(Куплет 1)

Это голос мой, что шепчет нежно,

О любви, что греет безмятежно.

Мама – в сердце трепет и покой,

Там, где нежность спрятана тобой.

Мой сынок, мой светлый, яркий луч,

В моих снах ты, хоть и вдаль зовёшь.

Твои руки – гавань для моей души,

Всё, что есть – лишь ты, прошу, дыши.

(Припев)

Моя семья, мой главный эшафот,

Где каждый миг – бесценный поворот.

Моя любовь – ты, сын, весь этот мир,

В нём каждый вздох – твой личный ориентир.

(Куплет 2)

Брат мой, эхо прошлых дней моих,

Твой смех – мелодия в душе моей.

Мы – два крыла, что вместе держат путь,

Даже если хочется свернуть.

А на жердочке, средь звонких слов,

Два попугайчика – части наших снов.

Их щебет – отголосок наших встреч,

Тех, что не хочется душой беречь.

(Припев)

Моя семья, мой главный эшафот,

Где каждый миг – бесценный поворот.

Моя любовь – ты, сын, весь этот мир,

В нём каждый вздох – твой личный ориентир.

(Бридж)

Пушистый кот, мой верный друг,

Мурлычет рядом, снимет грусть.

Ты – тёплый плед в морозный час,

Частичка счастья, что живёт для нас.

Все эти грани, все эти штрихи,

Слагают песню – только жизнь о них.

(Припев)

Моя семья, мой главный эшафот,

Где каждый миг – бесценный поворот.

Моя любовь – ты, сын, весь этот мир,

В нём каждый вздох – твой личный ориентир.

(Аутро)

Это только моё, это только для вас,

Любовь, что сияет, не гаснет в глазах.

Моя семья – мой смысл, мой вечный ответ,

Здесь навеки мой дом, мой незримый свет.

Улыбнулась свечка нам,

Загорелся огонек,

И сверкнул он тут и там,

Словно маленький денек!

Но пришла вода тихонько,

И сказала: «Здравствуй, друг!

Я полью тебя легонько,

Разогнав дремотный круг».

Тут проснулись соль и перец,

«Доброе утро!» – кричат.

«Это наш такой концерт!

Мы важны, поверь, стократ!»

Соль добавит вкус салату,

Перец – перчинку в борще.

Мы нужны в начале дня,

Без нас трудно, ой-ей-ей!

Свечка, огонь, вода,

Соль и перец – вот беда,

Если вместе не дружить,

Скучно будет всем нам жить!

Куплет 1
За окном шумит город, но внутри тишина
Я строю свой бит из шагов, из пауз и огня.
У кого-то плавится лёд, у меня — пружина идей,
Каждый мой день — новый трек, где правит мой билет к мечте.

Припев
Только я качаю мир под свой ритм и такт,
Мне не нужен чужой маршрут — я ищу свой факт.
Автором этой истории делаю каждую строку,
Я здесь, я живу, и это мой рэп-факт.

Куплет 2
Слова как кирпичи — складываю из них стены,
Чтобы в них можно было дышать, чтобы не ведать беды.
Я беру дыхание ветра, добавляю немного риска,
И вчерашний страх превращаю в геройскую призму.

Переход
Где-то за углом ждёт новый вызов и ответ,
Я беру микрофон — и мир вокруг становится замет.
Не гонюсь за лайками, не гонюсь за сигаретой искр,
Я строю свой путь, где каждый шаг — мой репертуар.

Куплет 3
Субботний рассвет, и город на фоне мои нот,
Я записываю мечты, чтобы они стали чётким кодом.
Микрофон звучит как сердце — биты вгоняют в бой,
Авторский рэп — это я, это мой ночной и дневной профиль.

Финал
Так держу курс на свободу, без чужих сценариев,
Там, где живу я и мои слова — без лишних тайн и лжецов.
Авторство не продаётся, оно внутри каждого из нас,
Но для меня — это мой рэп, мой голос и мой шанс.

Я делаю первые шаги по краю радуги,
Где цветные камешки плывут над землёй как мухи.
Каждый мой шаг звучит лёгко-ладно-скрипуче,
И звёзды щекочут подошву и дарят улыбку.

Я встречаю друзей из облаков и света,
С ними строю домики из песка на лугу.
Мы кидаем монетки в ручей и загадываем желания,
Чтобы они превращались в конфеты из мечты.

В кармане у меня живёт маленький компас,
Он зовёт меня вперёд, но не забывает назад.
Мы учим ветра петь вместе с нами припев,
Чтобы он носил нас туда, где смех выше облаков.

Солнце кивает, собирая наши тени в ленты,
И мы плетём из них гирлянды для вечернего окна.
Пусть каждый день будет как новый лист у книги,
Где герой — это каждый из нас, и зовут его смелость.

Звонкие шаги возвращают нас домой вовремя,
Где ждёт мама тёплым молоком и сказкой.
Авторство остаётся в сердце — это наш секрет,
Что мы идём по радуге и вместе сильнее, чем мы были.

