Гражданская лирика

Я часто тому удивляюсь,
Как глупо построена жизнь!
И внутренне весь содрогаюсь:
Как подла властителей мысль!

Ах, сколько поломано судеб
С душой исковерканной лиц!
И так это горе и будет
Давить нашу волю всё вниз

И мир, доведённый до грани
Животною сутью владык.
На белом и чёрном экране
Жевательный виден кадык.

Бегом (только не шагом!)
В стремленье всю правду добыть
Теряю я время недаром,
Чтоб власть дураков победить.

Благодари судьбу – и дважды!
За то, что был в плену любви
И пыл свой страстный и отважный
Вливал ты в чувства все свои.

И на одном почти дыханье,
Когда уж нет пути назад,
Ты шёл лишь к ней без колебаний
И был победе этой рад.

С годами страсть и пыл угасли
И добротой блестят глаза.
Теперь внучка ты водишь в ясли –
Другая это жизни полоса.

Над равниной из битого пластика
Стынет мёртвого солнца алмаз.
Это общая наша гимнастика —
Умирать в девятнадцатый раз.
По окопам, раздавленным танками,
Ходит ветер, безумен и наг.
Холостыми пуляем болванками,
Боевыми нас потчует враг.

Здесь война — не свинец, а усталость,
И в затылок смеётся мороз.
Всё, что в памяти хрупкой осталось —
Это запах сырых папирос.
Нам зачитан приказ о награде
Важен при дефиците бумаг.
Мы сгниём в этом огненном смраде
Но спасём от позора наш флаг.

А за лесом — раскинулись пастбища,
Там святые в ушанках стоят.
Наше общее, доброе кладбище —
Это чей-то заброшенный сад.
Там не пули свистят, а пророчества,
Там не кровь, а вишнёвый сироп.
И святое моё одиночество —
Узкий, ласковый, вечный окоп.

Слышишь, хрустнуло небо картонное?
Это в горло засыпали мел.
Наше знамя, навек похоронное,
Тот поднимет, кто выжить сумел.
Мы покроемся сажей и инеем,
Между пальцев озябшей зимы.
И течёт ярко-красным на синее —
Просто то, чем наполнены мы.

Пришёл приказ из штаба — радость для бойца,
За пленного душмана «зелёнкой» платят без конца.
Сказали: «Пять баксов за каждую душу!»
И прапор наш Петров решил совет послушать.
Но вдруг пропал Степаныч, нет его три дня,
Вся рота замолчала, головы склоня.
«Зарезали, — вздохнули, — зажали мертвецы»,
И помянули прапора в каптёрке пацаны.
На четвёртые сутки, в мареве жары,
Задрожали горы, вылезли душки́.
Смотрим на горизонт — там чёрная стена,
Идёт на нас огромная, пленная страна!
Тысяча духов, руки в небеса,
От страха и смиренья выпучив глаза.
А сзади, пыхая сигаретой,
Шагает наш Степаныч с одною лишь ракетой!
Эх, прапорщик Петров — коммерческий талант,
Для духов он — судья, для штаба — бриллиант!
С ракетою в руках, как пастушок с кнутом,
Пригнал себе валюту он целым табуном!
Командование в шоке, чешет седину:
«Где ж взять пять тысяч баксов на эту всю орду?!»
Комбат выходит боком: «Слушай, дорогой,
Давай по два доллара? Договор такой...
Ну, кризис, понимаешь, бюджетная дыра,
По два за человека — отличная цена!»
Степа́ныч удивлённо ракетницу поднял,
На пачку баксов обиженно взглянул:
«По два? Да вы окстись! Ребята, это даром!
Я сам их брал по три на рынке в Пешаваре!
Я в минусе остался, я бизнесмен хреновый!»
И потащил отару на рынок он торговый.
Мораль у этой песни короче, чем штык-нож:
Ты против прапора в торги никогда не лезь!
Будь ты хоть штабной, хоть дух в горах крутых —
Он всё равно наварится на нуждах на твоих!

