- Негоже мне с протянутой рукой ходить по миру!
Нет, не к лицу быть Деве попрошайкой! –
Так Муза думала, беря под мышку лиру, -
Я заработаю себе на хлеба пайку!

Стучится в дверь с семью замками:
- Пришла, хозяин, Вас я вдохновить!
И, так сказать, зажечь Вам в сердце пламя!
Извольте настежь двери отворить!

С той стороны бурчат: - Поджечь, чтоб всё пылало?
Пожара здесь мне только не хватало!
В квартире есть водопровод –
Круглогодично воду льёт
В мои творенья, принося доход!..
Вот!

Другая дверь на лестничной той клетке
Под дерматином старым… приоткрыта…
За нею стол с хромою табуреткой
И мужичонка, бог весть, какого вида.

- Входи, красавица, коль некуда идти!
Пусть хлебосольем стол и не богат,
Но чашку кофе можно здесь найти.
Входящему в мой дом безмерно рад!

- Останется ль она? – тебе, мой друг решать,
Не буду думам я твоим мешать…

«Господи, …пред очами Твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошел… Научи нас так счислять дни наши, чтобы нам приобрести сердце мудрое». Псалом 89

Цветок не сожалеет, что краток его век.
Он рад, что красотою стал счастлив человек –
Малыш, заворожённый тем чудом из чудес,
И женщина средь луга под синевой небес,
И юноша влюблённый, и ревностный аскет,
И старец убелённый на склоне своих лет…
**
Прекрасное - духовно и будет вечно жить,
Когда оно стремится нам радость подарить...

Сядь к костру, плащ-палатку на плечи
И помянем суровые дни -
Как летели смертельные смерчи,
Как сияли Победы Огни…

На луга, где в траве-медунице
Нынче звон от крестьянской косы,
Выходили за Родину биться
Наши деды и наши отцы.

Не забыть нам горелые избы.
Не ушла та война далеко –
На бескрайних просторах Отчизны
Горе вдов и сейчас велико.

Память вечная - память народа -
Сорок пятый - с рождения твой.
И твоё продолжение рода
В век грядущий шагнет за тобой.

Утром в чистом полюшке
Дарьюшка-Дарёнушка -
глянет светлоокая
в небеса высокие -

Не спешит ли сокол ясный
из военного ненастья
к милой наречённой,
разлукой опалённой…

Утром с солнышком встает,
в чисто полюшко идёт
вот уже который год…

Спит солдат в земле далёкой
под зелёною осокой.
Не вернётся к светлоокой.

… Бабки Дарьи нет давно,
но зато внучат полно.

В полный рост все поднялись,
у креста ей поклялись
в строй один, как дед их встать,
защитить Россию-Мать!

Злобой исходящие на нашу Победу не стоят и крупицы земли того полюшка, на котором встречала одинокие рассветы Дарьюшка в своём Великом ожидании.
Неистребима Святая Любовь Женщин России.

Борису Шадрину – Большому Другу
в далёком послевоенном детстве,
танкисту, прошедшему войну
и рано ушедшему от ран.

Он не учил. Он просто жил.
Он просто Человеком был.
Работал. С честью воевал.
В трудах, в забавах меру знал.

Всё, что имел, было при нём –
Есть голова – и крепок дом,
Ладони - лаской обогреть,
А кулаки, чтоб нежить взгреть,
Да так, чтоб помнила надолго
И страсть с войной к нам враз умолкла.

Был человек?
Нет! Есть всегда!
В мальчишьем сердце
Он – звезда!
Да! Путеводная по жизни -
Быть верным до конца Отчизне!

"…из чрева прежде денницы подобно росе рожденье Твоё…"
Псалом 109:3.

Твой голос, расплескавшийся в реке,
Твои шаги, поросшие травою,
Твой взгляд росинкой чистой на листке,
Дыханье, хлынувшее запахом левкои...
Весь мир стал для меня одной тобою...
**
И целый мир душе не нужен,
когда он без другой
до чёрной бездны
сужен.
Денница - в поэтическом контексте — "утренняя заря".
В славянской мифологии — образ утренней звезды (Венеры), возвещающей начало дня.

