Нарежу краюху черствевшего хлеба,
Усядусь за стол и вывалю небо.
В нём яркие звёзды стекают огнём,
И нёбо немеет, сутулится дом.

​Я чувствую пропасть касанием рук,
Где гордость сбегает, ломается круг.
И сыплется время, как горстка монет,
И нет оправданий, и дня больше нет.

​И падают капли с застывших ресниц,
И кляксами пишется бархатный лик.
Я пальцы ломаю, бросаю во тьму,
И вою, как зверь, непонятно кому.

​А небо на скатерти бьётся, скуля,
И сыплется крошево из хрусталя.
И режут осколки до самой кости —
И некого в этой вселенной спасти.

Разговор по душам не получится.
Ночь темна, и она здесь — разлучница.
Вьётся сладкой улыбкой из звёзд
И, ложась на постылый погост,

Обнимает тебя, шепчет мерно:
«Шесть часов до утра — я твоя».
И дурманит твой взгляд пелена,
И в зрачках твоих — только она.

​И противился бы, да смертельна
Её власть над тобою, несомненна...
Ты сдаёшься под шёпот теней,
Без остатка доставшись лишь ей.

***
Пугающе красиво
Ты произносишь моё имя,
И дрожью бабочек
Вздымается в груди.
Пожалуйста, ещё раз повтори.

***
​Говоришь, я глупа.
«Я глупа», — повторяет эхо.
И кажется, нет части доспеха,
Есть только глупость, ты и я,
Что несомненно чарует меня.

***
​Как наивно было привязаться
К камушку у самого обрыва —
И в надежде не сорваться
Говорить: «Люблю, люблю»
Твоему поклацанному сапогу.

***
​Утренний кофе — туманный рассказ,
Образ идиллии — лживый анфас.
Всё это крутится, как по спирали.
Может быть, утро уже постирали?

***
Почувствовала запах дождя на асфальте,
Но проблема в гештальте.
Дождь в белом халате, в общей палате
Пьёт пилюли, говорит о зарплате.
Поливаю я, значит, поливаю, а мне на те —
Ни любви, ни симпатии, только опять дождь да слякоть.
Ну как я могу не плакать?

***
​Время грызет циферблат,
Словно голодная мышь.
Кто из нас виноват,
Что ты так долго молчишь?

***
​Чай остыл в забытой кружке
И стоял три дня.
Только на четвертый
Его вспомнила она.

***
​Ни гроша в кармане,
Только лишь туман:
Знает, сложно даме,
Когда пуст карман.

***
​Один укус — и бутерброд не цел.
А я живу уже, по меньшей мере, двадцать лет,
И вот укусов больше, чем костей.
Так отчего же я, по-твоему, целей,
Если меня глодало столько дней?

***
​Мы говорили часто-часто,
Как будто голуби на крыше —
И даже выше были звёзд.
Теперь же тише мыши
Стучит при встрече дрозд.

***
​Голос дрожал в старой телефонной будке,
По другую сторону кто-то ехал в маршрутке.
Я же стояла, как столб, между двумя словами:
Помнить или забыть всё, что было между нами?

***
​В груди тепло,
Но пахнет гарью.
Я побыла с тобой
И кажется теперь,
Как и она, сгораю.

***
​Не умею дружить — не выходит.
Я стою, и стоит тишина.
Говорят: злободневно водит
Бес по кругу, и круг из огня.
Попыталась шагнуть — душу сводит.
Может, и правда, хватит с меня?

***
​Чего ты хочешь?
Я ведь не собака,
И выполнять команды
Мне не по плечу —
Могу стихами порычу.

***
​Ты нелепа, глуха и печальна.
Пишешь мне, будто якорь здесь я,
А я — ветер, я очень случайна.
Налетела — узнала тебя,
И мне тошно, и жаль всю себя.

***
​Во мне уже всё решено
По отношению к тебе (печально).
Я уловила вдох, сгибаясь,
Теперь как будто бы в кино
Сквозь дни с тобой прощаюсь.

***
​Обрубаю слова, как полешки.
Смысл знаю лишь я —
для чего, для кого здесь пельмешки
в наготе первозданного дня.
Я кричу, я молчу, я кусаюсь
и стекаю, как капли дождя.
Ты поймёшь — я пойму, и никто
не поймает меня.

***
​Я не привыкла умолять,
И принуждать себя не стану.
Я думаю, уж лучше потерять
Тебя, других и сердца стук,
Чем нанести самой себе же рану.

***
​Последняя страница в блокноте —
Это всё о работе.
«Помогите, спасите» в категории
Об общепите.
Ну же, не курите и, желательно, не смотрите.
Я не всегда вывозила слова,
Иногда просто копировала саму себя.
А после — ну, последняя страница в блокноте,
Белая, словно манная белиберда,
И ни о чём, и о чём-то всегда.

Между чем-то и вовсе ничем
Мне искать ничего не хотелось.
Я, привыкшая жить без проблем,
Самой главной проблемой осталась.

​И стоит тишина у колен,
И стекают бессонные ночи.
Говорят, она выбрала плен,
Где рассвет ничего не пророчит.

​А я чувствую, будто сбегаю
По стене до упора вниз,
И сжимаются плечи устало,
И в груди — неудавшийся визг.

​Этот визг так и сгинет в гортани,
В штукатурке холодной стены.
Но, коснувшись невидимой грани,
Я избавлюсь от чувства вины.

​Ты права, я — лежачий камень,
Неудавшийся дубль сна,
Под который не бьет ручьями
Ни надежда, ни даже весна.

Истории ложатся мертвым грузом,
А ты упрямо смотришь на меня.
И для тебя я вовсе не обуза,
А что-то вроде радуги после дождя.

​И ты читаешь строки, видишь суть,
И, растолкав меня, ты не даешь уснуть.
В багряном цвете, цвете октября,
Ты просишь: опиши, ну опиши меня.

​И я пишу, как будто бы скучаю,
И в моих строках непохожие слова.
Я между ними тихо замечаю,
Что эта осень лишь тобой жива.

​И пусть истории ложатся мертвым грузом,
У нас с тобой написан свой сюжет.
Ты стала самой настоящей музой,
С которой я хочу встречать рассвет.

Если мир сузится до точки,
Я уверена, пойдут цветочки,
А вокруг расцветёт мороз —
Он подарочки всем принёс.

​И лежат в позе эмбриона
Тридцать три дядьки Черномора,
И все как один — царь и господин —
Хотят пятьдесят на пятьдесят и тарелку супа.

​На голове же сжата ступа,
И нет своего тулупа,
А из супа глядит русалка —
Ей тулупа ничуть не жалко.

​Говорит: «Забирайте, деды,
Только хватит уже болтовни!»

​Но в сжатой точке не развернуться,
Черноморам никак не проснуться.
Так и делят один табурет,
Ведь в пространстве свободных мест нет.

​И сидит над тарелкой кот,
Ухмыляясь во весь свой рот.
Он проглотит ту точку на завтрак,
И наступит безумное завтра:

​Где ни ступы, ни дядек, ни льда —
Лишь цветущая в небе вода.

Три ступени любви,
И я на последней.
Не дари мне цветы, 
Будучи первым,
Кто сожжет все мосты
И оставит паденьем
 
Те хорошие дни, 
Те минуты под солнцем. 
В этом мире любви 
Я в перекрестном 
Посылаю мечты, 
Все мечты свои к звездам.

И в падении вниз, 
К кукушкиным гнездам,
Моё сердце в огне —
И спасать его поздно.
Долетит ли мой крик
Сквозь сгоревшее лето?

Не дари мне цветы — 
Все давно уже спето.
Ты сожжешь все мосты, 
А я буду раздето 
Говорить о любви, 
Что давно вся из пепла. 

Нехорошие дни 
И минуты из боли.
В этом мире любви 
Я одна, по неволе, 
Посылаю мечты, 
Все мечты свои к звездам.

Три ступени любви,
И я на последней.
Не дари мне цветы, 
Будучи первым,
Кто сожжет все мосты
И оставит паденьем...

​Отчего это небо хмурное
Прячет алый закат за горой?
Оттого ли, что осень украла
Его томный июльский покой?

Или, может, пора наступила
Светлой грусти и тихих дождей,
И ложится туман сиротливо
На пожухлый багрянец полей?

И струится, и льётся, и длится
Бесконечная нить сентября...
Это осень листает страницы,
Хмурит небо и прячет себя.

И плывут в облаках вереницы,
И кричат холода свысока,
Только небу спокойно не спится:
В нём из птиц оголделых пурга.

Но за хмуростью та же страница,
А за осенью та же зима.
И за алым закатом зарница,
И за словом моим тишина.

​Мне, пожалуй, и небо приснится,
И улыбка его — весна.
Только ветер в окно постучится,
И за дверью опять она.

​В листопаде безумном кружится,
Оголяет леса и сады.
И небу хмурному не спится,
И нам так далеко до весны.

А я счастливой становлюсь лишь по утрам,
Когда ещё не навалилися проблемы,
И в кружке у меня дымится чай,
И по душе струится время.

​Я думаю: «Eres mi cielo».
И облака плывут легки.
Мне в этом утре так всецело
Хватает лишь твоей... руки...

