Такой забавный антистресс,
Размером он всего с ладошку.
Чудеснее он всех чудес,
И стоит меньше он, чем кошка.

С тобой разделит огурец,
Орехи, яблоко и грушу.
Он очень милый сорванец
И запросто впадает в душу.

Он сядет вечером с тобой,
Фильм глянуть, семечки пощёлкать.
Он принесёт их сам, с собой
И хватит их, поверь, надолго.

Он неуклюжий и смешной,
Но если надо, может цапнуть.
Дружочек сладкий, меховой,
Его увидев, как не ахнуть!

Тот счастья маленький комок
Ужасно без тебя скучает.
Коль у тебя есть хомячок,
Таким большим оно бывает!


Картинка из www

Такие чувства
Совсем нельзя
И совсем нечестно.
Откуда только
Нашлось для них
В моём сердце место.

И может, счастье
Совсем безгрешно,
Но иллюзорно.
И на планете
Оно досталось,
Не мне, бесспорно.

Уснула совесть,
И черт бы, что ли
Её побрал б уж.
И не мечтаю,
Уже давно так,
Я, выйти замуж.

Но пусть тебя
Эти все терзанья
Не беспокоят.
Ведь на осколках
Чужого счастья
Своё не строят.

Милый Ромео,

а в Вероне снова осень.
И я иду, считаю камни мостовой.
Запнулась я на камне 38,
Но начинать сначала не впервой.

Милый Ромео,

За окошком плачет дождик
И звезды блещут,
Только вот не для меня.
Луну вчера мне подарил один придворный,
Он подмигнув сказал: она твоя.
«[Луна], свой вид [меняющая…] часто»
Не клясться ею, помнишь, я просила…
Милый Ромео,
Я с тобой хотела счастья,
А мне достались траур и могила.

Милый Ромео,

Мне так страшно просыпаться…
Кинжал я уронила там, в гробнице.
Священник Лоуренс мне не дал с тобой остаться,
И не хочу я вновь в том мае очутиться.

Милый Ромео,

Одиноко кружат листья,
Второй в июле день рожденья
Без тебя…
И потому, не жду я больше лета,
Но остаюсь я навсегда, твоя,

Джульетта.

Скользит меж строк незримо «не люблю»,
В коротком и банальном сообщеньи,
И в каждом слове, будто на корню,
Надежду рубишь ты на продолженье.

Экран холодным светом освещён,
Бездушным, как пространство цифровое,
Мой идеал в тебе не воплощён,
Я чувствую дыхание чужое.

В ответ слова набрать не тороплюсь,
Да и не знаю, ждёшь ли ты ответа,
Я просто замираю и молюсь,
Скорее чтобы наступило лето.



Acryl Brush & Ελενα

По наимилейшей идее и вдохновению от Инны Горбачевой.
Спасибо Вам!


Через росы густые волны,
Непроницаемую ночь,
Нёс, чтоб мечту свою исполнить,
И знал: всё сможет превозмочь.

Природы нежное творенье,
Чтоб подарить лишь ей одной,
Что распустилось в воскресенье -
Цветок, изысканный, живой.

Он знал одно: случилось чудо,
Хоть и не знал названья дней.
Возникло чувство ниоткуда,
Где-то под шёрсткою, левей.

Такое светлое, большое,
Гораздо больше, чем он сам.
Но необъятное святое,
Как тут не верить чудесам!

И потому цветок заветный
Своей единственной он нёс.
В период яблочно - букетный
У всех всегда ведь всё всерьёз!

Ещё рывок, лишь три шажочка
И пуговки любимых глаз,
Два карих, маленьких кружочка,
Увидит он, в любви томясь.

Так, в думы прочно углублённый,
Неся возлюбленной цветок,
Мечтал малюсенький влюбленный,
С огромный сердцем… хомячок.


Картинка из www

Я так хочу тебя забыть,
Со стёкл стираю твое имя.
Но стоит лишь глоток испить,
Воспоминанья плывут мимо.

Как старый горестный романс
Ты лег на сердце гравировкой,
Какой же это мезальянс -
Шампанского брак с газировкой.

Как вкус во мне искоренить
Такой сухой, но полусладкий.
Я так хочу тебя забыть,
Только и этот рывок шаткий.

Слово «гренка» рифмуется с «Ленка»,
«Шоколад» к сожалению, нет.
Есть избитая рифма «коленка»,
Кто ж избил её - вот в чём секрет.

Кто подскажет, к кому обратиться,
Избежать чтобы лишних хлопот?
Или может, во сне мне приснится,
Как «коленку» в стихах кто-то бьёт.

Вот тогда, я быть может осмелюсь
И скажу там: иди-ка сюда.
Расскажи-ка ты мне, моя прелесть,
Как «коленку» ты бил без стыда.

Пусть лицо его алым зальётся,
Это, кстати, любимый мой цвет.
В наказанье он пусть спотыкнётся,
Улетит в призелёный кювет.

Ушибет там свою пусть коленку.
Ведь легко «избивать» не своё.
И уже никогда имя «Ленка»
Не рифмует теперь на неё.

Лишь пустота и ничего не происходит,
А стрелки снова обогнули циферблат.
С утра будильник новый день спеша заводит,
И я ищу в толпе людей знакомый взгляд.

