Философская лирика

Я странником бреду по жизненному полю,
С готовностью вступить с преградой в бой.
Ни с кем не спорю и не сетую на долю,
Жду встречи с долгожданною мечтой.

Делюсь полезным щедро с теми, кто попросит,
Совсем не пряча доброты мешок.
В сосуд души вбираю чистоты я росы,
Плету из ярких грёз - цветов венок.

Легко, не жадничая помощи водицей,
Могу нуждающихся напоить.
Повсюду опыт собираю по крупицам —
Усердия крепка довольно нить.

Дождь неудач порою вымочит до нитки,
Но солнце веры греет каждый раз,
Напоминая: "Знай,что каждая попытка
Несёт с собой урок,на свет явясь!"

Мы на огненном рубеже,
Но по разные друг от друга.

Мы, как птицы на вираже,
В ощущении тесного круга.

Мы противники по игре,
Между нами противостояние.

Хладнокровие правит в душе,
Тело ломит от мук осознания.

Арбалет наведён в висок.
Счёт обратный, секунды до выстрела.

Ускоряется кровоток,
И стрела накаляет неистово.

Ощущаем кривую боль,
Настоящее веет холодом.

Жизнь подсыпала снова соль.
Для любви не осталось повода.

Палец жмёт на тугой курок.
Холостой, и опять осечка.

Мы сыграли с тобой в «ноль-ноль»,
Друг для друга заноза-привычка.

Неудачный финальный залп,
И два сердца в неонах тусклых.

Мы расходимся, посему
Опускается занавес грустно.

На турнире валидных мест
Победитель один быть должен.

Но «ничейный» наш манифест —
Обличитель ошибок сложных.

И улыбкой пронзит тоску
Наш один на двоих экзамен.

Мы «провалим», но пустоту
Оба выбором заполняем.

Недосказанное — прощай!
Недочувства прогоним оба!

Мы играли и гнули сталь,
И прощались на узкой дороге!

Я боюсь, что никогда не выйду.
Я хотела бы остаться навсегда.
Кипяченую глотая воду ждать звонка.
Не дивиться, что безвкусная еда.

Собирать соседей сплетни словно марки:
Сколько это – лье? Кто – Мопассан?
Они все по-своему здесь жалки,
У них очень грустные глаза…

Понимают все, как дети, дети:
Умер Дед Мороз, едва ли был.
И на идиотском белом свете
Идиоты все кощунственно одни.

Я боюсь, что никогда не выйду.
Нечем здесь рубить себя с плеча.
Но, поскольку переменчив любой ветер,
Мы и жалость раскалим догоряча…

Мы и жалость раскалим на полупамять…
Полупамять – полурешето.
Все, что держит душу, решено оставить,
Все, что сердце старит – выбросим в окно.

Мы с тобой на один сейчас,
Один на один, если ты не уснул,
У shluhi своей не прикорнул,
Не прикурнул, смотрим.

На один снег, на один звук,
Видим. У тебя есть на окнах ручки?
Мои, видишь ли, сняты.
День не знаю какой, может, правда, шестой, может, пятый
Прикоснуться к тебе хочу и ручку в окно.

Прости, это будет govno – увидеть тебя в первый раз.
После месяца каши. Унижения и сладкой каши.
Даже напиться нечем. Убиться – тем более нечем.
Каша два раза в день – унижает, но лечит.

Хотя бы на небо взгляни, пару недель дотяни.
Я буду немного прежней в день нашей встречи.

Снег идет – и я, иду?
Упадет – я упаду?
Разбивается в минуту
В красоту.

Снег – снаружи, я – внутри?
Освещают фонари
Снег – тепло, я – холод,
Никому не нужный.

Снег – танцует, я стою.
Нет, послушай, говорю:
“Забери меня с собой”.
Но молчит. И я молчу.

Этой ночью протяну.
Снег уснет, и я – усну.
Утром встречу красоту…
Не замечу!

Вспышка на фоне ясного неба – это мой вдох.
Ты отрываешь полоску на теле – тлеющий мох.
Я отрешенно ржу во всю глотку – так запиши.
Держи, пока месяц не станет кровавым, потом вытащи.

Дырка на вене – мне так хотелось видеть тебя.
Глупая рифма, плыву и качаюсь, сама не твоя.
Держи, пока кровь не станет как краска, потом выдыхай.
Слезы и пот на куске от футболки,
We’re born to die.

Отболело и прошло, со свистом.
От погоды иногда кровит…
Изрыгается на русском и английском
И бурлит, как будто гайморит.

