Glossary: Behind the Lyrics1. "A brave lie" (Adding years to her age)In 1941, many Soviet teenagers (15–16 years old) forged their documents to appear older so they could enlist. Polina did this to serve as a signal operator on the front lines.2. "Morally easier to be in a fight"The central theme of the ballad. For many who lived through the war, facing the enemy in open battle was psychologically easier than the slow, agonizing struggle of the "Home Front"—watching children starve while being unable to help.3. "Crawl under a freight train"With no wood or coal to heat their homes, women and children would go to railway stations at night. They crawled under stationery trains to gather coal scraps that fell from poorly built or damaged wagons. It was a deadly risk; the train could start moving at any second without warning.4. "Clawing the frost with bare hands" (The frozen potato)"Gleaning" or searching for leftover crops after the official harvest. In the frozen mud of spring or winter, women dug for rotten, frozen potatoes that the machines missed. These "black potatoes" were often the only way to save a child from starvation.5. "Could be exiled for stealing" (The Law of Spikelets)Under Soviet law at the time, gathering leftovers from state fields was officially classified as "theft of state property." For a few frozen potatoes, a mother could be sentenced to years in labor camps, leaving her children orphaned. This is why they moved "like thieves in the night."6. "The stream of letters" (Front-line Triangles)Soldiers' letters were folded into simple triangles because there were no envelopes. These "triangles" were the only link between the front and the rear, often arriving months late or not at all.7. "Sent to the East" (The Japanese War)For many Soviet soldiers, the war did not end in May 1945. After the victory over Germany, entire divisions were moved across the continent to fight against Japan. Fyodor served through both wars, returning home long after the official peace began.
——————————————————————
She was a signal girl in forty-one,
Dragging the wires until the day was done.
The war was steel and nerves, a bitter strife —
Those who survived just lived a silent life.
She was a girl, just a child in her teens,
With braids and bangs, following her dreams.
She added years to her age, a brave lie,
To fight for her land, ready to die.

And there, in the fire of the front line,
She found a love, sacred and divine.
Her Fyodor fought on, deep in the fray,
But God chose for her a different way:
Sent to the rear, to keep hope alive,
With a new heartbeat, struggling to survive.
She traded her uniform for a dress of a maid,
Leaving the battle for a life she ne’er prayed.

It’s morally easier to be in a fight,
Than to see hungry children in the dead of the night.
To warm their frozen fingers with your breath,
Waiting for news, cheated by death.
To share a dry crust, a tiny black crumb,
Keeping just dust, while your spirit goes numb.
When the blizzard howls loud at your door,
And misery settles on the cold wooden floor.

It’s morally easier to be at war,
Than to wait in the rear, not knowing the score.
To fall asleep praying to God for his life,
That Fyodor returns to his child and his wife.
To crawl in the dark under a freight train,
To gather the coal in the snow and the rain.
Praying the wheels won't start their loud beat,
While the house is freezing with no single heat.

Like thieves in the night, in the field they would creep,
Digging the frost while the world was asleep.
Clawing the earth with their bare, frozen hands,
Fighting the void in the desolate lands.
For a rotten potato left deep in the mud,
They could be exiled for "stealing" the food.

At home was a daughter... and no tears were left,
Just a long war and a heart of bereft.
The forty-fifth came with a bright city light,
But Fyodor is sent to the East for a fight.
The Japanese war... and the sleep is so thin,
As the stream of the letters is withered and grim.
But he came back! Alive!
Through the thunder and rain,
Polina’s cheeks dried of the sorrow and pain.
And they gathered their lives, piece by piece, as they could —
Living in love, as a true family should.

Three granddaughters...
Seven great-grandsons...
Three great-great-grandsons...
the story goes on.

Я как бабочка порхала
По лесам, полям, горам.
Я как бабочка летала
По лугам, садам, цветам.

Много видела, узнала:
Лёгкий ветер, тёплый дождь.
И любила, и мечтала,
Уходя из света в ночь.

Помню, как листок рождался,
Помню яркий солнца луч,
Каждой каплей просыпался,
Пробиваясь из-за туч.

Но осенний лист качнулся,
Оторвался, повернулся,
Полетел… И я за ним —
Над рекой, сквозь сеть мостов,
Мимо спящих городов.

Стало холодно и сыро,
День короче, ночь длинней.
На листок присела тихо,
Засыпаю меж ветвей.

За окном стено́ю ли́вень,
Грохота́л далё́кий гро́м.
Вдруг руки́ во тьме́ косну́лся
Темноту́ проши́в крыло́м.

Я зажгла́ в испу́ге ла́мпу,
Огляде́ла всё круго́м:
Наверху́, уку́тан све́том,
Голубы́м засты́л крыло́м.

Оди́н де́нь — и жи́знь прошла́,
О́сень ду́шу унесла́…

[Verse 1]
Маленькая рыбка — жизнь её в кувшине,
Для неё весь мир — в глубине отныне.
Замок весь в ракушках, лазУрный до небес,
Самый безопасный мир из всех чудес.

Там, на самом дне, тишина живёт,
Шёпот пузырьков воду всколыхнет.
Слышен гул волшебный, и вода течёт,
Теплый свет извне манит и влечет.

Жизнь — игра с друзьями в золотом песке,
Игры, догонялки на океанском дне.
Есть друзья-улитки в замке среди стен,
Прячутся, как жемчуг средь ракушечьих вен.

[Chorus 1]
Посмотри, как чудный город дышит,
Океан покой наш бережёт и слышит.
До глубоких донных ям рассвет не доходит сюда,
Но волшебный луч из бездны сияет и зовёт.
Здесь наш вечный дом, здесь укрыла нас вода,
Нас не беспокоят далёкие шторма.

[Verse 2]
Но однажды в замке появился гость,
Он принёс с собою диких мыслей горсть.
Старый, хмурый краб из параллельных стран
Рассказал рыбёшкам про большой обман.

Он взглянул на стены, на кувшин, на свет:
«Вы живете в банке, здесь океана нет!
Это ненастоящий, бутафорский трон,
И еда из пачки — весь ваш рацион!

[Pre-Chorus]
Сверху свет — лишь лампа,
Кислород — лишь помпа.
Вместо океана — толстое стекло,
Все её иллюзии прахом унесло.

[Chorus 2]
Посмотри, как чудный город дышит...
(Только это фильтр пластиковый свищет)

Океан покой наш бережёт и слышит...
(Пять стеклянных стен нас зажали прочно)

До глубоких донных ям рассвет не доходит сюда...
(Свет вверху — лишь лампа, это знаем точно)

Но волшебный луч из бездны сияет и зовёт...
(А весь этот гул — это гул течений помпы)

Здесь наш вечный дом, здесь укрыла нас вода...
(Эта банка треснет раз и навсегда)

Нас не беспокоят далёкие штарма...
(Ведь гигантские тени за стеклом на нас глядят)

[Verse 3]
Мир разделился пополам:
Там — мир, покой,
Здесь — взвесь… раздрай…..
И этот пластиковый рай….
Сменил привычный тихий край.

Как жить меж этих фонарей?
Проходит мимо целый век...
Как есть из рук чужих людей,
Когда ты рыба, не субъект?

[Outro]
Вера ушла из души навсегда,
Время застыло, стёрлись года...
За этим стеклом — жизнь, города,
Мы заперты - жить здесь на века.

Ты готова? … Детка…

[Verse 1]
Утром рано в выходной,
За руку идём с тобой.
Мама овощи берёт,
Меня у тортиков найдёт.
(Ой-ой-ой)

[Chorus]
ТОрты, тОрты, тОртики,
Как я вас люблю —
(ням-ням!)
Торты, торты, тортики,
Скушать Вас хочу—
(Ням-ням-ням-хрусь!)

[Verse 2]
А мне мама говорит:
«А живот не заболит?»
Я отвечу: «Мама, нет!
Дай ещё кило конфет!»
(ммммммммм ха-ха-ха)

[Chorus]
ТОрты, тОрты, тОртики,
Как я вас люблю —
(ням-ням!)
Торты, торты, тортики,
Скушать Вас хочу—
(Ам-ам-ам-хрям!)

