Новые произведения

Ты позови меня несмело, аккуратно,
Чтоб чувствовать вибрации в ночи.
Я изменюсь, и я вернусь обратно
Прошу тебя, ты шёпотом кричи.

Не торопись, пускай рассвет проснётся.
Стряхнёт с себя невежество и тьму,
И сердце снова птицей встрепенётся,
И я тебя как прежде обниму.

Зови меня, и я тебя услышу!
Сквозь зыбкие пески, снега и дождь.
Пока любовь ещё живёт и дышит.
В мои объятья с неба упадешь!!!

Это что за чудеса?
В мае вновь пришла зима.
Осыпаются цветочки,
Как любви моей листочки.

Припев:
Ты, черёмуха, скажи,
Что поделать, расскажи,
Милый мой ушёл к другой,
Мне не быть его женой.

Ты, черёмуха, скажи,
Что поделать, расскажи,
Милый мой ушёл к другой,
Мне не быть его женой.

Собиралась замуж я,
Но пришла ко мне беда.
Он другую полюбил,
Обо мне совсем забыл.

Припев:
Ты, черёмуха, скажи,
Что поделать, расскажи,
Милый мой ушёл к другой,
Мне не быть его женой.

Ты, черёмуха, скажи,
Что поделать, расскажи,
Милый мой ушёл к другой,
Мне не быть его женой.

Я не стану больше ждать,
Встречу я любовь опять.
Ты ушёл, ну что ж, иди,
Ждут нас разные пути.

Припев:
Ты, черёмуха, скажи,
Что поделать, расскажи,
Милый мой ушёл к другой,
Мне не быть его женой.

Ты, черёмуха, скажи,
Что поделать, расскажи,
Милый мой ушёл к другой,
Мне не быть его женой.

Смотря на чужие задворки,
Завидуя разным вещам,
Мы душу тесним на галёрку,
Портер уступая страстям.

Мы страстно порою желаем,
Всего что хотим получить,
Но неспроста получаем,
Лишь то что смогли заслужить.

Давайте научимся верить,
Прощать, отдавать, уступать!
И может нам тоже доверят,
Того что не стоит ломать...

Ведь, если слегка разобраться,
И сбросить доспехи свои-
Мы дети волшебного Царства:
Веселья, добра и любви!

Спасибо за вдохновение Наля Р🫶

Как долго мы учились просто быть.
Без репетиций, масок и оглядки.
Свою судьбу, как полотно, кроить,
А не играть с собою в прятки.
Не извиняться за уют в душе,
За право спать спокойно, без тревоги.
Мы слишком много видели уже,
Чтоб выбирать фальшивые дороги.
Тот пуд соленый, что на двух один,
И каждый шаг "на цыпочках" над бездной –
Всё стало пеплом. В зеркале седин
Сменился страх свободой бесполезной.
Жить «как есть» – не подвиг, а причал.
Для тех, кто рвал, боролся и менялся.
И важно то, кто за руку держал,
Когда весь мир вокруг тебя ломался.

Они кричат из каждого экрана,
Что это "помощь"," спасение " "забота".
Но разве лечатся сквозняками ...
И разве это — добрая работа?
Спасать живых от права быть живыми,
От света в окнах , воды в кране -
Какими именами мировыми
Оправдано "спасение" в тумане?
Они твердят: "Мы вас пришли спасти",
Пока за окнами смыкается зима.
Но как тепло в ладонях донести,
Когда вокруг — лишь ледяная тьма?
"Мы ради блага" — шёпот по сети,
А в доме иней, будто белый мех.
Такое "счастье" трудно вынести,
Где тишина одна — на нас на всех.
"Мы защитим" — и гаснет в окнах свет,
И стынет чай, и замерзает вдох.
У их "любви" тепла и капли нет,
Лишь серый пепел как итог
Как можно греть, оставив без тепла?
Как можно звать спасением — мороз?
Вдоль стен тянутся следы льда
И мир как будто к вечности прирос.
Пусть там, в тепле, рисуют нам уют
И говорят, что это путь к "весне".
Но здесь часы предательски встают,
И жизнь едва теплится в полусне.
За это "право" быть в плену пустом,
За шёпот: "Мама, холодно" "Держись",
Их «доброта» останется крестом
На всём, что раньше называлось "жизнь"

Я заметила еще давно,
Давно, что ты не смотришь больше на меня
Не смотришь на меня, с такой же теплотой, как раньше…
Я столько раз звала тебя гулять,
Но ты не смог и в этот раз.

Еще тогда я поняла,
Что уже не будет ничего, что было раньше.

Твои горящие глаза,
Вновь прячутся куда-то от меня,
И больше не молвишь о том,
Что любишь ты меня.

