Свобода- сладкое безумие,
Без обязательств и зароков
Перед собой, твоя изюминка
В безликой пустоте без сроков.

В том наслаждении замедлиться
Или бежать, когда переполняет
Дыхание, ты сумасшедшая,
Это так пьянит и возбуждает.

Гармония с собой, энергией
Пульсирует от радости до страха,
Откатами и фейерверками,
Когда весь мир живой распахнут.

Нет ни плохого ни хорошего,
Жизнь вибрирует и бьётся
Сердцем и пока не подитожена,
А место чувствам остаётся.

Не бойся открывать шкафы и двери,
Метла и крылья, выбор невелик,
Запрятанные в старом шифоньере,
На крыльях бирка, на метле- ярлык.

Тоскует чёрно- белое пространство,
Пока ты смешиваешь краски дня,
Выгуливаешь всё непостоянство,
В оттенках настроений- глубина.

Пурпурный надеваешь цвета танго,
Лазурный, долетает бриз морской,
В золотых монисто ты цыганка,
И индианка в саре голубой.

Сколько настроений, так изменчив
Этот мир, он кружится, как шар
Сотней красок, потому что женский,
Из страсти загорается пожар.

Если заболеет близкий, крылья
Помогают раны врачевать,
Ты дочь для матери в её бессилии,
Для дочери ты- любящая мать.

Для подруг, по вторникам в кофейне,
Мётлы в ряд и тайные дела,
Ведь в красивой чашечке портвейна,
Зелье молодости жизнь вам подлила.

Для любимого, невинность и немного
Терпкой страсти, жаркого огня.
На двоих, всегда одна дорога…
Лишь шкафы и двери… для меня.

Вдыхаю первую такую необычную,
Знакомую осеннюю прохладу
Из памяти, замедленно- лиричную.
Взгляд скользит восторженно по саду.

Закрутились листья мармеладные
Под ногами и хрустят игривые,
Песни птиц какие- то нескладные,
Тревожные, охрипшие, крикливые.

Небо на меня вот- вот распустился
Хлопьями промокшими снежинок.
И зима с небес далеких спустится,
Нежно серебря лучинки паутинок.

Замедлились все мысли и сознание
Рисует предвкушение мурашками.
В природе новизна, похолодание,
Заискрилось чудо вверх тормашками.

Когда проливным дождём
Зальёт землю грешную,
Ты будешь моим зонтом,
А я твоей нежностью.

Как только померкнет свет
Под хмурыми тучами.
Почувствуешь что согрет,
А я- твоя лучшая.

Не верю другим рукам,
С твоими повенчана.
Закрыты глаза, по губам
Узнаю застенчиво.

Когда же туман рассвет
Рассеет над пристанью,
Увижу твой силуэт
И ауру чистую.

Нет гарантий больше чем на шаг,
Познаём в дороге, расширяя
Свой круг, сгущая полумрак
И солнечное войско возглавляя.

Помогаем тем кому нужны,
Отдаём тепло своих ладоней.
Также будем и защищены,
Эстафета, некая гармония-

Наша жизнь, ответов новизна,
Лучше, чем придуманное завтра.
Доверяем, оттого так и ценна.
Шаг лишь гарантирован, оправдан.

В клубке сцепившихся сомнений
Нащупай суть и потяни за нить,
Нужно ли бояться поражений
И отступая, цельность сохранить?

Или напролом озвучить правду,
Опаляя, оголяя боль чужую,
Суд людской так часто неоправдан,
А потому молчу и не рискую.

Своя дана нам скорость и дорога,
Приходит каждый, познавая суть
Этой жизни, до назначенного срока,
Не исправить ничего и не вернуть.

Смотритель маяка угрюм,
С горбинкой нос, прищу’р,
Морская соль его парфюм,
Он дальновиден чересчур.

Ступени вниз, один рывок,
К ногам закручивает волны.
Подбросит пену, кувырок,
Морские тайны беспокойны.

Немногословен, ждёт циклон,
Во взгляде отблески заката,
Рычит собака в унисон.
Их чуток сон, за всё есть плата.

За полнолунием бежит
Дорожка лунная плескаясь.
На небе звёзды сторожит
Сама и маяка касаясь

Ведёт усталых моряков,
Заброшенных штормами
На свет луны и маяков,
Хранимых небесами.

Имея дерзость не заглаживать изломы,
В будни не вплетать тотальный лоск,
Игнорируя все встречные фантомы,
Что в близости растают, словно воск.

Резкость не смягчать, не объясняя
Смеяться над собой, не усложнять,
Планировать, не ограничивая края,
Под других свой путь не исправлять.

Чувствовать плечами кривотолки,
Вздрагивать и продолжать нести
В теле шрамы, обожая все иголки,
Что путь меняют, помогая расцвести.

Доверяться чувствам, а покою
Предпочесть самый глубокий страх.
Рвать свои шаблоны и устои,
Устойчивость почувствовав в шагах.