Но нет нигде тех глаз с лазурью поднебесья,
По лицам в поиске скитаюсь я опять.
Грусть с безнадеждой оказались горькой смесью,
В ней растворяюсь без остатка, твою мать.

А каждый вечер в дом непрошено мой входит,
Легко, на цыпочках, святая тишина.
Наедине с ней. Ничего не происходит,
А ночью вижу глаз лазурь во время сна.

Приходит час,выходит срок,
и только смотришь - ну и ну:
то в эти игры не игрок,
то в те, то вовсе ни в одну.

Игорь Губерман

Ты снял ремень, за ним носок…
Стриптиз закончился к утру.
Можешь надеть свой свитерок,
Не так играть в эту игру.

Я чётко помню, как по сердцу полоснуло
Короткой молнией, а после тишина.
Средь бела дня она откуда-то блеснула,
Расставив всё мне по местам, от а до я.

Я распознала все твои приоритеты:
Тебе не друг я - просто голос цифровой.
Растаял словно шоколадная конфета,
Слащавый блеф, легко придуманный тобой.

А с ним расплавились души моей надежды,
Совсем не так всё и ещё чуть-чуть иначе,
Я ни туда и ни сюда, а где-то между,
И для тебя я, ничего совсем не значу.

Ночью все кошки серые,
Ночью все окна тёмные.
Чувства - лишь суеверие,
Древнее, незаконное.

Лучше бы слыть порочною,
Лучше б быть легкомысленной,
Чем тишина бессрочная,
С жуткостью недвусмысленной.

С кем твои губы нежные?
С кем твои руки сильные?
Все в этом мире грешные,
Глупые, инфантильные.

Сколько же ждать, надеяться,
Сколько же верить в лучшее?
Ночью все слёзы горькие.
Ночью все мысли худшие.

Как разъярённый хомячок,
Шагами измеряя воздух,
Вдоль, поперек, наискосок.
(За облаками скрылись звёзды.)

По комнате туда-сюда,
Чрез край энергия струится,
А результат - всего слова.
Да что ж за беспредел творится!

А если б этот темперамент
Весь, как он есть, вот так вот взять,
И в благо всей Земли направить -
Мир электричеством снабжать!

Цены бы не было той страсти,
По проводам что гонит ток,
Но воздух зря трясёт ушастый
И разъярённый хомячок.


Картинка от ИИ

Ein Frühlingsabend sanft wie edles Kaschmir,
Legte sich zart als Schal um meine Schulter.
Er sagte: „Mademoiselle, brennende Kerzen
Machen das Dunkle weniger okkulter.

Gießt Wein ein. Ein Bordeaux trocknet die Tränen,
Kristall der reinsten Tränen ist nur Tand.
Nehmt lieber Euer Armband aus Perlen
Und schmückt damit, die ohnehin schon schöne Hand.

Ach, Mademoiselle, der Sehnsucht Vertikale
Ist schaffbar wenn die Seele man beflügelt,
Ich kenn’ das ganz besonders Optimale:
Ein Lächeln nur ist absolut dafür genügend.

Nehmt doch ein Stück von süßer Schokolade,
Der Nikotin-Cocktail wirkt hier wirklich nicht,
Versteckt den Spiegel nicht in der Schublade,
Man muss bewundern dieses bildhübsche Gesicht.“

***
Der Morgen kam. Der Abend flüsterte: „Lebt wohl.
Lebt Eueren Traum und verlernt nie das Fliegen.
Die Männer, liebe Mademoiselle, sind nicht stets treu,
Und ihretwegen sollten Sie sich nicht verbiegen.“

К душе прилипла ложь, как пыль к сиропу.
Я одного не понимаю лишь - зачем?
В признаньях лживых очень одиноко.
Казался ты, но только был совсем не тем.

Раз не совпало, так бывает,
Равнодушие -
Не преступление, не грех и не порок.
Но очень душу задевает
То бездушие,
С которым ты кривить душой цинично смог.

Меж подлостью и болью зацепилось,
Так и оставшись неотвеченным «зачем?»
Хоть в прочем, ничего и не случилось,
Как я была, так и осталась я - никем.

Это, конечно, нежность -
Алые роз лепестки.
Бесконечности неизбежность,
Многоточия и запятые.

«Не смей! Не пиши! Что ты хочешь?!
Ты мне безразлична, поверь.»
Точка. Конечно, точка!
Сердце - как дикий зверь.

«Сволочь! Пускай извинится!
Первая не напишу!»
Злиться, я буду злиться.
В мыслях тебя пошлю.

Струйки холодного душа.
Я ни за что пропадаю.
Роз лепестки - это нежность...
Точка. Нет, запятая!

Картинка из www

Я верю в зиму после лета
И верю в секс после любви.
Стихам влюбленного поэта,
Признаньям пьяных визави.

В существованье верю мозга
И к вирусам антитела,
Я - не Москва, и верю слёзкам,
И, что не врут мне зеркала.

Я верю в призрачное счастье
И в лёгкий ветер перемен.
В нить шерстяную на запястье,
В поднятье вечное с колен.

Вслучайность верю совпаденья,
В то, что полезна колбаса.
В пророческие сновиденья,
Ну, и конечно, в чудеса!

