Шуточные стихи

Решила я стать «натуральной» и нежной,
Чуть-чуть подкрасила бровь невзначай.
Но стала похожа на тучу со снежной
Вершины, где бродит голодный бабай.

Добавила контур, чтоб скулы как лезвие,
Но вышла щека, как у хомяка.
В зеркале вижу я чьё-то созвездие,
И дрогнула в ужасе даже рука.

Я — королева размазанной туши,
Панда в депрессии, ужас ночной!
Смыла лицо — испугались и души,
Те, что летали в ночи надо мной!

Жил-был царевич в этой сказке
Из тридевятой стороны,
Он с детских лет роднёй заласкан
И щёки видно со спины.

Всё, что ни делал - удавалось,
Лихим наскоком с места в бой.
Один на сто - какая малость !
Раз богатырь - само собой.

Кощею злому причиндалы
На всю иголку откромсал,
Из Змей-Горыныча сандалии
В балах до дырок проплясал.

Стрелял в лягушек по трясинам,
Всё царство с луком обошёл,
Но вот в родных своих осинах
Невесту так и не нашёл.

Баба Яга ему сказала:
«Иди-ка, вьюнош, за клубком!»
На шею бантик повязала
И покатился колобком.

Нашёл он дуб, на нем качался
Сундук хрустальный, в нем - Она
Но сон волшебный не кончался
Как тот ларец он ни пинал.

Сломал замок, и выбил пробки,
Будил и тряс её - нахал !
Царевну целовал неробко,
За пятки даже щекотал.

Очнулась и дала пощёчин,
Не разобравшись из-за сна:
«Твоя невеста! Вот ещё чего!»
Послала витязя она...

«Не для тебя цвела малиною,
Не мой ты парень идеал!»
И он ушёл дорогой длинною,
И на прощанье дуб сломал.

Она, наверное, одумалась
Ведь чудеса любовь творит.
Но кот учёный , рухнув с дуба
Свои ей сказки говорит...

Не говори, что всё постыло ...
И одолела тебя скука.
Поставь задачу. Придумай
цель,
И постигай – эту науку.

Вот к примеру: рисовать.
Да так, чтоб самому дивиться!
Холст, краски и карандаш, -
В этом деле пригодится.

Трудился я, друзья на славу.
Весь в краске замарался.
Что -то там нарисовал...
Видно всем, старался!

Понятно мне, не удивил!
Нет, видимо везения.
Тут подумал на досуге,
Брать уроки пения.

На весь цех надрывный кашель,
Мастера на панике.
Чахнут над кислотной кашей:
Мужики в гальванике.

В воскресенье ты — лев и великий атлет,
Ты купил кроссовки и новый коврик.
В планах — пробежка и постный обед,
И в жизни твоей наступает историк.
Ты ставишь будильник на раннее утро,
Готов покорять этот мир и гору.
И всё расписал удивительно мудро,
Чтоб сразу начать золотую пору.

Но солнце встаёт, и будильник орёт,
А ты понимаешь, что ты — не атлет.
Подушка так нежно за ухо берёт,
Шепча, что пробежки сегодня уж нет.
Кроссовки в углу загрустили немного,
Коврик свернулся в печальный рулон.
И в кухню ведёт лишь прямая дорога,
Где кофе заменит твой утренний сон.

Понедельник — как призрак, что вечно в пути,
Он манит мечтой о великих делах.
Но проще до завтра его донести,
Оставив весь спорт в героических снах.

— Да сука, что за нахуй тут творится?

— Не блюейте в клубе, молодой.

— **** я ваш клуб, у меня в глазах двоится.

— Заказ хоть оплатите картой?

— *** те в горло, от напитков внутри горит все.


[по телефону]
— Ало, малышка, ну что там, спишь?
Это я — просто отброс, гриш?
Да что бы я и что бы пил — да брось, ты слышишь.
Снишься мне на ходу, а выпил может лишь винишко.
Зря ты злишься, давай-ка без излишеств — залечу.
Да не ты залетишь, глупышка, слишком много о себе мнишь.


