Произведения без рубрики

Люди приходят в твою жизнь и уходят,
Оставляя след и шрамы на сердце,
И лишь последняя надежда тонет,
Что всё будет у тебя с ними, как прежде,
Каждый бывший друг -
Твой тоже учитель,
И неважно, жесток он был или груб,
Но во истину он стал спаситель,
Правду жизни и мудрость вбираем,
Познав сахар и соль на вкус,
И хорошее от плохого отличаем,
Чтобы жизнь стала только "в плюс".

А впрочем, всё. Сюжет пошёл иначе.
Сменился кадр, и выцвели тона.
Решается несложная задача,
В которой ты мне больше не нужна.

​Не потому, что злоба, гнев, обида,
Не потому, что вычеркнут маршрут.
А просто роль – и та была избита,
И здесь других актёров подождут.

​Я выхожу за рамки этой ниши,
Где каждый звук предсказан наперёд.
Тот, кто хотел – давно меня услышал,
А кто не смог – уже и не поймёт.

В стакане остывает крепкий чай,
И город спит, укрытый серым снегом.
Я говорю себе: «Не привыкай
К фантомным целям и пустым забегам».

Беззвучен мир и выключен экран.
​Январь застыл в оконной раме плотно,
Скрывая швы и контуры от ран.
Реальность пишет глупые полотна.

Пусть жжёт мороз за каменной стеной,
Мне здесь, в тиши, до одури спокойно.
Я навсегда останусь лишь собой,
В своих глазах я выгляжу достойно.

Цифры, цифры, цифры, цифры, цифры
Заполняют наш безумный мир.
Имена, фамилии забыты.
Цифра стала истинный кумир.

Всё оцифровали, всё сказили:
музыку и прозу, и стихи.
В цифру не заглянешь, словно в душу.
Спрятались за числа дураки.

Все теперь в прорыве, всё в процессе.
Закомпьютизировался мир.
Нет, не сомневаюсь я в прогрессе.
Цифра стала истинный кумир.

Слово — бог, не числа, не программа,
Отраженье смысла и души.
Развернулась, разразилась драма,
В цифровые погружаясь сны.

Не творец, не бог, иной властитель
Расставляет сети и флажки.
Вертуальный хитрый победитель
Празднует победу впереди.

Как всегда, закончится всё фарсом.
Глупость величава и слепа.
Выдавая почести авансом,
Будет лишь посмешищем она.

Соразмерьте пыл свой величавый.
И за модой не гонись стремглав.
Истина и смысл не ради славы.
Веры нет, единожды солгав.

Не творец, не бог, иной властитель
Расставляет сети и флажки.
Вертуальный хитрый победитель
Празднует победу впереди.

Спи, малышка, спи, мой светик,
Там во сне попутный ветер.
Баю-баюшки-баю,
Побывай хоть там в раю,

Полетай по белу свету,
Подарю тебе карету,
Пару сказочных коней,
Будь смелее, не робей,

Спи, усни, будь там подольше,
Там добра и света больше,
Силу, дух передаю,
Баю баюшки баю,

Возвращайся к милой маме,
Живы мамы сыновьями,
Свет с ребёнком начался,
Без тебя никак нельзя.

Прилетай, мой милый, сладкий,
И живи красиво, гладко.
А останешься в раю,
Баю баюшки баю…
декабрь 25. А.Б.

Всё мутно, как в тумане, всё не так, всё не то.
Как найти в себе силы, чтобы дальше шагать?
Держусь за себя, как в придурковатом сне.
Если ждать рассвет, тогда почему
Так болит голова от утра?

Ещё чьи-то руки держат боль.
Страшно верить, но я живу.
Голос звучит, но он не мой.
Пусть замёрз сад и тело ноет,
Финал не приходит и не ждёт.
Я стою, меня ломает,
Я жду рассвета, я жду момента.

С каждым шагом ближе
Двери открыты, страхи утихли.
Мечты не забыты,
Убытки в пролёте, мысли подальше.
Но из-за чего этот холод внутри?
Из-за чего этот внутренний страх?

Ещё один круг, стрелки в ноль,
Ещё чьи-то руки держат боль.
Страшно верить, но я живу.
Голос звучит, но он не мой.
Пусть замёрз сад, и тело ноет
Финал не ждёт и не приходит.
Я стою
Я жду рассвета, я жду момента.

Пробегая пути надежды разбивая
Осколками колясь, по ним же пройду и в следующий раз.

