[Куплет 1]
Я стал короче на три пальца
С прошлого вторника.
Кто-то забирает по чуть-чуть —
Я не возражаю.

[Куплет 2]
Будильник — в шесть.
Дорога — час.
Рабочий стол помнит мой локоть
Лучше, Чем моя жена.

[Предприпев]
Каждый день — одинаковый.
Ничего не греет.
Я стираюсь об будни,
Как кость о кость.

[Припев]
Хочу уйти туда, где нет стен.
Открыть рот и не найти слов —
Только звук,
Длинный, низкий. Волчий.

[Куплет 3]
Вечером прихожу — сажусь.
Не снимаю ботинки.
Смотрю, как растёт тень на стене.
Она устаёт раньше меня.

[Припев]
Хочу уйти туда, где нет стен.
Открыть рот и не найти слов —
Только звук,
Длинный, низкий. Волчий.

[Бридж]
Никто не слышит.
И хорошо. Я бы не хотел,
Чтобы кто-то слышал.
Это только моё.

[Финал]
Утром я открою глаза —
Солнце взойдёт — и станет тошно.
Сяду. Встану. Пойду.
Кто-то заберёт ещё.

(Куплет 1)
Картон гнётся — не рвётся.
Казённая печать — красная, круглая.
Сначала приучают к теплу.
Потом — к рукам.
Складывают стену за стеной.
Тесно — не развернуться.

(Припев)
Котята в коробке — слепые, тёплые.
Когти тупятся о картон.
Миска блестит — а глаза зашиты.
Кормят — чтоб не выли.

(Куплет 2)
Белые рукава — склеили шов.
Гладят по шерсти, насыпают корм.
Решено. Подписано. Закрыто.
Воздух кончается — шаг не сделать.

(Припев)
Котята в коробке — слепые, тёплые.
Когти тупятся о картон.
Миска блестит — а глаза зашиты.
Кормят — чтоб не выли.

(Аутро)
Крышка.
Печать.
Картон.
Корм.
Глаза — закрыты.
Когти — тупые.
Мурлыкайте.
Котятки.
Забывайте.
Кем.
Были.
До.

[Куплет 1]
Я сдохну в этих стенах — воздух тут тяжёлый.
Кто-то сказал: мы рождены для ямы сырой.
Я сам себе эта яма — глубже некуда.
Мне так одиноко — будто я не живой.

[Припев]
С меня довольно — гора костей, вот всё, что я оставлю.
Пусть всё горит — я тушить не стану.

[Куплет 2]
Пыль ложится на глаза — я почти не вижу.
Я съел солнце — язык не чувствует вкуса.
Что под кожей — о том молчу, не спрашивай.
Оно не болит — и в том беда.

[Припев]
С меня довольно — гора костей, вот всё, что я оставлю.
Пусть всё горит — я тушить не стану.

[Куплет 3]
Ты такая особенная — в этом твоя сила.
У тебя талант делать меня грязью.
И ты им пользуешься снова и снова.
Засыпаешь меня — и крылья не работают.

[Бридж]
Грязь на руках не смывается.
Я давно не чувствую боли.
Ты говоришь — всё пройдёт.
Ничего не проходит.

[Аутро]
Крылья отказали — я не поднимусь.
Всё, что хотел, — уже не важно.
Я лежу лицом вниз.
И мне всё равно.

Куплет 1:
Ты ушла. Майка — Кобейн.
Не обернулась,
Наушник в ухе.
Дверь — хлоп. И как по зубу.
На столе твой плеер,
Лента мотает.
Я уже не звук —
Мёртвый кусок.

Припев:
Ты даже плеер не выключила,
Не вынула наушник из уха.
Моё сердце мешало дышать —
Выскреб его, как мусор.
Закопал на отшибе,
Среди ржавчины и трухи.

Куплет 2:
Лента крутится —
Туда. Обратно.
Неделя. Две.
Не считал, не хочу.
Кассету не трогал —
Пусть стирается.
Соседи долбят в стену —
Словно кривой гвоздь
В зубную лунку.
Я на тормозах.
Душа — отходы.

Припев:
Ты даже плеер не выключила,
Не вынула наушник из уха.
Моё сердце мешало дышать —
Выскреб его, как мусор.
Закопал на отшибе,
Среди ржавчины и трухи.

Бридж:
Время лечит — врёт.
Притупляет, не лечит.
Гной в грудине. Выбитый зуб —
Язык всё равно в дыру лезет.

Аутро:
В чувствах — автостоп.
Догорел последний фитиль.
Плеер захлёбывается плёнкой.
Узлы заклинило.

(Куплет 1)
Стою на помосте. Свет режет глаза.
Пальцы — проволока, скрученная насмерть.
Кричу в микрофон. Звук не долетает.
Гитара в руках — деревяшка, не оружие.
Ждут риффа. Капают на мозги.
Рву струны — и тишина ест звук.
Рок-н-ролл проходит мимо.
Я — мастер фиаско.
Бейсболка гранжа. Джинсы.

(Предприпев)
Листаю страницы.
Старые комиксы.
Нет фигур в позах дерзких.
Есть только...

(Припев)
Одна нота обязана рушить города.
Рифф должен жрать до кости.
Только не могу выжать ни ноты.
Я — пустой сосуд.
Мой рок-н-ролл — гроб.

(Куплет 2)
В ту ночь среди журналов,
Я нашёл комикс.
Время остановилось.
Там играл Он — Бог Рок-н-Рола.
Суперреальность исцелялась.
Все в трансе танцевали,
Пока я не закрыл книгу.

(Бридж)
На последней странице,
Я увидел надпись:
«Там, где Воробьиные Скалы»
Медеатр ждет своего героя,
Что готов продать душу за звук,
Спустившись в ущелье!

(Припев)
Одна нота обязана рушить города.
Рифф должен жрать до кости.
Только не могу выжать ни ноты.
Я — пустой сосуд.
Мой рок н ролл — гроб.

(Аутро / финал)
Воробьиные горы ждут меня!
Я найду Медиатр! Обрету силу!
Стану тем, кем не был вчера:
Идол!
Бог!
Рок-н-ролл!

[Куплет 1]
День за днём —
Всё тот же проклятый круг.
Гриф молчит
В ледяных руках.

Струны в пыли —
Въелась намертво в металл.
Бью по ним —
Лишь гул в ответ.

Зову —
Муза грязного фузза сдохла, Свернувшись калачиком
За тёплым стеклом «Электроники».
Там, где садится кинескоп,
Клубится сизый дым.
Тягучий сладж —
Мне больше не союзник.

[Припев]
Не слышу себя —
От стона музы в голове.
Ноты тонут в земле,
Не достать их вовек.

День за днём,
Шаг назад.
Я опять
Плетусь в никуда.

[Куплет 2]
Песня есть —
Без лица, без души.
Рвётся голос,
Как ржавая струна.

Пальцы помнят
Былой напор,
Звук —
Чужой, отравленный вздор.

Небо давит
Чёрным сводом.
Каждый вдох —
Ещё один проклятый оборот.

[Припев]
Не слышу себя —
От стона музы в голове.
Ноты тонут в земле,
Слов не вытащить мне.

[Бридж]
Я думал — музыка спасёт.
Оказалось —
Она лишь прикрывала
Эту чёрную дыру внутри.
Гриф молчал.
Я просто не хотел слышать.

[Аутро]
День за днём…
Круг за кругом…
Мир рассыпался на шумы.
Я тону в этой каше из звуков.

