Новые произведения

У соседа жена стройная.
Отрываешь взгляд силою.
Хоть детьми разжилась
тройнею,
Но фигурой осталась
милою.

Не худая и не дородная.
Все при ней, и лицом-
засмотришься.
Как робеешь ее,-
"мама родная",
Как пройдешь под окном-
отворотишься.

О влеченье моем, чтоб
не ведала.
Не могла бы дурного
приписывать.
Как Петрарка Лауре
преданный,
Буду вирши инкогнито
писывать.

* * *

Wer gůt hat / vnd ergetzt sich mit
Vnd nit dem armen do von gytt
Dem wurt verseit / so er ouch bitt

---
Aus: Das narren schyff , XVII.

---
Sebastian Brant (1458 - 1521),
Strassburger Stadtschreiber, elsaessischer Jurist (wiki)

Себастиан Брант (1458 - 1521)

Кто богатей и всласть живёт /
И бедным грош не подаёт /
Сам обретёт / придёт черёд
.
.
.(

Glosse eines reisenden Fr.

Ja, ja! – Der Neckar, den Sie haben,
Ist hübsch für einen Fluß in Schwaben!

---
Aus: Epigramme, 31


------
Johann Christoph Friedrich Haug
(*9. Maerz 1761 in Niederstotzingen (Wuerttemberg);
† 30. Januar 1829 in Stuttgart)
war ein deutscher Beamter, Lyriker und Epigrammist (de.wiki)

Фридрих Гауг (1761 / 1829)


Ремарка путешествующей фрлн

О, да! – Ваш Неккар, он красивый:
Для речки в Швабии, вестимо.
.
.
.(

Obrigkeit-Schutz

Die Vormündschafft der Untren verwalten Obrigkeiten;
Die müssen sie dort oben zu seiner Zeit verreiten.

Aus: Sinngedichte / Desz dritten Tausend achtes Hundert (02.)
------------
Friedrich von Logau (Pseudonym Salomon von Golaw)
* vor 24. Januar 1605 in Brockuth bei Nimptsch, Herzogtum Brieg;
† 24. Juli 1655 in Liegnitz, Herzogtum Liegnitz)
war ein deutscher Dichter und Epigrammatiker des Barocks (de.wiki)

Фридрих фон Логау
(1604 или 1605, Силезия / 1655, Лигниц)

В Защиту Верхушки

Опека тех, кто снизу, вершится тем, кто сверху;
Его, за это дело, притянут к Главковерху.
.
.
.(

Он уже брился и взрослел -
Она - под стол пешочком:
Он - вырос, напортачил, сел -
Ей время стать цветочком.

Цветочек этот так расцвел -
Любуешься невольно:
Он - отсидел, домой пришел -
Обидно, стыдно, больно.

И тут-то встретилась она -
Как хороша на диво:
Но между ними лишь стена -
Идет неторопливо.

Не смотрит даже на него -
Он не потерпит это...
Привык к победам... Ничего -
Дает слабинку где-то...

И понимает, что влюблен...
- Она тебя моложе!
- Неопытна! - ему кругом...
Он говорит:
- И что же?!..

И все-таки подходит к ней...
Она - поверх ресничек -
К нему с надменностью своей -
Бывает у москвичек...

- Да, оступился я тогда,
Но расплатился, вроде...
Она надменно:
- Никогда!
- Со мною? - он на взводе...

Но все ж сдержался - и ушел...
Она - как прежде - мимо...
Вновь - по наклонной - он пошел...
Под срок - неотвратимо...

Пытался с ней он - вновь и вновь...
После отсидки каждой...
Он знал теперь, что есть любовь...
Хоть и женился... Дважды...

Всегда ее один ответ....
Конец его надежде...
Он знает - она скажет:
- Нет!
Надеется - как прежде...