Ночь, как ведьма, вылетала
Из трубы печной,
Месяц над рекой смущала
Черной наготой,

Рассыпала звезд корзину
Меж густых ветвей,
И была неотразима
В тишине теней…

Плащ серебряный на плечи,
Взнуздан белый конь,
Месяц мчит судьбе навстречу
Мотыльком в огонь!

И, сгорая от томленья,
отблеском свечи
Умирал без сожаленья,
Растворясь в ночи…

В облаках, росою пьяных,
Их любовь плыла,
На лугах, покосом тканых,
Ночь как день светла…

Россия-Мать - это Душа,
Что нам дана от Бога!
И если в нас она жива,
У нас одна дорога
С Великой Родиной своей
До окончанья наших дней!

Бремя нежных твоих оков –
Иго высшей божественной власти –
Принял я когда-то без слов,
И ношу как браслеты счастья!

Если буду повержен в прах,
Стану лептой нетленного мира,
Я хочу в твоих светлых снах
Зазвучать благодарною лирой…

И в пространствах моей любви
Ты пари невиданной птицей!
Смейся, радуйся, счастье твори –
В этом будет и Божья частица…

Мы все - частички звездной пыли -
Скользим по острию луча.
На всех - кто будет, есть и были -
Лежит Всевышнего печать!

Для низких душ невыносима
И в тягость Божья благодать,
Душа других неопалима,
Хранит их ангельская рать!

Порой их жизнь ломает круто,
Но не клянут они свой рок.
Из зла плетут плебеи путы,
И в злобе видят только толк.

Но радость зла всегда ничтожна,
И всемогущ Господень гнев -
Он суд вершит свой непреложный,
На троне истины воссев!

О, эти мысли…мысли-недотроги!
К ним в гости не зайти нам налегке.
К ним путь через крутящие пороги
на бьющейся в камнях Судьбе-Реке…

И притяжение их невыносимо,
и жутко сердцу оттого, что они есть…
Смываются в пути все краски грима –
Там лести нет – там правды только жесть.

И поводов выдумываем массу,
Чтобы отстрочить этот к ним визит:
- Де, я устал... и стар... вот-вот угасну…
И так-то жизнь на волоске висит…

...Тех устрашает этот поединок,
Остановив арены круговерть,
Он выявит -
Ты только Тень
в чреде пустых картинок,
Мелькнувших вскользь
на сцене
«Жизнь и Смерть»…

Лист резной кленовый - яркий …
Будет меж листов в тетрадке
Памятью осенних дней
В грустной тишине аллей…

А зимою чай заварим,
В кресло у камина сядем…
И про лист тот вспомним, глянем -
Станет на душе светлее
И на сердце потеплеет!

И за зимней вьюжной стужей
Юным яблоням и грушам
Будем бесконечно рады –
Так белы весной наряды!

Ох! Как мои носочки утром
в прятки любят поиграть!
Ночью - очень шаловливый –
сразу прыг и под кровать!

А другой - такой ленивый -
спрячется под стул и спит!
Я ищу их торопливо –
время утром так бежит!

Чтобы в школу мне успеть,
надо их скорей надеть!

- Кто подскажет, как мне быть -
эту пару непослушных
от беспорядка отучить?..

- Да ведь это всем известно:
надо
класть
носки
на место!

- За хорошей погодой кто крайний?
Я за вами в очередь встану…
Из желанья не делаю тайны –
мне дожди нынче только по нраву…

Вот прилавок. За ним весь в белом
с очень доброй-предоброй улыбкой:
- Всё, чего Ваше сердце хотело -
вот Вам осень в тумане зыбком…

Возмущён я: - Весенние дали
мне нужны!.. – акварельно-юные,
в кисее дождливой вуали,
а не эти... холодно-струйные!..

Мне ответил погоды Создатель:
- Что поделать! Твоя это очередь
Быть в осенних дождях, мечтатель, -
Разобрали всё твои дочери…

Время их – и цвести, и любить.
Время жизнь своим детям дарить…

Мне думами осенними
Кружит Злат-Листопад:
- Что было в дни весенние –
Что в лад?.., что невпопад?..

Но всё, что было – живо,
Не поросло быльём -
Ты- кремень, я – огниво…
А что лихого было…
Гори оно огнём!

