Пусть твоя жизнь не кажется напрасной,
Оставив в прошлом многое и часть себя,
Ты наградишь свой мир теплом и лаской,
Любовь и доброту в себе храня.
Храни сей миг, оберегай мгновенья,
Которые рождают в тебе свет,
Спасают от унылого забвенья,
В которое впадает обычно человек.

Твоя последняя песня со мной
Была спета внезапно.
И нет, мне не найти другой,
С кем мы споёмся быстро как-то.
С тобой пропели много лет,
Зудят мозоли о прошедшем звуке.
Тобою в песнях оставлен след,
Рождённых в радости, но чаще в муке.
Ты понимала, как могла,
Играла моим настроением,
Подчас спокойно песню ты звала,
Подчас так резко — с остервенением.
Я не сберёг тебя, не огородил
От бед мирских и иногда суровых.
Но знай: тобой я дорожил
И буду помнить в наших песнях и в песнях новых.

Что отняли, скажи, у тебя навсегда?
Ты молчишь и не скажешь ни слова.
А бывало, болтал обо всем без конца,
Тишине не давал воли снова.

Как ты пел! Тебе говорили не раз:
Как сердце щемило тоской безраздельной,
Когда грусть владела тобой, как сейчас.
Сейчас не поешь с улыбкой поддельной.

Где голос твой, человек? Ответь поскорей,
Доколе терзать тебя всяким вопросом,
Чтоб вызнать всю правду юродивых дней,
Когда он пропал, оставив всех с носом?

Где голос твой? Подай хоть намёк.
Помогут, наверное, добрые люди,
Кто истинно, верно познать тебя смог,
Кто слышал тебя и жал тебе руки.

Кто выкрал его навсегда у тебя?
А может быть, спрятал, на время меняя?
А может, ты сам притаился, скуля,
Предал свою суть, его умерщвляя?

Где голос твой, скажи, человек?
Скажи свою волю, достаточно слова.
Без воли нет голоса — и тебя будто нет.
Твой голос внутри — для воли основа.

Кто предаёт свой дом родной —
Не ведает любви к отчизне.
Готов отдаться в руки он другой,
Комфортной и безопасной жизни.
И променять свой долгий путь
На мягкую перину лицемерья,
Бежать и по дороге пнуть
Добытые по сердцу откровения.
И лаять на свой дом родной,
Что вырастил его напрасно,
И на который он с тоской
Поглядывать всё будет так несчастно.
Кто предаёт свой дом родной —
Уже не будет верен никогда.
Предав себя, махнув рукой,
Лишит себя покоя навсегда.

Уступаем другим и на горло встаём,
Чтоб сломать свою шею надежды.
Даже если хотим, от всего устаём,
Отпускаем все страхи, как прежде.
Остаётся тупик, и ни шага вперёд,
Чтоб занять свободное место.
Обрывается крик, наступает черёд
Хоронить последнее бегство.

Крылатые птицы весть принесли,
Что где-то теплее, добрее, свободней,
Что лучше жить там, где обеспечить смогли
Своё пребывание комфортней, достойней,
Что здесь лишь пролётом, забыты уже
Кормушки и гнёзда, обжитые раньше.
Вся жизнь в перелётах на рубеже.
Пока есть маршрут — движение дальше.
Да только и родины не стало у них.
Нет гнёзд постоянных в местах пребывания,
Нет мест узнаваемых, до боли родных.
И давящий страх бесконечного скитания.

Быть на правильной стороне:
Без сомнений, без лишней бравады.
Быть уверенным в себе
И не ждать за это награды.

Быть на правильной стороне:
Жить по совести и без оглядки.
Честным быть в словах, на уме,
Не играть с проблемами в прятки.

Быть на правильной стороне:
Не искать оправданий поступкам,
Помогать, если можешь, в беде,
Быть надёжным в мире хрупком.

Всё против нас, не бодрит даже кофе.
Каждый раз слова причиняют боль.
Все попытки приводят к катастрофе,
Наши шансы превращаются в ноль.
Наши ошибки воспеваются в песнях,
Что породили этот любовный шторм.
Мы погрязли в своих сомненьях,
Но без тебя меня не будет потом.

Всё по полкам разложить,
Чтобы дальше просто жить,
Чтоб не думать ни о чём,
Быть с тобой вдвоём.

Наше солнце заволокло тучей,
Что поливает нас холодным дождём.
Неужели всё спасёт только случай,
Чтобы мы остались навсегда вдвоём?
Мне тебя подарило небо, наверно, —
Значит, я не так ужасен и плох.
Я уверен, что этого хочет сама вселенная,
Чтоб с тобой остаться я смог.

