Ты мне душу бередишь,
Я тобою брежу,
Пред тобой не устоишь,
День и ночь я грежу.

В твоём сердце тишина,
В моём – пламя бьётся,
Чашу боли пью до дна,
Как тебе живётся?

​Ты проходишь, как во сне,
Взглядом не согреешь.
Почему же только мне
Равнодушье веешь?

Не кляни меня за страсть,
Не кляни за грёзы,
Я хочу уже упасть
На шипы той розы.

Непрочитанные, летящие,
Но застрявшие под луной.
То ли дни на земле пропащие,
То ли я, как всегда, чужой.

Непрочитаны, неотвечены,
Оседающие в пыли,
Ожиданием изувечены,
Мхом раскидистым поросли.

Непрочитаны сообщения.
Как бельмо на моём глазу.
Показательно отношение.
Что ж поделать. Перенесу.

Я не хочу тебе мешать
Своим присутствием напрасным,
Чтоб в прах твой мир не разрушать,
Исчезну днём одним прекрасным.

Я стану частью тех потерь,
Что ты, наверно, не заметишь,
Тогда закрой плотнее дверь,
А-то ты светом рикошетишь.

Oublie le public, les décors, l'illusion,
Les mots qu'on jette à la foule en fusion.
Plus de performance, plus de faux semblants,
Viens me parler, tout simplement.
​Laisse tomber les feux de la nuit,
Et les bravos stériles qui font du bruit.
Quand nous serons tête-à-tête, tous les deux,
Le seul éclat qui reste sera dans nos yeux.
​Juste ton regard qui éclaire le mien,
Dans cet espace où personne ne vient.

Что не так с тобой, милая девочка?
Ты бежишь от меня впопыхах.
Но у компаса сломана стрелочка,
Ты плутаешь в своих же следах.

Ты боишься простого дыхания,
Слов живых и открытых дверей,
Заменяя своё же желание
Бесконечной игрою теней.

Ты не веришь ни жесту, ни шёпоту,
Прячешь сердце в глухой полумрак.
Не подвластна души моей рокоту,
Может, что-то со мною не так?

Упал мой взгляд Вам на колени,
Безмолвен миг, и я молчу.
В плену волнительных томлений
Узнать Ваш тайный жар хочу.

​Скользит рука по мягкой ткани,
Смывая призрачный испуг,
В пьянящем, смутном урагане
Сближает чувства наши вдруг.

​Шёлк платья шепчет еле слышно,
Сползая медленно к коврам,
Дыханье станет неподвижно,
Едва прижмусь к Вашим губам.

Дрожит ладонь на бледной коже,
Волнует трепетная плоть.
Я этот миг, что всех дороже,
Уже не в силах побороть.

​Касанье губ скользит всё ниже,
Срывая вздох с горячих уст,
И с каждым мигом мы всё ближе,
А мир вокруг – безумно пуст.

Привет, белёсый друг мой верный,
Замена ты черновику,
Мой бесконечный лист двумерный.
Я улыбаюсь потолку.

Моё некрашенное небо,
Ты ждёшь, пока я утомлюсь,
Вбираешь боль мою свирепо,
А я в ответ в тебя смотрюсь.

Пустой ценой чужих сомнений
​Ты не изгадишь чистый холст,
Без ложных слов и сожалений,
Твой свет понятен мне и прост.

Я подниму ладонь повыше,
Как будто пробую достать
Твою невидимую крышу,
Твою заснеженную гладь.

Нас разделяют сантиметры,
Но между нами – целый мир,
Где не гуляют злые ветры
И не слыхать фальшивых лир.

Писать Вам права не имею,
В душе повис проклятый смог,
Но я пишу и не жалею,
Во мне Онегин занемог,

Я хоть немного Вас задену
Огнём пылая докрасна?
Мой стих летит в глухую стену.
Вы вновь молчите у окна.

​Хотите ль Вы упасть в объятья
Ко мне, чрез прочный свой порог,
Шепнуть ли страстные проклятья,
Чтоб я сильнее занемог?

