Гражданская лирика

Всем русским воинам, погибшим в войнах разных времён, посвящается

Я пришёл с пепелищ обгоревших холмов,
Где лежат мои братья по крови,
Я пришёл без пороков и старых долгов
Боль неся до пророчества в слове.

Сколько их там лежит, разве кто-то считал,
Только крест над убогой могилкой,
Да ещё не заросший землистый прогал
В комьях глины от сырости липкой.

Мне бы их помянуть, вспомнить только добром,
Но имён их не знаю по сути,
И лежат под остывшем холодным сукном
Кости тех, кто привёл души к грусти.

Слава этим достойным погибшим сынам!
Матерям, что под сердцем носили!
А потом, не поверив пропавшим следам,
Над тоской в одиночестве выли.

Они были порою до детства юны,
Над губой только, только пробились
Волоски, лёгким пухом озябшей весны,
Что они перед боем побрили.

Сколько их там лежит, разве кто-то считал,
Нет креста над убогой могилкой,
Но открыт до сих пор войн пробитых портал
В комьях глины от сырости липкой…
апрель 2026 года

В летах младых звенела буря,
объято жаром молодое тело,
крича надсадно, брови хмуря,
не зная средства, чтобы не болело.
Когда пришла беда? Откуда?
Был духом крепок, вылит из бетона.
Трепала разве лишь простуда...
Возжаждал обретение агона.
Сменялся ночью день во муках,
ристалий жаждал с болью за покои,
несведущий тогда в науках,
свои же повергал во прах устои.
К утру разбитый, сломлен верой,
готовый пасть, измученный боями,
не видя солнца в жизни серой,
душою находился меж мирами.
Пусть излечение настало,
но с болью безустанны поединки,
одно всегда лишь утешало -
кончаются в часах моих песчинки.

22.10.2023

Ветер треплет солдатские раны,
Май укрыл всё зелёным
ковром,
Не стареют душой ветераны,
Не любя вспоминать о былом.
С каждым днём их всё меньше
и меньше,
Но живут они в наших сердцах,
Как от нечисти нас защитили,
И летят клином птиц в небесах.
Помню дед на парад
собирался,
Много было их в нашем селе,
Как в пиджак,ордена одевался,
Отдавая дань мирной весне.
Он тогда ,той весной, не
вернулся,
Наша бабушка очень ждала,
Халхин-Гол так некстати
проснулся,
Та война ещё многих взяла.
Он пришёл, когда льдом всё
покрылось,
И зима всё сковала вокруг,
Он подумал,- мне всё это
снилось?
Но осколок в груди кольнул
вдруг.
Ну не может же быть так на
свете,
Столько горя,страданья и бед,
Столько жизней поломанных,
дети,
Где найти на всё это ответ?
Нам неведомы замыслы Божьи,
Мы живём все как можем
Отец,
До мурашек лишь чувствуем
кожей,
Злу и горю наступит конец.
Давайте помянем молчаньем,
Всех тех,кто домой не пришёл,
Кто мир нам оставил в
наследство,
И кто до Берлина дошёл .

С новым днём Страна родная.
Счастья, добрый наш Народ.
Пусть скулит вражины стая.
Всё нормально. Жизнь идёт.

Дети мы большой РОССИИ.
Злобы нет в сердцах у нас.
Всё прекрасно. Всё красиво.

Мы живём с душой открытой,
Потому она светла.
Чаша горечи испита.
И добра у нас Страна.

Были боли. Были раны.
Ценим мы лишь Правды путь.
Счастья Марьи и Иваны.
Наша Вера. Наша Суть.

Всколыхнулась бесов свита,
Бьёт копытом, трубит в рог.
Напрочь ими всё забыто.
Будет новый им урок.

Будет новый День Победы
Над великою Страной.
Как пришли когда-то деды,
Мужики придут домой.

И наполнятся стаканы,
Может также в день Весны.
Выпьют Марьи и Иваны
За величие Страны...

А снег ложился на зелёную траву.
А на деревьях почки уж набухли.
Война терзает мирную Страну.
Уроды зла там видимо опухли.

