Нам кажется, что выбор сделан зря,
Что где-то там, за поворотом скрытым,
Всходила ярче и теплей заря,
И жизнь текла по руслам, нам закрытым.

Мы видим веер непрожитых дней,
Где каждый шаг — развилка и потеря.
Нам чудится, что «Там» всегда видней,
И мы грустим, в своё «Сейчас» не веря.

Другой, той жизни, просто не дано,
Она блестит, пока не стала былью.
В ней нет ошибок, пятен на панно,
И обувь не покрыта серой пылью.

А здесь — твой путь. Единственный. Живой.
С ухабами, ветрами и борьбою.
Ты не ошибся той былой весной —
Ты просто стал тогда самим собою.

В огромном мире, где исходов — тьма,
Несёт тебя, как снежную лавину,
Та верная дорога, что сама
Ведёт — и не нужна причина.

25.01.2026 г.

Мы говорим: «Игра не стоит свеч»,
Когда цена превысила награду,
Когда нет сил, чтоб этот пыл сберечь,
И никому победа не в отраду.

Старинной фразы мудрая печать —
Наследие картёжников и плутов:
Порой смелее — просто промолчать,
Чем тратить жизнь на лишнюю минуту.

Смотри, как воск стекает по руке,
А банк уж пуст, и козыри побиты.
Мы строили дворцы на сквозняке,
Но двери в них теперь для нас закрыты.

Зачем палить огонь ради гроша?
Зачем сражаться, если цель — руины?
Пусть отдохнет уставшая душа
В тиши пустой, но честной середины.

Задуй фитиль. Оставь слепой азарт.
Итог простой, как формула в тетради:
Важнее вовремя уйти от карт,
Чем жечь себя чужой награды ради.

22.01.2026 г.

Я не пророк. Не истина в граните.
Не безупречный, точный механизм.
В моем пути — оборванные нити,
И часто — субъективный реализм.

Могу я ошибаться в теоремах,
И в людях, как в погоде, и в мечтах
Блуждать в простых и сложных схемах,
Но сделать шаг, превозмогая страх.

Ведь тот, кто не способен оступиться,
Лишь монумент, застывший на века.
А мне дано упасть — и возродиться,
Пока течет по жилам жизнь - река.

Признать неправоту сложней, чем спорить.
Сказать «прости» труднее, чем уйти.
Но лишь ошибки позволяют строить
Мосты на нашем жизненном пути.

Я человек. Во мне сомнений масса,
Не прихожу к ответу в конце дня.
Моя душа — не форма из пластмассы,
Есть право ошибаться у меня.

18.01.2026 г.

Мир полон масок, шума и зеркал,
Где каждый ищет то, что потерял.
Мы смотрим жадно на обёртки дней,
На блеск витрин и яркость фонарей.

Но взор земной способен обмануть:
Оценит форму, упуская суть,
Увидит внешность — словно корку льда,
Не зная только глубину пруда.

Нельзя измерить душу в серебре,
Найти любовь в расписанной игре.
Тепло ладоней, преданность и честь —
Глазам "смотреть", но не глазам "прочесть".

Лишь сердце чувствует, где правда, а где ложь,
Дешевый фарс, а где святая дрожь.
Оно — маяк в тумане суеты,
Что проведет сквозь страх до высоты.

Оно подскажет, кто твой друг, кто враг,
Где свет горит, а где сгустился мрак.
Запомни это: в радости, в печали
Лишь сердце зорко.

17.01.2026 г.

Неслышно ступает зима по дорогам,
Укрыв одеялом озябший лесок.
Застыли деревья в молчании строгом,
И мир погрузился в холодный полог.

Мороз кружевные рисует узоры
На тонком стекле в предрассветной тиши.
Снежинки, летя на бескрайние горы,
Танцуют легко для уставшей души.

Здесь время течет удивительно ленно,
Как сонная речка под панцирем льда.
Средь белого моря, раскатисто пенного,
Забыла свой бег городская среда.