Жил-был карандаш, но не простой,

А с краской волшебной, яркой такой!

Стоило им только чиркнуть слегка,

Как прямо из-под грифеля — чудеса!

Нарисует зайчишку — он прыгнет с листа!

Нарисует цветочек — он вспыхнет, как звезда!

Дом нарисует — зайдет он туда,

И будет там жить, забыв про года.

А если захочет — нарисует луну,

И звёзды зажгутся, встречая весну.

И солнышко яркое, ласковый свет,

Чтоб стало теплее на сотни лет!

Этот карандаш — настоящая сказка,

Рисует он радость, рисует он ласку.

Что хочешь — всё может явить красотой,

Лишь только возьми ты его под рукой!

В зимнем парке лёд блестит,

Как стекло в лучах зари.

Снег кружит, и ветер свистит,

Кататься мы спешим с утра!

На коньках скользим, как ласточки,

По гладкой реке, по пруду.

Смех эхом летит, не остановить,

Зима — это радость в полдень!

Но лёд хрупок, осторожно шагай,

Не тронь его слишком сильно рукой.

Он тает весной, как сон наяву,

И снова зелёные травы растут.

Пусть лёд учит нас:

Веселье в игре, но с умом и теплом!

Замёрзла краска в книжке старой,

Где жили храбрый рыцарь и русалка.

Умолк сверчок, что пел про дивный край,

И в сундуке уснула злая галка.

В саду волшебном больше нет цветов,

Не пляшет светлячок в ночной долине.

В шкафу забытом нет смешных стихов,

Лишь тишина, как иней на калине.

Исчезла магия из старых стен,

И тени больше не играют в прятки.

Растаял мир волшебных перемен,

И спит мечта в потрепанной тетрадке.

(Включается энергичный бит, с элементами чиптюна и синтов)

Интро:

Раз, два, раз, два, микро на проверку!

Это реп про "Фикспрайс", слышишь, детка!

Автор я, и только я тут решаю,

Что, когда и как я рифмую, точно знаю!

Куплет 1:

Залетаю в "Фикспрайс" как в Али-Бабу,

Там сокровища спрятаны, я не шучу!

Всё по фиксированной цене, вот умора,

Выгодно так, что забываешь про укоры!

Припев:

"Фикспрайс" – это тема, "Фикспрайс" – это стиль,

Тут найдёшь всё, что хочешь, хоть ты король!

Канцелярия, посуда, игрушки и быт,

"Фикспрайс" – это магия, тут всё кипит!

Куплет 2:

Юля и Оля – админы крутые,

Все вопросы решат, будто коты удалые.

Наташа, Олька, Танюха на кассе стоят,

Быстро пробьют, и пожелают приятный откат!

Куплет 3:

А Валек – наш мастер, он всё починит,

Если сломалось что-то, он не закинет.

Руки золотые, голова светлая,

В "Фикспрайсе" без Валека – жизнь бесцветная!

Припев:

"Фикспрайс" – это тема, "Фикспрайс" – это стиль,

Тут найдёшь всё, что хочешь, хоть ты король!

Канцелярия, посуда, игрушки и быт,

"Фикспрайс" – это магия, тут всё кипит!

Бридж:

Пусть хейтеры ноют, а мы тут кайфуем,

В "Фикспрайсе" находим, что душе угодно!

Команда крутая, цены смешные,

Что ещё надо для жизни достойной?!

Припев:

"Фикспрайс" – это тема, "Фикспрайс" – это стиль,

Тут найдёшь всё, что хочешь, хоть ты король!

Канцелярия, посуда, игрушки и быт,

"Фикспрайс" – это магия, тут всё кипит!

Аутро:

Вот и всё, реп закончен, дамы и господа!

"Фикспрайс" – номер один, это навсегда!

Февраль месяц, как котенок,

Снежный, ласковый ребенок.

Он играет в холодок,

Щиплет щечки и носок.

Нарисует на окне

Кружевные сказки мне.

Белым мелом, как художник,

Нарисует лес и домик.

А потом, шутя-играя,

Солнце в небе зажигает!

И сосульки звонко плачут,

Ведь весну они уж прячут.

Февраль месяц, шустрый малый,

Хоть и снежный, но удалый!

Он зиме дает пинка,

И зовет к нам веснянка!

У Саши есть глобус – сияет он ярко,

Как будто большая космическая арка!

Она его крутит, планеты считает,

И ночью про космос во сне улетает.

Летит на ракете, блестящей и новой,

Где кнопки – из звёзд, а руль – из подковы!

Навстречу – кометы с хвостами из пыли,

И добрые инопланетяне застыли.

У них три антенны и глазки смешные,

И Саша им дарит ромашки земные.

Они улыбаются, песенки поют,

И Сашу на лунную горку везут.

А там – лунный зайчик в скафандре играет,

И пыль звёздную в куличики собирает.

Он Саше даёт горсть сверкающих крошек,

И шепчет: "Храни их в кармашке немножко!"