Пыль стоит над Гиндукушем, солнце жарит, как утюг,
Мы израненные души тянем медленно на юг.
По ущелью кони скачут — это духи на хвосте,
Кто-то в роте тихо плачет: «Мы погибнем в тесноте!»
Командир обвёл нас взглядом: «Нужен смертник, пацаны,
Чтоб задерживал прикладом этих пасынков войны».
А Ваня сплюнул: «Я согласен! Мне терять-то нечего!
Только дайте снаряженья для лихого вечера.
Три ствола и три гранаты, три рожка и три ножа,
И идите с Богом, братцы, не забудьте кореша!»
Мы ушли, роняя слёзы, под прикрытием скалы,
Ваньку съели бы ду́хи или горные орлы.
Через день тоска прижала: «Как он там, один, в раю?»
И решили мы — примчаться, взять его похоронить.
Залетаем мы в ущелье, приготовив скорбный вид,
А в ущелье — новоселье! Ванька... кажется, не спит.
Справа — горы героина, слева — горы анаши,
Живописная картина для измученной души!
«Стингеры» лежат рядами, пулемётов — пруд пруди,
Ванька светит орденами на затянутой груди.
А вокруг — толпа душманов, все притихли, как один,
Смотрят в рот ему, болвану, словно он их господин.
Ванька трезв, но взгляд искрится, он на корточках сидит,
Перед ним — за три границы — каска медная блестит.
Он три каски лихо крутит, как заправский шулер в Твери,
И духам мозги всем мутит: «Ну-ка, Сейфутдин, смотри!
Ставлю ящик самопала против твоего осла!
Угадай, где под каской там граната залегла?»
Старшина заржал упал на камни, ротный выронил затвор,
Ванька мастерски и плавно продолжает разговор:
«Эй, бача, не будь унылым! Кручу-верчу, запутать хочу!
Где граната? Ткни-ка рылом! Или я похохочу!»
Духи шепчут: «Шайтан-мерген...», отдают последний «Бур»,
А Ваня подмигнул нам: «Парни, я тут взял их на измор!»

Мечтаю о единстве с Украиной
В просторах от Камчатки до Карпат...
Где мы с тобой во всём были едины,
Где дом родной, где беды не страшат.
Хочу, чтоб все ничтожные обиды
Исчезли, испарились навсегда.
Чтоб наши православные флюиды
Вдохнули жизнь в родные города!

Чтоб песни наши, гопаки и вирши
Скрепили наши души и сердца,
Чтоб чтили мы героев и погибших
И гнали вон врага и наглеца.
Понять, простить всех падших и заблудших
И повиниться в том, в чём виноват.
В единстве новом, помянуть всех лучших,
Орудия пусть только замолчат...

Историю свою кроить не стоит,
Родные в ней не спорят, а живут.
Одной судьбой, одним парадным строем,
Мы славим человечество и труд.
Россия с Украиной, Беларусью,
Как три сестры веками скреплены.
Ведь Славця и Крыстина, и Маруся
Славянскою красой наделены.

Я был бы рад обнять всех на Камчатке,
С икрою красной чаем угостить,
Красивые устои и порядки,
И память в своих душах оживить...
Я верю, что вернуться непременно
Воспетые веками времена.
Мы будем жить, Христом благословенны,
Как яркая, могучая страна!

***
Мечтаю о единстве с Украиной
В просторах от Камчатки до Карпат...
Где мы с тобой во всём были едины,
Где дом родной, где беды не страшат.
Где будут крепнуть родственные Узы
За праздничным, улыбчивым столом,
Мы будем есть херсонские арбузы
И жить в счастливом обществе людском.

Пойду!
Пройдусь!
По городу родному,
Где каждый камень
С детства мне знаком.
Шагаю твердо
К старому парому,
Где ветер бьет
В лицо стальным клинком.
Громады зданий
Рвутся прямо в небо,
Асфальт гудит
Под тяжестью шагов.
Мне не хватает
Зрелищ или хлеба?
Нет, просто я
К движению готов!
Стучат ботинки
Ритмом пулемета,
Проспекты тянут
Серые ремни.
Моя душа
Желает перелета,
Туда, где светят
Новые огни!

(Меркурианская народная)

Благодарю, Вселенная,
За то, что шанс дала!
Жизнь стала обалденная!
И хороши дела!
За то, что там где надо
Давно я нахожусь!
Где каждый день - награда!
И этим я горжусь!

