Новые произведения

Мурашка
по кожі біжить
Страшно
І тіло болить
В стані такому
Не хочеться жить

Життя я не зможу змінить
Буду у муках страждати
І вік у печалі
Гіркій доживати

У артистов на пути -
Дожди, ветра, метели:
Но им ехать иль идти -
Надо - не до лени.

Будет время - отдохнут,
А пока - дорога:
Кони медленно идут -
Прошагали много.

В небе яркая звезда -
Счастье нагадает:
И цыганка - иногда -
Тоже предрекает.

Она правду говорит -
Карты открывает...
Их читает, норовит
Предсказать... Как - знает...

В небе яркая звезда -
Время для гаданья...
И в беззвездность - иногда...
Дар на предсказанья...

Порог желаний —
жить и наслаждаться:
поменьше чтоб страданий,
побольше — просто улыбаться.

Сад Гефсиманский, древние оливы.
Давили масло испокон веков.
Иисус с учениками, часто были.
Иуда это знал и был готов.
Окончив вечерю и в эту ночь спустились.
Поток Кедронский, роща, лунный свет.
" Побудте здесь, мне нужно помолится.
Скорбит душа моя смертельно о кресте."
И отойдя пал на лице свое и молвил.
" Отец Небесный, ведаю беду.
Да минет чаша, яже ты мне уготовал.
Но твоя воля, непреложна, Я иду."
Пришёл к ученикам, а те уснули.
Спаситель обращает к ним слова.
" Не в силах бодрствовать? Молитва тело нудит.
Плоть немощна и мягка, как трава."
И отошёл, склонив главу в молитве.
Был пот Его, как кровь, стекая ниц.
"Да будет Твоя Воля." Это битва,
Моленье о чаше, выше всех границ.
Учеников опять нашел заснувших.
И в третий раз к молитве обратясь.
Вернулся, спящих растолкавши.
"Всё кончено, настал крамолы час."
Вот множество народа от старейшин.
С оружием и с ними во главе.
Иуда, гнусный вор, презлейший.
Иисуса целовала, предав толпе.
Но Петр помня слово обещанья.
На смерть идти без страха со Христом.
Доставши меч раба ударил, ранив.
Спаситель говорит ему :"Постой.
Всяк взявши меч, тот от меча погибнет.
Ужели чашу Мне не пить страданий злых?"
Тогда бежали все Христа покинув.
Его связали, о других совсем забыв

Не писать и не читать -
Нет совсем покоя:
Всё мне хочется узнать -
Подруга - что такое?

Обо мне что - за глаза?
Сколько в ней обмана?
Приоткрылась органза -
Пелена тумана...

Я узнала, что она -
Обо мне - с издевкой:
Ей ирония дана -
Душит как веревкой...

Предо мной всегда юлит -
За спиной ругает...
Не дай бог, что говорит...
Мной других пугает...

Я узнала - и теперь -
Больше не подруга...
Не открою больше дверь...
Хоть град, метель иль вьюга...

у нее вопросы есть -
Я не отвечаю...
Что узнала я - не снесть...
Дружбу разрываю...

Вот свечи зажжены, и смолкли голоса
Бокалов звон в вечернем воздухе повис
Мы ждали, что свершатся чудеса
И прятали под масками сюрприз
Мы думали, что маски — лишь причуда, фарс
Что карнавал закончится, остановив игру
Но кто-то свыше перепутал нас
Иллюзию смешав с реальностью к утру

И грянул бал, сердца забились чаще
Накрыли лица взбалмошные маски
И в этом душном, странном настоящем
Вдруг по-другому заиграли краски
Тот облик, что мы вчера носили
Был лишь чужим, навязанным клеймом
А в маске — суть первоначальную открыли
Исчезли образы, служившие ярмом

Припев:
Ах, маскарад — не пир, а пропуск в ад
Где ложь слетает с обнажённых душ
Здесь каждый — сам себе и царь, и раб
Под звуки медных и бравурных туш
Сорвав с себя обычные все лица
Мы видим суть, как будто наугад
И наконец исчезли все границы
И истину являет миру - маскарад

Уверены, что нас никто не знает
Мы выпустили демонов в полет
В нас зависть чёрным пламенем сияет
И в душах наших похотью несёт
Наружу вышли тёмные желанья
Обиды старой, ядовитый след
Без капли фальши и без мук раскаянья
Справляем свой порочный полубред

Но вот рассвет. Под маской — не гримаса, не обман
Всё, что мы прятали под шёлком долгих лет
Иллюзия, фата-моргана, балаган
А правда в том, что масок больше нет
Танцуйте же, пороки, в грешном сне
Вы в первый раз позволили себе —
Собою стать, но вам сгореть в огне
Ведь маскарад теперь всегда- в вашей судьбе

Припев:
Ах, маскарад — не пир, а пропуск в ад
Где ложь слетает с обнажённых душ
Здесь каждый — сам себе и царь, и раб
Под звуки медных и бравурных туш
Сорвав с себя обычные все лица
Мы видим суть, как будто наугад
И наконец исчезли все границы
И истину являет миру - маскарад

И только шут в углу роняет тихо: «Боже
Вы думали, что спрячетесь от глаз?
Вы образы готовили искусно, так похоже
Но это вы. И маскарад не кончится для вас».

