Гражданская лирика

Когда весь мир сошёл с ума,
Когда слова - страшнее взрывов,
Родная Русская земля,
Не соблазнись страстями мира!

Держись за веру, не утрать
Своей великой мудрой силы,
Привыкли "нищей" называть,
А ты последнее делила

И отдавала тем, кому
Нужда затягивала пе'тлю,
Не покорялась никому,
От щедрости своей ты крепла...

Держись родная , мы с тобой,
Разбросанные по планете
Живущие одной душой
С тобой,
Твои, Россия, дети...

Иду по цветущему городу,
жизнь кипит...
У Курской границы небо
по швам трещит...

В череде новостей ищу
по привычке ту,
От которой не вырвется брани
разряд в пустоту...

У августа есть предлог -
беспризорный дождь...
А там на границе под Курском:
- Врёшь! Не возьмёшь!

Мальчишки взрослеют
под грохотом канонад
Совсем еще дети для нас,
а - ни шагу назад...

За ними - Россия...
За ними - жена и мать...
Кому-то -
продолжить жить ...
Им -
не отступать...

Только русским жалко украинцев
Только русским. Больше никому.
Тем, кто русским зваться не стыдится.
Тем кто помнит Родину одну.

Помнит, как отцы за нас отдали
Жизнь свою, за русский общий дом.
Чтобы дети никогда не знали
Жизни под фашистским сапогом.

Украинцев жалко только русским.
Остальным, поверьте, наплевать.
Русский помнит, как Петро под Курском
Раненый умел не отступать.

Как Мыкола животом гранату
Под Смоленском в блиндаже накрыл...
Помнит до сих пор Ивана правнук
И Мыколы правнук не забыл...

Жалко тем, кто знает, как усердно
Превращали друга во врага...
Продавали тайно, незаметно
На аукционах с молотка

Братский дух. Союз несокрушимый.
Как ломали крепкую семью.
Отрывали с кровью Украину.
Пробивали крепкую броню

Лицемерной жадностью. Обманом.
Подкупом. Ловили на живца
Сытостью дешёвых инстаграмов.
Играми на нервах гордеца.

Соблазняли властью и манили
Косточкой свободы со стола
Кукловодов. Тех, что возомнили
Из себя вершителей "добра".

Тех, кто так, как мы не хоронили
Братиков по Богу, по крови.
Мы же как одно-едино были
Стали чужі люде - москалі ...

Що ж із нами, братик, наробили?
Як між нами трапилась війна?
Только русским жалко Украину ...
Украина тяжело больна...

Умирала любовь под рукой
Обессилевшего хирурга.
Пот солёный с горючей слезой
Потушили свечу окурка.

Не вините его. Он врач.
Его скальпель работал честно.
Фронта линия. Медсанчасть.
Здесь не судят. Здесь мрак. Здесь тесно.

Здесь за жизнь отдают себя.
До конца. Здесь исход неизвестен.
Это бой. Линия огня.
Здесь молитва:
- Любовь! Воскресни!

Всех артистов поздравляем,
Успехов творческих желаем!

Искуством распахнете вы калитки
Для каждой зрительской улыбки.

В одном городе когда-то жил людоед.
Не питался ни рыбой, ни птицею.
Людоедом был папа, людоедом был дед.
Людоедом сын стал по традиции.

Человечина на завтрак и на обед.
Хоть питал он к ней отвращение.
Человечиной закусывал людоед.
В праздник, в будний день, в воскресение.

Не веселый и не радостный рацион,
а хотелось бы постного супчика.
Присылали к нему - таков закон.
Алкоголиков и преступников.

Людоед слезы лил, людоед серчал.
И жалели его все жители.
И порою случалось, что сгоряча
он поругивал даже родителей.

Но прошло много лет, людоед привык
и людей теперь ел с аппетитом он.
Очень сладок на вкус человечий язык.
Но неплох человек и с других сторон.

А в том городе повывелись алкаши.
Кто был сьеден, кто помер, кто протрезвел.
И преступников нету там. Ни души.
Никто пищею быть не захотел.

Перейдя на диету, людоед худел.
Сократились меню и питание.
При отсутствии граждан преступных дел
пригодились другие славяне.

Вот история, а морали нет.
В назиданье потомкам прочесть.
Если в городе присутствует людоед,
он же должен ведь что-то есть.