Встречай рассвет, открой глаза.
Я слышу голос, как всегда.
И пусть любимый сад в снегу,
Я всё равно вперёд бегу.
Я слышу свой странный смех,
Я жив, я здесь, я есть.
Счастливый, глупый,
Счастливый как дурак,
Счастливый...
Как дурак...

Нет светлых дней,
Теперь одно ненастье.
Душа болит,
И нет мне больше счастья.
Когда вошёл ты в жизнь мою,
Летала я, как птичка.
Себя теперь не узнаю,
Сгораю словно спичка.
Как без тебя теперь мне жить?
Ответа я не знаю.
Как сердцу раненному быть?
Я по тебе скучаю.
Мы были счастливы с тобой
Пока не вторглось горе.
Болезнь с жестокою душой
Тебя забрала, горю вторя.
Скажи, любимый, как мне жить?
Ответа я не слышу.
Скажи мне, милый,
Но в ответ
Лишь дождь стучит по крыше.

Ничего не изменилось, всё те же чувства,
Только лишь число сменилось на листке.
В этом нет ни таинства, и нет искусства,
Лишь привычный трепет в уголке.

Те же стены, та же старая бессонница,
Отраженье в тусклых зеркалах.
Я всё та же, тихая затворница,
Что зажата в бытовых тисках.

Обещали, что наступит обновленье,
Что сотрутся горести и груз.
Но осталось то же самое волненье
И знакомый горьковатый вкус.

Календарь — всего лишь стопка белой бумаги,
Цифры краской напечатаны на ней.
Не прибавилось ни силы, ни отваги
В череде обычных серых дней.

Фейерверки отгремели и погасли,
Оставляя в небе только сизый дым.
Мы всё так же ищем выход в старой басне,
Притворяясь кем-то совершенно иным.

Те же страхи, те же старые обиды
Перешли со мною в этот «новый» год.
Не меняются внутренние виды,
Хоть и сделан времени круговорот.

Говорят, что нужно всё начать сначала,
С чистого листа и без хлопот.
Но душа всё так же у причала
Свой привычный якорь бережёт.

Снег ложится на знакомые дороги,
Заметая прошлого следы.
Но всё те же чувства и тревоги
Не спасают сердце от беды.

Никакого чуда не случилось в полночь,
Не открылась тайная глава.
Не пришла неведомая помощь,
И всё те же кружатся слова.

Мы заложники привычек и желаний,
Что кочуют из зимы в зиму.
В лабиринте старых ожиданий
Мы блуждаем, преданные тьме.

Мир остался тем же — жёстким и реальным,
Без прикрас и праздничных одежд.
Этот ритм кажется финальным,
Больше нет ни веры, ни надежд.

Те же люди, те же маски и улыбки,
Тот же шум за запертой дверью.
Мы совершаем те же самые ошибки,
Предаваясь горькому безверью.

Новый год — лишь росчерк под чертой,
Что ведёт нас по знакомому пути.
Я осталась прежней, со своей тоской,
И не знаю, как от неё уйти.

Утро первого числа — такое же хмурое,
Как и декабрьский последний день.
Жизнь рисует полотно понурое,
Отбрасывая ту же самую тень.

Всё то же самое. Просто другая дата.
Ничего не изменилось — та же нить.
За надежды вновь пришла расплата,
И не в силах я себя изменить.

1

Тревожно грудь её дышала,
Душа страданиям внимала
Разрезал небо гром .

* * * * *

2
И тишина вокруг звенела,
А за окном заря алела
Тот знойный приближая день.

* * * * *

3
Задумчив окрылён поэт
Не слышит музы он совет,
А что в итоге - сивый бред

Плачет о детях убитых Рахиль
И нет утешений для женского горя.
Высох от солнца синайский ковыль,
Небо с землёю безжалостны споря.

Спорят о власти над волей людей,
Губят жестоко младенцев и взрослых,
Высохли слёзы в глазах матерей
Дней роковых настоящих и прошлых.

Боль от разлуки острее ножа
Рвёт на куски материнское сердце,
Стон продирает пустыню дрожа,
И от него никуда в ней не деться.

Плачем о детях убита Рахиль,
Горю отчаянья - край полной меры,
Ангел принесший ей смерть - поводырь
В мир, где заблудшие бродят без веры.

Хочется правду о жизни понять,
Вытерпеть тяжесть земных испытаний,
Но не легко видеть, как плачет мать,
И неужели покой не настанет?

