Русский рок

(жен. вокал).
Горели звёзды. Ночь светла, подлунна...
Целует окна снежная пурга.
И так, как снег стучится в окна к людям —
Вот так к тебе я в эту ночь пришла.

С твоею трубкой из слоновьей кости,
Где вечность с табаком — напополам...
Ложусь в постель и рядышком, на простынь —
Ложится дыма чёрный леопард...

Так к Цезарю являлась КлеопАтра,
Шёлк танцевал на бёдрах - высокО!
ТанцОвщице чтоб вслед за шёлком - падать,
И танцевать горячим языком.

Где кость белеет и чернеют люди,
В стране верблюдов, вЕтров и песка...
Так много значат — влажный рот и губы,
И долгие касанья языка...

Как эти губы мягки в обращеньях,
Рабыни так - вымАливают жизнь!
Тебе киваю золотистой шеей,
Кудрявых змей своих разворошив.

Я по гудящей тамбурина дрожи
Губами ударяю, языком...
Мой стыд, как евнух, охранявший ложе,
Уже задушен шёлковым шнурком...

Где кость белеет и чернеют люди,
В стране верблюдов, вЕтров и песка,
Так много значат влажный рот и губы,
И долгие касанья языка...

А там, где нежность расслабляет разум,
Где между бёдер ходят корабли...
Когорты римлян в золотом и красном
Плывут ко мне в бархановой пыли...

Там с детства жду египетского трона...
Ликую там, уже взойдя на трон!
Там в погребальной маске фараона
Уже лежу — последний фараон...

Где кость белеет и чернеют люди...
В стране верблюдов, вЕтров и песка-а-а...
Весь мир ничуть не больше поцелуя...
И долгого касанья языка...

И возвращая фараонов время...
Огромная мерцала над землёй...
Луна — монетой дома Птолемеев...
С царевны золотою головой...

С царевной той, которую нагую
Губами ты - не устаёшь ласкать,
Ночь наполняя данью поцелуев...
И долгого касанья языка...

Где кость белеет и чернеют люди...
В стране верблюдов, вЕтров и песка-а-а...
Весь мир ничуть не больше поцелуя...
И долгого касанья языка...

Был на улице серый туман,
И силуэты мне показались.
Это мираж, а может быть сон —
Скорее обман, он мне принёс.
Увидел двойник, он произнёс:
«Не веришь глазам? Может, проснёшься?» Ха!

Верь только в то, что видишь.
Глаза закрой, и всё поймёшь:
Что ненавидишь, крадёт весь разум твой,
И ты увидишь, кто внутри такой!

Открыв глаза, я понял, что-то здесь не так,
И тут явился двойник передо мной.
Он что-то мне болтал,
А я не понимал,
Что разум помутился и что-то с головой!

Верь только в то, что видишь.
Глаза закрой, и всё поймёшь:
Что ненавидишь, крадёт весь разум твой,
И ты увидишь, кто внутри такой!

Не верил я глазам и не понимал, что происходит.
Всё только в голове.
Очисти разум и обретёшь покой!

Много личностей он видел,
Сотни личностей встречал.
Каждую особенность он тут же сразу подмечал.
Он играл профессионально, никто не сравнится с ним.
В его игре он не был никогда один.
Много знаний поглощал, когда он личности играл.
Кем он был, противник сразу всё не понимал.

Кем он был, не знал никто.
Маску снять с него было нелегко.
Если личность выгорает, маска с него сама слетает.
Кого он только не играл, в итоге снова выгорал.

Личность свою он начал забывать.
Хотел игру прекратить, маску не снять.
Он раздражался, кричал и сдавался.
Кто он такой, не мог догадаться.
Память ушла насовсем — личность пропала.

Кем он был, не знал никто.
Маску снять с него было нелегко.
Если личность выгорает, маска с него сама слетает.
Кого он только не играл, в итоге снова выгорал.

