Городская лирика

Все малыши с лопатами —
Время циклона зимнего —
Падает снег. И падает,
Надо сказать, красиво.

Ветер тучи нагоняет,
Мчит листвы осенней сбор.
Кто то у окна скучает,
Скромно опустив свой взор.
Во дворе собака лает,
И дитё одно играет.
Люди мчатся словно тучи
Рады, этот день отмучен.
Злы, голодны, словно волки
В этом дне не видят толку.
Ветер сильно завывает,
Дождь скорее зазывает.
Капли капают по лужам,
Всё ни к черту, вечер нужен.
Люди ждут кончины дня
И хотят придти в себя.
Ну а дома ждет их ужин
И любимый у окна,
Он весь день так ждал тебя.
Вечерело, ночь в пути
День никчемный позади.
Люди все ложатся спать,
Начинают отдыхать.
День за днём летят недели,
Как они мне надоели.
Хочется тепла и красок
Осень не даёт нам ласок.
Как же справиться с хандрой
С этой осенью сырой.

Я не птица, но сделала клетку
Для себя — чтобы падать не больно.
Я не львица, но прыгаю метко
На того, кто кусает немножко.

Я не солнце, но тёплая очень —
Иногда со мной жарко-прежарко.
Я не звёзды, но падаю молча…
Иногда крик никак не спасает.

Я не белка, но прыгаю смело
От того, кто меня обижает.
Я не ветер, летаю умело —
Полечу, куда точно не знаю.

Я не зайка — немного тревожно
За себя и за всё то, что будет.
Я не рыбка и плаваю плохо…
Но волна унесет, куда нужно.

За стеной шальные люди,
Среди ночи всех разбудят.
Шумно в праздничные дни,
Так привыкли жить они.
***
Очень громкие их речи,
Эти люди так беспечны.
Вдруг разбудит дикий смех,
Вся их жизнь сплошной лишь грех.
***
До соседей нет им дела,
И кричат ночами смело.
Надоели всем они,
Хоть в полицию звони.
***
Вот беспечное отродье,
Им скакать и ржать бы в поле.
Чтоб соседей не будить,
Им в избушке лучше жить.
-------

Белым парусом над Каренгой-рекой
Корабль вновь отправляется с причала.
Мир детства, где осеннею порой
Пришлось нам всё начать сначала.
И, открывая двери в новый класс,
От радости на сердце так кололо.
С тобою повстречались в первый раз
Родная Тунгокоченская школа.
Звонки, уроки, шумный коридор,
Журналы классов, общая линейка.
То заполнялся смехом шумный двор,
То вновь пустели школьные скамейки.
Ты многое для жизни нам дала,
Всё то, о чём мечтать тогда не смели.
Как мать, ты воспитала, как могла,
И на глазах твоих мы повзрослели.
Весенним днём уже выпускники,
Звонок последний, навсегда прощанье.
Как эти годы были нелегки,
Но тяжелее с друзьями расставанье.
Года пройдут, но память навсегда
Хранит в секундах лучшие фрагменты.
Жаль, всё прошло, но это не беда —
А детских лет счастливые моменты.
Белым парусом над Каренгой-рекой
Ломая грань науки ледоколом,
Как прежде, отправляется с тобой
Родная Тунгокоченская школа.

Сцена – жизнь моя и боль
Сцена ты моя любовь
Ты в душе живёшь, в крови
Без тебя хоть не живи
Просто ты просто я
Очень давние друзья.

Куда ушли тараканы?
В области неизвестные.
Кто-то их заарканил,
заманил сладкой песенкой,
увлёк в иные области
божьего мира.
Похрустывают их хитиновые кости
в недоступных нам областях эфира.
Смотрят тараканы оттуда
на нас с нежностью, крутят усами.
Не понимают, как случилось разлуки чудо,
ручки и ножки друг другу печально кусают.