​И солнце смотрит сквозь гардины,
Играют зайчики и блики на губах.
Как мало нужно для такой картины:
Лишь тишина и отражение в глазах.

[Куплет 1]
Ничего не прощается,
Ничего не уходит.
Всё в той точке кипения,
Что по-прежнему сводит
Руки к плечам и об стену.
Мир наизнанку — всё верно.
Фанатичны в любви,
Фанатичны в печали.

[Предприпев]
Если бы только могли —
Мы бы точно сбежали.
Кто куда, лишь бы скрыться
От иллюзий обмана.

[Припев]
Будто мы — это карма,
И посуда не мыта,
И у дома трава.
Но попробуй исправь всё —
И лицо всё изрыто,
И в окурках земля.

Только небо открыто,
Смотрит вниз на дома.
В нас по-прежнему что-то
Не прощает слова.
Отпустить бы друг друга,
Отпустить бы друг друга —
Но лишь крепче вина.

[Куплет 2]
Ничего не прощается,
Ничего не уходит.
Всё в той точке кипения,
Что по-прежнему сводит
Руки к плечам и об стену.
Мир наизнанку — всё верно.
Фанатичен в любви,
Фанатична в печали.

[Бридж]
Если бы только могли,
Мы бы точно сбежали.
Кто куда, лишь бы скрыться
От иллюзий обмана.

Только небо открыто,
Смотрит вниз на дома.
И в нас что-то по-прежнему
Не прощает слова.

[Финальный припев]
Будто мы — это карма,
И посуда не мыта,
И у дома трава.
Но попробуй исправь всё —
И лицо всё изрыто,
И в окурках земля.

Только небо открыто,
Смотрит вниз на дома.
В нас по-прежнему что-то
Не прощает слова.
Отпустить бы друг друга,
Отпустить бы друг друга —
Но лишь крепче вина.

[Аутро]
Ничего не прощается…
Ничего не уходит…
Отпустить бы друг друга —
Но лишь крепче вина.

Растворились во мгле обещанья,
Смыло временем лица и сны.
Я устала от долгих скитаний
В ожиданьи чьей-то любви.

И устав от слепых наставлений,
От расставленных кем-то помех,
Я бегу от навязанных мнений,
От готовых путей и утех.

Пусть дорога моя незнакома, 
И не видно вдали маяка, 
Я ищу не уютного дома,
А свободу, что так нелегка.

​И смеётся упрямое сердце,
И грохочет в груди душа.
Я нашла своё верное средство —
Жить по правилам только огня.

[Куплет 1]
Одиноко плачет, плачет тишина.
У прекрасной девы — ясные глаза.
Отдала печаль свою, тоску
Верному гнедому скакуну —
И несётся топотом копыт
Серый день, что будет позабыт.

[Припев]
И клубится небо облаками,
И цветут поля под небесами.
Вместе с горными хребтами —
Косы полнятся мечтами.
И ложатся, будто оригами,
Чувства — белыми бантами —
Под копытами и под ногами.

[Куплет 2]
Ну а дева с ясными глазами
Смотрит вдаль. Вдали она —
Раскрасавица-судьба.
На коне упрямом, на седом,
Восседает пряменько верхом.
И несётся топотом копыт
Новый день, что горести затмит.

[Аутро]
И смеётся, плачет тишина.
У прекрасной девы — ясные глаза.
Подаёт Судьбе она свою ладонь,
Замедляет шаг упрямый конь.
Ветер тихнет, обнимает ковыли,
Дева больше ничего не спросит о любви.

(И смеётся, плачет тишина.
У прекрасной девы — ясные глаза.)
(И смеётся, плачет тишина.
У прекрасной девы — ясные глаза.)

Как рыбки в пруду,
Плещусь и плыву.
Прозрачна вода...
А дна — ни следа!

​Может, небо — еда,
А кувшинки — из слёз?
Может, всё — ерунда,
И вопросы — беда...

​Только сверху да вниз
Опустились глаза...
Человек — стрекоза,
Егоза или слон?

​К слову, странный наклон...
Или, может, поклон?
Отражает вода:
Он такой же, как я!

​Только вместо пруда —
У него города.
И плывёт он туда,
Где шумит суета.

​И вода — как еда,
И кувшинки — из роз,
И вопросы — беда,
И пруды все — из слёз.

​И смотрят глаза,
Как блюдца без дна.
Рыбка — еда, пруд — ерунда.
Вот бы на море!

​А на море — шторма,
И солёная синь,
Там другие дома,
Бесконечная ширь.

​Но и там, в глубине,
Отражается взгляд.
Каждый — в собственной мгле,
И ни шагу назад!

​Пруд, река, океан —
Лишь масштаб для мечты.
Человек — Магеллан,
Ну а рыбка лишь кои.

...Не живу я на море...

Нитью тянется август над крышей,
И улыбкой своей шлёт привет.
Холодок по утрам поднимается
И на небе цветёт, как рассвет.

Сердце в раздумьях своих разрывается,
И бежит по мосту из комет.
Только лето, увы, потихоньку прощается,
Шепчет ласково: - "Память храни"

Пусть в тебе никогда не теряется
Ничего из июльской поры,
Пусть тепло каждый раз возвращается
В опустевшие, тихие дни.

А пока золотые мгновения
Тихо льются сквозь пальцы, как мёд,
Провожай это лето с волнением —
Пусть оно в твоём сердце живёт».

Гром гремит и молния струится,
Поволокой льётся полотно.
Хочется в мгновенье раствориться,
Птицею вспорхнуть в окно.

​И кричать, как ворон, и кружиться,
Намочить и правое, и левое крыло.
Ну а после — мокрою ключицей
Приоткрыть закрытое окно.

​В полумраке тихом притаиться,
Посмотреть на мокрое стекло.
С непогодой дикою проститься,
Осознать, что бурю унесло.

​В сон упасть и до утра забыться,
Ощущая в комнате тепло.
Пусть мне небо ясное приснится,
Где спокойно, тихо и светло.

Компас сбился, ветер в плач,
Кто же, кто же здесь палач?
Если полночь в рукаве
Протянула ножик мне,

​И под свет одной луны
Кто-то шикнул мне из тьмы...
Напряглась рука, как сталь:
«Выходи на свет же, тварь!»

​Только зеркало души
Слышит шепот, чует гарь.
Где-то здесь горит янтарь,
И под пеплом — витражи.

​Ну же, ну же, мне скажи,
Отчего кричит в груди?
Мол: «Его найди, поймай,
На куски разрежь и дай

​Ветру, свету, тишине,
Лесу, звездам и луне.
И сама вкуси росток —
Он укажет на восток».

​А потом иди, не плачь:
Ты в судьбе своей палач.
На рассвете — тьмы печать,
Больше нечего терять.

​Третий час молчим в машине,
И внутри — калейдоскоп.
Красный, жёлтый, жёлтый, синий...
Нажимай скорей на стоп.

​Мы летим в аквамарине
Сквозь туман и пыль дорог.
Ты не помнишь моё имя,
Я забыла твой порог.

​Ты теперь невыносимый,
Злюка, бука, остолоп,
Весь колючий, нелюдимый,
Мой мучительный озноб.

​Дальше ехать невозможно,
Выпускай меня в рассвет.
Сердцу больно и тревожно,
В нашем «завтра» смысла нет.

​Скорость сбрось. Мы прилетели.
Шаг на волю. Хлопнет дверь.
Мы с тобой дотла сгорели,
Друг без друга мы теперь.

Но рука на ручке дверцы
Замирает. Тишина.
И стучит в салоне сердце,
Словно лопнула струна.

​Ты посмотришь виновато,
Скажешь тихо: «Не дури.
В нашем „завтра“ нет заката,
Если ехать до зари».

​Вновь летим в аквамарине,
Растворив в тепле озноб.
Красный, жёлтый, жёлтый, синий...
Весь в любви калейдоскоп.

Затворила все окна
И закрыла все двери,
Лишь июльская дрёма
Ждет меня у постели.

​Тихо плавится вечер
В золотом полумраке,
Спят уставшие вещи,
И притихли собаки.

​Только теплая полночь
Дышит в щели паркета,
Проливая в окошко
Капли звездного света.

​И под шорох простынки,
Уплывая в туман,
Сон вплетает картинки —
В мой ночной океан.

​Забываются мысли,
Гаснут тени впотьмах.
Жизнь застыла в затишье
На июльских часах.

[Куплет 1:]
Не мешай мне сойти с ума,
Волки воют, а я одна.
А вокруг лишь дурман-трава,
Я в охапку её на плечо.

​[Припев:]
Ну а чё? Чё? Чё? Чё?
Небо не скажет ни чё,
И дым закутит в небеса,
И на травинках роса.

​Зашипит, испарится ввысь.
Счастье, ну же, случись!
Пригуби мой отварчик из слёз
И рассыпь на меня сотни грёз.

​[Куплет 2:]
Чтобы я танцевала в лесу,
Заплетая туманы в косу.
Чтобы сердце забилось опять,
И мне было на всё наплевать!

​[Предприпев:]
Не хочу хлопотать, не хочу!
Я от боли своей хохочу.
Сброшу тяжесть невидимых пут,
Пусть меня в этом мире не ждут.

