Городская лирика

В ней слишком много не разгаданного мною,
Но я узнать о том пока что не спешу.
Она меня всегда обходит стороною,
Не возникает посторонний лишний шум.
Я наблюдаю с расстояния за нею
И подмечаю любопытные черты.
Но о любви своей сказать ещё не смею,
Она навряд ли перейдёт со мной на "ты".

Мне интересно всё, что с нею происходит,
Чем увлекается, каков общений круг.
Вот я люблю бывать всё время на природе,
Она проводит время в обществе подруг.
Сказать о чувствах ей своих, пожалуй, мало,
Цветы добавить для начала, в первый раз.
Вот предыдущая внезапно убежала,
Вдогонку бросив пару столь обидных фраз...

27.03.2026

Снова солнечный день на заливе,
пляжи греются, -  это к гостям,
а ещё говорили дождливей,
будет лето по всем новостям.
Мелководье, песок золотистый,
блики бойко обследуют дно,
легендарное " Hasta la vista",
кто- то вдруг произнёс , как в кино.
Валуны! А куда им податься,
этим беглым рабам ледника?
И гранитные туши бодаться
продолжают с волною слегка.
Сосны ! Их закружило ветрами,
даже страшно от вычурных поз,
то ли машут они веерами,
то ли ловят огромных стрекоз.

Ночною тропою иду вдоль дороги,
По этой дороге проходит трамвай.
Высокие башни домов, как остроги,
Их свет электрический бьёт в ночной май.

И мне надоела прошедшая хроника,
Надолго запомню ночную печаль.
И искры из токоприёмника
Трамвая, идущего вдаль.

От гула машин мне не скрыться навечно,
Затянут я сетью ночных фонарей.
Меня это время зовёт сладкой речью,
Я снова в стране бесконечных аллей.

Но мне надоела прошедшая хроника,
Надолго запомню ночную печаль.
И искры из токоприёмника
Трамвая, идущего вдаль.

черные локоны бежали
по мостовой за небом.
заклятье обещало
вновь сбывшуюся небыль.
черты остры, красивы.
лицо бледно, как мелом.
с ней счастье не игриво
- оно за помелом.
в толпе в ней отреченность
с любовью к снам и бедам,
на сердце отрешенность,
она с рожденья ведьма,
в ней шелест листьев павших,
ветров, воды, огня..
..лишь раз безумство знавший
узнает в ней меня.
31 января 2006

опять курю на пыльной кухне,
и дым застлал дыханье ночи,
и огоньки в глазах потухли:
теперь не важно, кто что хочет.
опять курю, а жизнь все мимо..
тушу окурок; снова спичку;
и в форточку клубами дыма
всем говорю, что не привычка.
опять курю, на зло себе я,
ведь верю - завтра быть хорошей;
и с сигаретой волей тлея,
конечно, знаю: всегда брошу.
опять курю, и снов не видно;
ночь продлена (еще) на час..
- здоровью, вроде, безобидно -
я так живу сейчас.
февраль 2004

тонким лезвием по сердцу
скользили рельсы на прощанье,
и одинокое венчанье
моей судьбы в игре со смертью..
я не вернусь - в веках, отныне -
и тонет боль в каждом движенье,
в своем едином воскрешенье;
в дверях бескрайнейшей пустыни..
мелькали выселки и села,
поля, дома..чужие жизни..
..а я в своей первичной бездне
осознавала как миг колок..
10 июня 2005

Яркий свет фар автомобилей,
Тусклый свет ламп рекламных щитов,
Ноги устали от пройденных миль,
Но идти дальше я, как прежде, готов.

Ухожу в ночь, чтобы утром вернуться,
В дом свой пустой, как и я одинокий,
Днём отоспаться, вечером чтоб проснуться,
Вновь уходя, держать путь далекий.

Этим летом, наверное, я буду один,
И оно кончится быстро,
Тихо тают дни, словно сигарет дым,
Их смывает водой дождя чистой,
Их смывает водой дождя чистой...