[bright]
ТОрты, тОрты, тОртики,
Крем и шоколад!
ТОрты, тОрты, тОртики,
Скушать каждый рад!
(о-о-очень..... страшно)

[Outro]
Мама… купи-и-и…
Ну купи-и-и-и…

Когда твой дом — меж небом и землёй,,
Когда не просто смотришь, а летаешь.
И растворяется весь мир, что был c тобой,
И ты из памяти невзгоды отпускаешь.
Когда вокруг — до звона тишина,
Что мысли слышно в голове,
Лишь в этот миг становится видна
Та истина, что пряталась в душе.

А здесь, на высоте, ветрА поют,
И облака — периной в колыбели.
В горах я отыскал души приют,
Сбежав из плена призрачной постели.
Оставь весь шум, со мною будь, мой друг,
Дыханьем дня, как ветер музыку колышет...
Здесь самый чистый и прозрачный звук,
Который город снизу не услышит.

Встречать рассвет и не спешить вставать,
Смотреть паденье солнца в горизонт,
Не замечать часов, мечтать, а не бежать,
Раскрыв над прошлым неба синий зонт.
Вдыхать рассвет и светом наслаждаться
Секундой каждой, что застыла вдруг.
Здесь больше нет нужды куда-то мчаться,
Когда весь мир — кружит, вставая в круг.

А здесь, на высоте, ветра поют,
И облака — периной в колыбели.
В горах я отыскал души моей приют,
Сбежав из плена призрачной постели.
Оставь весь шум, со мною будь, мой друг,
Дыханьем дня, как ветер музыку колышет...
Здесь самый чистый и прозрачный звук,
Который город снизу не услышит.

Когда твой дом — меж небом и землёй...
Плач shamisen... как ветер музыку колышет...
Который город не услышит.

[Verse 1]
雲と大地の間に我が家があり、
ただ見るのではなく、私は飛んでいる。
後ろの街は影のように消え去り、
記憶の苦しみもすべて薄れていく。
耳が鳴るほどの静寂の中で、
頭の中の雑音さえも消えていく。
その瞬間にようやく見えてくる、
魂の奥に隠されていた真実が。

[Chorus]
ここ、高き場所で風が歌い、
雲はまるで羽毛の揺りかごのよう。
この山の中で魂の隠れ家を見つけ、
偽りの街のベッドから永遠に逃れて。
雑音を捨てて、友よ、私と共にいて、
風が音楽を揺らす、この一日の呼吸の中で。
ここにあるのは、これまでに聞いたことのない最も清らかな音、
下の街には決して届かない響き。

[Verse 2]
夜明けを迎えても、急いで起きることはない、
太陽が地平線へと落ちていくのを見つめる。
時計を忘れ、走る代わりに夢を見る、
時間の上が青空の傘で満たされるように。
夜明けを吸い込み、光を感じてそれを愛する、
空気の中で凍りついた一秒一秒を追いかける。
もう走る必要も、急ぐ必要もない、
世界全体が輪になって踊っているのだから。

[Chorus]
ここ、高き場所で風が歌い、
雲はまるで羽毛の揺りかごのよう。
この山の中で魂の隠れ家を見つけ、
偽りの街のベッドから永遠に逃れて。
雑音を捨てて、友よ、私と共にいて、
風が音楽を揺らす、この一日の呼吸の中で。
ここにあるのは、これまでに聞いたことのない最も清らかな音、
下の街には決して届かない響き。

[Outro]
雲と大地の間に我が家があるとき...
三味線の咽び泣く声... 風が音楽を揺らすように...
下の街には決して聞こえない。

На небе осень...
Под ногами — слёзы...
И мокнут на окне подаренные розы.
По слёзным лужам... босиком иду...
И всем чертям назло! Себя не предаю!

Пусть плачут те, кто сам не захотел….
Любить себя и заставлять: … «Твори…».
Иметь друзей, с кем вместе постареть,
Уметь согреть, но не обжечь внутри.

Того, кому поддержка и плечо —
Нужней всего, когда внутри темно.
Быть просто тем, кто точно не обидит,
Кто боль твою сквозь темноту увидит.

Быть тем, кто скажет:
«Друг! Вперёд! Не жди….!»
И руку даст, чтоб не свернул с пути.
Я помогу тому, кого беда накроет,
Но не спасу того, кто лишь устал и ноет.

Пусть плачут те, кто жалок невозможно...
В своей закрытой злобе и тоске.
Идти с такими рядом - очень сложно,
Их ложный ритм - оставлю вдалеке.

Белые ёлки,
Серые волки.
Хочется выть на луну.
В мыслях лишь толки,
А в сердце — осколки
Жить не дают никому.

Живу в этом мире заснеженных грёз,
Где елки белы, словно в инее слёз.
И волки за серым порогом зимы
Хотят докричаться до мертвой луны.

Хочется света, не жить по навету,
Вопросы — летят в глубину.
Но тишина не просит советов,
Посылки — ушли в пустоту.

Красивый сценарий.
Ракурс удачный,
И будет он мрачный,
Комедией смачной —
Как будет? Решать самому.
Что будет? Писать.
Тебе одному.

Скорей посмотри в окно!
Жизнь! Это тебе не кино.
За горизонт,
За рамки рассвета —
И каждый найдёт
Cвою точку ответа.

Нужно любить себя в этом мире,
Умеешь любить душой?
Просто открой все окна и двери
И с силой вдохни СОБОЙ.

Белые ёлки,
Серые волки,
Где-то будут выть на луну.
И в сердце осколки исчезнут,
А толки растают в любви ко всему.

Только вдох
И выдох
Я тоскую с тобой танцуя,
Поцелуй, вспоминая вдруг.
И тебя к себе не ревнуя
О любви расскажу без губ.

Как под пальцами пульсирует вена,
Напрягаются мышцы и стон,
Дрожью спутав застывшие нервы,
Разбивается всполохом в сонм.

Вдох — и волны по телу, раскаты
Выдох — замерло всё вокруг,
Вдох — и снова рассветы, закаты,
Выдох — росой дрожит на ветру.
Слышишь?
Твоё тепло.
На моих губах.
Не говори ничего.
Просто дыши со мной в унисон.

И прижавшись всем телом — слышу,
Шёпот мыслей и неги вздох,
Как эхо бежит по телу.
Дооолгий выыыыдох
И по спине — капелькой пот
(кап...кап.... кап...)

Вдох — и волны по телу, раскаты,
Выдох — замерло всё вокруг.
Вдох — и снова рассветы, закаты,
Выдох — росой дрожит на ветру.

Растрепал мои волосы — чувства,
Через край пролилось — унеслось.
Я лежу на плече и вдыхаю
Такое родное... тепло.

Такое родное...
Тепло...

На белом экране — Audrey Hepburn и Рим,
Принцесса прощается с парнем своим.
А в зале, впотьмах, оживает сюжет:
Влюблённые пары не видят рассвет.
Там кружится жизнь под мерцаньем луча —
Касание рук, невзначай, и плеча…

В тесноте привычной кинобудки
Пахнет озоном, дрожит механизм.
Легко починю я разрыв киноплёнки —
(Эх, так же уметь бы склеивать жизнь…)
Тяжесть бобины привычна руке,
Искры пыли кружат в световом луче.

Я не смотрю кино — вижу лишь кадры!
В узкое окошко — я будто на старте!
Зрачок ловит точку в углу, как вратарь,
Секунда — и кадр уносится в даль!
Первый маркер мигнёт — и motor задышал…
Вторая отметка! Кнопку нажав,
Я луч отправляю вперёд, на финал!

И в зале никто не заметил рывка,
Тихо, украдкой стёрта слеза…
Для них это магия, сказка без швов,
Упала заслонка тихонько без слов.
Я сверху, как в кадре, вижу их взгляды —
Робкие вскрики и долгие ахи…

Сквозь стекло долетает гул аппаратной —
Монотонный, негромкий, привычный и ладный.
Финалом окрасит сепия прошлых времён,
Каждый в этом луче был когда-то влюблён.