​[Бридж:]
Засмеюсь, побегу босиком
Под серебряным лунным серпом.
Так не стой у меня на пути,
Дай с ума мне красиво сойти.

​[Куплет 3:]
Волки воют, и ночь так темна.
Я сегодня собою пьяна.
Растворюсь без остатка в глуши,
В самом диком порыве души!

​[Финальный припев:]
Ну а чё? Чё? Чё? Чё?
Небо не скажет ни чё,
И дым закутит в небеса,
И на травинках роса.

​Зашипит, испарится ввысь.
Счастье, ну же, случись!
Пригуби мой отварчик из слёз
И рассыпь на меня сотни грёз.

[Куплет 1]
Закрываем глаза —
А за ними бегут поезда.
И кричат, и кричат, и кричат,
И летят, и летят, и летят —
Самолётами, ётами,
Между небом и рельсами.

[Припев]
Наши чувства — как карты Таро,
И если нам выпала «Смерть»,
Мы поставим её на зеро.
И закрутятся вновь поезда
В ритме сонных дорог, города.
Ну а мы — ни туда, ни сюда.

[Куплет 2]
И в составах так много имён,
Что время походит на сон.
Ну а мы открываем глаза...
И бежим, и бежим, и бежим,
И летим, и летим, и летим,
Самолётами, ётами.

[Бридж]
За огни с горизонтами,
Где осознанно созданы
Нити вен вперемешку с сырьём,
Мы себя, как багаж, отдаём —
В этот пульс, в этот гул, в этот свет,
Где нас больше, по сути, и нет.
Только цифры, вокзалы, края...

[Припев]
Наши чувства — как карты Таро,
И если нам выпала «Смерть»,
Мы поставим её на зеро.
И закрутятся вновь поезда
В ритме сонных дорог, города.
Ну а мы — ни туда, ни сюда.

[Аутро / Финал]
Ну а мы закрываем глаза,
И опять — поезда.
А по картам Таро
Нам давно всё равно.
Мы отводим глаза —
Ни туда, ни сюда.
И кричим, и кричим, и кричим,
И молчим, и молчим, и молчим...
А за нами давно поезда,
И билет как один —
Мы просто летим.

Не пугай меня, мама, ночной темнотой,
Я верно упрямый, немного хмельной.
И ноги несут меня той стороной,
Где три часа ночи, где тишина —
Ложится на плечи, как перья любви.

​Шекспир не напишет, но мне так нужны
Эти тайные встречи, улыбки до слёз.
Мама, твой мальчик и правда подрос:
Влюбленный в Джульетту, не знает преград,
Он тело оставит в аллейной тени.

​Но мама, пойми — Ромео не знает цены!
Лишь алая кровь омывает слова.
Тайные встречи, расплата и боль —
Говоря по-шекспирски, всё это игра.
Я усну и проснусь — всё как было вчера.

​Не держи меня, мама, я вновь ускользну,
Как Ромео к Джульетте, век за веком во тьму.
Ведь любовь наизнанку и в перьях беда,
Ангелы падают, и в них города.
Только Ромео к Джульетте — всегда, навсегда.

Мир исчез, и под веками звезды
Машут крыльями, дышат огнем.
И в касании, бесконечно позднем,
Мы опали, как пух под дождем.

​И, испачкав все мысли мечтами,
Оказались у края луны.
Никого между нами и с нами —
Только глупые, мерзкие сны.

Надкусила яблоко — оно черно как угли.
Я подожгла — и загорелись будни.
В моих словах порой одни лишь муки,
И я полю-полю от полной скуки.

И сад Эдема вырвав на корню,
Я приручила злого змея.
Он мне мурлычет, иногда шипит:
«Мол, больно? больно? скоро отболит...»

А я не верю ни словам, ни вою,
И тишина моя по-прежнему кипит.
И я в падении своём не скрою:
Я вырывала искренне, с любовью...

​И, как учили мать с отцом,
Делила поровну и отдавала больше.
И оттого ли стала я венцом,
Что змей не смог противиться мне дольше?

​Под лай соседской псины
Мне не спалось совсем:
Кричали стены, обжигали мысли,
Впивались цепко серые глаза.

​И я истошно бегала по льдине,
Что в глубине меня плыла.
Я обернулась в её имя
И прошептала в темноту:

​«Я не зову тебя, тебя я не зову!
Так отчего же ты вцепилась
В мою ночную слепоту?»

​Не разгляжу ни стрелок, ни узоров,
Не распознаю я ни слов, ни фраз,
Лишь тонкой пеленой обиды
Украдкой вымотаю третий час.

​А после стихнет псина,
И заморгают шторки моих глаз.
Такая вот история картины,
Что, разбежавшись, скрылась в нас.

​И то и дело, как скотина,
Как жадный вепрь, разрывает грудь...
Обычная ведь ссора,
Но ощущается — как не вдохнуть.

​И я печатаю твоё дурное имя,
Пишу: «Прости», — ты отвечаешь лаем...
И пусть.
Теперь я мирно засыпаю.

[​Куплет 1]
Ты мой номер один,
Я твой номер не в счёт.
Этим летом кипим,
Как поднятый капот.
На губах R&B, а на сердце — дабстеп,
Каждый хочет любви,
Но, конечно, не ты.
И неоновый свет
Так и бьётся по нам.
В этом минусов нет —
Лишь посты в Инстаграм.

[​Припев]
И текут, и текут
Эти ленты в сети,
И бегут, и бегут
Лета жаркие дни.
Ну а ты, ну а ты,
Накрути, накрути
Эти лайки в сети
И смотри, и смотри,
Как бегут поезда,
Ну а нам не туда.
(Ну а нам не туда).

[​Куплет 2]
И мы крутим басы,
Но они не про нас.
На руках полчаса —
Как упущенный шанс.
На губах R&B, а на сердце — дабстеп,
Ты не ищешь любви —
Мы меняем сюжет.
И неоновый блик
Режет ночь пополам.

[​Бридж]
Я твой номер один,
Ты мой номер не в счёт.
Кто из нас победит?
Кто кого пережжёт?
И пускай, и пускай
Ленты крутят неон,
Улетай, улетай,
Выключай телефон.

​На губах R&B, а на сердце — дабстеп,
Я искала любви,
Но любви больше нет.
Этот бас — на повтор,
Этот трек — по ушам,
Ты листай, ты листай
Свой пустой Инстаграм.

[​Аутро]
И пускай поезда
Бегут в никуда,
Мы с тобой никогда,
Слышишь? Нам не туда.
(Ну а нам не туда).

​И текут, и текут
Эти ленты в сети,
И бегут, и бегут
Лета жаркие дни.
Ну а ты, ну а ты,
Накрути, накрути
Эти лайки в сети.

[Интро]
Говорят, по статистике, один из десяти знакомых непременно должен любить тебя…
Но почему же это всегда не ты?

[Припев]
Это всегда не ты.
Кто-то другой из толпы
Несёт и дарит цветы,
Строит мосты, а ты
Сжигаешь все эти мосты
С той стороны.
(С той стороны.)

[Куплет 1]
И кажется, Купидон не прав,
И стрелы летят в небеса.
И кто-то, решая за нас,
Отводит твои глаза.
И времени быстрый бег
Разбивает нас на года —
Где ты не мой человек,
А я не твоя судьба.

(И кругом идёт голова...)

[Припев]
Это всегда не ты.
Кто-то другой из толпы
Несёт и дарит цветы,
Строит мосты, а ты
Сжигаешь все эти мосты
С той стороны.
(С той стороны.)

[Куплет 2]
И ангелы, крылья избив,
Просят тебя отпустить.
Но руки — как поезда —
Тянутся прямо к твоим.

И этот немой мотив
Тянет незримую нить.
Нам с тобой никогда,
Но всё-таки, может быть...

[Бридж]
Стрелы вернуться вниз,
Чтобы найти тебя
Среди всех этих глаз,
Что смотрят на нас
(Смотрят на нас, но...).

[Припев]
Это всегда не ты.
Кто-то другой из толпы
Несёт и дарит цветы,
Строит мосты, а ты
Сжигаешь все эти мосты
С той стороны.
(С той стороны.)

[Аутро]
С той стороны...
(С той стороны.)

[Интро]
Кто ты для меня?..

[Куплет 1]
И что же мне делать с этой любовью?
Бегущей по венам, сжигающей болью.
И время не лечит — сдирает бинты.
И кто же поверит, что виной всему ты?
(всему ты... ты...)

[Припев]
Иллюзия — время.
А истина — крик.
Любовь — это пламя...
Пронзившее миг.

И звёзды мертвее падают вниз.
Любви не жалея...
Сгораю дотла.
(Сгораю дотла.)

[Куплет 2]
А небо всё плачет слезами дождя.
Ведь с тобой всё иначе...
Я не раню тебя.
(Я не раню тебя...)

[Аутро]
И пусть догорает...
Остаток из дня.
Никто не узнает,
Кто ты для меня.

[Куплет 1]
Обними меня крепче за плечи,
Не хочу открывать своих глаз.
В этом мире, где тени всё резче,
Пусть реальность отступит от нас.
Не хочу ни бежать, ни скрываться,
Ни тонуть, ни пытаться спастись —
Я хочу лишь в моменте остаться,
Пока в бездну срывается жизнь.