*ДЫЩ*
— Ой, блять, за что ты ****ишь? — да хоть в ебло не надо бить.
Оплачу я картой, блять, ну ладно.
Вертухай ****ый.


[по телефону]
— Ало, малышка, слышишь, ну?
Ну и сука ты, и стонешь паршиво, и на спине у тебя прыщи…
Ало…
Ну хоть завтра-то напиши?..
— ш-ш-ш…(шипит телефон)
— ну и шлюха

Ты зачем звонишь мне ночью?
Что за дерзкий моветон!
Срочно видеть меня хочешь?
Вижу я десятый сон!

Да, месьеее, вы охмелели!
Что ж, закончим разговор.
И излишне осмелели,
Раз несёте этот вздор.

Ахх, скажите вы на милость,
Охмелел он от любви!
Прекратите эту низость,
Не просите визави.

А сейчас я, мой синьор,
Дам совет вам на ура:
Если не хватает духа,
Начинайте пить с утра.

Так вы к вечеру напьётесь
И завалитесь в кровать.
И не будете звонить мне,
Буду я спокойно спать.

2023

3.Не хочешь работать - не надо,
Пойди сто рублей укради.
Тебе государство в награду
Статью - за решеткой сиди.

4.Упитанным твой будет кошелёк,
Когда в желудке будет пусто.
Определи себе паек
Водой из крана и капусты

1.Если тёща на пороге
Вся уставшая с дороги,
Ты натри ей тапки салом,
Чтобы ногу не сломала.

2.Надоели гости? Не уходят рано?
Купи муляжик мухи или таракана.

Давай активнее писать дорамы,
Поменьше лирики, побольше драмы.
Чтоб соответственно мороз по коже.
И чем трагичней текст, тем он дороже.
Начальник зверствовал и я с ним тоже.
Ну не китайская моя тут рожа!

Пишу теорию уклад не зная,
И он послал меня аж до Китая.
Ну поднесите мне китайцы - люди
Сюжет, историю на красном блюде.

Ах, де Тревиль, мы снова вместе,
Вы нас позвали, - мы уж здесь.
Опять у вас дурные вести?
А в них погоня, снова месть.
- Да нет же, нет же мушкетёры,
У короля сегодня бал.
Да вы же бывшие актёры,
Устройте пышный карнавал.
Костюмы лишь свои оденьте,
Людовик вас давно уж ждёт.
На нём перевязь, шпага в ленте,
Пёс Кардинал ещё придёт.
Так что скорее поспешайте,
Переоденьтесь и на бал.
Вас ждёт король, вы так и знайте,
Я, мушкетёры, всё сказал.
Они все, в общем разбежались,
Переоделись в свой костюм.
Затем в дворце они собрались,
Весь двор гулял, был визг и шум.

Темно, утро, все еще темно.
Зима, не так уж и тепло.
Я с прорезями шапочку надену — балаклаву.
Ныряю на мороз, утЕплился на славу!
Не успеваю сделать даже шага.
Мне на ухо: "Не бойся, малый, дело — шняга!"
С пинка, под зад, я улетаю в джип.
Вот это утеплился, вот это влип!
"Идём на дело, корешь, в банк!"
Ну и дела! Куда ни кинь — везде цугцванг.
Водила в пол педальку утопил.
А я созрел, готов орать: "Я просто так, я мимо проходил!"
В горячке, в бреду минуты летят.
"Ну вот и на месте, вылазь!" — говорят.
В горячке, в бреду минуты летят.
Очищены сейфы, верзилы ячейки громят.
И в такт подвывают сирены.
Картина маслом — огненной гиены.
Я встрепенулся, весь в поту.
Сползла подушка, одеяло на полу...