16.01.2026 г.

Не нужен плащ, не нужен лазер глаз,
Чтоб стать героем в этом сложном мире.
Всех сверхспособностей твой скрытый в недрах час
Пробьет тогда, когда поверишь в собственные силы.

Закрой глаза и четко воссоздай
Картину, где ты горы покоряешь.
Где не отступаешь, видя край,
А смело и уверенно шагаешь.

Пускай нейроны строят новый мост,
Бетонной верой укрепляя спину.
Ответ на всё, по сути, очень прост:
Ты сам рисуешь главную картину.

Тверди как мантру, прогоняя грусть,
Над бездной бед и в тишине мерцая:
«Я всё смогу. Я справлюсь. Я прорвусь».
...И мозг ответит: «Знаю. Выполняю».

12.01.2026 г.

Суровый век, где сталь звенит о сталь,
Где каждый день — вопрос существованья,
Рождает тех, кто воинами стал,
Кто сквозь огонь прошёл все испытанья.

В лишениях куется этот щит,
В мозолях рук рождается величье.
Тот сильный муж фундамент укрепит,
Сменив руины на садов обличье.

На их плечах приходит легкий век:
Покой, достаток, сытость и свобода.
Но в теплом неге дремлет человек,
Теряя силу, хватку год от года.

Где нет борьбы, там воля — словно тлен,
Комфорт рождает слабость и беспечность.
Вступают дети в добровольный плен,
Считая даром собственную вечность.

Забыв, какой ценой добыт покой,
Рождает слабость новые руины.
И вновь судьба жестокою рукой
Толкает мир в тяжелые годины.

Чтоб маятник остановить во тьме,
Чтоб род людской не пал во имя страсти,
Детей готовить надо и к войне,
Чтоб мир не пал, расколотый на части.

Пусть будет дух их крепок, как гранит,
Пусть знают цену хлеба и труда.
Лишь тот, кто строит, верит и хранит,
Спасет свой дом, когда придет беда.

10.01.2026 г.

Мы как сосульки.

Нет — хрусталь, висящий над карнизом,
Прозрачный штрих меж небом и землёй.
Вверху — лазурь, что кажется нам миррой,
Внизу — асфальт с гранитной чешуёй.

Мы тянемся к земле, как к неизбежной правде,
Но держимся за холод горных снов.
Вся наша жизнь — застывшее «однажды»,
Беззвучный крик меж двух больших миров.

Но посмотри, как в гранях преломляясь,
Играет солнце, празднуя момент!
Мы тем ценней, что, краткостью сгорая,
Мы не возводимся на постамент.

Красивы мы, пока висим на грани,
Пока храним тот хрупкий, льдистый свет.
Но луч коснётся — и тепло нагрянет,
И в этом страха никакого нет.

Не бойся таять.

09.01.2026 г.

Бывает так: слова теряют вес,
Становятся не смыслом, а помехой.
Как старый шум, врываясь в наш процесс,
Глуша живое бесконечным эхом.

И тишина приходит. Не как тьма,
Не как провал в беззвучную пучину,
А как простор для сердца и ума —
Пространство, чтоб нащупать сердцевину.

Она не пустота, она — сосуд,
Где зреет мысль, очистившись от пыли.
В ней нет весов, в ней не вершится суд,
Лишь проступает то, что мы забыли.

Она неспешно замедляет бег,
Сбивает пену дней, стирает маски.
В ней лишнее теряет человек,
Чтоб различить полутона и краски.

Она вернет к истокам кривизну,
Отсеет шелуху и наносное,
Позволив нам услышать глубину,
Где дышит настоящее, живое.

08.01.2026 г.

Личность — подпись на воде,
Дрожь руки над зеркалом прохладным.
След, что не останется нигде,
Сделав бытие невероятным.

Ты спешишь оставить вензель свой,
Утвердить, что был, что существуешь,
Но поток качает головой,
Размывая то, что ты рисуешь.