Плачу и я вместе с бедной Рахиль,
И для меня не нашлось утешений,
Так же и я часть себя хоронил
В странствии полном тревог и лишений.

Но каждый день начинаю с молитв,
Веря, что всё не бывает без смысла,
Сердце нередко в тревоге болит,
Будто бы кара за слабость нависла.

Серебром стекло покрылось,
В сказку все вдруг превратилось,
В каждом доме смех звучит,
Праздник в гости к нам спешит.
Украшена елка, гирлянды вокруг,
Все собираемся в дружный мы круг,
Звучат поздравления, бокалы звенят,
Все о любви в Новый год говорят.

Январский праздник на дворе,
Принес добро тебе и мне,
Ты календарь переверни,
Ты год с улыбки свой начни.

Ждут под елкой нас сюрпризы,
Наши мечты все и капризы,
Своё сердечко открывай,
Ты Новый год скорей встречай.
Салютов в небе чтоб раскат,
От мандаринов аромат,
Ах, Новый год, встречай гостей,
Ты приходи уже смелей.

Январский праздник на дворе,
Принес добро тебе и мне,
Ты календарь переверни,
Ты год с улыбки свой начни.

Новый год, Новый год,
Что же нам он принесет?
Верю я, что мир, добро,
Чтобы каждому везло,
Небо красками искрится,
Сказка в явь пусть превратится,
Тепла я каждому желаю.
От всей души вас поздравляю.

Январский праздник на дворе,
Принес добро тебе и мне,
Ты календарь переверни,
Ты год с улыбки свой начни.

​Я ключи не подбираю,
А срываю все замки.
В пустоту не повторяю
Жест протянутой руки.

​Не ищу в словах подтекста,
Где один сухой расчёт.
Там, где мне не дали места,
Больше чувство не течёт.

Не прошу и не гадаю,
Кто там медлит у дверей.
Я мосты не поджигаю –
Я иду по ним быстрей.

Не стучусь в пустые залы,
Не ищу тепла в золе.
Мне всегда казалось мало
Быть пылинкой на стекле.

​​Пусть ветра сбивают круче,
Я привык идти на свет.
Тот, кто предал – тот научит,
Что возврата больше нет.

тоска — укутала печалью,
печать — укутала тоской.
сегодня, завтра, и вчера
не приставим мы конвой.

к обидам ли?
иль к счастью?
ну надо же! постой,
изнуренный ты собой,
пропитанный природною смолой:*

растение ты, иль человек.
потеряешь ты покой,
минуя спектр весь эмоций,
и притворством не брезгуя совсем

придешь, однажды, в новый год,
ни елки, ни салата, ни души,
один лишь ты, в пороге,
услышишь «не спеши».



дата : 31.12.15

* подвязка: природная смола служит барьером от вредителей для растений

я сижу у разбитого корыта,
смотрю левее, там —
сидит, лет так десяти
девчонка, вижу:
стеснена — до боли..

губы сжаты,
колени прижаты,
по щеке — слеза бежит..
в глаза заглядываю детские,
большие, объятые тревогой резкою
смотрят..не на меня,
а в ручонку —
узкую и нежную..
так бережно, так терпко,
так невинно и напряжно..

ничего не понимаю…
кругом — такая мгла,
и с корытом разделяем
необъятность зла..
почему, зачем и как
оказалися мы здесь?

(…да, кажись я поняла
мой крест — воспоминания..
цикл вечных снов, прошедших, вещих…)

помутневший рассудок,
еще не уставший строгать
попытаюсь собрать…

глаз устремив на осколки,
ужасаюсь… — «нашла!»
ладонью мраморной, взрослой
подобрав кусок,
и так жадно-жадно осмотрев,
да так, что
обомлев.
в отражении, избитом
временем бесповоротным,
глади, разглядев…девчонку

в судорогах развернувшись,
выбросив кусок стекла —
измученных бременем химер, кристаллов,
разлучив их всех,
оставив на
произвол
своих обид и всех элит,
таких же разлученных, гордых
и самонадеянных орбит.

девчонка где? она ушла.
пропала, скрылась в мраке,
стала тенью прошлого,
след оставив на челе,
на беззаконие бытейское,
и без шанса к справедливости примкнуть,
такой же вялой и усталой,
непонятной и непонятой,
каждым из кристалликов незримых…чутких

ушла, сокрылась
в пустоте толпы, в полноте надежд и мечт своих несбывшихся,
таких по-юношески светлых,
тех, что навсегда в тебе.

