников Ивану сделали операцию. На полное восстановление ушло два месяца. Уже весной он смог вернуться на работу. Всё это время Наталья была рядом и поддерживала мужа. Потихоньку всё наладилось.
Через год у Натальи и Ивана родилась двойня - мальчик Пётр и девочка Лиза. С Петром Ильичом они общались как с родным дедушкой. Всегда навещали его и он к ним часто приезжал. Часть денег они ему постепенно вернули, остальные он не взял.
И надо сказать, что все эти события ещё больше сплотили семью Натальи и Ивана, их любовь стала ещё крепче. Иван был благодарен жене за то, что она не оставила его в трудное время. Её любовь была настолько сильной, что смогла преодолеть все преграды.

Лишь только Богу одному не всё равно,
Курю ли я, не всё равно, как я одета.
А ты же просто позабыл о том совсем давно,
Что, стоя под дождём, жду твоего ответа.

В ответ (как говорится:"Не прошло и "года",
Я знать хотела:"Сколько тебя ждать?")
Ты написал:"Когда пройдут все непогоды..."
И я была готова под дождём стоять.

Но дождик ненадолго в ливень превратился,
Мне захотелось сигарету прикурить,
Бог за меня с тобою навсегда простился,
И перестал с небес Он свои слёзы лить...

Опять вернулась на лицо моё улыбка,
Рукой с него я стёрла мокрый след дождя,
В мою судьбу попал ты по ошибке...
Ошибку я исправлю, я из памяти сотру тебя.

Лишь только Богу одному не всё равно,
Как я одета, не всё равно, курю ли я,
Лишь Богу одному понять меня дано.
Да, иногда бывает дым от сигарет не зря...