В прогноз погоды верю точно,
И, что всех грешников ждёт ад.
В зачатье, то, что непорочно,
Во всемогущий шоколад.

Я верю, что в вине есть правда,
Приносит пользу протеин.
Что эффективна пропаганда
И будет круто всё.
Аминь.

Моя любовь - потухшая комета,
Её давно уже со мною нет.
Но мне видны частички её света,
За гранью стольких многих дней и лет.

Лишь для меня волшебное сиянье,
К ночному небу устремляю взор.
Загадочная штука - расстоянье -
Не оправданье и не приговор.

Как не сойти с орбит своих планетам,
Так не сошлись когда-то я и ты.
Любовь моя мне светит ярким светом
Уже несуществующей звезды.

Кому когда ещё ты был так нужен,
Как мне, каждый проклятый божий день?
Я слышала, что голос твой простужен
И, что накрыла настроенье тень.

Я знала всё: людей, событья, даты,
Мелькающих фрагментов имена.
Была готова каждый день проклятый
Тебя любого испивать до дна.

Былые кадры жизни тьмой объяты,
Теряем важное, не оценя.
И вот теперь твой каждый день проклятый,
Поскольку он, проходит без меня.

Такой весь мой,
До щетины, как ёж колючей,
Что на ладонях оставляет тёплый след,
Одеколона, что такой благопахучий,
Что на него наложен должен быть запрет.

Такой родной, уютный весь и мне знакомый,
До малость спутанных от сна густых ресниц.
По телу речкой разливается истома,
Она не ведает барьеров и границ.


Такой любимый, в серой жизни моей - чудо,
Я благодарна всем, и Бесам и Богам.
Ты просто знай, сама я мучить тебя буду,
И никому тебя я больше не отдам.

Сегодня не увижу я тебя,
Сегодня не приду к тебе на встречу.
Хочу сегодня провести одна,
Наедине с собой быть в этот вечер.
Ты не волнуйся, так же полна чувств,
И та же страсть ещё во мне пылает,
И жажду поцелуев твоих уст,
И рук прикосновеней я желаю.
Но ТЫ устал.
И ты не грезишь мной,
Твоим словам меня не обмануть.
В твоих глазах - ты это знаешь сам,
Я вижу много и ещё чуть-чуть.
И потому сегодня я одна.
Наедине с собой и огнём свеч.
Хочу я быть сегодня без тебя,
И сбросить всю ТВОЮ усталость с плеч.

2003

…Всю ночь не спал. И тени под глазами.
Пойдём на кухню, я нагрею тебе суп.
Я не пытаюсь удержать тебя борщами -
Ты одновременно умён так и так глуп.

Горячий чай и душ всегда найдутся,
Больную душу так безбожно не согреть.
С каёмкой розовой фарфоровое блюдце,
Я не смогу его никак преодолеть.

Безумный взгляд, я выдержать сумею,
Притом, в ответ твоей усмешке промолчу.
Про роковую, в ночь длиною, одиссею
Я знаю всё, и даже больше, чем хочу.

Нет, я тебя совсем не осуждаю.
Брось первый камень, тот, кто вовсе без вины.
В своих скитаньях ты всегда идёшь по краю
Моей, царящей безмятежной, тишины.

А ты любил меня, когда целовал другой запястья
Ты любил меня, когда вяли цветы в хрустальной вазе
Ты любил меня, молчание твоё убивает вовсе
Душа так болит, аж ломает кости […]

«Не люби меня»
СНЕРІКК, Холла


Любовь уставшего мужчины -
В ночи зияющая бездна.
Он боли знает все причины,
И то, что знать их - бесполезно.

Он цедит чувства вскользь, сквозь зубы,
Не веря в их существованье.
На сердце прошлых лет зарубы,
Он в вечной фазе отрицанья.

Молчит, томит, свой взгляд отводит,
Но держит бережно в объятьях.
Его зачем-то так заботит,
Не смять расстёгнутое платье.

Бьют словно током эндорфины,
На прочность проверяя нервы,
Вдоль тела вьются серпантином
И жгут последние резервы.

А он в отчаяньи расколот -
Несчастным быть иль быть счастливым.
Кидает то в жару, то в холод
Любовь уставшего мужчины.

Привет.
Прости.
Тебя ещё я помню. В окошко фонарей струится свет. Мой тленный мир тоскою переполнен и заперт в шкаф очередной скелет.
Дыханье стынет и не греет руки, гуляет ветер сквозняком в душе. Вольные птицы помнят ль нас на юге, оставив нас на дальнем рубеже?
А я вот помню глаз твоих сиянье и тёплых губ касанье на щеке. Только зачем мне те воспоминанья? Никак не утоплю их в коньяке.
Стихи пишу. Конечно. Регулярно. Без них никто я, мне ль тебе ли объяснять.
И рифма пусть моя совсем бездарна,
я «блин» всегда писала через «ять».
Я не жалею ни о чём, что было, только о том, что не успела вслух сказать. Я называть тебя мечтала «милый», но «милой» ты, хотел другую называть.
Ну вот и всё, себе вновь обещаю, тебе в свой вечер одинокий не писать. Хотя сама, отчётливо я знаю, что это слово не смогу сдержать. Но я смогу тебя не потревожить. Оборвалась давно меж нами нить. И сизый пепел я сумею не взъерошить, в который письма все сумела превратить.


