Я с вечёра накопаю
Баночку червей.
Приготовлю удилища,
Встречу день скорей.

Пойду утресь на рыбалку,
Где река блестит.
Там моя забава,
Сердце не грустит.

Солнце нежно улыбнётся,
Отражаясь в воде.
Клёв хороший будет,
Радостно мне везде.

Тишина и умиротворение,
Птицы весело поют.
Все заботы остаются,
Где-то там, вдали плывут.

Первая поклёвка,
Сердце замирает.
Удилище согнулось,
Рыбка выплывает.

Вот она, красавица,
Серебром блестит.
В садок её кладу я,
Азарт не спит.

Так и день проходит,
В тишине речной.
Нет занятия лучше,
Чем рыбалка со мной.

Не успел моргнуть я глазом, как прошла моя вся жизнь,
В зеркале гляжу с отказом: морщин пробивная нить.

Не воротишь всё, досада, не исправить, не вернуть,
Вспоминаю, как когда-то молод был и полон путь.

Старик, крепись, твердят мне люди, эхом отдается в ушах,
Но молодость назад не будет, лишь пепел тлеет на губах.

Времени река всё дальше, уносит жизни корабли,
И прошлое – потеря фальши, в объятьях вечной тишины.

Бегут года, как будто птицы, в осенних небесах кружа,
И сердце ноет, словно спицы, воспоминания сторожа.

Не успел мечты я воплотить все, что мне дано судьбой,
И жаль, что время не замедлить, остаться б хоть чуть-чуть с тобой.

Старик, крепись, твердят мне люди, эхом отдается в ушах,
Но молодость назад не будет, лишь пепел тлеет на губах.

Времени река всё дальше, уносит жизни корабли,
И прошлое – потеря фальши, в объятьях вечной тишины.

Крепись, старик, шепчу я сам себе,
Ведь впереди еще рассветы в судьбе.

Я проснулся с бодуна…
Как трещит же голова.
Руки, ливер – всё трясётся,
Сердце бешено так бьётся.

В горле словно бы пустыня,
В голове моей – стихия.
Похмелиться – вот задача,
Не могу я жить иначе.

Вышел я тогда в ларёк,
Весь помятый, словно пёс.
"Дай, Наташ, мне пузырёк,
Чтоб взбодриться я хоть смог.

Дай ещё мне пачку "Примы",
Сигареты так любимы.
Пару штучек мандаринов,
Для души моей картины.

Запиши на карандаш…
Этот долг – моя же блажь.
Завтра точно рассчитаюсь,
И пред вами оправдаюсь."

Наталья лишь вздохнула тяжко:
"Ох, и жизнь же твоя, Сашка!
Ну да ладно, забирай,
Только больше не страдай."

И пошёл я восвояси,
С тихой радостью во власти.
Жизнь прекрасна, хоть сложна,
Если водка есть одна!

Пошла дева на колодец,
Коромысло на плече,
Подбежал к ней добрый мо́лодец,
С улыбкой на лице.

“Красна девица, постойте!
Дайте с вами постоять.
Про любовь мне расскажите,
Чтоб тоску мою унять.”

Дева скромно опустила
Очи долу, не глядит.
Но сердечко застучало,
Вмиг румянец загорит.

“Ой, не знаю я про любовь,
Не пристало мне то знать.
Нужно дома мне быть вновь,
Воду надобно достать.”

Мо́лодец не отступает,
Взгляд лучистый нежно льёт.
"Встречи пусть судьба подарит,
Сердце пусть твоё поёт!"

Дева воду набирает,
Коромысло приняла.
Мо́лодец ей помогает,
И до дома провела.

Так у старого колодца,
Где вода течёт ключом,
Зародилась искра солнца,
И любовь вошла в их дом.

Облачила голову в платок,
Цвета тёмного, как тучи.
В сердце лишь печали островок,
И души тоскующие муки.

"Обещал он, да не смог,
Мой любимый, самый лучший,"
Шепчет еле слышно голосок,
В тишине ночи безлунной.

Рассуждала так вдова,
Муж погиб её на фронте.
Он ушёл, оставив лишь слова,
Что хранит она в блокноте.

Вспоминает нежные глаза,
Сильные, надёжные руки.
По щеке скатилась вдруг слеза,
Словно капля горечи, разлуки.

Но придёт рассвет, рассеет мрак,
И надежда вспыхнет робко.
Память – верный, преданный маяк,
Будет жить любовь высокая, глубоко.

Ой, не пойте, соловьи,
Не тревожьте душу.
Пали милые сыны,
В той военной глу́ши.

Сколько младых полегло,
На поле том бранном,
Горе, беды нам легло,
Сердце рвётся странно.

Ой, не пойте, соловьи,
Не тревожьте душу.
Пали милые сыны,
В той военной глу́ши.

Матери слёзы льют,
По сынам родимым.
Их уж не вернуть,
В край свой любимый.

Ой, не пойте, соловьи,
Не тревожьте душу.
Пали милые сыны,
В той военной глу́ши.

Жёны в тоске живут,
По своим мужьям.
Их уж не зовут,
К родным друзьям.

Ой, не пойте, соловьи,
Не тревожьте душу.
Пали милые сыны,
В той военной глу́ши.

Дети отцов не дождутся,
У двери родной.
Больше не обернутся,
К маме с мольбой.

Ой, не пойте, соловьи,
Не тревожьте душу.
Пали милые сыны,
В той военной глу́ши.

Вечная память героям,
Что пали в бою.
Пусть земля им будет покоем,
В райском краю.

Ой, не пойте, соловьи,
Не тревожьте душу.
Скорбим и плачем мы.
Помолчите лучше...

Душа бойца вернулась в дом,
Где мать над телом горько плачет.
В огне сражений, под дождем,
Его судьба теперь маячит.

"О, сын мой, сокол, ты упал,
В бою за правду, за свободу.
И мир безумный нынче стал,
Вместо парада – непогода."

В руках сжимал он автомат,
В глазах – решимость, воля к свету.
Теперь же тих и не поднят,
Он спит, укутанный в газету.

"О,сын мой, сокол, ты упал,
В бою за правду, за свободу.
И мир безумный нынче стал,
Вместо парада – непогода."

Но память в сердце не умрет,
О герое, что жизнь отдал.
И песня о нём поплывёт,
Как эхо, в дальние края.

"О, сын мой, сокол, ты упал,
В бою за правду, за свободу.
И мир безумный нынче стал,
Вместо парада – непогода."

В дом вернулась душа,
Но нет возврата телу.
Мать плачет, чуть дыша,
Прощаясь с сыном смелым.

Ах, зачем я полюбила
Кареглазого юнца?
Комплименты его льстили…
Были сладкие слова.

Говорил, что я богиня,
Не встречал такую он.
Стали мы душой родные,
Стал он мой Ален Делон.

