Судьбы прохожих

Мамочка, родная, есть покушать?
Дай хоть хлеба ломоть всухомятку.
Мне нравоучения прослушать
Нужно много раз не по порядку.
Мамочка, несу вину за папу?
Удержать его не пригодилась?
Ты с меня взяла двойную плату,
С этим я давно уже смирилась.
Жизнь тебе испортила, родная?
Оказалась бременем, обузой?
Почему ты смотришь умолкая,
Жизнь легла на плечи мертвым грузом?
Мне, когда кричит воронья стая,
Не на что родная опереться.
Завтра я навеки умолкаю...
Перестанет биться моё сердце...
Люди будут, как шальные птицы,
Вороньем слетаться у обочин,
Я пополню мёртвые страницы
Под постами в лентах между прочим...

Старой одинокою каргой
Топчет свои ноги по вокзалу,
Все помойки снежною зимой
В поисках объедков обшмонала.

От людей прохожих прячет взгляд,
Милости не просит непривычно.
“Кто такая? “- люди говорят.
Тешатся истрепаным обличьем.

О, она бывала молода,
И кружила головы шальные.
Память не истерла сквозь года,
Руки их и губы холостые.

Заплела интригу меж огней
Двух сердец, тогда в неё влюбленных.
Замуж за того, кто был сильней,
Не заметив карт в руке крапленых,

Под венец летела, а не шла.
Лишь бы окольцованною птицей
Встать с родным на оба им крыла
И в любви душой объединиться...

Мужа посадили через год.
Не хватало в их семье зарплаты.
Этот бестолковый идиот
Заложил жену родную в карты.

А жена ребёнка понесла,
Ненавистный плод в себе травила,
И, родивши пятого числа,
Сына пуповиной удавила.

Отлетела ангела душа,
Замотав в холодную резину
Трупик закопала неспеша
Ночью за сельповским магазином.

Но собаки чуя трупный смрад
Разрывали детскую могилу,
Сторож был находке той не рад,
На ногах стоял тогда насилу.

Вот тогда мотала первый срок
Не было раскаяния во взгляде,
Что погиб от рук её сынок.
И живёт шальная мести ради.

Зона, снова зона, без конца
Этот круг не рвался сорок лет.
А теперь свобода без лица,
Корка из помойки на обед.

Жил на свете парень одинокий,
Только было парню невдомек :
Двадцать первый век совсем жестокий.
В нем любви зажегся огонек.

В интернете встретил он красотку,
О которой в снах своих мечтал.
С фото взгляд её манящий, кроткий
За собою сладко увлекал.

Позабыта хмурая реальность,
Лица всех родных, друзей и близких.
И сюжета глупая банальность
Утонула в томной переписке:

"Я весь твой и ты моя, родная,
Для тебя одной раскрыто сердце,
Без тебя покушать забываю,
Без тебя мне в холод не согреться."

Пареньку ответила красотка
Чувством искренним, почти взаимным,
Ну и пусть под фото лайков сотка,
Станет он единственным, любимым.

Отследил её страницы, блоги,
Видео в тиктоке, телеграмме.
Тёк слюной рассматривая ноги,
Бюст высокий - мозг тонул в тумане:

"Не пойми меня привратно детка,
Разве стать могу твоим я мужем?
Ты такая сладкая конфетка,
Для тебя богатый мачо нужен".

"Все они - холодные машины
Им любовь, как чувство незнакомо.
Ты же, настоящий мой мужчина!" -
В строках смс текла истома.

"Я таких, как ты, не повстречала,
Жар любви горит тоскливо в сердце,
Настоящим чувством воспылала,
И в свою мечту открыла дверцу. "

Так поверил парень в эти речи,
Предвкушая счастье аж до гроба.
Предвкушая музыку и свечи
И подарок столь высокой пробы.

Позабыв про скромную зарплату,
Дедовскую сталинскую двушку,
Где реальных двадцать пять квадратов,
Стал дарить любимой безделушки.

То колечко займобот оплатит,
Новых туфель стоимость в полдома,
То на праздник дорогое платье,
Движет парнем сладкая истома...

Не оплачен счёт за газ и воду,
А кредитных писем всюду пачки,
От любимой нет ему проходу,
Добралась любовь до новой "тачки".

Не пестрят рекламой займоботы,
Не оплачен парнем интернет.
А вчера уволили с работы.
Доступа к любимой больше нет.

От тоски и горя изнывая
Продаёт наследство он от деда.
И долги и займы покрывая
Наскребает денег до билета.

Поезд мчит его до Подмосковья,
В кулаке зажат заветный адрес...
Дверь открыла бабушка Прасковья,
Что была уборщицей в театре:

"Кой вы сюда претесь, идиоты,
Толпами на лестнице сидите?
Кто вас звал? Какие здесь заботы?
Я прошу, мужчина, уходите.

Ищет он в кафе вай-фай бесплатный,
Мол ошибся адресом, родная!
Одурачен парень многократно
Её чёрный список пополняя.

Недоступна милая Вконтакте,
Блог закрыт любимой в телеграме,
И последним пунктом в этом акте
Письма в почте все с пометкой " в спаме".