Начал штрих — начало уплыло,
Затерялось где-то в амфитеатре.
Сколько бы веков ни намело —
Нас не будет в наступившем завтре.

Всё — мираж, движение и сплин.
Ты себя творишь без перерыва,
Но волне не нужен господин,
Ей важнее музыка прилива.

Стихла рябь. И снова тишина.
Гладь реки смыкает свои веки.
Личность — как мгновения волна.
Лишь Сегодня вечно в человеке.

07.01.2026 г.

Ты кажешься сломанным, выпавшим, лишним,
Не вписанным в график, в отчёт у доски.
Становишься тихим, как сад перед вишней,
Снимая с души стальные тиски.

Быть «средством» — удел молотка и лопаты,
Что ценятся только в момент трудовой.
Но ты — не объект для вложенья зарплаты,
Ты — космос, дышащий над головой.

Приняв «бесполезность» как дар, как свободу,
Ты сходишь с дистанций крысиных бегов.
Ты больше не ищешь пустую угоду,
Не кормишь чужих, ненасытных богов.

Внезапно спадает налипшая маска,
Вернулась субъектность, как в вены — тепло.
Ты сам себе — смысл. Ты сам себе — сказка.
Не «чтобы», а «ибо». Ведь время пришло.

Теперь ты не путь к достижению цели,
Не мост, по которому кто‑то пройдёт.
Ты — Цель, что сама по себе, в самом деле.
И только сейчас начинается взлёт.

Мы привыкли считать: возведение в степень —
Это рост, это взлёт в небеса.
Но когда ты в квартире, как в склепе, залеплен,
Угасают все голоса.

Твоя формула жизни сжимается в ноль,
Ограничена площадью плит.
И всё для того, чтоб, забыв свою роль, —
Ощутить этот комнатный быт.

Ты можешь быть гением, ярким огнём,
Вселенной, что просится вширь,
Но если ты заперт в квадрат день за днём,
Ты сам для себя — монастырь.

«Ценность в квадрате» — не высший расчёт,
Тюрьма из обоев и штор,
Где время не лечит, а тихо течёт,
С тобой подписав договор.

Но суть человека нельзя вписать в раму,
Как в клетку тетради число.
Квадрат — это форма для окон и шрамов —
Личности в нём тяжело.

А может, ошибка закралась в расчёт,
Или здесь очень сложный посыл:
Квадрат — не итог, а всего лишь оплот,
Фундамент для роста и сил.

Решение просто: шагни за порог.
Объёмный, бездонный, живой.
Ты сам — интеграл сотен тысяч дорог,
Взломай потолок головой!

Замкнут в окружность радиусом боли,
Я вижу внешний, недоступный свет.
Но выйти за пределы не позволит
Мне мой геометрический запрет.

Здесь нет начала, и конца здесь нет,
Лишь ровная, холодная дуга.
И сколько б ни прошло тревожных лет,
Я сам себе и жертва, и слуга.

Коль смысл жизни — только поиск грёз,
Всё сжалось в центре с криком: «кто же я?».
Здесь нет углов, чтоб спрятаться от слёз,
И циркулем очерчена земля.

Пусть формула судьбы тверда, как сталь,
Я искривлю пространственный масштаб.
Разбив стекло, я устремлюсь в ту даль,
Где я — творец, а не послушный раб.

Не просто случай, не игра в удачу,
Не дар слепой, упавший с высоты,
А «попадание» — что значит:
Союз вселенной, силы и мечты.

Здесь нет разрывов между «есть» и «надо»,
Здесь внешний мир с душой заговорил.
Рассмотрим же три грани, три уклада,
Чтоб тайный смысл нам занавес открыл.

Чтобы стрела нашла своё сеченье,
Не хватит лишь желанья одного.
Здесь важен сплав: и чёткое виденье,
И твёрдость рук, и ветра мастерство.