Последние титры ложатся на ткань,
Экран остывает, стерев эту грань.
Я словно сыграла забытую роль,
В картине, где плакал старый Король,
Но завтра я снова включу этот свет.
Кино продолжается!
Где ваш билет?

Раз, два — лови момент!
Три, четыре — лучше нет!
Пять — ПОГНАЛИ!

[Verse 1]
[Kids choir, punchy, confident delivery]
Раз, два, три, четыре, пять.
Вышел Гоша погулять,
Встретил во дворе Алину,
Скушали по мандарину! (м-м-м)

[Verse 2]
На гору вместе забрались,
Сидели свесив ножки вниз. (красота)
Вдруг сорвался сильный ветер —
Самый мощный на планете! (шу-у шу-у шу-у)

[Chorus]
Алина за руку схватилась,
Вмиг погода изменилась!
Гоша крикнул: «Ты держись!
И кубарем скатились вниз!» (э-эх-х)

[Verse 3]
Дождик капать перестал, (кап-кап-кап)
Месяц в небе засиял.
Вместе весело смеялись, (ха-ха-ха)
Звёздным небом любовались.

[Bridge]
Побежали по дорожке,
Встретили смешную кошку, (мя-у)
Друга Мишку у качели…. (привет!...)
Взялись за руки… взлетели! (вжу-у-у-х)

[Outro]
Дружно по небу летали,
Звёздочки они считали: (Ого! какие!!!)
Раз, два, три, четыре, пять, —
Будешь ТЫ водить опять! (хи-хи-хи)

Раз, два, три, четыре, пять,
Вышел Гоша погулять,
Встретил во дворе Алину,
Скушали по мандарину.


На гору вместе забрались,
Сидели, свесив ножки вниз.
Вдруг сорвался сильный ветер —
Самый мощный на планете!

Алина за руку схватилась,
Вмиг погода изменилась!
Гоша крикнул: «Ты держись!
И кубарем скатились вниз!»

Дождик капать перестал,
Месяц в небе засиял.
Вместе весело смеялись,
Звёздным небом любовались.

Побежали по дорожке,
Встретили смешную кошку,
Друга Мишку у качели…
Взявшись за руки — взлетели!

Дружно по небу летали,
Звёздочки они считали:
Раз, два, три, четыре, пять —
Будешь ТЫ водить опять!

Держу альбом. Чёрно-белое фото —Тропинка в лесу. Я бегу через поле,
А Райма бежит за мной.
Сердце забилось, дрожит, как листок...
Ладонь кладу на снимок —
И будто глоток.
Чёрно-белый лес становится цветным.
Время тает льдом,
Расплываясь в пространстве.

Тик-так… Тик-так… Слышишь?
Это время взводит курок у виска.
Собака бежит сквозь меня, как песок,
Но память ведёт дальше — за лесок...
В тот самый двор.
В тот день предательства...

Как стрелка, сорвавшаяся с часов,
Бегу по кругу...
Мне семнадцать. Сессия, учёба...
Я замуж иду, и скоро сына на счастье рожу.

Семью переводят дальше служить.
А мы…Мы остаёмся, как взрослые жить.
Работа, однушка, и этот нелепый страх:
«Я не справлюсь...»
«Она не слушается...»
«Я устала отвечать за неё...»

Чужие руки.
Холодный кожаный поводок.
«Не бойся, ей будет там хорошо», — говорят мне.
А я… я не могу сказать ничего.
И вновь шестерёнки, скрипит механизм...
Иркутское лето восемьдесят второго...Гаражи. Полумрак. Щенки...Её?...
Она не рычит, не скулит...
Она просто не смотрит на меня...
Этот взгляд мимо...Жжёт меня через время...
Я не смогла… Сбежала… Ушла…
А Время смеётся, напротив садясь.
Колоду тусует — игра лишь пошла.
Шестёркою бьёт, ничего не стыдясь.
И болью моей почти насладясь,
Бросает на стол все козыри в ряд...
А мне остаётся — безмолвный наряд.
Печать ностальгии —
Где старые раны жгут злее и глубже,
Чем шрамы нирваны.

Я руку тяну в плотность лет, в антураж,
И доли секунд меня манят в мираж.
Мы встретились взглядом…
Помнишь?… Простила?…
Время несётся слепящим парадом.
На этой секунде навек я застыла,
С тобою в плену...
Стрелка, будто заныла..

Сепией хрупкой дрожит слеза...
Я открываю, тихонько глаза,
Нести это время —
Моё одинокое бремя.
И в этой звенящей, пустой тишине...
Я вижу прощенье себе и тебе.

«Одинокий рейс в прошлое за прощением самой себя. Это состояние тихого катарсиса. В отличие от взрывного, драматичного финала, оно наступает в полной, звенящей тишине — когда все слова уже сказаны, а козыри Времени сданы. Настоящее прощение приходит не тогда, когда мы его наконец заслужили, а когда мы просто перестали себе мешать. И тогда, на обломках старой боли, вместо ран остаётся только мир».

[куплет 1]
Вот август к осени подходит,
И меньше в небе глубины.
С деревьев зелень уж уходит,
И затежные льют дожди.

[куплет 2]
Для птиц уж выбрана дорога,
А ветер гонит сотни туч.
Сентябрь у школьного порога,
Детишек парты в школе ждут!

[припев]
Скоро школьные звонки,
В классе много детворы!
Перемены, мел, доска —
В миг уходит прочь хандра!

[куплет 3]
В портфеле новые тетрадки,
В пенале в ряд карандаши.
Чтоб с нами не играли в прятки,
Скорей на место их сложи.

[куплет 4]
Надену форму, белые банты,
В руках цветы и новый ранец.
Я только в первый класс иду! А ты?
И школьный вальс закружит танец!

[припев]
Скоро школьные звонки,
В классе много детворы!
Перемены, мел, доска —
В миг уходит прочь хандра!

[куплет1]
Дело было вечером,
Собаке делать нечего.
Лежит собака на спине,
Хвостом виляет в тишине.
На морде улыбка,
Закрыты глаза,
БаллУ снится вкусняшка,
И в лужах игра.

[припев]
Ах, Баллуха-медвежуха,
Шоколадный лабрадор!
Будем вместе мы бродить,
Белок, ёжиков кормить.

[куплет 2]
Луг полон цветов
И летающих пчёлок.
В лесу море трОпок
И хвойных иголок.
Вдруг щёлкнул замок,
Сон пропал без следа.
БаллУ хоть и стар,
Гошу встретит всегда.

[куплет3]
Пусть шаг стал труднее,
Но радость в глазах,
Нам играть веселее
В настоящих лугах.

[припев]
Ах, Баллуха-медвежуха,
Шоколадный лабрадор!
Будем вместе мы бродить,
Белок, ёжиков кормить.

В настоящих лугах...
Гав-гав!

Она была связисткой в сорок первом,
Тянула провод, не жалея сил.
Война калила сталью, била нервом —
Кто выжил, тот без лишних слов и жил.

Она была совсем ещё девчонкой,
С косичкой, чёлкой, хрупкой звонкой.
Прибавив годы в тыловом краю,
Чтоб защищать в бою страну свою.

И там, на фронте, в огненном строю,
Любовь всей жизни встретила свою.
Любимый Фёдор дальше воевал,
А ей Господь иную долю дал.

Комиссовали в тыл — беречь надежду,
Внутри росла другая жизнь - иная,
Сменила форму на девичью одежду,
А бой — на тыл, где бабья доля злая.

Морально проще воевать,
Чем видеть боль испуганных детей,
Своим дыханьем согревать,
Их пальчики озябшие и ждать вестей.

И хлеб делить — одну краюшку,
Себе лишь крошки со стола
Когда в дверях завыла стужа,
На всех одна пришла беда.

Морально легче воевать,
Чем ждать в тылу, не зная — где он?
И засыпая, Бога звать,
Чтоб невредим вернулся, целым.

И лезть в ночи под эшелон,
Сбирать, что сыпалось из трещин,
Лишь бы не тронулся вагон,
Набатом в тишине зловещим.