​Иль там, внутри, остался холод,
И мой порыв – ненужный шум?
А может, чувства Вам позволят,
Меня лишить напрасных дум?

​Скажите «нет», рубите узел,
Приму Ваш жгучий приговор,
Ваш сумрак речи очень сузил
Всю нашу жизнь в один узор.

Ответьте, Таня, ради Бога,
Душе верните же покой!
Меня любви вела дорога,
Заблудший я и сам не свой.

​Скажите всё, как есть, без фальши,
Разбейте же иллюзий круг,
Чтоб знать мне, где скитаться дальше
Без Ваших глаз, без Ваших рук.

​Вы не даёте мне ответа,
Застыли в гордой тишине...
А я всё жду хоть проблеск света,
В своей сгорая болтовне.

Уплывет моё имя сквозь трещины,
Потерявшись в глухой вышине,
И слова, что казались зловещими,
Растворятся со мной наравне.

​Я останусь лишь тенью размытою,
Полумраком осенних ветров.
И с душою моею убитою
Затеряется эхо шагов.

​И когда над остывшими крышами
Вспыхнет полночи синий хрусталь,
Ты поймешь, что дыханья не слышала,
А мне будет уже и не жаль.

Я всё ещё рисую,
Смахнув песок с кистей,
Мазки напрополую
Ложатся кто быстрей.

Я снова полон света,
Палитра - мой закон,
Мир расцветает где-то,
Как нежности бутон.

Я чувствую движенье,
Как ветер в тишине,
И краски отраженьем
Рождаются во мне.

Я в этом лабиринте
Штрихов, теней, цветов
Пропал в последнем спринте
За гранями холстов.

Ты как аленький цветочек,
Я тебя хочу сберечь!
Ты же шлёшь лишь холодочек,
Не могу тебя разжечь.

Я и так уже и эдак
Льды твои пытался сбить.
Сколько нужно пятилеток
Чтобы все их растопить?!

Ты, конечно, королева,
Но не снежная же ведь!
Дай немного обогрева
И позволь к тебе взлететь.

Ты знаешь точно, где меня искать,
Каким богам молиться я не стану,
В каких мирах привык я пропадать,
Зачем спешу к ночному океану.

​До мелочей ты знаешь сложный нрав,
Каким огнём душа моя согрета,
В каких делах я был сто раз не прав,
И где блуждаю в поисках рассвета.

​Ты видишь, где кончается мой пыл,
Где гордость бьёт, а где смиренье дышит,
И сколько раз я всё в себе топил,
Когда никто вокруг меня не слышит.

И зная всё до вздоха, мелочей,
Ты держишь нить от главного секрета –
Ты кто, в тиши бессонницы ночей?
И почему молчишь ты без ответа?

Сентябрь пронзительно смеётся,
И брызжет каплями дождя,
Мне ничего не остаётся,
Лишь подчиниться, уходя.

Закрыть все окна, двери, шторы,
Укрыться пледом с головой,
Не видеть чтобы мониторы,
Не дотянуться чтоб рукой.

Убрать на полку книги, чашки,
Зажечь свечу, налить чаёк,
Оставить на столе бумажки,
И отложить питанья блок.

Не отвечать на стук соседям,
Амбарный вывесить замок,
И до весны уснуть медведем,
Чтобы никто не уволок.

Здравствуй, моя принцесса!
Радость моих очей.
Сам я сварю эспрессо,
Вот тебе чай твой, пей.
Тёплый хруст круассана
Нежно слетает с уст,
Нотками пармезана
Дышит свободно бюст.
Завтрак закончен мирно,
Мне поцелуи шлёшь,
Ты как всегда настырна,
Шаг сделать не даёшь.
Губки накрась, как прежде,
Чтобы оставить след,
Если не на одежде,
Я буду им согрет.
И целый день в разлуке
С грустью мы проведём,
Думая друг о друге.
Вечером – вновь вдвоём.

