Призовой фонд в баллах: 90
На грани вечности
На древнем поле, где туман седой,
Сошлись две силы под покровом звёзд,
Одна сияла раннею зарёй,
Другая шла из тишины и гроз.
Жизнь первой слово подняла в ночи:
«Я наполняю смыслом каждый путь,
Я зажигаю в окнах огоньки,
Чтоб человек не смел во тьму свернуть».
Смерть усмехнулась:
«Но за каждым днём
Моя дорога ждёт в конце времён,
Все ваши замки обращая в сон,
Я завершаю ход земных имён».
Жизнь отвечала:
«Ты права отчасти,
Но без меня не будет и тебя,
Я людям дарю надежду, смех и счастье,
Они живут, мечтая и любя».
Смерть возразила:
«Я не только мрак,
Меня напрасно многие клянут,
Я закрываю боли и бардак,
Когда страдания покоя ждут».
Жизнь подняла зелёный свой венок,
И ветер разметал цветов наряд:
«Я — первый матери счастливый вздох,
Я — первый детский удивлённый взгляд».
Смерть чёрный плащ поправила рукой:
«А я — последний выдох на земле,
Я провожаю души на покой,
Когда их путь окончен в корабле».
Жизнь засмеялась:
«Посмотри вокруг —
Весна приходит после зимних стуж,
Цветут сады под пение пичуг,
И солнце сушит миллионы луж».
Смерть тихо молвила:
«Но каждый лист,
Когда-нибудь покинет ветви клёна,
И даже самый яркий оптимист
Не избежит последнего поклона».
Жизнь отвечала:
«В этом нет беды,
Ведь ценность дней рождается в конце,
Лишь зная срок, мы строим все мосты
И бережём тепло в своём сердце».
Смерть замолчала, опустив глаза,
И долго слушала дыханье рек,
А над землёю плыли небеса,
Где меркнул и рождался новый век.
Тогда сказала:
«Может быть, и так,
Мы не враги в великой череде,
Ты зажигаешь первый в мире знак,
Я ставлю точку в прожитом труде».
Жизнь протянула руку в тишине,
Где звёзды отражались в глубине,
И стало ясно людям на земле,
Что спор их был не о добре и зле.
Они стоят у каждого порога:
Одна встречает, провожает — другая,
И между ними светлая дорога
Лежит, судьбу людскую сохраняя.
Пока горит души живой огонь,
Пока мечта ведёт сквозь снег и дым,
Не стоит жить, цепляясь за погоню,
А стоит дорожить мгновеньем каждым своим.
И если вдруг настанет час уйти,
Когда замолкнет сердце на рассвете,
То важно знать: не зря прошёл пути,
Оставив след любви на этом свете.
Так завершилась вечная дуэль
Без победителей под сводом звёзд:
Жизнь подарила людям колыбель,
А Смерть — покой среди небесных грёз.
Жизнь после Смерти
Пролог. Монитор.
Он гаснет, ровная, зелёная черта,
Как горизонт в степи, где нету ничего.
Врачи снимают маски, суета
Сменяется молчаньем. Торжество
Безвременья, сестра укроет простынёй
Остывшее, ненужное уже.
И кто-то скажет тихо за спиной,
«Он был хорошим... вечный на душе,
покой ему...». Но есть ли тот покой?
И что теперь за этой вот чертой?
Часть I. Архив Свидетельств.
Свидетельство первое: Свет в тоннеле.
...Я видел свет, не лампу хирурга,
Не солнце, бьющее в окно палаты.
То был портал, где снежная пурга
Слилась с теплом, и образы, когда-то
Любимые, безмолвно звали вдаль.
Там не было ни страха, ни печали.
Лишь лёгкость, и звенящая спираль
Всей жизни, что секундой прокричала
Все «да» и «нет», все взлёты и грехи.
И голос был, но он был так далёк...
Потом толчок, врачи, и крики их.