Ловить весь ужас, хаос, уязвимость,
Слушать тело, но идти вперёд.
Самый лучший тест на совместимость
Ломать преграды, что скрывают вход.

Дать новый шанс, не уловить течение,
А изменить, чтобы себе не изменять,
Твой страх продлится лишь мгновение,
Имей же дерзость жизнь свою менять.

Осень, слепая година,
Шарик земной полыхает.
Был голубой, тёмно- синий,
Сегодня как блин, подгорает.

Жадность с повязкой безумие
Бросает монету судьбины,
Берущие и дающие
И нет на весах середины.

Истерики и равнодушие,
Каждый творение Божие,
В порядке вещей оружие,
Голод и чревоугодие.

Меняется жизнь за мгновение,
Удар, нет жилья, нет семьи,
Лишь мозг, как сердцебиение,
Как кол ледяной в груди.

Выставлено тщеславие
Ярче самой обложки.
Небо и дно, эпитафия.
Осталось еще немножко.

Может цена и ценности
Поспорят еще, но вряд ли.
Технологии неполноценности,
Люди- машины предвзяты.

Веришь ещё? Остался
Прежним и нежным внутри?
Закалился, сформировался.
Живи и благодари.

Хотя бы раз в жизни откроется сердце,
Покинешь свой мир что по рельсам скользил.
Тропой над обрывом проложена цель,
Жертвуешь всем, чтоб другой победил.

Опять вырываешь у жизни дыхание,
Без благодарности, чтобы спасти.
Только на грани дано понимание,
Как угли руками в душе разгрести.

Слёзы прорвутся не от бессилия,
Сдержат предел все канаты твои.
Обнимешь, укроешь, пусть обескрылена,
Лишь в бездне у боли очистишь слои.

Рождается сила сверкающей молнией,
На самом пределе, в ущелье души.
Мы сами всесильны когда переполнены
Состраданием, живы- нутро обнажив.

Слепыми маршрутами вскользь, как кометы
Тасуются люди в колоде судьбы.
Как ноты вверх- вниз наши дни перепеты,
Пей залпом, а хочешь слегка пригуби.

Танцует сознание в призрачном танце,
Вокал с хрипотцой и кружащийся лист,
Сегодня бретельки на шёлковом глянце,
Пьёт солнце, купается идеалист.

Завтра закручены волосы, мысли,
Кроссовки, пружинящий шаг и тропа,
Под тучей сомнений, в поиске смыслов
Вдребезги бьётся небес скорлупа.

Мечтаешь о личном в доверии зыбком,
Молитвы о мире, в ночи и в слезах,
Опять дефицит восполняя избытком,
Нам ангел врачует рубцы на сердцах.

Спущусь в подвал своей души,
Ключи достану и останусь.
Чудовищу дам слово, не молчи,
Можешь говорить, я не поранюсь.

Жадность к жизни, наглость, эрос,
Одержимость, хаос и экстаз.
Агрессия, сегодня я доверюсь,
Жажда власти, зависть без прикрас.

Переворот сознания внезапный,
Вооружённый, сможешь, возглавляй.
Нет, не комфортный поэтапный,
Есть ключи, но я кричу- взломай!

Я сама запреты, тени, отрицания
Нашла намеренно, теперь освобожу.
Я - бунт, я во главе, само восстание!
Хозяйкой жизни из подвала выхожу.

Снились стихи красной тушью, пером,
Окна высокие в узких проёмах,
Замок, украшенный свет витражом,
Лунный туман в серебристых заломах.

Стражники, дверь закрывают, мечи,
Мы проскользнули и нас охраняют.
Перья на шляпках дрожат, горячи,
В замке Шопена полночно играют.

Смело откинули маски с лица,
Кружим, хохочем, в глазах полыхает,
Сёстры, как два остроклювых птенца,
Нас удивлять этот мир успевает.

Укрылись по комнатам, красных чернил
Баночку вновь торопливо задела
Острым пером, по бумаге чертил
Ум, только каждая строчка краснела.

Сердце стучало и снова прошла
Мимо око’н твоих ярко зажженных.
Вечер глубокий, я их подожгла
Искрами мыслей своих незаконных.

Нет не влюблённость, лишь шалость,
С утра, ты и не вспомнишь наверно
Этот момент, теплоту и спонтанность,
Просто приснюсь тебе истинно, верно.

Тайные взгляды, и шёпот сестры,
Спрячь свои чувства, он точно увидит.
Глаза закрываю, а в них только ты.
Даже во снах тебя чувство возвысит…

Останавливай ветер и падай в ладони
Лишь той, кого любишь безмерно,
Цветов лепестками, ведь неугомонны
Влюблённые, преданны, не суеверны.

Стучись в её окна грибными дождями,
Пусть радуга к ней прикоснётся.
Будь мысленно рядом ночами и днями,
В заботе, внимании всё познаётся.

Дотронься душой, пусть не вместе,
Задолго до встречи желанной,
Запомнит тебя в каждом жесте,
Узнает, прошепчет: «Тот самый…»

Рассыпался песок- забрезжила надежда,
В минутах хаос, этой жизни торжество.
Разбросай сильнее, не гонись за прежним.
Ушло, захлопни дверь, оно уже мертво.