Я влюбилась как девчонка,
Потеряла голову.
Думала - любовь бездонна,
А на деле - полова.

Он ушел, сказав, что занят,
Что другая ждет его.
А в душе теперь лишь память
И сердечная тоска.

Кареглазый мой кумир,
Оказался просто враль.
Разрушил мой хрупкий мир,
В сердце лишь оставил шваль.

Что ж, урок теперь усвоен,
Не поверю больше я
Комплиментам и устоям,
Все слова твои - брехня.

Говорят, кур доя‌т, вот те на‌,
Молоко течёт, как из крана‌.
Говорят-быки летают ввысь,
В небесах парят, ты только лишь держи‌сь.

Ах, какие сказки говорят,
Удивляют нас и веселят.
Кур доя‌т, быки летают,
В мире чудеса‌, что поджида‌ют.

Говорят, медведи песни поют,
Соловьи им вторят, там и тут.
Говорят, что рыбы в роще живут,
И грибы на речке лихонько цвету‌т.

Ах, какие сказки говорят,
Удивляют нас и веселят.
Кур доя‌т, быки летают,
В мире чудеса‌, что поджида‌ют.

Может быть, и врут, да не беда‌,
В сказках жить приятно иногда‌.
Пусть куры доятся, быки парят,
Фантазия на воле, что хотят творя‌т.

Ах, какие сказки говорят,
Удивляют нас и веселят.

Кур доя‌т, быки летают,
В мире чудеса‌, что поджида‌ют.



Так что верьте сказкам иногда‌,
В мире чудеса‌ живут всегда‌.
Кур доя‌т, быки летают,
Сказки душу согревают.

Замела метель снега́,
Замела дороженьки.
Не видать вокруг не зги,
Воет третьи сутоньки.

Белая пелена легла,
Вьюга злая, как стрела.
Сердце бьётся, ждёт тепла,
Да зима всё замела.

В поле волки рыщут зло,
Их укрыло всё белым полотном.
Только эхо от их голосов,
В снежной буре словно сон.

Белая пелена легла,
Вьюга злая, как стрела.
Сердце бьётся, ждёт тепла,
Да зима всё замела.

В избах печи жарко топят,
У очага души отогревают.
Вспоминают летние тропки,
И как травы зеленеют в поле.

Белая пелена легла,
Вьюга злая, как стрела.
Сердце бьётся, ждёт тепла,
Да зима всё замела.

Но пройдёт зима лихая,
Солнце выглянет, играя.
И растает вся печаль,
Наступит радостная даль.

Ой, сложите, бра́тушки,
Вы мечи-оружие,
Коленьки и Па́нюшки,
Жи‌вы вы нам нужные.
Кровь не льётся больше пусть,
В землю упадёт роса,
Раны заживут, и грусть,
Унесёт небес краса.
Ой, сложите, бра́тушки,
Вы мечи-оружие,
Коленьки и Па́нюшки,
Жи‌вы вы нам нужные.
Хватит войн и бед, довольно,
Слёз пролито матерями,
Пусть звучит лишь смех привольно,
Под родными небесами.
Ой, сложите, бра́тушки,
Вы мечи-оружие,
Коленьки и Па́нюшки,
Жи‌вы вы нам нужные.
За плуг возьмитесь, мужики,
Вспашите землю-матушку,
Растите хле‌ба колоски,
Для детей, для братьев, батюшки.
Ой, сложите, браа́тушки,
Вы мечи-оружие,
Коленьки и Па́нюшки,
Жи‌вы вы нам нужные.
Встретим солнце на заре,
Песни запоём простые,
О мире, счастье и добре,
Нашей родины святые.
Ой, сложите, бра́тушки,
Мечи, щиты ненужные,
Коленьки и Па́нюшки,
Жи‌вы вы нам нужные.

Девку замуж выдали младую,
Не по воле, а по злу умыслу.
За не любого, знать, тоску чужую
В сердце ей вложили, словно в пристань.
Плачет дева, слезы льют рекой,
"Я люблю другого всей душою!",
Но отец суров, стоит горой,
Мать молчит, поникнув головою.
"Будь покорной, дочка, будь умна,
Жить как в раю будешь, без забот.
А любовь - лишь искра, что видна,
Вспыхнет ярко, но потом пройдет."
Дева плачет, горечь не унять,
Кожа белая, как полотно.
"Не хочу, не буду я страдать!
Это все немыслимо, грешно!"
И решила дева - лучше смерть,
Чем с нелюбимым жизнь влачить.
Милый сердцу, как в солнце твердь,
Без него не сможет дальше жить.
"Люб мне, дорог он, совсем иной,
Не могу, не хватит больше сил…"
В омут бросилась с тоской одной,
Чтоб навек найти покой могил.

Ласки я не знал же с роду.
Алкаши отец и мать...
Пили водку те как воду.
На меня же наплевать.

Стала улица мне домом,
Беспризорники -друзья.
Аргумент же был весомый:
Был родне не нужен я.

Стала улица -закалкой,
И родитель мне она.
Пил,курил.Вёл образ шаткий.
И итог: статья,тюрьма.

Мне братками стали зеки,
Нары стали мне кровать.
Помню,с человека метко,
С ходу смог ту шапку снять.

А карманы у пальто,
Для меня лишь плёво дело.
Брал лопатник лишь всего.
Шерудил я там умело.

Но менты меня ловили...
Снова срок.Опять статья.
Суки те по рёбрам били.
Домом стала мне тюрьма.

Сегодня в облаках я, вольный, светел,
А завтра прах, и горек путь мой темен.
Как будто сон, кошмарный и нелепый,
Где мир вокруг вдруг стал чужим и нем.

Взлетаю вверх, над жизнью воспаряю,
И солнце мне сияет в вышине.
Но падаю, бессильно вниз слетаю,
В холодный мрак, в безмолвной тишине.

Теряю тех, кто сердцу были милы,
И дружба, как хрусталь, разлетелась вмиг.
Семья – мой дом, надежда, моя сила -
Вдруг стала лишь воспоминаний лик.

И боль в душе, как лютая стихия,
Разрушит все, что строил я годами.
Но даже в миг, когда уходит сила,
Надежда тлеет слабыми огнями.

Пусть мир жесток, и падения горки,
И кажется, что жизни нет конца.
Но в каждом сердце есть свои истоки,
Чтоб вновь подняться, веря в мудреца.

Ой, лапти, лапти, вы плетёны ножки,
Не страшны с вами ни травы, ни кочки.
Вам липа дарила корушку свою,
Вам солнце светило, я вас люблю!

Плела вас матушка долгими днями,
Под пение птичек, лесными ночами.
Вложила в узоры тепло и любовь,
Чтоб в сердце горела надежда бы вновь.

По полюшке росному, с вами иду,
И русскую песню тихо пою.
О воле да счастье, о жизни простой,
Где лапти да солнце, да дом наш родной.