Так наш Многоликий сошёл с ума.
Память его безвозвратно ушла.
Кем он был, остаётся загадкой.
Лики ушли, он остался безликим.

Представление начинается
Двери отворяются
Карты на столе
Гости прибавляются

Карты слева, карты справа
Он играет, и все смотрят
Карточная ложь
Он внимание отвлекает
И всех это забавляет

А в шатре, свечи зажигаются
Вокруг толпа стоит
Маэстро в ожидании
Карты в руки взял
И всем их показал

Тут Маэстро поднял взгляд
И люди расступились
Карты как по волшебству
Тут же испарились

Карты слева, карты справа
Он играет, и все смотрят
Карточная ложь
Он внимание отвлекает
И всех это забавляет

И в шатре погасли свечи
Всюду темнота
Люди тут же побежали
А выхода всё нет

И навеки в нём остались
И шатра на карте больше нет

Жизнь странная штука,
Вечный выбор ожидает.
Сделай ход и ошибись,
Чтобы предугадать исход.

Каждый ход решает всё,
Истина или ошибка.
Выбор твой решит исход,
Если сможешь — увернёшься.

Сущность человека на ошибках,
Каждый промах значит смерть.
Если сможешь научиться,
Значит, сможешь жить.

Твоя пропасть ближе, чем ты видишь,
Сможешь видеть тогда вперёд.

Каждый ход решает всё,
Истина или ошибка.
Выбор твой решит исход,
Если сможешь — увернёшься.

Если слишком трудно,
Кажется, выхода нет.
Слишком темно, не видишь ответ,
Дави на газ! Скажи вперёд!

Выход виден не всегда,
Если научиться видеть, сможешь всё!

В тёмном подземелье крики раздавались,
Узников пытали жутко.
Вопли, крики не спасали,
Трупы тут же оживали.

Зомби в темноте бродили,
Людей они убить хотели.
Только солнце встало,
Трупов будто не бывало.

Захватили трупы замок,
Подданных сожрали.
Король письмо успел отправить,
Войска призвал он на войну.

Войска взяли замок в штурм,
Но убить их не смогли.

Зомби в темноте бродили,
Людей они убить хотели.
Только солнце встало,
Трупов будто не бывало.

Долго штурмовали замок,
Зомби думали умней.
Как взорвали люди крышу,
Трупы начали гореть.

Учёные сбежали тут же,
Когда наступил рассвет.

Пришёл парень в библиотеку
Открыл книгу, сел читать
Но тут книга засветилась
Сказал он: "Вот дела!"

Книга парня захватила
По страницам он летал
По сюжетам пролетал
Оказавшись взаперти, вынужден пройти

Был он королём, колдуном
Сюжет хотел он изменить
Сил не хватало
Автор запретил

Права автора забыл
Сюжет разум поглотил

Книга парня захватила
По страницам он летал
По сюжетам пролетал
Оказавшись взаперти, вынужден пройти

Он хотел сопротивляться
Силу пера не смог преодолеть
Книга писалась дальше
А парень остался в ней

Автор захотел его убить
Перо писало- парня не стало

(жен. вокал)
Что ж я хотела? Не поздно решила раскаяться?
Очень уж много взвалила на плечи девчоночьи.
Но не ссутулюсь — пусть скажут горчее: «красавица!»
Если портретам предписаны ленточки чёрные.

Как так случается, в небо — так самое светлое?
Помнишь колдунью, и крест, и обхвачена пламенем?
Тело моё, я же помню, в любимых — нетленное.
Сколько мужчин там стояли на площади, плакали…

В мире святош красоте невозможно исправиться.
Лишь присвоение — лишь для мужчины быть пассией.
Девка гулящая — с церковью хочешь быть равною?
Дымом взлетай в средневековой Испании…

— Ты мне позволишь? Беру сигарету у доктора.
Вот инквизиция новая, вся при сочувствии…
Плохи анализы. К Чёрту бы — гинекологию.
Чёртов огонь я под пятками, кажется, чувствую!