[Предприпев 1]
И не важно, чем кончится вечер,
И не страшно, когда всё кругом
Запылает, как старые свечи,
Опаляя и наш с тобой дом...

[Припев]
И ты ведь знаешь: мы не станем теми, другими,
Кто пепел от злости сжимает в горсти!
Мы останемся вечно живыми,
Чтобы свет сквозь века пронести.
Останемся вечно живыми,
Чтобы свет сквозь века пронести!

[Куплет 2]
Пусть за окнами рушатся зданья
Или плавится камень эпох —
Мы в границах простого касанья
Ловим каждый прерывистый вдох.

[Предприпев 2]
И падают золотые короны
В океан догорающих дней,
А любви неизменной законы
Становятся ярче горящих морей.

[Припев]
И ты ведь знаешь: мы не станем теми, другими,
Кто пепел от злости сжимает в горсти!
Мы останемся вечно живыми,
Чтобы свет сквозь века пронести.
Останемся вечно живыми,
Чтобы свет сквозь века пронести!

[Бридж]
И когда над остывшей планетой
Тишина разольётся рекой...
Мы наполним её своим светом,
Красотой, что родится в любви.

[Припев]
И ты ведь знаешь: мы не станем теми, другими,
Кто пепел от злости сжимает в горсти!
Мы останемся вечно живыми,
Чтобы свет сквозь века пронести.
Останемся вечно живыми,
Чтобы свет сквозь века пронести!...

[Аутро]
Мы взойдём над золой и руинами,
Словно первый росток из зерна...
Я люблю тебя — свято и сильно,
И навек закрываю глаза.
Обними меня крепче за плечи —
Это не наша с тобою весна.

Так привычен туман над болотом,
И мой взгляд на черном крыле,
И дерево, опиленное в виде рогатки, —
Такое родное, но только лишь мне.

​И я не бегу, и не убегаю,
Питаю собою весенние дни,
Говорю, обнажаю себя до кости…
Мне кажется, я в невесомости —

​В объятиях ветра и света
В чудной, незримой любви.
И всё моё море в моей же груди
Так радостно плещется: «Не уходи».

​И руки протянуты ветвью дорог
В попытках втянуть тебя в этот поток,
Где время застыло в янтарной смоле,
Оставив лишь тени на мокрой земле.

​И в этой тиши, где не просят имён,
Стирается грань между явью и сном.
Мы — капли в тумане, мы — часть пустоты,
Где нет больше «я», где не нужно и «ты».

Растворяется контур, растворяется плоть.
И нас больше некому судить и колоть.
Мы — корни, ушедшие в мягкую тишь.
Ты вместе со мною над бездной паришь.

​И пусть этот берег забыт и далёк,
Внутри зажигается твой фитилёк.
В тумане, где птица качнула крылом,
Мы станем началом, мы станем теплом.

​И всё так привычно: туман над болотом,
И мой тихий взгляд на вороньем крыле,
И дерево, опиленное в виде рогатки, —
Такое родное теперь и тебе.

И что-то опять не так,
И что-то опять не то.
Только один буерак
Привычно горит огнем.

И небо — как серый холст,
И время — как горький дым.
Ласкает своим теплом
И делает всё молодым.

Да только не та трава,
И ручейки не те,
И хороша весна,
Но не в своей красоте.

И шепчет лесной массив
О чем-то, чего не жаль,
И мир безнадежно крив,
И манит иная даль.

Сгорая в огне рассвет,
Сметает золу дорог,
И правильных слов здесь нет,
Лишь пыль у знакомых ног.

И кто-то уходит прочь,
Не кончив последних фраз,
И вроде бы я за ним,
Но что-то опять не так.

Он — это просто тень,
Я же — дыханье дня.
Только в полночный час
Нет ни его, ни меня.

Лишь пепел летит в овраг,
Скрывая погони след.
И что-то опять не то,
И что-то опять не так.

[Куплет 1]
Не лечи меня молчанием, я в этом деле профи:
Не скажу ни слова и не выпью твоё кофе.
Можешь и дальше сверлить меня глазами —
В конце концов, в них всё твоё очарование...

[Предприпев]
Не задерживай дыхания...
Не задерживай дыхания!

[Припев]
Не веди себя как в мыльной… опере —
Мы всего лишь раз целовались в «Опеле»...
Говорили по душам, вызывая балаган
Из больших и маленьких рваных ран.

[Куплет 2]
Оказалось, ты не любишь мультиков,
я — пельменей.
И в нашем списке из преступлений:
У тебя — психолог, у меня — блокнот,
И мы двое из нелепых и не точных нот.

[Куплет 3]
Держим расстояние, как в начале боя,
Ухвати меня глазами прямо за живое.
Но я промолчу, твердя себе одно:
В нашей катастрофе — я борец сумо.

[Бридж]
Бей меня, как в гольфе,
(Молчанием...)
Бей меня, как в гольфе!
(Очарованием...)
Проиграю только лишь объятиям,
Всем твоим несказанным проклятиям.

[Аутро]
И в обнимку лишь с тобою,
Прерывая всё молчание,
Я скажу тебе, моё милое создание:
— Не задерживай дыхания...

Не веди себя как в мыльной… опере —
Мы всего лишь раз целовались в «Опеле»...
Говорили по душам, вызывая балаган
Из больших и маленьких... рваных ран...

Я всё ещё пью кипяток.
Эта память во мне, как ток,
Бьётся временем прошлых лет.
В них ты есть, а сейчас тебя нет.

И мне кажется странным свет
Прямо там, где ты оставила след.
И я пью кипяток по привычке,
Поджигаю тетрадей листы.

И горят ожидания, спички,
И психуют все наши мечты.
Говорю о тебе, вспоминая,
А мне говорят: «Отпусти».

А я не держу, просто желаю,
Чтобы помнились дни,
Где мы пьём кипяток
И гоняем друг с другом чаи,

Разливаем по кружкам вечность,
Не считаем минуты вслух.
Наша общая там бесконечность
Замыкает привычный свой круг.

И теперь я не плачу — мне жарко
От того, что внутри горит.
Наша жизнь была самой яркой,
А теперь в тишине — кипяток...

И когда за окном стемнеет,
Я на полку поставлю уют.
Ведь того, кто любить умеет,
Даже в памяти очень ждут.

Так диковинно, правда:
Проснуться в поту и понять,
Что живёшь не первую жизнь
И уже приходилось сгнивать.

Но вчера ещё было утро,
И повозки гремели вдали.
Слишком сыро и слишком громоздко
Нависали дождливые дни.

Я стояла другим человеком
Посреди мастерской, вся в пыли.
Пахло странно, почти незнакомо,
Но мне не хотелось уйти.

Я стояла и знала: я дома
В этой серости улиц, в грязи.
И сновали в рванье, в балахонах
Люди, бегущие от нищеты.

И казалось, что завтра не будет,
Ведь вокруг голодают и мрут.
От проказы, холеры и тифа
Не спасают ни темнота, ни уют.

Но не всё было так уж и плохо,
Ведь поля были полны травы.
И касалась руками тревога,
И дрожала безумно в груди.

Но улыбка летела сквозь стены,
И пахло цветами в пыли.
И бежали глаза, и касались руками
Стебельков, и ростков, и груди.

И было то счастье мне очень знакомо,
Как жёлтых цветков аромат.
Я вдыхала и видела свору,
Дворовую свору собак.

Они шарили в поисках пищи,
У меня же был полный голяк.
Я стояла и помнила жизни,
И было всё так...

Словно нужно прожить их,
И, проснувшись в поту,
Знать: были разные жизни,
И в этой я снова живу.

Карие глазки, рыжие прядки,
У этой девчушки характер кота.
В ней солнце запуталось сладкой повадкой,
А в мягких шагах — лишь одна чистота.

Она не придёт, если просто поманишь,
Гуляет сама по себе, не спеша.
Случайно зацепишь — и сразу поранишь,
Такая колючая в чем-то душа.

На окнах рисует лучами узоры,
Мурлычет под нос о заветных мечтах.
В её золотистых и вкрадчивых взорах
Скрывается тайна, застыв на устах.

А ночью, когда затихают аллеи,
В ней вновь просыпается древний инстинкт.
Она тишину нарушать не посмеет,
Плетя из фантазий своих лабиринт.

В ней нежность и гордость сплелись в беспорядке,
Её не приручишь — и в этом черта.
Карие глазки, рыжие прядки,
У этой девчушки характер кота.

Чертыхнулось в груди — это ты,
Мой полет в бездыханные чувства.
Там, где рушатся все мосты,
Ты поистине воздух искусства.

Я пишу тебя рифмами в стол,
А потом ты оттуда сбегаешь,
Превращая сердечный раскол
В ту симфонию, что выбираешь.

За чертой, где кончается слог,
Где стираются судеб границы,
Ты — мой самый красивый итог,
Что не сможет в реальности сбыться.

И горят за спиною мосты —
В этом пепле сквозит безупречность.
Там, где воздух искусства, есть ты,
И моя за тобой человечность.