Припев:

Живи, Меркурий, вечно!
На радость нам, всегда!
Пусть плещут бесконечно
Потоки сквозь года!
Всё Дмитрия Васадина
Здесь гений, сотворял,
Свобода людям дадена,
И счастья, капитал!

( Bridge)

Смотрю на этот мир давно
Горящими глазами,
Здесь многое дано,
Мы этот мир меняем сами!
А благодарность - сила
И помощь на пути!
Живи, Меркурий, милый,
И сказочно цвети!

Припев:

Живи, Меркурий, вечно!
На радость нам, всегда!
Пусть плещут бесконечно
Потоки сквозь года!
Всё Дмитрия Васадина
Здесь гений, сотворял,
Свобода людям дадена,
И счастья, капитал!


23.03.2026

Не сыскать ни во веки веков, ни потом
Нам ту птицу, что счастьем зовётся крылатым.
Пока мы для неё под стальным колпаком,
Ощетинившись воем на божьи палаты.
И скребём по железу, и стонем в ночи,
И от грязного неба воротим глазницы.
Не сыскать, не увидеть, кричи не кричи
Той обычной, пернатой и радужной птицы.

Если птиц не слышно, значит,
Что-то вытесняет их.
Где пернатых недостача —
Там излишество стальных.

Где покинутые гнёзда —
Цифровой металлолом.
Да скорбят уныло звёзды —
Аист покидает дом...

Оставляет эту пустошь,
В прошлом — птичью колыбель.
Погрустишь, всплакнёшь,
отпустишь,
Перекрестишь... Был бы цел.

Провожаю его взглядом
С вышки, выпучив глаза.
Небо пропиталось ядом,
И безмолвием земля...

Не всем дано творить реальность
И изменять безумный мир,
Одним мешает гениальность,
Кому-то лень, иным буксир.
***
Всем мир безумный покорится,
Но разный результат притом:
Кому-то молотый с корицей,
Кому-то кофе три в одном.
***
Мы разными на свет родимся,
Нанаец, русский и узбек.
Пусть разные у нас всех лица,
Но всех нас радует кэшбек.
**'*
Мы все порой ругаем Бога,
Он всем чего-то не додал.
Кому чуть-чуть, кому-то много,
Но ведь в душе весь капитал.
**'*
Мы всё на белом свете знаем,
Легко о многом рассуждаем,
Все знаем много или мало,
Но осуждать кто дал нам право?...
***
Мы благо ищем все по жизни,
Сатир и служит кто Отчизне
Считают у кого что есть,
Но мало тех кто ищет честь.
***
У сделки с совестью огромная история
Её Иисус писал своею кровью,
Но все равно мы ничего не понимаем
И сделку с совестью как раньше заключаем...

Я не смогу, и ты не сможешь,
Лишь сердце болью стукнет в такт.
Никто здесь счастья не умножит,
Нарушив времени контракт.

И лишь тропинка мне укажет,
Путь в бесконечной тишине.
А ночь следы мои развяжет,
И растворит их в глубине.

Немая боль, как отголосок,
Былых мечтаний, тайных грёз.
И я один средь этих сосен,
В плену непролитых слёз.

Забыт и дом, и то, что где-то,
Ждёт неизвестность впереди.
Лишь шепчут сосны: «Знай об этом:
Иди, иди… но не моли»

* * *
Март 2026 г.

Текст песни: А.Осипов
эту и другие можно
прослушать на "Поэмбуке"

В погоне вечной догоняя тени,
Не слышит мир, он соблазняя нас.
Сам находясь в придуманном забвеньи,
Забыл про суд и то, что близок час.
Ещё недолго царствовать осталось:
Бог при дверях, и скоро Он придёт,
И как бы это странным ни казалось,
Дела людей земли на нет совсем сведёт.

