Зарисовки из жизни

Есть увлечения, в которых я профан,
Но всё равно себя попытками терзаю.
Искать грибы - я полный дилетант.
Я нахожу, когда случайно их пинаю.

Но год за годом собираюсь в лес -
В плаще, с корзинкой, на колхозном стайле.
Мечтаю, как потом наперевес
Тащу корзину. В облаках витаю.

Сдаюсь в итоге, набираю трав,
На волосах и морде - паутины нить.
Сквозь бурелом иду обратно, нос задрав,
Чтобы никто со мной не думал говорить.

Но возле дома любопытствует сосед:
"За вдохновением ходила в лес, принцесса?"
Чтобы навек отвадить, выдаю ответ:
"Мне просто нравится с ножом ходить по лесу".

Соседка попросила таблетку аспирина.
"Простите, не болею, стальной иммунитет".
Так смотрит будто я во всех грехах повинна.
Но выбрала бы сопли, узнай она секрет.

Я правда не болею, микробы ходят мимо,
Но вот моё везение всегда меня подводит.
Я не ищу специально драйвого экстрима.
Он как-то сам меня легко находит.

На самокате еду. Приторможу, где нужно,
По знакам и дорожкам, стою на повороте.
Но со двора таксист несётся лихо. Тут же -
Как свадебная кукла я еду на капоте.

На велике катаюсь в деревне, где всё тихо,
Мне муха в глаз попала - моргнула одним глазом.
В обочину слетаю соседям на потеху,
И вот уже неделю лежу в глуши с сотрясом.

А сколько я летала с больших высот и низких!
Ах, эта гравитация! Она мой вечный враг.
И если попытаться исключить все риски -
Об тень споткнусь на ровном в попытке сделать шаг.

Не временная порча, не полоса такая -
На детских фотографиях коленки все в коростах.
Я просто неуклюжая, и я об этом знаю.
Надеялись, пройдёт, когда я стану взрослой.

На праздники в подарок мне каски все приносят,
По моим травмам, гипсам годам ведётся счёт.
Так что когда соседка аптечку вновь попросит,
Я поделюсь, не жалко - бинты, зелëнка, йод.

На тёмной улице навстречу пять ребят,
Все фонари разбиты, не видать ни зги.
Инстинкты древние мне рупором кричат:
"Ну что ты смотришь?! Не зевай! Беги!"

Начальник верещит, что всё не так как надо,
Всем неугодна, как ни посмотри.
Застыла, не моргаю отупевшим взглядом:
"Сейчас он успокоится. Замри".

Терпение сгорает как сухой листок,
Чужой кулак летит в лицо друзей,
Загнали в угол - шепчет голосок:
"Раз выхода тут нет, что ж делать - бей!"

Мы пили всё подряд - и крепкое, и странное.
Кричали песни во дворе, смешные, пьяные.
Не модные, не стильные, носили, что нашлось.
А сердце билось бешено - ну хоть бы всё сбылось.

А как легко нас было подставить "на слабо".
Мы только жить учились, делили зло-добро.
Влезали в авантюры, не знали слова "стоп",
И каждый день был будто из пламени в сугроб.

А утро нас встречало похмельем и стыдом,
Но мы вновь оживали, шли дальше напролом.
Без компаса и карт, на ощупь, наугад.
Глотали хаос дней как горький шоколад.

За годы тише стали, считаем витамины,
Живём теперь спокойней и ходим с кислой миной.
Но иногда встречаясь, мы смотрим сквозь года:
Спасибо прежним нам, что выжили тогда.

Ночной звонок родных - припадок.
Экран горит тревожным огоньком.
И череда пугающих догадок,
Что стало с тем, кто так тебе знаком.

А вдруг его обидели жестоко,
Или он сам сорвался, натворил,
Или беда подкралась ненароком,
И мир привычный вдребезги разбил.

А голос в трубке чуть дрожащий.
Комок внутри, эмоции в осадок.
Я не судья, не ангел, не смотрящий.
Я тот, кто просто будет рядом.

Мелькают кадры, версии, сюжеты.
Не важно - кто святой, кто виноватый.
Ответ один: "Я скоро, еду. Где ты?
Освободить багажник, взять лопату?"

