Городская лирика

Город не спит, он дышит тяжёлым неоном и бесконечным гулом моторов. В каждом резком трамвайном звонке — тонкая нота чьих-то забытых историй. Ты идёшь по проспекту, ловя неоновые блики в зеркальных витринах и случайных лужах, и вдруг понимаешь: этот хаос тебе по-настоящему нужен.

Толпы бегут, задевая плечами, в бесконечном потоке лиц и амбиций. Сотни путей, переплетения судеб, на другие совсем не похожих. Шум под колёсами, визг тормозов, обрывки чужих разговоров и запахов кофе — город диктует свои правила, празднуя малые и большие победы.

Но если на миг замереть у окна в тихой кофейне, слышишь, как пульс мегаполиса бьётся в тебе самом. Это не просто холодный бетон и стекло, это живая симфония, где каждый звук важен, а каждый прохожий — часть огромного, яркого сердца.

Самец тараканий уставился
В упор глядит
Длинными пошевеливает усами
Того и гляди, мысль родит

Пригласит на свидание
Откажешь - обидится
И тогда до свидания
моим чистым кухонным видам

На убийство пойти,
замочить в сортире?
Господи, помилуй и спаси
Ну что за гости стали появляться в квартире

по сантиметру в час
слепыми, босыми..
с скарказмом палача,
слезами косыми
по проржавевших свай
кайме, словно лезвию.
с засохший губ сдувай:
"надлом. не железная!"
морских туманов ворс,
зной вязкий над просекой
- в зрачках бедой пророс,
побегами - в осени..
у чайки шире шаг
пешком на причале!..
- но променад иссяк,
ошпарен печалью..
по сантиметру в бой,
соленый, неистовый.
дрожащий вздох..прибой:
последний и пристальный.
скольжение во мгле,
уныло - но искренне.
с душой на вертеле
уплыла от пристани..
30 января 2007

среда. обыденная встряска
полуосознанных движений.
цепь из зевков, головокружений
и сонных дивных вздохов связка
кольцом непрошеных ключей:
от всех дверей внезапных настроений,
нечаянных и нет ресниц переплетений -
витает в воздухе намеренно ничьей.
среда. немое, даже и не приключенье
стабильной общности групп незнакомых лиц,
скопившихся извне прозрачных серых улиц
в единое пространство умозаключений.
и несуразность настоящего. среда.
три паутины-нити, словно тень:
один на всех текущий день,
трясущийся вагон метро и суета.
29 января 2007

слепым комочком плакала
на дне чьей-то Вселенной.
время нервно переступало
песчаными барханами..
незрелой дочкой клокотало
во мне нутро, ум нестепенный.
имя, неверное, изменяло
печальными, рваными,
цветными частями, буквами,
невоскресимым прошлым;
время переступало
песчаными барханами..
слепым комочком плакала
на дне чьей-то Вселенной..
имя нервно себя меняло,
ныло старыми ранами;
незрелой дочкой клокотало
во мне нутро. Лишь сокровенно,
в лучах солнца, кошка мяукнула:
"Анастасия, что же Вы?!"..
16 октября 2007

Ты сел на иглу, и первая ходка
На три года тайм-аутом стала.
Какое-то время спасала водка,
А потом всё началось сначала.

В итоге тебя сожрал крокодил.
Недавно, кстати, снесли заброшку,
Где ты с кентами его и варил,
Над огнём держа грязную ложку.

Ты верил в успех
И что всё достижимо.
Был по беспределу бесстыж.
Ты был не из тех,
Кто бы мог пройти мимо,
Когда начинается движ.

И в парке, где мы любили тусить,
Забивали на махач фашне стрелки, —
Деревья старые хотят срубить,
И пофиг им и птицы, и белки.

Всё в прошлом. Давно тебя не хватает.
Стало всё теперь здесь по приколу.
Поколение ЗЭД не выбирает
Уже ни пепси, и не кока-колу.

Ты верил в успех
И что всё достижимо.
Был по беспределу бесстыж.
Ты был не из тех,
Кто бы мог пройти мимо,
Когда начинается движ.

Совершенно особенным
Гулким шумом
(Листьев шорохом
Не затушёванным,
Синтепоном теплого капюшона
Куртки зимней не оглушенным,
Характерным лишь для апреля и только)
Наполняет весна городских дворов
Подсыхающие стремительно территории

Родной посёлок Никель - точка притяжения,
Цепляет чем - то крепко , не понять.
Любовью безусловной, без всякого сомнения,
Стараюсь сердцем и душой его принять.