Ночами в поле — крадучись, как воры,
Искать, что вглубь зарылось, в мерзлоту.
Вгрызаться в землю голыми руками,
Сметая страх и злую пустоту.

За мёрзлую картошку — возле поля —
Могли сослать в далёкие края,
А дома дочь и слёз уже не помня,
Чтоб плакать над судьбой — идёт война.

Отгремел сорок пятый...., салюты в столице,
Но Фёдор Портнягин — идёт на восток.
Японская война
И в тревоге не спится,
И тянется писем скупой ручеёк.

Но он пришёл! Живой!
Минуя грозы,
Исчезли на щеках Полины слёзы.
И жизнь свою в одну они сложили —
Всю жизнь в любви....
До старости прожили.

Три внучки, Семь правнуков,
Праправнуков трое

Для новой любви победу ковали
Для следующих жизней её добывали
Их внуки и правнуки — это и есть
Победы великой главная весть.

Глоссарий к балладе:
О чем молчит история
1. «Прибавив годы в тыловом краю» В начале войны многие подростки 15–16 лет приписывали себе возраст в документах, чтобы их взяли на фронт или на оборонные работы.
Бабушка Полина сделала это, чтобы защищать Родину наравне со взрослыми.
2. «Комиссовали в тыл»Освобождение от военной службы по состоянию здоровья или семейным обстоятельствам.
В истории бабушки это произошло из-за беременности — её отправили с фронта спасать будущую жизнь (вашу маму).
3. «Бабья доля злая» (Тыл)Женщины в тылу работали по 12–14 часов: на заводах, в шахтах, на лесозаготовках.
Они заменили всех ушедших мужчин.
На их плечи легла не только работа, но и полное самоотречение ради детей и фронта.
4. «Озябшие пальчики» и «Краюшка хлеба»Нормы хлеба в тылу были мизерными.
Матери часто отдавали свою порцию детям, оставляя себе лишь крошки, и согревали детей своим дыханием в нетопленых домах, где температура была почти как на улице.
5. «Лезть под эшелон за углем»
В тылу не было дров и угля для отопления жилья. Женщины и дети ходили к железной дороге, где стояли составы.
Они пробирались под вагоны, чтобы собрать уголь, который просыпался из щелей разбитых или наспех сколоченных вагонов.
Это было смертельно опасно: поезд мог тронуться в любую секунду без предупреждения.
6. «Картошка возле поля» (Мерзлая картошка)Речь идет о «вторичном сборе». После официальной уборки урожая в земле на глубине оставались мелкие или поврежденные клубни.
За зиму они замерзали и подгнивали.
Голодные люди выходили в поля весной или в оттепель, чтобы выкопать эту «черную» картошку.
7. «Могли сослать в далекие края» (Указ о колосках)
Сбор остатков урожая на государственных полях официально считался «хищением социалистической собственности».
За несколько найденных картофелин или горсть зерна женщину могли арестовать и отправить в лагеря на несколько лет, оставив детей сиротами.
Поэтому за картошкой ходили «крадучись, как воры».
8. «Опять на восток» (Японская война)После победы над Германией в мае 1945 года война для многих не закончилась.
Эшелоны перебрасывали на Дальний Восток для войны с Японией.
Дедушка Фёдор прошел и эту войну, вернувшись домой значительно позже официального Дня Победы.

Под ладонью шершавая кожа
Мне тепло отдаёт осторожно.
Я касаюсь коры, как страницы,
Где застыли забытые лица.

Пальцы чувствуют — «шрифт Брайля»
Так написаны мифы… тайные….
Словно дерево — древний свиток,
Из дождей и закатов свитый.

У него внутри — тишина и твердь,
Он учился с ветром о жизни петь.
Это почерк земли, это пульс времён,
В каждой трещине — древний сон.

Не глазами, а кожей чувствую:
В этих шрамах — величие вечное.
Слышу быль про всё - бесконечное.
Он не просто стоит, он дышит…

Кто затих — тот его услышит.
Вдоль ладони бегут дороги —
След грозы и немой тревоги,
Под корой жив покой столетний,
Самый верный и самый светлый.

Я читаю его по слогам,
Прислонившись к седым векам.
«Шрифт Брайля», как живой свиток.

[куплет]
Дорога, поезд, стук колёс,
Соседи спят на полках,
Но мне не спится.
Я не смог, так уедениться.

[припев]
Уютное купе, соседи, чай.
И подстаканник на столе
Беседу с богом начинай.
Пока ты ждёшь рассвет в окне.

[куплет]
Бежит дорога за окном,
Огни на горизонте
Там город спит,
А я не смог от мыслей отделиться.

[припев]
Уютное купе, соседи, чай.
И подстаканник на столе
Беседу с богом начинай.
Пока ты ждёшь рассвет в окне.

[куплет]
Луна за поездом спешит.
Рассвет она встречает.
Все спят, всё спит
Мой сон лишь о тебе мечтает.

[припев]
Уютное купе, соседи, чай.
И подстаканник на столе.
Беседу с богом начинай.
Пока ты ждёшь рассвет в окне.

(Вдох……. Выдох…..)
(Вдох……. Выдох…..)
(Куплет)
Стук в висках — это мой закон,
Мир за границами? Полный игнор.
Кеды вгрызаются в серый бетон,
Я выключаю свой телефон.
Нет соцсетей, нет лишних лиц,
Я перешёл! Я вне границ!
(Куплет)
Вчерашние тени — уже под замком.
Завтрашний день — пока не знаком.
Кто я? — Дыхание!
Что я? — Пульс!
Я в эту секунду…..
ЗДЕСЬ !…….остаюсь!
(Припев)
Здесь и сейчас! Никаких «потом».
Будущее спит за чужим окном.
Прошлое это пустой черновик,
Здесь и сейчас мой текущий миг!
Стук сердца под бит! И нет обид!
Пульс, как отсчёт! Мир в лимИт!
(Куплет)
Город - капкан афиш и витрин,
Я в этой гонке — один на один.
Цифры и даты — чужой балласт,
Время не враг, меня не предаст.
Векторы, стрелки, графики в ноль,
Скорость —закон. Всё прочее —боль.
(Куплет)
Я не бегу «ОТ».......
Не бегу «чтобы».......
Я разрываю эти годы без пробы.
Нет ни начала, ни точки финала,

Здесь!
Во вдохе… — моё начало!
[Выдох…]
И это не мало!
(Припев)
Здесь и сейчас — никаких «потом».
Будущее спит за чужим окном.
Прошлое — пепел ушедших дней,
Завтра мне будет ещё видней!
Векторы, стрелки, чужие слова —
В этой стихии лишь скорость права.

[Вдох……]
[Выдох….]

Вокзал, суета, спешащие пассажиры,
Чемоданы, коробки, чужие корзины.
Поезд объявлен — зал опустел,
Плюшевый мишка сидел, как сидел.

Забыли, оставили, бросили мишку,
Сидит одинокий, и лапка повисла.
На твёрдой скамье оставил мальчишка
Его увели на перрон, как воришку.

Он упирался и плакал от горя,
Друга оставил, тащили не споря…
Родители слышали лишь объявление:
«Осталась минута до отправления».

Гришка размазывал слёзы на щёки,
Мама искала билеты для тёти.
Папа матрас доставал с верхней полки —
Поезд бежал по железной дороге…

Забыли, оставили, бросили мишку…
Сидит одинокий и лапка повисла….

(Куплет)
Вокзал, суета, спешащие пассажиры,
Чемоданы, коробки, чужие корзины.
Поезд объявлен — зал опустел,
Плюшевый мишка сидел, как сидел.
(Припев)
Забыли, оставили, бросили мишку,
Сидит одинокий, и лапка повисла.
На твёрдой скамье оставил мальчишка
Его увели на перрон, как воришку.
(Куплет)
Он упирался и плакал от горя,
Друга оставил, тащили не споря…
Родители слышали лишь объявление:
«Осталась минута до отправления».
(Припев)
Забыли, оставили, бросили мишку,
Сидит одинокий, и лапка повисла.
На твёрдой скамье оставил мальчишка
Его увели на перрон, как воришку.
(Куплет)
Гришка размазывал слёзы на щёки,
Мама искала билеты для тёти.
Папа матрас доставал с верхней полки —
Поезд бежал по железной дороге…
(Припев)
Забыли, оставили, бросили мишку…
Сидит одинокий и лапка повисла….