Сегодня так поздно уснула,
На карте сплошное зеро,
Ногу вчера подвернула,
И дождь, не дойду до метро.

Так много всего налепила.
Звучит убедительно? Нет?
Ах да, аргумент позабыла,
Что просто не хочется мне.

И дома привычно осталась,
Победа в недолгой борьбе.
Зачем я вообще соглашалась?
Ну точно была не в себе!

С утра с трудом покинула кровать,
И сладости не в радость, не хочу.
Сегодня меня сложно разболтать.
Я с тишиной в союзе помолчу.

Но брат зовёт с собою по делам,
Я тихо кутаюсь в уютный плед.
"Пойдём, увидишь, по пути красиво там".
Ну что ж, пойдём. Он знает мой ответ.

И вот то место: с высоты обрыв,
Река внизу уходит лентою в туман,
Будто стою на краешке земли,
А подо мной - бескрайний океан.

Стою, кидаю камни с вышины,
А небо зеркалом упало в воду.
Спасибо, что забрал из тишины
И мне вживую показал свободу.

В детстве деревня - сплошное веселье,
Клубнику в бидончик, и дальше - безделье.
Коты на окне, в сенях - запах хлеба.
А ночью с восторгом смотрели на небо.

Теперь приезжаю, а сердце всё тише.
Дома покосились, уехали крыши,
Кругом борщевик заменяет забор.
Деревня не манит, а смотрит в упор.

Но небо осталось таким же манящим,
Все те же созвездия здесь, в настоящем.
С востока встаёт крылатый Пегас,
И Лира в зените всё помнит о нас.

В августе жду, что как прежде начнётся:
Небо сплошным звездопадом прольëтся.
И, забывая про скепсис и взрослость,
Буду желания загадывать звёздам.

Целый месяц кроила планы, как карту:
Билеты, отель, маршруты - всё по часам.
Что взять, что надеть, готова с низкого старта.
Но началась из проблем чёрная полоса.
Паспорт в маленькой сумке никак не искался,
Зонт сломался, а дождь лил сплошною стеной.
Автобус ушёл, а телефон разряжался.
И ветер срывал капюшон за спиной.
Весь точный маршрут рассыпался как черновик,
Ну хоть улетела, но остальное - провал.
Я села на лавку, спрятав лицо в воротник.
А мир предо мной так равнодушно лежал.
Грустно сидела, сама на себя не похожа,
"Наполеоновы планы!" - ругала себя цинично.
А рядом присел незнакомый прохожий,
Спокойный, простой, с улыбкой слегка ироничной.
"Вы, похоже, устали. А я и не ужинал, кстати".
Да, общий язык нам пришлось собирать по частям.
Но язык доброты и участия сразу понятен,
Он не требует сложных схем и словаря.
Он предложил отведать какой-то кухни местной,
Общались улыбкой, простыми словами, легко.
Мне рассказал про город байки малоизвестные,
И все проблемы были так далеко.
Теперь знаю я: лучший в жизни момент
Рождается там, где ломаются планы, маршруты.
Вместо магнитика я получила важный презент -
Человек, что был рядом в отчаянную минуту.

Сказали мне, что стены тут картонные,
Любой чих слышен, каждый шаг - раскат.
Наверное, соседи шутят так над новенькой.
Пою, танцую целый год подряд.

Колонка замолчала посреди куплета.
И в тишине вдруг понимание маячит:
Сквозь стену долетел короткий кашель где-то.
Ага, соседи не шутили, значит...

Я тише сделалась, с вокалом завязала.
Казалось - перебор, ведь люди здесь живут.
Но в чате домовом: "Куда она пропала?
Без её песен стало как-то пусто тут".

И снова танцы, песни продолжает леди,
Без слуха, от души, с балкона шлёт привет!
А если в твоём доме не шумят соседи,
То, может, ты и есть назойливый сосед.

Влюбленный юнец, несчастный Ромео,
Прошу, свои песни мне больше не пой!
Я в твоей жизни всего лишь камео,
Да и ты для меня - не главный герой.

Мне нравится всё, что ты предлагаешь -
Весь мир к престолу твоей королевы.
Настырность твоя меня не пугает,
Я только хочу сберечь твои нервы.

Я верю в любовь и я знаю любовь,
Я помню, как рушились чьи-то миры.
И потому, когда спросишь ты вновь,
Я ответить смогу всё то же, увы.