Мне б стихи научиться писать,
Чтобы тронуть души твоей струны,
Каждым словом тебя целовать,
И крутить колесо бы фортуны.

​Я бы рифмы сплетал из тепла,
Из рассветного мягкого света,
Чтобы ты прочитав, поняла:
Ты – моё бесконечное лето.

​Я б кричал о несбывшихся снах,
О дорогах, ведущих навстречу,
Чтобы в этих простых письменах
Затихал вмиг тревожный твой вечер.

И пусть сложатся чувства и грусть,
Пусть стихи мои несовершенны,
Но я в каждую строчку, клянусь,
Вложу трепет души неизменный.

Твой дерзкий нрав, твой золотистый локон,
Твой первый вдох под шёпотом дождя.
Я вижу чётко сквозь прохладу окон,
Как ты в мой дом заходишь, чуть галдя.

​Идёшь ты тихо, нежно, без оглядки,
С собой приносишь сладкую тоску,
Плетёшь из листьев яркие загадки,
Прижавшись робко к моему виску.

​В твоих объятьях столько увяданья,
Но ты прекрасней всех живых картин.
Я ждал весь год с тобою лишь свиданья,
Тобою пьян, с тобой я не один.

Иногда не хватает мне смелости:
Сбросить маски, шагнуть вниз, за край,
Не искать в чьих-то взглядах незрелости,
Не плести паутинный свой рай,
​Не смотреть на часы с замиранием,
Не искать оправданий себе,
И с фатальным не ждать содроганием
Тень пустых откровений во сне,
​Не терпеть невозможности выдохнуть,
Удушающий бросить контроль,
Из груди каменелой чтоб выпорхнуть,
Превратив ожидания в ноль.
​Но ведь смелость не в том, чтоб не чувствовать,
И не в том, чтоб бежать от огня.
В том она, чтобы просто присутствовать,
Изнутри сохраняя себя.

Я увидел в тебе отражение
Своих собственных смятых страниц,
А каков я в твоём представлении
Среди тысяч задумчивых лиц?

​Что читаешь ты в слова движении,
В гулкой паузе между двух фраз?
Есть ли там хоть на миг притяжение
Или только усталость у глаз?

​Я стою перед этим сомнением,
Не решаясь шагнуть за порог:
Стал ли я для тебя откровением
Или ты позабудешь мой слог?

Осень не радует. Пусто в душе,
Листья как мысли, кружат в тишине.
Серым туманом устлалась земля,
Солнце прощается, блекнет заря.

Сквозь золотые остатки листвы
Тянутся тени былой суеты.
Вечер всё раньше приходит во власть,
В этой тиши ощущается страсть.

Осень как память о пройденных днях,
Где каждый шаг был наивен в мечтах.
Осень в прощании дарит нам миг,
А каждый лист – незаконченный стих.

Я пройду вновь потери и бури,
Оставляя другим пустоту,
Будет мир мой по-своему хмурый,
Но я выберу в нём высоту.

Я пройду лабиринты иллюзий,
Где мечты умирают во тьме,
Победителем стану дискуссий,
Буду вечно себе на уме.

Я вернусь, но уже ведь не прежний,
С тихой грустью в глазах и без слов,
И найду в этой жизни я грешной
Смысл среди её острых углов.

В тени он бродит, как заблудший,
Порос обыденностью дел,
Он был когда-то самый лучший,
Но беспричинно потемнел.

Он не окрашен утром светом,
Забыл он вовсе про полёт,
И предпочтенье сигаретам
Без сожаленья отдаёт.

Мой день не дышит полной грудью,
Закован в рамках маеты,
Он поглащён одной лишь сутью -
Найти кусочек теплоты.

Меня осень внезапно накроет
Палантином желаний пустых,
Ощутимо вдруг сердце заноет,
Я наставлю опять запятых.

В тишине пожелтевшего парка,
Где шуршит под ногами листва,
От несбывшихся снов станет жарко,
Но застрянут в гортани слова.

​Растеряю остатки покоя,
Провожая спешащий рассвет,
И застыну над новой строкою,
На которой ответа мне нет.

