Произведения без рубрики

За ценный опыт каждого общения
Сегодня всех хочу благодарить!
За спектр от обиды до прощения,
Что вместе удосужилось прожить...

Спасибо всем, кто рядом остаётся,
Кто в трудности и в горести со мной.
Такие люди в жизни просто счастье,
И каждый человек такой — родной!

Спасибо всем, кто на пути встречается,
До поворота, с кем шагаем не спеша.
Секретов друг от друга мы не держим,
А разговоры — только по душам!

Вас всех люблю и правых, и не правых.
И кто обидел, хоть и не хотел.
И кто хотел обидеть, не учу вас нравам.
У каждого по жизни свой удел.

Со многими печально расставаться.
Словами это невозможно передать.
Желаю в жизни вам с людьми встречаться
С такими, чтоб хотелось бы летать...

С визитом вдруг приехал ,
Начать сначала захотел
Толка в этом я не вижу-
Предательство я ненавижу.

Про былое вспомнил
Моменты счастья мне припомнил...
Но глухо все ,не отворить...
Замок на сердце-то висит.

По горло я уже сыта,
И точно - я не голодна...
С тебя 5 тыс и до свидания,
Я все сказала изначально...

Потом я сделаю дела,
Что в мыслях бережно несла.
Потом остынет свежий кофе,
Что был заварен лишь с утра.

Мы станем старше и взрослей,
Состарятся черты родных.
И дни окончатся однажды,
Когда не станет больше сил.

Но вот в чем загвоздка и суть...
Не все так печально и томно.
У каждого - собственный путь,
У каждого - к небу дорога.

Холодный- он вкусный, тот кофе с утра,
А старость- такая же жизнь.
В "потом" есть особенный знак,
Только ты за смыслы держись.

Смерть- есть часть нашей жизни,
Будто солнце уходит в закат.
"Потом"- окажется предвестием
Жизни , что нужно просто обуздать.

По ком рыдаешь Матерь Пресвятая,
Укрывшись в полумраке алтаря?
Вся эта человечья - волчья стая
Не стоит слёз Твоих. Не плачь за-зря.

Взгляни на их безумную ораву -
Ведь, точно так же как во Оны Дни
Они - Христа меняют на Варавву......
Как и тогда вопят: Распни! Распни!

Распни, кричит убийца! Жажду смерти!
Распни, хрипит маньяк и расчлени!
Резвится шлюха в пьяной круговерти,
Кощунствуя: Распни меня! Распни...!

Распни, визжит юнец - любитель мата.
Распни! Орут - алкаш и наркота.
Вон - террорист, в упор, из автомата,
Стреляет в Сына Твоего - Христа...

Планетой Крови я назвал бы Землю...
Здесь Каин - царь, а Авель - не жилец.
Не верю я тому! Я не приемлю!
Не ТАК хотел Создатель и Творец...!

Мы - Беспризорники... Бомжи Вселенной...
Нам не войти в Просторы Бытия.
И наше "Я", расставшись с плотью тленной,
Вновь возвратится в телеса своя...

И целая вселенная пред нами,
Объятия разверзла для любви.
Парад планет у нас над головами,
Прозрачные, манящие огни.
Зовущие в неведомые дали,
Туда где вновь родится свет.
Мы так хотим и нас позвали,
И к прошлому возврата больше нет.

Взойдем не оглянувшись на мгновение,
По серпантину звезд ночных.
Всё это между строк в стихотворении,
Как контрамарка на двоих.
Облегчены тела, без притяжения,
Отпущены землёю ввысь.
Попробуем найти планеты,
Где наши души родились.

В порыве страсти, в целое сливаемся,
Срастаемся, два дерева в одно.
И в звездопаде утреннем купаемся,
Готовы лечь на полотно.
Художник нарисует кистью облако,
Где возлегаем и парим.
Над золочёными просторами,
Над матушкой землёй летим.

Мама,у меня тут все хорошо,
Кормят неплохо,живу не грешно.
Писал солдат маме ,писал но без рук
Диктовал он товарищу ,и тут вдруг послышался стук
"Это фашисты !"-подумал солдат,
"Смерть нам ,обложат!"-Крикнул он так
В дом вошли" люди",топор на верстак
"Давай,смелей,милый,ты сам али как?"
Убили жестоко,убили и сьели
А косточки послать его маме велели

А судей нет,не будет никогда
Они не смогут нас затмить
Вся наша жизнь- наша игра
И главные герои мы

я не в списках
‎меня теряют
‎забывают всегда
‎и во всём
‎я пустышка для них
‎я знаю
‎как не сбывшийся
‎снежный ком
‎
‎у меня сторона
‎другая
‎мне не нужно
‎что нужно им
‎я симфония лиры
‎на баяне
‎я очень грустный
‎сатир
‎
‎я то полная
‎то пустая
‎не нравлюсь всегда
‎никому
‎я метель
‎в разгаре мая
‎миллион вопросов
‎почему
‎

[Verse 1]
Пыль уходит с моих ботинок
Ветер шепчет - ты не вернёшься
На сердце тишина
Как в старом фильме
Где драма кончилась
Но всё смеется

[Prechorus]
Ключи на столе
Дверь открыта
Свобода зовет
Так непривычно

[Chorus]
Без него я летаю выше
Без него я дышу как в книжке
Каждый день теперь мой
Мой
Мой
Мой
Без него моя жизнь - это кайф
Ой!