Вначале трахал я старушку
С Шаляпина беря пример
Лохматил я ее петрушку
Объем меняя и размер
Затем со внучкой ЕБНа
Крутил я шашни и амур
Мой копипаст, служитель сцены
Сменил Агату на Гипюр

Меняя баб как кобра кожу
Об них язык я стер до дыр
Но становился все дороже
Как ного-мяче-бомбардир
Футбол российский – стыд испанский
Мой статус в нем: рука-лицо
Нелеп, как стадион в Саранске
Как разговор немых чтецов

Сношаясь с Викой Попы рёвой
И внучке в зад вгоняя член
Играл стабильно я хреново
Не изменяя сам себе
Но даже в своре имбицилов
Я, вспомнив Ецина завет
Пробил пенальти. Но вполсилы
Сей исторический момент

Меня почти что обессмертил
Что сделать было нелегко
Теперь мы ровня: ФК «Черти»
Мамай, Смол, Дзюба и Ко-Ко
Так ЕБН Союз – в обломки
Разнёс. Но хоть кого спроси
Остался в памяти потомков
Нассав прилюдно на шасси

Для Попы рЁвой – я подросток
Для Ециной – пенсионер
У первой жопа – девяносто
А у другой – СССР
Был в жопе в тех же девяностых.
Я смутно помню тот развал
Чтоб через внучку (что непросто)
Я деду в гланды напихал.

(Первая девушка нашего персонажа была старше его на 7 лет.
Вторая девушка, внучка ЕБНа, была моложе на 12 лет)

Сердца горят и мы не ждем наград,
И взгляд суровый - не свернуть назад.
Сквозь бури, мглу, сквозь пепел и огонь,
Идем вперед, незыблемый оплот.

Мы - щит и меч, мы - сила и надежда,
Мы сохраним покой родных сердец.
Нас не сломить, мы верим безмятежно,
Что мир придет, страны величье защитим

Друзья плечом к плечу, один за всех,
И подвиг - это чести звонкий смех.
Не ради славы - ради тишины,
Чтоб дети жили, чтобы не было войны.

Мы - щит и меч, мы - сила и надежда,
Мы сохраним покой родных сердец.
Нас не сломить, мы верим безмятежно,
Что мир придет, страны величье защитим.

Земля дрожит и гул идет волной,
Но мы стоим - каменной стеной,
Пусть каждый знает: мы - один живой,
Единый дух, что Родину спасет.

Мы - щит и меч, мы - сила и надежда,
Мы сохраним покой родных сердец.
Нас не сломить, мы верим безмятежно,
Что мир придет, страны величье защитим.

Опять безумстве начала
Что мне строка, вновь подсказала
И я готов, ловить их вновь
Сказать, что просто я готов.

А, я хочу, сплетать слова
Что бесконечность мне дала
Хочу опять найти ответ
Вопросы есть, ответов нет.

А день мелькнул, и вновь угас
Так было в жизни много раз
Хотел понять я жизни суть
А день опять закончил путь.

И буду я в ночи ловить
Мечты, в которых буду жить
Во снах вам чудо создавать
И в небе полечу опять.

Такое было мне, дано
Судьбы простое естество
Рождать во снах опять мечты
Что ночью были мне даны.

А вам останется принять
Что смог в своих мечтах вам дать
Принять безумие мечты
Что были мною вам даны.

Спящим как я в автобусе
Не единожды мимо работы
Пальцем ткнуть наугад на глобусе
Туда где одни субботы

И то ведь порой разбудит
Знакомец проснись выходи
От идущего ко дну не убудет
Работай надейся и жди

Как нацики всем надоели,
Уже из снега там и тут.
Встают солдаты, где метели,
Прошли и промели свой путь.

Встают донецкие солдаты,
Из снега, как снеговики,
Идут на Запад: аты - баты,
Их автоматы не легки.

Идут, свой край освобождая,
По снегу, крепит их мороз,
Они идут, преград не зная,
Встревоженные все всерьёз.

И снег им на земле,- подмога,
Ведь это ихняя земля.
Победой станет - "перемога",
Идут вперёд, назад нельзя.

При погонах индюки
Все земные их грехи
Водку пить, мать оскорблять
Вены резать, кромсать
Женщин ни за что считать
Баба-значит она бл-ь.
В жизни ничего не значат
Раз мундир им предназначен
Можно миром управлять
Буйствовать, стыда не знать.
Нет. Не скажу, что их не счесть.
Большинство ребят военных
Знают, что такое честь
Что разгильдяйство и разврат-это грех.
Но откуда же берутся
Оборотни в их рядах?
Вот вопрос и остаётся
Кто ж таких их воспитал?