​Ветер холод на улицу бросит,
Раздувая погасший очаг,
И беспечно печальная осень
Поведёт меня снова во мрак.

Ваш профиль затуманил мне сознание,
Боюсь на нём я взгляд свой задержать,
Идёт борьба с собой на выживание,
Кто Вас мне запрещает обожать?

И сердце рвётся в трепетном признании,
Но разум шепчет: лучше промолчать,
Ведь Вы как сон, как светлое мерцание,
Которое не суждено поймать.

Я воздух не тревожу Вашим именем,
Вы для меня – Вселенная преград,
Привык я быть с самим собою искренним:
Мне видеть Вас милей, чем звездопад.

И каждый миг, что связан с ожиданием,
Мою ночь превращает вновь в пожар,
Я тайным задыхаюсь обожанием,
В душе храня безумный свой кошмар.

Мне не нужно слишком много,
И не нужно слишком мало.
Тема есть для диалога -
Где души твоей начало?

До неё ищу дорогу
Передать ей чтоб приветы,
Я хочу всегда, ей-богу,
Ей нести цветов букеты.

Я планирую с разбега,
Нужно лишь подстраховаться,
И до первой капли снега,
В твою душеньку ворваться.

Никто не ранит, не молчит,
Не жжёт гремящей пустотой.
Здесь сердце больше не болит,
Я счастлив этой тишиной.

Вокруг покой и благодать,
Зудящих ран исчез и след.
О чём ещё могу мечтать?
Тебя ведь в этом мире нет.

Ты в списке тех, кого читаю я отдельно,
К чьим возвращаюсь строкам день за днём,
На профиль твой смотрю задумчиво, прицельно,
Горит он для меня святым огнём.

И будто кануло всё прочее в затменье,
Звучит в тиши твоих лишь мыслей гул.
Я в каждом новом зарифмованном движеньи
Нашёл причал и глубоко вдохнул.

​Твои удачные созвучия – оковы,
Ловлю подтекст я меж привычных строк,
Я на твоём всегда задерживаюсь слове,
Забыв про время и дневной поток.

​Пусть этот мир бежит куда-то суматошно,
Я замер снова у твоих страниц,
Мне без твоих стихов всегда до боли тошно
Среди чужих, неинтересных лиц.

Я свернул не на том повороте,
Или вовсе я сбился с пути,
Или, может, скучал на работе,
Когда ты появилась в сети.

И привычные рухнули грани,
И раздался душевный вдруг горн,
И тебя видел я на экране,
И лавины обрушились с гор.

Появились глубокие думы,
Перестал и ночами я спать,
Потерялся в твоём милом шуме,
Петь я начал и снова мечтать.

И открылись закрытые двери,
Разогнав накопившийся мрак,
Я впервые без споров поверил,
Что не случай случился, а знак.

Пускай твердят, что красота
Спасает мир от лишних бед,
Но если в мыслях пустота,
То гаснет самый яркий свет.

Я всегда влюбляюсь в сук,
В равнодушных стерв холодных,
Чтобы нежность – недосуг,
И, конечно, в несвободных.

​Чтобы жизнь была как ад,
С криком, драмой и грозою.
Скромным чувствам я не рад,
Упиваюсь остротою.

​Если встречу вдруг добро,
И покой, и пониманье,
Мысль щекочет под ребром:
«Это просто наказанье!»

​Подавайте мне пожар,
Бить посуду до упада!
Пусть в груди опять удар,
Но нормальных мне не надо.

Сорвался лист. Застыл секунды бег.
Сонет осенний начинает повесть.
Куда летит мой скоротечный век?
О чём молчит трепещущая совесть?

​Я наблюдаю этот плавный путь,
В котором нет ни страха, ни печали.
Мне бы себя хотелось упрекнуть,
Чтоб лета дни сейчас не угасали.

​Его полёт как знаменье судьбы,
Простой урок о неизбежном сроке.
К чему теперь величие борьбы,
Коль все мы здесь лишь временные строки?

