Городская лирика

Смотрю я в темное окно
И мне совсем не все равно
Уныло, неуютно мне
В огромной и родной стране:
В ней нет сплочённости, уюта
А есть наигранность и смутв
Есть ругань, склоки и грызня
Квадратных метров западня.
А хочется страны - великой
А хочется страны - открытой:
Без декорации, грима, ширм
Без смайлов,скобок,точка com
Вернись, очнись моя страна!
Великая, могучая одна.

шуршание листьев прерывисто
ветер дует по ногам
стою я на крыльце
в половина шесть утра

стою в тоске , мятежно жутко по немного
думаю о смысле жизни
в голову не приходит ничего
кроме вопроса «почему?»

спокойно было там
как нигде и никогда
тишина и злой покой
обескураженный такой

покой злым не казался
это я придумала потом
когда вспомнила обо всем
со слезами на глазах

казалось время замерло
вся жизнь остановилась
одна осталась я
как в мечтах и пригодилось

У банкетного зала,
Не на нашем, к счастью,
Углу квартала,
Каждую полночь гремят салюты,
А еще через час — скандалы
И, похоже, нередко, довольно лютые

Кто-то
приходит,
Кто-то
уходит —
Это жизнь.
И в ней
нет места
тоске.
Солнце
восходит,
Счастье
находит
Тех,
кто идёт
налегке.
Время
стирает
Горечь
и тени,
Сердце
не знает
Больше
сомнений.
Кто-то
теряет,
Кто-то
сияет —
Всё,
что разбито,
В прошлом
забыто.
Двери
открыты,
Раны
зашиты,
В ритме
Вселенной,
В правде
смиренной —
С верой
в себя,
до краёв
вдохновенной!
Просто
дыши,
Никуда
не спеши,
Праздник
начни
В глубине
души.

Меняем часовые пояса,
Как в телефоне старом адреса.
Сегодня завтрак в Лондоне, в туман,
А ужин нам готовит океан.

Мелькают страны, города, мосты,
Сбываются заветные мечты.
От Токио до жарких берегов,
Мы убегаем от своих оков.

В кармане паспорт, визы и печати,
Мы ищем счастье на любой карте.
Пустыни, джунгли, льды и города —
Всё это наша общая среда.

Кружится глобус, словно карусель,
У нас одна, но пламенная цель:
Обнять весь мир, понять его язык,
Чтоб каждый миг в душе у нас возник.

На улице шумной, под светом витрин,
Стоял музыкант, совершенно один.
Гитара в руках, как подруга его,
Дарила прохожим своё волшебство.

Он пел не для денег, не ради похвал,
Он душу свою в эту песню вплетал.
О счастье, о боли, о прожитых днях,
О свете, что гаснет в усталых огнях.

И каждый аккорд, словно сердца удар,
Дарил перекрёстку божественный дар.
Мелодия лилась, как с горной реки,
Касаясь незримой душевной руки.

Тихий, уютный и маленький,
Город мой. Дворик мой старенький,
Счастье в тебе нахожу.

Снег, будто в пленке замедленной.
Здесь медленней вздох.., выдох медленный.
И медленно в дом захожу.

День суетливо-встревоженный
Тысячью дел перемноженный.
На завтра их все отложу.

­Желанье к сроку

Я перед сном загадывал желанье,
произносил теперь, в прохладу тишины.
А может быть, в такой момент не станет,
пренебрегать фортуна тем, чего желали мы?

Раскроет зев, закрученный спиралью,
и выплеснет, спокойна и права,
загаданное, тайное желанье,
в подушку сказанные скромные слова?

А может быть, фортуна, что художник,
рисующий предложенный мотив?
Все выдаст, что просили осторожно,
да сверх того, что не просили, доложив?

И улыбнется счастью хулиганом:
-Владейте, наслаждайтесь временем и мной!
Бесплатно, это в сказках, да в романах
а в жизни- заплати и отнеси домой!

1.2026.

Закончен век пятиэтажек,
Их облик больше не так важен,
Стояли плотно, как один,
Средь серых будничных картин.

Теперь их сносят без печали,
Чтоб мы о лучшем лишь мечтали,
Чтоб вырастал просторный дом,
И счастье поселилось в нём.

Ушла советская пора,
Настала новая заря,
И город смотрит смело ввысь,
Где этажи переплелись.
Пусть ветер память унесёт,
И новый день уже грядёт,
Где нет унылых этажей,
Для будущих счастливых дней.