[Verse 2]
Звезды падают
Но я не загадываю
Желания больше не нужны
Я строю планы
Миром правлю
И в зеркале - только я
Только мы

[Prechorus]
Ключи на столе
Дверь открыта
Свобода зовет
Так непривычно

[Chorus]
Без него я летаю выше
Без него я дышу как в книжке
Кажпый день теперь мой
Мой
Мой
Мой
Без него моя жизнь - это кайф
Ой!

Есть в этом какой-то извращенный юмор: чтобы увидеть истинные лица «друзей», нужен не гороскоп, а качественный, эпичный провал.
Пока ты на ощупь собираешь себя по запчастям, реальность устраивает безжалостный кастинг.
И вот сюрприз: кто-то молча подает инструменты, а кто-то... резко обнаружил в себе страсть к орнитологии и старательно считает птичек в небе.
Природа, мать её, просто почистила твои контакты за тебя.

Отпускай и не бойся забвения!
Находи в сотый раз, обмани
Своё сердце во имя спасения,
И во имя взаимной любви.

Пусть сейчас не тебя выбирают,
Лишь его выделяешь в толпе,
В этом мире никто не узнает,
Почему мы подвластны судьбе.

Кто- то так же с тобой ищет встречи,
Провожая походку и взгляд.
Он сегодня опять не замечен,
Но и этой подачке он рад.

Провожает, любуется издали,
Чутко ловит твоё настроение.
Его так же сегодня не выбрали…
Кругом замкнутым ходит прозрение.

Не страдай, не беги, сделай паузу,
На минутку лишь остановись,
Кто с тобой, среди вечного хаоса?
Дай судьбе всего шанс, оглянись…

Отпускай и не бойся забвения!
Находи в сотый раз, обмани
Своё сердце во имя спасения,
И во имя взаимной любви.

Я не хочу больше жить,
И умирать не хочу.
В нынешнем мире
Все склонно к врачу
Не хочу гнить в могиле
Зарытой землей
Хочу стать как ветер
Свободный и свой
Лететь по полянам
Вопить по лесам
Прижаться ко скалам
Слететь вниз с моста?..

Снова ночь ложится тихо
мне на плечи, как пальто,
и в пустой квартире слышно,
твоё тихое «алло».

За окном чужие окна
догорают по одной,
только мне уснуть поможет
таблеточка и стопка
в комнате пустой.

Я опять считаю тени,
сигареты на столе,
словно кто-то постепенно
гасит лампы в голове.

Я себе шепчу: «не жри, не надо»,
только руки знают путь.
Мне бы просто ненадолго
от себя же отдохнуть.

Не за счастьем — нет, не надо,
счастье мне не по годам.
Мне бы просто не проснуться
после них в один прекрасный раз.

Чтобы сердце не болело,
не искало в темноте
тех, кто больше не ответит,
не придёт уже ко мне.

Где-то люди спят спокойно,
обнимая тех, кто с ними…
А я прячу свою слабость
в этом вечном, липком дыме.

Сколько раз я обещал себе:
«с этого дня — ни шагу вниз»,
но опять стою на крае
между «был» и между «жизнью».

И седая эта ночь
знает больше, чем я сам:
я не жить уже пытаюсь —
мне бы себя не потерять.

Только что во мне осталось —
я не знаю, не пойму…
Если ты меня услышишь —
хоть во сне скажи: «приду».

Потому что без тебя
этот мир совсем пустой…
И я медленно сгораю,
общаюсь только сам с собой.
Зовётся это, кажется, запой.

Не нужно закидывать в речку меня,
Не желаю уметь я плавать
В бассейнах по пояс воду пеня
Я лучше так и останусь.

Нечего там нарезать круги,
Теченье сломить стараться
Я- это я, а не все те ги- ги,
Которыми я выделялся.

Каждому свой водный пласт под торс,
Свой подходящий вызов,
И если ты бросил вдруг слушать "Doors",
То "Музыку волн" слушай с бризом.

Вместо упреков — токсично люблю
Твои неудачи, ошибки, изъяны.
Я каждый твой срыв, как сокровище, пью,
Слагая из них роковые романы.
Пусть сердце в нарывах и нервы — в узлы,
В огне этом только я чувствую: «Живу!»
Смакую, как ты, не скрывая похвал,
Рвёшь в клочья всё то, что вчера обещал,
Сжигая мосты, по которым бежал.
Погибнуть в быту — нет паршивее доли,
Чем в этой войне бесконечно терзаться.
В твоём сумасбродстве, в абсурдности ролей
Мне сладко греховною страстью питаться.
Смертельна не боль, а банальный покой.
Уж лучше в агонии рвать свою кожу,
Чем жить безошибочно-пресной судьбой.
Я буду твой хаос в себе приручать.
Так бейся в припадке, лукавь и греши,
Срывая с небес позолоту и звёзды.
В моё «инферно» на хранение сдай
Свои некрасиво-кровавые слёзы.
Ведь в этой безумной и злой красоте,
Где шрамы ценнее, чем гладкая кожа,
Ты — самый любимый изъян в пустоте,
На чистую правду ничуть не похожий.

