Может ли быть что-то хуже?
Городок - сплошная лужа!
Между речек скачут люди,
Словно блошки на верблюде.

Ни одной приличной речи:
Вроде "здрасьте" и "до встречи"..
Покатились по полянке
На погоду обзывалки.

Плюнет скоро мать-природа:
"Ишь, не нравится погода!"
И пришлет орангутанов
Пошугать своих Иванов.

Есть заряд у батареи,
Есть лимон и чайный пар.
Вдохновенных лип аллеи
Возрождают в сердце жар,

Греет пламя сковородку.
В голове моей дурной
Пляшет ОэРВИ чечётку,
Как седой джигит хромой

Я устал болеть и чахнут,
Спать под рыжею листвой.
Торф и мох под дланью пахнут
Тяготящей стариной

Вскрывая старые раны,
Вываривая ошмётки
Души в промасленных чанах,
Вырезая из костей
своих чётки,

Учите соль из зарёванных глаз
Не щемиться
в проталинах век, а
Заживлять,
той же великою силой, что алмаз
Скроит из осколков своих
Человек.

И блуждая
изгнанником-волком среди
Опушки гниющей на
Отшибе болота,
Звезду моли одинокую:"Доведи,
Сероглазая, меня;
отвори
Души золотые ворота..."

А.А.

Залезь ко мне во глубину:
Ощупай то, что охладело,
И о тебе не сожалело,
И тихо отошло ко сну;

Залезь ко мне во глубину:
Но не ищи огней и прыти -
Там злопыхает поле сныти
И в омут манит тишину;

Залезь ко мне во глубину:
Виной кружатся в ней метели
И птицы солнца улетели.
У дней морозных я в плену;

И - вот - заветный миг: махну
Рукой на тягость непогоды...
Как без тебя ловлю я годы?
Залезь ко мне во глубину.

Давно ль тебя на свете нет?
Ответь. Убей во мне надежду.
Лишь напоследок дай завет:
Любить - душою - как и прежде.

И блеском глаз, и ветвью рук,
И серебром главы болезной;
На память - стылый перестук
И силуэт в дали небесной.

Мой многоликий человек,
Открой, как прежде, дверцу в счастье;
Мятежной жизни оберег,
Не отпускай моё запястье.

Сила единства семью собирает
Она укрепляет, она же спасает
Она и в беде, и во тьме помогает
И жизнью питает. Звездою сверкает

Почему лелеешь ты сомненья -
Будто бы нужна мне по привычка?
Дни, часы - всё в пору сожаления,
От угла к углу - при каждой стычке.

Буйностью осенних листопадов
И стеною слякотных дождей
Станешь для души моей отрадой;
Вечность без тебя - всего страшней.

И заразой липнущей тревога
Вьётся без тебя в моей главе,
Счастье вдруг застынет у порога
Или засопит в твоей руке.

Ночь от ночи, в миг, бегущий вечность
За моря, в глубокий океан,
Ждущую колыхнет бесконечность -
И снесет тюльпан к твоим ногам.

В окруженьи полотен и ниток,
Возрождаясь узлом гобелена,
Я живу - как старьё, пережиток,
Как узор на плече джентльмена.

И в движении, наполненном смыслом,
И в петле, затянувшей запястье,
Убегают и мечутся мысли:
Ищут путь - к позабытому счастью.

Не успел и моргнуть - как встречаю весну,
Пробудившись от сонного бденья.
Подойду я к ручью, оглянусь и вздохну
Под отрывками воображенья.

Вот и лето свернулось, как трепетный уж,
Ожидая живительной влаги,
И на радостях мечется, бредится чушь
И зевают тревоги ватаги.

И осенняя блажь уж привидилась мне:
Я устал в ожиданьи теченья.
И натруженным гласом пою я луне,
И не жду от нее сожаленья.

Ах, зима - сколько дряни тревожит покой!
Уж не знаю, что думать и делать...
Удержусь ли я слабой, несмелой рукой,
И найду ль в себе силу - поверить?

Ветер пляшет за горами,
Как каскад потертой шали.
Дыры в нем рождают моли -
Капли новой непогоды.

Ветер грянул по затылку -
Подхватил златую нитку,
И умчался, вороватый,
Как галчонок бесноватый.

Ветер, отпусти косынку,
И не сыпь в очей песчинку!
Подари ты мне, пригожий,
Солнечный денёк погожий.