О! Эта ветряная Муза!
Ей скучно, когда мы с ней одни,
Но и бывает не выносит
Гуляний праздничных огни…

То шаловлива, то сурова -
Нежданною приходит к нам.
То вдохновит нас новым словом,
А то смахнёт всё разом в хлам…

…И не прощаясь исчезает,
В руинах строк нас оставляя…

Сноб бедняку сказал с кривой ухмылкой:
- Ты что, в хлеву рождён
иль в более поганом месте?

Ответил нищий с мягкою улыбкой:
- Хоть я судьбой и опалён,
Господь не удостоил такой чести!

Мне рассказали притчу даве:
Копали двое два колодца.
Один слой верхний продырявил
И грязной лужей обзавёлся.

Другой, своих сил не жалея,
До родников земли добрался.
И нет источника светлее -
В нем свет Вселенной отражался.

…Бывает, чтоб взглянуть высоко,
Копать приходится глубоко!

«Загадочность русской души
искали, но не нашли»
Нина Серёгина

И не понять тем,
чья душа полужива,
пресна,
Что на миру для нас
и смерть красна,

Что бьём наотмашь,
если нас достали,
не бьём лежачих,
но руку подаём,
чтоб встали.

И никогда им
не понять,
зачем за слабых
нам стеной
вставать?

Зачем от фюреров
детей и внуков их
спасать?
**
Нет, никогда,
права ты, мать,
Загадки этой им
не разгадать.

Учитель…
Как много в этом звании родного!
Он видит душу,
читая между строк.
И следуя заветам Бога,
ведёт её на перепутье
всех дорог…

Ошибки по ночам нам исправляя
в страницах школьных,
Он карандашом
жизнь наших душ
с любовью начертает,
не зная сам,
какой дорогой мы пойдём…

Бабушка кричит мне вслед:
- Не носись по лужам!
От тех луж один лишь вред -
Насморк, аль что хуже!

- Ну, вот как ей объяснить,
Что лечу я во всю прыть
Не по лужам - в облаках!
И гуляю в небесах!

И в душе такая радость -
Сколько неба мне досталось!
**
В каком восторге мы тогда по лужам уплывали
В манящие неведомые дали…
И там, в просторах синевы
Мы счастьем были так полны,
Что лужи во дворах до сей поры,
Которая ведёт нас к жизни краю,
Мы с ностальгией вспоминаем…

Зелёный свисток из веточки клена
Мне дед смастерил когда-то.
И помню – тогда зеленая крона
Шумела над нами, ребята!

Я помню зеленые горы Уктуса,
И день синевою бездонный,
И земляники красные бусы…
Ручей, серебром окаймленный...

И девочку рядом с колодцем скрипучим
Я помню, ей-богу, ребята!
Была, как первый солнечный лучик,
Она для меня когда-то!

И детство той рыжей девчонкой осталось
В душе у меня, ребята!
Как хорошо, что мне повстречалась
Девчонка смешная когда-то!

А как же свисток свистел, заливался,
Ей-богу, поверьте, ребята!
И мир был зеленым. И мне улыбался,
Тепло улыбался когда-то.

«Улыбайся, не доставляй беде удовольствия»
Габриэль Гарсиа Маркес

Настроенья никакого!
Зуб сегодня в полвторого
Выпал! Как тут улыбаться!
Надо мной начнут смеяться!

- Гляньте, Вовка-то щербат -
Будут все твердить подряд!

Вот теперь шагаю хмурый -
Рот открой – и на смех курам!

Но девчонка мимо шла
И улыбкой обожгла!
Выпал зуб у ней в обед,
Но её красивей нет!

Обалдел! Разинул рот –
Улыбается народ!
Не смеются, а с добром
Все глядят на нас кругом!

И в свои неполных пять
Стал одно я понимать,
Что всем тучам вредных бед
Улыбайся лишь в ответ!

Березница, Дева молодая -
Юности моей зелёный цвет!
С ветром вольным песню напевая,
Заплетает в волосы рассвет…

Лето жаркое… и в небо голубое
Зов её берёзовой листвы…
Счастье жизни и любви земное
Ею сотканной заоблачной канвы…

Вот и осень на дворе… угасли краски…
Только ветра посвист в вышине…
Березница - юность моей сказки -
Душу пестует, готовя к тишине…

Березница — в славянской мифологии одна из берегинь — лесных русалок. Берегини оберегали дом, семью, детей, поля, водоёмы, леса.

