Новые произведения

И белой кистью в тёмном небосклоне

Рисуешь ангелов, как мелом на стене

Их крылья белые, как иней на окне

Живут своим немыслимым законом



Летят по облакам, к себе, наверх домой

А ты- подкидыш фей, вся жизнь лишь миражи

Ты птица странная в тоскующей глуши

Ты- птица чёрная, ты- мудрый, старый ворон



Зачем рисуешь в небе белых птиц?

Избыточность души и времени без тела

Ты хочешь стать, как ангел белым- белым

Лететь на свет из всех своих вороньих сил



Ты– чёрный страж задушенной войны

Ты – птица гордая с оставшимся патроном

Твой мир не склеен , он надвое расколот

Из правды он составлен и из лжи



Не надо белым быть , тебя же проклинают

И правдой чёрною сверкает оперенье

Твоих Крылов из чёрных дыр, её материи

Ты ангелом не станешь , они об этом знают

Баян со мной состарился.
Его прошу тихонечко:
Не подводи, пожалуйста;
Пусть отзовутся кнопочки!

Пусть не ворчат, как старые;
Сам не вздыхай нечаянно!
"Этюд" твоё название;
Так выдавай мне правильно.

Тебя лелею издавна,
Заучивая кнопок хор.
Мелодии заманчивы!
Баян, сыграем, друг,
В мажор!

Я сегодня довяжу беленький Жилетик.
Всем, конечно, покажу,
С чем его надену!

Кто потом начнёт носить,
Крадучись тихонько.
Посмотрю, случайно так...
Ясно, мой ребёнок!

То примерит туфельки,
Шпильками хромает...
То нацепит муфточку,
Что-то в ней оставив!

Вот и шляпку увела, приколо́в Цветочек!
Ах, моя ты красота!
Ах, модистка - дочка!

Уже , пройдя всё многое в судьбе моей

Оставшись в клетке и тюрьме своей квартиры

Я не сошла с ума, пока жива и не забыла

Что рано уходить и возвеличивать конец



Ничто, нигде, никак .Не сдвинулось, не возвратилось

И лучшее и худшее бывает лишь в романах

Не строю призрачных надежд , не строю планов

Моя мечта, как штукатурка в старых стенах отвалилась



Моя судьба. Моя соломинка в стогу

Ты, как песчинка в жёлтой и засушенной пустыне

Я с нею встречусь миллионы раз, когда душа покинет

И в тело возвращусь на горе , на беду



Не быть.И снова –быть. И умереть. И снова– кем то

Мне удалят всю память и вас я не узнаю

Я снова буду. И жизнь меня заставит

Найти себе того– родного человека!

Я стою целый час на балконе,
Вглядываясь во мрак…
Полвека жил в этом старом районе,
Полвека прожил, как дурак!

Те же самые ржавые крыши,
Тот же купол церковный с крестом.
Как давно я сей город не слышал,
Четверть века я не был в нём!

Только лица не те (самую малость),
Да и я уж не тот, как прежде.
Куда годы любви подевались,
Пусть ответят мне, как невежде?

Может, здесь повстречаю чудо,
Успокоить, чтоб душу суетно?
Но болит на душе простудой,
Память прошлого безответно!

Я стою и смотрю, наслаждаясь,
Не желая искать ответа…
Пусть всё будет так, как осталось,
Мало мест, где так много света!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Качели взлетали ввысь!
Сердечко молило: держись!
Самой захотелось мысль
Воплотить; иль остановись...

Не тут-то было: прыжок!
Далеко! Притом, нелегко.
Снова качели несло
Маятником - миражом...

Где же, отваги набрав,
Рассекретила нрав надежд.
Не соблюдая баланс,
По краю торопится, жесть...

Держись, и только вперёд;
Да, с заходами вверх и вниз!
Ангельский крыльев момент
Не подведёт. Крепче держись!

Оглянуться старались,
Уходя вперёд.
В знания погружались.
Но помня пароль.

Доброта доступная.
Верили в себя!
И во всём ответственность,
Как с рождения!

Влюблённость заложена
И романтика!
Дороги исхожены;
Дань прочитана...

Благодарна наследству:
Ведь не пропадём.
Вечной жизни из детства
Доброту несём.

Двадцать второе апреля
День рождения Ленина!
Завет всем: жить и учиться.
Школа учила нас честно.
Звёздочки октябрят помню!
В пионеры затем примут!
Комсомолию защищаю.
И этого не отнимут...