Красная горка — время гуляний,
Красная горка — встреча весны,
Красная горка — свадьбы играют,
Красная горка — день красоты.

В Красную горку столы накрывают:
Крашенки- яйца, пасхальный кулич.
В разные игры люди играют,
Жизнь продолжает свой радостный клич.

Он не хотел быть героем —
он хотел успеть на последний автобус.
В кармане — мелочь и смятая фотография,
где мама щурится от солнца
и держит его за руку,
будто он всё ещё маленький
и может потеряться.

Война пришла без сапог —
в кроссовках,
с камерой и картой на экране.
Её лицо — это пиксели.
Её сердце — батарея на сто процентов.

Ему сказали: «Надо».
И он пошёл.
Потому что «надо» звучит
громче, чем «живи».

В окопе пахло мокрой землёй
и чужим страхом.
Страх не делится —
он множится.
Он расползается по пальцам,
делает их деревянными,
когда нужно держать оружие
или письмо.

Он писал его ночью:
«Мам, тут спокойно.
Не волнуйся.
Я скоро вернусь».
И каждую строчку
перечёркивал внутренний голос:
«Если».

В соседнем доме
девочка прятала куклу в рюкзак.
Она не знала, что брать —
платье или хлеб.
В итоге взяла куклу.
Хлеб кончается быстрее,
а детство —
одним взрывом.

Когда началось,
не было музыки.
Только воздух
разорвался,
как лёгкие от крика,
который не успел родиться.

Его имя потом напишут
белыми буквами
на чёрном камне.
Камень холодный.
Имя — тёплое.
Мама будет касаться его пальцами,
как будто проверяет —
не сон ли это.

Ей скажут: «Он погиб достойно».
Но достоинство
не обнимает по ночам.
Не отвечает на звонки.
Не смеётся за столом,
когда все вспоминают глупую шутку.

В подвале девочка
перестанет разговаривать.
Она будет слушать тишину
и вздрагивать от хлопка дверей.
Кукла останется без руки.
И никто не объяснит,
почему рука куклы —
это меньше больно,
чем рука отца,
который не вернулся.

Современная война
не смотрит в глаза.
Она смотрит в объектив.
Она умеет считать потери,
но не умеет считать
сколько матерей
перестают дышать,
когда слышат шаги на лестнице
и понимают —
это не он.

Он хотел просто жить.
Ссориться из-за мелочей.
Влюбиться неловко.
Выбирать обои в своей квартире.
Стареть.

Но вместо старости
ему выдали вечность —
в рамке,
с чёрной лентой
в углу.

И самое страшное —
мир привыкнет.
Новости станут короче.
Слёзы — суше.

Только одна мать
каждое утро будет просыпаться
с мыслью,
что если бы она
чуть крепче
держала его за руку в детстве,
война
не смогла бы
вытащить.

Он старый и дряхлый, с седым ободком
Волос на блестящей макушке.
Уже никогда не промчать с ветерком
На лошади, и на опушке
Уже никогда не испачкать ей губ
Поспевшей в лесу земляникой.
И с ними дряхлеет их старенький сруб,
Где жизнь стала скучной, безликой.
Она слишком часто пускает слезу,
Бросая в печурку полено,
А память рисует - они на возу
Везут золотистое сено,
Такое же золото русых волос,
Вплетённое в длинные косы,
Узор сарафана из красных полос,
И оба уставши и босы...
И счастье тихонько в их доме плело
Гнездо, и рождались детишки.
И было им вместе уютно, тепло.
Но главы закончены книжки.
Осталось ещё дописать эпилог,
И пусть размываются строчки,
Всё тот же один на двоих у них слог,
Лишь разными будут две точки.

Мы раньше засыпали под звонки и разговоры,
Сейчас мы слышим только тишину.
И не горят нам больше светофоры,
Тебя такую больше не найду...

Ты научила петь, смеяться, улыбаться,
Ты подарила мир к моим ногам.
Однажды вмиг разбилось наше счастье,
Сломалось быстро сердце пополам.

Ты знаешь, а ведь я скучаю,
По нам, что были год назад,
Когда совместно мы, за чашкой чая,
Вели беседы обо всём и наугад.

И не нужны нам были посторонние,
Мы жили только лишь для нас двоих.
Судьба однажды "бросила" иронию:
Уже не будет больше нас "таких".

И сколько ты не лей в подушку слёзы,
На сердце будет только тяжелей.
Я больше не приду к тебе в морозы.
В душе моей закрылась настежь дверь.

Солнца лучи дрогнули,
Ветры взмахнули крыльями.
Я — как «стольная» туча,
Душу свою изливаю.

Капают мысли по крыше,
Скользко идти по дорожке.
Если тебя что-то тревожит,
Знай: у жизни есть большое — ухо!

Слушает...

19 апреля 2026 года