Так хочу сохранить эту лёгкость
Мыслей, поступи, нежных порывов,
Подзабытую многими скромность,
Раздражением до надрывов.

Торопливость, порывистость гасит,
Осознаниям вторит гармония.
Вдруг пробьётся улыбками, счастье,
Негасимое даже иронией.

Хрупок, словно причудливой формы,
Словно листик бумажный, фарфор,
Мир души, называемый нормой,
Выносящий себе приговор.

Чувства впитывают, пробуждают,
Генерируют в нас свою ауру,
Лишь по ним нас порой и узнают,
По незримому глазу локатору.

Да и мы узнаём своих сразу,
Непохожих, но близких нутром.
Часто любим, не то чтобы разумом,
Выбираем любимых чутьём.

Глубинка Матушки-Руси,
Лесов дремотная истома,
Звенящий воздух полевой,
Рассвета дымка невесома…

В одеждах чистых благодать.
Как же унять души волненье?
Стоит на стрелке Божий Храм,
Мечты Андрея воплощенье.

Стремится птицей в облака.
В ажурной вязи оперенье.
Искусна зодчего рука.
Сплелись здесь дерзость и смиренье.

Грифоны, царственные львы,
Давида в камне облик светлый
И Богородицы Покров,
Что сберегает лик заветный.

Луг Боголюбов… Травы вкруг…
Ветра полощут их ретиво.
Река как половецкий лук
Излучиной блестит игриво.

Здесь заповедные места…
Завеса тайн, сказаний, были.
Под сенью древнего креста
Виденья дивные застыли...

Невнятный огонек свечи...
Уединенье, боль утраты…
Бояр коварные мечи
И месть несущий брат за брата.

Походы… Блеск булатной сечи,
Триумф побед и звон кольчуг,
Застолья гул, заздравны речи,
На водной глади княжий струг…

Парит над миром Лебедь Белый,
Хранитель Суздальской земли
Людской молитвой благодатной
Спаси её и Сохрани!...

Картина мира моя. Мысли личные. Критику принимаю.

Веры нет ее словам...
Тоже мне подруга...
За нее гроша не дам -
Хоть дожди, хоть вьюга...

Хоть морозы, хоть метель -
Дверь ей не открою:
У меня ведь не мотель -
Не найти покоя...

Я, конечно бы, могла -
Если б захотела...
Но - идет пусть - до угла...
До нее нет дела...

Слишком острый язычок -
Следить вот перестала...
Я ей сразу ярлычок -
Подруженькой не стала...

Не открою больше дверь -
Хоть мороз, хоть вьюга...
С ней чужие мы теперь...
А была - подруга...

Сидя темной ночью в гараже, пытаюсь я придумать стих,
Задачку сложную задал — теперь мне выкрутиться нужно.
Расскажу историю одну про юного наивного мальчишку,
Что верил всей душой: он мир превратит в свою книжку.
Но жизнь коварна и хитра, успела выстегнуть его,
За три тех роковых года он понял: мир жесток.
Люди бывают злы, хоть и кажутся добродушными,
И этот мир, полный страданий, покинуть хочет он.
Уйти в дремучий лес, густой, где травушка зеленая,
И где птички свою лесть поют забвенно

Им бы классику читать -
Толстого да Лескова:
Там герои им под стать -
Вот спектакль снова...

То ль про Грушеньку сюжет,
То ль про ту цыганку,
С коей Федор бросил свет -
Почти как марсианка...

Хороша она поет -
Та цыганка Маша:
Он и от нее уйдет -
История вот наша...

Может, слышали они...
Может быть, читали...
На другое, видно, дни...
В них себя узнали...

А про Грушеньку они
В театре играли...
Насмотреться не могли...
Слушали... Рыдали...

Музыкальное исполнение можно прослушать на "Поэмбуке"

Судить грехи людей вы так усердно рвётесь,
Свои судить начните - до чужих не доберётесь.
Кричите громко: «Видно всё! Он пал, он не святой!» -
Свои внутри пороки скрыты пеленой.

Припев:
Не вам судить, кто прав в чужой беде,
Покайтесь лучше за себя - и Богу, и себе.
Кто без греха тот пусть свой камень кинет,
Но знайте: Бог всё знает и ещё всё видит...

В чужом глазу соринку ищете с усердьем злым,
А в собственном бревна не видите за ним.
О, лицемеры! Ваша спесь - насмешка для судьбы,
Ведь строже всех судья для вас - бесспорно, вы.

Припев:
Не вам судить, кто прав в чужой беде,
Покайтесь лучше за себя - и Богу, и себе.
Кто без греха тот пусть свой камень кинет,
Но знайте: Бог всё знает и ещё всё видит...

Пока в душе своей с собой не разберётесь,
Пока рекой, живой водой не изольётесь,
Вино Спасения вливая в новые мехи,
Не вам судить людей, пороки, их грехи.