Дороги исчезают, покрытые туманом,
Рождает темнота в секундах жизнь.
Конец, это начало, живительным нарзаном
Пробьёшься к свету, вот тогда гордись.

Дороги на тропинки, как косы расплетутся,
Ты видишь только маленькую часть,
Никуда и везде, как ручьи разольются.
В мире повторений, будь не в масть.

Иногда деревья набирают силу, так заметны,
Их помнят, по кроне преступно- густой.
Их силуэт не бунт, они авторитетны,
Одиночество измерено другой величиной.

Им хорошо с собой и с теми кто питает,
Солнцем, ветром, выбран свой ориентир.
И с теми, кого тенью укрывают,
Одиночество- это отдельный мир.

Существует, она не кричит о внимании,
В памяти останется надолго, после.
Отвернись, наслаждайся своим отрицанием,
Только будешь стремиться быть возле.

Тихая, ведь красота навсегда элегантная,
Она не носит корону, совсем не спешит.
Загадка, никогда не попросит, реальная.
Ничего не объясняет, всё чаще молчит.

Способна сама, как королевская особа,
Не принадлежит к шуму этого мира.
Мягкая, сквозь тишину видна высшая проба.
Неуправляема, божественна и без огранки ювелира.

Предчувствую тебя, ещё не видя,
Ты чёрный контур в темноте.
Нет, не прощаешь ненавидя,
Ты грация в правдивой наготе.

Так близко, криком бьёт дыхание,
Сердца гонг, не потаённый стук.
Сегодня даже отрицание,
Спасти не может мой испуг.

Из тени вырезанный шёпот,
Ярость без предупреждений.
Нет милосердия, мой ропот
Не гарантирует спасения.

Я не причина и не следствие,
Но сковывает страх живот.
Мяу, услышала приветствие,
Ну здравствуй, мой любимый кот.

За гранью сознания, за горизонтом,
Там где стираются мира границы,
Мерцает размывшийся контур
Туманом разбитый на микрочастицы.

Мир, так и не тронутый нами,
Спрятанный древними от понимания.
Постигнутый только мечтами
И слепками памяти на подсознании.

Ждущий и жаждущий обнаружения,
За пределами ночи и зримого дня.
Он в зеркале за отражением,
Всё ждёт, наслаждением тихо маня.

Возможно, не пункт назначения
Зовёт, а сама неизвестность,
К себе самому навсегда возвращение,
Души утешение и безмятежность.

Утро раннее полно’ противоречий.
Потухшие у’гли укрыла зола,
Огнём дух сомнения ночью излечен,
Рассеян как дым, догоревший дотла

Соблазн, а казался наградой,
Открывшейся вечности, просве’т.
Портал, застеленный прохладой,
Лучом, освещающим верный ответ.

Треском птиц, слегка тревожным,
Приоткрывшим двери в осень.
Новым днём, таким возможным
Для счастья, которого просим.

Кто вы разбойник? Добрый Робин Гуд?
Или Отелло, смело признавайтесь.
Здесь не осудят и не предадут,
Есть риск, что подкрадутся, нож воткнут...
Спасать не буду, я здесь не про это,
Жизнь набело, в ней нет сюжета.
Нам то на паперти монету подадут,
То коронуют, тех, в ком много света...
Но главное, не продадут,
Тридцать серебренников бросят,
За них потом и спросят...
И с покаянием спасут.

В полночь лето превратится в тыкву,
Нам помашет шёлковым платочком,
На прощание наточит бритву
И постучит устало молоточком.

Чтобы увядание коснулось сада,
Красным брызнуло в палитру дней
И шуршание листьев, как награда,
Под ногами прошлых сентябрей

Навеяло тоску по гроздьям винограда,
Горячему, размятому на пальцах,
Через костёр прыжкам, что до упада,
По листьям в танце озорного вальса.

Причаль к моему обрыву,
Познай глубину отражений,
Отдайся до дна порыву,
Спонтанности всех решений.

Через подводные камни,
Бурлящие водовороты,
Зашитые рваные раны,
Томления страстные плоти.

Туманы и километры,
Осени дикую грусть,
Приди за моим ответом,
Я точно тебя дождусь.

Уже не удивляюсь, Бог с тобой,
Мы день и ночь, луна и солнце.
В этом мире ты такой плохой,
Лучший, в мнимом превосходстве.

Я для тебя наверно хороша,
Но худшая зависимость на свете,
А если приоткрыла вдруг душа
Одно плечо, решишь, уже раздеты.

Но нет, опять перевернут часы
Песочные и снова разойдёмся,
Дожди стеной и развели мосты,
Расстаёмся, значит расстаёмся.

Разбивая на пласты вереницы рыб,
Расцветает под водой хризантема.
Этот глянец так красив, каждый слой, изгиб,
Счёт, гармония, как танец вся система.