О ней
Почти панегирик

Она не ведает покоя,
Подобна пламени, — сильна,
Коль страха нет, иль нету боя,
Вершина страсти пройдена,
Прохладен одр ей запоя,
Руда остыла в чаше, коя
Была киплива и полна,
Тишь здравомыслья отмщена,
Сладка была ее вина;
Но есть она иного кроя, —
Та, что извечному родна,
Ткёт полотно его рядна;
Любовь — лишь смертному ценна, —
Трудна, но в любящем верна,
В ней смерть его побеждена,
Жизнь прощена и спасена,
В святое грешным крещена,
Никто не чает в ней изгоя,
В цепях разлуки жадно воя,
Ведь в мировом бурлении двое
Смысл изопьют ее до дна,
Мученьям томным вняв сполна,
Взыскуя бури и покоя,
Дана ведь им она одна.
Такой устой земного строя.
/Со всем согласна и годна/
Любовь! — ты движешь все живое.
/АК/

Разве можно почувствовать так остро и резко,
Чтобы даже бояться подумать и сдвинуться с места?
Я знаю - ты тоже слышишь, чувствуешь кожей, знаешь.
Ты, как и я, не забываешь.

Разве можно ощущать так больно и точечно?
Словно иглы под кожу, словно удары покосточно.
Я знаю терниста дорога твоя
А в забытье - Бога разгневала я.

Как можно молчать и кричать одновременно?
Знать всё и без слов - всё в ощущениях.
Я знаю - хранишь ты молчание трепетно.
Слетевшее слово обычно ветренно!

Как можно тебя знать, ни капли не ведая
Все тысячи жизней? - Душа как раздетая.
Я знаю - ты помнишь их все до одной
И чувствуешь - в каждой знакомой был со мной.

Как можно так жить - убегая, но встретиться?
И в миг разорвать в клочья сильное сердце.
Я знаю - для всех мы не кашрут..
И цепи на шее стянул Божий Шут!

Как может так пульс вырываться в виски?
И бить там ударами гулкой тоски.
Я знаю - ты слышишь молебный тот звон,
Он сутью моей и твоей порождён.

Не знаю как вырваться и оправдаться.
Лишь болью умыться, инстинкту отдаться.
В этом гудящем обществе тесно...
Разве можно почувствовать так остро и резко?
12.10.24

Тихо призрак опустился,
Закрывая старый лес.
За деревья ухватился,
От корней на верх полез.

Скрылась в далеке деревня.
В смоге серой пелены.
Дремлет ветхая дорога,
Видя сказочные сны.

Тихо шепчет ветер песню,
Стонет старое окно.
Пробираясь мрачной тенью,
Словно ищит там кого.

Свет луны едва пробравшись,
Сквозь туманный лес густой.
Кто же там среди деревьев
Бродет темною тропой.

Темнота сгустилось быстро,
Ночь скрывает путь домой.
И листва упавши тихо,
Тайну шепчет под сосной.

Кто то брожит меж деревьев,
След не видимый хроня,
Призрак ищит встречи новой,
Но судьба боится зря.

Время медленно проходит,
Жизнь течёт своей струёй.
И лишь свет луны тревожит,
Спящий мир ночной покой.
23.02.26.
Касымов А. Х.

Всю жизнь ей, видно, ждать его -
Кругом не понимают:
- В нем, вроде, нету ничего...
Она всё ожидает...

Ей только бы узнать - где он -
Никто пока не знает:
И, если даже он влюблен -
Дождется... Ожидает...

Пусть он пытается с другой -
Она его дождется:
И от нее он - ни ногой,
А коль уйдет - вернется...

До их союза далеко...
Исчез он, испарился...
Призналась, хоть и нелегко:
- Сокрей всего женился...
- Но за женитьбою - развод...
- Нередко так бывает...
Себе призналась - снова ждет...
Надеется... Мечтает...

Потом вдруг встретила его -
И понимает: спился...
Былого лоска - ничего...
С дороги, видно, сбился...

Ее наркологов семья -
Сестра, брат, папа с мамой,
Короче целая скамья:
И вот он трезвый самый...

Спасительнице рад своей:
- Спасибочки, родная!
Ты - лучшая! Так будь моей!
История такая...