Это ничего! Забуду скоро.
Ноги не забудут никогда
Ловлю равновесия, под пяткой
Как хрустит больничная еда.

Вкруг сугроба выход на прогулку,
Сырость в туалете в пять утра
И брожения по коридору-переулку,
В очереди на уколы маета.

Это ничего, забуду скоро!
Руки не забудут никогда
Сигарету, что дрожала в дыме,
Как последняя и тусклая звезда.

Руки не забудут горсть таблеток,
Край сиденья выжжено-зеленый –
До меня как много малолеток
За него держались, уезжая в скорой?

Руки помнят перья из подушки,
Брошенную, как собаке, миску,
Тело, ватное, как мягкая игрушка,
Нитки, пристающие, как мысли.

Это ничего, забуду скоро…
Красные глазенки высохнут.
Все равно не больше в жизни смысла,
Чем уместится в пять-семь минут.

Приступы взрываются и гаснут,
Как далекие галактики на небе,
Это все неважно, посмотри,
Как растаяло масло на хлебе!

Отболело и прошло, со свистом!
Только просыпаюсь в пять утра.
Извиняется на русском и английском
Тусклая последняя звезда.

Я пришла поговорить, восьмой этаж.
Память стерла две недели подчистую…
Помнишь, я хотела прыгнуть вниз?
Если захочу опять, ты мне не дашь?

Говорить, а не смолить, восьмой этаж.
Помнишь, года два назад, под утро?
Нет, не говори, не закрывая глаз
Вижу поцелуя каждую минуту.

Он водил ее сюда? Наверно, нет.
Я забыла, как он на меня рычал.
Я забыла запах канцелярского ножа в тот раз.
Помню, падал наш с ним первый снег…

Про него да про него, восьмой этаж.
Про меня-то что? Я нажевалась манной каши
И пришла поговорить, что будет дальше?
Как мне жить?...

Ты молчишь, но отражаешь звуки речи.
Я шепчу про бога и любовь,
Свет и тьма рождаются и гаснут,
Пока воздух обнимает мои плечи.

Я, наверное, пойду, восьмой этаж.
Когда нет тумана, видно дом.
Я туда поеду, собралась.
Оставайся. Стереги их сон.

Мама, папа, ложка каши.
Папа, мама, каши ложка.
Почему-то вспомнить стало
Сложно.

Дом, дорога и улыбка –
Чья? Какая-то ошибка…
На другом конце зачем-то
Провод обрубили.

Может, и меня не помнят?
Может, и меня не помнят?
Может, и меня
Забыли?

Мама, папа, серый хлеб.
Для укола места нет.
Темнота пугает
И не дышит.

Долго, долго… Никого.
Долго, долго… Ничего.
Долго, страшно, кто-нибудь
Слышит?

Мама, папа, белый снег.
Папа, мама, первый дождь
И весенняя, прозрачная
Дрожь.

Старый месяц, страшный сон,
Ночь. Неясный чей-то стон.
Утреннее небо,
Тише.

Мама, папа, знаю, здесь.
Папа, мама, знаю – есть.
Темнота уходит –
Вижу.

я видела во сне, как я устала.
как я устала и меня не стало,
как ты забрал всё то, что есть во мне.

осталось тело в скошенной траве
и снеге запоздалом.
оно замерзло - и меня не стало.

откуда этот привкус крови странный?
нетерпеливо вырывая швы,
дни друг за другом проходили мимо
и прошли.

скажи, что собираешься ты делать
с моим не затухающим теплом?
я видела во сне, как я устала.
я видела, как этот сон прошел.


27 ноября 2025

у каждого в сердце своя червоточина,
ты, закрывая ее на замочек,
делаешь из непонятного сложное,
стопку бурбона из неотложки.

из неотложки сюжет для романа.
выверни мне на ладони карманы,
выверни синие, сизые раны,
выверни сердце ради забавы.

друг — как осколок стекла подо мной.
верно ли, что до развязки ты мой?
тугую старость как косы сожми.
холост твой выстрел как мысли мои.

я не поверю в твой сизый бред,
как не поверю в пьяный минет.
каин мечтал о твоем "на зубок".
кулак под щекой — наблюдателен бог.

у каждого в сердце свой косячок.
и ты, поджигая сердечный стог,
не думаешь о всех своих "как он мог?"
мечтателен каин, но трезвенник бог.

у каждого в сердце достаточно лжи.
мне в сообщении ты напиши:
"это судьба. егермейстер и боль.
жду твое тело в двенадцать ноль ноль".

жду твое тело в двенадцать ноль три.
стопка бурбона — и сердце горит.