Когда твой план отточен до предела,
А мир вокруг готов ему помочь,
Условия, намеренье и дело
Сливаются, сомненья гонят прочь.

Реальность гнётся под напором воли,
И цель взята — без суеты, без боли.

Но мало знать «Куда?», важнее — «Срок?».
Мгновение решает ход сраженья.
Кто поспешил — тот выучил урок,
Кто опоздал — тот терпит пораженье.

Поймать момент — почувствовать тот миг,
Кайрос, что открывает двери настежь.
Не раньше, не позднее — в самый пик,
Когда в руках трепещет птица счастья.

Быть своевременным — не просто мера,
А танец разума с предчувствием и верой.

И третий ключ — услышать пульс планеты,
Поймать волну, что движет этот век.
Не стать судьбой подброшенной монеты,
А быть крылом, что ускоряет бег.

Войти в поток — понять теченье
Культуры, мысли, трендов и идей.
Найти с эпохой общее свеченье,
Синхронность с миллионами людей.

Когда твой шаг сольётся с общим ходом,
Он в резонансе обрушает своды.

В той точке, где сошлись все три луча:
Момент, Направленность и Дух потока,
Там жизнь, как пламя, стала горяча,
Там нет судьбы глухой и одинокой.

Секрет простой: не биться в стену лбом,
А стать единым с тканью бытия.
Искусство жить — быть в мире, как в родном,
Где в каждом «Ты» гармония есть с «Я».

Удача — миф. Есть лишь закон слиянья:
Потенциал, нашедший путь вовне.
Жить в унисон — вершина созиданья,
Звучанье струн с настройкой по волне.

Посвящается поэзии как высшему акту самопознания и воплощения человеческого духа.

I. Источник

Не просто слог, начертанный пером,
Не вязь чернил на мёртвой белизне —
Поэзия рождается не в том,
Что видно глазу в явной новизне.

Она течёт из тёмных, тихих вод,
Где дремлет Сущность, скрытая от всех,
Она есть духа прерванный полёт,
Вмещающий, как святость, так и грех.

В ней «Я» глубинный обретает звук,
Чтоб разорвать собой порочный круг.

II. Зеркало Бездны

Мы носим маски в суете мирской,
Скрывая страх, восторг и тихий плач,
Но стих, рождённый искренней рукой, —
Наш исповедник, лекарь и палач.

Зерцало истины, где нет кривых углов,
Где подсознанья вскрыты тайники:
Там хаос мыслей, вырвавшись из слов,
Становится течением реки.

Всё то, что разум запереть спешил,
Поэзия выводит из души.

III. Алхимия Чувства

Смотри, как боль становится строкой,
Как ярость застывает в ритме ямба,
Как обретает вечный, злой покой
Огонь страстей под светом мудрых ламп.

Великая алхимия творца:
Преобразить страдание в кристалл,
Чтоб, не теряя своего лица,
Ты красоту из хаоса создал.

Не просто чувствовать, но форму дать огню —
Вот высший смысл, что предан бытию.

IV. Эстетика Жизни

Мир не скопление всех атомов слепых,
Но полотно, где каждый штрих — живой.
Поэт есть тот, кто видит в днях простых
Эстетику, начертанную мглой.

В обычном камне, в шелесте травы
Он слышит музыку небесных сфер.
В его глазах, что вечностью правы,
Весь мир — искусство, замкнутый в размер.

Жить поэтично — значит созерцать,
Как в каждом миге светит благодать.

V. Язык Символов

Где логика бессильна и суха,
Где разум упирается в предел,
Там расцветает образность стиха,
Сшиваясь нитью разнесённых тел.

Она мосты над пропастью кладёт
Меж тем, что «здесь», и тем, что далеко.
Метафора — таинственный полёт,
Дающий нам дышать совсем легко.

Сквозь символы, сквозь призрачный туман,
Мы постигаем истин океан.