Проснулась вдруг Саша, за окнами – синь,

И в пальчиках что-то немножко блестит!

Не крошки ли звёздные зайчик оставил?

Секрет у Саши в ладошке затаен!

Теперь она знает, что космос – повсюду,

В улыбке, в травинке, в желанье и в чуде!

И каждый, кто верит, душою взлетая,

Может Сашиным сном до звёзд долетать!

У девочки Клюковки носик в веснушках,

И бантик из листика в рыжих колюшках.

Она ходит по саду босая, смеётся,

И кажется, будто бы солнце в ней льётся!

А рядом, на яблоне, старой и мудрой,

Живёт Солнечный Зайчик – весёлый и шустрый.

Он прыгает с ветки на ветку лениво,

И шепчет Клюковке: "Ну что, поплывём мимо?"

Поплывём по реке из ромашек и мяты,

Где бабочки пьют из кувшинок нектары!

Где рыбки смеются, усами щекочут,

И песни поют, что летят прямо в строчку!

Клюковка кивает, босая садится

В ладошку из света – и сказка случится!

Они поплывут, мимо маков и роз,

Ловить солнечный ветер в букетах из грёз.

А вечером звёзды зажгутся в реке,

И сон постучится к обоим в окне.

Клюковка заснёт, улыбаясь немножко,

И Зайчик приснится – с луны на дорожку!

В белом стихе, где ритм сердца бьётся свободно,

Я иду по краю ночи, где тени шепчут имена забытых.

Не рифма, а эхо – в листве, в дыхании ветра,

Что несёт пыль дорог, где мы все когда-то шли.

Тени тянутся, как пальцы из тумана,

Хотят коснуться лица, но ускользают в рассвет.

Я стою, не двигаясь, слушаю их хор –

Голоса прошлого, смешанные с будущим,

Без формы, без края, как река в полнолуние.

Вольный полёт мыслей, без оков строк,

Пусть они плывут, как облака над морем,

Где волны бьются о скалы, не зная усталости.

Я – часть этого, тень среди теней,

И в тишине нахожу свой свет.

Ветер шепчет тайны через кроны старых дубов, где листья, как воспоминания, шелестят о былом. Он рассказывает о девушке, что шла по лесной тропе, неся в сердце груз невидимых цепей. Её шаги были лёгкими, но душа тяжёлой, словно осенний дождь, что моет небо, не очищая его от туч. Ветер обнимал её плечи, шептал: "Отпусти, позволь себе лететь, как я, без границ и без имён".

Она остановилась у ручья, где вода пела свою вечную песню о свободе. В отражении видела не лицо, а маску – ту, что надела, чтобы мир не увидел трещин. Но ветер сорвал её, одним дуновением, и вот она – настоящая, с глазами, полными звёзд и слёз. "Я – это я", – прошептала она, и ручей подхватил слова, унося их вниз по течению, к морю, где все тайны растворяются в бесконечности.

С тех пор ветер стал её спутником, а лес – домом. Она больше не бежит от себя, а танцует с ветром, позволяя ему вести. И в каждом дуновении – обещание: жизнь – не цепи, а крылья, ждущие, чтобы распахнуться.

(Интро – мягкое пианино с нарастающим басом и скрэтчем)

У-ху, это для тебя, пап. Знаешь… все слова тут лишние. Просто чувствуй.

(Куплет 1)

Папа… одно слово, а в нём целый мир.

Ты строил его сам, кирпичик за кирпичиком, сильным и прямым.

Я помню твои руки, загрубевшие от работы,

Но всегда находившие время, чтобы взять меня на охоту.

Не на зверей, конечно, а на приключения во дворе,

Где каждый куст – джунгли, и каждый камень – клад в земле.

Ты не был многословен, но каждое слово весомей золота,

Когда говорил: "Верь в себя, дочка, иди только вперёд, хоть и колко там".

(Припев – более энергичный бит вступает)

Папа – это не просто имя, это мой личный бренд,

Моя крепость, моя стена, мой самый верный френд.

Он рушит все преграды, когда я спотыкаюсь,

И поднимает меня выше, когда я опускаюсь.

Папа – это мой кумир, мой герой на все времена,

И эта песня для него, пусть слышит вся страна.

(Куплет 2)

Я помню, как ты учил меня водить машину,

Как боялся за меня, но скрывал это отчаянно сильно.

Как мы спорили из-за ерунды, как все нормальные люди,

Но всегда находили компромисс, чтоб больше не грустили.

Ты показал мне, что такое настоящая мужская сила –

Не в кулаках, а в умении прощать и любить красиво.

Спасибо за уроки, за поддержку, за твою любовь без края,

Я знаю, что всегда могу на тебя положиться, папа, я знаю.

(Припев – ещё более мощный бит, с добавлением бэк-вокала)

Папа – это не просто имя, это мой личный бренд,

Моя крепость, моя стена, мой самый верный френд.

Он рушит все преграды, когда я спотыкаюсь,

И поднимает меня выше, когда я опускаюсь.