12 апреля 2026

когда последний красно-тусклый уголек
в доме напротив прекратит светить,
скажи, неужто это — вся любовь,
которую мы можем получить?

неужто беглое очарованье бытия
быстрее высохнет глотка ликёра?
неужто белизна постельного белья
как снег растает — грязно, слишком скоро?

неужто сердце, что разбиться с новой силой
готово, в полудреме затаясь,
настолько милым ангелам немило,
что сон без снов — его навеки ипостась?

неужто юность, прозябая глупо
останется бесплодной и немой?
неужто жизнь, не обнажая даже зубы,
промчится молнией беззвучной надо мной?

и снова тонкие и суетные губы
мне в темноте позволено доцеловать...
доцеловать за теми, кто не любит,
чьим именем меня случайно станут называть.

но я глаза открою, отстраняясь,
и, плача под навязчивый мотив,
я дико рассмеюсь. я задыхаюсь —
и стих рождается в моей груди...

я знаю, есть такой закон на свете:
что умерло, то возродится вновь.
и, не бросая больше слов на ветер,
я буду ждать, когда придёт любовь!

27 июля 2023

Мы шьём свою жизнь торопливой иглой,
Стежками надежд, узелками потерь.
И каждый из нас, оглушенный судьбой,
Стучался не в ту, захлопнувшуюся дверь.
Мы думали — вот он, единственный путь,
Вот свет маяка, что развеет туман.
И падали с силой, разбив себе грудь
О собственный, созданный нами обман.

Ошибка… Как слово калёным клеймом
Ложится на кожу ранимой души.
Мы шепчем: «За что?», «Почему?», «О больном…»,
Когда тишина нас глушит в ночи.
Мы рвём в клочья письма, что были не тем,
Мы взгляды отводим от чьих-то родных,
Мы строим ограду из тысяч систем,
Чтоб спрятаться в крепости истин своих.

А время — река, что не знает преград.
Несёт нас вперёд сквозь пороги и мглу.
И тот, кто вчера был немыслимо рад,
Сегодня склонился к чужому стеклу,
Пытаясь увидеть хоть отблеск, хоть тень
Того, что ушло и не стало ничем.
Того, что казалось — пустяк, дребедень,
А стало истоком для сотен проблем.

И вот, когда иней коснётся висков,
И голос охрипнет от прожитых зим,
Мы снимем с души тяжесть крепких оков,
И с прошлым своим молча поговорим.
Мы вдруг осознаем, как слепы мы были,
Как жадно глотали дешёвое «да».
Как тех, кто нас ждал, мы легко позабыли,
Считая, что «после» — оно навсегда.

И станет так ясно, так больно, так остро,
Что не было правых, не стало вины.
Был просто испуганный маленький остров
В бушующем море чужой тишины.
И нужно-то было — всего лишь полслова,
Простое объятие, искренний взгляд.
И не было б сердца, что в муках сковало,
И не было б шага, что вёл нас назад.

Ошибка — не приговор и не точка.
А шрам, что узором на сердце залёг.
Как будто бы вырвана главная строчка
Из книги, которую пишет сам Бог.
Но мудрость приходит не с первым рассветом,
А с горьким похмельем утраченных лет.
Когда мы прозрев, задаёмся ответом
На тот, незамеченный нами, вопрос: «А вовремя ль?..»
...Нет.

И слёзы, как дождь по сухому перрону,
Смывают всю гордость, всю спесь, всю ту боль.
Мы шепчем «прости» не живому — иконе,
Играя свою запоздавшую роль.
Ведь знать, как исправить, — бесценное знанье.
Но самое страшное в жизни — понять,
Что время для твоего покаянья
Уже никогда не воротится вспять.

я чувствую несвободу.
жадно - вдыхаю солнце и волны,
вечерами прохладно.
и даже не душно -
только
моя тоска, недолюбовь -
кому это нужно?

я сделалась лучше и стала взрослой -
так кажется.
только теперь и выбор и камень
за спиной. пыль скоро уляжется

и будет светлей впереди,
и нагреется снова земля,
я оставлю себя позади,
догоняя себя впереди.

а посередине пути - сердце упало
и сердце гудит.
я стану лучше сама -
или так кажется?

3 августа 2022

Старайся предвосхитить поступок размышлением.
Прояви терпение, пусть оно властвует над порывистым рвением.

Как бы не были чисты твои намерения,
Нет нужды, без просьбы, делиться своим мнением.

Победа в спорах с неразумным, не делает тебя гением.
Истина не сломает глупца предубеждения.