На ярмарку в лаптях, плясать я пойду,
И всех балагуров собой заведу.
Эх, лапти лихие, да ноги сильны,
Под русские песни нам пляски нужны!

Так славьтесь же лапти, на русской земле,
Вам честь и хвала, всем крестьянской семье.
Вы символ народа, вы дух старины,
Вовек не забудем, как вы нам нужны!

Ошибаемся не раз,
Сбиваясь с выбранной стези.
В судьбе отыщется подчас,
Немало горечи, грязи.

Спотыкается по жизни,
Не каждый, кто хотел бы, смел.
Встречая бури, словно тризны,
Бросая к небу тяжкий мел.

От поступков, колких фраз,
В душе осадок, словно тина.
И взгляд тоскливый тушит глаз,
Когда одна лишь мгла видна.

Набираем мы всё шишки,
В них мудрость зреет, как зерно.
Нельзя вернуться в реку книжки,
Где детство кончилось давно.

Но если сломлен ты душой,
Взгляни на мир иным лицом.
И заиграешь жизнью новой, большой,
Оставив прошлое за крыльцом.

Седая рябь на волосах –
Зимы нежданный гость на крышах.
И на висках морщинки – страх,
Не скроешь их ты, как ни дышишь.
Как будто иней на траве,
Седые пряди тихо льются.
И отраженье в синеве,
В морщинках тонких что-то бьётся.
Ведь каждая из этих складок :
История прожитых годов.
Смех, радость, горечь от разладок,
И след несбывшихся трудов.
Осенний лист кружит несмело,
Как время, отмеряя дни.
И то, что сердце так хотело,
Осталось где-то позади.
Но в этой осени прекрасной,
В сединах, что играют светом,
Есть мудрость, опыт беспристрастный,
И теплота души, согретой.
Пусть время пишет строчку, фразу,
На полотне лица морщинкой.
Встречай грядущую ты фазу,
С улыбкой ласковой, невинной.

Плывут по небу облака,
Сползая мглою, мир черня.
И вторят ветры шепотку:
"Судьба – война, не для меня…"
В окопе раненый солдат,
Кровь алой лентой по земле.
Надежды гаснут, как закат,
В далеком, позабытом дне.
"Не жди, отец. Уж не судьба,
Вернуться в дом, в родной очаг.
Война – чужая злоба,
Оставит в памяти лишь мрак.
Летите, облака, в мой край,
Где нивы зреют и поля.
Скажите всем, что умер май,
Что больше нет уже меня.
Пусть мать не плачет у ворот,
Пусть помнит сына молодым.
Пусть у нее душа поет,
А не скорбит о дне седым.
Пусть помнят все мои слова,
Пусть знают, что любил народ.
Но смерть взяла свои права…
И вот, настал мой черный год."
Умолк. Лишь облака плывут,
В безмолвной скорби, вдаль маня.
И в небе ангелы поют,
Дух юный в вечность провожая.

Огнём объят весь город наш,
И небо в копоти, как сажа.
Взрывают поселенья дроны,
И стонет каждый уголок однажды.
Здесь раньше жизнь текла рекой,
Смех детский эхом раздавался.
Теперь лишь взрыв и пламень злой,
И мир на части разорвался.
В руинах дома, словно кости,
Торчат уныло в облака.
А в душах страх, от жизни злости,
И боль не высказать никак.
Надежда тает, словно дым,
Но вера всё же остается.
Что этот ад когда-нибудь простим,
И солнце снова улыбнется.
Мы соберём по кирпичику свой дом,
И вылечим израненные души.
И снова будем жить в краю родном,
Где тишина лишь ветер рушит.

Коль всем пытаться угодить,

Себя теряешь без сомнения.

Нельзя для каждого светить,

Встречая лишь пренебрежение.

Всегда найдется злобный взгляд,

И слово колкое, как жало.

И каждый высказать рад,

Как жить тебе, чтоб лучше стало.

Но кто они, судьи чужие?

Чьи жизни сами совершенны?

Пусть лучше смотрят на свои,

Их недостатки всем видны.

Живи, как сердце говорит,

Люби, как чувствуешь душою.

Пусть каждый сам себя творит,

А не играет роль чужую.

Ведь наша жизнь – короткий миг,

И тратить время на угождение –

Глупейший и пустой каприз,

Лишь к разочарованию стремление.

Ей двадцать пять, ему за пятьдесят.
В глазах людей лишь укоризны яд.
"Ей не ровня! Куда она глядела?"
Толпа судачит, словно очумела.

Любовь слепа, не видит цифр в паспорте,
Не знает возраста, не верит в сплетни злостные.
Два сердца бьются в унисон, и что с того,
Что кто-то шепчет вслед: "Зачем ей это все?"

Родители твердят: "Одумайся, родная!
Он прожил жизнь, а ты лишь начинаешь.
Себя ты губишь, глупая девчонка,
В его объятьях будто бы в сторонке."

Любовь слепа, не видит цифр в паспорте,
Не знает возраста, не верит в сплетни злостные.
Два сердца бьются в унисон, и что с того,
Что кто-то шепчет вслед: "Зачем ей это все?"

Но ей плевать на шепот за спиною,
В его глазах нашла она покой.
Пусть говорят, пусть судят, осуждают,
Они с ним вместе, и она об этом знает.

Любовь слепа, не видит цифр в паспорте,
Не знает возраста, не верит в сплетни злостные.
Два сердца бьются в унисон, и что с того,
Что кто-то шепчет вслед: "Зачем ей это все?"

Любовь рассудит, время все покажет,
А счастье их никто не уничтожит даже.
Ей двадцать пять, ему за пятьдесят,
И это их любовь, не кто не виноват.

Отрекся я от всех святынь,
И сердце вмиг объяла хладь.
Мне сада райского не надо,
Коль в нём не суждено летать.
Все сжёг иконы. Едкий дым
В сознанье въелся, словно яд.
И жизнь настала моим адом,
Где нет пути уже назад.
Сорвал с груди я медный крест,
Как бремя тяжкое с души,
Но легче стало лишь на миг,
И тьма сгустилась в глуши.
И бесы все в меня вселились,
Сплетая похоть и обман.
Теперь душа моя ютится
В плену безумных, грешных ран.
Я сам свой мир переиначил,
Отрёкся от небесных сил.
И в этой тьме кромешной, зрячей,
Себя навеки загубил.

Баранов много на дорогах, факт.
Накупят те себе права, вот такт.
Не видят знаков, правил не блюдут,
И подрезают, будто сердце рвут.
Мигают фарами, гудят в ушах,
И едут в пробке, как на лошадях.
Обгонят справа, слева обойдут,
А после в ДТП, вот тебе и суд.
Куда спешат, кого хотят догнать?
Зачем рискуют жизнью и опять,
Творят бесчинства на родной земле?
Откуда столько набралось их, где?
Учились плохо, видно, в школе,
Теперь на трассе вечно в роли-
Нарушителей, невежд и хамов.
Их поведение – источник драмы.
Но все ж надеюсь, что когда-нибудь
Поймут, как важен верный путь,
И станут ездить осторожно,
Не сея хаос ,матерясь безбожно.