***

Напиши мне картину, чтобы дождь, чтобы ветер,
Одинокий прохожий, чтобы в даль уходил.
Чтобы свет фонаря был не ярок и бледен,
Чтобы странника взор лишь надеждою жил .

И вдали маяком, чтоб окошки мерцали,
Чтобы дождь, чтобы ветер и прямо в глаза.
Чтобы знал он, что там за окном его ждали,
Это дождь по лицу... или все же слеза?

Эпохи мчатся чередой,
Стирают города и лица,
Но мы соединены судьбой,
Чтоб снова в вечности родиться.

Я узнаю тебя в толпе
По блеску глаз, по лёгкой стати,
И по невидимой тропе
Спешу в заветные объятья.

Пусть жизнь меняет свой узор,
И время свой диктует норов,
Наш продолжался разговор
Сквозь сотни лет и коридоров.

И пусть проносятся года,
Как ветер в поле безмятежном,
Мы будем вместе навсегда,
Скреплённые любовью нежной.

­Утро января

Слепотою снежного утра,
награждает наставший день.
Поступаю по- своему мудро,
прочь гоню, как собаку лень.

Нагреваю свой чай, а пламя,
осторожно коснись руки.
Серебристыми пузырьками
чайник кружит мне родники.

Утро раннее рам деревянных,
до краев, снег засыпал двор!
Из динамика звуков странных,
продолжается перебор.

Начинаю, как будто книгу,
открываю в ней первый лист,
руки чашки на столике двигают
и роняю блюдечко вниз.

Принимаю как должное, дело,
понемногу в сезон врасту,
облекается тканью тело,
в сапоги- моя лёгкость ступ.

И в снега, в размазню дороги,
утра раннего, стынь основ.
Замираю, вздохну немного,
я начать этот путь готов.

1.2026.

А по́утру жаждали снова спасения,
Когда отражалась в зеркалах седина.
Запряталась там, и не выгнать.
Ухватом; а было всего-то —
Пять рюмок до просветления.

Погодой простуженной лезла в окно,
Но... Мало, всё мало. И сорока лет,
И сорока градусов, и сорока дней.
Приходилось запивать спиртом водку.
И, скомкавшись клубочком в углу...

Ожидали безлимитных тарифов.
В невесомости плывущих рыбок.
Бесконечно танцующих кукол...
В карманах — мелочи,
В казино — фишек.

Затерялась засветло Магдалиной.
С каблучками серенькими — невзрачными.
Семилистной травкой проросла на миг.
Но так и не прижилась, как и эта песня —
«Clean».

И вперёд, и в полёт,
Голосами тихими. Зазывными,
Звенящими неуёмной, наивной
Честностью. Не переставая, так
Обездвиженно врёт. Прямо в
Ободранную, доверчиво-злую
Толпу, обречённо раскрывшую
Рот. Напролёт. И часами.
И ошмётками колкими
Индустриальной плесени,
Всеми ветрами обвешанной.
Обледенелой лестницей манит.
Одеялом с иголками тянет.
К никакущим своим накрытым,
Скудоумным скатертям.
Приправленным соусом
Матерным, оплаченным ямой
Вырытой, замёрзшей на сердце
Рытвиной. Да в голове вмятиной.
А правда где-то под слякотью,
За краем болотным, связана.

Просоленным взором объятые,
Насквозь прошивали тучи шершавые,
Искристые огоньки. И смотрела ты
Вверх, проклиная смятые ветром,
Протёртые сквозными дырами дни.
А эта окрестность уже не казалась
Такой нужной, такой дорогой. Будто
Это она была виноватой в том, что ты
Здесь осталась, в том, что случилось с
Этими ветками на деревьях и с теми
Людьми, которые были с тобой.
Ты долго смотрела на них и плакала.
Тебе было жаль деревья. Не людей, и
Даже не лесных жуков. Жалко было
Только деревья. Видимо что-то
Случилось. Где-то очень очень внутри.
И это «что-то» стабильной ошибкой
Въелось в самые нервы, в самые боли,
В самые твои грехи. И только слёзы стали
Почему-то сильней. Осталась жалость...
Больше ты никогда не любила людей.