Их вразумит опять Страны СОЛДАТ.
Не быть в РОССИИ этой мерзкой грязи.
Такое было много лет назад.
Но видно вновь забыли всё заразы.

Нельзя в РОССИЮ приходить с мечом.
Об этом им ещё сказал Князь НЕВСКИЙ.
Поход "крестовый" будет обречён.
Не терпит РУСЬ таких набегов дерзких.

Народ РОССИИ Верой укреплён.
Колокола церквей нам лечат души.
В непобедимость верим мы Знамён.
Не даст СОЛДАТ покой Страны нарушить.

И как всегда вернётся он домой,
Водой родною смоет всю усталость.
Не нарушайте больше наш покой.
Забей в мозги себе ты это гадость...

Владимиру Косову ко Дню рождения


Струна не терпит лести,
Я не терплю шаблонов —
Не гладьте против шерсти,
Игра здесь по канонам…
…

Участь I - «Уникальность»

Всю жизнь свою не мог уйти от помысла
«Призвание» сменить на «уникальность», —
Театром лучшим стать и только в рамках совести
Использовать живую театральность.

Героям всех поэм, не раз бросал я вызов,
Сражаясь в поиске открытий - «новых смыслов»,
Но, так скажу — входил (как здесь в стихах описано),
«Без зависти в чужие закулисья»!

И был успех и зал рукоплескал!
И мне напрашивался «вывод – откровенье»:
«Я, значит смог! Не зря, себя терзал!
Добился выражения на сцене!»…

Потом шел «час» престижных в мире премий,
Кружилась голова от фестивалей;
И даже тесно становилось в сотнях мнений, —
Я знал, что развиваюсь по спирали.

Поэт пророчил мне новаторство и смелость,
Всё ямбом мерил он глубины постановок,
А я старался быть для новых поколений
Звеном миро-земных инсценировок…

Я знал, что нет предела в совершенстве
Но, выскажусь теперь, как «Председатель», —
«Без творческой команды в этот век
Я буду просто преданный мечтатель,

И не смогу на сцене…, нет, я не поставлю
Тех первых нот, с которых каждый зритель
Узрит, что я на сцене не лукавлю..,
Что надо мною — муза повелитель!

Ведь только музе и дано в смешенье жанров
Стать новизной классических мышлений, —
И нет «призванья» в жизни без провалов!
Нет «уникальности», без творческих мучений!

В той самой «совести» и есть мои примеры!
В «доверии» и «смыслах», непременно… —
И только так за месяц до премьеры,
Билеты раскупаются, мгновенно»!

С рожденьем истины рождаются фанфары!
А исповедь моя, как муза в тишине —
Даёт возможность «шить» репертуары
И быть услышанным в излюбленной струне —

Струна не терпит лести,
Я не терплю шаблонов —
Не гладьте против шерсти,
Игра здесь по канонам…

(Материал содержит лишь точку зрения автора - зрителя…)

Война, я сжимаю автомат,
Команда «В бой!», ни шагу назад.
Вперёд в атаку, сквозь дым и огонь,
Но пуля резкая прошила меня.
Я упал на землю, в груди оборвалось,
Всё, что наметил, вмиг не сбылось.
Боль и тишина… Мир замер на миг,
В этой пустоте я душой возник.
Открываю глаза — я умер? Вопрос.
Ветер прохладу и лёгкость принёс.
Тело на почве, но боли в нём нет,
Я вижу иной, удивительный свет.
Легко и спокойно, затихла война,
Теперь бесконечная здесь тишина.
Рядом со мною — родные лица,
Те, кому в небе дано раствориться.
Близкие люди, старые друзья,
Те, о ком долго плакал и я.
Всё будет хорошо, я верю теперь,
В вечность открылась прозрачная дверь.
Я улетаю, я мчусь домой,
Где каждый кирпич до боли родной.
А дома — слёзы, на сердце — горе,
Вы тонете в этом отчаяния море.
Но почему вы не видите меня?
Я здесь, у порога, средь белого дня!
Я рядом с вами, живой мой дух,
Я прошепчу это нежно и вслух.
Не плачьте, родные, не рвите сердца,
Путь не окончен, нет в жизни конца.
Мне здесь так легко, спокойно и ясно,
Жизнь прожил я, знаю, совсем не напрасно.
Это не финиш, теперь я уверен,
Мир за порогом — он не потерян.
Просто помните обо мне — и я буду жить,
Незримою нитью нас не разделить.
Я стою рядом, я в каждом дыханье,
За гранью земли, за чертой расставанья.