Я тебе верю и всё понимаю,
Но твоё сердце я режу ножом.
Прости, мой хороший, я точно знаю,
Что не полюблю. Ведь ты же - не он.

Сижу напротив, ожидая, что расскажет
Мне про работу, про семью, настрой серьезный.
А я советы своей мудростью украшу.
Но понесло её про силу, ситхов, звёзды.
Про Сэма, что давно из Шира вышел,
И тяжесть, что нельзя нести вдвоём.
Про человека-паука я что-то слышал!
А нет, не этот, здесь какой-то Том...
Про лор ещё какой-то говорила,
Подумал - заболела? Нужен врач?
Но понимание моё совсем уплыло,
И понеслись миры перед глазами вскачь.
Что я люблю, она меня спросила -
Вселенную марвЭл или диси.
Задумался как будто. Сам не в силах
Беседу эту дальше вывозить.
Потеряны все разговора нити,
Будто прохлопал нужный поворот.
Любви все возрасты покорны, говорите?
Да боже мой, ну что она несёт...

В зале ожидания сплетаются тени,
Гудят объявления, мелькают огни.
Считаю минуты, скрывая волнение.
Так долго тянулись последние дни.

Смотрю на табло: рейс задержали,
А сердце стучит, заглушая весь гул.
Время по капле медленно тает,
Будто весь мир в этот миг утонул.

Но вот наконец сквозь стеклянные двери
Родной силуэт я пытаюсь поймать.
Забуду сейчас все тревоги, потери,
Смогу наконец-то тебя я обнять.

Ну, выходи, рассмотреть бы скорей
Родные морщинки, седину у висков.
Как в детстве ждала тебя у дверей.
"Привет, мам!" И больше нет слов.

- Ну я же не Федя, и вообще про работу.
Какое "надо"? Когда же предел?

- Эх, Семён Семёныч, это ж забота.
Главное, чтобы костюмчик сидел!
Спокойствие, только спокойствие,
Я требую продолжения банкета!
Сегодня никакого расстройства.
Официант, меню и больше света!

- Харассмент там, говорю, на работе,
Не знаю, как с этим справиться.

- А ты как хотела? Студентка, спортсменка,
И наконец - просто красавица!
Но я за тебя пасть порву, если надо,
Мзду не беру, за державу обидно!
Официант, ну что за досада?
Какая гадость ваша заливная рыба!
Ну что ты грустишь? Давай танцевать.
Танцуют все! Кругом лепота!

- Можешь послушать, не перебивать?
В этом лишь пошлость, не красота.

- Куда же ты? А вас я попрошу остаться!
Сейчас здесь будет очень жарко!
Эх, упустил, не буду убиваться.
Хотя по правде... Птичку жалко...

"Простите, но не выходит сегодня.
Да, по дому дела, и немного устала.
Я понимаю, что вечер свободный,
Но не для встреч. Нет, без накала.
Просто заботы, решить их возможно.
Такие вот женские мелочи, да.
Не объясню Вам, поверьте, так сложно
Слова подобрать. Не иду никуда.
Да, банальность, простите, я знаю,
Просто забыла. Нет, не каприз!
Как отговорка звучит, понимаю.
Нет, не могу на минуточку вниз.
Не обижайтесь, прошу, без печалей!
Простите, что планы пришлось поменять..."
Вечером просто финал мундиаля,
И на рыбалку завтра рано вставать.

Мы с Вами напротив живём целый год.
Какое ж к знакомству придумать мне средство?
За солью? За спичками? Сколько забот
Мне составляет такое соседство!

Мы с Вами встречаемся лишь в лифтовой,
Неловкое "Здрасьте", и пёс Ваш пугает.
Я с мусором прячу пакет за спиной.
Как разговор начинать, я не знаю.

То в старых кедах, поношенных шмотках,
То от подруги с тусовки безумной,
С видом таким мне очень неловко
Начать говорить о чём-нибудь умном.

Да и не умном. Ну хоть о погоде!
Но я катастрофу рисую в сюжет:
Вдруг Вы циничный тип по природе?
Решите, что Вам не до этих бесед.

И после я стану вести себя странно,
В глазок наблюдать: покинули дом?
По лестнице буду ходить я упрямо,
А может, вообще поменяю район.