За что мам любят дети
Больше всего на свете?

За тёплые ладони,
Беда в которых тонет,
За утро в сладкой дрёме,
За солнце в тёплом доме,

За вкусную ватрушку,
За поцелуй в макушку,
За схрон, что не пытает,
Где тайна обитает…

Ещё за что мам любят?
За то, что верно судят…

И в душу к нам не лезут
С уроком от ликбеза.
Смахнут слезу украдкой
С улыбкой: «Всё в порядке…»

За груз забот о внуке,
За все в морщинках руки….
За то, что без укора
(-Дел-то у детки свора!)
Так редко навещаем,
А только обещаем….
**
Как часто против совести
грешим:
- Живём, де, на разрыв…
спешим.
И времени в обрез,
чтоб навестить…
Дай бог, свои проблемы
разгрести…

Какая ж это боль,
когда не успеваем
Ей сказать
последнее "ПРОСТИ!" -
Прости за всё нас,
МАТЬ!

- Не правда ли, мы в чём-то схожи? - спросила она его на солнечной аллее парка, соединившей их пути.
- Наверное, - ответил он, - просто я чувствую, как меня влечёт к тебе, удерживает рядом и всё во мне стремится, чтобы это никогда не заканчивалось…
- Так скажи, что ты видишь во мне, что переполняет тебя при нашей близости…, может вместе поймём, случайна ли наша встреча…
- Ты совершенна, ты одухотворена, ты полна жизни… Ты рождена дыханием Малыша, который держит нити, соединяющие нас… Он и в тебя, и в меня вдохнул всё, что было для него самым желанным, чистым… самым сокровенным…
- Но для чего Создатель подарил нам жизнь? Какой Он вложил в неё смысл? Кто мы для Него?
- Наша встреча, наслаждение каждым её мгновением вселяет в нас веру в Его благие провидческие замыслы, когда Он ещё только предчувствовал радость творения жизни в Своей Вселенной.
- Мы созданы, чтобы радовать Малыша?
- Да! Смотри, как Он улыбается, глядя на нас. А вместе с Ним как счастлива Женщина, ведущая Его за руку. Он называет Её Мамой…
**
- Как легко быть самими собой! Парить в голубом небе, слышать, как листья шепчут что-то приветливое, ласковое, нежное… Как упоительно желание стремится вместе в дали, манящие прекрасной неизвестностью!..
- Сбудется! Всё сбудется! Мы будем счастливы, мы будем вольны в этом мире - в нас живо чувство Его неизбывной любви!
- Да! Без Него, без Его любви не было бы и нас…, и эта аллея была бы пуста…, и этой встрече никогда не быть…
**
- Мы не вечны. Но Его дыхание, живущее в нас, навсегда соединяет души, и будет продолжать жить в мире и после нас…
- Будем жить!
- Будем!

На подмостках грубо сколоченных
Танцует Любовь слепая,
В нимбе позолоченном
Земная и Святая.

Сквозь полутени зыбкие
Звезд лепестки белеют.
И губы в немой улыбке
Каменно холодеют…

Коснется ли солнце лика,
Согреет ли белые руки?
Танцуй же, моя Эвридика,
Пока не угасли звуки…
***
Венок из сухой травы
Пахнет полынью и мятой…
Как беспощадны чары любви,
Любви возвышенной и распятой!

Орфей - поэт, музыкант, философ, обладал магической силой искусства. Но не смог освободить любимую из Царства Мёртвых. Он до конца жизни хранил верность ей. И их души соединились в Аиде навек .

"…И неся крест свой, Он вышел на место,
называемое Лобное, по-еврейски Голгофа;
там распяли Его..."
От Иоанна 19:17-18

Он в Кане сказал Марии:
- Не Мой этот час, не Мой.
И вот – час безумья стихии –
Несёт на Голгофу крест свой.

И в каждой терновой ране
Сочится Христова кровь
Вином первой свадьбы в Кане,
Вином, что зовут любовь…

Чудес жаждет каждый из люда –
Без чуда нет веры в Христа.
Не ведают: главное чудо –
Любовь, что послал Он с креста.

Мечты, желания и грёзы
В луга, давайте, унесём,
Когда там серебрятся росы
И небо в ситце голубом.