Седые ели...Седые пили...
И вспоминали, какими были...
На лбах морщины, в глазах склероз...
Всех будоражил немой вопрос:
Что с нами стало за эти годы?
И кто все эти, вокруг, уроды:
Седые тетки-подруги детства?
А дед напротив-пацан соседский?
Мы вкусно ели и много пили,
Мы пели песни-довольны были...
Но каждый думал: "Великий боже!
Ужель я тоже с такой же рожей!?"
А это мой ответ
Я не поверю в такое, братцы!
Мы молодыми хотим остаться!
Над нами время совсем не властно.
Мы просто живы! Какое счастье!
Над нами годы, шурша, шумели,
Душой же юны мы, в самом деле.
И если было- порой болели,
То глупость наша. Но песни пели!.
И наша дружба - залог здоровья,
Чтоб мы с друзьями встречались снова.
Не сединою - сребром сверкаем,
Зубами - златом всех удивляем.
Ура! Смеемся! Пока мы живы!
Пусть радость детства играет в жилах!

Плохие стали зеркала
Неверно как-то отражают,
Меня так грубо искажают-
Пародия их просто зла.
Я помню-много лет назад
Получше делать их умели,
И на меня из них глядели
Мои веселые глаза,
Фигуры стройный силуэт,
Лицо живое, молодое
И симпатичное такое-
Теперь таких зеркал Уж нет.
С тех пор прошли уже года,
В себе не чувствую изъянов,
Все также полон мыслей, планов,
Душа, как прежде, молода.
Зеркал же новых злая гладь,
Куда порой смотрю я сдуру,
Какую-то карикатуру
Теперь вдруг стала рисовать.
В жестокой глубине стекла
Старик седой и лысоватый,
В морщинах весь, слегка пузатый...
Плохие стали зеркала.
А это мой ответ
Неправда это! Ерунда!
На внешний вид плевать хотел я,
И если только бы сумел я,
Послал бы к черту все года!
Душой я молод, как всегда,
И тем могу всегда гордиться,
Что, вероятно, пригодится
Моя нетленная звезда.
Звезда, что в путь меня зовет,
Звезда, что не дает покоя,
Звезда, что к счастью приведет.
Не знаю я звезду иною.
И пусть мой друг не устает
Идти по следу в след за мною.
И пусть он не произнесет:
"Не знаю я звезду и ною!"
Я лысиной своей горжусь!
В нее, как в зеркало, смотрюсь
И в отражении с утра
Хвалю родные зеркала!

Рабы не смеют думать.
Для них положено – внимать.
Они работать будут,
Чтоб благо для хозяина достать.

А если кто-то заартачит,
Тюремщики с улыбкой на лице
Тут сразу наказание назначат:
Удары плетью по спине.

Среди рабов Спартак нашёлся
И за свободу клич поднял.
Он в армии рабов сражался
И часто римлян побеждал…

Но ход истории закономерен,
И феодальный строй взошёл,
За ним капитализма путь был мерян.
И временно пристанище нашёл.

А как же Ленин, СССР?
Увы, бездарно потеряли.
И социализма, нет теперь,
Но веру в людях не сломали!..

Пройдут года, неважно сколько,
Но пена с волн сойдёт всегда
И в море будут плавать только
Суда, с людьми свободного труда.


11.12.25.

Гуляет деревня, хмельная пора,
сегодня невесту свезут со двора.
Она и смеется и плачет она,
налейте невесте скорее вина.

Гармошка курлычет, частушки поют,
кого-то за дальним столом уже бьют.
Ведь свадьба не свадьба когда нету драк,
под водку и дружка становится враг.

Но водка рассорит и водка сведет,
чуток охладятся, обида пройдет.
Эх, бились красиво, рубахи рвались,
налили по стопке, потом обнялись.

Побитых подняли, налили вина,
и сразу растаяла злости стена.
Разноситься "Горько",и те кто не спят,
стаканами громко в поддержку гремят.

Невесте советуют мужа любить,
а парню работать велят и не пить.
Пусть в доме царят и любовь и уют,
такое бывает коль парни не пьют.