Старший сын уже семейный,
И жена родила дочку.
Стать счастливым непременно
Не получится в рассрочку.
Он работал и старался
Быть хорошим семьянином.
Только с жизнью он расстался,
Пролетело счастье мимо.
Прошептал:"Любите дочку"
И вздохнул едва - едва.
Он ушёл глубокой ночью,
Горько плакала вдова.
Сын второй (по счету третий)
Был на курсе хорошистом,
Всё починит, не заметишь,
Коренастый и плечистый.
После ссоры так паршиво!
Он залил все чувства водкой.
По дороге плелся криво
Пьяной дерганной походкой.
Вздох последний - слепят фары,
И машина сбила - смерть.
Плачет девушка без пары,
Принимай, земная твердь.
Двое братьев оставалось,
Свято мать их берегла.
Только младшему достались
Смерти рваные крыла.
Так хотел он много денег
И машину, и жильё.
Но кругом обман - он пленник,
Обработанный жульем.
"Я обуза, я несчастье,
Не любим и не люблю" -
В этом жизненном контрасте
Он загнал себя в петлю.
К братьям он ушёл в могилу,
Будет там навечно спать.
Будет мама жить насилу,
Гроб слезами поливать.
Так остался брат последний,
Он второй из четверых
Проживает тенью бледной,
Жизнь ударила под дых.
И опять стучится в двери
Смерть костлявою рукой:
"Пережили вы потери"?
"Дайте папу на покой...

Ты смотришь исподлобья взрослым взглядом,
В нём столько сказано без лишних слов,
И вызов в нем и детская бравада,
А сердце отпирает без оков.
Ты ростом мал - едва десятилетка,
Так крепко держишь за руку сестру.
Еда и сон - вот вся твоя таблетка,
Но рано встал с надеждой поутру.
Перешагнул ты сборище попойки,
Смотря уныло, есть ли закусь на столе.
Стащил сестру с вонючей, грязной койки,
Не веря в справедливость на земле.
А сам ты мог не есть и день, и сутки,
Но жаль свою голодную сестру.
Одел и подхватил ее на руки,
Спеша, как на работу по утру.
Ты тихо встал с сестрой у магазина
Не просто так - тебя нужда вела.
А люди шли - обычная рутина,
Работа, быт и личные дела.
Ты попросить не смел кусочек хлеба,
Боролись стыд и голод меж собой,
Искал ты милости у бога или неба,
Что наделил тебя такой судьбой.
А мама будет плакать протрезвея,
Винить во всем папашу-алкаша.
В её слова поверить ты не смея
Молчал, она - пропитая душа.
Прогулы в школе или только двойки,
Не раз ты в месяц в школу не придёшь.
Скрывая эти грязные попойки,
Ты сочинишь очередную ложь.

Это сердце было из гранита,
Обижал он часто местных дам.
Липли очень из-за колорита,
Проходил ногами по сердцам.
Не сорил деньгами, скуп, тщеславен,
На расправу скорая рука.
Все мечтали:"Мы согнем исправим
И охомутаем дурака."
Время шло, а судьбы разбивались,
Не трещал, не сыпался гранит.
В комплиментах парню рассыпались,
Всех тянуло, словно он - магнит.
В парке шёл заснеженной тропою,
Как всегда на лоске, при шарфе,
Любовавшись неба серой мглою.
Взгляд упал на кошку вдалеке.
Снег её присыпал и подтаял,
Он украл последнее тепло.
Тут мужчина медленно оттаял,
Чувство его к кошке повело.
Снег стряхнул, заботливо укутал,
В шарф любимый коконом обвил.
То ли бес его сейчас попутал,
То ли ангел с неба полюбил.
Дома благодарно ждёт Находка,
Любит, песню ласково мурчит.
Так же тяжела его походка,
Так же сердце - каменный гранит.

Меж печкой и шкафом,
Свернувшись клубочком,
Тихая девочка носом сопит.
Покинутым мамой забитым щеночком
На старом матрасе соломенном спит.
Ей жизнь задолжала счастливое детство,
Родителей любящих, чутких друзей.
Нигде не достать ей волшебное средство,
Чтоб люди любили своих же детей.
В ссылку свезли, от семьи оторвали:
«Помочь нужно тёте, водись с малышом».
«Закончится ссылка когда?» — не сказали.
Сказали: «Потом мы тебя заберём».
В семье новый папа, в семье сводный братик
И двое родные — брат и сестра.
А тётка сказала: «Валяться-то хватит,
Иди управляться, четыре утра».
Потом первый класс, Новый год без подарка.
Отличница в классе, но вечный изгой.
Запомнилось горько, запомнилось ярко,
Как битая в школе плетется домой.
Однажды осмелилась и убежала.
От провода шрам беспощадно кровил.
«Я к бабушке, любит!» — верила, знала.
Лес её принял и отпустил.
Все километры пешком вдоль дороги
Сквозь частые заросли ив и берёз
Несли эту тихую девочку ноги,
Не замечая падений и слёз.
Пришла через сутки, а бабушка била:
«Просили, просили тебя помогать».
«А ты, паразитка, чего натворила?!»
«Сейчас покажу тебе, как убегать».
Вернули девчонку меж шкафом и печкой:
«Отцово отродье, неси этот крест».
А слезы текли, как вода вешней речкой.
А в сердце застыл вечный протест...