Мечты дождями мир омоют –
И будет чуточку светлей!
Желанья зашумят листвою -
И станут все вокруг добрей.

А грёзы с ветрами пусть мчатся
И утренней взойдут зарёй -
И будут люди улыбаться,
Её любуясь красотой…

МерзкА нам из отходов свалка.
Среди цветов стремимся жить…
Но мир - что каждому не жалко,
Что в сердце есть, в него вложить.

Нам меру счастья Боже дал.
Нет, не когда от дел бежал
и счастлив до самозабвенья,
а то, когда против теченья
злых помыслов и дел лихих
ты встал скалой средь дней мирских,
И для кого стал причалом
надёжным и в большом, и малом…

Кто мы? – Подобие Его!
И счастье быть им нелегко...

"Мне как-то сон мудрёный снился…"
Ганс Сакс 1548 г.

И я поведаю, друзья,
О сне, что видел нынче я.

Как наяву – стучусь я в ад,
А Сатана мне там не рад:
- Ты, слышь-ко, шибко не шуми,
Тут нету для тебя пути!

Стишат срубил, аж цельный лес,
А виноват в том только бес!
Де, я в ребро тебя толкал,
Кропать стишата заставлял.

Ан нет! Законы мы блюдём,
Кто нами соблазнён, берём!
А ты, давай, отсель канай,
Да стороной нас обегай!

Помчался напрямки я в рай:
- Пётр-ключник, двери отворяй! -
А он взглянул, да так хитро,
Что чую всем своим нутром -

Нет хода для меня и здесь!
Хоть жизнь мою всю перевесь,
А перетянет виршей вес!
И я виновник, а не бес!

Воды в них… брызжет через край,
Плюс вопль истошный: "Не замай!"
Всех, кто стишки мои читал
И слёзно Бога умолял,
Листая весь молитвослов,
Очистить мир от тех стишков…

Проснулся я. Где ад, где рай?
И сам себе сказал: "Кончай
Стихи варганить топором!
Учись-ка ты владеть пером!

А что напишешь, то подскажет,
В ад или рай дорога ляжет".
…Не обессудь, читатель мой,
За то, что видится порой…

Не замай - оставь в покое, не трогай, не задевай.
Напрямки – прямо, напрямик, напролом

Когда приговорённого на место казни привели.
Палач спросил его, встречая у петли:

- Перед тем как Вас, любезнейший, казнить,
мне ль не прикажите побрить
Ваш подбородок, щёки, шею,
чтоб комильфо смотрелись Вы на рее?

- Да нет, великодушнейший,
прошу себя не затруднять,
Вам ещё многих предстоит
на рею поднимать.

Судьба одного крестит
И вдоль, и поперёк!
А он, смеясь, ответит:
«И лихо будет впрок!»

И говорят: «В рубашке,
Видать, родился он -
Не ждёт себе поблажки,
Себя не прячет в схрон!"

Другой – беды не знает,
Но всё клянёт рок злой.
И каждый понимает -
Калека он душой.

...До окончанья лет брюзжит,
ворчит,
А мимо жизнь
на белых парусах летит…

Лень, Лында, с ними Тютя
Голодные с утра до жути!

Но Лень, лёжа на печи,
Кричит: «Подай мне калачи!
Вставать мне неохота,
Да и в костях ломота!»

Ей вторит с лавки Лында:
«Ишь, нашли дурынду,
Каждый день мой - выходной!
К мучному ларю ни ногой!»

А Тютя, лёжа на полатях,
Вся исстоналась: «Ох, некстати
Случилася беда надысь -
Ножки, ручки отнялись!»

Зашёл к ним в хату Домовой.
Ему по нраву труд любой!
Сказал: «Спеку вам калачи,
Коль ты, Лень, спустишься с печи,
Воды с колодца принесёшь,
Огонь ты, Лында, разожжёшь,
А Тютя тесто замесит!
И чтобы каждый был бы сыт,
Что вместе испечём в печи,
Благословясь, на стол мечи!»

Лында - лентяй, лындать - увиливать от работы, отлынивать.
Тютя - мягкотелый, безвольный человек; бездельник.
Полати - лежанка, настил, сооружаемые под потолком.
Надысь - совсем недавно, намедни, давеча, только что.