А время про́жито счастьем.
Наше время без страха.
Был мир подарен нам светлый
В шестидесятые годы!
Век созданий, открытий!
Время Гагарина, - космос!
Жили при социализме.
В городах демонстрации!

Владимир Ильич Ульянов, -
Ленин. Вождь революции.
Историю уважаем.
Страну защищали миром.

Я душою ложусь на дно,
Как подводная (может) лодка…
Тихий стон разрывает давно,
Поэтическую глотку!

Вдохновение ржавым стало,
Муза мой забыла порог.
Но мне злобы пришедшей мало,
Я душой до предела продрог!

Одиночество кружит вихрем,
Дверь, срывая нахрапом с петель.
Знаю, скоро и эта суть стихнет,
Лишь останется памяти хмель!

Я душою на дно опрокинут,
До предела! Аж тошно жить.
Дни и эти на завтра сгинут,
Не могу ни любить, ни выть!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Будь далеко
от врачей
День родников
и ключей

Свежей воды
чистый день
Пьют воду деды
Даже пень

пустит лист
зелёный клейкий -
лишь плесни
на него из лейки

День источников,
подземных вод
даст здоровье прочное
на весь год

Страсти круг не порочен,
Ночь вот только короче,
Становится при любви.
Я слагаю восторги из строчек,
В них сокрыты твои и мои,
От зари до зари…
Поцелуи при страсти!

Сносит ветер порывы надежды,
Как и нашу с тобою одежду,
Шепчем вместе: «О, Боже – продли!»
Но рассвет вновь приходит, как прежде,
И напрасны здесь просьбы твои и мои,
От зари до зари…
Поцелуи во счастье!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Я вижу высь монастыря,
Высоких стен и башен колокольных.
Но не иду через порог и, может, зря,
Душевно – нет друзей там и знакомых!

Стою, смотрю я тупо у окна,
Стараясь разглядеть во храм идущих,
А в горизонт взметнулась уж луна,
И слышится мне колокол зовущий!

Украсились обители карнизы,
В огонь зари, а внутренне свечей.
Мне слышится плач бедной карамзинской Лизы,
Не от того ли и душе моей больней?

Нет, не пугает Веры нашей плен,
Мы с ней родились, в радости и жили.
Такие мысли вот приходят мне у стен,
Сих вековых, где Господа любили!

Любили, любят в протяженьи долгих лет,
Неважно ты богат, иль безгранично беден.
Не знаю только вот, спасенье есть, иль нет,
Ведь главное, чтоб был по жизни честен!

Взираю ввысь монастыря,
Где затаился звон колоколов щемящий,
Мне душу до предела! Может, зря…
Стою, смотрю вслед инокам входящим!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Всё меньше пыли серебристой,
Всё больше нежности лучей.
Теплей в полях, в глуши тенистой,
В просторах сёл — весны огней.

Заметен у прелестнолесья
Подснежников дрожащих сонм.
Красу зрят птицы с поднебесья,
Вернувшись в край, кой кинул сон.

И в этом дивном окияне
Красы, тепла, младых чудес —
Как звёздочка мягка в тюльпане,
Край в диве плавает. Воскрес!

8 апреля 2026.

День за днём негаданно в песок,
Не уходит, исчезает безгранично.
Мне вот как-то только невдомёк,
Жить, обманывая душу постранично,
Бьёшься в стекло, словно мотылёк,
Утирая слёзы горя с щёк!

В этой дрязге ты не забывай,
Меня, хулигана и поэта.
Как хотел с тобой попасть я в рай,
Но возможно ли при жизни нашей это,
Коль ступил ногой не в тот Highway,
Эхом на душе собачий лай!

В прошлых днях останусь я с тобой,
Навсегда! Там было так прекрасно.
Пусть бегут дни пакостно долой,
В суете обманной, разномастной,
День из серого взметнётся золотой,
Когда встретимся восторженно с тобой!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Туман на рассвете деревню окутал,
Во мгле непроглядной скрипела изба.
Зверей деревенских мрак сильно запутал,
Ведь инда не видно, где делась тропа.

В кроватку поспать прилегла ненадолго
Намедни теплынь, себя хмарью укрыв.
Сребристый туман, как сребриста иголка, —
Всё скрыл от очей, в окоёме застыв.

Дремлет и бор на бугре у селенья,
Ёжик лукавый вот в соснах сидит.
Не слышно ручья, как и птичьего пенья, —
Сосна-душемилочка токмо храпит.

Стал небосвод милоглазый безликим,
Не видно Луны дневной, Солнца ночей...
Лишь птичка-сверкушка под древом великим
Открыла премилую пару очей.