В дрёме белые киты, развернутся,
Выбросив на гладь беспечно плавники
Выпрыгнут, расправив грудь, встрепенутся,
Сальто, брызг фонтан, будто хлопки.

В вальсе отклонившись, дыханье
Замирает ли, в наслаждении
Лишь детеныш белый, касанием,
Повторить за мамой движение

Вдруг захочет, тоже закружится,
Глубина дарует покой,
Пусть пока ещё не получится,
Знает, в океане, он свой.

Гонит волну океан, перестилает с пеной
Белой бескрайнюю даль, яркой вселенной.
И разбивает волну толща воды, вдруг силой
Двигает мощью жонглёр, играет всесильный.

Крутит волна песок, все пузыри, водопадами
И разбивается ввысь из толщи воды, градами,
Комом сплетаясь живым, дышит мембраной,
Мелодией встретившись бьёт, гортанной.

Раскачиваясь плывёт вара’н, чтобы всплыть стеною
Встречает поверхность и бьёт, сбивает его волною.
Крабы на суше ползут, огромные черепахи,
Быстрей изменяется жизнь в движенье, в размахе.

В подсветке дыханье медуз сжимаясь и расслабляясь,
Рассыпится от прыжков, дельфинов, легко растворяясь
И с чайкой наперегонки, отставшей от стаи,
Дельфины, играя с волной, как птицы летают.

Дано лишь крупицу познать, восхищаемся властью,
Живи и дыши океан, неизведанным счастьем.

И в простынях и в перьях, и в кудрях
Закутано, танцует, словно птица,
Летящее, как в мыльных пузырях,
Мгновение не сможет отразиться.

Сменяется таким же хрусталём,
Изогнуто, изящно, неподвластно
Уже сомнению, гори оно огнём,
Мгновение, безлико, но прекрасно!

Как хроника, под россыпью огней
В прожекторе слепое отражение
Лучей танцует, нет его милей,
Осознаннее, света преломление.

Потрескивает, бьёт экран хвостом
Белый кит, разбив поверхность глади,
Мгновение всего лишь мы живём.
Чего же ради? Чего же ради?

С лица земли стирают города,
Сели, ледники, цунами, смерчи.
Ты и пылинка и любимое дитя,
Не бойся и иди судьбе навстречу.

Дерзай, произноси желания вслух,
Прошло пол жизни, хватит репетиций.
Не умаляй прошу своих заслуг,
Не создавай в поддержку коалиций.

Наш мир лишь то, что мы смогли
Себе позволить, сильно захотели.
Первый знает направление пути,
Все первые когда- нибудь посмели.

Не догоняли, не кляли судьбу,
Не тратили на поиск виноватых
Жизнь и время, побеждая свой испуг,
За собой вели даже врагов заклятых.

Цель одна, познать свою любовь,
С таким же первым, сильным, равным.
Не спасать, не учить, не объяснять основ,
Стать Любовью в этом мире своенравном.

Как ты это делаешь со мной?
Сильная, уверенная львица,
Появишься, уходит за тобой,
Упустить твой взгляд боится.

Котёнком, спрятав коготки,
Трётся головой о твои плечи,
Мурлычет и покорно ест с руки,
Целует носик и усы при встрече.

Ложится, оголяя свой живот,
Приглашая поваляться нежно,
Делает захват, переворот,
Склонилась над тобой, небрежно,

Вылизывает шею, твой висок.
Подхватываешь, тает от блаженства.
Мой лев, ты преподносить мне урок,
Смирения в любви, до совершенства.

Ворона поселилась за окном,
Штанишки, чёрно- серая косыночка
И всё, что загорается огнём
В гнездо несёт, от бусинки до винтика.

Перебивает, вечное кар- кар,
Узнаёт себя в осколке зеркала
И без пауз весь реперртуарр,
Чётким «р» упорроно исковерркала.

Достопримечательность, живёт,
Прописалась и беду нам не пророчит,
По утрам росу с ромашек пьёт,
По вечерам с подругами хохочет.

Обманывает, у кота крадёт
Вкусняшки и в гнездо несёт, игривая.
Жизнь- мечта, она всегда найдёт
С кем покаркать, модница крикливая.

Лететь, вычитая минуты,
Гася километрами память,
В ознобе, в тоске и в простуде
За поездом, чтобы исправить,

Собрать фотографию в спешке
Из сотни разорванных фраз,
Не верить той выпавшей решке,
Меж нами, в последний раз.

Догнать, целовать со слезами,
Умчат чемоданы и пусть,
Повенчаны снова ветрами,
Я в нас больше не усомнюсь.

Проиграю, чтобы победить,
Спутаю все кадры киноленты,
Иногда ценнее отпустить,
Ни к чему уже эксперименты.

Раз познавши власть, не жду,
Молчу и этим усложняю.
Теряю, но не возведу
На эшафот, не преклоняюсь.

Изранено, но стойкое внутри,
К мечтам разбитые дороги
Тревожат сердце, впереди
Своё готова преумножить.