Что такое счастье?
Солнце в облаках,
Маленький ребёнок
На мужских руках.

Тёплый хлеб из печки,
Пламя на окне.....
Вкусное какао
В тёплом молоке,

Мама с пирогами,
Котик на окне....
Счастье — не в великом,
Счастье — в глубине.

Запах хвойной ветки,
Ветер в волосах,
Искорка улыбки
В дорогих глазах.

Встречи и беседы
В стареньком кафе,
Радость за обедом,
Счастье в тишине.

Счастье — это милость
На твоей душе.
В каждом нашем взгляде,
В том, что есть уже...

(Куплет)
Майское солнце, запах сирени и дым.
В шестнадцать лет он снова родился — другим.
За стартовой чертой — он постигал
Привычку быть иным.
Сердце билось гулко, как мяч по стене —
«Я выбираю жить, улыбаться весне».
Помню мамин голос, такой родной:
«Ты нам нужен, сынок, живой».

(Наратив)
«Мастер спорта….. РекордсмЕн мира. ….
Человек, начавший карьеру
В тридцать четыре года».

(Куплет)
Эхо старой войны — мина в майской траве,
Мир застыл чёрным ужасом в голове.
Без рук и без ног — тихий стон больничных стен,
Но любовь родных не ждала ничего взамен.
Он вышел из тьмы, победив униженье и страх,
Он теперь не боялся заблудиться впотьмах.
И когда зимний лёд манил других на коньки,
Он в бассейне сжигал адской боли ростки.

(Наратив)
«Токио. Рекорд, который не могли побить тридцать лет, пал дважды за один день».

(Припев)
И вот ОН — рёв трибун, как в скрытый океан,
Смывает боль и страх почти заживших ран.
Победный марш гремит, и этот миг настал —
Победа здесь! И золотом окрашен пьедестал!

(Куплет)
А пять колец, как пять толчков — «ЖИВИ!»
И олимпийский факел с честью пронеси.
Наставник, спикер, лидер, муж, отец —
Вся жизнь его, как пять сияющих колец.
Он в Токио поставил свой рекорд,
И гимн страны, как клятва чистоты,
Звучал для всех с олимпской высоты.

(Наратив)
«Заслуженный миротворец,
Кавалер Ордена Дружбы».

(Куплет)
Кровь кипит в висках, в душе — азарт и свет,
Моя воля — это допинг, мой на всё ответ.
Ведь жалость убивает, а вера — даст разбег,
В мой самый главный в жизни, мировой забег.
«Всё зависит от тебя!» — звучит сквозь этот век,
Идёт к своей вершине Гордый Человек.

(Наратив)
"Отец четверых детей.
Человек, доказавший: невозможно —
это всего лишь слово."

(Припев)
И вот ОН — рёв трибун... Победа здесь!
И золотом окрашен пьедестал!
Я выбираю жить...
Я выбираю быть... живым.
Голос мамы: "Сынок... ты жив..."

(Пред-припев)
Клуб «Огонь»! — (Вперёд!)
Нас не тронь! — (Огонь!)
Раз-два-три! — (Гори!)
(Куплет1)
На груди огонь горит,
Каждая из нас — магнит!
Шпагат, прыжок, поддержка, взлёт,
Екатеринбург, вперёд!
(Припев)
Огонь в груди, огонь в глазах,
Девочки — на всех парах!
Вместе мы — одна семья,
Клуб «Огонь» — это ты, это я!
(Куплет 2)
Помпоны вверх, помпоны вниз,
Спинка ровно, повернись.
Ножку тянем и на шпагат,
Красная форма — высший разряд!
(Пред-припев)
Кто горит? — (Огонь!)
Кто летит? — (Звезда!)
Кто не бросит никогда? — (Мы!)
Клуб «Огонь» — навсегда!
(Припев)
Огонь в груди, огонь в глазах,
Девочки — на всех парах!
Вместе мы — одна семья,
Клуб «Огонь» — это ты, это я!
(Куплет3)
Раз — шпагат, два — прыжок...
Девочки - сделали шажок...
Красный цвет! Урал — Огонь!
С нами, клуб, ты нас не тронь!

ЕКБ! ЗАЖИГАЙ!

Как это сладко вспоминать
Мучительно, необъяснимо,
Как взгляд твой, мог меня сжигать,
Душа молчит, горя красноречиво.

Туман в глазах, а сердце - ритм,
И рвётся громче, чем часы,
Но ты уехал - сон разбит,
Исчез, как крылья стрекозы.

Как это больно вспоминать:
Моя душа летит в руины.
До сладкой дрожи ощущать -
Прикосновения мужчины.

Куплет:
Как это сладко вспоминать
Мучительно, необъяснимо,
Как взгляд твой, мог меня сжигать…
Душа молчит, горя красноречиво.
Припев:
Тело помнит руки и касанье губ,
Сон и явь, как муки.
Ты с любовью груб.
Куплет:
Туман в глазах, а сердце - ритм,
И рвётся громче, чем часы,
Но ты уехал - сон разбит,
Исчез, как крылья стрекозы.
Припев:
Тело помнит руки и касанье губ,
Словно сонм, как муки.
Ты с любовью груб.
Куплет:
Как это больно вспоминать:
Моя душа летит в руины.
До сладкой дрожи ощущать -
Прикосновения мужчины.
Припев:
Тело помнит руки и касанье губ,
Словно шрам от муки.
Ты с любовью груб.

Куплет:
Женщина! Я не танцую!
Женщина! Я не танцую!»
Ну кто ж захочет танцевать?
Сударыня... — А вот такую
Под локоток — и вальсоваать
Куплет:
Женщина, товарищ, мать, супруга.
Ушли с эпохой те слова.
Довольно звать так грубо друга,
От слова - женщина болит уж голова.
Куплет:
Там профсоюз, паёк, талоны
Авоськи, стресс, кооператив
Советской жизни эталоны
И вечный быта примитив.
Припев:
Так давайте же, друзья,
Вспомним старые слова.
Ты: « Сударыня!» Скажи
И в ответ: « Да, сударь мой,
Я согласна, бог с тобой»
Куплет:
Была «женщина - прилавок»
(Vulgaire)
Сказал: « Сударыня» (манифик)
И сразу дОбрая душа.
Куплет:
И соседка, что ворчала,
Вечно мимо проходя,
Улыбнётся, в пол глаза
К чаю пригласит тебя.
Куплет:
« Сударыня”— и сразу нежность
Хлеб в печи, коса до пят.
В ней грация и безмятежность,
И кроткий, но глубокий взгляд.
Припев:
Так давайте же, друзья,
Вспомним старые слова.
Ты - Сударыня! — Скажи
И в ответ: « Да, сударь мой,
Я согласна, бог с тобой.»
Куплет:
Склонившись в трепетном смущении,
Ей руку стоит лобызать,
Чтоб вновь сударыней назвать,
Вернув к истокам восхищение.

Так давайте же, друзья,
Вспомним старые слова...!

Куплет:
Город душит гудками сплетен и слов,
Каждый мой вдох — срывает покров.
Я устал от бетонного домино,
Где в каждом окне — немое кино.
Куплет:
Город вгрызся в мой голос — я больше не мог,
Лес, как последний, свободы глоток.
А чаща шептала секретов приют,
Там деревья не лгут и часов не ведут.
Припев:
Слышишь — треск веток в моей груди?
Это лес обнял меня изнутри!
Вместо мыслей — тропинки, по ним не пройти,
Вместо слов — только уханье старой совы.
Куплет:
Здесь время застыло, звеня тишиной,
Глаз блеснул изумрудной слезой.
Паук в волосах белый иней плетёт,
Смола вместо крови по венам течёт.
Бурой корой покрывается кожа,
Прежняя жизнь уже не возможна!
Куплет:
Солнце сквозь рёбра ветви зальёт,
Из горла — ворон, срываясь, орёт!
Вместо слуха — ветер листвою шумит,
Я молчу, как мох, что на камне лежит,
Больше нет страха, душа не болит.
В чаще леса, в снегах — мой силуэт,
Тень на тропе, что осталась в ответ.
Мне не нужен вдох... и не нужен рассвет!

