Философская лирика

Земного космоса стихии
К благоустройству вменены,
Они в неистовстве лихие,
К слезам и по'сулам глухие,
В скрепах к труду приглашены.

В умелой доброте творенья
Они — тепло и красота,
Благоволят изобретеньям,
Природных сил преображеньем,
То ветр, о'гнь и вода.

Напор воздушный славен мощью,
Что наполняет паруса,
Вращает мельницы, полощет
Знамена армий, шепчет в роще,
Крыла на небо вознося.

Злой ветр порождает бурю,
Нещадный смерч и ураган,
Темнит и тучит небо хмурью,
Играет гибельной лазурью,
Всему не крепкому тиран.

Огонь — тепло дарящий гений,
Кромешности сулит разгром,
Введенье в ночь дневных умений,
Мистерьям тёмным освещений,
Под кровлей очага — цветком.

Пожара, пламя породитель,
Прожорливый «Гаргантюа»,
Всего живого погубитель,
Людских творений испылитель,
Он — преисподней амплуа.

Вода — благое дарование,
Она суть жизни колыбель,
Долин благое обитания,
К ней жажд земных обетование,
Свободы символ, цитадель.

Но в си'лище своей гневлива,
Немилосердна, вне пощад,
В кипении яростном — бурлива,
Глумит над судьбами игриво,
Всё бьёт наотмашь наугад.

Самим себе верны стихии,
Всегда и всюду, только знай,
В сердцах разумных, что живые,
Есть совесть — псы сторожевые
Для тех, кто помнит ад и рай.

Самой себе произволенье,
По доброй воле окорот,
Мечтаний благостных воленье,
Дурных желаний обвиненье
Душе опадшей — эшафот.

Стихий дарованность извечна,
Возобновляемый ресурс,
То, что без совести — калечно,
Да! Хворь сия уже навечно,
Не обрести уж верный курс.

Три необласканные дара,
Как невозвратный элемент,
Страшнее бурей, смут, пожара,
Им приговор: судьба, сансара,
То: слово, совесть и момент.
/АК/

Иван Айвазовский / Хаос. Сотворение мира. [1841г.]

Мы живём в туманности иллюзий,
Данных нам с надеждой на любовь,
Только боль, с обидою в союзе,
Заставляет плакать душу вновь.

Разглядеть подлог нам не под силу
Сквозь стеколко розовых очков,
Принимаем ложь мы за светило,
Наделяя славой подлецов.

Много лет, порою, не хватает,
Чтобы ложь нам эту разглядеть,
Но однажды разум озаряет,
Разучая нашу душу петь.

Открывая сердце наизнанку,
Дарим мы, не глядя, теплоту,
Запуская в душу самозванку,
Принимая зло за доброту.

Ждём, что нам, когда стоим на грани,
Благодарность могут подарить,
Получаем разочарованье,
Оно больно так умеет бить.

Жизнь не учит, всё идёт по кругу,
Снова, забывая о себе,
Ты поделишься заботой с другом,
Наживая боль в своей судьбе.

Мой совет - себя любите, люди,
Берегите душу от лжецов,
Чтоб, мечтая о волшебном чуде,
Не пополнить стадо дураков.

В стальных объятьях шумных площадей,
Где свет неона режет мрак полночный,
Живёт толпа потерянных людей
И гений, чей порыв всегда неточный.

Здесь блеск витрин скрывает нищету,
А нежный стих соседствует с обманом.
Один поэт поёт про красоту,
Другой — исходит болью и туманом.

На крышах звёзды светят для двоих,
Но в подворотнях холод леденит.
Рождается в мученьях новый стих,
В котором радость с горестью звенит.

Там, где метро уносит нас во тьму,
Звучит мотив о счастье и покое.
Но трудно сердцу верить одному,
Когда вокруг всё злое и чужое.

Мы пьём вино из кубков золотых,
Закусывая горькою печалью.
И каждый слог, и каждый краткий чих
Окутан светлой и прозрачной далью.

Мегаполис — это рай и ад,
Где шёпот лиры заглушён мотором.
Поэт и нищ, и сказочно богат,
Смиряя боль своим горячим взором.