Любопытством не запачканы ресницы,
Уязвимая любовь, как скорый поезд.
Мчится, чтоб разбиться, по привычке.
Настежь окна и в вагоне пара мест.

Зажигается, не требует маршруты,
Нараспашку откровенные глаза.
В огне свечи беспечные минуты
Мечутся, давно истёрты тормоза.

Набирает скорость, диафрагма
Раскрывается и счастье и полёт,
Неизбежность, поглощающая магма,
Ритм сбивает неизвестность, но несёт.

Всё быстрее, не мелькают повороты,
По прямой наклонной в небеса.
Как ракета набирает обороты…
Разбиваясь о любимые глаза!

Утро всплеском новых отражений
Прикоснулось, робко и невинно.
Закрутится как лабиринт решений
Судьба, но этот миг, глубинный.

Потянется и выгнутся все клеточки,
Душа и тело приоткрыты жизни.
Под кожей золотистые кузнечики
Поют, их проявление, закулисно.

Опаздываешь и не дожидаешься,
Но я люблю твой ритм, как свой
Так нравишься, пусть не стараешься,
Но мне важнее, чтобы был живой.

Души’ в потоке жизни притяжению,
Вновь не противлюсь, как водовороты
Бурной реки, не умаляют ощущения,
А возбуждают ароматом бергамота.

Всему свое и время и решения,
Так сладко наслаждение покоем,
Ведь в этом мире каждое движение,
Раскроется, лишь главное усвоим.

Поглощает этот запах свежести,
Ныряю в эту звонкую зеркальность.
Предвестник тихой безмятежности,
Лучей неуловимая тональность,

Прозрачность матовая, мягкая
Целует в левое плечо игриво.
Кокетка осень прикоснулась, сладкая,
Утром, тишиной неторопливой,

Звуками манящими и томными,
Объёмными, живым многоголосием.
Душа вспорхнула, снова невесомая,
К творцу безропотным детёнышем.

Скользила рука по перилам, выплёскивали на волю,
Вот так же, летев по ступеням, до дна все секреты свои.
Всегда на виду, раскрыты, мы были всегда собою,
Царапина на коленке, ветрянка и волдыри.

Песочница и ведёрко, крапива, что жалит болью,
Панамка, велосипеды и «классики» дотемна.
Горбушку делили с братом, её посыпали солью,
Разматывали кассеты, читали стихи у окна.

Дрались и дурачились вечно, костры наши полыхали,
Чертили горящей палкой, как ленточкой в темноте,
Влюблялись, ходили за ручку и мамы нас забирали
Домой отмывать вод вечер, неважно, что в тесноте…

Делились секретом с мамой, а с папой карандашами
Цветными, под елкой птицу и солнца огромный круг,
Красиво так рисовали и счастье смеялось с нами,
А над керосиновой лампой летал мошкары полукруг.

Скорей зажигали свечи, не ждали когда починят
Обрыв проводов, нам было так весело и тепло.
И прыгали на кроватях, как классно они пружинят,
Лишь лето на нас смотрело в распахнутое окно.

Твой свет живёт в моей улыбке,
Дыханье помнит ароматы,
Твой каждый взгляд в моей копилке.
Твои слова, мои цитаты.

На вкус не спутаю с другими,
Я помню кожу под руками.
Твой пульс под мышцами тугими,
Тембр распознаю за словами.

Ты чувства, микс из ощущений,
Мой тонкий явный интерес,
Нас создали двоих из совпадений,
Как дополнение, а не вразрез.

Каждой клеточкой узнала, приняла,
Сохранила и присвоила беспечно,
Не думала искать и не ждала,
Ты уже был во мне увековечен.

Засыпаешь в моих мыслях и стихах
И во сне ласкаешь теплотою,
Как любовь моя в твоих цветах,
Ароматом опьянит и чистотою.

Наша гордыня часто близорука,
Всегда с начала, с нулевой черты,
Мчимся лишь внутри большого круга
До головокружения, тошноты.

Признание, вот призма всех пороков,
Норма, лишь манипуляция цены.
Раз живы, то условностей и сроков
Не существует, мы всегда равны.

Накидывает ветер на стекло
Шуршащий дождь и отступает,
Слышу сквозь сон, что протекло
Сквозь тучи небо и бросает,

Бросает слёзы, пусть в сердцах
Смахнет дождинки среди ночи.
Пусть выплачет полночный страх,
В подушку- тучу, пусть бормочет.

Про уходящее тепло, тревоги,
Расставание с беспечным лето,
С дорожной пылью диалоги,
Про песни леса, рикошетом.

Уснули люди, безмятежность
Заглянет утром в каждый дом.
Всю ночь дожди, какая нежность,
Продирижировали сном.

Жизнь сложная, падения и взлёты,
Наш путь никто не сможет предсказать.
Попал на наковальню? Кто ты?
Хорошая возможность вдруг узнать.

Иди по шагу одному, тихонько
Из повседневных дел и вечной суеты.
Пусть продолжает в сердце жить девчонка.
Ради неё, ради себя достойно путь пройди.