Всё по полкам разложить,
Чтобы дальше просто жить,
Чтоб не думать ни о чём,
Быть с тобой вдвоём.

Мы подарим любовь миру этому,
Преумножим счастье, доброту.
Будем лучше себя прошлых — и поэтому
Мне нельзя отдать тебя никому.
Мне нельзя смириться с холодом,
Предавая чувства, наш союз.
Моя верность и любовь станет лучшим поводом
И щитом наших нерушимых уз.

Всё по полкам разложить,
Чтобы дальше просто жить,
Чтоб не думать ни о чём,
Быть с тобой вдвоём.

Зажигай огни ярким пламенем света,
Что живет внутри тебя, пока крутится планета,
Пока крутятся моменты отмеренных лет,
Крутятся мысли, образы, пока ты не ослеп
От света других светил и других людей,
От света витрин и уличных фонарей.
Пока не сгорел мотыльком от жара огня,
Что будет бесконечно долго плавить тебя.
Зажигай огни пожаром сгоревших лесов,
Сгоревших рощ и многолетних дубов,
В чьих тенях внутри себя ты прятал искру,
Что превратилась в необузданную стихию и твою судьбу —
Зажигать огни, что станут далеким маяком,
Даже для тех, кто не был тебе знаком,
Для тех, кто прячет искру, чтоб не обжигаться,
А если её потушит ветер — больше не стараться.
Кто не несет в себе свет — не выбирает путь,
Кто потушил свой огонь — не готов рискнуть,
Но если искра твоя будет тянуться к маяку,
Тебе по силам справиться и рассеять тьму.
Так зажигай огни ярким пламенем света,
Что живет внутри тебя, пока крутится планета.

Вечер дремлет перед долгим сном,
И превращается в ночные звёзды.
К ним в странствие отправятся потом
Бездомных и забытых снов толпы.
Перемешаются фантазии миров,
Исчезнет грань реальности забытой,
И сотканной из миллиардов слов,
И этими словами же убитой.
Сны обретут свой новый дом,
Свою историю предложат мысли,
Преобразившись в образов ярких сонм,
Что между звёздами зависли.

Грозовые тучи наступают,
Мне не скрыться от дождя.
Мысли в предвкушении промокают,
Сотрясает дрожь-озноб лишь иногда.
Остаётся бегство что есть мочи,
Чтоб быстрей в убежище попасть,
Чтоб согреть немолодые кости
И под пледом мирно, тихо спать.

Мне не достигнуть радости усталой
Проделанной работы, пройденных дорог.
И отставание станет платой
За нерешительность и страхи, что побороть не смог.
Хотя, наверно, может быть, когда-то
Моё потухшее светило обогреет и тебя.
А может, обожжёт всё естество нещадно
И разгорится новым солнцем в небосводе дня.

Рождённый умирать,
Успей скорее жить.
Ступай вперёд, не надо ждать
И просто по теченью плыть.

Пусть мир откроется тебе,
Впусти его в ответ.
Пускай пульсирует мысль в голове,
Что не успеть всё, нет.

Познай себя и поглоти
Весь опыт на пути.
Прощай других, себя прости,
Оставь всё позади.

Спеши построить свой Олимп
И защищай свой храм.
Пой громче, покуда не охрип,
И маяком стань сам.

Бесконечная борьба с собой,
Война на истощение себя же.
Так хочется на всё махнуть рукой,
Закинуть планы все подальше.
Но в голове настойчиво стучит
И отдаётся эхом на полях сражений,
Где мысль то говорит, а то кричит,
Что нет у времени сомнений.
Отмеренное нам не повторить.
Секунды превратятся в камни,
Которые в дорогу надо воплотить,
Чтоб дальше жить,
Переживать, творить,
Всё проклинать и всё любить,
И выстоять на своём поле брани.

Красная нить нас связала давно.
Тропкой одной мы пойдём поутру.
Ветер взлетел в открытое окно,
Нас зазывая в неизведанную страну.
Так побежим поскорее вдвоём.
Может, отыщем чудес звездопад.
Здесь просто время мы своё отдаём,
Целясь дорогой вперёд наугад.
Ветер укажет нам верный маршрут.
Главное — верить в юность свою.
Можно ведь чудо найти даже тут,
Даже шатаясь пред тьмой на краю.

Всё началось с обычного вопроса
О планах выходного дня.
В семье возникло много спроса
На променад, чтоб дома не сидеть зазря.

Я согласился, развеяться нам надо.
И представлял прогулку средь берёз.
Пускай на улице прохладно,
Зато свежо и нагуляешься всерьёз.