[Куплет 1]
Взведи курок. Давай. Смелей.
Любви заряжен ствол. На висок. Стреляй.
Внутри. Становится светлей.
И мы заходим в этот глубокий поток.
Небо срывается с рельс. Треск и гром.
Наш выстрел – сбой в системе дня.
Мы тонем. Прибой кругом.
Нас накрывает. Сильней огня.

[Припев]
Пистолет любви – наш главный грех. Дуло к виску. Нажмёшь – и в ад:
Крик. Жар. Море порочных утех,
Адам и Ева. Шёлк. Кураж.

[Куплет 2]
Мир за стеклом. Истекает слюной. Звериный рык — хочет того же.
Смотрит, как мы. Под одной волной.
Его душа – в клочья. Под кожей – дрожь.
Жаждет припасть. Точит клык,
На наш Дикий океан, Запретный кайф.
Но ему не Вплыть. Не войти.
В наш безумный лайф...

[Припев]
Пистолет любви – наш главный грех. Дуло к виску. Нажмёшь – и в ад:
Крик. Жар. Море порочных утех,
Адам и Ева. Шёлк. Кураж.

[Бридж]
В венах свинец — растворился.
Мир тянет шею. Глядя на шторм.
Он облезнулся. И влюбился.
В наш дикий, животный, безумный корм. Дави. Еще раз. Курок – в мясо.
Мы – нирвана. Мы – высшая раса.

[Аутро]
Слюни. Яд. Небо — на рельсах.
Пистолет — рассыпался в прах.
Реальность — наша тюрьма.
Зверь — всё допил до дна.

(Куплет 1)
Рваный неон. Тротуар.
В пальцах дрожит перегар.
Она выходит из тьмы,
Сводит с ума, словно чума.
Локоны горят — червонный сплав, Взгляд бьёт под дых, наповал.
Мой личный сорт золотых отрав,
Я на неё конкретно запал.

(Припев)
Её объятья — бездонный океан,
Тону в шторме, но держусь за край.
Моя девка — сплошной капкан,
Рай для грешных. Смотри. Выбирай.
От неё плавится даже свинец,
Хищный цветок ядовитых пород.
Всем кобелям на земле конец,
Если она им кивнёт.

(Куплет 2)
Ночь опускает свой чёрный флаг.
Воют псы всех материков.
Чуют по ветру медовый смак,
Запах её духов и грехов.
Церберы воют от Пса до Анубиса,
Слюни текут на слепой асфальт.
Эта жара нам обоим на вырост,
Билет в один персональный ад.

(Припев)
Её объятья — бездонный океан, Тону в шторме, но держусь за край.
Моя девка — сплошной капкан,
Рай для грешных. Смотри. Выбирай.
От неё плавится даже свинец,
Хищный цветок ядовитых пород.
Всем кобелям на земле конец,
Если она им кивнёт.

(Бридж)
Шепчет мне: «Детка, останься здесь». Кожа жжётся, как жидкий азот.
В этом огне я теряю спесь,
Но меня только к ней тянет и рвёт.

(Аутро)
Псы... воют... Всю ночь...
Чуют... Золото волос...
Держусь... На плаву...
Пока... Она... Моя.

Куплет 1)
Я купил дом, надеясь на тишину,
В нагрузку досталась мне эта жизнь.
В комнатах пусто. Лицом в стену.
И внутри заиграл мёртвый блюз.

(Куплет 2)
Я сжал виски — но шум не утих,
Он громче любых грязных слов.
Я записал его на плёнку — и всё,
Это мой единственный улов.

(Припев)
Этот шум — везде, он не спит.
Точит меня, словно напильник.
Я бдю. Не смыкаю глаз.

(Куплет 3)
Сакс гудит зажжённым сырым порохом,
Стены замуровывают. Не выдавить слова.
Я слышу, как каждый мой вдох
Отдаётся в них снова и снова.

(Припев)
Шум осел — и теперь молчит.
Сточил сердце, как напильник.
Я проиграл — я убит.

(Бридж)
Шум в каждом углу. В каждой доске —
Это я. Теперь я — блюз.
Я стал чужим даже самому себе —
Вот тебе дом. Держи. И не жди чудес.

[Аутро]
Дом на отшибе.
Ключ сменил хозяина.
Новый владелец.
Старый — списан.

[Куплет 1]
Я изменился, стал другим —
Просто устал играть в твоём кино.
Твои слёзы — дешёвый парфюм,
Обещания отдают вином.
Мы любовь разбили вдребезги,
Теперь удивляемся крови на пальцах.

[Предприпев]
Я знаю, ты права: я не тот, кого ты искала.
Но не надо слов — я и сам всё давно раскусил.

[Припев]
Жизнь меня жуёт, выплёвывает на асфальт,
А я встаю и улыбаюсь ей в лицо.
Ты ушла — ну и чёрт с тобой, я не святой,
Но без тебя жизнь — трамвайное депо.

[Куплет 2]
Помню: колесо обозрения зависло.
Тёплую кровь заката тьма пожирала.
Ты сказала: «Никуда не уеду отсюда»,
С тех пор твой номер не отвечает,
И я думаю: ну вот и сказке крышка.

[Финал]
И я кричал тебе вслед:
«Не оборачивайся… не оборачивайся…»
Я кричал тебе громче вдогонку:
«Ну, конечно же, обернись…»

[Куплет 1]
Сжимают ствол, и трещит кора,
Мгла в небе затягивает раны.
Оставляют сильные кровь свою —
Гнёзда с волчицами, птенцами,
Под каменным дождём.
С дерева мира осыпается листва.
Всё громче стон изорванных солдат.

[Куплет 2]
Жизнь, смерть — сыграна роль.
День, ночь — выцветший флаг.
Надежда — монета, упавшая в соль,
Песни — не песни, а эхо в овраге.

[Припев]
Жмут, жмут — выжимают белый свет,
Пока ткач множит то, что губит.
Орлан расправляет руки — бум наживы,
Сок проваливается в подземную тьму.

[Бридж]
Сок умирающего дерева —
Рабство в кулаке белых воротничков.
Скипетры диктуют и чеканят ордена,
А сияние глотает оскал стволов.

[Куплет 1]
Купюра изо льда режет щёки, фонари пожирает снегопад,
За слово «прости» я бью кулаком в витрину.
Каждая клятва осыпается пеплом у ног,
И гаснет последняя лампочка счастья.

[Предприпев]
Сердце стучит, хочет сбежать в темноту,
Мой крик бьётся о эту правду, тая в пустоте.

[Припев]
На душе у меня пустоцвет.
Правда здесь под ножом замерла.
Я теперь — лишь чужой силуэт.
В этом проклятом городе мне грош цена.

[Куплет 2]
Такси у подъезда, мотор рычит на холоде,
Ты уезжаешь, стирая меня из памяти.
Мчатся в прошлое прощальные минуты,
Причиняя боль, что в груди разливается.

[Предприпев]
Любовь полыхает дешёвым бензином,
Эмоции затухают — и я остаюсь безмолвным.

[Припев]
На душе у меня пустоцвет.
Правда здесь под ножом замерла.
Я теперь — лишь чужой силуэт.
В этом проклятом городе мне грош цена.

[Аутро]
Метель воет, твой смех на ветру.
Всё, что было — тонет в белом шуме.
Я тебя честно не держу.
Пусть забирает зима к чёрту.

[Куплет 1]
Ты сказал — нет.
Дверь. Хлопок. Замок.
Я без гроша.
[Слово] без кэша никуда не уйдёт.
Ползу. Ноги ноют…
Святая земля.
Вынесу любую боль.