Провинциальный, северный и старенький посёлок,
Своей историей он уникален, интересен.
И Никель - родина моя, поэтому мне дорог,
И в честь него, напишут много разных песен:

Про край сосновый и Шуонийоки водопад,
Про тундру и болота, ведь там растёт морошка.
И про осенний, золотистый танго - листопад,
И про дары лесные , полные грибов лукошки.

Есть на Земле так много мест красивых
И даже райский уголок , наверно где - то есть.
Я чувствую себя на малой родине счастливой,
В посёлке Никель - точка притяжения магическая есть.

Невозмутимая в минуты откровений,
Всегда готовая на первый встречный шаг.
Она не думает о выгодном обмене,
Берёт своё, что просит тело и душа.

В глаза смотрящая при каждом разговоре,
Не уходящая от самых сложных тем.
Любое мнение фальшивое оспорит,
Не сомневаясь ни секунды в правоте.

Любовь дарящая взаимную открыто
В ответ даёт намного больше, чем берёт.
Ей не дано остаться в памяти забытой,
С кем как закончится известно наперёд.

Давно не верящая в искренность мужскую,
Самопродажность не считает за порок.
Её мужчины постоянно атакуют,
Она решает, как использовать их впрок...

01.04.2026

я не могу молчать,
ведь это так противно.
хотелось мне кричать,
чтобы все было дивно.

никто бы не услышал
как вою я в лесу.
оттуда бы я вышел
не проронив слезу.

и стало бы спокойно,
и не было б тревог,
и точно бы не вспомнил
как сгорел пирог.

но я живу не в сказке
и в лес я не пошел.
все сделал по указке
и принял корвалол .

и новый день настанет ,
и встану я опять,
но если в душу глянуть
хочу всего лишь спать.

Считается, что в центре прекрасные места,
Но в городе не видно, как цветëт весна!
Да, в Питере так много наследия людей,
Но это лишь культура, природа нам ценней!
От города устанешь, там изменений нет,
Там легче на вопросы вседа найти ответ.
Но разве это важно? Ответы не нужны,
Ведь так приятно думать, что в мире нет нужды!
Что верба — это чудо, которому под стать
Всегда рождаться к Пасхе, что б в вазе постоять!

Вдоль улиц тянется неон,
Москва погружена в свой сон.
Но не уснёт её душа,
Она мерцает, чуть дыша.

Горят проспекты и мосты,
Скрывая тени темноты.
И фары мчатся сквозь туман,
Как будто светлый океан.

Шумят бульвары до утра,
Идёт полночная игра.
Сплетает город кружева
Из света, что хранит Москва.

И в этом ритме суеты
Рождаются опять мечты.
Пусть ночь укроет всё кругом,
Москва сияет серебром.

Здесь каждый луч — как новый стих,
В потоке мыслей городских.
И в этом свете золотом
Мы растворяемся вдвоём.

Вечерняя Москва в себя влюбляет.
Особенный в ней каждый уголок.
А звёзды как над ней сверкают,
И месяц освещает каждый уголок!

Вечерняя Москва в себя влюбляет.
Сквозь шум толпы — движение вперёд.
Тот ритм, что город зажигает,
В ней жизнь рекой словно течёт.

Вечерняя Москва в себя влюбляет,
В тот шум метро, идущую толпу.
Её движение и ритм поймаю —
"Хочу узнать тебя я всю!"

Вечерняя Москва в себя влюбляет.
Сквозь улочки, проспекты и мосты.
И колоритом своим дивным поражает —
"Она прекрасна! Просто посмотри!"

Вечерняя Москва в себя влюбляет,
В свои огни сквозь сумерки тех дней.
И в сердце что-то открывает,
Хочу сказать: "Люблю тебя, Москва, ещё сильней!"

­Вверх - вниз

Спускаясь вниз по лестнице большой,
Я думал- "В ад проходит путь простой!"

Когда бы был он создан в мире,
то свойства сохранил, будь в доме и квартире.

В коробке маленькой, едва ее открой,
тот ад ожив, встречался бы с тобой.

Ловил, кусал, вылизывая зверем.
К нечистой шерсти приучил, свиньей являлся в двери.

Был черен, порождал бы искр рой.
Когда бы ад был создан, был бы он такой,
что зверь, нам близкий и ручной.

Оступитесь, забудьте долг пощады,
ступени ребра посчитать вам будут рады.

Я этажи прошел, тяжёлый дух подвал,
из преисподней мне навстречу поднимал.

Я рад был повернуть, ту близость отклоняя.
Вели ступени вверх,
не к чердаку, возможно к раю!

Дыхание свободно, пройденный этаж,
трудом даётся, путь нелёгок наш...

3.2026.