6 апреля 2026.

У селенья пред весною
Окоём уходит в явь.
Льды, разбужены рекою,
Устремились нежно вплавь.

Тает снег в полях унылых —
Драматургах тишины.
Час недель проходит стылых,
Паче дни уже ясны.

Над подворьем в час рассветный
У селенья — птах летит.
Сер, как небо, незаметный,
Зреет: край уже не спит!

А в тени избушки дровни
Боле хлоп не тащит в лес.
Уж на куполе часовни,
На опушке, снег воскрес...

Хоть намедни в час не хладный
Таять снежный стал покров,
Паки хладно... Ах, неладный!
Снег и зиму — на засов!

У селенья в младомартье
Испарился лепень, хлад.
Чует край весны объятье,
Как птиц сонмы серенад.

1 апреля 2026.

Одолела греховная скука,
До предела… вошла в меня…
Лучше думать, что ты, как мука,
Не любила меня и дня!

Лучше стать бы мне вновь бродягой,
Да и жить в подворотне (нигде),
Чтоб душа скулила дворнягой…
Пусть забудут во злобе все!

Знаю, знаю – шакалы ждут,
Когда я, как вожак паду.
Сразу горло перегрызут,
Но я просто во тьму уйду!

Одолела… душевная мука,
В серый цвет предо мной заря.
Злой сегодня! Судьба же, как мука,
Вот и вспомнил не так тебя!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Я снова сочиняю, знать, время подошло.
Вдруг что-то накатило, наехало, нашло,
Наружу хочет выйти, внутри темно и хмарь,
Совсем не предсказуем душевный календарь.

Ещё вчера суть планов была ясна во всём,
А ныне захандрило осенним словарём,
Заволокло туманом промозглым, ледяным.
Пахнуло безнадёгой и чем-то неземным.

Растерян и подавлен, и просится слеза.
Спасите, сохраните, святые образа.
Я знаю, ненадолго внутри цветёт полынь,
И заклинаю морось: «Покинь меня, покинь…»

Но вяжет руки слабость, тревога, муть и страх,
И ни окна, ни двери о четырёх стенах…
Вот так теряет сущность в потёмках человек,
И прекращает в муках свой жизненный забег…

Ах, как светло и чисто, я выбрался, я смог!!!
Не углубляться в дебри даю себе зарок.
Трясина зла кумарит, и тянет, и зовёт.
Кто был в её объятьях, меня скорей поймёт… (А.Б. 14.02.18)

Играю в покер, пою романсы.
Вино и дамы, и реверансы.
Друзья-гусары, напитки крепче.
Дуэли, песни, гаданья, свечи.
Война, атаки, редуты, стоны.
Обоз санбата, кресты, погоны.
Любовь, интрига, разлука, верность.
И понимание, и неизбежность.
И это было всё в прошлой жизни.
Служил как надо своей Отчизне.
Искал, боролся и куролесил.
И много значил, и мало весил.
Порой всё помню, всё понимаю.
И этих видел, и этих знаю.
Честь офицера не понаслышке.
Дошёл до ручки, а там до вышки…
Душа гуляет в любых эпохах,
Как я гуляю по этим строкам.
Вчера был ангел, сегодня демон.
Там изменял, там до гроба верен.
Но почему меня так и манит
Вернуться к тем, кто про честь всё знает.
Чтоб девки — дамы, друзья — гусары.
И петь романсы под звук гитары… (26.08.17А. Б.)

Где вы, кто слышит лишь себя,
Кто выхвачен лучом софитов,
Проталина, где полынья,
Вы память, что другими не забыта.

Но ненадолго век вам коротать,
Навстречу не готовы, лишь вперёд.
А можно ли вам спину подставлять,
Если в глазах лишь цель и лёд?

Усталость для других, к себе огонь,
Зависимость от пустоты и тлена,
Здоровый эгоизм, на сердце бронь,
Вокруг души рулоны гобелена.

Воспринимаете толпу, поленьями
И углями, энергией для жара,
А присмотреться, лишь мгновеньями,
Горите вы, лишь отблеском пожара.

Каждый вокруг, как цельный свет свечи,
Свой огонёк в величии и стати.
Сейчас толпа, а завтра палачи,
А вы лист скомканный и без печати.

Ведь без любви и вдохновения нет,
Не оживают строчки, без тепла,
Не обезличивай прекраснейший рассвет,
Он вечен, он для всех, он отблеск в куполах.