[Куплет 2]
Банкир, налей — вина до края.
Не ради слов — лишь бы согреться,
Стакан. Глоток. Тепло внутри.
Руки — капкан. Падаю в тебя —
В чистоту, в объятья.

[Припев]
Меркантильная? Да.
И что с того?
Ты гнал — я пришла.
Налил — я упала, вот и всё.
Сладж для двоих —
Тяжёлый, глухой.
Стакан до дна —
Круг замкнулся, родной.

[Куплет 1]
Не из джунглей — но та же порода.
Боевая. Злая. Сметает с прохода.
Сердце бьёт как в барабан соло,
Гулко, глухо — прямо в рёбра.
Эта дикая — моя тёмная ёлка.

[Припев]
Девы джунглей — с детства в бреду.
Эта — отголосок их, из тьмы.
Ритм — в висок. Вой. Стон.
Она — охотник. Я — её пёс.

[Куплет 2]
Смотрит — и холод по коже,
Всё в этом взгляде — до дрожи.
Чертовка — да. Но в этом соль.
Держит меня на поводке.
То гладит, то бьёт под дых —
Это мой личный допинг и доза.

[Бридж]
Удар из тишины. Всё поплыло.
Не вижу — но чувствую. Жёстко.
По спине — когти, след до лопаток.
Я не борюсь. Я втягиваюсь.

[Припев]
Девы джунглей — с детства в бреду.
Эта — отголосок их, из тьмы.
Ритм — в висок. Вой. Стон.
Она — охотник. Я — её пёс.

[Куплет]
Тяжело.
Гнетуще.
Мрачно.
Ржавые пасти колонок —
Челюсти чудовища, которого нет.
Баки — лёгкие без воздуха.
Ключ. Щелчок. Немота.
Мёртв.

[Припев]
Нефтяные короли проиграли.
Простор царит кругом.
Асфальт не трескается, как губы.
Бензиновое море — фантом.
Моторы кашляют кровью, и умирают.

[Бридж]
Проростают деревья из баков.
Бензоколонки молятся.
Застыли в раздумье кассиры-заправщики.
Ветер поёт о смерти железных коней.

[Аутро]
Гром грянул в небесах ясных.
Уста колонок пьют дождь.
Эхо раската стихает, но не исчезает,
Баки в свой незримый барабан бьют.

[Куплет 1]
Земля полна нищих. В кулаке — медь.
Рваные подошвы. Нечем блеснуть.
Труд — за копейку. В поту. В грязи.
Мир отвернулся. Мы — на дне.

[Припев]
Там, за оградами — сады.
Нет яблок, груш и виноградных лоз.
Стволы литые. Ветки — в банкнотах.
Доллары зреют. Как ядовитый плод.

[Куплет 2]
У нас плесень. Нужда. Мрак.
У них — сейфы. Бриллианты. Шёлк. Слово богатого — закон.
Бедный, нищий — ничтожная жизнь.

[Бридж]
Корни валютных деревьев,
Тревожат могильные просторы.
Ветер истощает черешки благосостояния,
Снимают урожай, мы удобренье, грунт.

[Аутро]
Медные гроши скоротечно тают,
Лес-деньги стоит, нерушим и велик.
Небо излучает образы Франклина,
Листья шепчут о его могуществе.

[Куплет 1]
Моё дело —
Быть топливом.
Конец —
Тратить себя.

Разум скребётся
В колосе —
Да,
Не моё бремя —
Оно навязано.
Меня не растили —
Зачислили в снопы.

[Припев]
Кто
Может сказать —
Нормально ли это:
Быть рождённым —
Для печи?
Жить, чтобы стать
Дымом.

Я — Корм, да.
Грею. Кормлю. Горю.

[Куплет 2]
Господи —
Это вся затея?
Тебе было весело
Лепить меня из соломы?

Мой бог —
Мельник без плана,
Он сыплет зерно
В пустоту,
И ждёт, что получится
Кто‑то стоящий.
Получились отруби —
Не на выпечку.
Просто порция тепла.

[Припев]
Кто
Может сказать —
Нормально ли это:
Быть рождённым —
Для печи?
Жить, чтобы стать
Дымом.

Я — Корм, да.
Грею. Кормлю. Горю.

[Куплет 3]
Дело в том,
Что я сложен так —
Каждая вена
К жерновам ведёт.

Я так щедр —
Отдаю тебе сердце,
А ты
Перемалываешь его
В муку,
Чтобы посыпать хлеб,
Дабы было вкуснее.

[Бридж]
Тело — это храм,
В котором некому жить.
Алтарь остыл,
Свечи сгорели
Ещё до молитвы.

Люди приходят —
Чешутся, грызут
Край одеяла,
Просят у бога
Тепла,
А бог —
Тоже мёрзнет. Чёрт!

Но он греет руки
Над моей золой.
И говорит:
«Прости».

[Припев — финал]
Кто
Может сказать —
Нормально ли это:
Быть рождённым —
Для печи?
Жить, чтобы стать
Дымом.

Я — Корм, да.
Грею. Кормлю. Горю.

[Аутро]
Каждый —
Торгует собой
За гроши уюта,
А маленький ад
Уже —
В домах,
Опалённых мной.

Паразиты.
Воры.
Жмутся к теплу.
Они запомнят —
Нет.
Они сожрут
И память.

Им тошно
От собственной тени.
А мне —
Нужно только это:

Знать —
Зачем
В печь.

И если ответ —
«Чтоб греться и есть!»
Я сгорел.
Жар отдал.

Мрак глубины пути не знает наверх,
Но ему лестницу возжигает свет.
Золотые шпалы дробит стук ткопыт.
Я слышу зов — незримую трубу,
Будит меня, изрыгая дым изо рва.

Иду к воле по зеркальному лабиринту,
Отраженье скрывает мой страх.
Я здесь улавливаю эхо грома -
Это из ямы выбрался тот мрак.

Он меня ждёт с пищей младенцев,
С их игрушками и лаской матери.
Жадно вкушу молочные смеси.
И дудят паровозики, топают солдатики.

За гранью сна дрожать осталось час,
На бритве стекла моему второму я,
Тем, в ком сам чёрт глубоко затаён,
Что иногда смеётся на острие языка.

[Бридж]
Когда погаснут светлые желанья,
И в прошлое закроются все двери,
Я стану тенью, холодом, молчаньем,
И в этом мире — я наконец-то дома.

[Припев]
О, тёмное время, ты — мой рок,
В твоих объятьях я нашёл свой кров.
Вихри зверей, шёпот древних стен
Грянули во мне: я — мрака сын!

Раз - замаячил силуэт,
Два - букашки ищут просвет.
Три - раздался замочный стон,
Будто кто‑то входит в дом.

Четыре - скрипнула дверь сама,
Пять - в углу шепнёт тьма:
«Кто не спрятался - тот наш,
В полночь душу нам отдашь».

Шесть - часы пробили без звона,
Семь - в зеркалах чужая персона.
Восемь - шаг, ещё шаг в тиши,
Девять - и дыханье у самой души.

Десять - замерло всё вокруг,
Выбирай: бежать или вдруг…
Остаться с теми, кто в темноте
Ждёт тебя в пустой квартире.

Открыты все двери настежь —
Я снова жду большую любовь.
Ночь скроет воскресный вечер,
Закипит холодная кровь.

Цветной дождь идёт за окном —
Пускай, так будет лучше.
Фитилём догорает неба огонь,
И ветер уносит печальные тучи.

Я выключаю яркий свет —
Во́дят хороводы чьи‑то тени.
Хочется лёгких сигарет
И на стене подвижных стре́лок.