И вот тогда я поняла,
Что ты остыл, остыл так быстро
Будто огонь в лесу,
Который потушили снегом.

Я вижу сообщение от тебя,
И что-то умерло в тот миг,
Не только я, и мои планы тоже
Мои мечты в момент обрушились тогда.

Меня морозит до сих пор
От твоих резких, но и честных слов.
О том, что разлюбил меня уже давно.

И сколько дней бы не прошло,
Я так и не смогла принять тот факт,
Что ты уходишь от меня.

Девочку вспомнил соседскую,
обидел её как-то,
и она слезинкою детскою
нанесла мне душевную рану.
Подрались мы из-за санок,
я врезал ей в ухо.
Она потом из засады
напала и прокусила мне ухо.
Болит та рана-то,
до сих пор болит.
И хоть хожу в храмы,
никак бог боль не утолит.

***

Никто я… Ну и звать меня никак…
Я — ветер в поле, ласковый ,тревожный…
По сути, в окружении бродяг,
Живу я жизнью самой бездорожной.

Я в небе — путеводная звезда,
Но для кого свечу — сама не знаю.
В душе скопилась просто нищета
За то, что очень много я прощаю.

Я — ангел, что имеет два крыла,
При этом позабыв, как я летаю...
Не той дорогой, видно, раньше шла,
Что все мечты, разбившись, умирают.

Я — небо, что, раскинувшись, цветёт,
Я — дождь, что омывает грешным душу.
Я — женщина, которая уйдёт
От слёз своих куда‑нибудь на сушу.

И если вдруг ты спросишь — кто же я,
Ответ найду не сразу, не спеша.
Я — отзвук, я — дыханье, я — струя,
Что тает там, где светится душа

Подруге

Ты обнимал меня, как медуза,
И связь казалось не разорвать,
Пока не вмешалась супруга Феруза,
Пустив чернила в нашу кровать.

Испачкались по уши этой грязью,
Оставлю на память не буду стирать...
Как тайное мерзко становиться явью,
Как ты и не думал меня выбирать.

Мне сегодня страшно стало,
Во сне волка повстречала.
Но проснулась утром я,
Рядом мамочка моя.
Просто вечером мне мама,
О козлятах рассказала,
Обманул их серый волк,
В них он знает видно толк.

Мизантропия в венах, как чёрный яд,
Человеческий вид — это вечный парад.
Лицемерие, злость и пустая гордыня,
Мы зовём себя «высшими», но где же святыня?
Говорят, мы как звери? Нет, звери честней,
В их инстинктах нет места для наших теней.
Зверя можно понять, в нём нет капли лжи,
А в людях — лишь лезвия и миражи.
Мы — вершина творенья? Скорее, провал,
Кто-то в этой игре нас не так воспитал.


Мы не боги, мы равны, мы одной крови,
Но тонем в болоте из лжи и злословья.
Небо одно, но мы смотрим вразлад,
В душах — лишь гниль, в мыслях — лишь яд.


Задыхаемся в собственных грязных отходах,
Ищем величие в мнимых доходах.
Пытаясь скрыть уродство, стрелки переводим,
Но лишь глубже в болото по горло заходим.
Мир — это круг, и начнётся отсчёт
Бумеранг неизбежно всё возвернёт,
Судьба выставит чек за твоё самолюбье,
Мы сами готовим себе правосудье.


Представь, что однажды проснёшься в тени,
Где мир перевёрнут, где гаснут огни.
Зазеркалье судьбы, поменялись местами,
Те, кого мы травили, теперь стали нами.
Они — судьи в мантиях, мы — в клетках лжи,
Ну, давай, свою «значимость» им покажи!
Поднимали свой вес за чужой, слабый счёт?
Теперь эта тяжесть вас в землю впечатает, вот.
Сплошное зловоние прогнивших сердец,
Неужели такой наш великий конец?

Всё подвластно порядку, всё в мире циклично,
Твоё самолюбье звучит так цинично.
Стоит ли лезть в этот зыбкий песок?
Когда до расплаты — всего лишь шажок.

Зыбучий песок...
Мир выставит счёт...
Слышишь?
Он уже идёт...

Одиночество — это не
отсутствие людей вокруг, это отсутствие интереса
к фальшивым связям,
по ней можно увидеть кто любит тебя, а кто — твою роль в своём сценарии.

Скала из Пармеджано дышит
На мраморном столе, бонджорно!
Мой нос не нюхает, а слышит
Тут с носом нужно осторожно...