Так загружай себя, чтобы остались силы
Лишь сделать шаг вперёд и делай шаг.
Наша жизнь с рожденья до могилы.
Прекрасна, лишь нащупай свой рычаг.

Всё проходит, пусть кольцо от Соломона
Мудростью пребудет в голове,
Всё пройдёт, вернее нет закона.
Ты, самый важный в жизни Человек.

Ещё не проснувшись вдыхает сознание
Заблудившихся снов последний глоток.
Ты в замкнутом мире акцентом, вниманием,
Вливался в меня, как живительный сок.

Бродила тягучая, негой хмельная
Шальная любовь по артериям сонная.
В реальном же мире, двойная сплошная
Разъединяла, такая синхронная.

Тянулись друг к другу, то одновременно,
Слипаясь, по сотам лились горячо,
Целуя по капельке мёд драгоценный
Так жадно, хотелось ещё и ещё.

Бродила тягучая, негой хмельная
Шальная любовь по артериям сонная.
В реальном же мире, двойная сплошная
Разъединяла, такая синхронная.

То по одиночке, ловя в подсознании
Флюиды энергии власти и силы,
Легко призывая манящим дыханием,
Одну на двоих глубину пригубили.

Бродила тягучая, негой хмельная
Шальная любовь по артериям сонная.
В реальном же мире, двойная сплошная
Разъединяла, такая синхронная.

Пресно всё, сокрыто в беспокойстве
Пряно- сладкое полынное безумие.
Так устроен мир, он в своём свойстве-
Серп луны переходящий в полнолуние.

Непостоянство- слепки отражений,
Размашисто раскрашенные нами.
Приливы и отливы настроений
Как ласковое море и цунами.

Птиц распустит лето, клин за клином,
Озябшие деревья сбросят листья.
Примем первый иней за невинность
Чувства летнего, утратившего крылья.

Как за спиной Луны сверкает Солнце,
Звёзд обёртка ослепляет золотистыми лучами,
Свет и тьма, воскреснет и взорвётся
И подавленные чувства, прорываются басами.

Вырваться хотят и скалят пасть лениво,
Разорвать пытаются мой рай смиренный, дерзко.
Чёрная пантера, обнажив клыки игриво,
Изнутри грызёт, коварно прошептав: «доверься».

Научусь ли управлять и чутко слышать,
Отпускать на волю порычать большую кошку
Или тьма захватит всё нутро, бесстыжо,
А, нет, опять рычит и когти выпускает… понемножку.

Женская сущность и в бунтарстве и в кокетстве,
В сомнениях, слезах и боли, злости, ярости
И в ревности и в зависти, в нас есть всё это вместе,
Одновре’менно и в белой кошечке, изяществе.

Живые, настоящие, открытые и мудрые,
Мы сумасшедшие, такие яркие, мы взрослые,
На всю голову, мы просто защищаем целомудрие,
Нежность и любовь, мы цельные, такие вот, роскошные!

Откликаться, однажды поверив
Этой жизни без сопротивления.
Потеряв по пути чувство меры,
Перестав жить чужим отражением.

Выбирая в борьбе расслабление,
Проживая невзгоды как чувства.
Позволяя себе вызволение
Из доспехов слепого безумства.

Строить храмы для нежного сердца,
Беречь его трепетный, чистый огонь,
Лелеять мечты как младенца,
Открыв всей вселенной ладонь.

Любовь отдавать, как потребность,
Чувственность, это не слабость.
Ведь лишь осознав свою ценность,
Принять сможешь и уникальность.

Твой батут, моя большая катапульта,
Можешь парой фраз огонь разжечь.
Истина одна, не исключает культа,
Но нависает как дамоклов меч.

Не скрепить потери изолентой,
Обретёшь своё в другом обличии,
Помечтай остаться незаметной,
Тотчас же нарушить все приличия.

За руку всегда идут свободные,
Ухватить пытаешься огонь,
Думаешь он выжжет инородное,
Обожжет, лишь закалится бронь.

Утечёт доверие сквозь пальцы,
Если контролировать чрезмерно,
Дай кислорода и сама реальность
Подкинет топливо, уже закономерно.

Будь открыт, иди судьбе навстречу
Уготовленное смотрит на часы.
Жизнь- секунда, формирует вечность,
После смерти опускаясь на весы.

Пью залпом послевкусие печали,
Не догоняю и не жду, вперёд
Сердце рвётся, а душа оберегает,
Ты не мой, но мой, тот и не тот.

Распустилась и погасла, вспышкой,
Но осколок всё шевелится внутри,
Теплотой и недосказанностью, риском
Сжечь и исчезнуть, как метеорит.

Упрямая, неласкова с тобой снаружи,
Изнутри лучится свет, перебоями
Моими и контрастами контужен,
Как зависимый душевными запоями.

Женское, раскроется как веер,
Испугавшись на мгновенье, вдруг
Захлопнется, подует нежно ветер
И заврачует, слышно лишь тук- тук.