Живи, моё сердце: тебе ещё биться
До ранней весны и пожарного лета,
И тяжбой соленою в зиму таиться,
И осенью рыжей звенеть амулетом.

Боишься, я знаю: тебя так тревожат
Полночные трели забытых птенцов!
Но в теплую грудь из соломы уложат,
Укроют от ветра и злых холодов.

Ты жаждешь спасенья, как дикая лебедь
В кольце окровавленных ран и клыков.
А сможешь ли выжить? А бросишь ли жребий?
Успеешь ли скрыться меж двух берегов?

О, сердце, тебя изнуряют потуги
Досады и боли, усталости бич;
Живи, моё сердце, и наши недуги
Поборим, я верю; ты только не хныч.

Вот и буре конец, и забрезжил рассвет,
Собирая по крышам лучи,
И на льду распускается маковый цвет,
И расселись на ветках грачи.

И чарующей песней ветрило зовёт -
Тайну жизни понять вожделеет.
И скучающий дом унесет в свой полет,
Как не греет огонь - отогреет.

И меня отогрей в золотистых лучах;
Помоги мне добраться до мира,
Где усталая лень в сизо-белых ночах
Вдруг истлеет душистым эфиром.

Я умный человек, наверно,
Быть может, мама мне не врёт.
"Пускай бываешь ты надменным,
(вослед товарищ мне орет) -

Нам без тебя всем будет туго,
Без юморка да огонька;
Печалью нас накроет вьюга
И грянет сумраком тоска!"

Спрошу: а что такое - дружба?
Тоска тебе без юморка?
Да друг несёт такую службу,
Что неспокойная душа

За сердце, кровь готова рваться
Из оболочных телесов.
Зачем над другом издеваться?
Ведь дружба - это крест Христов.

Но крест нательный: друг - хранитель
В ненастный ветер ледяной,
И в темноте лишь друг - спаситель,
Маяк, фонарик путевой.

Не кличь "друзьями" понапрасну,
Не пой элегий пустоте,
Пока маяк твой не погаснул
В елейной, серой ерунде.

Глаз мой зорок, норов - весел,
Я ханжам поклон отвесил.
Я - артист! Моё призванье -
В слово обращать желанье.

Шут - опасный иль смешной;.
Образ я возьму иной:
Буду другом я прекрасным,
Или эхом громогласным.

Стану я кем хочешь ты,
Только взгляд мой не суди.
Смех один над всеми властен,
Коли я к нему причастен!

Всё в этом мире живое,
И все обладает душой:
Валун у соленого моря,
И узник под темной горой.

Живое вокруг, оно дышит,
Внимает поступкам твоим;
Камыш южный ветер колышет -
Журавль беседует с ним.

Противна мне зеркальная поверхность,
Стеклянная посуда, гладь воды;
Боятся люди поменяться внешне,
А я боюсь остаться без души.

Однажды не услышать ранним утром
Воркующих гортанно голубей,
И не увидеть глянец перламутра
Среди небесно-облачных сетей.

Боюсь не ощутить в душе томленье,
И боль в костях, и сердца теплоту,
Хочу и дальше слышать я биенье
И душу не закапывать во тьму.

Приятна мне зеркальная поверхность,
Стеклянная посуда, гладь воды;
Желают люди поменяться внешне,
Я не хочу остаться без души.

Мелодия ночи пронзает затылок
Сверчки отдаются набатом в ушах
Как будто попал ты на утренний рынок
Как будто застрял ты в аляпистых снах

Темнеет застенчиво гладь поднебесья
И шум затихает, и гаснут огни
И звери глядят за границу полесья
Внимая шумам предрассветной возни

И благоухает цветок аконита
Что ядом влечет, охмеляя зверьё
И пахнет, как мед, как тепло и защита
Жасмин, молчалив, как ночное ворьё

И перед рассветом настало мгновенье
Зарёй зарумянился облик звёзды
И птиц несдержимо и радостно пенье
Закончилась ночь. И не стало беды

Я прощаюсь с тобой ненадолго,
Град садов, берегов и мозаик;
Я прощаюсь с тобой ненадолго,
Угол милых местечек и чаек;
Я прощаюсь с тобой ненадолго,
Город красок и уличных банд;
Я прощаюсь с тобой ненадолго,
Не забудь меня, южный бриллиант!

Без кошки тяжко на душе,
А в голове - ужасно пусто.
Без глаз горящих в темноте
Сжимается нутро до хруста.