А повар, просто мафиози
О мама-мио, что за душка!
Кусочком Пекорино возит
По терочке, роняя крошки

На Путтанеску в чаше белой,
Которую маслины щедро
Украсили рукою смелой
Шпинатом и лимонной цедрой...

Солерно, как же это круто!
В объятьях Паста ди Формаджи
И Гуанчиале и Прошутто
И Моцарелла с кремом даже

Бастанте! Сытый и довольный)
Закончен бал, погасли свечи
Но от греха чревоугодия
Увы, Солерно не излечит...

Ты так торопишься... куда,
хотя тебя я понимаю.
Но мои чувства не вода,
покажешь мне дорогу к Раю?

Представь, что я твоя судьба,
ты мне вплетаешь ленты в косы.
И смотришь с нежностью в глаза,
не задаёшь уже вопросы.

Не торопись, я не сбегу,
росою в полдень не исчезну.
Я наше чувство сберегу,
готова я с тобой и в бездну.

*****

Дело было поздно ночью. Очень поздно ночью. Слишком поздно ночью... Настолько поздно, что всё вокруг было покрыто печатью тайны и пугающе–настораживающей темнотой.
Но я был не один, слава тебе, Господи!
Со мной была юная спутница. Кто она такая – вот, хоть, убейте, не припомню! И как мы очутились с ней вдвоём в той старенькой квартире, а главное, что тому предшествовало и зачем оказались мы там вдвоём – тоже остаётся загадкой. Даже для меня самого. Но главное – не это.
В той квартире, куда мы попали, было несколько комнат. И как-то так получилось, что мы с моей молодой напарницей разделились по разным комнатам, чтобы исследовать внутренние апартаменты, руководствуясь самым великим из всех движимых чувств – праздным любопытством. Да-да! Именно любопытство, оно самое, подстрекает нас порой совать свой длинный нос туда, куда не следует. Прикладывать свои острые уши к стене, чтобы узнать, о чём болтают соседи. Свои зоркие и невинные глаза устремлять с улицы в горящее окно, где нет занавесок и заходить туда, куда нас никто не зовёт...
Квартира была очень тёмная, казалось, что туда и днём не проходит луч света, а глубокой ночью и подавно. Тем не менее, откуда то падало освещение на всё убранство квартиры. Откуда – не спрашивайте, потом всё поймёте. Квартирка, в целом, я бы заметил, была довольно старомодно обставленная. Причём, это даже на мой –непритязательный к роскоши взгляд человека – минималиста в отношении различных мебельных излишеств. А одна из комнат, самая дальняя, показалась мне самой тёмной и загадочной. Казалось, что там таится нечто страшное под густым слоем нависшей черноты. Но откуда-то всё равно пробивались лучи света именно для того, чтобы я видел, что ТАМ находится.
А в той комнате, на старом большом диване лежала в каком-то чёрном траурном платье старуха, словно её приготовили к похоронам, но забыли отправить в последний путь... Очень бледная старуха с открытым ртом. Одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять – старуха мертва! Точно также мертва, как гвоздь, забитый в крышку гроба. Мертва, словно деревянная колода. Будто застывшая восковая фигура, созданная нарочно для того, чтобы стращать посетителей одним своим ужасным видом!
Я вышел из той комнаты скорее...
Моя напарница была уже рядом. Она спросила меня: "Что там? В той комнате? Ты заходил туда?"
Я отвечал: «Да, я там был, но тебе лучше туда не соваться. И я не шучу! Слышишь?»
Но она уже не слушала меня. Девушки никогда меня не слушали. Они делали всегда только то, что сами хотели. И в этот раз тоже самое. Но погодите, речь сейчас не об этом...
Моя напарница зашла в ту самую комнату, где неизвестная старушенция встретила смерть лицом к лицу. И спустя мгновение девушка выбежала оттуда с криком и плачем и с упреками в мой адрес: "Ну почему же ты мне ничего сразу не сказал?"
Что я мог ответить ей на это?
Конечно, я стал её всячески успокаивать и всё такое. Но в завершении своих успокоительных речей мне ничего не оставалось, как парировать:
«А я тебя предупреждал!»

__________________________
Postscriptum: если рассказ вызвал на лице читателя недоумение, чувство озадаченности или тревоги, то это хорошо. Значит автору удалось передать то, что он лично испытал в своём сновидении.
"Среди размышлений о ночных видениях, когда сон находит на людей, объял меня ужас и трепет, и потряс все кости мои... И дух прошёл надо мною. Дыбом встали волосы на мне." © Библия. Книга Иова. Глава 13.