Папа – это мой кумир, мой герой на все времена,

И эта песня для него, пусть слышит вся страна.

(Бридж – немного замедляется, более лирично)

Пусть годы летят, пусть седина коснется висков,

Ты для меня всегда останешься тем самым лучшим отцом.

И я обещаю, что ты будешь гордиться мною,

Что я не подведу тебя, даже когда будет плохо.

(Припев – максимально энергичный бит, с эхом и эффектами)

Папа – это не просто имя, это мой личный бренд!

Моя крепость, моя стена, мой самый верный френд!

Он рушит все преграды, когда я спотыкаюсь!

И поднимает меня выше, когда я опускаюсь!

Папа – это мой кумир, мой герой на все времена!

И эта песня для него, пусть слышит вся страна!

(Аутро – пианино возвращается, постепенно затихая, скрэтч в конце)

Respect, пап. Я тебя люблю. Peace.

Забвение спит в корнях мироздания,

Мечта утонула в колодце познания.

Ветер шепчет вопросы сквозь звездные врата,

А я – лишь отголосок, не знаю ответа.

В лабиринтах души блуждает отчаяние,

Иллюзия света, пустое сияние.

Каждый шаг – это выбор, дорога во мглу,

Где истина скрыта в танце на хрупком стекле.

Искажение правды – реальность крива,

В зеркальном отражении – чужая судьба.

Я ищу силуэт потерянной веры,

В осколках надежды, за стеной химеры.

Но сквозь пелену сумрака, вижу вдруг свет,

Внутри меня рождается новый рассвет.

Даже в крахе – есть красота и свобода,

И я, отблеск Сущего, часть небосвода.

На старом Дубе два Жёлудя висели,

Болтали меж собой о жизни, о судьбе.

Один хвалился: "Крепок я и силен, право слово!

Я вырасту в гиганта, подобно Дубу впереди!"

А второй, чуть поменьше, скромно молчал,

Собою не гордился, мечтал, что будет прост.

Один Жёлудь важный с ветки сорвался вдруг,

Упал на камни, разбился впрах и просто прах.

А второй, скромный Жёлудь тихонько в землю пал,

Земля его укрыла, дала тепло и пищу.

И вырос из него дубок хотя и не большой,

Зато полезный людям, зверям, и птицам в роще.

Мораль: Не стоит зазнаваться и гордыню в себе взращивать,

Судьба порой смеется над теми, кто слишком верит в себя.

Скромность и умеренность - важнейшие качества,

И только труд дает плоды, а не пустые слова!

В тишине ночной душа молчит,

Лишь сердце тихо вторит о тебе.

Мелодия любви в ночи звучит,

Рисуя образ твой в моей судьбе.

Нежность лунного серебряного света,

Отражается в глазах твоих, как в море.

И нет прекраснее на свете поэта,

Чем сердце, что тоскует на просторе.

Каждый вздох, как эхо, шепчет имя,

Твое, что слаще меда и весны.

В этой тишине, что так неуловима,

Растут любви хрустальные сады.

Тихо в комнате ночной,

За окошком месяц ясный.

Сказка шепчет нам с тобой

Кот, пушистый и прекрасный.

Кот лунный, он не простой,

Он гуляет по вселенной.

Собирает он мечтой

Звезды в баночку волшебной.

Если ночью не до сна,

Ты на котика взгляни,

И увидишь ты тогда

Сны, что красками полны.

Он расскажет про кометы,

Про далекие миры,

И подарит вам конфеты,

Что из лунной он коры.

Вот такая сказка дивная,

С лунным котиком друзья.

Ночь волшебная, активная,

Сны чудесные тая!

(Интро)

Звучит мелодичный мотив хомуса (якутский варган) с элементами трэпа

Эхо: Саха Сирэ… Саха Сирэ…

Бит начинает качать

(Куплет 1)

Якутск – мой город, тут вечная мерзлота,

Зимой тут минус пятьдесят – это не шутки, братан, вот так-то!

На небе Полярная звезда светит ярко,

Оленей бег слышен даже в парке.

Река Лена скована льдом, как сердце царя,

Но внутри горит огонь, дух северного богатыря.

Здесь снег хрустит под ногами, как битое стекло,

Но красота вокруг заставляет забыть про тепло.

(Припев)

Саха Сирэ Холода,

Здесь выживает лишь тот, кто в себе уверен всерьез.

Мороз рисует на окнах узоры, как шаман в трансе,

Это мой дом, моя земля, здесь бьется сердце нации.

(Куплет 2)

Мы носим унты и шубы из меха соболя,

И пьем горячий чай, чтобы не замерзнуть до костей, эйоу!

Здесь духи предков живут в каждом сугробе,

Они шепчут нам истории о силе воли и свободе.

Якутские бриллианты сверкают ярче звезд,

Как символ того, что даже в холоде можно найти свой рост.

Зима здесь правит бал, но мы ей не сдаемся,

В наших сердцах горит огонь, и мы гордимся этим, клянусь!