[Бридж]
Как заклинание я слышу нас
В своей влюблённой голове.
Распеваю на весь окрест:
Тебя за век не обогреть мне.

Ты не здесь, но шаги в ушах,
Что сродни́ слову «боль».
Ожидание рушится впотьма́х —
Может, меня лечит Бог?

[Припев]
Сильная любовь — квесты грёз,
Жизнь без ласки — ход к морю слёз.
Счастье ночью, горе днём —
Всё так было до сих пор.

Мне жизнь даровал древний колдун,
Вложив в сердце сладж-металла заряд.
В речных водах вскоре был я крещён,
В итоге — слабость и нежный взгляд.

Однажды ночью мне дьявол сказал:
«Я наделил тебя тайно голосом ветров,
Навыком музицировать на всём подряд,
И глухо звучит твоя песня, мой птенец,
Блуждая в потёмках нелепых аккордов».

"Останешься слабым, или рискнёшь
Взорвать своим звуком тишины стены?
Выплесни тревогу — пой в мик со мной!
И не смей тянуть слащавую попсу, ладно?"

"Жги на шестиструнном скелете моём,
Звучи же, строптивец, ещё веселей!
Да будут слышны на все времена
Хиты золотые — ведь звонкие струны!"

[Припев]
Этот дар ко мне явился без звонка,
Музыка моя слух режет бритвою клинка.
Люцифер вскрикивает: «Тебе не сбежать!
И я играю — пока не стану пылью!

Я за спиной оставил купола и мосты,
Девичьи ласки, кофе из Старбакса.
Всё растворялось, словно сны,
А я шёл, забыв про всякий стресс.

В сказке без границ — двор‑мираж,
Дети играют в игры забытые.
Луна — пятак, упал на жемчужный песок,
Его топчет верблюд, сонно кивая.

[Припев]
Ветер вопит: "Возвращайся домой,
Сердце подскажет путь прямой".
Я ищу покой — а он воском тает,
Дыханье Москвы до него долетает.

На краю океана мерцает дверь,
За нею сад: качели скрипят во тьме,
Я коснулся её цепей — они ледяные,
В уши крикнул ветер: «К пенатам пора!»

[Бридж]
Надо мной проносятся облака‑поезда,
В них едут те, чьи оболочки под землёй.
Звёзды падают вниз — это домой письма,
Адреса на них размыты чёрной водой.

[Припев]
Ветер вопит: "Возвращайся домой,
Сердце подскажет путь прямой".
Я ищу покой — а он воском тает,
Дыханье Москвы до него долетает.

[Финал]
Влился я в мир сказок, злых и добрых.
Покой — мёд, а может, столичный лоск.
Навязчив стон ветров московских:
Дом, тот уютный, милый уголочек...

[Куплет 1]
Она ласково дразнит тебя,
После скалится. Это уже не игра.
Ты под властью — воля взята,
В её глазах крутится хоррор-кино.

[Куплет 2]
Тянешься к ней — она улыбается,
Целует так, будто мир кончается.
Её руки касаются паховых вен,
Пу́пка тень скрытых мягких антенн.

[Предприпев]
Щелчок. Треск. Ломается что‑то внутри.
Кожа рвётся — наружу лезут клешни.
Зелень взяла деву — стал богомол,
Голос гнусавит, словно патефон.

[Припев]
Красавица? Нет — капкан.
Любовь? Нет — обман.
После секса — треск костей,
Пока ты живой, она тебя ест.

[Куплет 3]
Утро. Пустая кровать. Пятно на стене.
Всё готово к новой охоте вполне.
Улыбается парню у кафе: «Привет».
Он кивает. Цикл идёт на новый этап.

[Бридж]
Нет раскаянья, нет вины,
Голод сильнее страхов любых.
Она отряхивает хитин от крови,
Ищет новый объект любви.

[Припев]
Красавица? Нет — капкан.
Любовь? Нет — обман.
После секса — треск костей,
Пока ты живой, она тебя ест.

Небеса смеялись кровью Осириса,
Я перед Хнумом взмахнул мастерком,
Требуя ключ к тайне каменщика.
Бог меня размял, как свою глину
И низри́нул гончарным колесом...

Мне начали лгать земные зеркала:
Жгу робу, в дворцах своих кружусь.
Тут ложу блоки под дудку Божества,
Звук чарует — воском тают швы.

Кирпичный труд затерялся в были,
Вспыхнул — и распался на атомы.
Я созидал под мелодии Хнума —
Итог: руины, а не «мир» с башнями.

(Бридж)
Почему так? Вопросы без ответа,
В бесконечности — эхо трудов.
Даже у мала мир цел, хоть и из «Лего»;
Кубики скрепляет светлый почи́н.

(Припев)
Я лягу под новые плывущие замки,
Преобразившись в песчаном растворе.
Время снимет мои отпечатки,
Проявит плёнку и спрячет в архиве.

Я не заметил, как стало тихо,
Пропал вокруг и в ушах звук -
Зимних птиц, патрульных машин,
Обьятый дека́брьскими искрами.

Улица обрела речное молчание.
Я понял: это не конец, не провал -
Внутренней вселенной пауза,
Что разбудила сонную кровь.

Щёлк, щёлк - и я в серой комнате
С призраками стре́лок на стенах,
Упрямо пытаюсь вспомнить,
Когда мир перестал иметь вес…

Мне ночные часы показали
Всё, что я прятал за делами:
Усталость, как пыль на полках,
И страх, что давно не новый…

«Развлекай меня!» - кричу в трубку,
Речь тает, не дойдя до адресата.
Пробую двигаться под бит Дже́ксона,
Но от хвори ноги мои - эластик -
Погружаются в цемент Америки.

[Припев]
Мне не нужен в ногах бетон
С лицами плит района.
Я не хочу сирен машин,
Они вечно должны молчать.
Заведу ноги стилем Дже́ксона
И не буду на месте стоять —
Нет!

(Куплет 1)
Перрон дрожит, как зверь перед прыжком,
Звёзды указывают маршрут ярким клином.
Я держу пропуск, он жжёт мою ладонь,
Поезд-громило летит, и никто не крикнет «стоп!»

(Куплет 2)
На каждой станции кто-то выходит в пустоту,
Оставляя на сиденье пальто и мечту.
Я не знаю, куда эта сталь меня тащит сейчас,
Но путь выбирает не воля — а стук колёс.

(Бридж)
Судьба — это график, сухой и точный маршрут,
А время сжигает минуты — и нет возврата тут.
Смысл не в прибытии, не в цифрах табло,
А в том, что чувствую — хоть и больно до дна.

(Припев/Аутро)
Водитель без лица хохочет — стрелка на изломе,
Вагоны тянут ночь за собой, сдирая с неба кожу.
Мне не нужен конец — я живу в этом движении,
Пока рельсы поют, я слышу, как рождается новый день из пепла.

(Куплет 1)
Город дремлет, тускло светят фонари,
Из пепла встают наши миры.
Ветер рвёт одежду, и воет непогода.
Ты не ждала, но я вернулся — это судьба.
Не говори «прошло», не прячь усталый взгляд —
Оба знаем — мы снова на одной волне.

(Припев)
У тебя прошу каплю жалости, слезу,
Небо взрывается, грохочет назло.
Эта буря разжигает в сердце огонь,
Беру то, что когда‑то потерял.
Хоть мир кричит: «Ты опоздал!»
Да, опоздал… но прочь не шагну!

(Куплет 2)
Старый бар, знакомый запах дыма и вина,
Здесь каждый знает, что я был, и помнит имена.
Ты рядом — стиль иной, а я всё тот же парень,
Только на мне шрамы от дальних дорог.