Случайность...
Она из паутинок чувств и мыслей,
дел повседневных, взглядов, слов…
Её невидимые нити
В пространстве жизненном зависли,
сплетённые из тысячи
сверкающих миров…

И на сердце порой становится
тревожно -
случайно не стереть наш мир
из всех возможных…

По этапу сослали любовь,
чтобы людям не портила кровь,
и не буйствовала, и не жгла,
и законопослушной была…

И жила, как и все, по статьям,
не стреляла бы влёт по сердцам…
А дружила б с одной головой
и не крала бы наш покой…

Но чертовка любовь хитра,
хулиганит опять с утра…
И не знаем, где встретим её,
горемычное счастье своё…

Пытаясь тайной овладеть Творца,
Вступили в спор два мудреца:

- Любовь коварна! Источник зла!
О, сколько погубила душ она!
- Любовь прекрасна! Мать всему живому!
Всегда лишь служит Божью Слову!

Тут третий подошёл. Простак.
- Вы оба, мудрецы, правы. Всё так -
В чьём сердце чувство зародилось,
Таким оно и в мир явилось.

Поверьте мне, когда излишен слов поток,
Снесёт он селем прекрасных чувств росток.

И жизни сорванный листок,
когда его предвечный
вихрь подхватит,
уляжется…
и жизни даст росток
на почве вечной благодати…

Верши! Всё делай от души!
Твори добро,
как только ты умеешь!
Поступки совершать спеши…
И не кори себя,
что сделать не успеешь…
**
Отрадно знать, что мы нужны
друг другу,
как солнце - небу, травы - лугу…
когда в одном порыве
жизнь стремится
с другою жизнью воедино слиться…

Примерь – вот платье утренней зари….
В нём юностью ты так неотразима!
А в полдень жизни всем себя яви
В цветах созревшей золотистой нивы…

Вечерний твой наряд - из блеска звёзд,
Что манит нас в неведомые дали…
В любом наряде, Незнакомка, ты - из грёз…
И чудный гений Пушкинский на бале…

Пока юна твоя душа,
Во всех ты одеяньях хороша.

«О ужас, летящий на крыльях ночи!»
из мультика
(По мотивам мистико-эзотерических баллад)

Ехал трактор в ночи,
Огни фар как мечи.
И был трезв тракторист молодой.
Только парень не знал,
Кто его ожидал
На развилке дорог под луной.

А там дева с косой
(вот ей-бог – вот с такой!)
Да и ростом в батяню пошла -
Статью как гренадёр,
И пылающий взор -
Вся, горя нетерпеньем, ждала!

Как махнула косой:
«Всё равно будешь мой!»
И пропал тракторист навсегда!
Взят был в полный обхват...
Не вернулся назад,
Как упавшая с неба звезда.

Вот такой был финал!
Меня ужас объял!
Но смеются и бабка, и дед:
«Ты, внучок, погляди,
Мы ведь живы, поди,
Душа в душу не счесть сколько лет!»

Уступчивая недоступность женщин
И недоступная уступчивость мужчин –
Интрига жизни всей вчера и нынче!
Скрыть "Да" и "Нет" есть тысячи причин!

Пойми её: шепнула "Да" лукаво,
А на прощанье лишь улыбка вслед.
Или, считая милою забавой,
При твёрдом "Да" твердит всё время "Нет!"

А тот? - Весь уважения достоин –
Какое «Нет!» звучало у витрин.
Но пал в ночном бою отважный воин
На белизне смирительных простынь!..

- Как распустились вы, Алая Роза!
Распущенность Ваша морали угроза!
Будьте по жизни как я... поскромней! -
Так верещал придорожный репей.

- Я, например, известный аскет.
На свете моральней, чем я, больше нет!
Пусть видом колючим своим я негож,
Но недоступно суров я как ёж!
**
На память одну я поставлю зарубку -
Цеплялся репей тот за каждую юбку…
Но с Розою чистой репья не видали -
Шипы её бережно честь охраняли.

Блоха и вошь случайно
в Ницце повстречались.
И, злобы не тая, расцеловались
(ну, вроде как обрадованы встречей).

- Так где ты коротаешь этот вечер? –
спросила вошь у въедливой блохи.
- На светском рауте. Там очень неплохи
бывают мопсы. Сплошь всё иностранцы.