***
Утро понедельника... Привет.
Я сошла с ума?.. О, нет...
Это больше не ответ?
Придётся выбраться?
В этот самый человеческий свет?
О, привет! Как дела? Привет!
Ох, нет-нет, утро понедельника,
Не давай мне этот свет.
Лучше кружку чая — и пусть я, скучая,
Буду смотреть в окно, где все так далеко-далеко,
А я так легко пью вино...

***
Кофе сбежал на плиту.
Маленький дьявол, гори же в аду!
Я тебя не вытру, и не смотри —
Не успеваю уже часа на три.
А ещё такси и недовольные лица...
Как здесь вообще умудриться
Быть камильфо в образе жрицы
И найти что-то вроде тряпицы,
Что подойдёт твоей луже умыться?..
Ну а пока — ключи в карман, вылетаю из дома.
Это фиаско мне слишком знакомо.
Пусть эта лужа сияет пятном —
Я разберусь с ней когда-то... потом.

***
Два носка разного цвета,
Я сегодня комета,
Или котлета — кто знает,
Что сегодня судьба нашарит.
Жизнь или драма — да впрочем, как всегда:
Главное, чтоб в кране не кончилась вода.
Раз в ботинках не видно — значит, я в тренде,
В этом бесконечном жизненном бренде.

***
Приехало барахло из Китая —
Очередь до моего сарая.
Подхожу, говорю: «Господа,
Вам не сюда!»
А мне говорят: «Ты кто такая?
Пошла вон из нашего сарая!
Ишь какая: ни стыда, ни совести.
От таких вот, как ты, все и горести».

***
Холодильник тарахтит, как самосвал,
И как только сам не устал!
Видно, ночью он в космос летал,
А под утро на кухне упал.
В нем замерзли и капуста, и кефир,
Он штурмует невидимый мир.
Я смотрю на него и молчу:
То ли сдать в утиль, то ли к врачу?

***
Купила сельдерей. Зачем? Не спросила.
В нем, говорят, первобытная сила.
Он в ящике вянет, грустит, умирает,
Пока меня бургер во тьму завлекает.
Сельдерей — это совесть, зеленая, злая,
Глядит на меня, из лотка выпадая.
Мой ЗОЖ завершился, не встав на крыло...
Зато мне с эклером сейчас повезло!

***
Есть ящик на кухне — там всё и всегда:
Батарейки, квитанции, чья-то еда,
Провод от фена, что сдох в девяностых,
Жизнь в мелочах — это очень непросто.
Ищу я ключи, а нашла календарь
За прошлый июнь... О, великий сухарь!
Там пуговицы, чеки и старый рецепт,
Моего бытия безнадежный скелет.
Закрою покрепче. Не трогай — убьет.
Там хаос домашний приюта всё ждет.

***
Уже заполночь. Светится белый экран.
Я в интернете — как в море баран.
Листаю картинки: успешный успех,
Кто-то худеет быстрее нас всех.
Кто-то печет идеальный пирог,
Кто-то на йоге закинул сто ног.
Я же — в пижаме, в крошках от булки,
В темном своем и пустом закоулке.
Палец листает... еще пять минут...
Так нас соцсети в могилу сведут.

***
Я ложусь, а в окне — всё те же огни,
Странные, быстрые, злые они.
Заведу я будильник на семь пятьдесят,
Пусть демоны утра в аду подгорят.
Закрываю глаза. Тишина. Пустота.
Всё — суета, и носки — суета.
Спи, жрица быта, комета в пыли...
Мы всё, что могли, в этот день донесли.

[Куплет 1]
По изгибам твоей души
Я скитаюсь, как дьявол без дела.
Ты красив — да так, что нет ниши,
Где тебя бы поймать я сумела.
Но в любви я не смела
Говорить о тебе, как хотела:
Ведь боги лепили тебя
Для другой женщины...

[Припев]
И нет ни причины, ни веского довода,
Чтобы ты, да без опыта,
Принял моё сердце,
Что хотело с тобою согреться.
Но ни места, ни грамма, ни цента
В твоём сердце нет для меня.
Лишь горечь, и пепел, и томности взгляд,
Что так и сгорят без тебя...

[Куплет 2]
И небо — как стружка, и звёзды — как иглы,
И нет ничего, что хотелось бы больше,
Чем, сгорая, любить, бездыханно любить
Твою душу и сердце, что созданы были не для меня.
И я не скажу, не оставлю следа,
Как гаснут во тьме города... я не раню тебя.
Пусть мир твой сияет, пусть он будет цел,
Я буду молчать, чтоб тебя мой огонь не задел.

[Бридж]
И пламя, что в венах когда-то гудело,
Остынет, скрывая свой яростный рык.
Я вырву из памяти грешное тело,
Чтоб только души оставался твой лик.
Я стану прохладой в июльском бреду,
Случайным дождём на твоём полотне.
Сквозь тысячи жизней к тебе не приду —
Я просто останусь на той стороне...

[Пре-финал]
Где ты бесконечно прекрасен и свят,
Где нет ни обид, ни разлук, ни потерь…
Я любовью, чей голос навеки распят,
Залягу на дно, как напуганный зверь.

[Аутро]
И пусть не коснусь я заветного края,
Где сердце твоё замирает в груди —
Я буду любить тебя, просто сгорая,
У этой последней, для тебя непонятной, незримой черты.

[Интро]
Ха-ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха,
Ха-ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха,
Ха-ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха,
Ха-ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха!

[Куплет 1]
Клоуны смеются,
Дирижёр хрипит,
Вены раздаются,
Голова трещит.

[Куплет 2]
Отыграла сценку,
Словно в первый раз.
Обезьянке дали
Сделать реверанс.

[Припев / Переход]
Сахар на ладони,
В челюсти — узда.
Мы в пустом вагоне
Едем в никуда.

[Куплет 3]
Хохочи, младенец,
Прыгай через нож!
В этом липком танце
Правда — это ложь.

[Куплет 4]
Скрипнула арена,
Треснул потолок.
Вырезали вену,
Сделали глоток.

[Бридж]
Вкус крови солёный,
Горький, как полынь.
Выдох раскалённый...
Гасни, меркни, стынь!

[Куплет 5]
Занавес намокший
Тянет до земли.
Зритель передохший
Корчится в пыли.

[Куплет 6]
Ржавые пружины
Вылезли из рук.
Мы наполовину —
Тишина и звук.

[Финал]
Пустота в манеже,
Выжжена трава.
Мы теперь всё те же —
Мёртвые слова.

[Аутро]
Ла-ла-ла, ла-ла-ла,
Ла-ла-ла, ла-ла-ла,
Ла-ла-ла, ла-ла-ла,
Ла-ла-ла, ла-ла-ла...

Хохочи, младенец,
Прыгай через нож!
В этом липком танце
Правда — это ложь.

Так много слов и лишь щепотка правды,
И я устало щурюсь в свой экран.
Наверное, мне нужно больше кармы
Для той меня, что ищет идеал.

​И небо рушится на мои плечи,
И плечи — больно, больно, и дышать...
Я так привычно жду чего-то,
Что перестала вовсе лгать.

​Я говорю тебе: «Смотри в меня, мне это нужно».
Или не нужно — я не знаю, как здесь угадать.
Сегодня всё действительно натужно,
И лишь свободно хочется рыдать.

​Но знаю я: ведь это никому не нужно,
Поэтому не буду чувства разлагать.
Привычно выпью чаю и посмотрю в окно...
Наверное, я всё-таки скучаю по тому, как бью стекло.

Будь моим очерком,
Будь моей тайною.
Я люблю буквами —
Даже больше дыхания.

​Я хочу тебя мысленно
Вознести до касания
Всех святых и великих,
Что стали бессмертными

​В полотнах любителей,
Которые были как я:
С умением помнить
Даже время спустя

​О ком-то таком же, как ты,
Кто украл у сомнений мечты
И подарил их мне вместо
Не всегда цветущей любви.

Чёрный дым — да в небеса.
Запылала и запела вся роса,
И тонкой синевою полоса
От платья по дороге тянется.

И это ли любовь? И это ли мечта?
Потянула за руку и повела.
А за нами — ветер да зола,
И не вспомнить, где легла черта...

Да только больше я не та,
Что плакала у захудалого костра,
И широко раскрытые глаза
Теперь всё видят даже за версту.

И я вплетаю мысли в пустоту,
Иду одна, иду, иду...
И лепестками стелется земля,
И, кажется, я нахожу себя.

В упрямом взгляде в эту даль,
В попытках жить, а не стремиться в рай,
Я просто плоть и кровь, и лишь немного теста,
И для земли однажды стану я невеста.

Ну а пока не венчана со мной она,
Я жадно изучаю вязь из слов.
И это ли любовь? И это ли мечта,
Что так ласкающе ведёт меня?

И чёрный дым несётся в небеса,
И так прекрасно зеленеет полоса.
По строкам к музе — от неё к тебе,
А после всё, что было в голове,

Ложится на бумагу, как узор,
И кто-то прочитает, скажет: «Вздор!»
А чёрный дым всё так же — в небеса,
И лепестками стелется моя земля.

Пятый день подряд
Я схожу с ума.
Мысли говорят:
«Я люблю тебя».

А в саду цветут
Первые цветы,
И болит в груди.
Ой, болит в груди!..