Шпильки - как пытка, походка - как танец,
Мир наблюдает: ну как ты идёшь?
Я надеваю потёртый ранец
И ухожу в этот тёплый дождь.
Сложно быть леди в тугом корсете,
Когда твоё сердце - дикий мустанг.
Мы все за свободу свою в ответе,
А не за чей-то высокий ранг.

Сбросить бы туфли и бегать по лужам,
Чувствуя кожей прохладу земли.
Тот, кто тебе по-настоящему нужен,
Примет тебя и в дорожной пыли.

Мнение улиц и сплетни соседей -
Это как обувь на размер мала.
В этой нелепой и злой комедии
Я слишком долго актрисой была.
Ноги в мозолях, а мысли - в кандалах,
Ради того, чтоб «казаться» и «быть».
Я растворяюсь в ночных кварталах,
Чтобы учиться себя любить.

Босая душа не боится падений,
Ей не страшны ни песок, ни стекло.
В мире фальшивых и злых отражений
Мне наконец-то с собой повезло.

Свет февральского дня,
В нём Поэта рождение.
Поднималась заря
И ушло наводнение.

В этот Праздничный день,
Вас Алина поздравлю,
Как приятную тень,
Здесь слова Вам оставлю.

Пусть идёт плавно жизнь,
Радость льётся рекой,
Пусть стихов Ваших смысл,
Нас коснётся рукой.

Я вынула стержень, и здание рухнуло вниз,
Оставив лишь пыль на моих обнажённых плечах.
Вся близость всего лишь нелепый и глупый каприз,
Рождённый в пустых и бессмысленных, злых мелочах.
Во мне задохнулись одна за другой все мечты,
Что требовали жертв и молитв на коленях у врат.
Теперь я достигла своей абсолютной черты,

Где нет ни побед, ни болезненных, горьких утрат.

Архитекторы чувств погребены под завалом,
Их чертежи превратились в ненужный и серый пепел.
Я стала для мира холодным и острым кораллом,
Который в прозрачной воде одинаково светел.
Я вычеркнула лица, я стёрла из памяти даты,
Оставив лишь ровную гладь ледяного пруда.
Мы все перед вечностью в чём-то всегда виноваты,
Но я ухожу из-под этого злого суда.
Никаких отражений, только прозрачная грань,
Только холодный покой и отсутствие слов.
Я это вовремя выплаченная дань,
Я это тяжесть сорванных с тела оков.
Нет крика, нет эха, нет жеста, нет лишних теней,
Лишь геометрия строгих и чистых углов.
Я стала сильнее своих самых тёмных теней,
Выйдя из круга извечных и глупых оков.

Иконы поблекли, и храмы стоят в тишине,
Оставив лишь сквозняки в опустевших нефах.
Я больше не верю ни внешней, ни внутренней войне,
Я растворилась в своих бесконечных мифах.
Если нет цели - не будет и ложных путей,
Если нет жажды - не будет и горькой воды.
Среди этих мёртвых и выжженных, злых степей
Я заметаю свои роковые следы.

Пусть ветер гуляет в пустых коридорах души,
Это прохлада, которой мне так не хватало.
В этой великой и вечной, звенящей тиши
Я наконец-то себя до конца потеряла.

Давайте встанем вдоль дороги
Голосить!
Война собрала свой богатый урожай…
Нам все твердили …
Что там говорить….
Погибших мало на полях…
А результат?
Скажите – вы довольны невойной?
Четыре года мальчики страдают!
И что, там погибает кто другой!
Я смерть мужчин молоденьких
НЕ ПРИНИМАЮ!
Не нужно было бойню начинать,
У вас есть головы –
Могли договориться!
Но так хотелось вам повоевать….
Зачем, скажите?
Детям чтобы снится?
Или пошли за деньгой
Может быть?
Так органы сдавали бы живые…
А так придется тело хоронить…
И траты лишние…
На гроб, поминки – выпить…
Нет, я не циник!
Эту невойну
Всем сердцем, всей душою проклинаю!
Который год об этом я кричу….
Никто не слышит
Голос мой…
Иль я глухая???