Когтей древесные узоры,
И кожу шрамом расписать..
Мои пушистые сеньоры,
Гурьбою всею - на кровать!

Без вас мне, котики родные,
Труднее жить, и есть, и спать.
Мои хранители ночные,
Пусть будет с вами благодать!

Павшим в битвах посвящается

В тишине возрождается истина:
На полях, запоздалой весной,
По утру, холодна и таинственна,
Она выйдет, покрыта росой.

И пойдет - по холмам и оврагам,
Белый плащ волоча за спиной.
К тем, почившим, нежданной наградой
Поклонившись седой головой.

Подлетит - словно лебедь подбитая,
К потемневшей от смрада траве,
И направится - горем убитая, -
К мертвецу, что уснул на земле.

И болотисто-черную каску
Приподнимет, и взглянет в лицо.
Позабыв про боязнь и опаску
Подбирёт вдруг с земли письмецо.

И упрячет за белым подбоем
Своего выходного плаща.
И продолжит, скитаясь в покое,
Разбираться: "Кто прав?"- неспеша.

Ей ответит зелёная ива,
Измождённая бременем слёз,
И поправит ей платье калина,
Зазвучит причитанье берёз.

И в кровавой грязи утопая
Белоснежным носком сапога,
Оглушённа, нема и хромая...
Дорога и любима. Свята.

И покинет она поле брани
Как тогда - холодна и таинственна
И помянем мы - ей на прощанье
Воевавших. Убитых за истину.

Ясен светлый лик душевный
И тиха волна.
Зуд таится между нервов
Только лишь сперва

Волоокий, венценосный
Сон, приди скорей
Увлеки к пахучим соснам
И росой залей

Возвращаясь из тумана
Синих горных врат,
Стань стеною от обмана
Крепче во сто крат.

Будь спокоен, мой хранитель,
Ветренный и зоркий.
Я тебе - желанный зритель
Ты не одинокий.

Одинокий среди сотен
Тысяч лиц и голосов.
Мысли скачут и хохочут,
Словно стаи белых сов.

Стонут призрачные тени,
И экран едва сбоит.
И в груди - тук-тук, биенье.
Я один. И "Я" - болит.

"Здравствуй!",снова "до свиданья!"
Гулом шум и ветра глас.
Где-то пляшет звезд сиянье...
...много всякого сейчас

Долго "Я" - один до ныне.
Мир придет, уйдет тоска,
И не будет на помине
Зла и взгляда свысока.

И снова час пройдет бесцельно,
И гордо время убежит,
И бьёт усталость в тыл прицельно,
И лень накатом прилетит .

Я спать хочу. И серо небо.
Вороньи стаи над крыльцом.
Весна - как будто не одета
Росой рыдает под окном

Нелепо смотрятся гирлянды
В прозябшей мокрой суете.
А где-то - спят под солнцем Анды
В спокойной, статной красоте.

Я чувствую себя собой
Наедине с одним лишь эхом;
Нет чувств, натянутых струной,
Нет грусти и чужого смеха.

Нет посторонних маяков,
Взрезающих покой огнями.
И снова я - во царстве снов.
Лишь я - и эхо за горами.

Цените близких и родных:
Пусть иногда бывает туго,
Но стоит встать бок о бок с другом -
И больше радостей живых.

Любите - поздно или рано
Воскреснет счастье на душе,
И расцветёт, как на меже,
Вольготной юностью тюльпана.

Ищите сердце, руки, губы
Что нежат и лелеят вас,
Пока без искры не погас
Костер весенний на уступе.

И будьте - счастливы, нужны
Как луч зарницы после бури,
И светлой мыслью в прищуре
Любимы - словно цвет весны.

Я в небом данную копилку
Ни кинул сдуру ни гроша.
Гори огнем, моя коптилка,
И грей, в ладони мне дыша!

Гори огнем - овей дымами,
Будь благовоньем для души,
И пепла сизого дыханьем
Мой сон на миг заворожи.

И лейся - жизни воздаянье,
Кипи за все мои грехи.
Лучом искрящимся, сиянье,
Сожги все глупые стихи!

Гори - прости меня, такого,
Не отпускай поводий чувств
Дурного, глупого, борзого,
В дали алеющих безумств...

Кто на облаке
Перо посеял
И сгорел под тлеющим лучом?

Кто в реке
Платком теченье мерял
Слыв у косных чушек дураком?

Говорил
Тайком от всего мира
Со стареющим под травами огнем?