Милый ты мой, ты таких никогда и не пробовал?
Дал сигарету, сопишь, потупился на пальчики.
Я же возьми и скажи — будем счастливы, голые.
Только прошу, ты пожалуйста, — вылечи, мальчик мой…

Странные сны и поступки такие же странные.
Всё обесценено, что для другого, — законы извечные.
Древняя кровь, что течёт во мне, — падшего Ангела:
Делает жизнь и прекрасней… и недолговечнее.

Боже ты мой, ты таких никогда и не пробовал?
Дым сигаретный — сопишь, потупившись на пальчики.
Я же возьми и спроси: что — врачи под халатами голые?
Только прошу, ты пожалуйста, вылечи, мальчик мой!

Странные сны и поступки такие же странные.
Сердце ныряет, скользит будто рыба - идущая вверх по течению,
Древняя кровь, что течёт во мне, — падшего Ангела:
Делает жизнь и короткой… и связанной с вечностью...

Связанной с вечностью...

Связанной с вечностью...

[Verse 1]
Собрались мы в таверне, допили эль до дна,
Дорога на Драконий хребет у нас одна.
Паладин забыл доспехи, а маг потерял свой свиток,
Но ждёт нас злобный Дрейко и золота избыток!

[Chorus]
Эй, бросай двадцатку, пусть кубик зазвенит!
Драко́н на горной круче от ярости рычит.
Четвёртая редакция, хиты́ трещат по швам,
Но слава и сокровища достанутся лишь нам!

[Verse 2]
Плутовка лезет в скалы, провалила скрытность вдруг,
И грохот от паденья услышали вокруг.
Жрец молится богам, но критует только враг,
Опять лечилки тратим, ну что́ же за бардак!

[Chorus]
Эй, бросай двадцатку, пусть кубик зазвенит!
Драко́н на горной круче от ярости рычит.
Четвёртая редакция, хиты́ трещат по швам,
Но слава и сокровища достанутся лишь нам!


[Verse 3]
Вот выползает Дрейко, плюётся он огнём,
А мы его дубиной и матерком проймём!
Маг кастует фаербол, попал в свой собственный отряд,
Зато́ в таверне дома нам точно будут рады!

[Chorus]
Эй, бросай двадцатку, пусть кубик зазвенит!
Дракон на горной круче от ярости рычит.
Четвёртая редакция, хиты́ трещат по швам,
Но слава и сокровища достанутся лишь нам!

(жен. вокал)
Попрошу - ты согреешь словом,
Только кожи моей не тронь,
Никогда, по людским законам,
Я не буду твоей женой!
Не рожу тебе дочь и сына,
Не скажу дорогой мой – вот,
Эта ночь, что с тобой прожита,
В колыбели ребёнком ждёт…


Тело женщины просит ласки
Ощущая - святую цель,
И кочуют по венам сказки,
Те в которых - любовь сильней!
В Копенгагене и в Багдаде,
И в Австралии, где Сидней,
Шепчет сказки Шахерезада,
Те, в которых - любовь сильней!

Ну а ты, ты конечно - первый,
Первый джинн, древних ламп синьор,
Зеленеющей меди верный,
Что колдует мне новый сон!
Пошатнется стена - реальность,
С той земли, где другие спят,
Уравняв наших судеб разность,
Ты придешь, чтоб меня обнять.

Там с динарами СасанИдов*
Открывая свою ладонь -
Будешь ты обнажённой видеть
Спину девушки, золотой!
Или может, явившись с розой,
Скажешь нежное - ГулистАн,
Скажешь я - на цветы похожа,
Те, которых… срезает сталь!

Тело женщины просит ласки
Ощущая - святую цель,
И кочуют по венам сказки,
Те в которых - любовь сильней!
В Копенгагене и в Багдаде,
И в Австралии, где Сидней,
Шепчет сказки Шахерезада,
Те, в которых - любовь сильней!