- А я рвану в ночной палац на танцы.
На раутах всё плеши сплошь,
мне ж нужен кучерявый мачо, - поделилась вошь,
- такой, чтоб мог меня носить,
лелеять, холить и кормить.
Мне без халявы не прожить!

С тем и расстались.
…Вам случаем они не попадались?

Любовь как жизнь – расцвет, цветенье, увяданье…
И как нам нужно пониманье,
Что каждый миг её прекрасен,
По-своему, но также страстен!

Весна любви – сил пробужденье,
А летом - жажды утоленье,
Плодами осени услада -
Коль любишь, каждый миг отрада!

…Зимой трава спит под снегами,
Чтоб по весне нас радовать цветами!

На перепутье он стоял.
На всех путях удача!
Сулили славой те края,
Другие - домом, дачей.

А в третьем встретил бы жену
Красы неимоверной…
В какую сторону шагнуть,
Чтоб жить достойно, верно?

Всё задарма - иди, бери,
Купайся сыром в масле.
Вот только сердце не труди,
И будешь вечно счастлив!

В раздумье почесал он лоб:
- Нет, это нам негоже,
На свете много разных троп,
Но нам своя дороже.

И край, где нелегко житьё
И каждый шаг наш труден,
Но в нём всё наше, всё своё,
И близкие нам люди…

Поставь два зеркала лицом к лицу
и даже малую пыльцу
не разглядишь - в них ряд пустот
друг в друга без конца течёт…

Но если в зазеркалье глянет
душа, то мир богаче станет
ушедшим и грядущим днём,
и настоящего огнём…

Так вглядываемся мы в друг друга
из замкнутого жизнью круга...

От эмбриона до рожденья -
до той поры, когда мы появляемся на свет,
мы совершаем в лоно материнском восхожденье
Природы в сотни миллионов лет.

И всё великолепье жизни
умом и чувствами, какими Бог нас одарил,
пытаемся постичь до самой тризны,
да и понять, какими нас Он сотворил.

...Глупцы пусть утверждают
исканье смысла жизни лишним,
но без него нам не постичь,
что заложил в наш мир Всевышний…

Перед Тобой огромно преклоненье,
Моя Богиня, мой далекий Друг,
Но никогда не быть прикосновенью
Навстречу устремленных наших рук.

И не сорвется с губ моих признанье
В сжигающей меня дотла любви.
Я обречен на трудное молчанье,
Лишь Бога истово молю: - Живи!

Живи и властвуй над моей душою,
Как ветер над широкою рекой,
Как талая вода в лугах весною,
Как солнце над цветущею землей…
**
Пусть дали угасающего лета,
Наполненные ароматом трав,
И робкий луч уральского рассвета
Всё выразят, моим признаньем став.

Порою жизнь нам ставит жёсткую дилемму:
Собою быть иль кем-то нам казаться,
Вписавшись в чуждую нам схему,
Чтоб «одобрямса» от других дождаться.

И надо мужество с достоинством иметь,
Чтоб под чужую дудку ни плясать, ни петь.

Радость и грусть, счастье и горе
Соседствуют! И в вечном споре!
И сердцу, и уму решать,
какую на весы души
положим кладь,
чтоб радостью светились лица,
и счастье
горю вопреки
смогло в сердца пролиться…

Встретил я в глазах твоих
ясный, чистый свет,
Ангел, запоздавший
на много-много лет…
Всё ушло, всё кануло
в даль былых времён -
Всей душой к тебе я,
но высок твой трон.
Если мчаться в прошлое,
не найду тебя,
В будущее гляну –
не найду себя…
Ангел запоздавший
на много-много лет!
Искренний и милый….
как последний свет!
**
Наши души встретятся
в щебетанье птиц…
В колокольном звоне
средь небесных риз…

Царит на сердце день осенний,
В нем нет весенних песнопений -
Любви непокорённый гений
Не принял истовых молений,
Не осенил мой путь земной
И сделал жизнь, как зло, пустой.

Жаль мне - не стали мы знакомы -
И недоступна до истомы
Твоя бессмертная душа,
Хоть рвись, все на пути круша!