Картинка из www

Как оставить без ответа
Фразу, брошенную залпом:
"Ты пошла бы на край света,
Если б я тебя позвал бы?!"
Как же объяснить, мой милый,
Чтобы не смотрел нахмурясь?
Я туда уже ходила -
Постояла и вернулась.


Елена Исаева


Я всё жду, свою пряча печаль,
В атмосфере сгорающих звёзд,
Чтобы ты меня в дальнюю даль,
За собой безвозвратно увёз.

Отобрав меня прочно от всех,
Никому не желая отдать.
Пусть судачат: любовь моя - грех,
Мне грешнее уже не бывать.

Будет новый закат и рассвет,
Сменит ночь нагнетающий день,
Но со мною тебя если нет,
Моя жизнь от и до набекрень.

А завтра будет первое января
И мы с тобой не вспомним ни-…
чего.

Новая новогодняя

VESNA305, Vadim Adamov, Hardphol



Ночь волшебная вмиг пролетела
И в прошедшем осталась году.
Эйфория в ночи отшумела,
В прошлогоднем пропала снегу.

За углом трётся быт новогодний,
Повседневность испорченных дней.
Век людской, никому неугодный,
С каждым годом немного тускней.

Захлебнуться друг в друге секунды,
Отмеряя короткий сей век.
И не видя в желаньи абсурда,
Новый год снова ждёт человек.

Верность - такая странная штука.

Можно спать с супругой и представлять при этом другую, но нельзя спать с другой, представляя при этом супругу.

С супругами, конечно, аналогично, но не менее странно

«Я даже не знаю, как тебя и не до дна»


Женя Трофимов & Комната Культуры
Я даже не знаю




А люблю я тебя очень, очень.
В окна смотрит мне алый рассвет.
У любви же эффект есть побочный,
Что не любишь меня ты в ответ.

Вновь ложатся мечты между строчек -
Незатейливый, глупый сюжет.
На краю злополучнейшей ночи
Ты в стихах моих тайных воспет.

От рассвета и вплоть до заката
Безответных несу бремя чувств,
Но достигнут момент невозврата
И я таю в пучине безумств.

Выходной в окно стучится,
Заглянул с улыбкой в дом.
Ну, а мне совсем не спится,
Бодрость рвётся напролом.

Если надо на работу,
Не подняться - хоть убей.
Мне поспать всегда охота
И укрыться потеплей.

Но зовут труды, заботы,
Очень громко так кричат,
И встаю я на работу,
Ранним утром в аккурат.

А сегодня, что за шутки?
Ведь работать нет уж сил,
Мне б поспать ещё минутку,
Выходной же разбудил.

Замерзает в жилах кровь
Будь ты проклята, любовь!
Мне с тобой пора проститься
Ну, а я не в силах вновь.

Стелешь море лепестков
Ты нашла двух дураков
И над ними ты глумишься
С седьмого неба облаков.

Не соединить мостов
И не примирить фронтов
Выгрызть бы тебя из сердца,
Не писать больше стихов.

Застывает в жилах кровь
Не бросай меня, любовь...

2018

У нас сегодня был рассвет необычайный.
Лиловым цветом налилась заря.
Как будто спутал краски Бог, нечаянно,
А может Бес, специально, втихаря.

Но чтоб то ни было, рассвет волнует душу,
И, несомненно, радует он взор.
Он с упоением в новый день закружит,
На цыпочках пробравшись и в мой двор.

Нет, он - не ты.
В прыжке не виснет сердце,
Когда входящих раздается звук.
Меня не пробивают мегагерцы,
До кончиков моих холодный рук.

Не замирает время в промежутке,
(Во мне)не пляшут «Тарантеллу» мотыльки,
От слёз не мокнет плюшевый мишутка,
Когда пишу я ночью дневники.

Нет, он - не ты.
Легко с ним и спокойно.
Сказав, что будет в семь, он будет - в семь.
Он никогда не делает мне больно
Я знаю, он со мною насовсем.

Он мой не забывает день рожденья,
Без повода он дарит мне цветы.
Лишь обо мне его стихотворенья,
Мои же все о том, что он - не ты…

Ты говорил: не сможешь жить
Без юмора, что свойствен только мне.
Расстались мы. И у меня теперь
Один вопрос лишь только на уме:
Ты умер?

Не Боха ради,
А во имя ритма,
Лишь только с целью
Стих хороший
Написать.

Пусть даже
Мозг кипит
Энцефалитный,
Законам рифмы
Надо щедро дань отдать.

Повиноваться Музе
Безусловно
На стихотворный
Возложить себя
Алтарь.

Во благо лирики
Творить духовно
И вытворять
Бесцеремонно,
Так что… вдарь!

После тебя осталась грязь,
Натоптанная в коридоре.
Я исправляюсь, ошибясь
И всё смогу исправить вскоре.

Я вытру чёрные следы:
Сначала пол, потом и в сердце.
И не посмеешь больше ты
По ним топтаться в грязных берцах.

Всё смоет чистая вода,
А остальное смоет время.
И не оставит и следа
Моих былых ошибок бремя.

В одной минуте до расстрела
Любовь свою уж не спасёшь.
Цена минуте этой грош,
Коль проведёшь её без дела.