Про пробабку мне сказ рассказали
Как чёрт на печь к ней забрался.
Она спит и храпит без печали
Подшутить над ней кто-то взялся.

Дело было зимою в селе.
Время зá полночь, тихо вокруг.
Двое внуков при фитилé
"Тихий Дон" читали в досуг.

Валя лихо листала страницы
Про любовь ей тут нравились фразы.
Пропускла рассказ про зарницы,
Гришка Мелихов люб был зараза.

А Шураня сидел, еë слушал
И вдруг скучно так стало ему.
Оборвал он сестру, не дослушал.
Пошутить попросил в том дому.

Отвечает она: "Я не Райкин"
И продóлжила снова читать.
Брат: "Ну знаешь ты разные байки.
Тяжело тебе их рассказать?"

Мать с отцом за спиной на кутé
Улеглись давно почивать.
И луна в ночной красоте
Серебриралась, что снегу под стать.

На печи́ храпели две бабки.
Без ретузов в сорочках одних.
Тут вдруг Валя взялá в ноги тапки,
В сени вышла, оставив всех их.

По нужде до убóрной пошла
Нá дворе за большим задним хлевом.
Голову́ от козы там нашла –
Припорошена белым вся снегом.

Нужду прáвит, тут яркая вспышка –
В мозг еë залетела мысля.
Отмахнулась, подумала: "Крышка
Будет мне за то, опосля"

Но охота же пуще неволи,
То что вздумалось, вряд ли уйдёт.
"Пошучу я не много здесь что ли", –
Валя думала с рук ей сойдëт.

Да, намедни козу мы забили,
А еë голову́ про запас
На дворе за хлевом таили,
Чтоб сварить нам её в нужный час.

Голова та с большими рогами
С бородатой и узкой сурнóй.
В снег упëрлась Валяня ногами,
За рога взялася рукой.

Отодрала из мëрзлого слоя
И несёт голову́ ту домой.
Дома спят все сладко в покое,
Шура видит сестру с головой.

И от ужаса резко бледнеет,
Что же вздумалось Вале моей.
Но спросить он её не успеет –
Она к печке, он следом за ней.

Валя встала ногами на кут,
Шторки печки руками открыв,
Шура ждёт, что же будет счас тут,
Затаился, на месте застыв.

Бабки мирно, но громко храпели,
Заглушая иной в доме звук.
Жарко было, они все вспотели,
Тут и Валю взял резко испуг.

Но решилась закончить то дело,
Из двух бабок в жертву взяла
Мать отцову – уж пышная телом,
Потихоньку подол задрала.

Бабка спит на спине не тревожась,
Ноги только в коленях согнула.
А вторая рядом – скукожась,
Ноги вместе, к стене их пригнула.

Валя тихóнько кладëт голову́
Меж ногами – рогами на чрéсла,
Направляет головью сурну
В лу́но бабье – интимное место.

Положила – реакцию ждëт,
Бабка справно храпит – не шелóхнется.
А Шураня ладонями трëт,
Ожидает со стула как грохнется.

Нету шороха даже на печке,
Истекли пять минут и затем
"Тихий Дон" продолжали при свечке
Валя с Шурой читать между тем.

Позабыли они, зачитались,
С головой погрузившись в роман,
Где Аксинья с Натальей сражались
За Григория на виду у сельчан.

Вдруг внезапно протяжное ууу...
Завывание волка затмило.
- Валя, что это?
- Сама не пойму!
Волной страха обоих накрыло!

Вой сменился мольбами протяжно,
Слышен зов только: "Вáську..., – да, – Вáську..."
Васька с ку́та вскочил весь напря́жный –
Кто устроил таку свистопляску!

А бабуля Агафья кричит:
"Чëрт тут, Васька, меня соблазняет!"
Бабка Дуня проснулась – мычит,
На дворе пес неистово лает.

Васька глянул на печь – покатился,
За живот руками держась.
Ну кутé снова он очутился.
Настя встала, на печь забралась.