Блюз вечной юности по-прежнему звучит,
Его беспечность заразительно тревожна.
А как иначе, если губы горячи,
Они не знают, что такое "невозможно".

Блюз вечной юности неиствовал всегда,
С ним брались крепости любовные осадой.
Кто верен музыке, с судьбой не прогадал,
С ним только верные друзья по жизни рядом.

Блюз вечной юности вне времени живёт,
И соблазняет души трепетные риском.
Гулять предложит ночь хмельную напролёт,
Добавив капли романтизма и изыска.

Блюз вечной юности доступен только тем,
Кто против ханжества безликого настроен.
Его нельзя услышать в шумной пустоте,
Себя обманывать - желание пустое...

26.03.2026

Финансов мир – не детский сад, поверьте,
Где мама с папой скажут, как вам быть.
Уже пора отбрасывать все сети,
Чтоб самому о будущем тужить.

Не ждите, что вам кто-то разжует
И лакомый кусочек в рот положит.
Ведь собственная жизнь на вас идет,
И только вам успех ее поможит.

Учитесь цифрам, планам, инвестициям,
Забудьте про "авось" и "как-нибудь".
В своих решениях будьте реалистами,
И свой, финансов, проложите путь.

Пусть будет страшно – это всё нормально,
Есть выход из привычных берегов.
Но шаг за шагом, смело, не банально,
Вы обретете цепь своих основ.

Из-под опеки выйти это взрослость,
Взять в руки штурвал жизни, свой корабль.
И в море денег обрести возможность
Быть капитаном, сделать свой стартап

Весна пришла и градусы пришли,
И с драными коленкам штаны.
Решетен, част, полосочный узор
И кожи белезна магнитит взор

В метро, где гул и теснота царит,
Летят глаза, и взгляд, почти не спит.
Среди мельканья лиц, и суеты,
Вдруг в дыре джинс ногу увидешь ты.

В автобусе, прижавшись плотно в ряд,
Их видят те, кто на себя не рад.
Когда вокруг душно и темно,
Вдруг — голость ног через дыру - кино!

И в электричке, в дальний путь спеша,
С закрытой дверью, будто бы душа,
Мелькают икры, бедра, в дырах штан,
Нам открывая дырок свой роман.

Так, не сказать, что все оголены,
Но всё же попадаются они,
И чем длинней будет у солнца бег,
Тем больше их на сотню человек.

Расцвели желтым цветом отрестности -
Происходит уборка на местности,
И оранжевое одеяние
Привлекает отлично внимание

Хорошо, что весёлый цвет
Дарит радости, словно рассвет
И пока кусты оголённые,
И деревья стоят не зелёные,
Когда тускло-уныло всегда,
Видеть жёлтое - не беда!

мой мир в промокшие витрины
смотрел озябшими глазами
и покрасневшими слезами
вскрывал сосудов паутины.
как сердце ливня - мгла фасадов,
и лужи крыш - как скользкий гравий.
с своих высот мечтами правя,
мир улиц в небо слишком рядом.
07 марта 2007

Город в тумане, как реальность во снах,
Он спит под влиянием ночи.
И серого цвета застыла вода,
И сонно смыкаются очи.

Дороги уходят кто знает куда,
И приходят, кто знает откуда.
И наши души здесь навсегда,
И нету ухода отсюда.

Очертания деревьев как странный узор,
Проводов перекрёстная сетка.
На серые стены направлен наш взор,
И дым вдыхается едкий.

Строгие формы проспектов широких
Уносят надежду на жизнь.
Здесь солнца не видно, здесь солнца и нету,
Город забытый в выси голубизн.

Привет, мой Питер, с добрым утром,
Мой вдохновитель и причал.
Ты снова сердце тронул мудро —
Как будто тихо прошептал:

«Налей горячего мне кофе —
Я ночь дождями укрывал,
Чтоб ты проснулся с бодрым вздохом
И новый день со мной встречал».

Хрусталь в серванте тихо ждёт —
С годами стал ещё важней:
Он помнит тосты, Новый год
И звон далёких тех гостей.