Там я сердце в шатре оставлю
Где багряный узор веков,
Там лежит сарафан под саблей -
По которой стекает кровь.
Там верёвок тугая память
Поведёт под уздцы времён -
Караваны моих объятий
Для восточных твоих племён.

Джинны могут с любою сладить,
Наколдуй же мне снова сны!
Ночь, нагар оттирая с лампы,
Медный бок разожжет луны.
Попрошу - ты согреешь словом,
Только кожи моей не тронь,
Никогда, по людским законам,
Я не буду твоей женой….

Не рожу тебе дочь и сына,
Не скажу дорогой мой – вот,
Эта ночь, что с тобой прожита,
В колыбели ребёнком ждёт…

В колыбели ребёнком ждёт…

В колыбели ребёнком ждёт…

1.
Прости, что я перестал существовать в твоем мире и прекратил эту связь,
Но мне надо было именно так, чтобы не стало этой красной кровью боли, словно убитые ножами в прошлом веке.
Когда кто-то передавал мне от тебя, что я был хорошим.
Давно всë прошло, как до станции на последнем поезде.
2.
Ведь я не хочу ворожить прошлое, да и вряд ли когда-нибудь снова полюблю при виде заката в небе, опыт есть такой, что я становлюсь всë темнее и закрытым в своём замке, так не выйдет вернуться там, как раньше, и продолжать дружбу за чашку чая.

(жен. вокал)
Кто в храм вошёл — уже готовы
Свечой церковной догореть,
Блистают времени оковы,
Пока не истончится цепь.

Пока не будет безразлично,
Что день грядущий принесёт,
Из текста вымарав отличья,
Ты будешь завтра жив… иль мёртв?

Тяжёлым станет дух осенний,
Падёт листва на дно реки,
Напрасный труд теперь колени
Стирать о камень - за грехи.

Ах, как раскаяться несложно…
Но праведники тоже лгут!
И нет молитвы, что поможет
Покой душе твоей вернуть…

И вот тогда как джин из лампы,
Явлюсь к тебе, чтоб рассказать:
В чужих словах ни грамма правды,
Одна лишь — колдовская власть!
Слова похожи на одежды,
Будь смел, чтоб их с меня - срывать,
Таких красивых женщин прежде
И не мечтал ты обнимать…

Я попрошу прими решенье —
Позволь себе - своё забрать!
Чтоб скинул ту петлю на шее,
Что заставляла умирать!

Пройдет вся жизнь - как миг короткий,
Прими судьбу или бунтуй!
Смерть будет платаю за кроткость,
Жизнь будет даром за борьбу.

Смотри: ты вжат в стальное тело,
Где каждый новый день — удар,
Где возраст — ржавое железо,
Где слово — яростная тварь.

Чужая тварь из преисподни,
Она пылает, как костёр,
И ты, мой друг, — лишь мясо с кровью,
Когда ты слушаешь Её.

Не слушай тварь! Свободы ради —
Тебе с колен пора вставать.
В чужих словах ни грамма правды,
Одна лишь — колдовская власть!
Чужое — прочь, свои надежды -
Творящим словом называй!
Так магия рождалась прежде,
Так нынче можно колдовать.

И вот тогда как джин из лампы,
Явлюсь к тебе, чтоб рассказать:
В чужих словах ни грамма правды,
Одна лишь — колдовская власть!
Слова похожи на одежды,
Будь смел, чтоб их с меня - срывать,
Таких красивых женщин прежде
И не мечтал ты обнимать…

Ты не найдёшь других решений,
Всего одно — поверь в себя…
Петлю попробуй скинуть с шеи,
У жизни — веру в смерть отняв.

Решайся - в этот миг короткий,
Прими судьбу… или бунтуй,
Смерть будет платою за кроткость,
Жизнь будет даром за борьбу…

Смерть будет платою за кроткость,
Жизнь будет даром за борьбу…

Смерть будет платою за кроткость,
Жизнь будет даром за борьбу…

***
Стиль: Инди-рок ( дрим-поп, шугейз, джангл-поп, блюз-рок)

[Инструментальное вступление]

[Куплет 1]
Солнечный берег на краешке сказки,
Дети играют у чистой реки.
Лепят беспечно песочные замки,
В глади зеркальной горят огоньки.