(Припев)

Саха Сирэ Холода,

Здесь выживает лишь тот, кто в себе уверен всерьез.

Мороз рисует на окнах узоры, как шаман в трансе,

Это мой дом, моя земля, здесь бьется сердце нации.

(Бридж)

Музыка становится более атмосферной, добавляются элементы горлового пения.

Ледяной ветер воет в трубах, как дикий зверь,

Но мы танцуем осуохай, чтобы прогнать его прочь, поверь!

Мы – дети Севера, закаленные морозом и ветром,

И наша музыка – это крик души, что летит над белым светом.

(Припев)

Саха Сирэ Холода,

Здесь выживает лишь тот, кто в себе уверен всерьез.

Мороз рисует на окнах узоры, как шаман в трансе,

Это мой дом, моя земля, здесь бьется сердце нации.

(Аутро)

Музыка затихает, остается только эхо хомуса и шепот:

Саха Сирэ… Холода…

Бит полностью стихает.

Несколько комментариев к песне:

Стиль: Я постаралась сочетать элементы классического рэпа с якутской культурой и современным трэп-звучанием.

Название: Мой Голос (Маме)

(Интро)

Тихий клавишный перебор, будто ищешь нужные ноты, переходящий в бит, но пока приглушенный.

(Куплет 1)

Эти слова не из учебника, не из модных клише.

Этот реп о тебе, мама, написан моей душой вообще.

Тут нет продюсеров, нет хитрых схем и формул.

Только я и моя любовь, разорвись хоть весь форум!

(Припев)

Мой голос дрожит, когда пою о тебе,

Слёзы льются сами – это всё обо мне.

Мой авторский стиль, моя личная боль…

Мама, ты – мой Бог, ты – мой абсолютный ноль,

С которого началась моя жизнь!

(Куплет 2)

Помню твои колыбельные, запах свежих пирогов.

Мои детские обиды, ты прощала снова и снова.

Твой халат у кровати, когда температура за 40…

Эта любовь – как космос, словами не описать коротко.

(Припев)

Мой голос дрожит, когда пою о тебе,

Слёзы льются сами – это всё обо мне.

Мой авторский стиль, моя личная боль…

Мама, ты – мой Бог, ты – мой абсолютный ноль,

С которого началась моя жизнь!

(Мост)

Пусть говорят, что реп – это зло, что это не формат…

Но это мой способ сказать: "Мама, ты – моя жизнь, моя мечта!"

И мне плевать на тренды, на хайп и на успех.

Главное, чтобы ты знала – ты лучше всех!

(Припев)

Мой голос дрожит, когда пою о тебе,

Слёзы льются сами – это всё обо мне.

Мой авторский стиль, моя личная боль…

Мама, ты – мой Бог, ты – мой абсолютный ноль,

С которого началась моя жизнь!

(Аутро)

Бит уходит в ноль, остаётся только шёпот под клавишные переливы:

Это мой голос… Это моя мама… Это моя любовь…

(Интро)

Тихий проигрыш на пианино, переходящий в бит с легким хай-хэтом, с легким эффектом ретро-записи

(Куплет 1)

Мои слова не те, что в книгах, но в них вся правда, вся суть.

Ты — мой маяк в шторм, мой персональный маршрут.

Помню, как мир давил, а ты шептала: "Всё пройдёт."

Мам, твоя любовь — мой щит, что от бед бережёт.

(Припев)

Слёзы текут сами, вижу твой взгляд,

В каждом платье моём — твоей заботы наряд.

Мой ангел за спиной, ты — вера и свет,

Мама, такой, как ты, на планете нет.

(Куплет 2)

Детство — это ты, сказки на ночь в тиши,

Учила добру, говорила: "Не спеши."

Мои ссадины лечила, боль брала на себя.

Твои руки — тепло, в них вся моя семья.

(Припев)

Слёзы текут сами, вижу твой взгляд,

В каждом платье моём — твоей заботы наряд.

Мой ангел за спиной, ты — вера и свет,

Мама, такой, как ты, на планете нет.

(Мост)

Года летят, и я уже не та малышка,

Твоя любовь — мой якорь, когда жизнь слишком зыбка.

За все мои ошибки — прости меня, мам.

Ты в моём сердце — вечный храм.

(Припев)

Слёзы текут сами, вижу твой взгляд,

В каждом платье моём — твоей заботы наряд.

Мой ангел за спиной, ты — вера и свет,

Мама, такой, как ты, на планете нет.

(Аутро)

Бит стихает, остаётся лишь пианино, словно эхо.

Мам… Моя любовь… Тихий шёпот

В чернильной ночи, где звёзды горят,

Я слышу шёпот забытых миров.

Меж явью и сном, где тени парят,

Открыты врата для души и богов.

Луна серебрится в заброшенном парке,

И старые дубы хранят тайны веков.

Сиянье далёкое, словно на арке,

Над пропастью между прошлым и снов.

Там сущности бродят, невидимые глазу,

Плетущие нити судьбы в тишине.

И каждая искра небесного газа –

То знак, что оставлен однажды мне.