Оно согреет трепетным дыханием,
Мурашками и волнами восторга.
Порывами из страсти и желанием,
Изысками, без требований, торга.

Ах, сердце, красный веер кружевной,
Порхает бабочкой и бьётся бубном
В руках, только играет он тобой,
В горячем танго, как цветок безумном.

Как можно запланировать влечение?
Когда коснулись взглядом два огня,
Посередине жизни, настроением
Совпали, это словно западня…
Не выбраться, скорее даже хочется
Увязнуть с головой, пусть накрывает.
Не можешь ни на ком сосредоточиться,
Когда уже не ждёшь, не предвещает
День никаких дороги ответвлений,
Вдруг, незаконно и не вовремя совсем
Любовь настигнет, знаешь, без сомнений,
Это чувство ты не спутаешь ни с чем.

Тени в реке по вертикали,
На глади водной лист плывёт,
Назло ветрам в горизонтали
Он равновесие найдёт.

По робким веткам отражения
Ступая, лишь кругов касаясь,
От лета осень приглашения
Не дождалась и не терзаясь,

Одна в прозрачной акварели
Находит золотистый цвет.
Стрекозы тихо с плеч слетели
Как блики звонкие монет.

Всё разгорается пространство
Воздух и земля танцуют.
В оттенках хаос, нет баланса.
То листопады околдуют,

То птичий клин, взлетая в небо,
Туманным утром встрепенётся
То с сердца поднимая пепел,
Душа живая всколыхнётся.

Не хочу распускать по петелькам,
Бурей сотканное инородное .
Сердце бьётся, по всем молекулам
Сила движется первородная.

Будет жечь и сама простроится,
Отпускай, пусть ведёт залётная,
Нарастает, а боль успокоится,
Карма соткана очень плотная.

Лучше махом одним, уверенно
Запечатать, сургуч, печать.
Пусть судьба обожгла, уверена
Можно заново всё начать.

Твой огонь разберёт по волокнам
Те поленья, что сам расколол.
Обволакивает этот жар до ожога,
В нежном шёлке закутан укол.

Улетают прозрачным шлейфом
Ввысь изогнутые стебельки
Словно тонкий платок, следом
Своим газовым, держит рывки.

Подрумянивает свежей коркой,
Нежно слизывает язычками,
Разгорается собранной сборкой,
Расправляется ввысь лоскутами.

Твой костёр в сотый раз подчиняет,
Выбегаю навстречу, на свет.
Нежно таю, а он раздевает
И сжигает до тла, тет- а- тет.

Сквозь меня пронёсся ветер- ураганище,
Он песчаной бурей горло опалил.
Неуютным стало вдруг моё пристанище,
Тело по пустыне кто- то волочил.

В голове хрустит песок и эхо вторится,
Проникает дрожью в самое нутро.
Спрут зажал в тиски и с мозгом ссорится
И зачем- то долбит в ржавое ведро.

Неужели простудилась, состояние,
Как размытое дождём папье- маше.
Зажглась над телом надпись «выживание»,
Кем- то циничным, наблюдающим извне.

Потерял навсегда, не зови обратно,
Бусы рассыпались, порвана нить.
То, что повторялось многократно,
Нужно принять и просто отпустить.

Мир не меняется, лишь отголоски
Его окрасят в васильковый цвет,
Рассыпались условности на крошки,
В сердцах швырнула твой портрет.

Всю стёрла память, отполировала,
Любуюсь отражением, хороша.
Огнём все отпечатки выжигала
С поверхности любимого ножа…

Что кроется за стрелками часов,
За кругом, что всегда рисует солнце.
Сколько завязано кармических узлов
И что за тайна спрятана в колодце.

Всему есть объяснение, но смысл
Мы познавать стремимся постоянно.
По узелкам верёвки лезем ввысь,
Срываемся, ныряем неустанно.

По бревнышкам карабкаемся вверх,
Обсохнем и часы упрямые сверяем.
Важно’ лишь время, смотрим на размер.
Оцениваем, соревнуемся и измеряем.

Поверим, тут же пробуем на зуб,
Нам подавай эмоций по шаблонам.
Носим маски, вылезая из скорлуп,
Суть пряча, превращаемся в хамелеона.

Нам сложно открываться, есть стандарт.
Пускаем пыль в глаза и так по кругу.
Наш двигатель, признание, азарт,
Бежим, не опоздать бы, друг за другом.

Стоп. Я хочу часы для тишины,
Путь измеряют глубину и сложность,
Теперь настроены и переведены
В осознанную честность и во взрослость.

Пьёт нектар, мохнатый шелковистый,
Полосатый шмель, смакуя лето,
Соцветия пушистые целует медуницы,
Горячим жаром солнечным согретый.

Качает травы, лепестки ещё упруги,
В них сок земли, дождём заговорённый,
Ветер дирижирует опять, как в центрифуге
Закружи’тся, птицей вдохновлённый.

Летит под облаками, наслаждаясь,
Пока холодных капель стук не гасит
Эту скорость, он же, задыхаясь,
Словно шмель ужаливший, в экстазе.