И вот настал момент прогулки,
Конечно, не всё так гладко, много суеты.
И даже всех бесили мои шутки,
Хотя я честно поднимал настрой моей толпы.

И вот покинули пределы мы квартиры
И на прогулку вышли наконец,
Но нас нагнали непонятные нам силы,
Что вознамерились испортить сей венец.

Напомнились нам школьные проекты,
И мы поехали их выполнять,
Как будто мы фанаты этой школьной секты —
И даже в выходной от них не можем отдыхать.

Запечатлев нам нужные моменты,
Решили мы перекусить.
Я не раскрою все секреты,
Но перекус бюджетней должен быть.

Насытившись едой, собрались мы в дорогу —
Я предвкушал уют и сон.
Но этим силам на подмогу
Пришла еще одна идея, и поменялся мыслей тон.

Всем захотелось в кинотеатр,
Хотя про всех я перегнул.
Из всех единственный я кадр,
Который на сеансах не раз уже уснул.

А чтобы время нам заполнить,
Пока не началось кино,
Должны мы будем с пользою исполнить
Штурм бутиков в торговом центре заодно.

Мои попытки были тщетны,
Чтоб как-то исказить сей дивный план,
Но всем понятны и заметны —
Не смог сменить торговый центр на диван.

И вот в торговом центре часа два
Мы тратили свой нерезиновый бюджет,
А после фильм, но вот беда:
По жанрам вкуса общего-то нет.

Мы спорили по поводу двух фильмов,
А я вообще про третий говорил.
Чтоб избежать нам лишних криков,
Про свой я фильм и вовсе позабыл.

Итог один: два фильма, два сеанса,
И время даже разное у всех.
И всё же вышло всё прекрасно
При столь обильном наличии помех.

Остались все довольны фильмом,
Пускай у каждого он был и свой.
Собрали все свои вещички мигом
И дружно мы отправились домой.

Вот так невинная прогулка
Вдруг превратилась в кутерьму,
Где затерялась наша скука,
Нам подарив приключений череду.

И целый день мы были вместе,
И целый день был променад.
Так выходной получился интересней,
Пускай и много разных трат.

Здесь мы остаёмся навсегда,
Пустили корни, как деревья.
Нас остановят лишь года
И невесёлые мгновенья.

Мои друзья, ну где же вы?
Осталось мало нам встречаться,
И с каждым днём осторожнее шаги,
И риск ненужным оказаться.

Не оборачивайся, проходя,
Не зови свою ностальгию.
За каждой клеткой календаря
Найдёшь поседевшую эйфорию.

Всё это было очень давно.
Всего лишь день, только день.
Об этом никогда не снимут кино
Из вчерашних смеха и потерь.

Завтра будет завтра.
Это тоже сегодня, что было вчера.
Истина — это правда.
Только у каждого она своя.

Что-то вернётся по делам твоим,
Кто-то уйдёт и не вернётся.
Море все вместе бороздим,
Которое жизнью зовётся.
И каждый день, всего лишь день,
Всего лишь капля, сон, быть может.
Он жизни часть и часть тебя теперь,
Он может быть других дороже.

Завтра будет завтра.
Это тоже сегодня, что было вчера.
Истина — это правда.
Только у каждого она своя.

Твой голос раздается в тишине,
Ему вторит звон струн и настроенье.
И дело даже не в вине,
Что нам подарит только лишь похмелье.
Настал момент, когда пора.
Когда пора нам покричать все песни.
Бывало, даже до утра
Мы пели и кричали вместе.
Когда пора немного отдохнуть
И выпустить на волю напряжение.
Свой тихий омут весь встряхнуть
И голове дать расслабленье.

Движемся вверх.
И не вспомнить, кто нам говорил, что нас ждёт что-то там.
Под сомненье положим всё это к нашим годам.
Что осталось внизу, я, как и вы, никому не отдам.
И без всяких помех движемся вверх.

Движемся вверх.
По останкам прошедшего и забытых временем дел,
По изрытым дорогам и тропам, где был наш предел,
Продвигаемся в клетке израненных ржавчиной тел,
Не замечая помех, движемся вверх.

Движемся вверх.
Постепенно стирая черту и границы миров,
Ловя эхо шагов по истлевшим страницам стихов,
Пробираясь сквозь сотни проклятых повторных кругов,
Сквозь сотни помех, движемся вверх.

Всё превращается в пепел, хрустят под ногами осколки.
Идут на последнем дыхании в морях корабли.
Прожектор луны отпевают ночами воем волки,
И прячутся сны и кошмары до самой зари.

Я остаюсь.
Меня спасёт волна и новый шторм,
Порвав все паруса ещё потом,
Похоронив в пучине корабли и свет
Всех прожитых побед.
Я остаюсь, я остаюсь.