Я тебя тихо спать положу,
Краем облака нежно укрою.
Ночником в небе звёзды зажгу—
Млечный мостик тебе я построю.

Буду рядышком тихо сидеть,
Колыбельную шёпотом петь.
Я спою про любовь, про леса,
Про морских глубин чудеса.

Спят барашки в седых облаках,
Шум уснул в золотых сундуках.
Улетела из сна кутерьма,
Затаилась в лесу тишина.

Звёздам в ушко пошепчу,
Сон волшебный сочиню.
Кот лесной к тебе придёт,
В сон за сказкой поведёт.

Баю-баю, баю-бай,
Мой котёнок, засыпай.
Месяц деточку качает,
Крепко глазки закрывает.

Куплет:
Я тебя тихо спать положу,
Краем облака нежно укрою.
Ночником в небе звёзды зажгу—
Млечный мостик тебе я построю.
Припев:
Баю-баю, баю-бай,
Мой котёнок, засыпай.
Месяц деточку качает,
Крепко глазки закрывает.
Куплет:
Буду рядышком тихо сидеть,
Колыбельную шёпотом петь.
Я спою про любовь, про леса,
Про морских глубин чудеса.
Куплет:
Спят барашки в седых облаках,
Шум уснул в золотых сундуках.
Улетела из сна кутерьма,
Затаилась в лесу тишина.
Припев:
Баю-баю, баю-бай,
Мой котёнок, засыпай.
Месяц деточку качает,
Крепко глазки закрывает.
Куплет:
Звёздам в ушко пошепчу,
Сон волшебный сочиню.
Кот лесной к тебе придёт,
В сон за сказкой поведёт.
Припев:
Баю-баю, баю-бай,
Мой котёнок, засыпай.
Месяц деточку качает,
Крепко глазки закрывает.

Куплет:
Солнце, лужи, воробьи…
Это признаки весны?
Грязный снег,
Промозглый ветер…,
О весне не слышно сплетен.
Куплет:
Снова очередь на мойку,
В гараже — авто-массаж.
И у всех вопрос про шины:
Их менять иль подождать?
Припев:
Бабки в шубах, девки в туфлях,
И коты всю ночь кричат!
Значит, нам с весною нынче
Не придется заскучать!
Куплет:
Лужи, солнечные ванны,
Воробьиный антураж.
Так уже устали видеть
Этих серых дней пейзаж.
Куплет:
Сапоги, метла, косынка,
Снова будет Первомай.
Как всегда — одна снежинка,
Упс! Сугробов — вашужмать.
Припев:
Бабки в шубах, девки в туфлях,
И коты всю ночь кричат!
Значит, нам с весною нынче
Не придется заскучать!
Куплет:
Снег растаял, солнце светит,
Что ещё нужно на свете? Но!
Ты уж сильно не кричи—
В парках вылезли клещи!
Припев:
Бабки в шубах, девки в туфлях,
И коты всю ночь кричат!
Значит, нам с весною нынче
Не придется заскучать!

Куплет:
Широкими мазками на планшете
Я рисовала лето не спеша
Там солнце яркое в зените
И синий океан без дна.
Куплет:
Я краски яркие брала,
Белила щедро добавляла,
И блики смело расставляла
На волны, гальку, облака
Припев:
Рисуй свои мечты
С открытыми глазами
Мечтами здесь живи
И не жалей холсты
Куплет:
И всё ждала внутри ответа
Про пляж и гамаки, где-это?
Песок горячий под ногами
И горизонт под облаками.
Куплет:
Сквозь пальцы сыпался песок
И галька в бриз морской летела
И блинчики считались впрок
Как будто в этом было дело
Куплет:
И чёрный горный караван
Уже в глазах моих качался,
И свежий воздух от дождя,
В носу уютно основался.
Куплет:
Глаза открыла, кисть в руках,
А на мольберте лето в красках.
И я стою в одних трусах,
На босу ногу в мягких тапках.
Припев:
Рисуй свои мечты
С открытыми глазами
Мечтами здесь живи
И не жалей холсты.

Не снег — пепел летит с полей,
Морозом сковало уставших коней.
Златые венцы воинов в храмах ждут —
За город свой честь и жизнь отдадут.

Княжича в строй дружина взяла —
Щитами гордо с холма сошла.
«Наш воевода — хоть мал, но свят.
Пусть кости лягут — никого не щадят».

«Помни клятву: честь не продать,
Идти в бой — венцы получать».
Колокол в набат сорок девять дней подряд:
«Терпи, ратник! Не ропщи отряд»

И только правду нам скажет меч
Вспоминая эту кровавую сечь.
Есть заповедь — до конца стоять.
Козельск — не город. Он — рать.

Семь седмиц пороки бьют в воротА,
Серебро кольчуг и хуяг — лишь пустота.
Золото куполОв погасло в золе —
Колокол стонет в промёрзлой мгле.

Ни воды, ни сна, ни живота.
Триста варяг — весь отряд — немота.
В ночь разобьют их осадный стан —
Козельск не раб — он капкан.

Река Жиздра идёт, тает лёд,
Щит с князем несёт.
Не вода — а кровь по серебру,
Князь Василий тих, как дитя поутру.

И венцы на небе не горят --
На воде, как в кивоте, лежат.
Ни княжества, ни родовых могил нет,
Только честь по реке, дымом кадила летит.

И щит шепнул, на дне лежа:
«Погибли все — отныне вече и межа.
Батый с ордой не смогли одолеть —
Честь князя выше, чем в живых уцелеть».

Исторический глоссарий к песне
*Дружина — постоянное войско князя, его верная опора и элита.
*Ратник — воин, вставший на защиту родного края.
*Кольчуга и Хуяг — противопоставление двух воинских культур. Кольчуга (рубаха из железных колец) была основным доспехом русских русичей, в то время как хуяг (панцирь из металлических пластин) — типичным доспехом монголо-татар.
Строка о них в песне — это образ страшной жатвы войны, где доспехи врагов и защитников перемешались в общей золе, подчеркивая колоссальные потери с обеих сторон.
*Семь седмиц — 49 дней (церковнославянский счет). Именно столько Козельск — «малый городок» — сдерживал всю мощь орды Батыя.
*Пороки — тяжелые осадные орудия, метавшие камни и бревна.
*Живот — в древнерусском языке это «жизнь». Фраза «ни живота» означает, что воины не жалели своих жизней.
*Жиздра — река у Козельска, ставшая свидетельницей финала обороны.
*Кивот — священное обрамление для иконы. Образ подчеркивает, что река приняла тела павших как святыню.
*Вече и межа — символы народного единства и нерушимой границы.
Погибшие воины сами стали той чертой (межой), которую враг так и не смог переступить духовно

Куплет:
Я шёл в эту рощу, не пряча лица,
Сквозь корни дубов, за печатью венца.
Друиды стояли — семь клятых теней,
Я крикнул: «Я вправе быть силой твоей!»
Деревья молчали, судили меня,
Лишь кроной качали, внимая слова.
Припев:
Иди вперёд — и ты найдёшь,
Иди на свет — и обретёшь.
Иди на зов — и будь с собой,
Держать корону над головой!
Куплет:
Я видел Оленя, чей взгляд — свет веков,
Но понял: рога — всей жизни оков.
Он ждал моей крови, он ждал чистоты,
А я лишь хотел сил обрести,
Чтоб миром править изнутри.
Припев:
Иди вперёд — и ты найдёшь,
Иди на свет — и обретёшь.
Иди на зов — и будь собой,
Но гордость вскипела чёрной смолой!
Куплет:
Я вскинул ладонь, чтоб рога сокрушить,
Хотел эту силу себе подчинить.
Но чаща шептала, смыкаясь кольцом:
«Не быть… королём… с осквернённым… лицом!»
Луч солнца упал на открытый алтарь —
Исчез мой олень, обратился во прах.
Припев:
Иди вперёд — и ты найдёшь,
Иди на свет — и обретёшь.
Иди на зов — и будь собой...
Но страх пронзил иглой ледяной,
Корона — мираж... и она не с тобой.
Куплет:
Уж солнце в полнеба, а я не могу...
Ни двинуть ногой. Кричу — как молчу.
Виски мои давят тень от рогов,
Корона — терновый венец из грехов.
Куплет:
Кто я теперь? Мне не отдали душу.
Я не олень, но жизнь я разрушил.
В лесу я чужой, и с людьми не жилец...
Слишком много хотел...
Получил — свой венец.