"Дай Бог деток, да дай Бог нам счастья", –
Причитала она, поняла
Кто устроил такое несчастье,
Голову́ с чресел бабки сняла.

Валя, дочка, ну как же так можно
С бабкой Ганей такое шутить!
Валентина в ответ осторожно:
"Меня Шура просил веселить".

А тем временем Васька очнулся,
Хоть от смеха болят все бока,
Да на печку опять потянулся –
Успокоить маманьку слегка.

- Мама, всë, нет его, успокойся.
- Васька, как же мне тут отойти!
- Встань, холодной водицей умойся.
- Кто удумал такое? Ахти!

Страх прошёл, смятение тоже
Бабка Ганя в чувство пришла.
"Обуял меня ужас до дрожи", –
Свой рассказ она начала.

Ноги вместе собрать не даёт!
Зафиксировал он их рогами.
А внизу в лу́но мокрость идëт
Вот откуда он, какими судьбами?

Мужика я давно не пускала,
С той поры, как Григорий помëр.
А тут вот что со мною в раз стало.
Чëрт забрался под юбку! Хитëр!

Господи! Что со мной будет?
Грех на ду́шу невольно взяла.
Ведь такое он не забудет!
И на кой нá ночь крестик сняла!

Я ору и потом просыпаюсь
Вся в поту, ну приснится же чушь!
И прийти в себя я стараюсь,
Да, напорист был чёрт очень дюж.

Чувствую снова мешает там что-то,
Я за ноги – там явно рога!
Мне конечно пежи́ться охота,
Но не с чëртом – не Баба-Яга.

Обуял меня страх, обомлела.
Чую Васька внизу там сопит.
Значит дома и чуть осмелела.
Я кричу тебе – голос сипит.

И черта то толкаю – не хочет!
Борода и рога – все при нëм".
Васька держит живот и хохочет:
"Виновата тут Валя во всëм".

Внуча, кто же тебя надоумил?
Ведь неужто Шураня решил?
Утром в церковь пойду, чтоб игумен
Мне грехи озорства отпустил.

Пошутили, наказ Вале дали,
Чтобы больше такого ни-ни
Легли спать – от смеха устали.
По утру рано встать не смогли.

И историю чудную эту
Рассказали соседке – родной,
Попридав драматизма сюжету,
Там учитель жила на постой.

Время шло, про сие позабыли.
В школу Валя с каникул пришла.
На урок все в класс заходили,
И учитель к ним вскоре зашла.

Но за стол свой не села – смеётся,
Вышла снова она с класса вон.
Вновь заходит и тихо трясётся,
Издавая хихиканья тон.

Не выдерживает и глаголет:
"Ты, косастая, выйди из класса"
Валя вышла, а в мозге мусолит,
Что скрывалось под оной гримасой.

А учитель, завидев Валюшу
Не смогла удержаться от смеха,
Так рассказ зацепил её душу
И не шла из ума та потеха.

Не смогла бы урок отвести
И пришлось попросить Валю выйти,
Чтобы школьникам всё довести
И дурой пред ними не быти.

Вот такую не сказку, а быль
Вам поведал. Три четверти века
Уж прошло. Извините за стиль
Не ругайте вы сильно поэта.

––––––––––––––––––––
Действующие лица события Рождества 1952 г. :
Васька (Василий) – глава семьи 1908 г. р. (44 года);
Настя (Анастасия) –жена Василия 1912 г. р. (40 лет);
Шура (Александр) – сын Василия и Анастасии 1935 г. р. (17 лет) – первенец;
Валя (Валентина) – дочь Василия и Анастасии 1937 г. р. (15 лет) и моя родная тётка;
Агафья (Ганя) – мать Василия примерно 1879 г. р. (73 года);
Дуня (Евдокия) – мать Анастасии 1879 г. р. (73 года);
Григорий – отец Василия и муж Агафьи.