Волны целуют лесные кувшинки,
Ветер уносит искрящийся смех —
В небе плывут облака-паутинки,
Мягко струится загадочный свет.

[Припев]
Просто поверь, вспомни детство внутри,
Счастье в ладонях и блики на речке.
В час испытаний на долгом пути
Станет от этого чуточку легче.

[Куплет 2]
Время как призрак, оно не вернётся,
Дети торопятся в завтра, взрослея.
Только сияет бессмертное солнце —
Будут ли люди немного мудрее?

Мир безгранично диктует законы,
Строим цепочку запутанных связей.
Вновь ошибаясь, рисуем по новой
Важный чертёж без наивных фантазий.

[Припев]
Просто поверь, вспомни детство внутри,
Счастье в ладонях и блики на речке.
В час испытаний на долгом пути
Станет от этого чуточку легче.

[Бридж]
Смогут ли двое, шагнув в неизвестность,
Дом свой поставить надёжный и светлый?
Или рассыплются дружба и верность,
Словно песок под порывами ветра?

Правда и ложь в чехарде предрассудков,
Сладких иллюзий и строгих запретов.
Чёрные птицы настойчиво кружат —
Им не украсть беззаботное лето!

[Гитарное соло]

[Финальный припев]
Просто поверь, вспомни детство внутри,
Счастье в ладонях и блики на речке.
В час испытаний на долгом пути
Станет от этого чуточку легче.

[Финал]
Вспомни детство внутри...блики на речке...

2026 г.

А в детстве губы с Андерсеном спорят,
Позволив сердцу знать поверх листов,
Что оловянный выгорает город,
Но не горит солдатик золотой…

Из олова, на полке над камином,
Солдатик — позолоченный луной.
Ему подарит танец балерина
С красивою бумажною душой…

А повзрослей и — вечер безнадёжный…
И я — один, и ты — давно одна…
Вот только сердце жизнь считает ложью
Не хочет эту выдумку принять.

А в детстве не спалить свободы сказку,
Пускай танцуют образы в печи,
Там горсткой пепла, оловом напрасным
Надежда на любовь не замолчит.

Там горсткой пепла, оловом напрасным
Надежда на любовь не замолчит.

Пылают буквы в ночи — непокОе.
Что за творец тетрадь в нас изваял?
Что в нас — мертвО, а что — ещё живое?
Где пылкая бумага, где металл?

Кем мы с тобою стали — друг для друга,
Стальным пером знак вЕдьминский набив?
Что за судьба сплетает наши руки,
Когда мы шепчем сказки о любви?

Огонь в камине сладостный и горький,
Чтоб олову скорее закипать.
Смотри, вцепились огненные волки
В чарующую рифмами тетрадь.

А в детстве не спалить свободы сказку,
Пускай танцуют образы в печи,
Там горсткой пепла, оловом напрасным
Надежда на любовь не замолчит.

Возьму из детства сердце с новой кожей,
Чтоб, как растёт змея — из года в год, —
Нас память детства делала моложе,
Забыв паденье тысяч мёртвых звёзд…

Нас память детства делала моложе,
Забыв паденье тысяч мёртвых звёзд…

Сила океана волнует вниз, что камни
становятся мокрыми и мягкими .
Что они в итоге теряют мощь.
А самолёт улетел и дал отбой , всё!
И больше не видать его .
Полёты вечные , далекие .
Его сердце бьётся от нити боли
Атаки в жизни, его убила любовь.
Он упал .
Звуки ритма дают свой звонок ,
Сказав, что снова начнется взрыв .
И никто не выжил из — за этого чувства ,
И они попрощались в остатках воды .
Да и как теперь , что делать надо ,
если пропасть сильнее реки ?
Храбрецы оставили свою душу на улов .
И они начали рассеиваться как кусочек пыли .