Так в песнях наших пламя и свинец
Сплелись навек в единую дорогу.
И свет надежды для живых сердец
Ведёт сквозь мглу к высокому порогу.

Последний звонок — гримас маскарад
Улыбкой прикрыли — волчий оскал
Любая дорога — пред вами открыта!
Издёвка венчает столь долгий обман

Последний звонок — сердечко зажёг!

Пытай неофитов, учи их склоняться
Колени в крови, и согнута спина.
Теперь на потеху пора наряжаться,
Для полного смеха, налей им вина

Последний звонок — без цели дорога,
В зале кружатся актёры теней
Чарующи розы — поёт атмосфера
Обмана герои — лжи апогей!

Последний звонок — на муки обрёк!

Серебряный рот рисует свободу
Факелы дарят искусственный свет
Любая дорога — пред вами открыта!
Так продолжается — тысячи лет!

Последний звонок — обряд посвященья!
Последний звонок — не будет прощенья!
Последний звонок — счастливы лица!
Последний звонок — детства граница!

Мы встретим рассвет картон декораций
Мы выбрали путь статистов овации
Прощальным набатом последний звонок
В альбоме на выпуск групповой некролог

Последний звонок — срок жизни истёк!

Обиды детские всю жизнь храня,
Несут порой , как драгоценный груз
И всё плохое помнят , почём зря,
Их режут по кусочкам , как арбуз.
Мы отпускать обиды не желаем,
Мешок тяжёлый тащим за собой
И часто , свои обиды вспоминаем,
Укором ставим перед близкими, роднёй.
Диагноз знаем без врачей : амнезия,
За добрые поступки , в ответ не благодаря.
А на любовь душевную , конечно , аллергия,
Ведь у обиженных - душонка мелкая черства.
Живут они без чувств взаимной благодарности,
Любить привыкли только лишь себя,
В общении они - токсичные бездарности,
Обижены на всех, на всё и мир весь невзлюбя.

Любой из нас готов ли на изгнанье,
Супив на путь, ведущий грешно вдаль,
Или сменив душевные желанья,
В разлуке, где всем правит лишь печаль,
А прошлого становится, вдруг жаль!

Так и бредёшь дорогой одиноко,
С воспоминаньями любви, что отцвела.
Оставшись где-то там, в краю далёком,
При деве, что так предано ждала,
Но вот судьба в любви вдруг развела!

Так и остались дни мороки хладной,
В душе оставив шрам, что на века.
Зачем и почему брёл вдаль обманно,
На том пути – где, в общем, далека,
Сама любовь, в пути одна тоска!

Любой из нас готов тогда молиться,
Чтобы познать суть жизненных основ.
И в прошлое своё в днях возвратиться,
Минуя смысл ненужных грешных слов,
Любой исправить путь к любви готов!



Изображение размещено из открытых источников Интернета

Возможно ли, чтоб потерять желанья,
И веру в Бога, пребывая в самом дне?
Приняв на душу грешные страданья,
Такое может лишь присниться в диком сне,
В безумной глубине!

Возможно ли, чтоб ликованье в радость,
Исчезло разом при любви долой?
А в душу заползла обманно гадость,
Обманной и поганою змеёй…
Пока живой!

Возможно ли, чтоб муза вдохновенья,
Покинула любого просто так?
Как жить тогда среди того мгновенья,
Душой, когда дорогой нищ и наг,
Ни друг, ни враг!

Возможно ли, чтоб вдруг очарованье,
Сменило ощущенье пустоты?
Воспоминания на грани дней отчаянья,
Пришли на смену благостной мечты,
Средь красоты!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Дни осенние сменились,
Тьмою в слякоть, в холода.
Небеса вот разрешились,
Хотя это, как всегда –
Потекла с небес вода!

В серость дня необозримо,
В безграничности своей.
Краски яркие вновь смыло,
На картине прошлой всей,
Среди приходящих дней!

И взираешь вдаль невольно,
Туда, где исчезла даль.
Там укрылся сумрак сонный,
И осенняя печаль…
Потому чего-то жаль!

Дни осенние на край,
Время пред зимой сместили.
Где теперь тот летний рай,
В этом хаосе забыли,
Солнца луч и как любили!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Веточка вербы, нежный рассвет.
Плачет девчонка, как ива, в ответ.
Дни пролетают средь ярких огней —
Юная дива, венец их затей!