Теперь же время изменилось —
Жизнь мчится, некогда скучать:
Налей компот — чтоб заискрилось!
Чего ещё, скажи, нам ждать?

Пусть пылью больше не страдает,
Пускай выходит «в люди» он,
И пусть на кухне заиграет
Его торжественный трезвон!

Не только к датам и банкетам
Хрусталь достоин быть налит —
Пусть даже с чаем и омлетом
Он гордо на столе стоит!

Оглянись: это ночи без сна,
Это фильм без конца,
И холодным теплом
Наступила весна.

И мы снова живём,
Снова спим странным сном.
Сном, в котором весна,
Светит нам допоздна.

И неясен рассвет.
Что скрывал много лет?
Но вглядеться в него
Допустимости нет.

Город полон людей,
Город знает гостей.
А минуты идут,
Город будет шумней.

Стоном застывшее утро
Землистое
Губы сухие, забытые
С проседью
Яркие стеклышки снов
Больно стреляется свет
В узких пробелинах глаз
Зеркало вяло брюзжит
Кофе вонзается в темя
Нервные окна, бремя
Капли белесых слов...
Медные веки
Колючие тени
Бледные, сонной
Судьбы акварели
В мыслях - вода
В словах - блеклая кровь
В тонких аортах
Струится любовь...

Когда я снова стану старым,
Как у Есенина стихи,
То, может, жеребцом поджарым
К людям отправлюсь по грехи.

Но что без денег старику?
Из жалости не даст и шлюха.
А сбережения — ку-ку,
Как говорит кумец Андрюха.

В кармане лишь консервный нож
И тот от времени облезший.
Как в песне, я подумал: что ж,
Задумке волю дам давнешней.

На Околесниково банк
Открытой настежь дверью встретил:
— Куда ты, старый, прёшь как танк?
Но ножик за меня ответил.

Пяток старушек и кассир…
— Грузи скорей в авоську кассу!
И, как заправский рэкетир,
Я припугнул людскую массу.

Кассир мне: — Дедушка, смикить:
Налички нет, все деньги в цифре.
Тебе куда переводить?
Куда-нибудь в офшор на Кипре?

— А это где и это как?
— Не ссы, дедуль, я всё устрою.
Лишь обещай, что, взяв ясак,
Ты заберёшь меня с сестрою.

— Проснулся, старый дуралей!
Неси дрова, остыла груба.
Ну что лежишь? Давай скорей! —
Толкала в плечи бабка грубо.

Пенсионерский сладкий сон
С такой прекрасной перспективой
За двери тихо вышел вон,
Не дав пожить ни дня красиво.

От ноля до плюс семи

Сегодня — от ноля до плюс семи…
Небесный свод в лоскутьях серой ваты.
Так облачно… но где-то там вдали
Луч солнца бродит одинокий, виновато.

За стеклами дождь плачет не спеша,
Стучит капель — как робкое признанье.
И город влажным воздухом дыша,
Прохожим шепчет свои тайны.

Шолтай- болтай

Шолтай- болтай зимой в феврале,
болтал ногой, сидел на столе.

От нечего делать, болтал ногой,
но стол стоял, как никто другой.

Прошел февраль, прослезился март,
под Шолтаем, стол перестал стоять.

Прыжок вперед и немного вбок,
под Шолтаем стол стал кучей досок.

Настал апрель, не теряя дня,
не может Шолтая отыскать родня.

В мае Шолтая искал сосед,
на кухне и в спальне, Шолтая нет.

В июне, купили новый стол
и снова Шолтай на кухню вошёл.

Сел на стол, закачал ногой,
а стол терпел, как никто другой.

Наступил июль, август прошел,
скрипел на кухне новый стол.

Настала осень, уже в сентябре,
Шолтая просили, не сидеть на столе.

За октябрем ноябрь прошел,
мерно скрипел под Шолтаем стол.

Декабрь под ручку станцевал с январем,
семья решила- "Февраля подождем!"

Февраль окончен и снова март,
а в марте стол перестал стоять.

В мае уже нет на кухне стола,
семья спокойно спать могла.

3.2026.