Что общего между костром и небом?
Что связывает солнце и луну?
Всего один лишь взгляд и он так нужен,
чтобы в объятиях услышать тишину.

Порой и слов не нужно человеку,
Что бы понять в глазах весь мир,
Просто вздохнуть и ощутить по ветру,
Ту лёгкость что создал ювелир.

И дождь сыграет с неба в прятки,
И сумрак светом отдалён,
И встретит взглядом наблюдая,
Чего же каждый так лишён.

Она его с детьми ждёт дома,
Он на войне пишет ей стихи,
И отправляет ей открытки с фронта,
На каждый праздник дарит ей цветы.

Пропал,не отвечает долго...
Переживает смотрит на окно,
А там в дали он тащит друга,
Он уже мёртв-но тащит всё равно...

Чтоб похоронить по чести уважения,
И вспомнить дружбу со слезой,
-Прощай мой друг,спасибо за спасение,
Меня прикрыл от пули ты своей спиной.

Я передам письмо которое ты написал,
А на конверте капли крови,
В грудном кармане фотография детей,
Они ещё совсем ведь крохи.

Поезд приближается к перрону,
Она ждёт его-закончилась война,
И долгожданные объятия,
Один лишь взгляд и наступила тишина.

А просто...
Бывает...
Пусто..
Больно и одиноко.
Просто обида гложет
Бессмысленная,
Жестокая...
Просто пришло..
Безразличье..
Нету его...
И не надо...
Просто любовь заболела
Жизнь..
Это-Осознанье...
Время, срывает маски
Видно:
Чего- не видел..
Словно прозрел- Заново!
Понял,
Чрез боль... Видимо...

Книга - это искусство человека,
Читаем мы, не отрывая века,
А в ней идея каждого творца,
Про умного, про дурака и молодца.

Здесь в книге есть и зло,
Что побеждает лишь добро.
И этому нас учит книга,
В ней мудрость есть и сила.

Мы голову забили интернетом,
А лучше книгу чти со светом.
Она и воспитает и научит,
А кто у нас читать не любит?

Лишь только тот, кто не знает,
Или просто о книге забывает.
Вспомни где учился ты читать!
С чего же начал мир ты познавать?

Люби, цени ты книгу человек,
Она проживёт больше чем век.
Научит уму не мало людей,
Начиная с маленьких детей!

В тишине ночной, где дремлют тени,
Я сажусь в уютный, тёплый круг.
Замирает мир в святом смиренье,
Слышен лишь мотора мерный стук.

Поворот ключа - и сердце бьётся,
Оживает дремлющий металл.
Путь далёкий лентой вьётся,
Я его давно, признаться, ждал.

Трогаюсь я с места осторожно,
Разгоняя сумрак впереди.
Всё, что было сложно и тревожно,
Остаётся где-то позади.

И включаю фары, словно очи,
Прорезая тьму густых полей.
Я лечу сквозь бархат чёрной ночи,
К цели неизведанной своей.

Мгла...
Весь мир во тьме, в огне, в аду.
Лишь только я с тобой иду,
Да под руку держа... то знамя!
Наш ответ... великих побед...
Ценою мира, мы смогли, мы неодолимы! Но стоило ль всё того, что мы натворили...

–Гордишься нами, Святовит?
–Да, вы победили, но лишь во славу Морока... иллюзий... лжи.
Погибло всё, укутавшись во тьме
Пеплом одеяла
И даже и не скажешь, из-за чего всё стало так... мёртво, черно и мрачно.
И реки крови, и моря, и озарявшая луна, и всё кроваво-красный свет,
Да только смысла в этом нет!
Убиты горем матеря,
Сердца замедлились и вот
Наступит голода поток, сжигая всё дотла.

А временем пронзая мир,
Пройдут года, века, мгновенья
И станет всё как до войны,
Но память неизменна!
Мы будем помнить, будем знать и прошлое не повторять,
Во Славу упоения.