Речка студёная помнит меня,
Как с коромыслом спускалась с холма.
У звонкой речушки встречала тебя:
Ты — моё солнце, ты — живая вода.

Сходит с небес золотая звезда.
В тёмную ночку не видно следа.
Робкая поступь... Иду не спеша —
С проседью счастья старушка-душа.

С болью уходят, как люди, миры —
Тают в закатах земные костры.
Росой напитаюсь в святые дожди...
Плачет, смеётся младенец внутри!

Так от рожденья и до самой черты
Мы — лишь апостолы новой любви.
Мудрость — не роскошь, а суть и итог.
Это любви нашей вечный урок.

Познавший музыку тех сфер,
что отстоят от нас далёко,
Коль вдруг не мыслит широко,
Пожалуй, всё же зрит глубоко.

Что жизнь есть суета сует,
Что мы в погоне за величьем,
Держа экзамен жизни свой,
Сдаём его не на "отлично".

Нам слаще сахара хвала.
Мы ей живём, о ней мечтаем.
Что близким нашим не до сна,
Порой совсем не замечаем.

Нам некогда чужую боль
Примерить на себя. И тщетно
Ждут нашей помощи друзья,
Что исчезают незаметно...

Много доброго сделал я в жизни своей,
И порой про себя забывая,для людей,для людей…
Так велела душа,
Совесть всё для любви отдавала,
Не печалился я,если это добро люди в спешке порою топтали,
Помнил заповедать я,что мне бабушка в детстве сказала:
Могут люди забыть сколько сделал добра,таково существо человека ,
Помни только одно, что Всевышний все подвиги знает,
Он единый всё может, Он поможет всегда,
И забыть о любви и о добрых делах Он ,как люди,совсем не умеет.
Не серчай на людей,ибо все свою школу проходят,
Знай,что сделает Бог,человек никогда не сумеет.

Чёткость, строгость, стройность линий,
Устремлённость в Небеса —
Белый храм на фоне синем Вознесения Христа.

Где ни встань...
Взгляни отсюда:
Пред тобой явленье. Чудо! Уходящий в высь Дворец.
Крест Христов его венец!

Нет изящных в нём излишеств. Выдержан, продуман стиль.
Сей форпост России бывшей — будущность, не просто быль.

Защитит от разоренья,
дерзких гибельных ветров
Он, зовущий ко спасенью
без патетики, без слов.

Не сравниться с ним соборам католических церквей.
Потрясающи! Нет спору.
Сердцу ж моему милей

То, во что всмотреться надо,
чтоб увидеть глубину.
Не в изысках совершенство.
Не поймём, "пойдём ко дну".

Храм без вычурного блеска. Совершенной гимн весне.
В белоснежном, как невеста,
что хранима в чистоте.

Вглядываюсь со вниманьем,
с восхищением в его лик.
Сложен он, как мирозданье.
Как Христос Прост и Велик!

Звучанье муз, соединенье рук,
Слиянье душ восторженно-прекрасны,
Тех, ложь презрев кто, ощущенье мук,
То неразумье, что в структурах властных,
Поют о смыслах, радости, любви,
О преданности, верности, что вечны.

Дай, Бог, чтоб в этих душах соловьи,
Не замолкая, пели бесконечно!

Вечность, счастье и любовь!
Ах, какая малость в жизни,
Будоражат ум и кровь,
Как прогноз дороговизны!
Да, за "кровь" прошу простить,
Нет банальнее рифмовки
И глагольное "любить" -
Из разряда слов неловких.
Но про "вечность" , "счастье" мне
Говорить уже постыло;
Ими тешиться во сне
Будет правильно и мило.
Так о чём же говорить,
Если сказано о многом,
Чтобы глупым не прослыть,
Уперевшись в тему рогом?
Пусть, как мир оно старо,
Но в мою б вогнали кровь,
Всем банальностям на зло,
Вечность, счастье и любовь!

Когда глаза в глаза, и мир вокруг затих,
И шепот нежных слов ласкает слух едва,
В сплетении двух душ, в объятьях дорогих,
Горит огонь желаний, что не унять слова.