Не осечёшься коль в порыве
Сберечь всё то, что есть сейчас,
Убрав от посторонних глаз
Свой взгляд - уйти неторопливо.

Все наши встречи не случайны,
Я напишу тебе письмо,
Что всё назначено судьбой,
И в нем свои открою тайны.

Минута у меня осталась,
Я ждал, что мне ответишь ты…
Вернётся в царство пустоты.
Всё то, о чем с тобой мечталось.

Ведь я любил, жаль, безответно,
Ища спасение в стихах,
Мечтая о тебе во снах,
Пришёл к растрелу на рассвете.


Иван Иванов & Ελενα

Когда оборвались мои стихи,
В холодном оказавшись безразличьи,
Я отпустила людям все грехи,
Но не смогла я им простить двуличье.

Метался слог, меж истиной нагой
И милосердьем тихим, разрываясь,
А я смотрела на поток людской,
В нём че-ло-ве-ка разглядеть пытаясь.

Строкой курсивной рифмы не легли.
Не распознать любви в измятых чувствах.
Когда мои оборвались стихи,
Сакральный смысл вдруг обрело искусство.

Вкус заблудился и расстроился,
И мне понравился вдруг ТЫ.
Коварный чёрт в деталях кроется,
Твоей душевной нищеты.

Тут не спасёт святая троица,
Во чье ты имя не проси,
В смиреньи нужно успокоиться.
Аз есмь. Ты - иже еси.

Февраль. Семнадцатое. Страна в крепких объятиях снега.
Сижу у родителей на диване, никого не трогаю.
Тут папа выдаёт: Аисты уже вернулись.
- Так рано ещё, снег же везде. Отвечаю я.
- Но это же нетипично для наших мест, такая затяжная зима. А они ж дурные. Откуда им знать. Не позвонят же, не спросят, пора не пора. Ну ниче ноги длинные… Могут по сугробам ходить.

Фотографий твоих цветной ворох, как осени листья.
Пожирает их медленно жадное пламя огня.
Я смеялась, когда называл ты себя нигилистом,
Ты твердил, что ещё убедишь ты, в обратном, меня.

Время - властная сила; стирает событья и память.
Нашу жизнь расставляет, не так, как хотелось бы нам.
Ты смеялся всегда, когда я обещала не спамить,
Говорил, что нельзя разделить нас с тобой городам.

Разлучить же умеет ещё ведь, коварное время.
Мы чужие давно, - ты мне в пьяном угаре шептал.
Отчуждение близких - извечная жизни дилемма,
Семь несчастных династий пророчат осколки зеркал.

Фотографий твоих цветной ворох, как осени листья.
Что случилось тогда, невозможно никак отрицать.
Мне забыть бы хотелось былых времён протагониста,
Но из собственной памяти плена никак не сбежать.

Я так соскучилась, пришли хотя бы строчку.
Лишь твоего дыхания клочок.
Так сложно без тебя мне в одиночку,
Очередной, тоски тугой виток.

Застыло время, мёдом липким в тесных сотах,
А никогда я не любила мёд.
Всхожу на миллионы эшафотов,
Для казни постоянно мой черёд.

Осталась жизнь как будто вовсе без надежды,
Змеится бесконечности петля.
И никогда не будет всё, как прежде,
Если не вспомнишь больше про меня.

Под толстым слоем звёздной пыли или не влезай - убьёт.