Замечательный, солнечный,
Добрый день февраля.
Шли и шли далеко очень
По почтовым делам...

Ноги, будто бы, завели́сь;
Снег повсюду прилёг.
Прогулялись в морозный
Русско-скученный кросс!

День чудесный
Прославился
Уходящей зимой.
Ровно дышится, нравится
Побеждать холодок!

Шли в обратный путь,
У́сталью
Непривычная грусть...
Но снежок сиял свежестью;
Блеск от солнца, шикуй!

Сюрреализм – не классицизм,
Поэзия намного тоньше красок.
Хотя и там, и здесь – натурализм,
Средь множества житейских масок!

Не всем же нравится Дали,
Не всем решения Пилата.
Нам долго чушь в грехах плели,
Что жизнь родившегося – вдруг не свята!

Вот где тот самый раздолбизм,
С слоями небывалых красок,
Что породили нигилизм...
Для множества житейских масок!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Художник с похмелья –
Картину писал,
Побольше бы зелья,
Так гением б стал!

Художник – он грешен,
При жизни не свят,
Но как он «успешен»,
Когда пишет «Квадрат»!

Художник и Муза,
С утра уж пьяны.
«Квадрат», как обуза,
Но как польщены!

Все те, кто кивает,
И делает вид,
Что всё понимает,
И дурь воспевает...
Когда «Квадрат» этот надуманно зрит!

Художник с похмелья
Возлиянию рад.
Холст сажей с безделия,
При помутнении –
Загрунтовал, потешаясь тем над…
Теперь вот «Квадрат»!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Я последний изгой средь остатка грехов,
Будет мне или нет избавленье?
Направление есть, да и нить вдохновенья,
Мне опять же даны от богов!

Параллельность миров на пути без углов,
Остальное от бесов и бег вновь по кругу.
А Вселенная нам проиграет судьбы бренной фугу,
Средь паденья с влеченьем грехов!

Я последний изгой средь погибших в грехах,
И не знаю того… будет нет – нам спасенье?
Коль всю жизнь пребывали в огне наслажденья,
Превращая свой путь устремления в прах!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Восторг увиденного в Гизе,
Так производит впечатленье,
Как праздник счастья повторенья,
Душе подарок вдохновенья…
Но лучшее увидел лишь в Париже,
И в кружевах наклонных дивной Пизы,
Но это всё лишь прошлого виденье!

Да что там Ватикан, иль Парфенон,
С дворцами их, прельщающими души,
Когда-то даже Иерусалим был войнами разрушен,
А веры смысл в народе не был тем разбужен,
Не заслонит восторга колокольный звон,
И убегающие линии колонн…
От варваров нашествия в Эдема кущи!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Уже и не темно,
Романтика ночи с рассветом
Отступает,
И сердце замолкает,
Когда свет тьму ломает.
К тому же кончилось
Вино,
Фужера видно дно,
И свет не вдохновляет,
Лишь миг объединяет,
Как та луна в окно.
Но и она не излучает,
Свой свет! Дыра зияет,
В разбитое стекло,
Уже и не темно...
Рассвета луч в окно к нам
Проникает!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

К высотам небес –
Это точно взлетаем,
На жизнь, что внизу во грехах –
Не внимаем,
Точнее – не обращаем...
Вниманья хмельного,
Не надо иного,
В любви устремленьях,
При наслажденьях!

Мечту обретаем,
К высотам взлетаем -
Небес и чудес...
И счастье ломаем,
Хотя точно знаем,
Нельзя нам иного,
Греховно хмельного,
При вдохновеньи,
В любви наслажденьи!

Взлетаем... и падаем,
Гибельно оземь.
От страсти сгораем,
И счастье теряем,
Пощады не просим...
В душе падкой -
Осень!
Но мы точно знаем –
Душой пропадаем!


Изображение размещено из открытых источников Интернета