В русской избе, у печки жаркой,
Звучит мотив простой и яркий.
Балалайка, три струны звенят,
Про старину нам говорят.
Балалайка, звонкий смех,
Радость даришь ты для всех.
В пляске русской, озорной,
Веселье льётся рекой.
По полю мчится тройка борзая,
А вслед ей песня залихватская.
Под балалайки звонкий перебор,
Забудем горе, весь укор.
Балалайка, звонкий смех,
Радость даришь ты для всех.
В пляске русской, озорной,
Веселье льётся рекой.
На ярмарке гулянье, песни, пляски,
И балалайки перезвон и в маски.
Удалый парень вышел в круг,
И заиграл для всех вокруг.
Балалайка, звонкий смех,
Радость даришь ты для всех.
В пляске русской, озорной,
Веселье льётся рекой.
Балалайка, символ Руси,
Ты в сердце каждом пронеси.
Твой звонкий голос, чистый, ясный,
Нам дарит праздник жизни страстный!

Морозным вечером, когда метель поёт,

И снег серебряный искрится у ворот,

На землю тихий Сочельник ниспадает,

И чудеса нам, верным, обещает.

В окне мерцает свечка огоньком,

Напоминая нам о чуде неземном.

Семья за стол собралась в ожиданье,

Благодарить Творца за все даянья.

Кутья на блюде, как символ урожая,

И взвар душистый, что сердце согревает.

В предвкушении той ночи волшебства,

Когда родится чудо Рождества.

Звучат молитвы тихие в углу,

О мире, счастье, чтоб не царить бы злу...

И ангелы незримо пролетают,

Над теми, кто в добро лишь уповает.

Колядки льются, радость принося,

О новом дне, о чудесах прося.

Пусть этот вечер будет полон света,

И в каждом сердце заискрит надежда эта.

На жизнь различно смотрим мы…

На половину пуст стакан, иль полон.

Для пессимиста – лишь упущенные дни,

А оптимист – добьется неба склонов.

И каждый прав по-своему, друзья.

Ведь мир вокруг – лишь отражение мысли.

Кто видит тьму, тот в ней утонет сам,

А кто свет ищет, тот его отыщет.

Не стоит спорить, чей же взгляд верней.

Важнее то, как ты себя сам ощущаешь.

В стакане этом – жизнь, что бьет ключом,

И только ты решаешь, как ее воспринимаешь.

Так наполняй же свой стакан добром,

Улыбками, любовью и надеждой светлой.

И пусть вокруг бушует грозный шторм,

В твоём стакане будет вечное лишь лето.

В тоннеле света вижу я конец,

Где боль и страх теряют свой венец.

Душа парит, оставив бренный дом,

В простор небесный, в мир иной, чужом.

Забыты муки, тяжкий стон утих,

Приходит ясность, как волшебный стих.

Знакомые лица, голоса друзей,

Зовут меня из сумрачных теней.

Но не туда, не время мне ещё,

Вернуться должен, сердце горячо.

Есть незавершенные дела в миру,

Не всё свершил, что сердцем я люблю.

И вот я снова в теле, здесь, сейчас,

Вдыхаю воздух, полон жизни глаз.

Но помню свет, то дивное виденье,

Как будто побывал на заговенье.

И жизнь ценю теперь свою вдвойне,

Каждый свой вздох, и в тишине, и вне.

Ведь за чертой я побывал, познал,

И чудо возвращенья испытал.

Перестала ты больше прощать:
Унижение,ложь и измены...
"Научиться хочу вновь дышать.
Виноват он лишь сам.Ведь не верный...

И не стану болеть по нему...
Я достойна жизни же лучше.
Все поступки его не прощу.
Без меня пусть живёт тот заблудший...

Перестану плакать в ночи...
Ждать... надеяться...верить...
Я устала слышать:"Прости."
Невозможно уже разуверить..."

Перестала верить словам.
Его речи были лишь воздух.
У неё от них боль и шрам.
"Без меня пусть живёт этот олух..."

Перестала верить ему.
Расцвела, словно черёмуха.
"Вместе быть нам никчему.
Жизнь с тобой очень уж томная....."

Печаль и боль живут на сердце.
В душе царит метель и зной...
Что время лечит -Вы не верьте.
Ведь не вернётся сын домой...

Сразила ро‌дненького пуля.
На поле боя милый лёг...
Война вражина,сволочь,дура!
Вернуться сын домой не смог...

Не верьте,что ,как будет прежде...
Надежда стала-пепел,прах.
Всегда все раны-будут све‌жи.
А сына видеть лишь во снах...

Бессмысленно смотреть всё в окна,
Надеясь,что он прийдёт.
Лишь плакать,да дышать всё томно.
Так день за днём,за годом год...

Не верьте, пишут что в газете.
С телеэкранов-тоже ложь.
Им не нужны ни старики,ни дети...
Для них мы пыль.Всего лишь грошь.....

А он ушёл.Его перекрестя,
Шепнула ты:"Храни же,Боже..."
И руки на груди скрестя,
Шепнула ты:"Ведь нет его дороже..."

Призвала Родина на фронт
Стеречь границы твово сыны...
Прошла неделя... месяц...год...
В твоей душе настала льдина.

А ты его всегда ждала.
Надеялась,домой вернётся.
Но,сына забрала война.
И сердце уж его не бьётся...

Прислали в дом печальну весть...
Ты в руки получила похоронку.
В руке зажала крепко крест,
По стенке на пол поползла тихонько...

Кричала ты:"За что, Господь?!
Ответь,так в чём я провинилась?!
Как боль мне эту побороть?!
Да как?! За что так получилось?!"

Остановилось сердце.
Две минуты...
Лежал я нем в сырой земле.
Мне чудилось, как будто,
Иду по белой пелене...

Там тишина.
Спокойствие.Нет взрывов.
Так на душе моей легко...
И вместо стрельб-поют синицы.
Да неба синь.Исчезли все зарницы...

Те две минуты были раем.
Спокойствие.Покой.
И вдруг услышал голос:"Ранен.
Не умирай.Крепись,родной."

Другой сказал :"Да он не дышит..."
Удары в грудь.Дыхание в лицо.
"Боюсь,тебя он уж не слышит...
Биение сердца стих давно."

Те две минуты долго помнить буду,
Когда я ранен умирал.
"Ты будешь жить,хоть будет трудно..."
Уйти товарищ мне не дал.....

Толи черви точат душу...
Толи совесть изнутри...
Как понять ,прожить как лучше,
Чтобы душу то спасти?