Всё! Надоело о любви!
Хотя не надоело!
Занятно дело для души,
А также и для тела.

О ней всегда серьёзно мы:
Со страстью и желаньем.
Любовь! С тобою нам не лень.
Чик! Отключил сознанье!

Давай сегодня о тебе
Поговорим с забавой!
Любовь такую я не знал,
Такая — не отрава!

Любовь смешная — красота!
Без травмы и побочки,
Она не навредит слегка,
Не навредит нарочно!

Прими мой нежный поцелуй,
Соблазн в любви приятен!
Любовь — коварная страна,
Опять влюблён приятель...

Говоришь
мне про подарки...
Конечно помню
эту вазу,
что ты дарил
мне, - под цветы...
Но их не подарил
ни разу!

– Он очень умный человек,
И много читал книг!

–Скажи каких?

– Хочешь прочесть?

– Хотел бы знать,
чтоб точно их не покупать!

Вспомнить что ли снег на вкус
Все вокруг галдят про осень,
Про небес густую просинь...
Мне б снежок на перекус!

Перед пробой облизнусь:
Вот какой он, кислый, сладкий?
Может вспомнится, однако.
Постараюсь, напрягусь.

Чем-то снег похож на крем.
Побегу готовить блюдо,
Прихорашиваться буду.
Ну а если это джем?

Окажись солёным он?
Вкус варёной кукурузы,
Или вовсе, как медузы
Без приправы — не резон.

Помню только, белоснеж,
Рыхлая снежка текстура,
Станет стройною фигура,
Сколько хочешь — столько ешь!

Дегустируй не спешА,
Есть направо и налево —
К власти Снежной Королевы,
Льдинка тоже хороша!
28.10.25

Четыре раздолбая строят плот
Из бочек, чтоб не из пустых бутылок
А пятый раздолбай? А пятый пьёт!
Забор из досок, мебель из опилок

И вот бессменной вахты бьём рекорд
Неделю километры днями мерим
И если кто-то свалится за борт
То якорь ему бросят - будь уверен

Нас из-за лени тёрло о кусты
И яйца глубже прятались в машонку
Но не боялись так не я, не он, не ты
Мы и за жизнь как Вася за тушенку

Хоть коком вроде выбрали меня
Сам капитан однажды ужин ладил
И в одиночку юнга за пол-дня
Окрестности и стойбище изгадил

Я помню как мы плыли и лил дождь
Как солнце нас морило воду грея
В палатке утром Васину трындёжь
И то как я храпел со слов Андрея

И вот вернулись в глубину из пустоты
Сошли на берег в тишине застыли
Здесь как и раньше всё - всё травы да цветы
Куда уж дальше кажется приплыли

Стал мой образ обезличен,
Мне лицо нарисовали,
Как картинки в пять отличий,
Что в Мурзилке мы решали.
Скулы строго выводили,
Брови в современной моде,
Прыщ тональником забили
И веснушек пару вроде.
Шепчут:"Вы помолодели,
Выразительные глазки".
"Я не верю, в самом деле?" -
Гляну в зеркало с опаской:
"Кто ты в зеркале чужая,
Словно маслом на холсте".
Нет, не я, а та, другая
Нарисована на мне.

Минус гаджет
Втыкаю заряд — ну всё, я в ресурсе,
Сижу в телефоне, как на платном курсе.
Листаю, туплю, на экране — контент,
Ловлю свой счастливый, тупой идиент...
Но гравитация — злая ты сука,
Телефон об бетон — вот и вся тут наука.
На стекле трещина, как карта метро,
Зато посмотрел на мир, а не в это ведро.
Хах, мастер по связи теперь без связи,
Зато не утоп в цифровой этой грязи!
Экран в паутине? Да и пофиг, пляшем,
Пойду погуляю с лицом настоящим...


#стихи_ШерстнёвАлександр