VI. Свобода и Поиск

Оков здесь нет. Здесь формы — лишь сосуд,
Который волен ты разбить иль слить.
Здесь нет закона, есть лишь страшный суд —
Суд совести и права говорить.

Через ума игру, через намёк,
Как лабиринт изысканнейших рифм,
Поэт находит собственный исток,
Свой уникальный, сокровенный ритм.

Писать — не значит буквы подбирать,
Писать — себя по крохам собирать.

VII. Финал

Так пой же, Дух! Твори свой мир из снов,
Пусть жизнь твоя звучит как вечный стих.
Освободись от тяжести оков,
От серых будней, пошлых и пустых.

Ведь цель судьбы — не тлен и не покой,
А выражение того, кто ты внутри.
Стань сам поэмой, сложной и простой,
И в каждой строчке истиной гори.

В гармонии с собой, в ладу с мирами,
Своими пишем вечность именами.

Она летит быстрее, чем сознанье,
Как тень, опередившая предмет.
Предтеча точного познанья,
Незримый, но уверенный ответ.

Пока наш ум, в сомнениях блуждая,
Выстраивает логики каркас,
Догадка, словно вспышка золотая,
Огнём мгновенно озаряет нас.

В мозгу, где дремлют мириады клеток,
Чувствительных, как струны в тишине,
Рождается сигнал — без карт и меток,
Как истина пришедшая извне.

Там, где бессильны синус с интегралом
И где рассудок ищет свой причал,
Нейронный ток, пронизанный сигналом,
Уже почуял то, что мир скрывал.

И пусть пока нет строгих вычислений,
И доказательств цепь не сплетена —
Мы знаем всё без лишних размышлений,
Ведь истина, как жизнь, одна дана.

Ужель весна? Ещё белеют крыши,
И ветер зол, и наст колюч с утра.
Но голос птичий стал как будто выше,
И шепчут сны: «Проснуться уж пора».

Застывший мир тревожит звон капели,
Хрустальный плач ломает тишину.
Вчера метели грозные гудели,
А нынче луч ласкает вышину.

Ужель весна? Не верится, и всё же
По венам жизнь бежит, сгоняя тень.
И каждый миг становится дороже,
И светом полн новорождённый день.

В начале был не хаос, но Закон,
Незримая, кристальная структура.
Пока молчал вселенский лексикон,
Писалась в тайне мира партитура.

Здесь Логика возводит строгий храм,
Где чувствам нет ни места, ни приюта.
Скользя по силлогизмам и мирам,
Она точна, как стрелка и минута.

Где связь причин и следствий неизбежна,
Там истина иль ложь решают спор.
Система в своих выводах надёжна,
Вплетая факты в каменный узор.

Но в этой сетке, жёсткой и сухой,
Вдруг вспыхнет Логос — замысел сакральный.
Огонь, что дышит в формуле глухой,
Связующий порядок идеальный.

И Логос, переполнив чашу дум,
Срывается с вершины в бездну, вниз.
Чтоб обрести звучание и шум,
Исполнить свой божественный каприз.

Так рождено сияющее Слово,
Одежда мысли, звук и резонанс.
Оно творит материю — и снова
Вступает с вечной тишиной в альянс.

Единый точный ритм:
Сначала — мысль,
Затем — закон,
И, наконец, — глагол.
Чтоб смысл незримый с плотью вмиг срослись,
И мир расцвёл, и в бытие вошёл.

В моей коробке черепной — не храм,
Не библиотека и не тихий сад.
Там механизм грохочет по утрам,
Скрипит и плавит каждый киловатт.

Моя глава — приёмник без антенны,
Глотающий помехи всех частот.
Дрожат виски, вибрируют и стены,
Внутри — гудящий, раскалённый гнёт.

Здесь белый шум — густой, как слой бетона,
Здесь дизель‑генератор жжёт ресурс.
Обрывки песен, чей‑то плач с балкона,
Звонки, долги, валютный шаткий курс,

Вчерашний стыд и завтрашние сметы,
И разговор, что не был завершён…
Всё перемолото в единые куплеты,
В один сплошной звенящий микрофон.

