Произведения без рубрики

Слова... слова, слова –
это сильно! Много...
И стелится из строк
словесная дорога.

Уносят нас слова:
в мир сказки
иль ненастья.
А может в мир –
весны: где травы
зеленЫ, где благодать
вдыхая, испытываем
счастье!

Ничего не хочу, даже просто жить.
Ни умирать не хочу, ни плакать.
Одиночества над головой этажи
И неизвестные мне знаки.

А на душе моей лишь холода,
Ну, одним словом, зимняя стужа.
Я умираю в этом гробу, я умираю одна,
И только ворон над головой закружит.

Словно это конец, не слышится плач.
Хоть кулаком о стену бейся.
Я устала от собственных неудач,
Напишите об этом стихи и песню.

Чтобы этот мир узнал обо мне,
Что была одинокая вот такая.
Я сегодня умру в кошмарном сне,
И даже тень моя медленно растает.

И улетит это всё куда-то там далеко,
Быть может, как и говорят, на небо.
Я больше не хочу от судьбы ничего,
И ты, душа моя, больше ничего не требуй.

Над головой одиночества этажи,
И всё разбито вокруг, потемнели краски.
И тело мёртвое моё на полу лежит,
Как в самой зловещей и одинокой сказке.

Лёгкой органзой обёрнуты слёзы
Заиндевелых рябин.
Капельки жизни хранимы морозом
В росах нетронутых льдин.

Льётся, не зная ни сна, ни покоя,
Мягкий рябиновый свет,
Просится сладкая горечь на волю,
Сердцем окрасить рассвет.

Боль замерзаний развяжется соком
Для упоенья весны.
Живы кровинки, до тёплого срока
Ночи считая и дни…

Могила жаждет хама,
Когда нельзя смолчать,
За оскорбленье дамы
Летит в лицо – перчать!
Готовьте пистольеты.
И назначайте час!
Коль Вы – кровей Поэта,
Смерть не стращает Вас!
Горячий сердца камень
Сжигает благодать.
В груди бушует пламень,
Придётся – убивать
Иль стать навек пропащим,
Одеться в саван – снег.
Раскрасив алым праздник,
Прогневать оберег!
А дама, как в темнице,
Едва скрывает плач.
Стирает в чернь ресницы
Любви её палач.
И кровь прольётся чья-то.
С очей прольётся туш.
Останется, что свято
В тени бессмертных душ.
И подкосились ноги.
Пришла плохая весть.
Отмыл Поэт в итоге
Своею кровью честь.

надев трусы и майку набекрень, -
во всем повинна просто его лень,

читал полезную «книженцию»
мужик, зевая… «импотенцию»

к важнейшей теме ощущая,
себя за лень свою, прощая,

дремал, не дочитав второй главы,
даже одной… увы… увы… увы…

22 июня 2024 год*

(навеянной изображением на картинке, из открытых источникв интернета)

мы приходим в этот мир «на время»,
разные с тобою мы, мой друг, -
разные мечты у нас, и племя
разное… и если завтра, вдруг

под водой, как мысли мирозданья,
скроются все маковки церквей, -
не увижу, даже, состраданья
к гибели отцов и сыновей,

в городе, на карте просто точке,
тонущем от слез или дождей...
столько лет не пишешь мне… ни строчки...
гордость и молчание важней?..

17 января 2026 год*

(картинка из открытых источников интернета, сайт - «Шедеврум»)

А стихи-то - полились -
На белые листочки:
Не было - и вдруг - взялись:
Строчки, рифмы, строчки...

Хорошо без темы им,
Да и без сюжета -
Этим искренним моим:
Вопросы да ответы...

Я в стихах их задаю -
Вечные вопросы:
И надежду не таю -
Стихи ведь - не опросы...

Вопрошаю я себя -
Что вполне возможно:
Стихотворный слог любя -
Без рифмы невозможно...

Только кто-то это вот
Баловством считает:
Мне ответы не даёт -
Вопросы не читает...

Риторический вопрос?
Вот она - фигура?
Изредка - в стихах - в проброс?
Соло-партитура?