Улыбка с затаённой грустью
И губы, пахнущие Русью,
И локон золотых волос
Останутся средь чистых грез
Мечтой далёкой… голубою…
Но даже в ней я не с тобою.

Кругом чужие маски-лица.
И взглядов тихие зарницы
Не озарят души моей.
И оттого еще темней
Час одиночества холодный,
Что рядом с жаром преисподней.

Сквозь бури слухов, сплетен,
И осуждений гроз
Плывёт надеждой светел
Корабль девичьих грёз.

В неистовом бедламе
Гогочущей толпы
Он мчит под парусами
За горизонт судьбы.

Там сладкий вкус свободы
Так душу опьянит,
Что забываешь годы
Предательств и обид.

И прах измен сметая,
И попирая ложь,
Воистину Святая,
Ты в Ад любовь несешь,

Чтоб Бог средь звёзд Вселенной,
В невиданном саду
Огнём души нетленной
Зажег твою звезду.

Бодлеровские оксюмороны…

Всё! Всё в тебе невинно и порочно -
Губ целомудренных призывный ад,
В глазах мерцанье звёзд полночных
И эротичный твой монашеский наряд!

Всем обликом скромна и откровенна.
Ты - правда жизни, ты же и обман.
У алтаря - склоняешься смиренно,
Но в сердце жарком страсти ураган.

Ты притягательна, но ты и недоступна,
Отбросит прочь твой горделивый взор.
Ты благородна, ты же и преступна -
Сердца ты похищаешь словно вор.

И, забавляясь беззаботно шаловливо,
Играешь с сердцем, как ребёнок в мяч,
Чтобы молчанием своим красноречивым
Казнить меня бесстрастно, как палач.

Казнить, и высшие открыть мне сферы,
И вновь свести в страну теней-химер…
Но всё равно люблю тебя без меры,
Мир без тебя ничтожно скуден! сер!

Ты – всё! Ты - тайна! Ты - Исида!
Для неразумных – пустота,
Для жаждущих Тебя увидеть -
Ты тьмы и света красота!

Отважится не каждый смертный
Покров Твой лёгкий приподнять.
Не терпишь Ты малейшей скверны -
Ты – Женщина! - Всему Ты Мать!..

И отторгая всех позёров,
Чей дух бесплоден, пошло мглист…
Ты всё откроешь перед взором
Того, кто сердцем жарким чист…

Сердце женское беззащитно
Как фиалки лесной лепестки,
Но Всевышний в нём пишет слитно
Всем невзгодам людским вопреки

Верность с нежностью, радость с болью,
И с закатом новый рассвет,
Материнскую мудрость с любовью,
Тень тревог и надежды свет.

И печалится она, и смеётся –
Нет слезы и улыбки светлей!
И, не глядя, как жизнь обернётся,
Мир наш греет любовью своей!

Нет, недаром её сердце бьётся
В ритме жизни вселенной всей!

Ты не приемлешь жизни серой,
Ни тусклых суетных людей,
Ты не смогла бы старой девой
Прожить с десяток скучных дней.

И непорочность обретая,
Душой объемля целый мир,
Ты – Дева страсти и святая -
Идешь, нет, шествуешь на пир!

На пир, где жизни верховенство,
Где нет совсем полутонов,
Где низость подле совершенства,
С враждой соседствует любовь!

Темна как ночь и солнцелика,
Не каждому тебя понять.
О, женщина! Ты так велика,
Что трудно вровень рядом встать!

- Что может сделать Женщину счастливой?
- Признание её великой силы
Быть матерью, сестрой, женой,
Навеки милой и родной,
С которой праздник даже в будни…
Вот потому и неподсудны
Её мечты, её стремленья,
О счастье женском размышленья...
Пусть личном – только для себя,
Ведь счастлива она, весь мир любя…

Женщина – это Вселенной храм!
И всей жизни порой не хватает
нам, обычным, земным мужикам
уяснить, какой дух в нём витает!

Но есть средство одно. И только оно
позволяет узнать о великом -
освети её душу страсти огнём
и увидишь черты её лика…

Молю я жарко Бога об одном –
пусть женщина всегда
собою будет.
И ночью тёмной, светлым днём
забвеньем «Кто она»
себя не студит…

Ей жизнь даровано давать –
Она на все века
для нас
Мадонна-Мать!