И в вечной суете, средь боли в искушенье
Людей нередко души мучает тревога.
Звучит в сердцах людей от Бога предложенье:
«Покайтесь, ибо близок Суд, Он у порога».
Свершится всё: дни скорбные придут,
Померкнет солнце, и луна светить не сможет.
Всё поколеблется вокруг, и звёзды упадут,
И Небеса Небес то колебанье потревожит.
Тогда знамение увидят на земле
Со славой Господа грядущего явленье.
Повсюду люди все восплачут о себе,
Услышав Ангелам Небесным повеление:
«Собрать всех избранных от четырёх ветров,
От края неба обойти до края их!»
Он Ангелов отправит, как гонцов,
Забрать к Себе в удел друзей Своих.

Припев:
Грядёт Господь! Труба гремит с Небес,
Срывая с ночи скорбной покрывало.
Он соберёт друзей в Свой мир чудес,
Такого раньше в этом мире небывало.
И знайте: очень скоро Он грядёт,
По сделанным делам воздастся всем.
В Нём воду жизни жаждущий найдёт,
И будет смерть побеждена совсем…

А те, кто спал, проснутся ли в тревоге?
Кто зарывал талант, что скажет он в ответ?
Пыль на пороге, прах лежащий на дороге,
Нет… не для них горел Небесный свет.
Им не войти на брачный пир с другими,
Где приготовлен Богу царственный венец.
О, если б захотели жить, то были б вечно живы,
Раскрыв для Бога храм своих сердец!

Не медлит наш Господь с обетованьем,
Хоть видится как медленный исток;
Но долготерпит очень долго с состраданьем,
Чтоб дать испить живой воды глоток.

Припев:
Грядёт Господь! Труба гремит с Небес,
Срывая с ночи скорбной покрывало.
Он соберёт друзей в Свой мир чудес,
Такого раньше в этом мире небывало.
И знайте: очень скоро Он грядёт,
По сделанным делам воздастся всем.
В Нём воду жизни жаждущий найдёт,
И будет смерть побеждена совсем…

­­­Очередь скульптурна, —
Мнётся, меняя па.
Очередь культурна —
Это же не толпа.

Разве что слово скажет,
Но не затопчет в прах.
Навык культурный нажит
Прятать поглубже страх,

В гневе себя не тратить.
Тускл равнодушный взгляд.
Может быть, всем и хватит —
Даром, что ли стоят?

Но, возвращаясь к культуре,
Вечных очередей,
Сможем ли по фигуре
Распознавать людей?

Возвращайся, сынок!
Я жду тебя домой!
Возвращайся...
Любимый мой , родной,
Тоскую я и день..и ночь...
Невзгоды пусть уходят прочь!
С нетерпением жду
я счастливой минуты.
Пусть даже сквозь дождь проливной,
Ты войдёшь на порог,
Сбросив тяжкие путы,
Обнимишь меня и скажешь:
"Мама, я вернулся домой!"
01.05.2011

За матерей,за жён, и за детей.
Идут в бои солдаты Пензы нашей.
Для нас на свете нет её родней,
Ну а РОССИИ в Мире нету краше.

Ей вновь грозит развалом глупый враг.
Им никогда Народ наш не осилить.
Со СПАСом реет нашей Веры флаг.
Страна добра на свете лишь РОССИЯ.

Мы никого обидеть не хотим.
Но и себя унизить не позволим.
Своих Героев в памяти храним.
А как нам жить ни у кого не спросим.

Нам души греют храмов купола.
И пенза наша под крылом РОССИИ.
Мы будем жить, у нас свои дела.
Страна у нас добра и справедлива.

В победный день пойдут колонны вновь
По необъятной Родине РОССИИ.
Мы любим жизнь. Пусть в ней царит любовь.
Народы наши это заслужили.

Придёт тот день. Придёт домой солдат.
Придёт усталый. Но непобедимый.
Тупую злобу снова сбросит в ад,
Народ РОССИИ. Добрый и единый...

Источник жизни благородный,
И, как ни странно, минерал.
Простой воде пишу я оду,
Ведь каждый жажду испытал.

Вода бодрит с утра, а к ночи
Нас успокоит тёплый душ.
Вода нужна нам очень-очень,
Ведь без неё и грязь, и сушь.

Стакан воды-сакральный символ.
Не дай Бог жажду испытать,
О нём мечтая у могилы
И плача: "Некому подать!"