Припев:
Не вам судить, кто прав в чужой беде,
Покайтесь лучше за себя - и Богу, и себе.
Кто без греха тот пусть свой камень кинет,
Но знайте: Бог всё знает и ещё всё видит...

Поверь: когда в своей душе порядок наведёшь,
Когда теплом своей любви людей спасёшь,
Тогда чужой порок и грех не будешь замечать,
А будешь с ними и душой и сердцем сострадать.

Припев:
Не вам судить, кто прав в чужой беде,
Покайтесь лучше за себя - и Богу, и себе.
Кто без греха тот пусть свой камень кинет,
Но знайте: Бог всё знает и ещё всё видит...

Приходим в мир
с багажом жизни
И всё закончится тризной
Я желала жизнь прожить красиво
Мило и счастливо
Так и было

Семья дети и работа
Отдых ночью
И красиво жить охота
Не восне а очью

Забудь про тяжесть рухнувших планет,
Про гравитаций гибельные путы.
А что, если взирающий в ответ
Глаз пустоты — не масса абсолюта?

А что, коль там не плотность вещества,
Сминающая время в сингулярность,
А зашифрованные в код слова,
Одетая в абстракцию реальность?

Она не разрушает, а берёт,
Копируя всю суть, снимая формы.
И каждый луч, прервавший свой полёт,
Становится лишь записью, не штормом.

За горизонтом, где не светит луч,
Любая вещь становится страницей.
Там не нужны ни циркуль, ни сургуч —
Мир стал строкой, чтоб навсегда храниться.

И может быть, когда сгорит эфир,
И сбросят звёзды ветхие одежды,
Ничто не канет в опустевший мир.
Мы станем Информацией. Как прежде.

Нам ошибки судьба не прощает,
И на каждый неверный наш шаг
Очень строго всегда отвечает,
Превращая всё светлое в мрак.

Слово резкое ранит порой,
Словно острый и брошенный нож.
Потеряешь душевный покой,
Если злобу ты в сердце возьмёшь.

Слово горькое душу терзает,
В сердце боль оставляя всегда.
Пусть же грубость в словах исчезает,
Чтоб в наш дом не стучалась беда.

Каждый промах – не просто паденье,
Это вызов, что нужно принять.
И сквозь боль, сквозь своё пораженье
Все ошибки нам нужно понять.

Глаза твои огромные,
Как будто неба синь,
Такие же бездонные,
Где буря,а то штиль...

И зацветают липы,
Щебечут соловьи,
Лишь от твоей на свете
Слепительной любви...

И словно луч от солнца
Горят они пылая,
Где взгляд твой улыбнётся
И больше не растает...

И зацветают липы,
Щебечут соловьи,
Лишь от твоей на свете
Слепительной любви...

Все облака исчезнут,
Туманные дожди,
На утро коль воскреснут
Сквозь ночь глаза твои...

И зацветают липы,
Щебечут соловьи,
Лишь от твоей на свете
Слепительной любви...

Кто ясно мыслит, ясно излагает.
Здесь места нет словесной пустоте.
Слова неторопливые понятны
И истина видна здесь в простоте.

Не нужно слов замысловатых, сложных,
С тем чтобы суть сокрыть за маскою пустой.
Ведь говорить понятно и о сложном можно,
Что б смысл мог без труда понять любой.

Так пусть же разум будет ясным, чистым,
Как горный воздух, как небесный свод.
Тогда и речь, как свет, лучистый, быстрый,
До сердца каждого легко дойдёт.

Белый голубь пролетел...
Он души цыганской:
Много жил и много пел -
Вот с такой окраской...

Он откуда-то с небес...
Хоть поет неважно -
За зерном к нам, под навес -
Решительно, отважно...

Мы, конечно, не спугнем -
Сильный белоснежный:
Под цыганочку вздохнем -
Ритм такой душевный...

А цыганская душа -
К своему порогу:
Птица эта хороша,
Но... поет не много...

Но зато ее душа -
Как перышки - белеет:
Ах, как птица хороша -
Петь хоть не умеет...

В доме у нас появились котята,
Я стала с ними весело играть.
У одного шёрстка была помята
И я взялась её причесать.

Взяла у мамы любимую расчёску
И в порядок шёрстку привела,
Новомодную сделав причёску,
Как парикмахер кудри убрала.

Кошка рассерженно взглянула
И котят своих с собой увела.
Всю прическу назад вернула
Ну а я, расчёску больше не брала.

​В прихожей вечности, на сером постаменте,
Сложив ладошки на бесформенный живот,
Застыл кусок мечты в неловком вот, моменте
Он не спешит. Он знает: всё придёт.
​Глаза-маслины смотрят в бездну бытия,
Где дедлайны дохнут, как мухи в янтаре.
Его религия проста, как чешуя:
"Я подожду. Возможно, в октябре".
​Он аватар твоих несбывшихся надежд,
Тюленя помесь с грустным мудрецом.
Пока кипит безумный мир невежд,
Он светит им... морщинистым лицом.
​Не ждёт курьера, пенсию иль чуда
Он ждёт саму концепцию конца.
И если ты решишь уйти отсюда,
Он сохранит черты и твоего лица.