Я выгнал её, наконец-то.
Свершилось бесчинство небес.
Без следствия и без наследства,
Ушла от меня в дикий лес.

Ни строчки, ни вздоха в догонку,
Не вспыхнет огарком свеча.
Я двери закрыл на защёлку,
Следы её сбросив с плеча.

​В тени нет её проявлений,
В углах улеглась тишина,
Без глупых её объяснений
Душа пребывает одна.

Оставил в покое куплеты,
Где каждый второй о любви.
С другим пусть она до рассвета,
Пусть им и поют соловьи.

Пусть мчит по холмистым дорогам
К другому поэту в блокнот.
А я назло всем монологам,
Себе сочиню бутерброд.

Списать в утиль несыгранные роли,
Забыть о том, о чём не стоит знать,
И поменять везде свои пароли,
Начать страницу новую писать.

Очистить память старого смартфона,
Все диалоги тоже бы в утиль,
Сменить свои немодные фасоны,
Чтоб ошарашил всех мой новый стиль.

В утиль отдать нелепые сомненья,
Пустые обещания друзей,
И не свои, навязанные мненья,
Что делали меня всегда слабей.

Ну что, учительница года,
Звонит пронзительный звонок.
Толпится люд у школы входа
Вот-вот начнётся твой урок.

​Ты там букеты принимаешь,
Детишек учишь в мире жить,
И ты совсем не замечаешь,
Как нелегко тебя любить.

Тебе – тетради, планов кучи,
Учебник, мел и педсовет.
А мне – чернильные лишь тучи,
И снова встреченный рассвет.

​Ты даже имени не знаешь,
Не ведаешь, о ком стихи,
В своих мечтаниях витаешь
И суетишься у доски.

Уйдёшь с охапкой сочинений,
О том, кто лето как провёл,
А я без всяких бы сомнений
Тебе своё бы вслух прочёл.

Пусть вечер город укрывает
И гаснет свет в твоём окне, –
Меня лишь осень согревает,
Пока ты снишься ночью мне.

Я останусь листом непрочитанным,
Строчкой блёклой, что режет тетрадь,
Жгучей болью навеки пропитанным,
Не приду я твой сон охранять.

​Я застыну наброском несказанным,
Тенью той, что исчезла вблизи,
Безраличием вдоволь наказанный,
Не пустив ни единой слезы.

​Я – случайный мотив, что забудется,
Шум дождя за закрытым окном.
Все надежды мои пусть не сбудутся,
Я останусь никем, в основном.

Je me déconnecte de toi,
Puisque ton cœur reste de glace,
Je renonce enfin à ce toit
Où je n'ai jamais eu ma place.

​Tu m'as laissé parler au vide,
Ignorant mes moindres sanglots,
Et devant ton regard aride,
J'ai ravalé tous mes beaux mots.

​Il n'y a rien à secourir,
Tu t'en fous de me voir tomber,
Alors je préfère partir
Plutôt que d'insister d'aimer.

Merci d'avoir renversé mon monde,
D'avoir brisé toutes mes lois.
D'avoir tué ma paix profonde,
Et fait taire ma seule voix.

​Tu es l’auteur de ce désastre,
De ce chaos si doux, si grand.
Ne reste pas sous ton seul astre,
Viens réparer tout dès maintenant.

Портрет твой рисовал я на холсте,
Сплетая свет из собственных фантазий,
И видел силуэт в той пустоте,
С действительностью не было где связи.

​Дарил тебе черты, которых нет,
Вникал в глубины выдуманной сути,
И верил искренне, что этот свет
Согреет душу среди серой мути.

​Я так хотел придумать этот сон,
Что сам поверил в созданную сказку,
Но образ твой, в который я влюблён, –
Лишь на слепых глазах моих повязка.

Иллюзия сгорает от тоски,
Храня в душе мираж, а не реальность.
Два мира разошлись и не близки,
Оставив мне лишь холод и банальность.