холод щеки обхватил..
ветер, что ласкал,
раздражающе вопил…!
в растерянности необъятной…
капля!
вдруг упала капля…

капля горьких,
самонадеянных, простых,
отчаянных и наглых,
оживляюще-приятных
утопий,
что из глаз,
одна за одной,
одна за другой,
да нет же, все —
попарно.

в суматохе дел неясных,
не заметив, не поняв,
да и не подумав даже
о девчонке,
чьи колени прижаты,
а губы — крепко сжаты.
а глаза, уже зрелые,
разочарованные, но прежние…
знала, знала, что те же,
как в зеркальце..
такие же — большие,
напуганные и…
туманно-голубые..

заглядывать в них некому,
да просто незачем —
она и не ответит тем же.
занята другим… ручку,
нынче возмужалую,
рассматривая,
кровь и грязь вытирая от кристалликов,
но уже не обижаясь,
только лишь чуть-чуть
приморщив** губки..
так виновато и нещадно,
но только
бережней, невинней…

а в груди? там сердце.
оно не в поисках любви,
но любит, любит бешено.
вера там таится, так тихо,
так боясь спугнуть…
и уповая на сердечность,
нет, не только человека…
хотя, конечно, он главарь,

но все же, любовь…
она всегда:везде.и всегда —
прекрасна.
да, кусается и лечит,
спасает и бросает,
но она, живей живых,
всех нас объединяет.


дата : 19.11.25

* здесь: думать, размышлять
** здесь: сморщив

возле костра возвышалась бочка, а на бочке восседал нищий. это был король на своем троне.*


слепой ведет слепого, говорите?
да, конечно, это так
только знаем мы и то, о чем вы нам молчите
кто же будет тот смельчак,
что и вам, и нам покажет
прекрасно зная, что отпляшет..
вы же любите, чтоб в золоте
и не думая о всех, кто в голоде — потешаетесь и ржете.

мы скованы цепью, и без шансов взобраться
туда, где справедливость и правда —
высшая честь, а вся клоунада
исключительно там, где можно смеяться.

мы остались без воздуха..
им дышат другие —
чванливые, жадные, злые
все, кого вы так превознести пытаетесь
а если взбунтуем — попрощаетесь.

нет, не с ними,
кто на вас так похож.
с другими — живыми;
теми, кто отвергает ложь.

слепой ведет слепого?
нет, вы извините
но кто привил вам такого?
прошу, объясните

вы сидите над нами,
нас возомнив дураками,
как владычество над чернью,
думая, что как жизнь перед смертью
мы стоим под вами,
как шуты под клоунами,
насмешкой и горем пропитаны
зная, что наши дни сосчитаны
вашим величеством поганым,
что решило, будто
может героя провозгласить окаянным,
объявив закрытие этюда.

тут слепые прозревают,
и зрячие — по-ханженски слепеют..

уста дрожащие, уста просящие
мотая скотчем гадким,
на ухо проговаривают сладко
речи льстящие, манящие…

но важно ль искушение,
цена которого — циничная вершина:
мнимая, кровавая..где ужесточение —
потеха и старшина.


дата : 28.09.25 — 09.11.25 (перерыв, а не упорная работа)

*Виктор Гюго «Собор Парижской Богоматери»

что же ты, птичка певчая, молчишь?
давно такая стала?
ох, прости, если устала
вот только ты посреди комнаты стоишь,

так близка, но так далёка
и взгляд понурив, ни слова не проронишь.
а я все жду, что затрезвонишь
но ты стоишь, уныло улизнув от гонга.

скажи, как так, подруга?
скажи, прошу, скажи
невыносима мука
видеть, как исчезают миражи…

мы были всем —
и небом, и землей…два закадычных друга!
кто же знал, что насовсем
потеряем мы из-за недосуга

вопреки нашей наивной дружбе
все то, что так любили, берегли и грели
а остальному и внимать не смели.

я смотрю на твои руки —
дрожат, словно осиновый лист на ветру,
я смотрю в твои глаза —
сверлят, явно стремясь проделать дыру…

прости, прости за откровенье
но я по-другому просто не могу…
я все, все узнала за мгновенье
и тут подумала — сгорю.

все рассеялось в пустой голове,
да, может, я и правда не вижу во тьме…
но знаешь, подруга
я приметила каплю испуга

в губах, что до крови кусаешь
в кулаках, напряженных до боли
во взгляде азартном, орущем, что сыграешь
и в глазах, взывающих к собственной воле.