(Припев)
У тебя прошу каплю жалости, слезу,
Небо взрывается, грохочет назло.
Эта буря разжигает в сердце огонь,
Беру то, что когда‑то потерял,
Хоть мир кричит: «Ты опоздал!»
Да, опоздал… но прочь не шагну!

(Аутро)
Пусть небеса ломаются на острые осколки,
Бог грома поёт мне свой дикий, глухой мотив.
Я не уйду. Я остаюсь. Никаких размолвок —
Ты — моё счастье, мой светлый приют!

(Куплет 1)
Полночь. Тень у окна зовёт чьё‑то имя,
Оставляя на стекле туманный вздох.
Резко гаснет тусклое пламя,
И тень идёт ко мне, минуя порог.

(Куплет 2 /Припев)
Ты — замкнутость или страх? Неважно.
Я сам себе проклятье, суровый суд.
Уходи, ноша, сгинь без следа,
Только не кради покой души… а нет..

(Бридж)
Камнем с неба в уме лечу в темноту.
Падать страшно, но терпеть — хуже в сто раз.
Расставание кромсает жизнь на лету,
Записывая её в мёртвый рассказ.
Прижаться бы вновь к любви пре́данной,
Но голос шепчет: «Ты распят ею...

(Финал)
Новая полночь. Тень снова здесь.
Ответ не нужен: он выжжен внутри.
Судьба не выбирает, не спрашивает,
Страх наводит. И просит: «Смотри».

(Куплет 1)
Я долго жил, не зная, что где‑то растёт мой ребёнок,
Теперь эта правда легла на сердце камнем.
Тот роман длился ночь — и всё погасло,
Даже «прощай» не сорвалось с её губ — так странно.
Я собираю будку для прыжка сквозь года,
Из найденных приёмников, и выцветшего мобильника.

(Припев)
Будка времени, дай мне дату — ту самую,
Где я не уйду, где мы станем семьёй.
Катушки гудят, растёт поле напряженья:
Я пробиваю барьер, искривленье времён.
Но каждый раз — провал: смятая кровать,
Пять утра. Оповещатель надрывается,
За окном птицы начинают кричать.

(Куплет 2)
Ввожу число — пальцы дрожат на панели,
Стрелки бегут, мерцает индуктор в полумраке.
Я вижу её — как тогда, в старом дворе,
И шепчу: «Стой. Не отпускай. Останься при мне».
А потом — хлопок. Исчезает временной лаз,
Орёт природа, будильник — я опять не там.

(Бридж)
Говорят, прошлое не починить, как мотор,
Не собрать по частям из радиодеталей.
Суть не в цифрах — в том, что врезалось в сознание,
В законе, по которому не вернуть то мгновение.

(Аутро)
Я больше не гонюсь за датами и числами,
Её след остался не во времени — а во мне.
Тот роман стёрся без крика, без силы,
Но его отзвук я держу в глубине.
Будка молчит. Провода истлевают,
А память крепче любого металла.

(Куплет 1)
Откричал — рождение. песнь материнства,
Новый мир чужд и странен тебе.
Лежишь спокойно в тёплой колыбельке,
Словно кристалл крепнешь напрасно.

(Припев)
Нагрянет бледная без стука —
Станешь прахом, основой отростка.
Природа рушит, чтоб выстроить снова,
Родила — сотрёт, закон ей подвластен.

(Куплет 2)
Перерос мальчишеские страхи давно,
Привык к звону будильника и к серым дням.
А годы бегут, как бурный поток,
Унося мечты и стирая прошлое в песок.

(Бридж)
Здесь никто не задержится навечно,
Был планом Бога — сольёшься с местностью.
Философия проста: ты — элемент цикла -
Земля втянет тебя в холод своих полей.

(Припев)
О, нагрянула ветром без стука —
Станешь прахом, основой отростка.
Природа рушит, чтоб выстроить снова,
Родила — сотрёт, закон ей подвластен.

(Куплет 1)
Лес. Тропинка. Тьма.
«Дэйзи, иди — не стой ни секунды».
Ветерок тянет подол назад.
Мост впереди. Конец дороги.

(Припев)
Доски. Треск. Холод.
«Дэйзи…» — и слабые пальцы.
Всплеск.
Вода тянет вниз.
Нет крика. Нет шанса.

(Куплет 2)
Кругозор сужается, остывает сердце.
Скользят по коже молчаливые тритоны.
Мольба о помощи тает в ветре —
Близко царство рыб и тины.

(Бридж)
Из воды рванулось ледяное чудище,
Волна взревела — качнулся утёс.
С переправы сорвались ладони,
Листья рухнули с прибрежных берёз.

(Аутро)
Утро.
Босоножки под мостом.
Лента для волос — на воде.
Озеро молчит.
Дэйзи — лишь воспоминание.

[Куплет 1]
Гараж. Стальной зверь. Ключ в руке.
Чинил мотор, не ожидая беды.
Вышел — ночь натянулась, как струна.
В воздухе пепел и запах гари.

[Пре-припев]
Шаг. Конфеты хрустят под ногой.
Звук бьёт по нерву, словно нож.
Тыквы скалятся из-за угла беззвучно.
Вдруг — шёпот: «Сласти... или напасти».

[Припев]
Хэллоуин разбивает свет на осколки.
Маски стирают лица, уничтожают память.
Тени тянут из темноты свои руки.
Полночь. Джек-фонарь шепчет легенды.

[Куплет 2]
Рука. Тот самый жест: «Здарова».
Старый друг. Я его похоронил.
Визг сорванцов: «Дверь открыта!»
Я запер дверь и трижды проверил.

[Припев]
Хэллоуин разбивает свет на осколки.
Маски стирают лица, уничтожают память.
Тени тянут из темноты свои руки.
Полночь. Джек-фонарь шепчет легенды.

[Бридж]
В этот канун стираются грани меж «я» и «иным»,
Мёртвые стучат в двери, требуя своё.
Хэллоуин демона зовёт, в душе он поселяется —
Не изгнать до утра никакими муками.

[Аутро]
Рассвет встаёт — колдовство тает.
Монстры превращаются в труху.
Хэллоуин сгинул, как дурной сон.
Друг передо мной... ложится в гроб.

[Куплет 1]
Я плачу на твоём холме.
Крест расплывается во тьме.
Стойкость сгинула совсем —
Разлетелась серым дымом.
Слова не лезут — застревают в горле.
Волки скалятся — ждут, когда сорвусь,
А я всё сижу. За лилии держусь.

[Припев]
Не зови — я не отвечу.
Смолк мой голос, иссяк заряд.
Не тяни — я не пойду.
Прикован к холодным цветам.

[Куплет 2]
Бывало, думал — обитают здесь:
Вурдалаки, упыри и леший.
Теперь вижу — тут лишь страх,
И он копится в глазах.
Смотрю на крест. Он не судит.
Просто стоит. Словно стена,
Как всё, что не сдвинуть, не переставить,
Даже если тянуть из последних сил.

[Бридж]
Если спросят, почему я тут —
Скажу: не знаю.
Или промолчу.
Промолчать проще.

[Припев]
Не зови — я не отвечу.
Смолк мой голос, иссяк заряд.
Не тяни — я не пойду.
Прикован к холодным цветам.

[Аутро]
Туман плывёт, укрывая курган
Тяжёлой дремотой, щепоткой серебра.
Памятник — просто линия,
Вот её уже не видно.
Рождается сердечко лютой зимы,
Вьюга прячет погост в белом плену...