Нащупать бы заветный выключатель
И, дёрнув тумблер, обесточить сеть.
Но мозг мой, словно водонагреватель,
Всё продолжает истово кипеть.

Я — станция, забытая в эфире,
Где диктор вышел, но идёт сигнал.
Я самый шумный в молчаливом мире,
Который просто‑напросто устал.

Срываясь вниз с небесной высоты,
Летит она, прозрачна и легка.
Боясь утратить прежние черты,
Дрожит в потоке вечной пустоты.

«Я пропаду, я разобьюсь о дно!» —
Шептала капля, падая во тьму.
Ей быть собой лишь миг разрешено,
Подвластна року только своему.

Удар… и тишина. Границы нет.
Разбилась форма, кончился полет.
Но вдруг пролился изнутри рассвет,
Сиянье звезд, что в глубине живёт.

Нет больше страха, сжатого в комок,
Нет тесных рамок: туча и туман.
Был сделан в вечность роковой прыжок:
Исчезла капля — здравствуй, Океан!

Теперь она — шторма и тишина,
Глубинный мрак и пена на песке.
Она во всем, и в ней — вся глубина,
Что прежде спала каплею в тоске.

Мы привыкли бежать, разбивая колени и лбы,
От теней за спиной, от событий, что стали золою.
Мы летим по прямой траектории вечной судьбы,
Оставляя «вчера» за чертой, за незримой стеною.

Но закон скоростей беспощаден, как выстрел в упор:
Чем быстрее бежишь от того, что уже отболело,
Тем стремительней время выносит тебе приговор,
Загоняя в грядущее — в новое, чуждое тело.

Как же выиграть гонку, не сделав и шага вперёд?
Как оставить минувшее, не приближая финала?
Есть единственный выход: прервать этот вечный полёт,
Чтоб стрела на часах в абсолютном покое упала.

Обогнать — не значит умчаться за горизонт.
Обогнать — это значит шагнуть не «туда», а «вовнутрь».
Раскрывая над разумом плотный, безвременный зонт,
Раствориться в моменте, ненужное перечёркнуть.

В этой точке — в «сейчас» — не имеет значения стаж,
Здесь нет места надеждам, тревогам и планам на ужин.
Прошлое здесь исчезает, как блёклый мираж,
Ведь никто ему больше как память сегодня не нужен.

Так, застыв на краю, между вдохом и выдохом дня,
Ты выходишь из гонки, где время сжигает мосты.
Прошлое мчится вперёд, догоняя уже не тебя,
А того, кем когда‑то, до Вечности, числился ты.

Часы бегут, как серые стада,
Секунды, дни — безликие моменты…
Мы тратим жизнь неведомо куда,
Отбросив в спешке жизни сантименты.

Но стоит искре вспыхнуть в глубине —
От нежности, тоски или азарта —
Как мир застынет в звонкой тишине,
Смешав каноны, графики и карты.

В касании рук, в беспамятстве и в дрожи,
В прощальном взгляде у двери вагона,
Секунда вдруг на вечность станет схожей,
Остановив движение фотона.

Неважно, боль то или торжество,
Законы физики — небесным кратны.
Есть в этом мире только волшебство:
Стирают чувства все координаты.

Я здесь не весь.
Весь знает как.
Ценна ли весть —
Коль вышло так?

Я — Наблюдатель. Перо моё — не меч.
Я не пишу указ: кем быть, кем надо стать.
Я здесь затем, чтоб в формулах беречь
Способность нашу падать — и летать.

Когда герой споткнулся у черты,
Я не ввожу штрафной коэффициент.
Ошибка — не позор. Для высоты
Необходим сей жизненный момент.

Здесь нет цепей, что тянут слово «должен»,
Взамен него «могу» преподаю.
Твой путь не в наказание проложен,
А в дар, что познается на краю.