В дыхании твоем – вся страсть моя, мой жар,
И каждый миг с тобой – как сладкий, дивный сон.
В твоих глазах – бездонный, манящий пожар,
Где мы едины, где не властен горизонт.

Пусть время замолчит, пусть тают все слова,
Есть только этот миг, где властвует любовь.
И в этом мире мы, как два живых крыла,
Парим над суетой, не чувствуя оков.

* * *
Январь 2026 г.

Слова слагались в истину молитвы.
Она стояла, плача, без конца.
Она боялась, дергала за нити
Ту жизнь, что ей дала судьба

Молитва шла небрежно, переливом
Мешалось все, забита голова.
Она молилась, торопясь, и криво
Держала в мыслях веру. Это лишь могла

В душе терзанье, трепет, пересуды
Тревога, страх, забвенье, суета
Шла босиком по острому без боли
В ногах - уверенность. Может, неспроста?

Воспитана, горда, сильна, наивна.
Несет молитву как щит перед собой.
Она так не хотела. Просто ливнем
Прошлись по ней. И даже на убой

Огромный страх. Не может с ним расстаться
Все мысли прожигает его след.
Она устала, милые, бояться
Она кричит, что сил у нее нет!

Но все плохое прячется под светом
Душа летит и светит всем вокруг
Она нашла единственный и верный выход
Молитва. Вера. Он.
Любовь
А вдруг?

Я не умру совсем,
Когда-нибудь проснусь,
Росою по траве
Я поутру скачусь,
Травою сквозь года
Зеленой прорасту;
А может быть сейчас
Я жизнь живу не ту?
Живу я, как и все,
Но не понятна грусть;
Я не умру совсем,
Во времени прольюсь…
Виктор Исаенко

Живите, люди, каждый день от сердца,
Душой пройдите жизни каждый шаг.
Цените близость, что в судьбе даётся,
Примите тех, кто жизнь живёт не так.

Не осуждайте — труден путь порою...
И каждый в нём справляется как мог.
Примите мир и тех, кто в нём прохожий,
Проходит всё и Он в своё уйдёт.
(2020)

Где ровный путь венчает здравый смысл,
Где всё давно предсказано и сухо,
Вдруг возникает бешеная мысль,
Как дерзкий вызов дремлющему духу.

Ты смотришь в бездну странного пути,
Где ни опор, ни правил, ни деталей.
Рассудок шепчет: «Только не иди!
Такую „дичь“ мы в планах не писали…»

Тот липкий страх, тот внутренний протест —
Не знак беды, а компас для побега.
Он — указатель самых важных мест,
Где жизнь ломает клетку человека.

Мы прячемся в уютной простоте,
Боясь шагнуть за линии комфорта,
Но истина рождается в черте,
Где логика безжалостно истёрта.

Иди туда, где рвётся твой шаблон,
Где страх вопит: «С ума сошёл, и точка!»
Лишь в этой „дичи“ кроется закон,
Что превратит в цветок сухую почку.

Там, где кричишь: «Ну нет, полнейший бред!» —
Сокрыт твой клад, твоё перерожденье.
Шагни во тьму. И ты увидишь свет,
Который долго ждал освобожденья.

Мне говорят: «Твой путь достоин славы»,
А я смотрю со страхом с высоты,
Как будто я чужое взял без права
И выстроил из воздуха мосты.

Я сшил из достижений этот полог,
Но внутренний судья не спит в ночи,
Он шепчет мне, что замысел не долог:
«Ты узурпатор. Спрятаны ключи».

В чём смысл этой странной пантомимы?
Зачем мы превращаем в пепел труд?
Мы в собственном успехе — пилигримы,
Что в страхе ждут: сейчас их проклянут.

Быть может, этот страх — печать творящих?
Защитный круг от гибельной гордыни?
Глупец не видит бездн, внизу кипящих,
Считая безупречным всё отныне.

А тот, кто смотрит в зеркало с тревогой,
Не веря монументам и словам,
Тот просто судит сам себя столь строго,
Чтоб не позволить рухнуть небесам.

Он строит храм, не веря, что достоин
Ступать по этим мраморным полам.
Не самозванец он. А вечный воин,
Чей главный бой проходит где‑то там...
Внутри.