Стучит по крышам дождь унылый,
Смывая краски серых дней.
Бредёт по лужам пёс постылый,
Средь равнодушия огней.

Дрожит от холода бедняга,
Прижавши уши к голове.
Судьба его — одна бродяга,
Как лист осенний на траве.

Он ищет взгляд, он ищет двери,
Где будет сухо и тепло.
Но люди заперты, как звери,
Им всё равно, им всё равно.

Мечтает он о тёплом пледе,
О миске полной и о сне.
О том, что нужен он на свете,
Хотя бы в этой тишине.

Но дождь идёт стеной холодной,
Скрывая слёзы в темноте.
И пёс, промокший и голодный,
Идёт навстречу пустоте.

Красное солнце Востока:
Тучи как будто бы веки
В круге драконьего ока,
Слёзы сливаются в реки.

Манят маньчжурские тропы:
Здесь, у далëкой границы,
Почвы касаются стопы
Грозной амурской тигрицы.

Персиков пляшут бутоны
У ног уссурийских хребтов,
Кружат послушно муссону
В пудре златых берегов.

Воды поют как в кабуки,
Бьёт в барабаны цунами:
Вечно бы слушал те звуки,
Мчал журавлём над волнами.

Красное солнце Востока,
Ринул бы я за пучины,
Стал твоим братом по року,
Скинул ошейники сплина.

Но отпустить я не в силах
Города синего мачты,
Ведь разливается в жилах
Свет фонарей у ограды.

Ванты мостов как ворота
В душу родимой столицы,
С палуб весëлые ноты –
Смех моряков круглолицых.

Помнит гуляющих площадь
В бронзе застывших героев.
Вырос средь сакуры рощиц
Порт европейских устоев.

Знают лучи маяков
Барских усадеб секреты,
Блики Покровских крестов
Лица приморские греют.

Красное солнце Востока,
Меркнет драконье пламя,
А над моей мостовою
Реет российское знамя!

Жевать бетон и нюхать стали,
Где люди дохли и стонали,
Есть стёкла и кусать каменья —
Панельный способ отравленья.

Не видеть дальше дома против,
Цементом радужку наполнив,
Обжиться в камере храненья —
Панельный способ огражденья.

Библейский эпос в стенах комнат:
Забыв, что вас никто не вспомнит,
На кухне мнить себя пророком —
Панельный способ для убогих.

Электрощит вам в наказанье:
На нём написано посланье:
"Не лезь, а то убьёшься током!" —
Панельный способ для уроков.

Телезвучанье – панихида:
Тарелка есть для индивида,
Паразитируют каналы —
Панельный способ для финала.

Здесь шум из труб ревёт прибоем:
Боишься по заветам Ноя
Протечку ванной как потопа —
Панельный способ для холопа.

Вы сами возвели все стены,
Не замечая перемены.
Вдыхаете отрыжку жизни -
Панельный способ для Отчизны.

Я знаю: чувствуешь оковы,
Отринь страдания Христовы,
Ведь арматура — не распятье,
Панельный способ — не проклятье.

За монолитом встретишь море,
Эдемский сад, блаженства горы,
Иди босой по водной глади,
Панельный способ бросив сзади.

Мы ложками ели закуски , салаты,
Мы пили спиртное в три горла.
От праздников - слегка туповаты
И на диване, с коробкой попкорна
В пижамах, в халатах домашних
Сидели , лежали, тихо зевая,
От дней отходили вчерашних.
Смотрели кино, лениво скучая,
Пресытились праздником сильно,
Как будто, товарный состав разгружали.
И тянутся отдыха дни , всё стабильно,
Но честное слово, мы подустали.
Встречали гостей и в гости ходили,
Застолье сплошное , везде оливье
И тосты звучали, шампанское пили
Мы в прошлом году , потом в январе.
И хочется паузы , и передышки
От праздников с пышным размахом .
Здоровье ослабло ,ни к чёрту нервишки,
Боюсь фейерверков с паническим страхом.

Родной юбиляр! Дорогой наш Тагир!
В январский денек пусть узнает весь мир,
Как любим тебя, Салаватыч родной,
Гордимся родством мы и дружбой с тобой!