Подружки невесты как стая синиц,
чего-то щебечут, нет радостней лиц.
Глядишь и присмотрит какой удалец,
а там и сваты и безделью конец.

Невесте тревожно, а вдруг что не так,
и в новой семье она станет как враг.
Ведь будет сегодня чужая семья,
и мама конечно но все ж не своя.

И тянется к мужу,согрей,защити
нам в лодке одной в этом мире грести.
И парень склонился над милой женой,
один поцелуй и на сердце покой.

Гитара о чем-то негромко поет,
но вот всполошился подпитый народ.
Невесту украли и требуют дань,
вина и конфет им где хочешь достань.

Вернули невесту и все улеглось,
пустые тревоги от сердца отбрось.
Гуляет деревня, хмельная пора,
невесту женою свезли со двора.

Иду сегодня теми я местами,
Где мир увидел первый раз, где рос.
Встречал сельчан. В беседах между нами
Узнал кто жив, кто житель стал небёс.

Я вспоминал, как мы здесь отдыхали,
Собравшись в местном клубе вечерком.
И под пластинки пели, танцевали,
Два километра шли потом пешком.

Ту жизнь и развлеченья вспоминаю,
Как будто кадры старого кино...
Идя домой, рассветы мы встречали,
Кто сам, кто в группе, кто-то был вдвоём.

Сначала полем, над речушкой дальше
Какое б время года ни было -
Шла с танцев молодёжь, и не иначе -
Кто с девушкой, кому-то не везло...

Сегодня вновь иду я той тропою,
Что мы тогда ходили над рекой:
Увы, пропала...Заросла ольхою -
Ходить-то некому тропою той.

И многие сюда уже не едут,
Устроив в городах свою судьбу,
Но ждёт деревня. Полнится надеждой,
А люди? Хоть другие, но живут.

Не осуждая никого
И не жалея ни о чём,
Живи как можешь целый год,
Затем ещё! Подставь плечо
Кто просит, чтоб сильнее стать!
И только светлые мечты,
Поверь, в душе развеют мрак,
чтоб до вершин судьбы дойти,
Освободившись от тревог,
Сомнений и от лишних слов.
Да чтоб избавиться помог
Себе от прежних страхов, снов...
Живи как можешь, так живи,
Чтоб счастье грело и внутри!
Потоку жизни дверь открыв,
Ты радость сердцу подари!

Белой птицей, наверное странною,
Ты была из вороньих тогда.
Нелюбимой, непопулярною, —
Не исправят того и года.

​Наряжалась в доспехи ты школьные,
Их давно уж никто не носил.
Позволяла словечки фривольные,
Их не каждый вот так говорил.

​Улыбалась с того, что не весело,
Странно всем это было понять.
Из тетрадок ты делала месиво,
Когда с яростью не совладать.

​И в поступках была ты отчаянна,
Неожиданный выкинув финт.
Очевидно, душою израненна,
Для нас жизнь твоя — как лабиринт.

​Ела мыло, с козявкой закускою,
В шутку верно, а может всерьёз...
В глазах наших была трясогузкою,
От тебя пробирал нас мороз.

​Как-то выкрала деньги учителя,
С сумки тиснув её кошелёк.
Но купюры себе не похитила,
А рассыпала в летний толчок.

​Может, тем отомстить ты хотела ей,
Разломав мозг, — и сам не пойму.
Странной страшно была, точно Бармалей,
Естеством тяготела к нему.

​Не окончив образования,
Восьмилетку бросив, ушла.
И финальным взрывом сознания —
Спустя тридцать лет... умерла.

История реального человека.

В рабочий вторник
Шваль кусает поучить.
Дряхло́м тряся
Шестипудовым,
Как своевольная
Подземная блоха.

Почтовый голубь
Прилетая, хочет пить.
Безбожных дней
Блюющий грузчик
Скуднóй московский
Закрывает выходной.

Мечты и планы,
В измерении прорыв –
Вновь оживил
Безликий ветер...
Столпы сочувствия
И омуты соплей.

Шедевр упавший,
Приближая осень – лист
Проплыл шурша
Холодной тенью,
Слоняясь жителем
Асфальтовых аллей.

Пустынно как-то,
Будто неизвестный штамм...
Стальная ржа.
Нет грустных взглядов.
Очень однотипных.
Убеждённых взглядов.

Лишь двигаются
Плавно облака.
Свой марафон
Незавершённый,
Всё продолжает вдаль
Святая красота.