Тысяча и одно
Недостихотворение.
Стопка летит на дно,
Следом и вдохновение.

Эхом в пустом окне
Холод рассвета слышится,
Изморозь по спине,
Чувствам уже не дышется.

Тонет в густом дыму
Пара секунд сомнения.
Больше я не пойму
Сути их появления.

​Кается белый лист
В центре огня и копоти,
Ветер включает свист,
Я пропадаю в шёпоте.

​Тысяча и второй
Стих сгорит с сигаретою.
Снова проигран бой
С пылкой душой задетою.

Ты не вынесла многословия,
Что хранится в чертогах разума,
Я завидую хладнокровию,
Что имеешь ты, синеглазая.

Не согреть этот холод фразами,
Сколько слов ни бросай в молчание.
За твоими глазами-стразами –
Абсолютное избегание.

​Я ломаю перо влюблённости,
Выжигая стихи до пафоса,
Нет ни грамма тут одарённости,
Лишь иголки твои, от кактуса.

Поведи себя так, как не следует,
Воспитание как не велит,
Скинь же маску ты, что вечно сетует,
И забудь про привычный лимит.

​Преступи все негласные правила,
Сбрось оковы недоброй молвы,
Чтоб судьба обороты не сбавила,
Прочь от скучной, никчёмной главы.

​Пусть толпа тебе вслед возмущается,
Разбирает пусть твой каждый шаг,
Только в бунте мечты воплощаются,
Превращая сомнения в прах.

Августа последний понедельник –
Легкий вздох на грани сентября.
Вновь редеет календарь-затейник,
Лишние минуты не даря.

Время мчит, не ведая пощады,
Скроет летний шум и прежний зной.
Ищем смыслы там, где нам не рады,
А находим в вечности покой.

​Жизнь кружится вереницей лихо,
Падает за листиком листок.
Кажущаяся неразбериха
В опыт превратится и в урок.

Смоет дождь последнюю усталость,
Всё расставит строго по местам.
То, что в сердце светлого осталось,
Я осенним дням теперь отдам.

​Il n'y a pas de raisons, pas de mérites à avoir,
Le destin ne demande pas de permission.
Seuls les fous luttent contre le courant du soir,
Refusant ce qui est écrit sans condition.

​N'essaie pas d'expliquer ce qui brûle en toi,
Seuls les aveugles fuient leur propre lumière.
Laisse le vent effacer toutes tes peurs sans foi,
Ce qui est écrit ne devient jamais poussière.

Не скажешь никогда ты, что скучаешь,
Ведь проще ветер в клетке удержать,
И за улыбкой грусть свою скрываешь,
Боясь хоть словом слабость показать.

Я не могу играть с тобою в прятки
И первым тишину разрушу впрах.
Скажу, что жду, что мысли не в порядке,
И что скучаю вовсе не в стихах.

Зачем Вы меня читаете?
Всей сути не разгадать,
Вы только мне позволяете
Законно ночью не спать.

Теперь эти ночи длинные,
Лирический слог пишу,
Забыты дела рутинные,
Я только Вами дышу.

Зачем Вы меня касаетесь,
Ища между строк ответ?
Вы, кажется, улыбаетесь
Тому, чего вовсе нет.

​И если слова рассыпаны,
Как угли в глухом дыму,
Для Вас они были выбраны,
Зачем, когда – не пойму.

​И снова тетрадь открытая
Чернеет к утру сильней,
А ночь, лучами размытая,
Без Вас стала лишь темней.

Я в поисках куницы на сосне
Глаза ломаю третий день подряд,
Среди иголок видится лишь мне
Немного шишек, ветки и закат.

А выше – небо в цвет твоих очей,
Пролитое на купол над землёй,
Сначала взгляд становится темней,
Затем и вовсе тает под звездой.

Пусть вечер гасит зарево небес,
Смывая профиль милого лица,
Я всё смотрю в однососновый лес
И верю в бесконечность без конца.

Глаза ломаю третий день подряд,
Мечтая показать её тебе,
Куницы в мои степи не спешат,
И нашей встречи нет в календаре.