Всё превращается в пепел под ногой на безызвестной дороге.
В спасательной шлюпке на волнах недостаточно мест.
Голодные звери с инстинктами человека очень жестоки.
Ровняет всех случай, твердит на дорожной обочине крест.

Я остаюсь.
Меня спасёт волна и новый шторм,
Порвав все паруса ещё потом,
Похоронив в пучине корабли и свет
Всех прожитых побед.
Я остаюсь, я остаюсь.

Я остаюсь.
Меня спасёт волна и новый шторм,
Порвав все паруса ещё потом,
Похоронив в пучине корабли и свет
Всех прожитых побед.
Я остаюсь, я остаюсь.

Что же там, за тёмным горизонтом?
Нескончаемая дрожь иль мир,
Где покой за просто так, экспромтом,
Где звучат мотивы, что я так полюбил?
Может быть, путь-дорога снова
И пристанища последнего тупик?
Не найти, наверно, слова,
Что вложить в последний крик.

Сломанные крылья на асфальте
В алом ореоле, размытые дождём.
Дух пернатый и не думал об утрате,
Снова вверх взлетел лёгким пером.
Не заметил даже перемены
И свободой окрылённый вновь
Устремился вдаль, где не мешают стены,
Где царят восторг, свобода и любовь.

Где потеряешь, где найдёшь,
Что оставишь, что унесёшь,
Где тишина, а где дрожь,
Где интерес, а где уснёшь,
Что-то не вспомнить, а что не забыть,
Где так пройдёшь, а где-то плыть,
Где-то принимать, а где-то бить,
Где-то без слов, а где-то матом крыть.

У простых людей не бывает печали,
Что не день — то работа, забот кутерьма.
Когда им увидеть прекрасные дали —
Их не отпускают мирские дела.
Они удивятся внезапной кончине
И бегу времён нескончаемых дней,
Когда оборвётся вся жизнь на заросшей могиле,
В которой останки позабытых идей,
В которой истлевшие мысли и чувства
Бумажной трухой устилают их сон
И память о них отражается тускло
От надгробных плит солнечным огнём.

Ещё один день ты провёл, как всегда:
На работе порядок, дома жена.
Пускай в бюджете не закрыта дыра —
Стандартная схема, обычные дела.
А дети растут, время летит.
Миг их взросления уже позабыт.
Что было отложено — не исполнить теперь,
Ведь в прошлое каждому закрыта дверь.

Не говори «нет», поверь в момент.
Пусть этот миг окажется внезапным.
А почему бы и нет? С вершины прожитых лет
Мир не всегда кажется понятным.

Что будет потом — не знает никто.
Простые слова известны давно.
Что было вчера — уже не вернёшь.
Об этом потом ты поздно поймёшь.
Сегодня тот день, тот самый момент.
Сегодня ты сможешь попасть в строй легенд.
Сегодня всё сделай и всё докажи —
А завтра уже придут миражи.

Не говори «нет», поверь в момент.
Пусть этот миг окажется внезапным.
А почему бы и нет? С вершины прожитых лет
Мир не всегда кажется понятным.

Ты засыпаешь, веки опуская.
Что будет завтра — не дано понять.
И от тревоги, убегая,
Давай с тобой подольше спать.
Пусть нам приснится лучше море,
Простор бескрайний, свежесть гор.
Чем вечный нарратив в миноре
И нервных голосов нестройный хор.

Перечёркнуты планы.
Только ветер в полях, небосвод,
Только чёрные экраны,
Пуха белого хоровод.

Всё погибло внезапно,
И сгорело в пожарах, в дыму.
На душе так отвратно.
Как взрастить на спине по крылу,

Чтоб вернуть всё обратно,
Всё затерянное среди звёзд,
И растить аккуратно
Древо будущего за годом год?

Но перечёркнуты планы.
Только лист-черновик на столе,
На котором зияют раны
От стального пера в руке.

Умрут последние надежды,
И злостью смоет весь туман.
Не станет больше так, как прежде, —
Всё это лишь иллюзии, обман.
Трави всю слабость без остатка,
Чтоб выстоять назло всему.
Иди вперёд уверенно и без оглядки.
Твой путь не ведом никому.

Ты веришь в разное и много,
Ты слушаешь нужду других.
Хоронишь сам себя убого
Среди желаний и идей больных.
Ты научился принимать всё,
Смирился с данностью пути.
Но где-то теплится внутри ещё
Надежда обретений впереди.

Ты веришь в разное и много,
И превращаешься в скалу.
Ты часть пейзажа уже долго,
Забыв бунтарство и борьбу.
Там далеко, за горизонтом,
Ты всё же видишь ориентир.
И путь к нему — не за порогом:
В тебе самом, где целый мир.