Пытаясь разгадать этот код мирозданья,

Я вглядываюсь в отблеск мерцающих звезд.

И чувствую кожей прикосновенье к знанью,

Что мир многогранен, глубок, как бездна без берегов.

Забытые лица в толпе городской,

История в каждом надломе судьбы.

Мы город построили верой простой,

Но стали ли счастливы в этой борьбе?

В асфальтовых джунглях кричит тишина,

О праве на правду, на честный восход.

Когда же проснётся от спячки страна,

И сбросит с себя равнодушия гнёт?

Нельзя замолчать, когда рушится мир,

Когда справедливость – лишь пыль на ветру.

Мы – голос улиц, мы – яростный крик,

За тех, кто в забвенье встречает беду.

Пусть каждый кирпич станет эхом борьбы,

За равенство, братство, за свет впереди.

И в каждом биенье сердечной трубы,

Пусть жажда свободы всегда горит.

Мы – путник в лабиринте зеркал,

Где истина скрыта за слоем теней.

И каждый наш шаг – то надежда, то шквал,

Смещающий грани вчерашних идей.

Что есть реальность? Лишь призрак мечты,

Сплетенный из нитей желаний и снов?

И где та черта, за которой лишь ты,

Один на один с безмолвием богов?

Вопросы звенят в пустоте бытия,

Не находя ответа, блуждая в тиши.

Мы ищем себя, сквозь года и края,

Но часто теряем и душу, и мысль.

Быть может, ответ – не снаружи, внутри,

В бездонных колодцах сердечной тоски?

В умении слышать, в умении любить,

И видеть свет даже в час тьмы густой?

Рассвет скользит по глади пруда,

Где лотос дремлет, нежен и тих.

В жемчужной росе – вся жизни игра,

И солнце целует лепестки его.

Туман, как вуаль, над водой плывёт,

Скрывая тайны глубин и земли.

И только цикада песнь свою шлёт,

О том, как прекрасно здесь утро вдали.

Вздох ветра колышет листву ив,

Слегка осыпая пруд золотой.

И кажется, время навек застыв,

Позволило миру побыть в тишине, святой.

А лотос проснулся, раскрылся слегка,

Встречая рассвет – свой новый день.

И я замираю, любуясь пока,

Как утро дарит красоте этой тень.

Мой сын Демид, ты моя гордость и мой щит,
Этот мир для тебя одного пусть ярко блестит.

Помню, как вчера, твой первый тихий плач,
Ты в жизнь мою ворвался, как солнечный пала́ч
Всех серых дней, всех пасмурных минут,
Теперь мои дороги лишь к тебе ведут.
Ты рос так быстро, делая шаги,
Сбивая все коленки, смело вдаль беги.
Я за спиной, невидимой стеной,
Всегда горжусь, мой мальчик, только лишь тобой.

Демид, мой сын, ты главный мой мотив,
Пусть будет путь твой светел и красив.
И сколько б ни было препятствий и преград,
Знай, мама рядом, это больше всех наград.
Демид, мой сын, ты ярче всех светил,
Желаю, чтоб ты целый мир себе открыл.
Иди вперёд, не бойся ничего,
Ты в этой жизни победитель, вот и всё.

Меняются сезоны, дни летят стрелой,
Ты стал уже серьёзней, парень деловой.
Свои секреты, планы и мечты,
Но в моих мыслях тот же самый мальчик — ты.
Пусть говорят, что мир жесток и сложен,
Но путь добра тобою будет пусть проложен.
Будь честным, сильным, верным слову своему,
И не сдавайся в жизни никому.

Мой сын Демид, ты моя сила и мой свет,
Хранит тебя пусть Бог от всяких бед.

Всегда с тобой.

Твоё имя звучит, как награда,
Словно песня весеннего сада.
Ты прекрасней любого наряда,
Слаще плитки цветной шоколада.

Александра, ты лучик рассвета,
Что теплом и добром согревает.
Ты, как яркая в небе комета,
Что мечтою сердца зажигает.

Пусть улыбка твоя не угаснет,
И глаза, как сапфиры, сияют.
Каждый день будет светлым и ясным,
А невзгоды вдали исчезают.

Солнечный зайчик, озорной дружок,

Взял кисточку света и – прыг на лужок!

Травку покрасил в цвет изумрудный,

Ромашке надел сарафанчик нарядный.

Белку одел в рыжую шубку,

Зайцу нарисовал белые зубки.

Облаку сделал пушистые щечки,

И разбудил у реки цветочки-звоночки.

Всё разукрасил, не зная усталости,

Мир наполнил радостью и красотой.

А потом – скок в окошко ко мне,

И нарисовал улыбку на лице!

Если градусник устал,
Вниз полоску опускал,
Значит, ты попал, дружок,
В самый снежный уголок.

Здесь Якутия, привет!
Холодней на свете нет.
Выдохнешь — и пар стоит,
Словно облако висит.

Иней вырос на ресницах,
Снится лето только птицам.
А у нас — алмазный снег,
Ускоряет время бег.