Он так старался быть заряженным,
Блестел, как его бэха, из штанов скакал.
Не понимал, что мне совсем не важно,
Что он имеет, где и когда бывал.

Я так старалась не понравиться,
Не сложно - просто правду говорить.
Но он не слышал, лишь зудел: "Красавица,
Когда мы сможем ужин повторить?"

Окончен вечер. "Провожу до двери?"
И сразу же: "К тебе зайти могу ли?"
А повод был? Ты так в себе уверен?
И слово "нет" для них не существует.

Я за себя сама плачу, так легче.
Машины, деньги, бизнес - белый шум.
Я не ищу себе подобной встречи,
Где им важнее внешность, а не ум.

Как Диоген, что с фонарем средь дня,
Ищу родного человека, а не средство.
Того, кому не нужно объяснять,
Что "нет" - это "нет", а не кокетство.

Что я не редкостный товар на полке,
Который им хотелось прикупить.
И будет он пылиться там без толку.
Коллекцию пополнить - и забыть.

Мой мир не важен этим взрослым дядям,
Обложку видят, получить хотят скорее.
Прошу, оставьте меня... Бога ради!
Лучше одной, чем стать для вас трофеем.

Повстречав своих старых друзей,
Встречаю своих прежних демонов.
Они повторяют: "Что рисуешься, эй?
Ты сломаешься, будешь потеряна".

Сжимаю пальцы, чтоб не дрожала рука,
В груди холодеет, хочу закричать.
Но я не сорвусь. Нет. Я буду крепка.
Держу равновесие, смогу устоять.

Я их так боюсь. В том их старая сила,
Что знают все раны, больные места.
Знают, что ненавидела и что я любила.
Но им не понять - я другая, не та.

Болтаю легко, будто всё нипочём:
"Спасибо за вечер, друзья, мне пора".
Мило прощаюсь, закрываю свой счёт,
С улыбкою: "Мама зовёт со двора".

Вдруг в ясный день усилился ветер,
Деревья он треплет, клонит к земле.
День был хорош, спокоен и светел,
Теперь небо вязнет в черной смоле.

Было спокойно, как вечер среды,
Как греча - не бесит, не надоело.
Но на балкон быстро выбежал ты,
Когда в доме резко стемнело.

На горизонте молнии-спицы
Пронзили собой небесный шатёр.
Чувствуешь - что-то должно случиться.
Ждёшь первых раскатов как приговор.

Ты как всегда был готов ко всему
В лживом тумане летнего солнца.
Теперь только ждёшь, покорный тому,
Что в твою жизнь скоро ворвётся.

Высунул голову. Полный покой.
Не напугают капризы природы.
Первая капля стекает слезой,
По стеклу оставляя разводы.

Ты в самой гуще. Гроза разошлась.
Молнии чертят смолу небосвода.
Хляби разверзлись, чтобы смыть грязь,
Чтоб подарить покой и свободу.

...Буря прошла, тьма отступила.
Пахнет озоном и летней пыльцой.
Ты выдыхаешь. Боль отпустила.
Навстречу солнцу мокрым лицом.

Когда земля уходит из-под ног,
И кажется, что не спасти себя,
Я слышу: за спиной встаёт семья,
Прошедшая со мною сто дорог.

Их голоса сплелись в надёжный щит.
И следом, шаг за шагом, в ровный ряд,
Не чувствуя ударов и преград,
Моя упрямая орда стоит.

Не для парадов, не для громких слов,
Чтоб только удержать меня от края.
Тогда я снова чувствую - живая
Среди ветров и чуждых городов.

Пусть между нами тысячи путей,
Но никому тот хор не заглушить,
Который часто помогает жить
Простым: "Мы рядом, мы с тобой, смелей!"

Мать - тихий свет в единственном окне,
Она встаёт меж мною и бедой.
Отец мне держит крылья за спиной,
И на моей он будет стороне.

Брат - острый край, что отразит удар,
Не для победы, а чтоб я дышала.
Сестра - огонь, каких на свете мало,
Но создаёт тепло, а не пожар.

Как гребни гор на голубом краю
Всех предков вижу строем сквозь года.
Незримая и твёрдая орда.
Я землю чувствую. Я выстою.