Прощения просим иногда,
Но не всегда мы успеваем.
Спешим, бежим — не замечаем,
Что больно ранили тогда.

Так быстро движется планета,
Ты оглянуться не успел,
А жизнь — в делах, и нет ответа,
Всегда ли ты достоин дел?

А чаще — взгляд или движенье,
Когда ты мимо проходил...
Ты не желал, но в то мгновенье
Кого-то словом надломил.

В святое это воскресенье,
Чтобы обиды отпустить,
Прошу у близких я прощенья,
Чтобы с собой в согласии жить.

Дай сил, Господь, себя принять
И мир любовью обнимать.
Даруй мне, Боже, дух прощенья,
Душе — покой и исцеленье.

Простите, милые мои...
Вы мне нужны, я вас люблю!
В любви и мире эти дни
Бог всех простит, и я прощу.

Куплет:
Море, волны и песок,
Горячие камни, ветра бросок.
Морской прилив и чаек крик,
В каждой капле солнца блик.

Куплет:
Солнце кружит в облаках,
Засыпает на руках.
Чаек смелый разговор,
Брызги — ветра наговор.

Припев:
Вдох — и соль...
Ш-ш-ш... Слышишь?
Выдох — ноль...
О-о-о... Дышишь?

Куплет:
Вкус солёный на губах,
Зайчик солнца в волосах.
Шёпот гальки под ногой,
Разговор с самим собой.

Куплет:
Солнца луч шипит в воде,
Свет заката на плече.
Ночной ветер освежает,
Мои мысли обновляет.

Куплет:
А море пишет на песке
Любви признания тебе.
Вода всё тело обновляет,
И ветер ласково взывает:

Припев:
Вдох — и соль...
Ш-ш-ш... Слышишь?
Выдох — ноль...
О-о-о... Дышишь?

Куплет:
Вдохнуть весь этот наговор,
Забыть в душе весь лишний сор,
Оставить страхи за спиной
И просто быть самим собой.

Быть собой...

Море, волны и песок,
Горячие камни, ветра бросок.
Морской прилив и чаек крик,
В каждой капле солнца блик.

Солнце кружит в облаках,
Засыпает на руках.
Чаек смелый разговор,
Брызги — ветра наговор.

Вкус солёный на губах,
Зайчик солнца в волосах.
Шёпот гальки под ногой,
Разговор с самим собой.

Солнца луч шипит в воде,
Свет заката на плече.
Ночной ветер освежает,
Мои мысли обновляет.

А море пишет на песке
Любви признания тебе.
Вода всё тело обновляет,
И ветер ласково взывает:

Вдохнуть весь этот наговор,
Забыть в душе весь лишний сор,
Оставить страхи за спиной
И просто быть самим собой.
Быть собой...

За моим окном берёзка,
В изумруде вся была.
Осень хлопнула в ладоши —
Стала золотая она.

Ветер северный сдувает,
Лист, нарядный и резной.
Словно деву раздевает,
Унося листву с собой.

И стоит она, нагая,
Сбросив весь наряд цветной.
Ветви к небу воздевая,
Будто молится с тобой.

Облетает наряд золотой,
Разлетается птицей по свету.
Остаёшься ты чистой душой,
В ожидании белого цвета.

Белый холод, белый ствол
Растворяется в прозрачном,
Воздухе, где утром дол,
Тлеет светом новобрачным.

До весны ты, как принцесса,
Спишь и глазом не моргнёшь.
Песню сойки, шёпот леса
Ты в дыханье сбережёшь.

Спи же, русская душа,
А когда придёт весна —
Будешь соком нас поить,
Души грешные лечить.

[Chorus]
Всё началось, давно уж было,
Когда косу плела два дня,
Но до сих пор ей не забылись
Его чудесные глаза…

[Chorus - repeated verse]
Он не дед - он с пОсОхом зима
Тик - так, тик -так время -весна.

[Verse]
А на его прекрасном теле
(Как будто было не в быту)
Татуированы олени, живут
В серебряном лесу.

[Verse]
И барада его не вата,
А нос не красный, голос тих
Он такой, наш дед, прекрасный,
Что с ума можно сойти.

[Repeated verse]
Он не дед — он с пОсОхом зима.
Тик - так, тик - так время - холода.

[Chorus]
А как же лихо зажигали,
Отбросив пОсОх и мешок,
Что звёзды тихо угасали,
И бросил снеговик снежок.

[Verse]
Снегурки все кружили рядом -
Точёный стан, коса до пят.
(Прекрасны - русские наряды)
Стаят не поднимая глаз.

[Repeated verse]
(Он не дед - он с пОсОхом зима.
Тик - так, тик - так время - снегА)

[Verse]
Мороз поднял тулуп. НакИнул.
Закрыв рисунков хоровод.
Так посмотрел и не обидев,
Её одну с собой увёл.

[Chorus]
И стукнул пОсОх!!! Вьюга взвыла!!!
Саней, разрезал воздух — след.
И мы на Тройке укатили
В свой дом для сказок и потех.

[Repeated verse]
Он не дед - он с пОсОхом зима
Тик - так, тик - так время - сестра.

[Verse]
Прошло не мало время, годы
Уже седая борода,
И ноги ноют от погоды,
И тройка лошадей не та…

[Outro]
Но только стукнет пОсОх древний,
И затрещит огонь в печи,
Стаит уж Тройка на поляне
Готова к долгому пути.

(Тик - так…. Тик - так …. Тик - так …)

[куплет]
Мороз поднял тулуп. Накинул.
Закрыв рисунков хоровод.
Так посмотрел и не обидев,
Её одну с собой увёл.

[Припев]
И стукнул посох!!! Вьюга взвыла!!!
Саней, разрезал воздух — след.
И мы на Тройке укатили
В свой дом для сказок и потех.

[Предприпев]
Он не дед - он с посохом зима
Тик - так, тик - так время - сестра.

[Куплет]
Прошло не мало время, годы
Уже седая борода,
И ноги ноют от погоды,
И тройка лошадей не та…

[Припев]
Но только стукнет посох древний,
И затрещит огонь в печи,
Стоит уж Тройка на поляне
Готова к долгому пути.

Джаз. Женский голос.
[Intro]
Третье ноября. Тепло, как и тогда.
Дождь стучит, считая года…
(Как и тогда, как и тогда)

[Verse]
Входит она — и время замирает,
Год позади — время забирает.
Включает лампу, тихо, на столе,
Складку расправляет в уютной полумгле.

[Chorus]
Белые тарелки, золотой завиток,
«Шоколадные» салфетки — на уголок.
Столик на двоих прямо у окна —
Стулья отодвинуты, как и тогда.

[Verse]
Знакомые строчки — старого меню:
«Коктейль!… Вот этот!… Как всегда» —
И снова тишина.

[Chorus]
Шейкер в руке — взбивает коктейль,
Содовая шипит, как волна на мель,
Кубики льда — и ритм, как тоска.
Бармен, как диджей, за пультом станка.

[Verse]
Пьёт… смотрит в сизую даль.
Не придёт — ей пронзительно жаль.
Послевкусие прошлого на дне,
Память горит — будто в огне.
Рядом стул — всё так же пустой,
Печаль, словно дым над тобою, густой.

[Bridge]
Саксофон плачет вместе с душой —
Без слёз, без слов, только тоской.
Будьте добры. Бокал вина, кофе и счёт…
Время идёт. Она и не ждёт — он не придёт…


[Pre - Chorus]
Скоро полночь. День подходит к концу.
Холод тени скользнул по её лицу.
Три года разлуки. Оплачен счёт.
И новый виток. Идёт души подсчёт.