Надеюсь, существует в этом мире
Улучшенная версия меня,
Которая не ошибается в порыве,
Столь откровенном для себя.

Которая решительна, спокойна
И рассудительна всегда.
Которая обычно собой довольна,
Доводит до конца свои дела.

Которая не знает сожалений
И держит страсти все в узде,
И не испытывает сомнений,
Не копит недовольство всё в себе.

Та версия растёт в своих познаниях
И стойко держит марку без прикрас,
Не растворяется в непонятных ожиданиях,
Улавливает истину ложных фраз.

И бескорыстно, без обмана
Всё проживёт в отмеренные дни —
Не ради набитого кармана,
Ни ради золота на обочине в грязи.

Надеюсь, существует в этом мире
Улучшенная версия меня,
Которая выживет в порыве
Свободы от устоев бытия.

Бесконечное тянется долго,
Обрывается криком миг.
Всё нейтральное — ни мало ни много,
Что достиг и чего не достиг.

Всё бесценное продано даром,
За ценой — другая цена.
Вера прячет реальность туманом,
А без веры цель не видна.

Наш портрет — слова и привычки,
Верность прячет скелеты в шкафу,
И сомненье подбирает отмычки
Столь умело к любому замку.

Где ответы — не всегда есть вопросы,
Где вопросы скрывает ложь,
Правда и истина просто похожи,
Справедливость — обоюдоострый нож.

Смерть — доступное лекарство от старости.
Жизнь — начало любого конца,
Все закономерности и странности,
Самый ценный подарок Творца.

Крылатый ветер облетел
Весь шар земной и заблудился.
Понять такое не сумел,
Задумался и остановился.

Как это может быть вообще?
Что за абсурд здесь правят балом?
Как будто ветер не в себе,
Где в неизвестности летал он.

Крылатый ветер растерялся,
Все мысли сдуло, будто дым.
А он один без них остался,
Хотя он просто в небесах парил.

Всегда в движении, без сна,
Без карт, маршрутов и без цели,
Пускай зима, пускай весна.
Счёт времени не ведает потери.

Так почему же? Отчего
Он заблудился? Непонятно.
До края света далеко,
И крылья не летят обратно.

Крылатый ветер понял всё:
Откуда груз чужих сомнений?
Как чужеродное звено
Пленяет крылья без движений.

И мира неразумный сын
Развеял прочь все мысли-цепи,
И без сомнений просто взмыл
В ультрамарин небесной степи.

Где разум есть — забыт покой,
Где мысли есть — сомнений червь
Тебя найдёт, хоть волком вой,
И будет будоражить нерв.

Меняется время и люди,
Вчерашнее забыто сном.
Правдивые ранее судьи
Лжецами оказались потом.
Жизнь превращается в пепел,
Сгорая в пожарах дней,
Который развеет ветер,
Потушив миллионы огней.
Мы все с земли восставали
И в землю вернёмся ещё.
От знаний ущербных устали,
Взвалив на себя громадьё
Ненужных, навязанных истин,
Что спать не позволят в ночи.
И мы закольцовано мыслим,
Хотя всё ушло. Не ищи.
Уйдёт ещё больше моментов,
Людей, эпох и миров.
Уйдёт даже суть элементов
И смысл дарованных слов,
Что тебя давно создавали,
Растили тебя не спеша.
Ты тоже уйдёшь с годами,
Что тебя стерегут, не щадя.

Вокруг всё сжимается, меньше пространства.
Всё быстро меняется, нет постоянства.
Крутится шар в пространстве космическом,
Да я и сам с ним кручусь феерически.

Бегают мысли тараканами по полу,
Планы повисли — больше не лезет всё в голову.
Крики эмоций, цепляясь, проносятся мимо.
Это всего лишь этап, чтобы дальше жить счастливо.

Мы болеем серыми днями,
Перелётными птицами зим.
Кто поймёт — заболеет с нами
И не станет улыбаться другим.

Мы болеем пасмурным утром
И усталостью трудовых вечеров,
Что меняются на шарике круглом
Среди тысячи тысяч звезд.

Твоя жизнь спасёт другие жизни,
Если сможешь этого желать,
Делать выводы, искать,
В этом прочим помогать,
Взращивать такие мысли.

Твоя жизнь спасёт другие жизни
И поможет в трудный час
Тем, кто жизнь хранил для нас,
Кто не знает помощи сейчас,
Чьи поступки бескорыстны.