Новый год, это замечательный семейный праздник, но в жизни Эли увы всё было не совсем так. В свои далеко за тридцать, она ещё не была замужем. И сердечного друга у неё тоже не было. Поэтому новый год Эля планировала встречать с друзьями и котом Мурзиком. Парочки салатиков и горячего по её мнению должно было хватить на пятерых, потому как готовить желания не было.
Сбегав после обеда в магазин за рыбкой, Эля решила всё же сделать знаменитую "селёдку под шубой" и в торопях похоже выпустила кота. Точнее сказать он прошмыгнул под ногами пока хозяйка выходила. Но пропажа обнаружилась лишь в часов шесть вечера.
-Мурзик, кис-кис-кис, пойдём я тебя покормлю.
Кот на заветный призыв не откликнулся.
-Вставай лежебока, сегодня же новогодний вечер.
Не найдя кота дома Эля испугалась и не могла понять куда он мог подеваться. Но потом вспомнила, что ходила в магазин и наверное Мурзик выскочил в этот момент.
-Блин, из-за несчастной селёдки любимого кота потеряла. Своего единственного кавалера.
Эля быстренько оделась и пробежала по этажам, но кота там не было. Выйдя на улицу она понятия не имела куда он мог убежать, это же был абсолютно домашним питомец. Эля прошла по всем подъездам дома, посмотрела на деревьях, но Мурзика нигде не было.
-Алло, Тоня, привет, слушай у меня Мурзик пропал. - Эля решила позвонить подруге. - Как, как, похоже вышел, пока я в магазин собиралась. И зачем мне эта селёдка понадобилась? Где я Мурзика теперь найду.
От звонка подруге легче не стало. На душе скреблись кошки, а точнее Мурзик. Мурзик жил у Эли уже пять лет. Это был шотландский вислоухий серый кот очень добрый и ласковый.
Вдруг в соседнем дворе Эля услышала лай собаки и шипение кота. Она бросилась туда со всех ног. В углу у забора распушившись сидел её Мурзик, туда его загнали собаки. Отогнав их палкой Эля подбежала к своему питомцу. Кот был напуган и ранен. Задняя лапа и холка были в крови.
-Мурзик-дурачок, зачем же ты убежал, - Эля осторожно взяла кота на руки, слёзы текли по её щекам. - Сейчас мы сходим с тобой к ветеринару и всё будет хорошо.
Кот словно понимал слова хозяйки, на руках он успокоился и перестал шипеть и мяукать. Но заснуть ему Эля не давала и постоянно теребила кота. Она очень боялась за своего любимца. Им нужно было дойти до ближайшей ветеринарной клиники. Увидев свет в окнах здания Эля обрадовалась и побежала туда.
-Доктор, здравствуйте, помогите пожалуйста, спасите моего Мурзика. - слёту затараторила Эля, хлюпая носом.
-Здравствуйте, а что случилось? - забрав кота в свои руки спросил врач.
-На него напали собаки. Точнее он убежал из дома и на него напали собаки, - размазывая слёзы по щекам говорила Эля.
-Девушка, вы посидите, успокойтесь, я сейчас осмотрю вашего Мурзика и всё скажу.
Эля осталась сидеть в коридоре, время для неё тянулось очень медленно. На часах уже было восемь. Ни о каком празднике ей и думать не хотелось.
Лишь только ручка двери щёлкнула Эля подбежала.
-Доктор, - сбиваясь пыталась спросить Эля, - Что с Мурзиком, он жив?
-Конечно, ваш кот живой, а его жизни ничего не угрожает. Ну, а здоровье мы ему поправим. Я обработал и зашил его раны. И ещё поставил обезболивающее, поэтому он в полусонном состоянии. Если бы не новый год можно было на ночь его оставить здесь, но…
-Нет, нет, нет, - перебила врача Эля, - я его заберу домой. Спасибо Вам, сколько мы должны?
-Вы знаете, сегодня же новогодний вечер и мой рабочий день закончился час назад, давайте будем считать, что это мой подарок вам. С наступающим!
-Спасибо большое, и вас с наступающим новым годом. Я не много посижу и забиру Мурзика домой.
Только в этот момент Эля обратила внимание, что доктор очень симпатичный мужчина, высокий кареглазый брюнет. Это же практически идеал, но скорее всего женатый.
Взяв осторожно кота на руки Эля поспешила домой. Сзади послышались шаги и кто-то её окликнул:
-Давайте, я подвезу вас с Мурзиком домой. Вы где живёте?
Эля обернулась и увидела доктора.
-Улица Доватора, 5.
-Вы знаете, мы с вами даже не познакомились, я знаю Мурзика, а как зовут его прелестную хозяйку? - доктор в машине завёл разговор.
-Элина, можно Эля.
-Какое красивое и необычное имя, а я Тимур.
-Вас наверное дома заждались? Новогодний вечер, ёлочка, шампанское…
-Да, некому нас ждать. Я живу одна, точнее с Мурзиком. Родители живут в другом городе. Друзья должны были прийти на праздник.
-Вот и я живу один, даже кота нет. Это на работе я помогаю, спасаю и всё время с людьми, а дома один. Не довелось ещё встретить ту единственную и неповторимую…
-Тимур, остановите здесь пожалуйста. Ещё раз большое вам спасибо и с наступающим. Всего наилучшего в новом году и желаю встретить свою вторую половинку.
-И вас с наступающим Элина, очень приятно было познакомиться. Здоровья вам и вашему Мурзику.
Уже выйдя из машины и сделав несколько шагов, Эля остановилась и немного подумав обернулась к Тимуру:
-Тимур, а приезжайте сегодня к нам новый год встречать. Мурзик будет очень рад.
Новый год Эля встречала с Тимуром и Мурзиком, друзья пришли только после боя курантов.
После новогодней ночи Эля и Тимур стали встречаться, а через полгода сыграли свадьбу. Мурзик на их свадьбе был одним из главных свидетелей, благодаря которому сложились эти отношения и родилась новая ячейка общества под названием СЕМЬЯ!