Завидь, пожалуйста меня,
Замри в примерной позе,
Я выбираюсь из огня
К колючей дикой розе.
Ты не втыкай свои шипы
Итак я обожжённый,
И дыма от меня клубы,
И взгляд умалишённый.
Где был? Да фиг меня пойми...
Загадкой то осталось,
Таким как есть прошу прими...
Ты так и собиралась???
Да что-то мутит - есть резон
Немного повториться,
И всеми фибрами в озон
По полной углубиться.
Ты всё же хочешь уколоть?
Ты - хохма, "умываюсь"...
Бери же душу всю и плоть,
Устал, не упираюсь.
Одно ж мы целое с тобой
И наслажденья схожи,
Люблю как есть тебя - такой,
И телом всем до дрожи.

Мужчина идет — сам лыко не вяжет,
Знакомый кот Васька дорогу покажет.
Мурлычет Василий напевы свои
О белой березе, о вечной любви.

От песни душевной скатилась слеза.
Споткнулся о что-то — какая беда!
Ну, раз уж упал — значит, время вздремнуть,
Вот сил наберусь — и продолжу я путь.

Вижу свой двор... Мальчишка бежит,
Дождик вдогонку ему моросит.
Сень той берёзы спасла беглеца,
Жалко, лица не видать у юнца.

Компания шумная скрылась под кроной,
Полуденный жар замирает над домом.
Смотри-ка: там я стою рядом с отцом,
Под нашей березой стоим с леденцом.

«Береза родная!» — вскричал он сейчас, —
«Вот здесь та берёза спасала всех нас!»
Василий мурлычет и лижет лицо...
Проснулся мужик — а под боком бревно.

Свежий распил тянет горькой смолой,
Упёрся в бревно он дрожащей рукой.
Подмышку закинул небрежно кота —
Опору дала березонька та.

Походкой нетвердой пошёл он домой,
Совсем не смущённый сквозной пустотой.
Березе в любви признавался... А сам
Вчера, не жалея, пилил по кускам.

Ты был так близко
А теперь молчишь

[Куплет 1]
Помню каждый вечер, когда ты был со мной
Твои руки нежно обнимали за спиной
Мы смеялись до утра, забывая обо всём
Но что-то изменилось, и мы уже не вдвоём

[Куплет 2]
Теперь ты на расстоянии, хоть и рядом где-то здесь
Я знаю, есть причины, и мне не нужно лезть
Дела важнее стали, ты занят каждый день
Но сердце всё же помнит нашу общую постель

[Припев]
Ты был рядом, а теперь вдали
Смешались чувства где-то на пути
Я понимаю, но внутри тоска
Те встречи наши — в памяти на века
Ты был рядом, а теперь вдали
Но я храню те дни, что мы прошли

[Куплет 3]
Не злюсь и не виню тебя ни в чём
Жизнь диктует правила, мы просто подождём
В душе моей и нежность, и грусть, и пустота
Но я ценю те встречи, что подарила нам судьба

Может, время всё расставит по местам
Может, ты вернёшься вновь к моим рукам
А пока я буду помнить каждый миг
Как прекрасен был с тобою каждый наш тайник

[Припев]
Ты был рядом, а теперь вдали
Смешались чувства где-то на пути
Я понимаю, но внутри тоска
Те встречи наши — в памяти на века
Ты был рядом, а теперь вдали
Но я храню те дни, что мы прошли

Ты был рядом
Теперь вдали
Но я храню
Те дни любви

Оглянитесь! А что вы оставили за собой?
Боль обид? Или веру в людей и любовь?
Солнца луч? Или ненависти ураган?
Каждый шаг, каждый миг,
Он на что - то вам дан.
Дважды жизнь свою вам
Здесь, сейчас не прожить,
Не вернуться исправить,
И не повторить.
Что создать? Чтоб познав
Своей жизни "закат",
Оглянувшись, увидеть,
Не пустыню, а САД.

Едва лишь ночь откроет свои веки,
А мгла закружит в танце тишину,
Проснутся сны и потекут как реки,
Тогда к тебе в одном из них приду.

В него проникну словно невидимка,
Сольюсь с тобою, ласкою пленя.
Едва заметно, нежно будто дымка,
Я губ коснусь тихонько, сон храня.

Польюсь по венам страстью обжигая,
Целуя сладко разум опьяню.
Дыша с тобой вдыхая-выдыхая,
Огонь желания в тебе воспламеню.

Впиваясь глубже, проникая дальше,
Я поглощаю словно вирус, не щадя.
Слегка невинно, без малейшей фальши,
Ты обнажаешь чувства каплями дождя.

Я в каждом звуке, ты же в каждом вздохе.
Одно безумие, из двух горящих тел.
Я та мечта, что заблудилась в суматохе,
А ты тот кто дойти к ней  не сумел.