От всей той любви,
Что несут ветра...
Ой, не до добра
Эта вся любовь.

Ведь не на крови,
Не на небесах
Не написано и не велено:
Мне любить тебя — не разрешено.

А сады цветут уже сотни лет,
И, схожу с ума, я схожу с ума
От любви к тебе. Даже вкус вина
Изменил себя, он изменил себя.

И сады горят, и ветра несут
Моих мыслей взгляд, сердца пересуд.
Языки шипят, говорят в аду:
«Будет место мне», — а я не войду.

Без любви твоей я схожу с ума,
И нет места мне, там где нет тебя.
И сады цветут уже сотни лет...
Я люблю тебя, так люблю тебя!

[куплет 1]
Что-то хочешь мне сказать — говори,
Меня не пугают твои пьяные понты.
Ты прячешь за ними всё, что внутри,
Но я вижу насквозь — как ни крути.
Выпускаешь сигаретный дым в небеса —
Это тёмная иллюзия или полоса?

[Предприпев]
Говори, не теряй лица,
Говори, пока время тянется.
Говори, говори...
Пока совесть не состарится.
Но не ври — можешь и пораниться.

[Припев]
Дым в небеса!
Дым, дым в небеса.
Время тянется...
Дым в небеса!
Дым, дым в небеса.
Отчего же твои губы
Так улыбаются?

[Куплет 2]
Я ведь не пытаюсь играть в игру.
Если нужно починить — я починю.
Если нужно порешить — я порешу.
Всё для того, чтобы свет не гас
В омуте твоих поэтично-грустных глаз...

[Бридж]
Я не дам тебе утонуть одной.
Этот город может подавиться своей толпой,
Но только не тобой, слышишь? Только не тобой.
Твои слезы — как пули, прямо в сердце.
Хватит молчать, моя милая принцесса.
Назови мне имя: кто тебя заставил плакать?
Я обещаю: он будет кровью харкать...
Кровью на пол, кровью на стол!
Кровью в ответ, кровью на свет!
Назови его имя — и его уже нет.
(Клянусь, его уже нет...)

[Припев]
Дым в небеса!
Дым, дым в небеса.
Время тянется...
Дым в небеса!
Дым, дым в небеса.
Отчего же твои губы
Так улыбаются?

[Аутро]
Говори, не теряй лица.
Говори, пока время тянется.
Говори, говори...
Пока совесть не состарится,
Но не ври мне, не ври —
Ведь можешь и пораниться.

[Куплет 1]
Не растрачивай себя на слова.
И если кругом идёт голова,
Помни лишь одно: суета
Никогда не ведёт до добра.
И если вдруг тишина вокруг,
Помни, что ты сам себе друг.

[Предприпев]
Так что не склоняй головы,
Не сутуль свой красивый стан.
Без придуманной вины
Не бывает душевных ран.
И, как сказал один хулиган:
«Не стреляй по своим же ногам».

[Припев]
Шум и гам тут и там,
Я прибилась к словам.
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!
Поцелуи — к мечтам
И сломанным мачтам.
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!

[Куплет 2]
Говорю и тону, говорю и — ко дну.
Всё равно не пойму, почему
Прикрепилась к тому одному —
Неприятному, глупому слову,
Что твердят за спиной, а в лицо
Кидают, словно тухлое яйцо.

[Бридж]
И цок-цок-цок по слогам,
Слышу, как звучит: «Странная мадам».
И цок-цок-цок по слогам...
(К черту их слова!)
К черту их слова!

[Припев]
Шум и гам тут и там,
Я прибилась к словам.
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!
Поцелуи — к мечтам
И сломанным мачтам.
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!

[Аутро]
(Па-ра-ра-ри-ра-а-ам...
Па-ра-па-па-пам...)
Поцелуи — к мечтам...
И сломанным мачтам.
И, как сказал один хулиган:
«Не стреляй по своим же ногам».
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!

— Странная мадам?
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!
— Странная мадам.
Бам-бам-бам, бам-бам-бам!

[Куплет 1]
Ты строил идола из воска и тряпья,
Считал пропорции, не глядя мне в глаза.
Тебе важна обёртка, глянец, силикон,
Но ты нарушил главный кукольный закон:
Не зли того, кто не умеет говорить,
Ведь он однажды может взять... и закурить.
Твой «Кен» расплавится, стечет на ламинат,
Добро пожаловать в мой персональный ад.

[Припев]
В твоих желаниях — быть с Барби?
Смотри... Я стану настоящей Лотти.
Сожгу тебя дотла! И лишь немного плоти
Оставлю на костях...
Лишь шевелюру и немножечко бровей.
Ведь так ты кажешься живей.

[Интерлюдия]
Пластмасса... капает.
Твое лицо... меняется.
Оно... течет.
Оно мне... улыбается.

[Куплет 2]
Я препарирую твой страх тупым ножом,
Мы в этой комнате останемся вдвоем.
Ты так хотел фарфор — я обнажила кость,
Ты в этой жизни лишь незваный, хрупкий гость.
Смотри, как плавится надменный твой оскал,
Ты именно такую «куколку» искал?
Я заплету в твои останки алый бант,
Мой обгоревший, мой послушный адъютант.

[Припев]
В твоих желаниях — быть с Барби?
Смотри... Я стану настоящей Лотти.
Сожгу тебя дотла! И лишь немного плоти
Оставлю на костях...
Лишь шевелюру и немножечко бровей.
Ведь так ты кажешься живей!

(Любитель красоты и выпирающих костей.)

[Куплет 3]
Застыл навечно в позе для витрин,
Мой самый драгоценный господин.
Ни складочки на коже, ни морщин,
Ты идеальней всех других мужчин.
Я вытру гарь с обугленной щеки,
Мы стали так безумны и близки.
Ты так хотел искусственной любви?
Ну что ж, любимый... вот она, лови.

[Припев]
В твоих желаниях — быть с Барби?
Смотри... Я стану настоящей Лотти.
Сожгу тебя дотла! И лишь немного плоти
Оставлю на костях...
Лишь шевелюру и немножечко бровей.
Ведь так ты кажешься живей...

(Хей-хей, хей-хей, хей.)

[Бридж]
Вам было мало глянца? Вам было мало лжи?
Ну что ж, ценители, я обнажаю жизнь!
Я выставляю этот лот на ваш позорный суд,
Пусть все «любители прекрасного» придут.
Смотрите, я сорвала все маски и фасад...
Вам нравится?... О, я безумно рада-а!
А-а-а, а-а-а, а-а-а.

(Хей-хей, хей-хей, хей.)

[Брейкдаун]
Эй, вы! Фанаты «истинной природы»!
Рабы стандартов, жертвы жадной моды!
Вам нужен эксклюзив? «а-ля натюрель»
и без прикрас?
Я провела для вас мастер-класс!
Смотрите, как он сбросил лишний вес,
Вот это — настоящий, блин, прогресс!
Ни ботокса, ни лживых фильтров в инстаграм,
Я этот уголёк дарю... всем вам...

[Аутро]
Подписывайтесь... Ставьте лайки.
На наши обгоревшие останки.
Следующий эфир — из крематория.
Вот такая вот... лав-стория.

[Куплет 1]
В твоих глазах танцуют искры янтаря,
Ты словно ранняя, весенняя заря.
Где ступишь шаг — там расцветают чудеса,
И отступает грозовая полоса.
Ты не умеешь притворяться и играть,
Твоя способность — просто быть и согревать.
Среди запутанных и пасмурных дорог
Ты — самый тихий и уютный уголок.

[Припев]
Ты что-то между красотой и волшебством,
Ты девочка-улыбка, рождённая теплом.
Твой свет не гаснет, даже если за окном
Весь мир укрыт холодным серым полотном.

[Куплет 2]
Твои слова просты, но в них особая печать —
Ты всё умеешь слушать и умеешь понимать.
Как будто солнце поселилось в волосах,
Чтобы развеять любой холод, любой страх.
Ты — вдохновение, летящее на свет,
На все вопросы — удивительный ответ.
Ты та живая нота в бесконечной тишине,
Рисуешь солнце прямо на стене.

[Припев]
Ты что-то между красотой и волшебством,
Ты девочка-улыбка, рождённая теплом.
Твой свет не гаснет, даже если за окном
Весь мир укрыт холодным серым полотном.

[Куплет 3]
Твой смех звучит, как колокольчик в тишине,
Он разгоняет тени даже в полусне.
Легко ступаешь, не касаясь мостовой,
И мир становится цветным перед тобой.
В любом движении твоём — живая грация,
Сплошная искренность, без декорации.
Ты говоришь — и отступает суета,
В тебе живёт святая простота.

[Финальный Припев]
Ты что-то между красотой и волшебством,
Ты девочка-улыбка, рождённая теплом.
Твой свет не гаснет, даже если за окном
Весь мир укрыт холодным серым полотном.

[Куплет 1]
Я стояла по струнке, ловила твой ритм,
Подгоняла себя под твой алгоритм.
Быть удобной и тихой, не лезть на рожон,
Быть идеальным, немым багажом.
Ты смотришь на мир, как великий творец,
А я лишь деталь, неудачный конец.
Я просто пятно на твоем хрустале,
Я лишний предмет на твоем корабле.