Строим крепость во дворе,
Радость нашей детворе.
Пусть кусает нос мороз,
Мы не вешаем свой нос!
Валенки, унты, пимы —
Вот спасение зимы.

Край суровый, но родной,
С доброй, сказочной душой.

В некотором царстве, в некотором государстве,

Где все текло, как мед, и было вроде в масле,

Явился муж великий, весь в белых он одеждах,

И молвил: "Будет лучше! Уйдут былые невежды!"

Он звался Оптимизатором – звучит весьма солидно,

И планы строил смело, чтоб жизнь текла обильно.

"Все лишнее отбросим! – вещал он с трибуны, –

Долой бюрократию, долой прогнившие руины!"

И началось веселье, по всей стране широкой,

Сокращенья штата, урезки в каждой строке.

Больницы укрупнили, школы упразднили,

И в целях экономии, зарплаты заморозили.

Культуру оптимизировали – чтоб было меньше трат,

Театры переполнили актерами из лат.

Музеи все закрыли – зачем нам эта пыль?

Историю мы новую напишем, чтоб была милей.

И люди замолчали, боясь сказать хоть слово,

Ведь Оптимизатор зорко следил за каждым словом.

Зато отчеты стали прекрасней, чем заря!

Все цифры в рост пошли, на радость всем царям!

Но как-то раз, случайно, (никто и не заметил),

Пропало вдруг все счастье. А мир как будто выцвел.

И понял Оптимизатор, взирая на унынье:

"Оптимизация – зло! Здоровый смысл покинул!"

Но было слишком поздно, и в зеркале он зрел,

Лишь грустного чиновника, что Родину проел.

О, носок пропавший, брат по паре!

Куда ты скрылся, беглец от стирки бурной?

Мы обыскали всё – под диваном в жаре,

В шкафу, где пледы спят в дремоте хмурой.

Тебя мы ждали, как солдата из похода,

Но тщетно! Лишь в стиральной бездне темной,

Осталась память о твоем коротком сроке,

И лишь один твой брат вздыхает скромно!

Быть может, ты попал в другое измеренье?

Где носки правят миром, в теплых тапочках из шерсти?

И, может быть, нашел другое примененье -

В гамаке где нибудь, без всякой спешки?

А может, ты стал жертвой черной дыры,

Что прячется коварно в барабане стирки?

И теперь летаешь в космосе, без меры,

Как спутник одинокий в звездной дымке?

Но мы тебя не будем долго оплакивать,

И новый носок купим, без сомненья!

А про тебя легенды будем складывать,

О носке, что исчез без объявленья!

В пустыне сердца, где эхо лишь молчит,

И ищущий взор не видит ориентира,

Странник бредет, душою истомим,

Сквозь пески сомнений, гордыни мира.

Он вопрошает небо, что так высоко,

И просит знака в этой слепоте.

Но слышит лишь безмолвия глубокий зов,

И видит лишь себя, в своей пустоте.

Вдруг, словно отблеск дальнего костра,

В душе его рождается надежда.

Не внешний свет, а искра изнутри горя,

Сменяет страх на веры безмятежность.

Он понимает, что не в храмах и обрядах,

А в тишине безмолвия – ответ.

Что Бог – не где-то там, в небесных звездах,

А в зеркале души, где дремлет свет.

И странник, преклонив колени ниц,

Уже не просит, а благодарит.

За путь тернистый, скорбный и неблизкий,

Что к истине себя ему открыл.

В глуши лесной, где сумрак вечно правил,

Жил Дуб огромный, в кроне своей славе.

Он к солнцу ветви гордо простирал,

И презирал того, кто был во мраке плавал.

А рядом с ним, Светлячок, совсем малютка,

Заблудился в чаще, потерял свой путь.

Он искру света нес, как хрупкую попутку,

И тщетно пытался мрак вокруг спугнуть.

Однажды Дубу Светлячок сказал:

"О, Дуб могучий, осени лучом своим!

Я заблудился, тьма мне стала залом,

Не мог бы ты хоть капелькой огня поделиться со мной, хотя бы чуть-чуть?"

На что Дуб надменно проворчал в ответ:

"Зачем мне тратить свет на мелочь этакую?

Деревья важны, а ты лишь жалкий свет!

Иди своей дорогой, я тебе не попутчик, иди своей дорогой!"

И Светлячок, обиду затая,

Тихонько полетел, куда глаза глядели.

Но вдруг, в лесу пожар возник внезапно,

И пламя стало жадно пожирать лесные цели.

Огонь добрался и до Дуба величавого,

Ища жертву, чтоб поглотить.

Тогда Дуб пожалел о слове опрометчивом,

И стал молить о помощи, чтоб жить.

Но кто поможет Дубу в час беды?

Все разбежались, каждый сам за себя.

И только Светлячок, забыв обиды следы,

Подлетел поближе к Дубу, свет неся.