Толи я изгой стал людям?
Толи стал лишь третий сорт?
Иль характер мерзкий,нудный?
Я ж как все...не царь,не лорд...

Толи мне послать всех в бан?
Толи быть чуть милосердней?
Ведь для всех Иван-балван...
Душу точат совесть ,черви....

Толи всё оставить прежде...
Невзирать на их укор.
Пусть резвятся те невежды.
Не перечить,мол что -вздор.....

Кружат белые снежинки,
Тихо падают к тебе.
Ель окутана в белый плед,
Словно спряталась во сне.
Тёплый свет в чужих окошках.
Дым ленивый из труб.
Я в карманах прячу руки,
А в глазах — наш старый двор.

Кружат белые снежинки,
Словно время завели назад.
Все обиды,
Как картинки,
С веток тают
Не попав в тетрадь.
Кружат белые снежинки,
Рисуют в воздухе ответ.
Мы с тобой стоим и дышим,
Где под ёлкой прячется рассвет.


Пар из губ,
Как тихий шёпот.
Ты смеёшься — слышен звон.
Красный шарик шёлковой лентой
Чуть качается вороной.
Скинет шапку старый снеговик,
Ветер взъерошит его нос.
Я к тебе тянусь за варежку,
Ты — за мой замёрзший голос.

Кружат белые снежинки,
Тихо падают к тебе.
Ель окутана в белый плед,
Словно спряталась во сне.

Ты учила не врать,
Зеркала протирать до блеска.
Говорила: «Держись».
И за спиной собирала съездки
На кухне шёпот,
Как яд.
Фамилия — просто метка.
Своё поднимали в рай,
А меня списали в редкость.

Мама
Как ты смогла?
Твоё родное — предала.
Вместо объятий — холод стекла.
Словно меня не рождала.

Мама
Как ты смогла?
Режешь по живому словом.
Боль не орёт — она молчит,
Тихо ломая изнутри.

Общий стол.
Общий хлеб.
Только взгляды — как по лезвию.
Я стою,
Будто гость.
На своём же собственном празднике.
За спиной чей‑то шёпот: «Он»
И ты делаешь вид — не слышишь.
Но молчанием своим,
Подписала мой приговор


Если бы чужой так сделал — простил бы.
Но твои глаза,
Твой голос — добивают сильней.
Я учился любить,
А не мстить.
Не мстить.

Но как целовать ту руку
Что тянет меня к земле?

Под завалами
Где были дома,
Где когда-то смехом дышали...
Там теперь ни окна,
Ни угла,
Только номера на подвале.

Под завалами хрупкий чердак.
Фото в пыли.
Календарики.
Стены.
Чей-то плюшевый мишка в кулак
Сжат,
Как будто боится всё это время.

Под завалами,
Где была весна,
Где у порога кеды стояли,
Там теперь молчит вся страна.
Имя каждое в камне застыло.
Под завалами смотрит в небо тьма,
Их глаза закрыла лавина металла.
Это всё война!
Это всё война!
Пасть,
Что нас по косточкам жрала...


Под завалами сердце двора:
Качели,
Песок,
Босоногие пятки.
Там играла когда-то детвора.
А теперь тишина,
Как в палатке.

Под завалами старый альбом:
Свадьба.
Фата.
Чьи-то руки дрожали...
Им клянусь-
Мы вернём этот дом.
Тем,
Кто тут никого не прощали.

Под завалами — дни календаря
Перелистнуть не решилась планета.
Кто ответит им: "Я не зря",
Если мира не видно из этого бетона?

Под завалами тихий вопрос:
К небу,
К нам,
К тем,
Кто дальше живёт.
Если выжил — то сколько слёз...
Должен помнить,
Пока сердце бьёт.....

Если спросят меня однажды:
"Пожалел ли о чём-то в пути?"
Где-то там,
На забытой развязке,
Я решал — продолжать или сойти.

Я стоял,
Как солдат без знамени.
Лишь дыхание,
Сердце и тьма.
Каждый шаг отдавался царапиной,
Но вела меня всё же весна


Если спросят меня: «Изменил бы судьбу?»
Отвечу тихо
Но твёрдо,
Как в глухом снегу:
"Я доволен минутой той каждой,
Где с трудностью отважно вёл ту войну.
Да,
Я выберу снова ту войну.


Там,
Где раны не видно на коже,
Где усталость живёт в тишине:
Я был слаб,
Но всё же я прожил,
Эти ночи,
Не споря с огнём в окне.

Я терял,
Чтобы верить сильнее.
Я горел,
Чтобы стало светлей.
И теперь
Оглянувшись задним числом,
Я скажу — стал немного живей.


Пусть в кармане лишь горсть тетрадей...
Пусть на сердце всего два крыла...
Я иду,
Принимая по вкладке,
Каждый шрам,
Что дорога дала.

Пусть спросят вновь.
Я не спрячу глаза.
Я повторю,
Как простую строку:
"Я доволен минутой той каждой,
Где с трудностью отважно вёл ту войну....."

Я умирал и воскресал...
Врачи на мне латали раны.
За что страдал -всё понимал:
За мир отца, сестёр и мамы...

Да,был момент -затихло сердце...
Упал тогда на землю нем.
Я слышал прокричали где-то:
"Как Санька?Зацепило?Цел?"

Потом застлила пелена...
Душа теряла моё тело.
Ах,это чёртова война!
Ах, сколько судеб погорело...

Я умирал и воскресал...
Врачи на мне латали раны.
За что страдал -всё понимал:
За мир отца, сестёр и мамы...

Происходило так не раз...
На теле вновь рубцы и раны.
Я умирал .Огонь мой гас...
И шёл вновь в бой-за Родину,за маму.....

Я воскрес однажды из мёртвых...
Стал смотреть на мир же иначе.
Дел не стало таких уже срочных...
Стал духовно весьма я богаче.

И мерило стало другое.
Ни меха,ни машины,ни деньги...
Уравнение жизни -простое,
Стала жизни другая оценка...

Я воскрес однажды из мёртвых...
Рад тому,что снова дышу.
Стал позиций религиозных...
Никуда теперь не спешу.

Ни кого не сужу я,как раньше.
Ведь дорога и путь у них свой...
Да и грех то,дру‌ги строжайший.
Брать на душу оно мне накой?

Я воскрес однажды из мёртвых.
Видно мне рановато туда...
Дел ещё на Земле нерешённых...
Как решу,то можно тогда.....

Кружат белые снежинки,
В небе водят хоровод.
На окне узор -картинка.
Мы встречаем новый год.

За столом - друзья,родные...
Ждём мы все куранта бой.
И мечты у всех простые...
В мире чтобы был покой .

Чтоб не знали горя дети,
Здравы был отец и мать.
Мир царил на всей планете,
Жизнь ничью б не мог отнять.

Бой куранта прозвучал.
Мы шампанское разлили...
Кто-то сильно прокричал:
"Беды все чтобы уплыли!"