Пусть снег за окном, в твоем доме тепло,
Всех нас согревает рожденье твое,
Пять — пять, улыбаясь, поставила жизнь,
Случались и счастья, и бед виражи.

Сегодня наш бравый красавец — герой,
Похвастать ты можешь своею семьей!
Во имя ее ты трудился, Тагир,
Спал мало, работал, спиртное не пил!

Поэтому гордо в стихах славим мы
Участников вашей прекрасной семьи.
Эльвира, сестра, как смогла ты понять,
Что этот мужчина твоим должен стать?

Кольнуло сердечко? Подсказку дало:
«Вот — принц твой, Эльвира, вот — счастье твое!»
Два сердца сроднились и стали одной
Красивой, счастливой, большою семьей!

У вас две дочурки и солнышко — сын:
Аминочка, Юля и брат их Рамиль.
Теперь стали дети большими, увы,
Родителям дивно — когда подросли?

Ведь вроде недавно и в школу пошли,
А вот двух Софий уже, дочек, нашли!
Вовсю скачет дед за девчонками вслед,
Играет, смеется, не чувствуя лет!

Умеет же ладить с детишками он,
В их маленький мир с головой погружен!
Сын, дочери, внучки, красотка жена —
Тагир, заслужил ты все это сполна!

С утра на работу ты снова идешь,
И так каждый день, будто не устаешь,
Ведь ты трудоголик, и руки твои —
Они золотые, на благо семьи!

Еще, Салаватыч, подкинем мы факт —
Среди рыбаков ты всегда нарасхват.
Рыбачить ты любишь вдоль рек и озер,
И в Астрахань едешь — там ловят осетр!

Берешь для всех пиво, а сам и не пьешь,
Пожаришь шашлык — в нем ты тоже хорош!
На этой вот ноте закончим рассказ,
Приступим же мы к пожеланьям сейчас!

Огромного счастья тебе мы желаем,
Таким оставайся, каким тебя знаем,
Горячей любви да здоровья, веселья,
Успешным во всем чтобы был, без сомненья!

По тонне чтоб каждый раз рыбки ловил,
А внучкам Софьям игрушки дарил,
Супругу любил изо всех своих сил,
Сынулю встречал, дочек боготворил!

Вкусняшками пусть тебя женушка кормит,
Чтоб вся твоя жизнь была светлой и доброй,
С шумом, весельем, рыбалкой и пивом,
Пусть она будет безумно красивой!

С кучей родных и с кучей друзей
Празднуй сегодня, Тагир, юбилей!
В мире стиха нет сердечней, теплей!
Пушкины оба — Роза, Сергей!!!
7. 01. 2026 год.

Замоскворечье люднобранка
Ордынка, Мытная, Полянка
Дербеневская хулиганка
Зацепа, где трамвайный ларь
Татищева и Городская
Щипок, Андреева, Донская
Люсиновская, как Тверская
Данилов монастырь, звонарь

Пока душа обязана трудиться,
а тело в суете и пустяках,
нас будет нежно обнимать столица
в своих пост исторических дворах

Изысканные и простые
Парадные и записные
Угольчатые и прямые
Текут они под сапоги
Мосты над тёмною водою
Соединённые Москвою
Так, словно в чемоданном крое
Гранитных ручек бугорки

Неровной линией домята
Дома, домища, домонята
Глухие чердаки, совята
Особняки, дворы трёх строф
Аптеки, бары, магазины
Коробки, ситцы, габардины
Балконы, фикусы, витрины
Шанель, салями, Давыдофф

Цветочный рынок, постовые
Такие же как мостовые
Квадратно серо глыбовые
Всему внушающие страх
Машины, шумные мальчишки
Старушки, девочка в пальтишке
Розовощёкие страстишки
И золото на куполах…

Пока душа обязана трудиться,
а тело в суете и пустяках,
нас будет нежно обнимать столица
в своих пост исторических дворах

Ну, как не быть поэтом
Когда живёшь на корабле.
А я пишу сегодня вместо
Соседа, след оставившего на Земле.

Так Юрий Дегтярёв известен
Своей поэзией Добра.
Он не был мне ровесник.
Он старше был меня.

Что удивительно, но раньше
ПОЭЗИЕЙ я не был увлечён.
Со временем, я стал постарше
И я теперь в неё влюблён!

И с каждым днём любовь сильнее.
Она приходит неспросясь,
А жизнь мне кажется полнее,
Где слово появляется родясь.