Ты управляешь своим миром.
Твой выбор — указатель на пути.
Что будет для тебя мерилом,
Кто будет пред тобою впереди —
Тебе решать. И это неизменно.
Ты свой предвестник, своя весть.
К тебе вернётся непременно,
Что ты решил сейчас и здесь.

Берите многое от жизни,
Не сомневайтесь и держите курс,
И отпускайте на волю мысли,
Чтоб с ними вместе испарился трус.

Берите многое от жизни,
Вы не успеете потом
Исполнить желания, что зависли,
Хоть даже финиш за углом.

От жизни вы берите много,
Но часть оставьте для других,
Кто с вами шёл довольно долго,
Кто будет помнить о делах твоих.

Настают седые времена.
Мы простимся с озорными днями.
Позабудем чьи-то имена,
Позабудем, где бывали сами.
Пепел зрелости застит глаза,
И поблекнут радостные трели,
Прохрипят чужие голоса
С наших уст из дряхлой шеи.

О чём ты думаешь, когда глядишь на небо?
Где свет воюет с войском туч,
Когда уносит ветром мысли в солнечное лето,
Где будет по утрам сквозь шторы солнца луч.

О чём ты думаешь, когда глядишь на небо,
Исследуя глазами горизонт?
Наверно, ты вверху с какой-то птицей где-то
Пернатою свободой покоряешь небосвод.

О чём ты думаешь, когда глядишь на небо?
В какую дверь стучится твоя мысль?
За чем ты следуешь по небосводу следом,
Не отвлекаясь на эту суету и жизнь?

Грядущее пугает всех живых.
Кто не боится неизвестного, лукавит,
И при себе свой страх оставит,
Чтоб быть другим в глазах чужих.

Не дразни меня словами,
Не грузи мой бедный мозг.
Не хвались успехами, делами,
Тем, что я уже не смог,
Тем, что я постичь не в силах,
Тем, что сделать не могу.
Богатырь, что был в былинах,
Меньше б вынес на горбу.

И куда таким деваться,
Что тоскуют в тишине,
И молчат, чтоб не бодаться,
Обитая на земле.
Не летят они к орбите,
Не хватают с неба звёзд,
А живут в мирке убитом
Без нытья, соплей и слёз.

Не дразни меня словами
И вещами не дразни.
За великими делами
Неприятное сквозит.
И за блеском достижений
Есть потери и обман,
Много неудач, сомнений
И судьбы скрытый капкан.

Что найдёшь, что потеряешь —
Всё моё, что дал Господь.
Если это понимаешь,
То не надо чушь молоть.

Отпусти меня насовсем,
Дай свободы от душного смрада,
Что довлеет над миром всем
Среди этого серого ада.

Отпусти меня навсегда,
Чтоб сгореть от жара светила.
В ярком пламени сгорит пелена,
Что глаза безразличием застила.

Отпусти меня до конца,
Окончательно и безвозвратно,
К первобытному миру Творца,
Где природа чиста и понятна.

Я ведаю тебя, покуда
Не сломит нас нелёгкая с тобой.
Живём обычно и не ждём мы чуда
И делим то, что накаркано судьбой.

Я ведаю тебя, покуда
Не забоюсь опасных перемен.
И как бы ни было нам трудно,
Мы не преклоним перед бедами колен.

Я ведаю тебя, покуда
Не пропадём в пристанище могил,
Где также не отпустим мы друг друга.
Я ведаю — из всех возможных сил!

Ты ненавидишь меня понемногу,
И каждый день усугубляет всё.
И как теперь забыть ту дорогу,
Где с каждым шагом забывается тепло?

Обиды, заточив ножи, глаза закроют
И дальше будут резать всё внутри.
Тоска и боль от безысходности завоют,
Всё повторяя: «В сторону других ты не смотри…»

Ты ненавидишь меня понемногу,
Ты любишь больше, может быть меня…
Что будет дальше, известно только Богу.
Надеюсь, что в любви останется семья.

Всё давно замело, не пройти как обычно.
Мы посмотрим кино, чтоб забыться привычно.
Непогода лютует, мир штормит и бросает на скалы.
Страх, незрячий, ликует, появляются ментальные травмы.
Возвращаемся в кому экранных сказаний,
Забываем дорогу, избегая наших страданий.
Всё давно замело, всё давно непонятно,
И вопрос «Для чего?» — без ответа стандартно.

Замело сугробами белыми,
Занесло неделями серыми.
Все цвета стали бледными,
Оживая закатами спелыми.
Оживают закатами спелыми
Все цвета, что были бледными.
Занесло неделями серыми,
Замело сугробами белыми.