Кружат белые снежинки,
В небе кружат хоровод.
Чтоб от счастья лишь слезинки,
Потекли у Вас, Народ!

Ты верни, война, мне сына,
Что забрала в мир иной...
На кладбище дом-могила
Разделяет,сын ,с тобой...
Ты верни, война,мне счастье,
Что ушло под землю с ним...
Жизнь настала лишь ненастье,
Разлучив с тем милым и родным...
Возверни, прошу,мне сына!!!
Ты верни , война,в дом смех...
Жить мне так невыносимо...
Наложить бы руки...Грех.
Ты верни, война ,мне сына!
А в ответ, лишь взрывы и стрельба.
Жить так с горем-невыносимо!
Понимать,что уж его вернуть нельзя...
Ты верни, война, мне сына,
Что забрала в мир иной...
На кладбище дом-могила
Разделяет,сын ,с тобой...

А жизнь моя-один лишь стресс...
Кругом сплошные только нервы.
Мне "другом" стал психогенез,
Всю душу жрут паскуды-черви...

Как огалённый стал я провод,
Да словно спичка возгараю я.
Найдётся только если повод,
То выхожу я из себя...

А жизнь моя-один лишь стресс...
Кругом сплошные только нервы.
Мне "другом" стал психогенез,
Всю душу жрут паскуды-черви...

Во мне рождается вдруг демон...
И я теряю над собой контроль.
Летит в мозгах вся микросхема...
Опасен становлюсь же как пистоль.

А жизнь моя-один лишь стресс...
Кругом сплошные только нервы.
Мне "другом" стал психогенез,
Всю душу жрут паскуды-черви...

Виной тому -моя родня.
Причастна так же и политика.
Звено всем тем-война.
И тут и там -одна лишь критика.....

А жизнь моя-один лишь стресс...
Кругом сплошные только нервы.
Мне "другом" стал психогенез,
Всю душу жрут паскуды-черви...

Здравствуй,ро́дная землица.
Здравствуй,мой родимый край.
Сын Ваш с боя возвратился...
Мать же Родина -встречай!

Годы был в далёком крае.
Охранял там рубежи.
Били Русь вражины -негодяи.
Грызли ту же словно вши...

Гадам мы отпор давали.
Жертвуя порой собой...
Об одном лишь там мечтали:
На Руси чтоб был покой.

В том бою погибли дру́ги,
Чей-то сын и чей-то брат...
Кто пришёл домой безрукий,
После взрыва тех гранат...

Здравствуй,ро‌дная землица.
Здравствуй, Родина моя.
Удалось мне возвратиться,
Потрепало хоть слегка.....

Увязался он за мной,
Гармонист тот Ва‌нюшка.
"Потерял я сон,покой.
Шибко ты мне нравишься."
Раздувал меха гармони,
Да при том приплясывал.
Говорил одно лишь:"Помни..."
О любви своей доказывал.
Увязался он за мной,
Чубчик кучерявенький.
"Станешь ты моей женой.
Даст согласье папенька."
Раздувал меха гармони,
Да при том приплясывал.
Говорил одно лишь:"Помни..."
О любви своей доказывал.
"Ай,Ванюша -гармонист,
Чубчик кучерявенький.
Ай,шельмец ты,ай да хлыст...
Ростом шибко ты уж маленький..."
Увязался он за мной,
Гармонист тот Ва‌нюшка.
Стала я его женой...
Чубчик стал мне-лапушка.
Раздувал меха гармони,
Да при том приплясывал.
Говорил одно лишь:"Помни..."
О любви своей доказывал.

Дева мне запала в душу...
Мысли только лишь о ней.
Как-то ей сказал:"Послушай...
В мире нет тя красивей.

Только тя как я увидел,
Потерял покой и сон.
С той поры весь обессилел.
В том признаться я должон..."

Мне в ответ сказала дева,
Что моя лишь в том вина.
"Ты ,такой,уже не первый...
Выбор делать я вольна."

Залилась та звонко смехом,
Я стою понурый весь...
Прошептала мне:"Успехов.
Коль имеешь интерес..."

Глазом левым подмигнула.
И смеялась не стыдясь.
От меня та упорхнула...
Пуще прежнего смеясь.

Дева мне запала в душу...
Мысли только лишь о ней.
Буду я тех прежних лучше...
Будет дева лишь моей!

Подобрал я к сердцу ключик,
Усмирил её всю спесь.
Стал той деве -самый лучший.
Ухажёр,уже не лезь!!!

Я сдержаться не сумею.
Враз намну ему бока!
То я делаю умело...
Дева только лишь МОЯ!

Мне друзья твердили, мол, держись, браток,
Тёща – это в горле костяной комок.
Будет жизнь не в радость, а сплошной укор,
И не зять ты будешь, а домашний вор.
А у меня не тёща – вторая мама,
Говорю об этом искренне и прямо.
За её здоровье подниму бокал,
Я о ней всю жизнь, наверное, мечтал.
У соседа тёща – сущая змея,
Каждый день грохочет вся его семья.
У другого – просто генерал в юбце́,
С вечным недовольством на своём лице.
А у меня не тёща – вторая мама,
Говорю об этом искренне и прямо.
За её здоровье подниму бокал,
Я о ней всю жизнь, наверное, мечтал.
Посидим на кухне, выпьем по одной,
И она мне скажет: "Ты же мне родной.
Дочку береги, мол, и себя храни".
Вот такие, братцы, наступили дни.
А у меня не тёща – вторая мама,
Говорю об этом искренне и прямо.
За её здоровье подниму бокал,
Я о ней всю жизнь, наверное, мечтал.
Да, не тёща, а вторая мама...

Слава Героям России!
Вечная память сынам,
Вставшие в строй за Россию!
Мир подаривши всем нам.

Как они жить все хотели...
Строили планы, мечты...
Мыслить о смерти не смели,
"Вернёмся,родные с войны!"

Каждый боец жил надеждой-
Вернуться в родимый свой дом !
Не будет ,увы,как и прежде...
Обрели те небесный покой.....

На руках не покачают дочурку,
Не научат сынка мастерить.
Сквозь стрекот автомата тот гулкий,
Была у них мысль лишь:жить!

Не расцелуют больше те маму...
Не обнимут крепко отца!
На днях пришла телеграмма:
"Пуля сразила бойца..."

С роднёй посидеть не удастся...
На чарку друзей пригласить .
"Боже!Какое несчастье!!!
Начнут мать,отец голосить.

Мечтам тех ребят уж не сбыться...
Сыновья не вернулись домой...
Отец сквозь плач матерится.
Мать причитает:"Ой! Ой!"

Погибли в сторонке не нашей.
Погибли в сторонке чужой...
Эпизод жизни тот страшный:
С войны не вернулся родной.