[Chorus]
Всё как и тогда — выпито вино.
Кофе остывает — нет тебя давно.
Она встаёт, поправив воротник,
В окне на миг мелькнёт знакомый лик…
И только ресторана дверь
Их провожает без потерь…

[Outro]
Шепчет официант: «Она приходит каждый год сюда…»
«День рождения у него… Ей без этого нельзя».

Бармен кивает… Лёд в бокале тает…
А дождь стучит: «Как и тогда… как и тогда…»

Russian Urban Romance, Raspy low male baritone, Gravelly voice, Close mic, Storytelling, Intimate, 3/4 waltz tempo, Acoustic guitar and soft piano, No high notes, Realistic vocal imperfections, Whispered segments.
[Intro: Sound of rain, quiet acoustic guitar fingerpicking, slow 3/4 waltz rhythm]

[Verse 1]
[Low, gravelly voice, close to mic]
Пленённый осени дыханьем...
[Pause]
Кричащий лес... пожар листвы.
Пронзительного неба очертание,
И солнца лик... восточной красоты.

[Chorus]
[Sighs]
Осень, мы тебя просим —
Не шурши под ногами листвой!
Осень, мы с тебя спросим —
Как же душу... унесла ты с собой?

[Verse 2]
[Conversational, relaxed]
Люблю её — то дерзкой, то небрежной,
В слезах... и мокрых сапогах.
[Laughter in voice]
То недотрогой... колкой, неизбежной,
И ветреной девицей... впопыхах.

[Chorus]
[Gently, melodic]
Осень, мы тебя просим —
Не шурши под ногами листвой!
Осень, мы с тебя спросим —
Как же душу... унесла ты с собой?

[Verse 3]
[Whispered, very intimate]
Люблю... багряную зарю.
И серый всполох дня... люблю.
Шуршащую, опавшую листву...
Под медитацию дождя... живу.

[Bridge]
[Spoken, deep baritone]
Люблю её...
[Pause]
От лета бабьего... тепло даря,
До звонких льдинок в лужах.
От сентября до ветра ноября...
Дышать ей буду... в зимних стужах.
[Whisper]
Её люблю.

[Chorus]
[Soft piano and guitar]
Осень, мы тебя просим —
Не шурши под ногами листвой!
Осень, мы с тебя спросим —
Как же душу унесла ты с собой?

[Outro]
[Slow down, rain sound remains, guitar fades]
Осень... ну что ты... не шурши...
[End: Sound of a deep breath and a matc

Пленённый осени дыханьем,
Кричащий лес пожар листвы.
Пронзительного неба очертание,
И солнца лик восточной красоты.

Люблю её то дерзкой, то небрежной,
В слезах и мокрых сапогах.
То недотрогой колкой, неизбежной,
И ветреной девицей впопыхах.

Люблю багряную зарю.
И серый всполох дня люблю.
Шуршащую, опавшую листву...
Под медитацию дождя живу.

Люблю её…

От лета бабьего тепло даря,
До звонких льдинок в лужах.
От сентября до ветра ноября...
Дышать ей буду в зимних стужах.

Её люблю.

Светлана Кочеткова 30.01. 26

Куплет
Зимаааа..
Зима --
Всё белое, как дОлы,
И «мухи» - снежные летят.
Морозец нежно щёки щиплит
Ветвями ветер шелестит

Припев
Верь в чудеса— и чудо будет,
Верь в счастье — и оно придёт.
Ведь не напрасно в это время
Снегурка волшебство прядЁт.

Куплет
Из леса Дед Мороз выходит,
Подарки всем дарить спешит.
Так за добрые поступки,
Он всех людей благодарит.

Припев
[(шёпотом, что бы не спугнуть сказку)]
Верь в чудеса— и чудо будет!
Верь в счастье — будет и оно!
Ведь не напрасно в это время
Снегурка волшебство прядЁт.

Куплет
[(не много тише, как шёпот вьюги)]
Снежинки танцуют, кружАт, как во сне.
Ты с чашкой горячей приходишь ко мне
Уютно прижавшись вдвоём у окна
Мы слушаем сказку, что пишет зима.

[тихо, с затуханием]
Зимаааа.. (зиии… мааа…)
Снежинки… (летят… Летят...)
Зимаааа… (зииии… мааа…)
Сказка… ( живёт…)

[(нежная гитара и фортепиано; лёгкий удар по тарелкам. Вступают саксофон и труба — мягкий свинг. Темп умеренный, с лёгким «покачиванием»)]

Куплет
А я шагаю по пляжУ
Руки — в брюки и пою.
Эту песню повторяю,
Настроенье всем дарю.

Куплет
Солнце плещется в очках,
Отражаясь в облаках,
Чайки следуют стеной,
Чтобы петь её со мной.

Припев
Жёлтый песок и с моря бриз,
А я иду шагами — танго.
Солнце садится, тихо вниз,
А я кусаю сладкий манго

Куплет
На песке следы от эспадрилий —
Это гаммы на нотном листе.
Набежала волна - забрала,
Разлила по морям, океанам.

Куплет
Ветер песню подхватил
И дождём её пролил,
А теперь и без дождя
Её поём — и ты, и я.

Припев
Жёлтый песок и с моря бриз,
И я иду шагами — танго.
Солнце садится, тихо вниз,
А я кусаю сладкий манго.

Куплет
Ты оглянись — ведь мир прекрасен,
И посмотри в мои глаза.
Ты в них увидишь танго‑танец
И лёгкость бытия, как стрекоза.

Припев
Жёлтый песок и с моря бриз,
Солнце садится, тихо вниз,
А я иду шагами — танго
И кусаю сладкий манго.

Серебрянные нити дождевые,
Призраком растают над зарёй,
Спускаясь, словно ангелы иные,
Сшивая небо иглами с землёй.

Опавший лист, кружась ложился,
Стонал и плакал над рекой,
А ветер, шёпотом божился,
Берёзой кланяясь седой.

Хрустальный звук небесных струн,
Запутавшись в лучах рассвета,
Рассыпал нить багряных бус,
Как поцелуи без ответа.

Осенний художник возле холста,
Набрасывал краски, Охры сполна.
Палитра богата цветом до дна,
НапОены парки, лесА и поля.

Лист оторвался с ветки слетел,
БумАжный кораблик в луже осел.
Солнечный луч на воде отразил,
Медовым ковром вокруг озарил.

В небе прощальный отблеск тепла.
Лужи застынут — наступит зима.
Осеннее небо — луж зеркала,
Иней на ветках — близко зима.

Люблю осеннее очарование,
Кричащий лес, пожар листвы.
Пронзительного неба основание,
И солнца лик восточной красоты.

Люблю её волнующей и дерзкой,
В слезах и мокрых сапогах,
Нежной недотрогой пожелтевшей,
И ветреной девицей впопыхах.

Люблю — багряную зарю,
И серый всполох дня — люблю.
Шуршащую, опавшую листву,
Под медитацию дождя — живу.

От лета бабьего — тепло даря,
До звонких льдинок в лужах.
От сентября до ветра ноября,
Дышать ей буду в зимних стужах.

Осень, мы тебя просим —
Не шурши под ногами листвой!
Осень, мы с тебя спросим —
Как же душу унесла ты с собой?

Мамины руки и глаза —
Сама любовь и чистота.
Ты даже если с бородой,
И не покрытой головой…

И видит нас она душой,
А слышит сердцем и слезой.
И сколько б ни было нам лет —
Ты для неё - души секрет.

Она с тобой уже тогда—
Никто не знает про тебя.
Твой первый вздох,
Твой первый шаг…

В любой далёкой стороне,
В какой бы ни был ты стране —
Крик «Мама!» — каждая поймёт
И к сердцу ласково прижмёт.

Любовь, экзамен, расставанье —
Не важно время, расстоянье.
И даже если её нет…
Ты видишь, слышишь её свет.

Спасибо, мамочка моя,
Что ты со мною рядом шла.
И ты со мною навсегда…
Спасибо, мамочка моя…