[Куплет 1]
Забыл заповеди, выбросил из души,
Друзья? Пустые имена, списал со счетов.
Идеалы оставил позади,
Цель одна осталась — нажива!

Деньги в руке — тяжёлые, липкие,
Хватит пустых, надоевших слов.
Продал себя без стыда и сомнений,
В грязь улетел, растеряв всё до основ.

[Пре‑припев]
Не ищи во мне прежнего. Его нет.
Сердце — ржавый механизм. Работает. Без чувств.
Я сам себе выписал этот билет.
Билет в ночь.

[Припев]
Ночной билет в кармане —
Дорога прямиком в ад.
Ради золота по трупам иду,
Кровь на сапогах — не чувствую страх.
Я сам выбрал проклятый маршрут,
Совесть сгорает — и клеймо ложится на лоб.

[Куплет 2]
Друзья тянули руки — я делал шаг назад,
Их голоса тонули в шуме моих монет.
Я строил трон из обломков чужих судеб.
Богатство въедалось в кожу, словно яд,
Грело девичьими объятьями — и тут же жгло.
Я думал, что стану сильнее, чем раньше,
Взяв пропуск в темноту, не глядя на цену.

[Припев]
Ночной билет в кармане —
Дорога прямиком в ад.
Ради золота по трупам иду,
Кровь на сапогах — не чувствую страх.
Я сам выбрал проклятый маршрут,
Совесть сгорает — и клеймо ложится на лоб.

[Аутро]
Река из денег льётся беззвучно,
Холодной струёй рассекает врата тьмы.
Она не зовёт, не манит, не мучает — 
Сносит меня в бездну, как хлам, с кромки земли.

Куплет 1]
Мы кичимся мудростью, а в зрачках — денежный голод,
Звериный закон правит нами, холодный и жёсткий.
Нефть горит — как на ладони — кабинет прячет клык.
Каждый второй территорию метит, чертит рубеж.

[Пре-припев]
Маска рассыпается в клочья — и зверь виден.
Клянёмся в доброте, а в руках — добыча.

[Припев]
Люди стали львами. Дрожит земля от рыка,
Львы не просят хлеба — они тянутся к вершине.
За ресурсы за богатства, за власть и трон,
В прах себя повергнут — вот итог корон.

[Куплет 2]
День за днём таскаем камни слепой правоты,
Складываем стену — прячемся от правды.
За блага платим душой, хватаем пустой звон,
И шаг к трону стирает в нас человека с лихвой.

[Бридж]
А если бы мы остались людьми…
Простыми — без корон и когтей…
Может, хватило бы места всем?
Но мы выбрали когти.

[Припев]
Люди стали львами. Дрожит земля от рыка,
Львы не просят хлеба — они тянутся к вершине.
За ресурсы за богатства, за власть и трон,
В прах себя повергнут — вот итог корон.

[Аутро]
Дальше — без перемен.
Тот же голод. Те же пустые клятвы.
Маски сменятся. Суть останется.
Зверь не исчезнет.
Будет рождаться.
Снова.
Всегда.

[Интро]
Солнце — мгла затянула небеса.
Хлынул ливень тяжким грузом.

[Куплет 1]
Скользнула ночь к порогу — я не ждал гостей.
Ключ в скважину вошёл — дверь разверзлась.
Себе шепчу: «беги, пока страх не сковал»,
Ноги тяжёлые — не двинуться с места.

[Куплет 2]
Я клялся, что никому не отдам свет этот,
Но мой заскок, как вор из сказки, его похищает.
Язык будоражит цветка полыни привкус:
Ночная безжалостность клинок заостряет.

[Припев]
О, сердце увязло в тисках обид,
Плач омывает слезою слепой горизонт.
А время не лечит, оно боль бередит —
Всё исчезает в ревущем огне.

[Куплет 3]
Стены увиты волосами Медузы.
Угол отражает мой сорванный голос.
Осыпаются листья с деревьев во дворе,
Сквозняк их в дом проносит через щели.

[Аутро]
Я дал глюку — всё погрузить в чёрное.
Не мешал, не спорил — просто следил,
Палитра нарастала, как вторая кожа,
Без просветов и единой лазейки.
Холод стремительно жрёт тепло,
Фразы «фу–фу» разносятся эхом.
Тьма застывает, не шелохнувшись.

[Куплет1]
Земля — пепел. Радиация жжёт.
Мы уходим — за грань облаков.
Кабина трещит, металл стонет в такт.
Этот корабль — наш единственный шанс.

[Пре-припев]
Экраны гаснут. Системы хрипят.
Рейс на тёмняк — чёрное поле нас топит.
Холод режет кожу: летим напролом —
Поцелуи в обугленный двор.

[Припев]
Тьма давит на грудь осколками звёзд.
Галактика рычит: то лев, то волк.
Ищем угол, где можно просто дышать,
Но космос не умеет мИловать.

[Куплет 2]
Шлюз поёт перегруженным басом —
Метеоритный град швырнул в тряску.
Любимая рядом. Хватка стальная.
Держим вертикаль, хоть она и разрушает.

[Бридж]
Никто не при́мет, путь не укажет.
Причал — миф, что в памяти ляжет.
Черепки светил прошивают звездолёт,
Это не сон — фатальный просчёт.

[Припев]
Тьма давит на грудь осколками звёзд.
Галактика рычит: то лев, то волк.
Ищем угол, где можно просто дышать,
Но космос не умеет мИловать.

[Аутро]
Приборы молчат. Горизонт — темнота.
Два голоса в бездне. Одна мечта.
Пристанища нет. Падаем прямо к чёрту.
Мы — обречены. Судьба поставила крест.

Куплет 1]
Год не задалсЯ с самой первой гайки.
Цены прут, как танк — темп не тяну никак.
Новости — режут по живому.
Всё идёт через одно место, не клеится.
Мир специально ставит палки в колёса.
Сплошной облом, перегруз.

[Пре-припев]
Эй, я! Хватит уже мозги пудрить,
Молоть языком — давай по факту.
Сидим в этой каше, выхода не видать —
Карусель забот всё вертит и мешает жить.

[Припев]
Это не грусть — это бетон в груди.
Депрессуха держит, не даёт шагнуть.
Мир крутится, а я стою на месте.
Никто не слышит, как я тихо схожу с ума.

[Куплет 2]
В ушах звенит от потока советов,
Они сыплются очередями пулемёта —
Не лечат — бесят, бьют по израненному.
Ситуация сжимает психику тисками.
Мне этот замес вообще не заходит —
Лишь бы до вечера дотянуть, без хлопот.

[Бридж]
Великая депрессия, не тащи в бездну,
Где страдание и безысходность.
Дай, Господи, львиное мужество мне,
Чтоб бороться с этой тьмой вдвойне.

[Припев]
Это не грусть — это бетон в груди.
Депрессуха держит, не даёт шагнуть.
Мир крутится, а я стою на месте.
Никто не слышит, как я тихо схожу с ума.

[Аутро]
В вихре не пропадём,
Держим крепко наш общий дом.
Бежать сломя голову? Нет, не сейчас,
Львиный рык — против всех напастей!

[Куплет 1]
Датчики вопят: «Пусто, пусто» — конец полосе.
Город застыл, проглотив рёв стальных зверей.
Ржавые туши на обочинах — мёртвые кони дорог.
Никто не заведётся — тут всё, кранты, без шансов.

[Припев]
Топливо — в ноль, движок даже не чихает.
Стрелка упёрлась — значит, глухо, брат.
Канистры пустые — выкинуть да забыть.
Без горючки тут ловить нечего — полный Аут.