Домой привезли их в цинке...
Родня сидит за столом...
Друзья утирают слезинки...
И в глотке застрял у них ком...

Уже никому не поётся,
Как раньше ,про вороного коня...
Лишь глас истеричный их льётся:
"Будь проклята эта война!!!"

Так помни, Россия, Отчизна,
Как насмерть сыны полегли...
Как сражались они от фашизма,
Чтоб в мире жили все мы...

Как они защищали землицу родную твою!
Глядя смерти в лицо.
Будут Герои навечно стоять в солдатском строю!
Забытым не будет никто...

И в памяти нашей, народной- останутся их имена!
И будет Героями вечно гордиться родная страна!

Уходили поезда на ленту,
Провожали мамы сыновей.
Разрывая тишины моменты,
Крик летел до самых облаков, ей-ей.
Они верили в простую правду,
Что за ними Родина-стена.
И шагнули за свою преграду,
Где теперь бушует тишина.


А над полем, где трава седая,
Клин летит усталых журавлей.
Души тех, кто пал, оберегая
Мирный сон своих матерей.
Их запомнят светлыми, живыми,
С фотографий улыбнётся взгляд.
Их теперь не ставшие седыми
Не вернуть, не повернуть назад.

Небо плачет проливным дождём,
По мальчишкам, что остались там.
Мы их помним, любим, вечно ждём,
Вопреки всем бедам и ветрам.
Кто-то строил планы на полвека,
Кто-то просто не успел влюбиться.
Но не стало рядом человека,
Только фото на простой странице.

А над полем, где трава седая,
Клин летит усталых журавлей.
Души тех, кто пал, оберегая
Мирный сон своих матерей.
Их запомнят светлыми, живыми,
С фотографий улыбнётся взгляд.
Их теперь не ставшие седыми
Не вернуть, не повернуть назад.

В городах зажгутся снова свечи,
Имена героев назовут.
Этот груз ложится нам на плечи,
Чтобы помнили их вечный труд.
Пусть летят года, меняя даты,
Но герои не уходят в тень.
Просто спят усталые солдаты,
Заслонив собою новый день.

В тишине ночной
Звучит последний бой
Со смертью я играл всё в игры
Да рисковал же каждый час
Моя душа кричала так надрывно
И жизни тот фитиль, увы, погас
По лезвию ножа ходил я смело
Не зная страха и границ
Но время делает своё всё дело
И гаснет пламя у зарниц.
Фитиль горел, но я не видел света
Фитиль горел, а я искал ответа
Теперь лишь дым и пепел на руках
Фитиль погас в моих мечтах
Фитиль погас в моих мечтах
Я верил, что успею всё исправить
Что будет шанс начать с нуля
Но нельзя огонь водой заставить
Гореть, когда устала вся земля
Фитиль горел, но я не видел света
Фитиль горел, а я искал ответа
Теперь лишь дым и пепел на руках
Фитиль погас в моих мечтах
Фитиль погас в моих мечтах
Может быть ещё не поздно
Найти ту искру среди звёзд
Зажечь себя по-новому и просто
Принять всей болью этот крест
Фитиль горел, но я не видел света
Фитиль горел, а я искал ответа
Теперь лишь дым и пепел на руках
Фитиль погас в моих мечтах
В тишине ночной
Затих последний бой

Тихо падает снег на поля
Где-то там, за далёкими днями
Остаётся частичка тебя
В наших сердцах, в наших светлых мечтаниях
Мама смотрит в окно до утра
В старых письмах читает о счастье
Как вчера было всё, как вчера
Но сегодня лишь боль и ненастье
Отец молчит, не находит он слов
Фотография в рамке на стенке
В доме пусто без твоих шагов
Без улыбки твоей, без твоей песенки
Зажигаем свечу за тебя
За ребят, что ушли слишком рано
Память в сердце храним, не тая
Боль становится тихой и странной
Зажигаем свечу за тебя
За тех, кто не вернулся домой
Вечно будете с нами, друзья
Вечно будете рядом со мной
Сестра твоя подросла за год
Но всё спрашивает: когда же ты будешь?
И никто ей правды не соврёт
Что не встретишь ты больше рассвет этих буден
Друзья приходят, садятся в круг
Вспоминают, как вместе смеялись
Как ты был для каждого друг
Как мечты ваши в небо взметали
Зажигаем свечу за тебя
За ребят, что ушли слишком рано
Память в сердце храним, не тая
Боль становится тихой и странной
Зажигаем свечу за тебя
За тех, кто не вернулся домой
Вечно будете с нами, друзья
Вечно будете рядом со мной
И пускай время лечит года
Не забудем мы светлые лица
Вы останетесь с нами всегда
В каждом вздохе, в каждой странице
Зажигаем свечу за тебя
За ребят, что ушли слишком рано
Память в сердце храним, не тая
Боль становится тихой и странной
Зажигаем свечу за тебя
За тех, кто не вернулся домой
Вечно будете с нами, друзья
Вечно будете рядом со мной
Тихо падает снег на поля
Свет в окне не погаснет, мы знаем
Остаётся частичка тебя
Мы вас помним, мы вас не забываем

Улетают быстро годы,
Нам в невидимую даль.
Утекают жизни во́ды.
Их вернуть нельзя уж,жаль...

Не вернуть всего былого,
Не вернуться в детство нам.
Хоть чуть-чуть...Хоть не намного
Побывать нельзя же там...

Но ведь это невозможно...
И у жизни свой черёд.
От того то и тревожно...
Старость ускоряет ход.

Улетают быстрой птицей
Годы нашего пути.
Только смог на свет явиться ,
Но пора уже уйти...

Годы быстрой той стрелой
Жизнь проносят нашу в даль.
Был же бодр,молодой.
Стал старик.
Как жаль...
Как жаль...

Я в строках опишу всю жизнь,
Те дни, где разбивался вдрызг.
Обрывки снов, мечты о дальнем,
В которых я любой искал ответ.
Падение... Взлёты... Всегда держались,
Ведь за каждым крахом слышен шум побед.


Падение. Взлёты. Радость и печали.
Там слёзы. Горечь. Смех, что был в начале.
Каждый шаг, каждый вздох — как поступь на грани,
Те строки повествованием жизни стали.


И вновь я стою на краю бездны,
Туда, где мерцает призрачный свет.
Зову я судьбу на танец дерзкий,
Танцую, словно нет запретных лет.
И пусть бушует всё вокруг,
Я сам себе вечный самый лучший друг.


Падение. Взлёты. Радость и печали.
Там слёзы. Горечь. Смех, что был в начале.
Каждый шаг, каждый вздох — как поступь на грани,
Те строки повествованием жизни стали.


И каждый миг — он яркий,
Карта жизни, где нет врагов.
Эти своды — арка,
Приключений длинных ряд.