Вновь спросила я в стихах -
И даже испугалась...
Вновь в ответ мне - ОХ и АХ...
Всё... Перестаралась...

В белом омуте цветов,
Средь ромашек белых -
С нею он бродить готов,
Взгляд ловить несмелых -
Сине-васильковых глаз...
Краше их не встретит -
И никто от них не спас...
Ходит вслед да бредит...

Землянику там она
Собирать стремится,
А в него не влюблена -
Никогда не снится...
Обернулась - поняла -
Он за ней повсюду...
Вот туману нагнала...
Продолжать не буду...

То ль сложилось, то ли нет -
Сами догадайтесь:
Не даю я вам ответ -
В общем, разбирайтесь...
Я недавно вместе их...
С лукошком земляники...
Непонятных... Не таких...
Лица будто лики...

Оказалось, что они
Вместе... Две недели...
Летние хмельные дни...
Вместе?.. Неужели?..
Вот теперь-то я могу
Смело точку ставить...
На полянке, на лугу...
Не могу представить...

Мои часы застыли. Но пульс всё бьётся в горле,
Мешая сделать вдох в пустом, холодном зале.
Я так хотел, чтоб декорации сгорели,
Но сцена уцелела. На ней меня узнали.

Я вновь стою.
Моя рапира затупилась, став просто лишним грузом.
А нить из тонкой грусти превратилась в полотно.
Я не ищу сочувствия. Я стал себе обузой.

И в этом сером фильме мне не выключить кино.
Мне страшно засыпать.
Ведь каждый сон – попытка выйти за пределы.
Но пробужденье бьёт наотмашь, как судья.

Невыносимо не то тело, что давно оледенело.
Невыносимо то, что в этом теле – я.

В этот милый день чудесный
Появился Павел интересный
Он меня в себя влюбил
Был прекрасен очень мил
Я не знала как мне быть
Я позволила себе его любить
Как сына как человека
Была счастлива
В прошедшем веке
Но случилось отрешение
Любовь ушла моя в забвение
Душа печалилась освобождалась
И спокойствием наполнялась
Но любовь сомной осталась
Теплом своим сердечко согревала
Когда прошедшие мгновенья вспоминала

Все що з тобою відбувається
життям розкішним називається
Невловима щаслива мить
крізь твою душу пролетить
І залишить почуття
Ним ти украсиш своє життя

Бережи себе від зла
З ним ти обернешся в козла
Одержимого ненавистю та лютою і злою завистю

Темнотою скован облик твой — — — и угла.
В дарование тишине и простоте
Возможность выкрикнуть — "Ура!",
Желанье воспросить — "А где?"
Кривою ломаной кривой
Кривостью своей, я признаюсь
Что верно приходя домой
Боюсь.

Большой дом. Больше, чем мы
В квадрате. Больше, чем мы
Врозь. Если мерить углы —
Они перпендикулярно прямы,
И те говорят — "Нате!",
Чтоб нам не повелось
В убогой хате
Высунуть наружу нос.

Дай Бог замёрзнуть в этих стенах.
Дай Бог за тридцать не проснуться
под сукном одеял. Что в венах
наружу — фаст — ты мог коснуться
теплоты, её природы, вида
действа, класса градуса тепла:
минус, плюс — ай! — всё же мимо —
кровь по венам потекла.

Вот
Так.
Вот.
Так.
Заводят стрелки по обрату
Тик
Так.
Тик.
Так.
Что, приятель? По набату!

Как бы время, звон часов, порядок дня
Не старались стены врозь разъединить —
"Не тронь!", и горькое — "Меня!"
я буду вечно здесь хранить.
В холоде, в тоске — да — в темноте.
Наискось, отрицательно, везде.
Буду. Вечно. Слово - "здесь".
Ты понимаешь где.

Мы частье топтали как грязь

не замечая чего она стоит и растоптав её до конца
мы частье уже не обретаем

И мстить я буду горько,
Что души Ваши треснут.
Ведь ненароком, я, рождённая
под Богом,
Душу отдала.
Помнить буду точно:
Что, где и когда.
Не зря молюсь я каждый вечер
О крахе лжи Вашей свирепой.
Помню я, всё помню.
И припомню каждому из Вас!