Нева взволнована апрелем:
в глубинах вод пылает страсть.
едва лишь от оков успела
освободить брега, во власть
вступила, сплавив лед на Финский.
потоки бурные столкнув,
вновь силу обрела царица
каналов города мостов.
глотаю жадно блики солнца
-лучи кривого зазеркалья.
и сердце учащенно бьется,
еще укутанное шалью.
ловя восторженные взгляды
прохожих северной столицы,
Нева веками просто рядом
течет, не всматриваясь в лица..
19 апреля 2009 - 11 апреля 2010

задавали вопросы,
почему пишу реже?
неужели эмоций
оскуднел караван?..
или может быть прозы
предпочла я одежду,
чтоб из новых пропорций
облачить души стан?..
я отвечу неспешною
вскину взор на фасады,
на покатые крыши,
что гнездятся в окне..
несуразная плешь на
старинных оградах
городской серой мышью
подокралась ко мне..
крик протяжно-печальный
- как гудок. порыв ветра
передразнивать чайки
снова примется стон.
мое фотомолчанье;
вздох ожившего ретро;
кружевные перчатки;
косы с белым бантом..
без упрека, но с тенью
я пишу, правда, реже..
не в моей власти выбор
или даже намёк..
- выше сил провиденье,
что мой разум, мой стержень
иногда кладет в рыбу,
иногда - в слов поток.
я рассею сомненья:
время буйства эмоций,
теорем и гипотез -
- в непрерывной прямойю
в ней бессильно старенье,
страх упасть, отколоться.
в ней нет места заботе,
словом быть иль немой..
24 июня 2010

Весенняя зорька. Щебечут пичуги.
Доносится запах душистой сирени.
Оставив с мечтами пустые потуги,
Даю отворот заигравшейся лени.

Ступаю на кухню сварить крепкий кофе,
Пытаюсь поймать взгляд багрового солнца.
Стараюсь уйти от немых многословий,
Смакуя блаженство до самого донца.

Врывается в форточку ветер с депешей:
«К полудню гроза обещала случиться!»
Вальяжные тучи пасутся неспешно
В безбрежных просторах лазурного ситца.

Являясь невольно участником пьесы,
Стараюсь держать себя невозмутимо.
У Силы небесной свои интересы,
Чудесна весна, да капризна, вестимо.

Гляжу: отдышался ретивый посыльный,
Затих под волшебные трели пичужек.
Досрочно пролился посевень* умильный,
Поздравив с прилётом весёлых подружек.

*Посевень – мелкий, моросящий дождь.

Утренний ритуал — не просто данность моде,
И не пустая трата в семь минут.
Тот аромат, что будит чувств погоду,
Внутри запустит тайный, чёткий труд.

Вздохнет душа, вскипая терпкой пеной,
И кровь ударит в сонные виски.
И мир, вчера казавшийся изменой,
Вдруг прояснит фигуры и шажки.

Но мудрость в том, чтоб знать свою нам меру,
Не превращать бальзам в отраву, в яд.
Не ждать от чашки, будто от химеры,
Всех благ, что сам создать бы очень был бы рад.

Так пусть он будет тенью на пороге
Того, что сам создашь в тиши зари:
И строчки на ещё пустом листе бумаги,
И мысли, что, как птицы, изнутри.

И если так — то польза бесспорна,
Не в зёрнах тёмных, а в твоём мозгу,
Что поднимает чашу благотворно,
Чтоб встретить день на светлом берегу

Жил на свете человек,
Он прославился на век.
Женщин разных он кадрил,
И на деньги разводил...

В игры жесткие играл,
И порой стыда не знал.
Он крутил, вертел тобой,
Делал это не в первой!

Мастерство его харизма,
Умер в нем талант артиста.
Он учил миниатюры,
Провернуть чтоб авантюры!

По итогу преступления,
И забрав все накопления.
Он на женщин так влиял,
Что судьбу их изменял!

И поэтому доносов,
Не писали на допросах.
Все дела не раскрывались,
Так на полках и остались!

Расходитесь, гости дорогие!
Уж и квашеной капусты нет.
Музыка орёт: вы что, глухие?
Бац — и в доме вырубили свет.

Все притихли робкими мышами,
Что, под веник прячась, заползли,
Хлопают, пока темно, ушами.
— Всё, кина не будет, вон пошли!

Или совесть вашу отключили
Вместе с электричеством в округе?
Вы пришли в двенадцать — уж четыре,
Так что похватали ноги в руки…

— Может быть, сейчас обратно включат? —
Чей-то в темноте раздался голос.
— Жди, ну-ну, щас рукова засучат…
Чашечка терпенья раскололась.

Я ушёл, сел в утренний троллейбус,
Задремал в поездке до конечной.
Внутренний наладился консенсус —
Эпизод из юности беспечной.