Он звал других светлячков из дали тёмной,

И вместе, искру к искре добавляя,

Огню сумели дать отпор огромный,

И лес от гибели спасли, не отставая.

Мораль басни:

Не стоит гордым быть и презирать других,

Ведь даже самый маленький, порой,

Способен пользу принести большую,

И в трудный час протянуть к тебе свой свет живой.

В час, когда багрянец с золотом сплетает,

И день уходит в тень, свой свет теряя,

В саду молчаливом, где роса блистает,

Раскрывается астра, тайну миру являя.

Нежна, как шепот ветра в тишине,

Хрупка, как первый снег, что тихо падает,

Она зовет к забытой глубине,

Где память снов потерянных блуждает.

Её лепестки – как искры в полумраке,

Сияют отблеском ушедшего тепла,

В них отголоски вечной грусти, знаки,

Что жизнь – лишь миг, и в ней любовь светла.

Но не печаль в её сиянье скрыта,

А мудрость тихая, что шепчет: "Посмотри,

Как быстротечна радость, как забыта

Бывает красота в круговороте дни."

И в этот час, когда всё замирает,

Под звёздным полотном, в безмолвной мгле,

Эфемерный зов астры проникает,

В души тех, кто ищет свет во тьме.

(Для самых маленьких мечтателей)

Дождик капал за окном:

"Кап-кап-кап!" – стучал он в дом.

Не простой, а золотой!

Знаешь, почему такой?

Потому что это он

Напоил волшебный сон!

Всем зверушкам – до травинки,

Каждой крошке – до росинки.

Он погладил все цветочки,

Разбудил у пчел щечки,

А потом, тихонько, в сад

К зайке спящему упал.

Зайка глазки открывает,

И морковку уплетает.

Ведь во сне он увидал,

Как на клумбе танцевал

Дождик светлый, озорной,

Разговаривал с луной!

И теперь зайчишка знает:

Сон волшебный прилетает

Только с капельками дождика!

Поделись с ним, не жадничай!

Я помню день, когда тебя узнала,

И мир вдруг стал светлее и теплей.

Ты – осколок зимнего солнца малый,

Согревший сердце в стуже дней моей.

Ты – тихий шепот ветра в темной чаще,

Нашедший путь сквозь заросли души.

Ты – свет звезды, что в ночи ненастной

Мне указал, как в лабиринте жить.

Я думала, что сердце – просто камень,

Замерзший в вечной мерзлоте обид.

Но ты пришел, как долгожданный пламень,

И лед растаял, больше не болит.

Твоя любовь – как тихий океан,

Бездонный, нежный, полный волшебства.

В нем растворяюсь я, как будто пьян,

Теряя память, плоть и все слова.

Я знаю, будут трудности, преграды,

И штормы нас не раз еще настигнут.

Но я с тобой готова быть и рядом,

И за тебя молиться и погибнуть.

Пусть этот стих, как хрупкий лепесток,

Хранит тепло моей любви к тебе.

Он – только твой, мой нежный островок,

В бушующем, изменчивом судьбе.

В морской ночи, когда бушует ветер,

И волны бьют о борт, как сталь о сталь,

Лишь штурман знает курс, он путь наметил,

Ведя корабль сквозь шторм, сквозь океанский шквал.

Он видит звезды там, где мгла густая,

Читает карту, словно книгу жизни,

Надежный, точный, словно аксиома простая,

В ответе за команду и за подвиг Отчизны.

День штурмана – то праздник мужества и знанья,

Науки лоции и компаса секрет.

Пусть будет путь ваш полон процветанья,

И каждый курс ведет к желанной гавани, где ждет побед букет!

Пусть не подводят вас приборы и расчеты,

А горизонт всегда хранит перспективу,

Пусть будут легкими морские перелеты,

И штурманская доля будет счастлива!

Мой сын, мой свет, моя надежда,

Ты – лучик солнца в день дождливый.

Твоя улыбка безмятежна,

Как ветер нежный и игривый.

Твои глаза – два океана,

В них глубина, и ласка, и тепло.

Ты – капитан, ведущий плавно

Мою любовь сквозь жизни полотно.

Твои объятья – словно крылья,

Защита от всех бурь и бед.

С тобой мне мир становится былью,

И каждый день как яркий свет.

Я помню каждый миг рожденья,

Твой первый вздох, твой первый взгляд.

И в сердце бьется восхищенье,

Что ты – мой сын, мой лучший клад.

Пусть жизнь твоя будет прекрасна,

Полёт мечты пусть будет смел.

Люблю тебя, мой сын, безгласно,

Ты – всё, что я всегда хотела.

В розовый закат струится луч лунный,
Где звезды легких дыханий танец.
Мамина улыбка – заветные молнии,
И душу мне любовью залечит внутрь.

Она как родник, что сияет вечностью,
Неистощимость страсти и тепла.
Мама – ярче заката в убежище,
И созвездиям тронов покорна.

С восторгом и безмолвием неженький,
Благодать в моей жизни береги.
Мама – звезда, что сияет в небесах,
И за тобой я плачу и смеюсь.