И боль вернулась, как шальной клинок.
Свидетельство второе: Ничего.
...Я помню тьму, густую, как смола.
Без снов, без мыслей, без теченья дней.
Как будто память напрочь умерла,
Оставив только холод, в пустоте теней
Не плавал я, не падал, не летел.
Меня не стало, просто выключили свет.
И если б не разряд, вернувший в хаос тел,
Я б так и не узнал, что есть рассвет,
Что есть дыханье, горечь, смех и боль.
Там ноль, абсолютный, честный ноль.
Свидетельство третье: Река времён.
...Мне показали фильм, не на экране,
Внутри меня, рожденье, первый шаг.
Вот я дерусь с мальчишкой в школьном рванье,
Вот прячусь от отца, сжимая свой кулак.
Вот первая любовь неловкий поцелуй,
Измена, ложь, и помощь старику.
Поток событий, как от сотен струй,
Сливался в общую, огромную реку.
И не было там судей в париках,
Лишь я и отраженье дел моих.
И стыд горел на выцветших щеках
За каждый шрам, оставленный для них,
Для тех, кто рядом шёл, и стало ясно вдруг,
Не ад и рай лишь совести недуг.
Часть II. Голоса Веков.
Голос Египта:
Взвесят сердце на Весах Маат,
Против пёрышка, и если тяжелей
Твой мёртвый мускул, то Аммат
сожрёт его, и станешь ты ничей.
Но если лёгок в Поля Иалу путь,
Где вечный Нил, и вдосталь фиг, и мёда.
Там сможешь ты от всех забот вздохнуть,
Вкусивши дар бессмертного народа.
Голос Греции:
Забудь! Испей из Леты, мрачных вод,
И тени бледной в царство Аида
сойдёшь,
Харон тебя перевезёт за обол,
Что родня не позабыла.
Там нет ни радости, ни горечи былой,
Лишь шелест душ, как лиственный опад.
И лишь герои пьют нектар хмельной,
Вернув себе Олимпа вечный сад.
Голос Востока:
Колесо Сансары, вечный круг.
Ты станешь нищим, царём или змеёй.
Зависит всё от дел твоих и слуг,
Что ты творил над телом и душой.
Страдание есть путь, и через сотни тел,
Чрез тысячи рождений, может быть,
Поймёшь ты суть, достигнешь свой предел
И сможешь нить сансары разрубить,
Растаяв в Нирване, в пустоте благой,
Найдя навеки истинный покой.
Голос Христианства:
Восстанет плоть, и протрубит труба.
И праведник, и грешник встанут в ряд
Пред Сыном Божьим, и решит судьба
Кому в Эдем, кому в кипящий ад.
За веру и любовь, за кротость и смиренье
Дарован будет свет и благодать.
А гордым, злым огонь и вечное мученье.
И никому суда не избежать.
Часть III. Вопросы без Ответов.
Так кто же прав? Кто ближе к полотну,
Где выткан смысл последнего шага?
Быть может, все глядят в одну
И ту же даль, но с разных берегов?
А может, после музыка и цвет?
Невиданные нам, неслышимые звуки?
Или слияние в космический рассвет,
Где нет ни «я», ни радости, ни муки?
А может, просто плодородный слой,
Трава, проросшая сквозь прах костей?
И жизнь твоя продолжится другой,
Дыханьем леса, мудростью степей?
И каждый атом, бывший «мной» вчера,
Разделится, чтоб стать частью иного,
Звезды, песчинки, капельки дождя.
Бессмертие в круговороте мировом.
Эпилог. Ординаторская.
Включают свет, усталый врач, затушил окурок папиросы в пепельнице,
Присел, сжимая в пальцах чашку с едким кофе.
Он сделал всё, что мог, и что умел,
И проиграл в своей же катастрОфе.
А где-то там, за гранью бытия,
Быть может, начинается рассвет.
Или густая вечность небытия.
Документальных данных, точных, нет...