Всё давно застыло в тишине, на режиме беззвучном.
Депрессивно накрыло в мире монохромном и скучном.
Упивается холод теплом наших ламповых дней,
Захватив наш город, взяв в заложники людей.
Надо проснуться, оставить в прошлом свои копии.
Пусть к чертям свихнутся все логические мира утопии!
Мы посмотрим в окно — за окном всё привычно.
Всё давно замело, не пройти как обычно.

Замело сугробами белыми,
Занесло неделями серыми.
Все цвета стали бледными,
Оживая закатами спелыми.
Оживают закатами спелыми
Все цвета, что были бледными.
Занесло неделями серыми,
Замело сугробами белыми.

Всё в снегу в городах.
Я попал в белый плен.
Мёрзнут пальцы на руках,
Поднимаюсь с колен.

Скользкий лёд подо мной
Мне мешает пройти.
Снова бьюсь головой
Об оковы пути.

Не сковать вам меня
Колким холодом зим.
Не хватает огня,
Что в себе потушил.

Но искрится душа
И поёт вопреки.
С ней поёт тишина,
Исчезая вдали.

Не сковать вам меня
Мокрым холодом льда.
Здесь петляет стезя
Моих бед череда.

Здесь надрывно хохочет,
Скалясь, тоска.
Отраженье пророчит
Эпох времена.

Люби меня быстрее,
Пока стучится где-то
Тревожно в путах сердце,
Разбуженное кем-то.
Пока смеются мысли
И жаром пышет тело,
Дела в узде повисли,
И смерть глядит несмело.

Люби меня нещадно
И обнимай почаще,
Но только не парадно,
Пусть будет и не слаще.
Прими меня в объятья
Всё целиком, с обменом.
Забудем все понятья,
Оставим след на белом.

Люби меня, как можешь,
Пока остались силы,
Пока в пучине тонешь
Иллюзий и рутины.
Давай любить скорее!
Давай любить сильнее!
Люби меня быстрее!
Люби меня быстрее!

Не проси меня стать другим.
Сам себя убедить я не смог.
Мы боимся вещей, которых хотим,
Мы скрываем истинный слог.

Как же стыдно иногда вспоминать
И поспелым румянцем краснеть.
Только прошлое смогло меня воспитать,
До последнего с ним пить и петь.

Где-то там останутся тлеть
Все обрывки изжитых страниц,
На которых я смог что-то успеть
Невесомым пером вольных птиц.

Остальное где-то там, под землей,
Непонятным зерном прорастет:
Может древом, а может сорной травой,
Что плодов никогда не даёт.

Не проси меня стать другим.
Я останусь таким же опять —
Непонятным для прочих, циничным и злым,
Продолжая себя убеждать.

Всё меняется в мире большом,
И теперь ритм жизни другой.
Отступаю частенько с холодным умом,
Оставаясь при этом собой.

Позади — бурелом и заросшие тропы.
На привале согреет горячий чаёк.
Путь дальнейший промок от дождливой погоды,
И конца не видать, на исходе паёк.

Мы блуждали по чащам, голосили мы эхом,
И от смеха рвалась реальность глуши.
Воровали глазами, что скрывалось под снегом,
И кричали надрывно от всей русской души.

Находили места, где стоянка возможна,
Находили места, где жить — не тужить.
Нам сниматься с насиженных мест было сложно,
Только путь свой и дальше торить мы должны.

Где последний привал случится нежданно?
Сколько вёрст мы проложим скитальцам другим?
Сколько раз к роднику припадём устами мы жадно?
Сколько раз в небо взмоет костров наших дым?

Где-то ответы найдём, потеряем мы смыслы,
Где-то вопросы останутся тлеть фитилём,
Пока бродим по тропам сквозь заросли жизни,
Бесконечно шагая ночью и днём.

И за нами тропа превратится в дорогу,
По которой пройдут потомки пути.
Мы ведь тоже в начале шли по ней, строго в ногу,
Перед тем, как своим маршрутом пройти.

Когда я стану взрослым до конца,
Стареть быстрей начну я сразу.
Весёлая улыбка пропадёт с лица,
И не восполнить ту пропажу.

Когда я стану взрослым наконец,
Наверное, привыкну я к потерям.
Уснёт надолго сорванец,
Который время проводил с весельем.

Когда я стану взрослым, может быть,
Учить других начну и наставлять,
Но бережно и иногда с улыбкой хоронить
То прошлое, что никому не надо знать.

Мне б прорости сквозь твёрдость камня
Зелёным стеблем, чтоб увидеть свет,
На синем фоне яркий круг, как знамя.
Теплом насытит солнечный привет.
И надышаться жизнью-кислородом,
Забыв про нескончаемую ночь,
Что укрывала год за годом
Пока корнями я вгрызался в земную плоть,
Пока я жадно впитывал, питаясь,
И каждую секунду креп и рос
И в ширь, и в глубь всё больше, разрастаясь
И поднимаясь выше будто бы колосс,
Чтобы увидеть Божий свет скорее,
Почувствовать ветров спокойный бег
И дотянуться до неба, где ещё светлее,
Где я забуду, что я всё же человек.