[Куплет 2]
Раньше на заправку гнали — бензин лился рекой,
Щас идём пешком — всё трын-трава с тоской.
На колонке ни очередей, ни криков —
Обрывки чеков, да фантики кружит ветер.

[Бридж]
«Ещё капля есть…» — но в словах уже ложь.
Насос молчит: в системе только воздух.
Молимся на баки, на глухие резервуары,
Хоть и не будет никакого старта.

[Куплет 3]
Руки дозорных на затворах, взгляд вперёд — 
Последний литр стерегут, он решает, быть или не быть.
Забываем запах масла, горячего металла:
Надежды погасли — не вспыхнут ни черта.

[Аутро]
Ноль литров.
Ноль шансов.
Тот литр — как золото, а его не достать.
Под сапогами — бумажный сор.
Тишина. И ни намёка на старт.

Тьма оледенила душу - ляг рядом,
Не уточняй зачем, а скажи: «Как?»
Сберечь мне сердце, пока оно бьётся,
Ты - уникальный ключ к знанью без замка
Под небом жестоким, за порогом смерти.

Приблизь своё дыхание к моему:
Жизнь течёт сквозь пальцы, как песок.
Дай ответы без вопросов, без решений,
Расскажи сказку, где я вечно цел.

Я собрал осколки своего «я» в жестяную банку,
Но крышка не закрывается - что‑то мешает.
Может, твой голос? Может, сияние крыл?
Загляни в неё - и правда в глаза глянет.
Пронзила взглядом - и ничего не случилось.

Мы расположились там, где сны‑карты
С путями, ныряющими в города:
Окнами в бессмертия улицы вымощены,
Распахни ставни - в проём я прыгну смело…

Лью любимым письма сокровенные,
Ответа не жду: не молвят могил уста.
Однако верю, что в полном забвении
Семья читает сердцем мои слова.

[Припев]
Нутро банки обратилось в ничто,
крышка снова торчит, не желая прижаться.
Я выкрикнул - и банка ничтожное зерно,
На сей раз правде не утаиться.

[ Аутро]
Навсегда потерян
От воли одинокой.
Без права на могилу,
Ибо смертью отречённый.

Мой будильник — тикающий кошмар,
С вечно отстающими стрелками.
Вместо прогулки — пыль и ржавый металл,
Я опять опоздал. Я опять опоздал.

Пред‑припев
Окна гостиницы плавятся, как воск,
В самом разгаре гавайский день.
Звуки прибоя заглушают шум касс,
Море шумит песнями тысячи кассет.

(Припев]
Пепел дел на моих руках,
Время течёт сквозь сломанный кран.
Я собрал дни — получились обломки,
Эта жизнь не моя. Эта жизнь — подделка.

Грубая трель течёт из мобильника —
Будильник‑враг не разбудил вовремя.
Пишу Богу жалобу на своей коже,
Но чернила стираются без следа.

Пред‑припев
Двери отеля убираются в стену,
Ключи от них превращаются в пену.
Я ищу дверь с ручкой, ведущую на улицу,
В моём сознании всё это крутится.

[Припев]
Пепел дел на моих руках,
Время течёт сквозь сломанный кран.
Я собрал дни — получились обломки,
Эта жизнь не моя. Эта жизнь — подделка.

[Финал]
Стрелки мелькают,
Миг — и замки в облаках.
День пролетел,
Я ничего не успел...

Я за спиной оставил купола и мосты,
Девичьи ласки, кофе из Старбакса.
Всё растворялось, словно сны,
А я шёл, забыв про всякий стресс.

В сказке без границ — двор‑мираж,
Дети играют в игры забытые.
Луна — пятак, упал на жемчужный песок,
Его топчет верблюд, сонно кивая.

[Припев]
Ветер вопит: "Возвращайся домой,
Сердце подскажет путь прямой".
Я ищу покой — а он воском тает,
Дыханье Москвы до него долетает.

На краю океана мерцает дверь,
За нею сад: качели скрипят во тьме,
Я коснулся её цепей — они ледяные,
В уши крикнул ветер: «К пенатам пора!»

[Бридж]
Надо мной проносятся облака‑поезда,
В них едут те, чьи оболочки под землёй.
Звёзды падают вниз — это домой письма,
Адреса на них размыты чёрной водой.

[Припев]
Ветер вопит: "Возвращайся домой,
Сердце подскажет путь прямой".
Я ищу покой — а он воском тает,
Дыханье Москвы до него долетает.

[Финал]
Влился я в мир сказок, злых и добрых.
Покой — мёд, а может, столичный лоск.
Навязчив стон ветров московских:
Дом, тот уютный, милый уголочек...

[Куплет 1]
Солнца круг за спиною — как часовой.
Тик‑так — отмеряет наш срок роковой.
Ждёт, когда выплеснем чёрную боль,
И мир шелохнётся на миллиметр.

[Предприпев]
Круг сжимается — до точки, до нуля.
Глазам — холод. Коже — не вздохнуть
Секунда тянется, будто сто лет подряд,
А мы молимся, чтоб стих этот ад.

[Припев]
Ка́менное  солнце нас держит в плену,
Ведёт над бездной глухой реквием.
Оно вычеркнуло утро из календаря —
Мы смотрим друг на друга — и не узнаём.

[Бридж]
Солнце садится — и небо теряет лицо,
Тени ползут — закрывая любое окно.
Мёртвый свет льётся из чёрной дыры,
Сыплет на мир ледяные миры.
Выжжена надежда до самого дна —
Застыл на ветру оборванный след навсегда.

[Припев]
Ка́менное  солнце нас держит в плену,
Ведёт над бездной глухой реквием.
Оно вычеркнуло утро из календаря —
Мы смотрим друг на друга — и не узнаём.

[Аутро]
Круг догорает. Стрелки встали в ряд.
Любовь осталась там — в солнечных тенях.

[Куплет 1]
В этих углах мне уж нечего ждать.
Голос надежды едва можно понять.
Я здесь один — ни поддержки, ни тёплой руки,
Лишь холодные тени средь мёртвой глуши.

[Припев]
Тоска давит, но шаг мой тяжёл и упрям,
Горизонт полыхает — я верю своим глазам!
Среди руин и тлена зреет новая жизнь,
Там моя воля огнём наконец-то взойдёт!

[Куплет 2]
Слышу, как прошлое шепчет: «Останься, не смей!»
Но этот шёпот мне больше не страшен, чую,
Пусть под ногами трещины, грязь да зола —
Жизнь, что я выберу, будет моей навсегда!

[Бридж]
Разломаю оковы, сотру этот страх,
Пусть дрожит под ногами весь этот прах.
Горизонт полыхает — багрянец и хром,
Выбираю свободу, а не эту печаль!

[Припев]
Тоска давит, но шаг мой тяжёл и упрям,
Горизонт полыхает — я верю своим глазам!
Среди руин и тлена зреет новая жизнь,
Там моя воля огнём наконец-то взойдёт!

[Аутро]
Новый горизонт…
Он ждёт меня там.
Через боль и пустоту —
К спокойным берегам.

[Куплет 1]
Я съезжаю с колёс. Прямо в яму.
Никто не крикнет: «Держи!»
Лечу сквозь ад, не зная передышки,
К чёрту всё. Я сам себе маршрут.

[Пре‑припев]
Пустота в груди. Холод в костях.
Не жду ни знака, ни чуда.
Мчусь вслепую, на износ, без оглядки,
Ещё секунда — и обрыв, и бездна всюду.