1 куплет.
Смотрю на небосвод, но он размыт непонятной краской.
Там ничего толком нет , не разглядеть вовсе.
Даже капельки свята тоже нет.
Но где - то вой, что волнуется за меня, пока я на улице и думаю об этом.
Припев.
Не переживайте, все будет спокойно , я лишь хочу просто побыть в темноте. В полной тени.
2.
А осень как на зло часто хочет придираться ко мне.
Может быть я странный, но привык к холодному ветру и то, что я плохо сплю.
Остаюсь здесь, как велеет душа.
Об этом не стоит особо беспокоится.
Хочу так и летать как надо.
Припев.
Не переживайте, все будет спокойно , я лишь хочу просто побыть в темноте. В полной тени.
Все в порядке.

Зловредный язва - реалист
Без планов и воздушных замков
Душнил отброшены хвосты
Обоссаны зануд пиявки

На критику давно насрать
Иммунитет к хардовым пранкам
Я им не стал, а был рожден
Невыносимым, вредным панком

Немодный скучный
И противный
Вечно бухой
И примитивный

Лесной примат
Орангутанг
Матёрый вредный
Старый панк

Моим сандалям триста лет
Дарили новые ботинки
А шорты культовый предмет
Был левис, джинсы как с картинки

Ни зожник, ни тягаю гирь
Не посещаю вечеринки
Хлебаю литрами портвейн
Не мой напиток ваши дринки

Немодный скучный
И противный
Вечно бухой
И примитивный

Лесной примат
Орангутанг
Матёрый вредный
Старый панк

Меня давно хотят постричь
Мечтают, вовремя чтоб брился
В кафе таскают и кино
И заставляют веселится

Достало сборище гиен
Стишки про день рожденья, песни
Нажраться б как всегда в гавно
Хамелеоном слиться с креслом

Немодный скучный
И противный
Вечно бухой
И примитивный

Лесной примат
Орангутанг
Матёрый вредный
Старый панк

Друзей в контактах не ищу
Не принимаются заявки
Обрубаны давно хвосты
Отпали скользкие пиявки

Немодный скучный
И противный
Вечно бухой
И примитивный

Лесной примат
Орангутанг
Матёрый вредный
Старый панк

Можно ранить шёлком или сталью,
Губ твоих больней всего обман,
Если до конца расскажешь сказку,
Палачу красавицу отдам.
Я в любовь уже давно не верю,
Если будешь ты со мной скучна,
Сталь обнимет молодую шею,
Как отрез багрового сукна.

Но пока горит луна, как солнце,
Под спиною простыни измяв,
Ты ещё плотней ко мне прижмешься,
Чтоб шептать – мой милый Шахрияр.

Мне в глаза теперь посмотришь - смело,
Ночь прошла, луна уж не горит,
Свой рассказ докончить не успела,
Не успел тебя я - долюбить.

С ложа ты поднимешься неспешно,
Мол, смотри и глаз не отводи,
Завтра снова твой язык – конечно,
Сказку мне расскажет о любви.

Можно ранить шёлком или сталью,
Наша связь – целительный обман,
Если интерес я потеряю,
Палачу красавицу отдам.
Я в любовь уже давно не верю,
Если будешь ты со мной скучна,
Сталь обнимет молодую шею,
Как отрез багрового сукна.

Буду плакать от твоей потери,
Мир так мал, когда любимой нет,
Чтоб щенком скулить о голом теле,
Чтобы волком завывать в рассвет.

Ночь прошла, как жар костра истлела,
Наша связь и ранит и пьянит,
Вновь ты мне сказать не захотела -
Отчего так больно мне любить?

Не молчи моя Шахерезада
Тайну сердца моего открой -
Отчего так страшно Шахиншаху
Оставлять любимую – живой?