не прячь, пожалуйста, искренность
тебе не идет.
я обещаю, — это пройдет
и сметёт подозрительность.

прошу, до слез прошу —
не задохнись в чужом дыму,
что пропитан жадностью и фальшью,
с ними — бесконечной ненавистью.

я знаю, ты — другая.
добрая, веселая — живая.



дата : 25.09.25

я теку неслышно
сквозь столпы людей.
я прошу, ищу, бегу и падаю
не упуская из вниманья и очей.

я помню, как вы глазом зорким
речью колкой и намереньем недобрым,
вдруг решили пошутить
и людей СЕБЯ лишить.

и не знаю, как я раньше
существовать без этого могла
без вашего презрительного вздора,
без вашего наипротивнейшего слова.

а может, нет?
а может, вы убили?
ту часть меня, что так отчаянно и ярко,
откровеннейше и нагло
СЕБЯ вам привнести желала.

я поняла, да
это — моя утопия. смешно,
что так и не бывало никогда
чтоб искренность ценилась. печально,

что ты и не узнаешь впредь
что я ТЕБЕ дарю себя.
а может и узнаешь, но ведь
уже тогда исчезну я, усугубя

положение свое скорбящее
когда и я, и ты обречены
одни и те же видеть сны.
и слушать гул..
нет, не сердца своего просящего

а тонны тех же исключений
что давно уж не были увиты
неповторимой массой добрых отражений.
тех, что отняли у нас элиты.

и кричать не надо, не пытайся
тебя давно здесь нет, не обольщайся

изумительно же, правда?
они не знали и подавно
о чистоте твой душевной, что восхищала
сердце хрупкое мое, в ТЕБЕ так цепко утонувшее.

но смысл этих строк?
и я, и ты, теперь лишь жертвы этих блиндажей
мы слились. нет, не воедино—
десятки тысяч нас сплелись в одно.
в одно противное, до ужаса
фальшивое.
десятки тысяч нас,
десятки тысяч раз.

и, пойми, отныне
мы — чужие.
и не разглядеть в толпе все то, что когда-то мы
любили.

но, поверь, я помню
все — до мелочей
моя любовь к тебе острей
и неуемна.


дата: 22.09.25

Она в тот вечер сняла все долги -
Как украшенья с усталых плеч.
Не побоялась предстать совсем голой,
Пред теми, кто ждал её поклона.

Она сказала: "Больше не должна.
Не должна - ни улыбок, ни печали.
Не должна - быть сладкой, как медаль,
Делить свой свет на чьи-то жалкие скрижали".

Должна была - быть удобной, сильной, стойкой,
Должна была - спасать, лечить, держать.
Всё в паспорте, в графе "особые отметки":
"Обязана любить. И не уставать".

Она велела тем тиранским голосам
Уйти в туман, свернуть свои указы.
"Я не должна ни нежности, ни гнева,
Ни слов перед кривыми зеркалами".

И тишина настала - внятная, странная.
Никто в душе не дёргал за звонок.
Она глядела в даль, и не оправдывалась,
За то, что не зажгла в душе огонь за лёд.

И это было главное признанье -
Не мужу, не подруге, не стране:
Себе самой: "Я вправе быть усталой.
И быть собой - не долг. А дар. Дарован он был мне".

С тех пор она носила свои грани,
Как платье, сшитое по фигуре дня и тьмы.
И принимала все свои решенья
Из тишины.
"Должна"? "Простите. Ошиблись вы"...

Ну вот, и переход-
На новый- драйв....
На уровень другой-
Скакнули- выше!
И ногу, перекинув - через край, Хотелось бы узнать :
Что, год нам- пишет?
Что ждёт тебя ,скрываясь за углом?
Надеюсь, только радость и здоровье!
Другого не хочу. Не нужно-Всё!
Наполнен будет он- одной любовью!
Я буду, всех - любить,
И чтоб меня,
Вы уважали, руку- чтоб подав ,
Если споткнусь,
Об подлость чью то - Я,
Меня, вы своей дружбой- поддержали!
А впрочем, как судьбе - дано идти!
И.. Боги- что на картах, начертали.
Всё сбудется, желай ты хоть - Дворец!
Всё без тебя...
Исполнится... Сказали!

Дуже
жить мені в реальності приємно
Ми влюбилися в друг друга
Смачно і взаємно
Прожили багато літ
І все було у нас як слід
Велику хату будували
В хату гарнітури купували
Мотоцикли і машини купували
І кохали
про добробут діток дбали
Діток гарних народили
Не життя було а диво