Ты не знаешь, что тебя цепляет,
Заставляет думать обо мне,
От чего глаза твои сияют
Ярче звёзд в полночной тишине.

​Я и сам не знаю, если честно,
Может шутят с нами небеса,
Понимаю: в этом мире пресном
Без тебя совсем уже нельзя.

Не сломать нам это притяженье,
Друг без друга больше не вдохнуть,
И живёт во мне ведь искушенье –
В синеву твоих глаз заглянуть.

Не ищи ответов у Вселенной,
Не пытайся разум убедить,
Кое-что на свете неизменно,
То не нужно знать, то нужно жить.

Пропадаю на самом краю,
Подо мной облаков одеяло,
Тихий ветер поёт песнь свою,
И заката горит покрывало.

​В этой бездне застыли слова,
Я сказать тебе не успеваю,
И кружится моя голова,
Я всё дальше и дальше от рая.

Мне не страшно упасть в эту высь,
Где ветра растворяют тревогу,
Только крепче за руку держись,
Укажи мне обратно дорогу.

Моя любовь – в пустыне крик,
Что гаснет в шёпоте ветров.
Для Вас я – тень, для Вас я – миг,
А Вы – весь смысл моих миров.

Я звал Вас к дальним берегам,
Искал следы в бреду ночей,
Но Вы не верите словам,
Моих не слышите речей.

В Ваш круг не вхож остывший дух,
Я чужд печалям Ваших дней.
Мой тихий голос чуть потух,
А стук у сердца всё сильней.

Один лишь Ваш неробкий взгляд
Способен душу мне пробить,
Но Вы полны чужих баллад,
А мне поэтом-то не быть.

Ты знаешь всё, что я храню в душе,
Казалось, под надёжными замками,
Я думал, что никто теперь уже
Её не вскроет голыми руками.

Но раз сумела разглядеть ты в ней
Всё то, что я скрывал от мира строго,
То с каждым днём становится ясней:
Она тебе предназначалась Богом.

На уровне героев скрыты лица,
В ходу доспехи, маски и шипы,
Но нам обоим по ночам не спится
В густой тени забот и суеты.

Мы ловим эхо в шорохе метафор,
Считаем пульс сквозь буквы и пунктир,
Так не молчи, мой самый тайный автор,
Переписавший мой привычный мир.

​Мы выжигаем строчками страницы,
Скрывая пламя за игрой ума,
Но как бы мне тебе опять присниться,
Чтоб ты во всё поверила сама.

Запретите себе меня вдохновлять,
Хоть попробуйте, самую малость.
Перестаньте так тонко мною играть,
Чтобы воля во мне оставалась.

Запретите себе. Ведь мне не помочь,
Кое-как я держусь за рассудок,
Но земля из-под ног уносится прочь
И исчезла устойчивость суток.

Запрещая себе, не смейте уйти.
Это просьба – лишь крик мой бессилья.
Вы заставили сердце вновь расцвести,
И расправить обмякшие крылья.

Давите глубже, дальше, глаже.
Сдержите свой пустой мандраж.
В моё! Конечно же, не в Ваше,
Воткните в сердце карандаш.

Пускай по венам тёмным соком
Течёт чертёжная руда,
Недолго было одиноко,
Легко мне станет навсегда.

Не пожалейте острый грифель,
Ломайте левое ребро.
Я перед Вами, я – Ваш зритель,
Вы не Мальвина, я – Пьеро.

Это наши с тобою границы,
Это наш бесконечный предел,
Где сливаются в шёпот страницы,
На которых не виден пробел.

Это наша замена дурману,
Это наш ядовитый елей,
Это близко ко сну и обману,
Только слаще от этих нам дней.

Это наше с тобою ненастье,
Это наш нераскрытый секрет,
На двоих – это наше ведь счастье,
Что сошлись мы с тобой тет-а-тет.

Alors, ma belle, tu as compris?
Tout ça est juste pour toi.
Le feu qui brûle dans la nuit
Ne cherche plus que tes pas.