А что такое слово?
Ведь это - мысль, прошедшая века
Что пробуждает снова,
Чтоб жизнь не одолела бы тоска.

Как композитор музыкой живёт,
Так и в ПОЭЗИИ звучание рождает,
Где голос рифмой увлечёт
И ясная картина возникает.

А дом, - КОРАБЛЬ из бетона,
Где связь невидимых лучей
Отлично виден из вагона
На проходящем поезде путей...


09.01.26.

­Январь начало

Москву полнит снегами,
что торт, чей крем тяжел
и хлопает глазами
огней не спящий полк.

Зелёные и красные
и синие огни,
ленивые, напрасные,
льет утро свет на них.

Скребёт асфальт старатель,
далёкий черный гном,
а день необязательно,
начнет свой шаг на нем.

Как будто, гоголь- моголь
и ложкой дно скрести.
Желток, и снега много,
да ложечка любви.

Как будто чуть- ангина,
вкус утренний горчит.
У двери молчаливы,
ждут пальчиков ключи.

Раскручивай движений,
к началу белый свет.
Вне дел и одолжений
в стакан ложится снег.

Начало дней течений,
отбросив снов нагар,
волнуй виолончелью,
кудесник Франц Легар!

1.2026.

Чашка кофе недопитая
Остывает на круглом столе.
Кляксой - лужица разлитая,
В вазе - печенюшки в миндале.

Тикают настенные часы
В тишине пустой, на кухне
Гулко. Шторы цвета бирюзы
На окне , как вода в лагуне

Чуть колышутся от ветра.
Створки окна нараспашку
В кухне , под стиль ретро
Разговор двоих , в натяжку.

Чашка кофе недопитая
Остывает на круглом столе.
Кляксой - лужица разлитая,
В вазе - печенюшки в миндале.

Город любимый снегом укутан,
Как покрывалом он нежно укрыт
Тайной, загадкою вечной опутан,
Морем Балтийским любовно омыт

Смело вхожу я под своды соборов,
Шумных проспектов, уютных аллей,
Их красотой вековой, благородной
С восторгом спешу любоваться скорей

Как же волнительно манит на Невский
Вновь прогуляться, Казанский увидеть,
Яркий, стремительный в праздничном блеске,
Ангелов - стражей, трёх верных хранителей

Ростральных колонн на Васильевском острове,
Факелов свет восхищает всегда
Изяществом линий, искусностью зодчества,
Свинцовой Невой - красотой изо льда

Иллюминацией щедро украшенный,
Меккой ты стал для туристов и здешних
К зимним гуляньям, как жених, принаряженный
В ёлках на Спасской, Дворцовой, Манежной

Короной увенчан прославленный Невский,
Раскинув ряды новогодних витрин
Город являет свой почерк имперский,
Юность живую и дух старины

Огней мне не счесть и гирлянд новогодних
Гордый Исаакий, Дворцовая площадь,
Ёлкой чудесной дивились сегодня,
Что принесёт нам год Огненной Лошади?

Как же красиво на улицах города!
Сердце пылает в канале над Мойкой
Пусть минус десять, пусть очень холодно -
Мы с ветерком прокатились на тройке

От Биржевой и до Маяковской
Мы, восторгаясь, прошлись на морозе,
Адмиралтейство и Аничков мост -
В пышном убранстве бесчисленных звёзд

В полном восторге, с румянцам на щёчках,
Сад Александровский мы обошли
Укрытый январским, пушистым снежочком,
Фонтан озорной, музыкальный нашли

Тёплый чаёк с клюквой и розмарином
Мы, согреваясь, испили до дна
Северной чудной пленяясь Пальмирой,
К нам в Петербург заглянула зима

Я.П.Герлис

Заболело сердце
небом серым,
Душа застыла
под дождливым снегом.
Стучит в окно
озябший ветер,
Тревожа тени
в комнате пустынной.
И нет тепла
на целом свете —
Лишь серый холст
с холодной паутиной.
Часы на полке
время мерят,
Считая вздохи
в тишине полночной.
И сердце вновь
кому-то верит,
Хотя и знает —
всё так непрочно.
Но сквозь туман
и мглу сырую,
Где каждый звук
пропитан тихой болью,
Я всё же жду
весну иную,
Где каждый вдох
наполнится любовью.