Как называется наша галактика? Верно! Млечный Путь.
А знаете, ЧТО находится в центре нашего звёздного дома? Присядьте. Черная дыра! Кто бы мог подумать, да?
У Вас, в Вашем земном доме есть чёрная дыра? Разве что в метафорическом ключе, какой нибудь кот, муж или, в конце концов, пылесос, которые поглощают всё на своем пути.
Но тут всё обстоит так, что в центре галактики, чёрная дыра находится абсолютно буквально. Да, да! Она скрывается под толстым слоем звёздной пыли, да и вообще, звёзд вокруг неё, как песка на пляже. Там они рождаются и погибают.
Масса этой маааленькой, скромной, а по-научному, сверхмассивной, невидимой, даже из оптических телескопов, чёрной дырочки составляет более 4 миллионов масс Солнца. А диаметр - 44 миллионов километров. Для сравнения, диаметр нашего Солнца - 1 миллион 392 тысячи километров. Впечатляет. Не так ли?
А знаете ГДЕ находится этот замечательный центр нашей галактики?
На расстоянии, примерно в 26.000-28.000 световых лет (2 галактического года туда-сюда - сущие мелочи, поскольку один световой год равен всего лишь 9,5 триллион километров) от нашего Солнца, между созвездиями Стрельца и Скорпиона. Назван наш центр весьма рационально: Sagittarius A. То есть, Стрелец А. Остаётся надеяться, что нет и не образуется каких-нибудь Sagittarius B, C и дальше по алфавиту.
Но вернёмся всё-таки к расположению нашей чёрной дыры. Ирония заключается в том, что Вселенная расположила её не около рогатых парнокопытных знаков: Телец, Овен или Козерог (потому что Стрелец - хоть и парнокопытный, но (увы) не рогатый Кентавр), не около мирных обитателей морей Рака или Рыб, не около, постоянно расплёскивающего и без того ценный и редкий ресурс, Водолея, не на одной из чаш, вечно колеблющихся, Весов, и даже не в районе Близнецов или Девы или хотя бы царя всех зверей - Льва, нет!
Она выбрала два самых «дружелюбно» настроенных знака. Стрелец и Скорпион.
И вот, прям чуть выше и правее кончика стрелы Стрельца, которой он целится на Скорпиона, и находится наш Sagittarius A.
Скорпион - символ коварства и смерти. Его покровитель - Марс, древнегреческий Бог Войны.
Стрелец - это Кентавр Хирон, который был перенесён Богами на небо в знак признания его мудрости и доброты. Он
символизирует охоту и способность объединять животную
природу с человеческим разумом.
Но! Напомню, Стрелец целится в Скорпиона и лично я, как Скорпион по гороскопу думаю, что тебе сколько угодно могут говорить о чьей-то доброте и мудрости - это всё звучит не очень убедительно, если это мудрое и доброе существо направляет на тебя своё орудие. Аха.
Кажется, что Хирон выстрелит сначала в Скорпиона, а потом перестреляет все знаки зодиака по кругу, чтобы в конце подстрелить самого себя, ибо стрела, пройдя круг зодиаков, попадёт в его собственную спину. Впрочем… будем надееться на его благоразумие.
Так вот, тааам, между двумя этими доброжелательно настроенными знаками и находится черная дыра.
Около которой появляются новые звёзды и которая одновременно поглощает окружающую её материю, и те же звёзды. Которая, запросто может поглотить не только наше, казалось бы, огромное, Солнце. Но и нашу планету Земля. Даже весь наш Млечный Путь.
То есть центр галактики может поглотить именно ту галактику, центром которой он является. Видите, как занимательно!
Вот где Вселенная разместила и совместила Ад и Рай.
Учёные утверждают, что Sagittarius A находится достаточно далеко от Солнца и от нас и нам ничего не угрожает. Но они же, также говорят, что в масштабах Вселенной 28.000 световых лет - не так уж и много.

Резюмирую. Нас может поглотить наш же центр нашей галактики. Прикрыт он красивыми, мерцающими, манящими звёздами и находится между двумя знаками, один из которых целится стрелой в другого, который в свою очередь, символизирует зло и смерть.
Это чтобы не возникало никаких сомнений, по поводу того, что черная дыра - это очень опасная штука. Не влезай, как говорится, убьёт!

Зацените намёк Вселенной. Что-что, а вот намекать-то она… умеет!

А если вдруг, всё таки, случится «праздник», я надеюсь, у Вас найдётся свободная минутка побывать на нём.
Найдётся же?
Найдётся! Я знаю! ; )




Научная информация, как и картинка, собраны из различных источников www. Хотя, кому это будет надо, если нас поглотит центр нашей собственной галактики. )))

Такой красивый и с печальными глазами,
Проходит тихо мимо, словно тень.
А у меня внутри ревущее цунами,
Обломки чувств свисают набекрень.

Но не пойму я только, в чём его загадка,
О чём грустит заблудшая душа.
Строчу ночами я ему стихи в тетрадке,
Уж исписала два карандаша.

Как глубины его неведомой коснуться,
Дотронуться лишь кончиком руки.
И сделать так, чтоб смог он просто улыбнуться,
Его глазам печальным вопреки.

Где начало перспективы?
Перспективы где конец?
Одна хрень - всех ждут могилы.
Будет всем kaputt, трындец.

Горизонт, диапазоны
Опций, хоть ты отбавляй,
Лишь в чужие ты нейроны
Не проникнешь невзначай.

До экватора так долго,
До небес рукой подать,
Смыслы мечутся убого,
Кто б сумел их разгадать.

Клочья слов кладу в конверты,
Обогнув весь шар земной,
В перспективе все эксперты,
Старый ты иль молодой.

Но и неучи все всё же,
В будущность взгляд устремив,
Ищут выход поубоже,
Мимо глаз им эксклюзив.


Acryl Brush & Ελενα

В порочном гневе наших хрупких подсознаний
Таятся боль и страхи тех времён,
Что спрятаны под толстым пологом молчаний
До боли так знакомых нам имён.

Когда сквозняк свечное пламя чуть колышет,
Танцуют его тени на стене,
Стук гулкий сердца никогда никто не слышит,
Ведь никому не слышен он извне.

А если взять и протянуть неловко руки,
Надеясь, непонятно и на что,
То может быть, под толстым пологом разлуки
Надёжное окажется плечо.

Ты без меня сможешь,
А я без тебя не смогу

Соло Монова



Где-то в прочно забытом прошлом,
Ты твердил эту белиберду:
Клялся, что без меня не сможешь,
Если я от тебя вдруг уйду.

Омывал все пути наши дождик,
И, как ты, никогда я не лгу.
Знаю я, без меня ты сможешь,
Трудно, но без тебя я смогу.

В это верить себе дороже,
Не советую даже врагу.
Без меня ты, конечно, сможешь,
Да и я без тебя ведь смогу.

В этом люди очень похожи,
Верят в сказки, на их же беду.
Без меня, ты увидишь - сможешь.
Без тебя я всё ж тоже смогу.