Дождь проливал свои слёзы и ветер
Их раздавал полуночным хищникам,
Скамейкам и чёрным зонтикам,
Искателям. И пузырями лившись.
Белыми, звонкими. Переполняя
Улицы жидкостью. И без того
Насыщенные бледными
Композициями. Скупыми
На ощущения, скудными Лицами...
И не понять никогда этих жадных,
Полуглухих, недалёких выскочек.
С раздвинутым самомнением.
Зажиточных, но никогда не
Живших. По настоящему.
И в перспективе своей
Экзистенции, уже позабытых
Во времени настоящем.
И в будущем времени
Позабытых.

Чему ваш смех так посвящён?
Какой нашли во мне изъян?
Весь этот шум со всех сторон –
Лишь самолюбия обман.

Вы ищете в чужой беде
Своих пороков отраженье,
И видите потом везде
Смешное в том изображенье.

Но смех ваш — только приговор
Себе самим, своей судьбе.
Ведёте глупый разговор,
Подобно эху в пустоте.

Но каждый выкрик, каждый взгляд,
Что брошен в спину свысока,
Вернётся бумерангом вспять,
Ударив вас наверняка.

Стальная лента без конца,
Машин неистовый поток.
Не видно края, нет венца,
Лишь горизонт вдали далёк.

Они спешат, они бегут,
Как время — их не удержать.
Секунды, минуты текут,
И невозможно всё объять.

Мелькают окна и огни,
Как будто звёзды в вышине.
Проносятся, как наши дни,
В неугомонной суете.

Машины едут чередой,
Как будто реки бурный ход.
Сверкая яркой полосой,
Бежит железный хоровод.

Фар свет во тьме как звёздный рой,
Моторов гул — как шум прибоя.
Несётся транспорт день-деньской,
Не зная отдыха, покоя.

Бескрайний, вечный, как мираж,
Поток машин течёт куда-то.
Их путь — загадочный вираж
От раннего до позднего заката.

Смотрю я в темное окно
И мне совсем не все равно
Уныло, неуютно мне
В огромной и родной стране:
В ней нет сплочённости, уюта
А есть наигранность и смутв
Есть ругань, склоки и грызня
Квадратных метров западня.
А хочется страны - великой
А хочется страны - открытой:
Без декорации, грима, ширм
Без смайлов,скобок,точка com
Вернись, очнись моя страна!
Великая, могучая одна.

шуршание листьев прерывисто
ветер дует по ногам
стою я на крыльце
в половина шесть утра

стою в тоске , мятежно жутко по немного
думаю о смысле жизни
в голову не приходит ничего
кроме вопроса «почему?»

спокойно было там
как нигде и никогда
тишина и злой покой
обескураженный такой

покой злым не казался
это я придумала потом
когда вспомнила обо всем
со слезами на глазах

казалось время замерло
вся жизнь остановилась
одна осталась я
как в мечтах и пригодилось

У банкетного зала,
Не на нашем, к счастью,
Углу квартала,
Каждую полночь гремят салюты,
А еще через час — скандалы
И, похоже, нередко, довольно лютые

Кто-то
приходит,
Кто-то
уходит —
Это жизнь.
И в ней
нет места
тоске.
Солнце
восходит,
Счастье
находит
Тех,
кто идёт
налегке.
Время
стирает
Горечь
и тени,
Сердце
не знает
Больше
сомнений.
Кто-то
теряет,
Кто-то
сияет —
Всё,
что разбито,
В прошлом
забыто.
Двери
открыты,
Раны
зашиты,
В ритме
Вселенной,
В правде
смиренной —
С верой
в себя,
до краёв
вдохновенной!
Просто
дыши,
Никуда
не спеши,
Праздник
начни
В глубине
души.