За горизонтом перспективы,
Чтоб дотянуться, надо много сил.
Держать в узде эмоции и срывы
И бить по слабостям, что ты не победил.

Уверовать в возможности непросто,
А отпускать на волю страх-легко.
Когда не видишь продвижения и роста,
Ты опускаешься с вопросами на дно.

Стой на своём, бери измором,
Поверь в себя, поверь в свои слова!
Реальность дрогнет под напором
И ты союзников услышишь голоса.

Я открываю свои в двери
И приглашаю вас к себе.
Пусть все увидят, кто не верит,
Как звук родился в тишине.
Как новый мир, рождённый кем-то,
Вдруг начинает просто жить.
И нет здесь тайны, нет секрета,
А лишь желание творить.

Люди любят говорить о себе,
Говорить в чужие уши.
Что не задержалось в голове
Оставалось б там и дальше лучше.
С языка летят слова,
Превышая все лимиты.
Столько сказано ненужного зазря.
Те минуты не вернуть, они убиты.

Мы заражаемся эмоциями от прочих-
Людей, что не скрывают громкий крик,
Свой гнев и злость и до обид охочих,
Нам стоит опасаться в этот миг.
Легко поддаться всякому настрою
И выплеснуть на волю все слова,
Которые разделишь ты потом с тоскою,
И за которые так стыдно нам всегда.
Куда приятней заразиться добротой
И радостью светиться, улыбаясь,
Любовью поделиться, подарить покой,
Блаженно в счастье растворяясь.
Всегда цените рядом человека-
Невольного свидетеля, попутчика судьбы,
Который заболеет вашим эго
Или эмоциями, что испытать смогли.

Ты ищешь утешение в других,
И ожидаешь помощи от прочих.
Как много в этом мире злых
И мало добрых, и простых, без заморочек.
Кто обеспечит тебе жизнь
Без заунывных рассуждений.
Найдешь такого и держись.
Беги от этих убеждений.

Эти странные люди мешают всем жить.
Не могут просто отдать и поделиться.
Надо быть добрее и проще быть.
С донатами скорей определиться.

Что заработано случайно без труда,
И так уйдёт на дно морское.
И мнимая, как маска, простота
Переродиться во что-то алчное, другое.
Ты ищешь добродетели за так,
Но не прилипнет ценного ни грамма.
С трудом пришедшее прячет люд в кулак
И этим кулаком огреет лодыря и хама.

Эти странные люди всем дорожат.
За добро добром отвечают, как могут.
Просто так отдавать своё не спешат.
Тем, кто правда в беде, они точно помогут.

Одна ошибка на двоих.
Орёл безглавый не взлетит.
Кого в лицо, кого под дых
Ударит случай, и рутина закипит.
Кто похоронит нас с тобой,
Оставшись в тишине квартир,
Кивая на портреты головой,
А кто на них, уже забыл.
Ошибки оживут опять.
И сколько их делить потребно?
И сколько надо сверху взять,
И жить, как ворон, незаметно.
Орёл пока ещё парит,
Но безголовым будет проще.
Орёл безглавый не взлетит,
А курица будет бежать подольше.
Расправив руки, словно ветви,
Растём мы постепенно в высоту.
Мы приручаем птиц и ветры,
Чтоб оттолкнуться поутру.
И не вернуться в эти дебри,
Где смысл на вымысел похож,
Где жизнь живём в полосках зебры,
Где к горлу птиц приставлен нож.

Покрыты мифы тишиной,
И пылью припорошено былое.
Другое время и удел за пеленой
Веков прошедших, как пятно слепое.

Всю правду ведает лишь Бог,
А суета рождает лжи потоки.
И шаркает босая средь дорог
Та справедливость, что бросается любому в ноги.

За истиной уже и не пойдут.
Тот путь тернист и до смерти опасен.
И чтоб облегчить мыслей труд
Нам дали карту, где правды путь не ясен.

Ржавые кони скачут по полю.
Ищут свободу в русских полях.
И к горизонту рвутся на волю,
Оставив уют где-то там в деревнях.

Топчут копыта луга заливные,
Бьют по земле, оставляя следы.
Паром исходят тела молодые,
С пылающим сердцем без страха внутри.

Ржавые кони скачут по полю,
Солнце устало прячется в рож.
Были сильны, с пылающей кровью,
К закату осталась немощная дрожь.