К вечеру сильнее жжёт закаты
И в кострах мерцают звонко угли,
Лето домотает золотые циферблаты,
Спрячется, будто его спугнули.

Внезапными холодными ночами,
Перепадами дождей и настроений,
Сединой, усталыми следами,
Неуверенностью, после поражений.

Признаками первыми распада,
Совершенных сочных красок Рая.
Засыпает дней былых услада,
Лето растворится, тихо исчезая.

Тишина и лишь шуршание листьев,
Пронзительная неба просинь,
Запах мёда, яблок, всех гостинцев,
Что приносит в утешенье осень.

Она сидит, играя туфелькой в кафе
И гладит ноги шёлковым запястьем,
Пьёт взгляд твой, сразу «под шафе»,
Так, будто сама козы’рной масти,

Залпом и откинувшись, хохочет,
Чувствуя все взгляды и пожар
Разжигает, разнося всё в клочья,
Зовёт тебя на ушко, «мой дикарь».

Легко касается тебя своей ладонью,
До мурашек, дрожи, до ожога…


Пью кофе и ловлю свою гармонию,
Тебя не замечаю, не ищу предлога.

Как ты во мне, легко и без прелюдий
Её увидел и позвал лишь взглядом.
Что вы творите, оба, стойте, люди!
Как быстро вы сломали все преграды.

Какая химия? Вы сотню лет знакомы?
Болтаете без у’молку, идёте танцевать!
О, Боже, помню все эти симптомы.
Она влюбилась, мы единое… опять?!!!

Живёт во мне такая Незнакомка,
С кем- то зевает и уходит спать,
С тобой бессовестно смеётся громко,
Я вкус её, сегодня… начинаю одобрять.

Ах клятвы, вот предел для безрассудства,
Лишь лилия на бархатном плече,
Страсть, похоть, тихие безумства,
Игра, лишь вздрогнет плащ на палаче.

Миледи, опустите ваши очи,
Сгораю в их безудержном огне,
Они мне не прощение пророчат,
Муки совести в полночной тишине.

Долг и клятвы, выбор неизбежен,
Отчего же так щеми’т в груди,
Гнется несгибаемый мой стержень,
Её улыбка обжигает, топит льды.

Приму игру за чистую монету.
Обманите, осудите, я готов
Подставить свою грудь мушкету,
Став самым верным из её рабов.

Кто судьи, так ли мы судимы,
Как сами осудить порой готовы
И где та грань что допустима,
Та истина, что взята за основу.

Кажи мне, «никогда» и посмотри,
Судьба с тобой уверенно поспорит.
Не торопись, лишь сердце отвори,
А не ищи красивого в узоре.

Энергия, наш отклик и судьба,
Случайность, каждому дорога
К черте, где мы однажды возлюбя
Благодарим, нет, не себя, а Бога.

Замри, закрой глаза, наполнись силой.
Звуки природы пробуждают плоть,
Через душу станешь легкокрылой,
Вдохнув вселенную, почувствуешь любовь.

Ощущай, вбирай росу и хрупкий иней,
Слёзы умиления божественный ответ.
Каждая женщина рождается богиней,
Дарящей теплоту и нежный свет.

Она приходит, как последний вдох, живая,
В ней небо необъятное, которое поспорит
С морской пучиной, снова оживая,
В чьём отражении сильнее глубина накроет.

Размоет все условности, границы, постоянство,
Разрушит твой, такой привычный мир.
Впустить другую душу, дать любви пространство,
Внутри себя, и разрушение и эликсир.

Нельзя вобрать любовь наполовину,
Себя лишь отдавая полностью, до дна,
Узнаешь своего, не идеального мужчину,
Через которого ты будешь спасена.

Возрождена, через сплетение, сквозь корни,
Проросшие друг в друга вечности петлёй,
В любви, мы необузданны, так часто непокорны,
Одни из многих, крутящих наш шар земной.

Не оставляем про запас, вдыхаем свет
И отпускаем, делим небо каждый раз,
Тишину аллей, глотки осколков фраз,
Сквозь деревья высоты немой просвет.

Благословенна эта роскошь тишины,
Лучи, вновь подчеркнувшие изъяны,
Вопреки всей идеальности желанны,
От мира зыбкого в душе сохранены.

В ступнях лишь приземлённость, вес,
Даже в минутах нет гарантии покоя,
Проживая каждый шаг, дорогу строим
В тверди земной найдя противовес.

Обретая силу жить и помнить смыслы,
Их отсутствие, всю зыбкость перемен
И веру в то, что создадим взамен,
Всю бренность бытия переосмыслив.

Бьются капли по ступеням,
Отражаюсь в витражах.
Гладит взгляд мои колени,
К хрипотце подмешан страх.

Старый город, беспросветно
Переливами дожди.
Я касаюсь плеч ответно,
Лишь глазами, отпусти.

Мы с тобой не ближе взгляда,
По губам, как соль вода.
Этот дождь нам стал преградой,
Мимолетно, навсегда.