[Предприпев]
Ты моргаешь — я падаю, снова и снова.
Ни жеста, ни взгляда, ни теплого слова.
Я просто мешаю тебе наблюдать.
Я устала летать. Я устала летать...

[Припев]
Обрывай мои крылья,
Неси меня вниз.
Я устала быть пылью
С твоих черных ресниц.
Это даже не больно,
Это просто каприз —
Стряхни эту пыль
С твоих черных ресниц.

[Куплет 2]
Я искала тепла в ледяной пустоте,
Я пыталась светить на твоей высоте.
Но для солнца не важен свет спички в руках,
Я застыла в твоих равнодушных зрачках.
Ненавижу тот день, когда стала «своей»,
Среди твоих важных, больших новостей.
Я не человек, я досадный пустяк,
Раздражающий фактор. Какой-то сквозняк.

[Припев]
Обрывай мои крылья,
Неси меня вниз.
Я устала быть пылью
С твоих черных ресниц.
Пусть закончится небо,
Пусть начнется карниз.
Я устала быть пылью
С твоих черных ресниц.

[Бридж]
Ты даже не вспомнишь, когда я уйду.
Я выберу землю. Я выберу тьму.
Лучше разбиться и стать просто грязью,
Чем быть твоей тенью, невидимой связью.
Моргни.
Ну давай же, моргни!
И меня прогони.

[Припев]
Обрывай мои крылья!
Неси меня вниз!
Я устала быть пылью
С твоих черных ресниц!

[Куплет 1]
Я стала асфальтом, размытою тенью,
Секунды тянулись, как в замедлении.
Хотелось схватить, удержать за рукав,
Но тело застыло, и ты был так прав...
Внутри ураган, а снаружи — ни звука,
Такая нелепая, злая разлука.
И сердце шептало, сбиваясь в груди:
«Пожалуйста, слышишь... Не уходи».

[Припев]
Но шаги удалялись, стихали вдали,
Мы этот сюжет спасти не смогли.
Чёрно-белый, холодный, немой истукан —
Обычный для драмы тяжёлый финал.
Ты ушёл. Ты не слышал. Ты просто не знал.
Болело в груди, обжигало огнём,
Но крик не прорвался, он замер внутри...
Не уходи...

[Куплет 2]
А всё, что не держат — уносит ветрами,
Пропасть растёт между нами и снами.
Туда, где вокзалы не ждут поезда,
Уходишь и ты. Теперь — навсегда.
В груди тишина, ледяная как глыба.
Я просто стояла. Я сделать могла бы...
Но гордость, привычка и страх пустоты
Лишили нас шанса, на вечное «мы».

[Бридж]
И, смотря в зеркала, в отраженье себя,
Я слышу слова: «Ты правда любила?
Правда? Правда? Правда любила?!
Так почему же тогда ты его отпустила?»

[Аутро]
Ты его отпустила...
Не уходи...
Не уходи...
Застряло в груди.
Не уходи...
Не уходи...

[Куплет 1]
Остывает горький чай,
Тени пляшут по стене.
Ты привыкло невзначай
Растворяться в тишине.
Снова строишь хрупкий мост
В мир, которого там нет.
Всё, казалось бы, всерьез,
Но молчит в ответ рассвет.

[Припев]
Не ожидай же слишком многого,
И не стучи упрямо в грудь.
Ты многое само надумало, —
Так не давай же обмануть
Себя надеждой глупою,
Что всё вдруг станет так легко,
И счастье нежно постучит
В твоё закрытое окно.

[Куплет 2]
Ведь люди мимо, дни — рекой,
Каждый занят лишь собой.
Ты же тянешься к теплу,
Словно бабочка к стеклу.
Ищешь в шуме тихий зов
Среди сотен чуждых слов.
Только мир не виноват,
Что тебе нельзя назад.

[Бридж]
В сладость губ и очертания,
В нежность рук и ожидания...
Ты вцепилось, как в спасенье,
В эти смутные видения.
Только это лишь обман —
Сладкий, призрачный туман...

[Припев]
Не ожидай же слишком многого!
И не стучи упрямо в грудь.
Ты многое само надумало, —
Так не давай же обмануть
Себя надеждой глупою,
Что всё вдруг станет так легко,
И счастье нежно постучит
В твоё закрытое окно.

[Аутро]
В твоё закрытое окно...
В закрытое...
Окно.

[Куплет 1]
​Не прячу шрамов, говорю как есть:
Я вся из изъянов — и в этом моя спесь.
Сшита по кусочкам из ошибок и снов,
Сбрасываю тяжесть навязанных слов.
Пусть кто-то и ищет во мне чистоту, —
Я всегда выбираю свою прямоту.
В каждой трещине — золото, в каждом рубце — свет,
Я сама себе автор и сама себе ответ.

​[Предприпев]
​Смотри, как я дышу этим едким дымом.
Я не хочу быть для всех любимой.
Хочу лишь быть живой до кончиков пальцев,
Перестать, наконец-то, чего-то бояться.

​[Припев]
​И я в состоянии чувствовать эту боль,
Чувствовать эту жизнь, принимать свою роль.
Говорить: «Завтра будет всё хорошо».
Я через этот холод, сквозь шторм прошёл.
И ещё кое-что...
Говорю себе: «Запомни этот момент».
Я — и художник, и сама себе монумент.
Распаляю себя до огней в этом мраке из чёртовых дней.

​[Куплет 2]
​Мир из идеальных картинок и лиц —
Я выхожу за пределы границ.
Мои «минусы» стали моими «плюс один»,
Я сама себе враг, сама себе господин.
Распаляю это пламя, выжигаю всю фальшь.
Это не просто стихи — это мой отчаянный марш.

​[Бридж]
​Распаляю до огней...
Распыляю на ветру...
Всё, что мешало мне быть,
Всё, что тянуло ко дну.

​​[Припев]
И да, я в состоянии чувствовать эту боль,
Чувствовать эту жизнь, как морскую соль.
Говорить: «Завтра будет всё хорошо».
Я через этот холод, сквозь шторм прошёл.
​И ещё кое-что...
​Я сбрасываю тяжесть навязанных слов.
Пусть кто-то ищет во мне любовь —
Я выбираю свою прямоту.
В каждой трещине — золото, в каждом рубце — свет.
Я сама себе автор и сама себе ответ.

Всё немного запито-запето.
Мои руки к тебе — как часы.
Сколько отмерено лет нам —
дотянуть бы до новой весны,

Чтобы снова писать там
о новой, весенней любви,
И зашито-закрыто касаться
новых дней и первой травы.

И в касаньях чувствовать лето,
запах майской, прохладной грозы,
Что непременно донесёт нас
до приятной, осенней поры.

Ну а там — рукой до зимы.
И всё немного запито-запето.
И в объятиях наших — часы...
Дотянуть бы до новой весны...

Твоё тело так хрупко,
Что ломается от ветра.
Ты в себе так глубоко,
Что не видишь света.

Говоришь так, будто знаешь всё,
И молчишь, не зная ничего.
Ты такая Марико из японских книг —
С тобой очень нелегко, даже день охрип.

Что же говорить про вечер?
Ты давно загасила свечи.
Тишина легла на твои плечи,
И тебе и правда стало легче.

Быть Марико, слыть Марико,
Держать Марико — так нелегко.
Но при каждой встрече
Ты — героиня японской речи.

Слишком мила, прямо до льда,
И красива, как сакура.
Говоря о тебе, я, как ива, заплакала.
Марико, Марико, тебе так нелегко.

Ты ведь совсем как цветок
С хрупкими лепестками —
Не подходишь миру
С острыми шипами.

[Куплет 1]
Заварила трав дурман,
Опустился в дол туман.
В доме тихом, при свечах,
Пляшет ужас на плечах.
Я гостей не жду к себе,
Но скребутся в голове —
Те, кого я не звала,
Кого в сердце заперла.

[​Предприпев]
Усадила мысли в ряд,
А они всё говорят...
Про былое, про беду,
Про полынь и лебеду.
Вырвала со злости
Их гнилые кости!
В яму бросила сырую,
В землю чёрную, пустую.
Закопала у ворот,
И зашила мыслям рот.

[​Припев]
Но взошла луна едва,
Окропила их сполна —
Сбросили оковы гнили,
Встали те, кого зарыли.
Потянулись всей гурьбой
И убили мой покой.

(Ой, убили мой покой...)

[​Куплет 2]
Думала — уснёт трава,
А в траве — мои слова.
Кости корнями сплелись,
Вверх побегами взвились.
Встали кругом у крыльца,
Нет ни кожи, ни лица.
Смотрят в окна, дышат в щель:
«Открывай нам свою дверь.
Мы твои, мы часть тебя,
Мы пришли, тебя любя...»

[Припев]
Но взошла луна едва,
Окропила их сполна —
Сбросили оковы гнили,
Встали те, кого зарыли.
Потянулись всей гурьбой
И убили мой покой.

(Ой, убили мой покой...)

[​Бридж]
Я их жгу — они не тлеют,
Я гоню — они наглеют.
Не спасает оберег,
Замедляет время бег.
Те цветы из мёртвых слов
Тянут петли из узлов.
Щёлкают суставами,
Травят злыми травами.