Можно ранить шёлком или сталью,
Ты мой сон, мой сладостный дурман,
Если вдруг закончишь свою сказку -
Палачу красавицу отдам.
Я в любовь уже давно не верю,
Если будешь ты со мной скучна,
Сталь обнимет молодую шею,
Как отрез багрового сукна.

Можно ранить шёлком или сталью,
Губ твоих больней всего обман,
Если до конца тебя узнаю,
Палачу красавицу отдам.

***
Стиль: инди-рок

[Вступление]

[Куплет 1]
Ты снова проходишь в толпе без оглядки,
А я остаюсь на холодном вокзале.
И терпкий осадок ушедшего лета
Горчит на губах, как немые признания.

В твоем телефоне — вопросы, ответы,
Там кто-то другой пишет глупые строки.
А я для тебя стал ненужным билетом,
Который забыли в кармане пальто.

[Припев]
Но слышишь ли, Лера, как бьется гитара,
Бросая аккорды в немую квартиру?
Мы просто чужие в пустеющем баре,
Где каждый застыл на своем расстоянии.

За грязным стеклом рассыпается ветер,
И хаос снежинок, летящих в кварталах.
Я грею дыханием озябшие пальцы —
Мне этой зимы одиночества мало.

[Бридж]
Твой шаг уходящий — так тихо и просто,
Без лишних истерик, надрыва и крика...

[Гитарное соло]

[Куплет 2]
Замирают звонки, забываются числа,
Когда понимаешь, что финиш так близко.
А время летит высоко, словно птица,
Нам вместе с тобою уже не сойтись.

Ты стала далекой, как зимнее солнце,
Которое светит, но больше не греет.
И всё, что мне нужно — хотя бы запомнить
Твой профиль, растаявший в уличной дымке.

[Припев]
Но слышишь ли, Лера, как бьется гитара,
Бросая аккорды в немую квартиру?
Мы просто чужие в пустеющем баре,
Где каждый застыл на своем расстоянии.

За грязным стеклом рассыпается ветер,
И хаос снежинок, летящих в кварталах.
Я грею дыханием озябшие пальцы —
Мне этой зимы одиночества мало.

[Финал]
Мне этой зимы одиночества мало...
Слышишь, Лера?
Вопросы, ответы...
На грустном вокзале.

2026 г.

Стиль: Индастриал пост-панк, альтернативный рок

[Вступление]

[Куплет 1]
Мы жаждали света, рисуя картины,
И строили дом из надежды и снов.
Казалось, машины спасут от рутины,
В прекрасном далёко не станет оков.

Тогда мы играли, дарили улыбки,
Пусть мир был нескладным, но честным внутри.
Искусство прощало просчёты, ошибки,
Горела свеча в полутьме до зари...

[Припев]
Пластмассовый мусор на дне океана,
Пластмассовый мусор — вершина обмана!
Пластмассовый мусор наполнил эфир,
Успешный успех - вот новый кумир!

[Куплет 2]
Прорыв алгоритмов: в работе станки,
Штампует конвейер безликую массу.
Достигнута цель, но тупеют зрачки,
Уже не смешно от дешёвого фарса!

Кругом суррогаты, во рту пустота,
Мы стали пресыщенной, спящей толпой.
Где подлинность чувств, где та высота?
Её завалили коммерческим слоем...

[Припев]
Пластмассовый мусор на дне океана,
Пластмассовый мусор — вершина обмана!
Пластмассовый мусор повсюду в пространстве,
Где шанса живым почти не осталось!

[Гитарное соло]

[Бридж]
Зачем нам прогресс, если сердце молчит?
Нас творчество тянет незримым магнитом!
Пора разорвать этот замкнутый цикл —
Рабы электронных экранов, очнитесь!

[Припев]
Пластмассовый мусор на дне океана,
Пластмассовый мусор — вершина обмана!
Пластмассовый мусор повсюду в пространстве,
Нет шансов живым в механическом танце!

[Финал]
В механическом танце...
Профанация....
Проснитесь!

2026 г.