Даже если безумно сложно
Скрыть болезненных чувств наготу,
Я смирюсь: без меня ты сможешь.
Ты смирись: без тебя я смогу.


Картинка из www

Темно. Нет ни одной звезды на небе.
Как будто Бог вдруг обесточил небосвод.
Мои мечты наивны и нелепы
И вряд ли кто-то их когда-нибудь поймёт.

Жду с нетерпеньем снова выходные,
Но не находит всё же отдыха душа.
Они проходят, на досуг скупые,
Вновь в серый быт меня прогнать они спешат.

А я хочу… лежать, смотреть на небо,
Искать созвездий очертанья в темноте.
Не верить, что любовь - эффект плацебо,
И всё на ушко рассказать о ней звезде.

«Один день прожитый без тебя
Будет похож на два
Точно таких же дня…»

Т. Буланова


Новый день растворил очертанья,
Вновь в реальность меня окунув.
Сколько их уж таких, без названья,
Проползло, нагло мне подмигнув.

Заплетаю небрежно я косы,
Чтобы к вечеру их расплести.
Каждый день то же самое в восемь,
Неизменно так, до десяти.

Всё уныло, привычно и серо,
Это мы проходили вчера.
Подавляющая атмосфера,
Свет сбегает вдаль от фонаря.

Всё слилось в нескончаемом мраке,
Обвели стрелки вновь циферблат.
И пророчат опять в зодиаке,
Предсказания сто раз подряд.

Здравствуй, милый Иван-Царевич,

беспокойного сердца друг.

Рисовал квадрат черный Малевич, серебристый рисую я круг.
По окошку озябшим перстнем, ожидая тебя, вожу, за стеклом злобный воет ветер, страх берёт, ясно даже ежу.

Оперенье Жар-Птицы тускнеет, Серый Волк волком в вой, на луну. Да так жалобно! всё леденеет и под вой я уснуть не могу.

Лунный свет серебром серебрится, тавтология сводит с ума, но ни я, и ни Волк, и ни Птица, не умеем совсем без тебя.

Ты домой поскорей возвращайся, и уйми этот весь зоопарк. Жду, укроешь меня одеяльцем, а не то меня хватит инфаркт. От тоски, от бессонницы, кстати, и от воя, неладен будь он!
Одиноко в холодной кровати и не снится мне сладостный сон.

Всё уныло и жизнь и погода, одиночество тянет на дно. Я б наелась сейчас углеводов, откупорила б даже вино. Но не хочется, всё мне не в радость, без тебя моя жизнь так пуста.
Даже скушать какую-то гадость, нет желанья и стынет плита.

Слоем пыли покрылась вся утварь, неподвижно сижу у окна. Постучится в него скоро утро, снова ночь миновала одна.

По стеклу мелкий дождь тарабанит и погода такая ужасная. Без тебя моя душенька вянет…

обнимаю,
Елена Прекрасная.

Жадно воздух глотаю,
А ты проникаешь всё глубже.
Растворяюсь в пространстве,
Ушла из под ног вдруг земля.

В неопознанном таю,
Ничто и никто мне не нужен.
Роскошь непостоянства -
Всегда начинать всё с нуля.

Мысли вьются небрежно,
О ком иль о чём - непонятно,
Глубоко во мне где-то
Вот-вот на исходную счёт.

Надо мной паришь нежно
И это так невероятно.
Нарушаю запреты,
А мир за окном подождёт.

Тает в воздухе тайна,
А ты проникаешься глубже,
На спине след заметный
Моих ярко-красных ногтей.

Может быть, не случайно,
Чрез край огонь страсти хлестнувший,
Достигал межпланетных.
Глубоких моих рубежей.

В твоих глазах я видела Вселенную.
Её немеркнущий, необычайный свет.
Я верила в любовь твою нетленную,
И что другой такой на свете просто нет.

Но взгляд погас твой, как на небе звёзды,
На рубеже ещё нетронутого дня.
Пусть говорят, что не бывает поздно,
Но слишком поздно, видно, стало для меня.

Ошибок многих просто не исправить,
Ход времени, увы, никак не обратим.
Безжалостно тревожит раны, память,
Из своего, ты стал совсем-совсем чужим.

В твоих глазах есть чьё-то отражение,
Когда-то я смотрела в них, тебя любя.
Теперь я взор бросаю во Вселенную,
В которой я, осиротела без тебя.

В моё окошко заглянули с неба звезды,
Наполнил дом мой, их волшебный, яркий свет.
Бывает иногда легко и просто,
Как будто счастья выпал мне билет.

Горит свеча с ванильным, нежным ароматом,
Бокал шампанского искрится на столе.
На первое индейка со шпинатом,
А на десерт клубничное суфле.

Вся суета теперь осталась за порогом,
Сползает медленно усталость с моих плеч.
Я засыпаю и во сне глубоком,
Звёзд волшебство меня будет беречь.

На нашей изд(ев)ательской платформе,
Жизнь бурная, как лозунг тот гласит.
Тут белый стих - любимейший performance,
Конёк ничьих лирических элит.

А также очень модно в стиле танка
О чём-нибудь возвышенном писать.
И только я (такая хулиганка!),
Всё продолжаю графоманией страдать.

И публикую! (этакая дерзость!)
Мой слог, что скачет, словно бурундук.
При этом - вот немыслимая мерзость!
Магистр я, филологических наук.