​Tu te caches derrière tes mots,
Tu joues la forte, tu gardes le rang,
Mais sous ta glace, dans ce tableau,
Je vois couler ton sang brûlant.

​Laisse tomber ces dictionnaires,
Arrête enfin de me fuir ainsi,
Car dans mon ombre, dans ma lumière,
Tu n'as plus aucun abri.

Что ищешь ты в моей душе,
Зачем по ней проходишь?
Твои шаги – мне в грудь туше,
А ты всё бродишь, бродишь.

Оветы ищешь по следам
От старых строк и бредней?
Я всё отдал своим мечтам,
До капли, до последней.

Иди туда, где я стою,
Где пульс стучит реальный.
Ты рукопись оставь мою –
Живи не виртуально.

Молчание – древнейшее оружие,
Бескровно чтобы души убивать,
Угрюмое, и даже неуклюжее,
Способное без выстрела карать.

​Оно разит не тех, кто ждёт у берега,
А тех, кто крепко сжал курок в тиши.
Молчание – не сила, а истерика
Закованной безвольностью души.

Татьяна, милая Татьяна,
Опять я строки рву пером,
Под пар турецкого кальяна
Я Вам поведаю о том,
Как глубоки мои надежды,
Как ночь украла мой рассвет,
Как шею давят мне одежды,
Когда со мной Вас рядом нет.
Давно я Вами очарован,
Не помню, сколько вьюжных зим,
Ни разу Вами не целован,
Но безразличен к остальным.
Кальянный дух немного пряный,
Я вижу Вас в его в парах,
Татьяна, вовсе я не пьяный,
И не пропал в своих речах,
Я суть держу, но мне б хотелось,
Поверьте, Вас держать в руках,
И душу Вашу, я б осмелясь,
Лелеял нежно при свечах.
Дым разъедает мои очи,
Но я продолжу Вам писать,
И я взываю снова к Отче,
Чтоб вразумил Вас отвечать
На эти жаркие посланья,
Не заставляя меня ждать,
Чтоб согласились на свиданье,
А лучше б сердце мне отдать.
И мы бы жили припевая,
Я б Вас одну всю жизнь любил,
И ни на что бы невзирая
Я б Ваш характер выносил.
Решайтесь, милое созданье,
Отказа я и не приму,
Кальян хранит моё признанье,
Как подтверждение всему.

Субботний вечер, ароматный чай,
Кружится ястреб, небо разрезает.
Вниз тишина стекает через край,
Осенний гул на крышах затихает.

Меня уносит в позапрошлый день,
В холодных окнах гаснет свет далёкий,
Лежит на сердце сумрачная тень,
И воздух замер так же одиноко.

Вокруг сгустился мрак, пришла печаль,
Мысль затаилась, двери на засове.
Ну что за бред, не нужен этот чай.
Пойду налью свой очень жгучий кофе.

А я не знаю, как тебе сказать,
Что мой огонь зажжён давно тобою,
Я не умею пламя выключать,
Чтоб жар не обернулся мой бедою.
​Что каждый шаг к тебе как по углям,
И искрой каждый взгляд в груди пылает.
Я отдал всё бескрайним небесам,
Пусть ветер этот свет лишь раздувает.

Пишу я, не скрывая,
Что строки все тебе,
А ты ну прям такая –
Себе ты на уме.

То тайно улыбнёшься,
То глянешь свысока,
И снова отвернёшься
Легко, наверняка.

Пишу тебе напрасно,
Ответа не дождусь.
Ты холодна, прекрасна,
В стихах я задохнусь.

И рифмы пролетают,
Как шумный листопад,
В твоих глазах растают,
Я пью смертельный яд.

​Меня опять заносит,
Уйти не дам судьбе,
Строка меня подкосит,
Но выведет к тебе.

ххххххххххххххххх

И в личной тихой драме,
Приличьям вопреки,
Пишу я этой даме –
Не сердца, но тоски.