Удар судьбы не делает дыру,
А лишь рождает новую структуру.
Мы превращаем в золото кору,
Меняя мира хмурую фактуру.

В моих стихах ты не «обязан» жить,
Тебе «дано» творить миры из праха.
Благодарить, а значит — не служить,
Перерасти условия для страха.

Реальность сжалась. Выбор совершён.
Ты — в лучшей из своих интерпретаций.
Вся боль прошла. Ты ею не сожжён.
Ты стал светлей от пройденных дистанций.

Рассеиваешь сумрачную тьму
В единственно возможный вариант,
Где ты поверил сердцу своему:
Твоя душа — не уголь, а бриллиант.

Когда застыли стрелки на часах,
Вмерзая в циферблат с тоской усталой,
И наступает ледяной размах
Зимы, что душу в камень заковала

Вдруг просыпается, законам вопреки,
Слепой, упрямый, дерзкий метроном.
Не громкий марш, а тихие шаги,
Что сотрясают опустевший дом.

Оно качает огненную ртуть
Сквозь вены, превратившиеся в нити,
Чтобы напомнить: в этом, может, суть —
Быть не в потоке, а в своей орбите.

Пусть мир затих. Пусть замер океан.
Пусть разум шепчет: «Выхода здесь нет».
Но сердце — это маленький титан,
Что изнутри рождает новый свет.

Пока есть ритм — сценарий не закрыт.
Под толщей льда теплится жажда воли.
Мир может спать. И даже быть разбит.
Но сердце бьется.
Вне причин.
До боли.

Есть мудрость в том, чтоб быть «плохим» на память,
Не помнить зла, что жгло вчера огнём,
Не позволять душе себя, как воску, плавить
Под гнётом мыслей, что с собой несём.

Обида — ржавчина. Она бесшумно точит,
Блокирует движение колес.
Кто копит мрак, тот сам себе пророчит
Судьбу без света и финал без грёз.

Зачем хранить коллекцию заноз?
Уколов едких, ссор и драм фонящих?
Ведь тяга к прошлому — порой самогипноз,
Лишающий нас жизни настоящей.

Великий дар — уметь перешагнуть,
Стряхнуть, как пыль, ненужные тревоги,
И налегке продолжить этот путь,
Не волоча мешки по всей дороге.

Быть как вода: прозрачной и текучей,
Что не удержит грязи и камней.
Чем меньше помнишь след обид колючих,
Тем ты свободней, чище и сильней.

Пусть память будет ситом, не сосудом,
Чтоб уносить песок, храня алмаз.
Забыть плохое — это верить в чудо,
Которое случается «сейчас».

Никто не знает нас — таких, как есть.
Укрытых под вуалью равнодушья.
Не сосчитать падений и не счесть,
Как часто страх хватается за душу.

Никто не видел, как, теряя высь,
Мы падали, ломая крылья в крошку,
И в темноте шепталось: «Обернись...»,
Не веря, что найдем свою дорожку.

Казалось — всё. Нет права на рывок,
И помощи не жди. Невероятно,
Но мы встаем, сбивая пыль с сапог,
Идем вперед и нет пути обратно.

И сила в нас берется лишь одна,
Что держит на краю и не даёт сорваться:
Мы выживаем, выпив боль до дна,
Лишь потому, что есть Зачем стараться!

Как, скажи, поживают былые мечты?
Не покрылись ли за зиму пылью?
Для крутого набора своей высоты
Отрастили ли сильные крылья?

Ведь мечте стало мало лишь грезиться нам,
Ей пора закаляться в терпенье,
Чтоб, назло холодам и летящим снегам,
Твёрдым стать и стальным намереньем.

Как там жизнь? Просыпается? — Бьется волна,
Наполняясь живительной кровью.
Ты даже не спрашивай: «Скоро ль весна?» —
Здесь она. У тебя в изголовье.