Но видит Бог! (Бес, кстати, тоже видит!)
Верлибр - это в узкий столбик проза.
Чем этот псевдо-поэтический эпитет,
Нет поразительней, наверное, курьёза.

Рифмует он без сбоя и запинки.
Какая штука, всё же, классная ИИ!
Не вложена и капелька кровинки.
Нет и малейшей даже толики души.

Безликий стих не выстрадан чрез опыт,
Он не висел сто двадцать дней в черновике.
Бумаги терпеливость нагло гробит,
ИИ штампует массу строчек налегке.

Поэзия облита липкой грязью,
Нахально слово обесчещено «поэт».
Но в жизни не бывает всё и сразу,
Коль натурального ума в помине нет.

И опус ваш, что и не ваш, конечно,
Фонит таким враньём при чтенье, что дай Бог!
Что толку, что всё гладко, безупречно?
Венец творенья сам мысль выразить не смог.

Гордитесь вы не тем, и в этом дело,
Свою вы сущность продаёте за гроши.
Вы - кислород зря тратящее тело,
Вы не писатели, вы просто - торгаши.

Я капелькой волшебной растворюсь,
С росой смешаюсь вдоль твоей дороги.
Я быть неузнанной, средь капель не боюсь,
Тем, чем не шутит Люцифер, не шутят Боги.

В ресницах я запутаюсь слезой,
Но только той, что вызвана от смеха,
Казалось бы и вовсе шуткой несмешной,
Но всё же доброй, хоть бессмысленной, потехой.

Дождинкой постучусь в твоё окно,
С лучами солнца, нежными, сплетаясь.
Везде и всюду, просто помни лишь одно:
В капельку счáстья для тебя я превращаюсь.


Картинка из www

Как удар гильотиной по сердцу, твое признание.
Я, конечно, всё знала, но ты произнёс это вслух.
Пусть на тёмном окне, силуэтов ещё очертанье,
Только всё ли ещё это лишь силуэты нас двух?

Боль крадётся внутри метастазами злейшей болезни,
Результат твоих слов, к сожалению, необратим.
По стеклу бьют дождинки, как тысячи маленьких лезвий,
Ты вдруг стал для меня… непонятно уже и каким.

Понимала сама, но надеялась всё же на чудо.
Всё мечтала услышать заветные эти слова.
И ты их произнёс, только ты их сказал почему-то,
Про неё. И увы, совершенно ведь, не про меня.

Космополитен, Мохито,
Два шампанского с утра.
Белое вино - не хитро,
Но ведь тоже - не вода.

Красного вина бутылка,
Кайпиринья, Маргарита,
Голубой Лагуной, пылкой,
Было всё это запито.

А ещё Пина Колада,
Джин, Мартини, Апероль,
Никуда совсем не надо,
Льётся речкой алкоголь.

Третий день уже в запое,
Стали красочней пейзажи.
Ну, а самое шальное
Был, конечно, Секс на пляже.

Зимний дождь, слегка, потусторонний,
Летом по-осеннему хорош.
Льётся  на простертые ладони,
Непослушный локон ты не трожь.

Не тревожь каштановые волны,
Глаз зелёных не буди огонь,
Разбивают небо вспышки молний,
Мир наш общий ими рассечён.

Никуда не спрятаться, не скрыться
(Ветхий схрон заполнен пустотой).
Капельки запутались в ресницах
От стенаний - нам ведь не впервой.

Прячем боль мы в сердце обветшалом.
Некуда, паскуду, отгрузить:
Накрывает мокрым, зимним шквалом,
Всё как будто чётко, на мази.

6.1.25

Machete de plata & Ελενα

Темный ночь и серьезный беседа.
В права входит свои недосып.
Хочу я рифмовать здесь «победа»,
Чтоб пробить любой стереотип.

Но увы, ещё ночь очень темный,
Наш беседа - один сплошной сюр.
Зато будет стишок этот скромный,
Самой лучшей из всех авантюр!


Acryl Brush & Ελενα

«Это не я фригидная. Это ты скучный»
N.N.

Есть кто-то очень интереснее меня.
Ложатся от ресниц на кожу тени.
Парадоксальных, внутри, чувств белиберда,
Но это в общем, не первостепенно.

Там долгий взгляд надменный, грозный, с высока,
Холодных плеч манящая прохлада.
И пусть, с тобой, она в общении дерзка,
Меня тебе уже совсем не надо.

Ну, что ж, ступай. Не нужен мне тогда и ты.
Таких надменных в жизни очень много,
Но нету подлинной в них вовсе красоты
И потому, в глазах их безнадёга.

***
А ты поймёшь, на этот хрупкий лёд ступив,
И над холодной безразличностью скользя,
Какой паршивый у Вселенной креатив:
Всегда есть кто-то… интереснее…
тебя.

Я зря скучала по тебе
С молчанием в уединеньи.
В немой, отчаянной мольбе,
В покорном, внутреннем смиреньи.

Отдавшись року своему,
Забыв наивную надежду,
Поверив лживому псалму,
Навек застынув где-то между.

Не дождалась, не обрела,
Я ни тебя, ни веру в чудо.
Сдавили руки добела,
В своих объятиях… Иуду.