07.02.2023

Я по юности своей тоскую,
Жизнь до радости скупую.
Культы личности познали,
Перестройкою достали.

Пролетели мигом те года,
В них цвела моя мечта.
Перед фактом все теперь
От предательских потерь.

Договор Варшавский обречён,
Нет страны, где был рождён.
Что народом всем создали,
По карманам разобрали.

Запад нагло врет.
Их альянс растет.
Отступать уже нельзя!
От СССР лищь Российская земля.

Зацветает сад надежд весенних.
В кооперативе берегинь
Женщины в беседах откровенных
Обсуждали с завистью богинь.

Я ему и глажу, и стираю,
Собираю тормозки, кормлю.
Что ещё-то, вот уж и не знаю,
Чтоб услышать от него «люблю»?

А богини о себе пекутся,
Каждодневно заняты собой.
И ведь мужики на них ведутся,
Хоть летят валетами в отбой.

В роликах она себе танцует,
Собирает с дураков донаты
И ничем ведь ровно не рискует:
Холостой ей шлёт или женатый.

Только вот проблемы с интернетом.
Думай, стрекоза, и о зиме.
Даст Роскомнадзор так этим летом —
Мы твоё увидим резюме.

Сидят мальчишки у окопа с краю,
Им чуть за двадцать — можно жить и жить.
Свой выбран путь — за край родной вставая,
Защищая безвинный мирный люд.

— Ты знаешь, Тёма, а мне снилась мама,
Как будто рядом, гладила рукой.
И кот Семён, и моя Танька боевая,
И так тоскливо, хочется домой.

Он оглядел вдруг небо — дроны полетели.
Схватили автоматы и сбивать.
Ребята боевые подхватили в канители,
Нам главное всем до конца стоять.

— Отбились, Коля. Ненадолго. Дай то Боже,
Сегодня ночь прожить, дожить до дня.
А где то там, в далёком тихом доме,
Ждёт мать меня, ждёт сын и жена…

— Ты знаешь, он ведь мал ещё, два года, —
Достал он фото из кармана у груди.
— Смотри, какой, он, кстати, тоже Коля,
У него ещё всё впереди.

— Прислал мне талисман — курчавый мишка,
Коричневый, на шее красный бант.
А на обратной стороне тут есть записка
Со словами: «Папа, мы ждём тебя».

Его с собой ношу, как оберег мой, знаешь,
Я прикоснусь — и слышу родной голос их.
Я знаю, брат, меня ты понимаешь.
Я слышу, как во сне зовёшь своих.

Одна лишь просьба, если так случится,
Что не вернусь я больше в родной дом,
Ты передай письмо, — он тихо на землю садится,
Отдав конверт, а в горле — словно ком.

Вдруг волею судьбы или злым роком
Раздался по небу смертельный гром.
Снаряды, пули, выстрелы потоком —
Земля дрожит, и всё вокруг огнём.

Взрыв рядом. Все в глухом раскате.
И где-то слышны крики раненых ребят.
Но встали парни на алом том закате,
За дом, за маму, за детей и за тебя.

Мнут землю кирзачи, и сыплют пули,
Во рту земля, и страха нет внутри.
Чернее ночи роковая птица боли.
Решила все вдруг по щелчку судьбы.

Упал. И смотрит в небо, алое, как розы
А по вискам струя пульсируя бежит..
И под ребром вдруг стало очень больно.
И вдруг резко хочется так жить.

— «Держись, Артём!» — под гул и дым, спасая,
«Мы выдержим, брат! Ещё не пришёл наш час!
Ты сыну обещал вернуться, знаю,
Мы доведём наш путь до светлых глаз».

Закрылись очи Тёмы, губы тихо шепчут:
— Ты передай письмо моей, пожалуйста, семье…
И что то вскриком, всхлипом — слёзы плещут,
Потоком кровь стекала по земле.

Последний вдох. И вдруг не стало друга.
Разжали пальцы сына талисман.
Он не дожил до увольнения два круга
Отправился навеки к небесам.

На лавочке мальчишка, а в руках — курчавый мишка,
Тот самый, что теперь хранит отца.
На обороте: «Я рядом буду вечно, мой сынишка» —
Оставил запись перед боем для мальца.