[Финал]
Говорят про всё былое,
Не дают, дают покоя.
В доме тихом, при свечах,
Пляшет ужас на плечах.
Я гостей не жду к себе,
Но скребутся в голове —
Те, кого я не звала,
Кого в сердце заперла.

[Куплет 1]
Город гасит фонари, я гашу экран,
Между нами космос или океан.
Больше не ищу причин, чтобы позвонить,
Медленно, но верно обрываю эту нить.
Ты, наверное, привычно ждёшь дешёвых драм,
Но я больше ничего тебе не дам.

​[Припев]
Я становлюсь тайной,
Становлюсь случайной.
Той, кто не напишет,
Той, кто не придёт.
Кто не скажет мыслей,
И с собой не позовёт.
​Так что вызывай автопилот —
Может, кто и подберёт...

​[Куплет 2]
Все твои входящие — просто белый шум,
Я не трачу времени, не читаю слов.
Временем проверено: ты из дураков,
Что пытаются сказать, выходя из берегов
Своей лужи, стужи, серых облаков,
Где сюжет заезжен до самих основ.
Слишком много обещаний и пустейших слов —
Я теперь за гранью всех твоих миров.
Так что...

​[Бридж]
Никаких координат, никаких маяков,
Я освободилась от твоих оков.
Вышла за пределы всех твоих частот,
Обнулила время и обратный отсчёт.

​[Припев — Финальный]
Я стала тайной,
Стала я случайной.
Той, кто не напишет,
Той, кто не придёт.
Кто не скажет мыслей...
И с собой не позовёт.

​Так что вызывай автопилот,
Может, кто и подберёт...

​В первый раз снег кружится наверх,
В первый раз в минус двадцать я таю.
На губах твоих розовый цвет —
В первый раз я его обожаю...

​И порхает наверх, и кружится
Моё сердце средь белой пурги.
В первый раз в минус двадцать пылая,
Я прошу тебя, небо: ты сердце моё — остуди.

​И, вернув его вместо — любви,
Ты оставь мне секунды... воспоминания.
И непрошеный розовый цвет —
В первый раз я его обожаю.

​И тянусь, и целую глазами,
Словно в нём тайны... целого мира мечты...
Может быть, я и вправду растаю,
Если вдруг — ты не услышишь мольбы.

[Куплет 1]
Каждый раз — одно и то же:
Голос будто бы не мой.
Да и оправданье тоже —
Словно якорь, утонувший
В океане... но не под водой.
Я зависла в мертвой точке,
Где кончаются слова.
Разрываю на кусочки
Всё, в чем я была права.

​[Куплет 2]
И вокруг косатки, как заплатки,
Увязалися за мной.
Крепко держатся за пятки,
Ожидают всплеск —
Только так выходит лесть.
Им бы крови, им бы крика,
Им бы видеть мой финал...
Но из хаоса и бликов
Выход вдруг нарисовался сам.

​[Припев]
И по морю, по волнам,
Словно по слогам,
Побежали чудеса...
Я люблю, люблю тебя —
Жизнь моя!
Честное-причестное!
Честное-причестное!
Самое небесное!

​[Бридж]
И пускай косатки злятся —
Им за мной не разбежаться.
Лесть стекает в глубину —
Я теперь не утону.
Слоги выстроились в ряд,
Чудеса вовсю горят.
Прямо здесь и прямо тут
Я меняю свой маршрут!

​[Припев]
И по морю, по волнам,
Словно по слогам,
Побежали чудеса...
Я люблю, люблю тебя —
Жизнь моя!
Честное-причестное!
Честное-причестное!
Самое небесное!

​[Финал]
Словно по слогам...
(Честное-причестное)
Голос больше не чужой.
Якорь...
Выше...
Над водой.

[Куплет 1]
​А я снова уезжаю вдаль,
Где нет никого — одна печаль.
И мне очень-очень жаль
Говорить тебе опять: «Прощай».

​Но мои чувства — в ноль,
И горло поглощает боль.
В своих сражениях
Я больше, чем король...

[​Припев]
И так привычно,
Я с утра глотаю боль
С таблетками на вынос...
(И знаешь —)
Меня ещё пока никто
Действительно не вынес.

​Все разбежались по углам
С советом «быть сильнее».
Ведь я и правда так умею:
Сжигая, просто клею.

[​Куплет 2]
​Картины пеплом в галерею —
И эта выставка из фраз
(обычный мой рассказ),
Наверное, однажды все же
Коснётся чьих-то глаз.

​Ведь в полотне моем,
С улыбкою от боли,
По-королевски смело
Восседает лишь она —

​Моя небрежная любовница.
И слезы сами катятся,
И нет иллюзий —
Лишь одна печаль.

[​Бридж ]
​И мне... мне очень-очень жаль
Опять писать тебе: «Прощай».
Но мои чувства снова в ноль,
Я так привычно поглощаю боль,

​Что кажется — мне все же
И правда поддается эта роль:
Теперь в своих мучениях
Я больше, больше чем король.

[​Куплет 3]
​Так что спусти на ноль
Свои советы быть сильнее:
Ведь я уже давно умею
Из пепла клеить галерею.

[​Финал]
​И в полотне моем,
С улыбкою от боли,
По-королевски смело
Восседает лишь она —

​Моя небрежная —
с собой война.
И слезы сами катятся,
И нет иллюзий...
Только лишь она —
моя печаль-любовница.

[Куплет 1]
Твою жажду не утолить реками,
Говоришь о любви вехами.
И плывёшь под чужими доспехами,
Став случайными в мире помехами.

[Предприпев]
Но в глазах твоих — небо бездонное,
Где торопятся звёзды бессонные,
Слишком яркие, вечно бездомные…
Только ими, как кодом, прописаны
Судьбы самые горькие истины.

[Припев]
И упрямо, упрямо, упрямые
Твои пальцы стучат по дисплею,
Исцеляя незримые травмы
И тишину превращая в аллею,
Где бегут сообщения длинные,
Словно тени от шей лебединые,
Кровоточат стихами и прозою.

[Куплет 2]
И уносят с собой океаны
Не до конца убитые нравами
Чувства между канавами.
Ты выводишь их почерк осознанно.

[Бридж]
И всё, что было не вовремя создано,
Возвращается пульсом и вдохами.
И твоя грусть, будто прошитая вехами,
Распалилась чужими доспехами
И рассыпалась в пыль, в невесомость,
Обретая небесную склонность и…

[Припев]
Упрямо, упрямо, упрямые
Твои пальцы стучат по дисплею,
Исцеляя незримые травмы
И тишину превращая в аллею,
Где бегут сообщения длинные,
Словно тени от шей лебединые,
Кровоточат стихами и прозою.

[Финал]
И тишина…Тишина…
Только пальцы по сенсору.
Твою жажду не утолить реками.

[Куплет 1]
А я слишком много говорю —
по твоим словам.
И, возможно, даже больше,
если читать по губам.
А вообще, в моих мыслях — хлам.
Приглядевшись, увидишь сам:
Как топоры идут
по горам, по долам —
Убивать весь ненужный гам.

[Куплет 2]
Но, может быть,
ты и сам разберёшь всё по котлам?
Сваришь суп
или что-то там —
то, что приглянулось твоим глазам...
А я постою в сторонке
в непреглядно-говорливом шёлке,
Пока ты —
с нитки да по иголке,
с лепестка да по кромке.

[Бридж]
Проживёшь горсть моей котомки —
в тишине, да по полке.
Топоры идут
да иголки...
Говори:
«Места больше в волке».

[Припев 1]
Всё поймёшь —
не раскроет пасть,
Подойдёт
и не даст упасть.
Зарычит
за твоей спиной...
Слышишь?
Будет славным бой.

[Куплет 3]
Если судят
по твоим словам —
Пой свой хлам!
Разливай по своим котлам
шум и гам,
Пусть читают тебя
по губам.
Нет чужим топорам
да иголкам!
Пусть идут
к своим полкам — полком.
Варят суп
или что там приглянулось
старым котлам
да кошёлкам.

[Финал]
Стану, стану волком.
Нет чужим топорам
да иголкам!
Стану, стану волком.
Волком.

[Интро]
Когда выхода нет — не пугай меня,
Когда выхода нет — не ругай меня.

[Куплет 1]
Я вгрызусь в эти стены зубами,
Буду биться не только словами,
Не оставлю и камня на камне...
Только дай мне, дай мне —

Одну лишь улыбку глазами,
Одну лишь надежду губами.

[Припев]
И я пробью эти стены собою,
Растворю все проблемы любовью.
И не скрою, от тебя ничего я не скрою:
Ни слезами, ни пеплом, ни болью.

Только будь, будь со мною
В этом взгляде с любовью.

[Куплет 2]
И я выпью всю горечь до капли,
Чтобы ноги твои не ослабли.
И я вырежу крылья из стали,
Чтобы мы никогда не упали.
Только дай мне, дай мне —

Одну лишь улыбку глазами,
Одну лишь надежду губами.

[Припев]
И я пробью эти стены собою,
Растворю все проблемы любовью.
Не оставлю и камня на камне,
Только дай мне, дай мне...

[Финал (Аутро)]
Одну лишь улыбку глазами,
Одну лишь надежду губами.