Бередил
Чувствительные срывы
И сносил барьеры с ветерком

То душа
Болезная хлопочет
Или память ямы засучит?

То мечта
Доверчивая
Хочет
И велит, и дразнит
И царит...

Эфес мой отяжалелый,
Гарда пальцы не укрыла,
И клинка стальное рыло
Затупилось и хрипит.

И позвать к барьеру сволочь,
Неотесанного плута,
Вышла клятая минута -
Да и век уже не тот!

Лишь свеча трещит под ухом;
Шепотком былого мира
Стежка рыжая мундира
Разорвется на плече.

Уплывут с теченьем бури
Справедливости порывы,
Как скалистые обрывы
На спине снесут рассвет...

Снежно-белая дорога,
Укажи мне путь домой
До двора и до порога
В хлад, пожар, и рыжий зной

Мне не рады на задворках
В пышных залах, я - чудак:
Шепотки за тенью шторки.
Гнусь и грязь. Один бардак

Пустошь белою метелью
Заметет мои следы
Дух размажет по ущелью
И покроет льдом пруды

Утаи ключи от счастья
Только дай мне поскорей
Сквозь тревоги и ненастья
Распахнуть родную дверь

Знаю я, что невозможно все сказать в словах
Только не даёт покоя сердцу липкий страх
И обид несётся бремя, злобы и вранья
Знаю я, и понимаю: сам себе судья

Поле алое тюльпанов - сказка и мираж
Сердце скачет и играет, делая вираж
Я устал: слова пустые, словно талый лёд
Смысла не имеют ныне. Но душа зовёт..

Погулять в зелёном поле в хороводе с птицей
И лететь в мечтах свободных беркутом, орлицей...
Погостить у синих елей с сопкой наравне
Только счастья там немного..
Счастье
Здесь.
Во мне.

Отцу

Вижу я твое лицо
Снова в отражении:
Пламень солнца, озерцо -
Волны настроения.

Я в глазах прочту твоих
Мысли одинокие,
Или всё-таки - в своих?
Образы глубокие.

Я на небо оглянусь
В облачные омуты:
Солнцем я не обожгусь
Солнце
Это -
Ты!

Луна, покинь мои виденья,
Огнем не жги моих очей.
Всевышней волей проведенья
Не мучь ловца твоих идей.

Любви моей душа не свята -
Ничто её не всколыхнет
Она под вечным небом смята.
В клети из рёбер не вздохнет.

Рассветом треснет мина солнца,
Придут поутру ясный день -
Луна под луч с тоской забьётся
Ночное бденье бросит в тень.

Бродя меж нежилых домах,
Взрывая лужи сапогами,
Лишь отголоски голосов
Былых друзей тебя встречали.

А голос мира и любви,
Как талисман в худом кармане,
Меж миром яви и были
Томится в молчаливом жбане.

Ты пустишь глас, томясь желаньем
Хоть ветер получить в ответ,
Но разбивает ожиданье
И гулкий времени навет.

Былое сизым караваном
Блуждает в сумраке ночей:
Не нам - бранить его тараном.
Не нам - лобзать его мощей.

Одна лишь светится реальность:
Ошибки не меняют суть.
И бледнолицая фатальность
Не даст скитальцу бросить путь.

Я подниму глаза усталые
На серый, в пятнах, потолок
Я так хочу хоть небо малое
Увидеть, хоть в дверной глазок!

И убежать от сплетен гадостных
От злобных черных сапогов
Укрыться от забвений тягостных
В дорожном трепете подков

Я не хочу забыть ни облака
Ни серых туч, ни белых нив
Ведь что душе страшнее сумрака -
Забвенье или безмолвье ив?

Бессмертно сердце, если веко
Не мнит под плащаницей хмарь;
Бессмертно сердце человека -
Но никому его не жаль.

О, память - глупая потеха
Творится в сумерках твоих
Я день за днём в твоих прорехах
Чиню полы и бреши в них.

Забыть - равно расстаться с вечным,
С весенним ливнем грозовым,
Что бьёт в лицо порывом встречным,
Стремлением к жизни волевым.

О, память - глупая стихия!
Полнит огонь очаг и дол
Как в снах рассветных, больно ныне
И странно чувствовать укол.

Понять - что поздно или рано
Укрытым будет твой росток,
И зелень юная тюльпана
Утратит в сердце уголок.

Принять - свое простое время
Где нужно быть, сиять и жить,
Покуда памяти поэма
Строкой не станет тяготить.