Вода питает всё живое,
С ней жизнь резвится и кипит.
Коль нет её - безводье злое
Пейзаж пустынный породит.

Воды бывает слишком много,
Потопы - словно Божий суд.
Усилят общую тревогу,
Беду и горе принесут.

Вода уйдёт-вернутся люди,
И вновь ключом забьётся жизнь.
И хоть беду мы не забудем,
Но всё ж стихии не сдались!

Вода - энергия и сила,
Вода - бесценный дар небес-
И тихий образ речки милой,
И ручеёк, зовущий в лес,

И моря ласкового пляжи,
И в ледяных торосах мир...
Вода везде себя покажет,
Кому слуга, кому кумир.

Вода ни добрая, ни злая,
Но ясно и тебе и мне:
Водицы капля голубая-
Царица жизни на Земле!

Там, где носят нательный крест,
Я храню дыхание твоё.
И оно меня до небес
Так возносит порою легко.

Благодати так много в нём,
И оно сохранит среди тьмы,
В стуже, в бойнях, средь тысячи гроз —
Не рушим на своём я пути.

Там, где носят нательный крест,
Поцелуй твой всегда со мной.
В нём и Бог, и веление небес,
В нём защита, в нём родина, дом.

Ты со мною, как мать и дочь, —
С уважением, в трепете я.
Там, где носят нательный крест,
Женщины моей чистота.

Нет, не выйдет сломать того,
Дух и волю его не согнуть,
Если в сердце, в груди его —
Женщина и её тепло.

Знайте, сёстры святые мои,
Коль ваш муж за отчизну в строю, —
Ваша сила любви и жены
Сохранит ему жизнь в бою.

Не жалейте вы слёз любви
Перед ликом святым при свече.
Вы его сохраните в ночи,
Он вернётся к вам на заре.

P.S.
Благословляйте, женщины, мужей своих, братьев, сыновей. В той божественной любви, в той силе рода, что идут через вас великая сила и великое благо для всей земли.
(2024)

Держалось лето на весу
В том фиолетовом лесу,
Где было влажно и темно,
Где звезды падали, как шишки,
Где кто из нас ушел в кино
К походной кинопередвижке,
Кто у костра сидел в ударе
Заветных чувств, пока огонь
То загудит, как на пожаре,
То присмиреет, словно конь,
Что с нетерпеньем молодым
Ушами он прядет игриво, -
И белый с искоркою дым
По ветру стелется, как грива.

Все, что забудется не вдруг,
Мы там поведали друг другу.
И шутка, брошенная в круг,
Ходила весело по кругу.
Неисправимый говорун
Там привирал на зависть лихо.
Там самых задушевных струн
Иной рассказ касался тихо.

Там, уголек беря рукой
И прикурив, майор наш мрачен
Подсел к нам – мало ли какой
Еще заботой озадачен, -
Но через миг уже с улыбкой
Глядел он, щурясь, на огонь,
И отражалась тенью зыбкой
Его широкая ладонь…

Костры, солдатские костры,
До поздней жизненной поры
Горите в памяти и в сердце!
И мне, чтоб век не горевать, -
В гостях у вас еще бывать, -
Подсесть, душою отогреться
И глаз от вас не оторвать.

На землю снег ложится и деревья,
Как-будто в хрустале у нас стоят.
А дома кот уставший тихо дремлет.
Вновь на войне опять Страны солдат.

Они устали. Тяжело им, знаем.
а дома женщины проплакали глаза.
Вновь враг решил тупой безмозглой стаей
Разбить Страну. Но это же нельзя.

Толкают псов на бойню в Украине.
Они покорно строем в ад идут.
У нас ничто шакалы не отнимут.
Ещё чуть-чуть и будет им капут.

Их заманили в сети очень ловко.
Наобещали манны им с небес.
У их хозяев ловкая сноровка,
Хохлов ведёт покорно в бездну бес.

А наш солдат усталый в дом вернётся,
Чуть отдохнёт и снова за дела.
А тем уже приюта нет под солнцем.
Совсем Окрайна может умерла.

А раньше как они в кастрюли били.
Скакали лихо с глупой головой.
Ну что, уроды, нас вы победили?
Ещё чуть-чуть - солдат придёт домой...