Сидит мужчина у окопа с краю,
Ему за двадцать, на висках сверкает седина.
Он видел смерть и боль, и цену жизни знает.
Седина — не возраст, а война.

Не говорит он громких слов о славе,
Не ждет наград, не ищет громких фраз.
Он исполняет долг, как все, сидящие в овраге.
Ради родных до боли глаз.


Рассвет придёт — и снова бой жестокий,
Но в сердце — образ мамы, дом родной.
Мы держим фронт, хоть путь наш очень сложный,
За мир, что защищаем мы с тобой.

Это может занять шесть месяцев,
Может продлится два года,
Однажды всё обретёт смысл,
И после будет свобода!

Мы достигнем своей цели ,
И весь пройденный путь,
Будет нашей дорогой жизни,
И после мы сможем вздохнуть.

Вздохнуть полной грудью воздух,
И выдохнуть открыв глаза,
У тебя получилось ты на вершине,
Но вспомни что было тогда.

Весь этот путь через тернии к звездам,
И ты снова в строю,
И так легко непринужденно,
Услышишь как люди поют.

Мир вокруг тебя так прекрасен,
Но победа была так трудна,
И самое главное ценность,
Жизнь всего лишь одна!

Проживи её так что бы после,
Ты уходил и не о чём не жалел,
И вспомнил как было трудно,
Но ты трудности преодолел.

Через боль, силу и слёзы,
Когда другие просто сдались,
И остались в том же туннеле,
И в конце света не дождались.

Дай руку ближнему своему,
Когда он жизнь на дно уронит,
И каждый сможет видеть свет,
И дать его другим кто тонет.

Мой океан — моё большое чувство!
Мой странный дар любить и отдавать...
В мой скромный мир великое искусство
Стучит, как в комнату стучалась мать.

Не ловко, что ж, но я его приемлю.
Не громко, да, но я его люблю.
И так же вязко, как повозка в землю,
Врезаюсь, пробивая колею.

А что стихи?.. Легко с листа срываясь,
Покличут с выси и летят опять.
Машу им вслед. И каждый раз стараюсь
Любить, мечтать и что-то отдавать.

Апрель 2026 г.

Не на бумаге знают мальчики войну.
Она опять затронула РОССИЮ.
Вновь силы тьмы затронули Страну.
Страну, которая назначена МЕССИЕЙ.

Походным маршем снова Мужики,
Ушли подняв победные Знамёна.
Из века в век идут на бой полки,
И наш Народ всегда не побеждённый.

Народ РОССИИ верою сплочён,
И Правда в душах наших - это сила.
РУСЬ не склонится перед палачом,
ВЕЛИКАЯ СВОБОДНАЯ РОССИЯ...

Тихонько Май нам скоро стукнет в двери.
Приход Весны наш радует Народ.
Пусть нелегко. Нов лучшее мы верим.
Быть может он Победу принесёт,

Как и тогда, в далёком сорок пятом,
Разбил уродов Родины кулак.
Домой пришли усталые Солдаты.
И как нам хочется чтоб вышло снова так.

Блудливый пёс. То что зовётся НАТО,
Беззубым ртом поганым вновь шипит.
Но не сломить российского СОЛДАТА,
Народ единством мерзость победит.

Конечно есть у нас свои "герои".
На попе сидя учат нас как жить.
Придёт солдат, и с этих спросит вскоре.
В РОССИИ Веру гадам не сломить.

Взметнутся в небо новые салюты.
Победу нам и церкви возвестят.
Нельзя на нас надеть уродам путы.
Знамёна Правды, слышишь, шелестят...

Лёд равнодушия порою не пробить.
Но почему людей черствеют души?
Они стремятся налегке прожить,
А вроде сердце есть, да и имеют уши.

Но на замок закрыта к душам дверь.
Идут своей они тропой-дорогой,
Не замечая боли и потерь,
Идут они, не так дано как Богом.

И этот лёд нельзя нам растопить,
Пока судьба не бросит их в пучину.
Тогда о помощи они начнут просить.
За жизнь свою тогда им станет стыдно...