Школьные годы – прекрасное время,
Миг, что оставил яркий свой след.
В жизни мгновений не счесть, не измерить,
Этот – особенный, словно рассвет.

Быстро промчалось, куда-то ушло всё:
Детство наивное, юность, мечты.
Только в душе всё равно сохранилось,
Счастье, что дали нам школьные дни.

Когда душа, преодолев свой страх,
Взошла на пик, где тишина и свет,
И в собственных глазах, в своих делах
Увидела победу и рассвет, —

Тогда земные бури, грозный шквал,
И шёпот зависти, и боль утрат,
Уже не тронут, не сломят, не пал
Пред ними дух, и больше нет преград.

Он знает цену, знает путь к себе,
И в этой силе — истинный венец.
Ведь победившему себя, в своей судьбе,
Не страшно ничего, не страшен злой конец.

черный, горький кофе
горло обжигает
запахом манящим,
жжет глаза от боли, но никто не знает,
«красота в глазах смотрящего»

тихо текут слезы,
где найти платочек
в мире, где свитшоты
фраки заменили?
что-то менять поздно,
хотя больно. очень.
что ты, мама, тогда не остановила

увы, не помню цвет ваших глаз
и голоса нежно звучание,
а увижу, даже не вспомню я вас,
в ответ на мой взгляд лишь молчание

я, знаете, вас любила,
но поняла только недавно:
как же глупо тогда это было
и даже немного забавно

я помню, мы с вами играли,
дурачились и влюблялись,
от воспитательниц суровых убегали-
мы вместе ничего не боялись.

но вы предпочли мне другую,
при мне называли «невеста»,
твердили, не найдете больше такую,
это казалось нечестным.

я вам не нравилась, вы признавались,
а я все это терпела. пыталась.
пока вы в другую так долго влюблялись,
я, маленькая, убивалась.

сердечко то мелкое, но с океан
размером было оно,
вы так бессовестно, больно сломали,
поранили. но всё зажило

а я так хочу вспомнить цвет ваших глаз,
но все равно не могу.
может быть видела я много раз
вашу тень на январском снегу

может, вдыхала запах духов
на улицах в мае прекрасном,
может, слыхала в мурчании котов
я в переулке опасном

но вы в прошлом остаться должны,
стерлись все воспоминания.
помню я только то, что, увы,
вам так плевать на страдания

еще помню имя ваше:
означает « Богом дан»..
помню, будучи первоклашкой,
влюбилась безумно, Богдан

имя ваше так символично
в ситуации данной, со мной.
кому-то вы дан, и это отлично,
но, увы, мы пошли не равной тропой.

а я так люблю страдать, если честно,
даже представить нельзя.
странно, неправда? порой даже лестно
не помнить такие глаза

пап, каждый раз, делая мне больно,
ты не видишь горьких моих слез,
ведь я веду себя достойно
и назло не откажусь от своих грез.

но я сумею себя отстоять,
ведь, к сожалению, твоя точная копия.
надеюсь, ты когда-нибудь сможешь понять,
что любовь папы и дочки для нас не утопия.

а помнишь, лет десять назад,
мы были с тобой так близки..
ты отводил меня в детский сад,
до него мы бежали наперегонки.

я, не умея почти разговаривать ,
говорила, что ты «добрый-добрый».
как же больно это сейчас вспоминать
и понимать, что отныне все по-другому..

надеюсь, ты вспомнишь то время,
и, прослезившись, наконец осознаешь,
что я уже так повзрослела,
и ты меня совершенно не знаешь.

Я сам себя запер на замок,
Не говори мне,что жить не смог.
В моей квартире никотиновый дым,
Я не согласен, что я не людим.
И вот я дома, не листаю чат,
Теперь никто мне,не брат не сват!
Я заморозил режим проблем
И отошёл от всяких мутных схем.
Тебе сказал: «Больше не звони.
И мою душу не тереби.
Ты ушла, так решила сама,
А я на дно опустил якоря.
Мне без тебя очень хорошо,
А ты маячишь и делаешь шок.
Всё говоришь: «Ну давай ещё?
А я твержу:«Навсегда ушёл!