Будь чуток в обращении со временем.
Тогда и жизнь, не будет казаться тебе тяжким бременем.

Эдгар Репида

На город ниспадал весенний день,
Деревья оживали по дворам...
Ложилась на балкон берёзки тень
И полнил мир дизайнерский бедлам.

Ландшафт-дизайнер торкнутый весной,
Усердно нивелировал пейзаж.
Не мог принять небрежности лесной
Впадая в псевдо-творческий кураж.

Увидев, что-то застит белый свет
Туманом зеленеющей листвы,
Изрёк - деревьям под окном запрет!
И в раз лишил берёзку головы.

Берёзки без вершинок не живут -
Кудрявая засохла на корню.
Не любят, коль по плечи их стригут,
Наряд они не носят в стиле"ню".

Торчит газоном одинокий пень -
Двора занивелирован пейзаж
И он теперь не радует ничем -
Дизайнера Прокруста антураж.

Есть :«знание как».
Есть :«знание что».*
Грани между ними – различимы.
Но грани между винами - «Шато»,
Порою, просто так – «неуловимы».

Опыт мой, увы, не уникален.
Есть в Судьбе: везение, есть фатум.
Путь впотьмах, всегда – зодиакален,
Но опираться следует на Разум.

Кто честно мыслит. Честно – лечит,
Без априорных рассуждений.
Болезнь, мне на ухо щебечет:
Про неизбежность заблуждений…

Эмпирическую нить,
В «болезнетварность» контрапункты,
Модно вплести и получить:
Априорные продукты…

Но был и будет «Благодатным»,
Рождённый в Куколе- Огонь.
Мир был , и остаётся- Тварным,
Сколько про Канта - не трезвонь…

«Кnowing how. Knowing that »(англ.)*-
знание имеет различную природу(философское утверждение)

Серебряный век. Век-Золотой…
Можно найти в любой культуре,
Он - Существует, но, порой,
Век, может быть, в звериной шкуре.

Испания, Эпохи реконкисты,
Влекла народ к свободе, и в кортесы.
И « свободные» младые атеисты,
Пытались отлучить себя от Мессы.

Жестокий мир эпохи Ренессанса,
Не жалел еретикам огня.
Но без Бога – нет, у Паствы шанса,
Увидеть Свет, даже при свете дня.

Нет математической структуры,
«Способной», нам Реальность описать.
Люди сбросили с себя овечьи шкуры,
Но обнажёнными, их тяжело узнать…

Онтологический монизм- карикатура,
На метафизический порыв.
Материя - жива, она – не шкура,
Её нельзя пощупать: «наразрыв»…

Душа уходит от раздумий «в пятки».
Стою не перепутье разных троп.
Ритм сердечный, то играет «в прятки»,
То переходит , в кентерный галоп…

«Зайчик Солнечный» к бумаге,
Нельзя, булавкой приколоть.
Было бы больно, «симпатяге»…
Будь в нём, как в нас: и кровь, и плоть.

«Зайчик» скользит по потолку,
Перебирается на стену.
Скользит, по спящим, на боку:
«Сударыне» и «джентльмену»…

Отражение Луча,
от портрета, в чёрной раме.
Будто зажжённая свеча:
Влечёт пройти, между Мирами…

Надо пройти сквозь, Семь Колец,
Чтобы , Душу слить со Светом.
И тогда поможет Жрец,
На перепутье Троп, советом…

Между Истиной и Ложью,
Очень узкая Тропа.
Тропа ведёт по бездорожью,
Но, к подножию Столпа…

«Зайчик» проскользнул на крышу.
Потом, опять к кому-то ,влез.
Облюбовал сырую нишу,
И безвозвратно там, исчез…

Найти не бойтесь. Бойтесь - потерять.
Утерянное, может не вернуться.
Кому оно достанется: как знать?
Ведь , за «потерянным», любой может нагнуться…

Поднять с земли, не значит – обрести…
Находка , не всегда : Судьба навеки.
Но если, выпадает шанс – найти,
Храни её, как яд , в себе - Монтекки…

Потери неизбежны - это факт,
С этим давно уже смирился Разум.
Апперцепций - магический экстракт,
Все потери обращает в «фатум»…

Я теряю, но не нахожу.
Список утрат становиться всё шире.
Я в папке памяти , потери все держу…
Хоть тяжелы они, как по пуду- гири…

Трансцендентное познать: нам не дано.
Мешают: самомнение, и Опыт.
Но всё вернуть, обратно, как в кино…
« Не получится…»- я слышу, чей-то шёпот …