Пускай порой тени сгущались,
В глазах горит огонь мечты всегда.
И тем, кто верил, мы поклонимся.
Не зря вы с нами шли через года.
Сквозь бури, штормы, ветра и дожди,
Я обрёл то, что держит, как свет в груди.


Падение. Взлёты. Радость и печали.
Там слёзы. Горечь. Смех, что был в начале.
Каждый шаг, каждый вздох — как поступь на грани,
Те строки повествованием жизни стали.


В этих строках — жизнь моя,
В них всё, что дал мне каждый день.
Словно книги — главы во мгле,
Свет и тень, жизнь и смерть, всё в строке.

Манила,ругала и снова зовя,
Ты в сети любви меня завлекла.
Речами своими меня опьянила.
Меня называла-любимый и милый.

В любовные сети опутался я,
Забыв про печали,что значит беда...
В любовных сетях обрёл я покой,
Где называют:"мой ты родной".

Любовные сети сокрыли всю горечь.
Без них я погиб бы наверное,может.....

Я не Пушкин,ни Толстой.
Парень в общем я простой.
Только... Я пишу стихи.
И зачем?На что они?

В них лишь грусть ,да и тоска...
Ну кому она нужна?
В них -моя душа.
Разве Вам она важна?

Он в образ нищего оделся.
На землю мокрую уселся.
И рядом кепку положил.
(Игрой одной тот лишь и жил).

Прохожих он просил:
"Ох,нет во мне уж сил...
Не ел четыре дня.
Замёрз.Нет крова у меня.

Сынок родной
Схватил за шкирку:"Вон!Долой!"
Теперь живу я где придётся.
Душа моя на части рвётся..."

Его прохожий перебил:
"Я сам когда-то много пил.
Жена ушла.Ушли и дети.
Повязан был в хмельные сети.

Всё продал в доме за гроши.
Пойдём со мной.Хоть метражи
Моей хибары так малы...
Вставай, отец,со мной пошли."

Тогда"актёр "наш согласился.
А позже он открылся:
"Не нищий я...
Есть кров.И есть семья.

За всё тебя благодарю.
И дом большой тебе дарю.
Меня не бросил ты в беде.
И в благодарность -на ключи тебе....."

Она решилась на аборт.
В себе убить хотела плод...
"Мне ведь ребёнок никчему...
Ну что я дать смогу ему?
Ведь это жизнь,а не игра.
Да и сама ещё мала..."
И со слезами на глазах ,
Пошла в больницу."Ох!",да "Ах!"
Тогда сказал тихонько врач:
"Ты, доченька,не плачь.
Поверь, тебя я не учу...
Малыш чтоб жил -одно хочу.
Поверь,твоя ведь будет радость.
И не хомут.Да и не в тягость..."
"Поднять его я не смогу."
Уверил врач:"Я помогу..."
Прошёл уж март.И вот апрель.
И звонко падала капель...
В апрельску ночь
Она на свет пустила дочь.
А врач (как обещал)
Девчатам жить он помогал.....

В руке её был сжат конверт...
А в нём был лишь его совет:
"Прости подруга. И пока.
Нашёл другую. Навсегда
Пожалуйста меня забудь.
Ищи иной себе ты путь."
И сжалось сердце.В горле ком.
"Ну как забыть? Ведь мысли лишь о нём...
Раз так...раз боле не нужна...
Прощайте все!Прощайте вся родня!"
Она вонзила в сердце нож...
Вина сему-его лишь ложь...
В войне остался он без ног.
Другой хотел он ей итог.....

Я помню дед мне говорил,
Как мелкий он с сумой ходил.
Просил людей:"Подайте кроши..."
Воспоминания...до дрожи...
Как ел тогда он лебеду.
(Не дай Господь познать беду...)
Ведь голод по стране ходил.
Кто как...кто чем...тот так и жил...
Причиной той беды-она,
Война! Война!Война!
Помянем тех,кто пал в бою,
Защищая Родину,семью.....

Не потерять как человечность?
Не превратиться как в "сухарь"?
В погоне жизни,что та вечность...
Как с совестью остаться в старь?

Нахрап сейчас и наглость ведь в почёте...
Идя порой по головам.
Душа чернеет.Знаю точно...
Как светлость сохранить всю нам?

Погоня жизни -деньги, шмотки...
Карьерный рост.И всякие дела...
Тот промежуток очень тонкий:
Был светел,чист.Да стала грязная душа...

Не потерять как человечность?
Как с совестью в соглсьи быть?
Как годы,да всю вечность,
Открытым сердцем к людям быть?

А где-то есть волшебная страна...
И глазу нашему не зрима.
Где одинокие сердца‌,
Сливаются они вдруг воедино...
Страну зовут ту все -любовь.
Встречаются на ней две половинки...
Вскипает в жилах яро кровь,
Да в сердце тают сразу льдинки.
Взгорают факелы в сердцах,
Душа в разлуке их томится.
Печаль рисуется в глазах,
Да ночью в одиночестве не спится...
Страну зовут ту все -любовь.
Встречаются на ней две половинки...
Вскипает в жилах яро кровь,
Да в сердце тают сразу льдинки...
Два одинокие сердца ,
Вдруг обретают сразу радость .
Из-за спины взрастают два крыла.
Теперь взлетать лишь,а не падать...
Страну зовут ту все -любовь.
Встречаются на ней две половинки...
Вскипает в жилах яро кровь,
Да в сердце тают сразу льдинки.
А та страна не далеко...
Она живёт лишь в нашем сердце.
Когда одиноко, нелегко,
Мой друг,открой ты сердца дверцы.....
Страну зовут ту все -любовь.
Встречаются на ней две половинки...
Вскипает в жилах яро кровь,
Да в сердце тают сразу льдинки.

Я стал заложником грехов:
Обиды,злобы и отмщения.
Всех рассчитать хотел врагов,
В том видел лишь себе спасение...
Всех рассчитать хотел врагов,
В том видел лишь себе спасение ...
Сжирал годами я себя,
Рождая новые всё планы.
Тем самым лишь губя ,
Нанося на сердце раны...
Тем самым лишь губя,
Нанося на сердце раны...
Я стал заложником грехов.
И пожирал себя годами.
Всех проучить хотел ослов.
Я жил лишь этими мечтами.
Всех проучить хотел ослов.
Я жил лишь этими мечтами.
Сжирал годами я себя,
Мечта была одна -отмщение.
А время шло,текли года...
Им послабленья нет.И нет прощения.
А время шло, текли года...
Им послабленья нет.И нет прощения.
Я стал заложником грехов.
Я стал заложником вражды.
И строил планы вновь ,да вновь...
Раздать все -все врагам долги.....
И строил планы вновь,да вновь...
Раздать все -все врагам долги.....
Я стал заложником грехов:
Обиды,злобы и отмщения.
Всех рассчитать хотел врагов,
В том видел лишь себе спасение...
Всех рассчитать хотел врагов,
В том видел лишь себе спасение ...