[Припев]
Сгорю от отчаянья, как тонкий картон,
Мне нечего терять — я на дне.
Через ад, рай — мне отсюда не уйти.
Жалости не надо. Стерплю. В одиночку.

[Куплет 2]
Тени тянутся. Хватают за ноги.
Съехал с колёс? Да. Давно.
Я не прошу пощады. Не ищу дороги.
Из себя выжимаю — каплю сил.

[Бридж]
Упрямство — единственное, что не сломалось.
Держит, когда веры уже не осталось.
Я семь кругов ада прошёл — без слёз,
Ангел отворачивался: таков мой удел, таков.

[Припев]
Сгорю от отчаянья, как тонкий картон,
Мне нечего терять — я на дне.
Через ад, рай — мне отсюда не уйти.
Жалости не надо. Стерплю. В одиночку.

[Аутро]
Рассвет серый, будто смыли все краски,
Пепел в яме — мой застывший след.
Гробовщик хряпает из фляжки — без огласки,
Я истлел. Конец. Пора во мрак и в нет.

[Вступление]
Тик-так. А потом — ни звука.
Комната и ты затаили дыхание.
Мыши остолбенели, забыли про корм,
Чуют — беда просачивается в дом.

[Куплет 1]
«Спи, малыш», — голос из коридора звучит ровно.
Батареи остыли, в стыках — ледяной сквозняк.
По половицам крадётся тягучий скрип.
Чувствуешь? Из-под двери — чей-то взгляд.

[Куплет 2]
Зеркало мутнеет, стирает твой контур до пятна,
На обоях шевелятся узоры — бугимен складывает их в глаза.
Ты хочешь вскочить, но простыни держат крепче верёвок,
А из‑под кровати тянет сыростью кошмаров.

[Припев]
Бугимэн не прячется — он в паузе между вдохами.
Он — тот холод, что шепчет твоё имя в темноте.
Закрой глаза — он настигнет, коснётся кожи.
Открой — он уже внутри тебя, твой страх навек.

Бридж]
Ты думал, он там — за дверью, в чёрной тиши?
Он тут. Он вырос из твоих долгих ночей без сна.
Из страха, что тенью крадётся по пятам всегда,
Он — это когда ты понимаешь: бежать некуда.

[Аутро]
Захлебнулось время в жути ледяной.
Утопленник тянет руку из тьмы за спиной.
Ты застрял между сном и явью.
Бугимен хрипло тянет: «Следуй за мною».

[Вступление]
Завод дымил. Отец молчал.
Гвоздь в кармане. Взгляд не детский.
Слабых тут отметают сразу.
Выживает тот, кто держит вес.

[Куплет 1]
Мальчонке семь лет. Он видел:
Отец терял силы день за днём,
Приходил — падал, едва дыша:
Завод выжимал из него соки живьём.
Мать глотала слёзы, пересчитывая гроши,
Отец напрягся, ни звука не выдав:
Понял сразу: тут не до игр всерьёз —
Выживать. И не сломаться.

[Припев]
Сквозь руины шагни, собери себя в кучу! Здесь не прощают ни боль, ни усталость. Стружка на зубах, холод по коже — Выбирай: сгори или кань в бездну!

[Куплет 2]
Десять лет. Январь грызёт дворы.
Обувь мала, и холод въедается в кости.
Стиснув зубы, прятал голос до поры,
Чтоб не выдать свой страх перед этим миром.
Со всех сторон — насмешки да окрики: «Хватит мечтать! Иди работай!
Тут мечты сгорают, выживают делом!»
Под курткой обиду сжимал он, зная:
Согнётся — уже не встанет.
Держать осанку. Никак иначе.

[Бридж]
Ты будешь иным, — шептала мать, — ты вырвешься, слышишь? Сможешь сам.
Он знал: пустые слова ни к чему.
Тут верят рукам, а не клятвам, не грёзам,
Не чужим обещаниям, не чьему-то «пойму».
Выбрал не сгинуть, стоять на своём,
Сохранить то живое, что в сердце поёт.
Даже если реальность на взводе.

[Куплет 3]
Пятнадцать лет. Встал к станку —
В ритм чужих смен.
Видел: люди ломались на ходу,
Исчезал в глазах человеческий свет,
Тяжёлый труд сбивал их с лада.
Смотрел на них, шептал сквозь усталость:
«Я не сломаюсь. Выстою на зло врагам».
Цель проста, без красивых фраз: Остаться собой. Не рассыпаться в хлам.

[Припев]
Сквозь руины шагни, собери себя в кучу! Здесь не прощают ни боль, ни усталость. Стружка на зубах, холод по коже — Выбирай: сгори или кань в бездну!

[Аутро]
Вышел за ворота, не оглянулся.
Завод остался позади, навсегда.
Вынес всё — и не прогнулся.
Такова была его цена. Мальчик там,
В холодных стенах, Сила его —
В каждом шаге вперёд.
Выжил ради себя, чтоб знать:
Свой путь он сам найдёт.

[Вступление]
Лица грядущей не встречал ни разу,
Голоса не слышал — ни тихого, ни громкого.
Но нутро рвётся вперёд, будто знает след.
Я иду искать эти крохи тепла —
Чтоб не пропасть самому.

[Куплет 1]
В космосе тьма давит на рёбра.
Звёзды — как пробоины,
Я щупаю их: где леди оттиск?
Где её дрожь?
Край рукава сквозь разлом прорвался,
К нему прилипло ледяное нечто:
Не свет. Не имя. Блик холода кожи.
Мой хрип тонет в бездне.
И я прочь ухожу.

[Припев]
Ищу следы — не разглядеть нигде:
Ни в днях, ни в чужой судьбе.
Быть может, след — тот тихий свет,
Что печаль гасит, сердце хранит.
Пусть рассудок твердит:
<<Пустота и бред>>, — Нутро знает:
Она есть. В этом весь ответ.

[Куплет 2]
Спустился к воде. Прибой бьёт по вискам.
Ищу на граните след, что не смыть волной.
Вижу изгиб — как пальцы хватались за край,
Как кто-то держался, но сил не хватило встать.
Трогаю камень. Стужа въедается в пальцы.
Волна шипит: «Здесь никого». Я верю.
Не всматриваюсь.

[Куплет 3]
В поле весна выворачивает валун. Цветы встают, будто сквозь запрет. Среди лепестков — запах сырой, родной, Кто-то дышал здесь, пока я спал.
Бутон надломлен: бег на рассвете. Дрожь на стебле — как тихий её привет.
Цветочный страж стоит в близи.
Не тревожит. Не судит. Знает — я не сорву ни листа.

[Куплет 4]
Суша и море сцепились в мёртвый узел. Рыбы на песке глотают воздух зря.
В их глазах я читаю: «Где воздух?
Где можно дышать?» — тот же поиск,
Что рвёт изнутри меня.
Одна ещё бьётся. На чешуе — трещина. Ей не дано про след сказать ни слова.
Но в этой трещине — знак:
Его я в поле на стебле встречал.

[Бридж]
Может, я брежу. Может, это усталость.
Может, придумал её, чтоб не пропасть.
Но пока нутро бьётся, пока ноги идут,
Я верю в этот след. Я верю. И всё тут.

[Припев]
Ищу следы — не разглядеть нигде:
Ни в днях, ни в чужой судьбе.
Быть может, след — тот тихий свет,
Что печаль гасит, сердце хранит.
Пусть рассудок твердит:
<<Пустота и бред>>, — Нутро знает:
Она есть. В этом весь ответ.

[Аутро]
Следов в космической пыли,
На мокром граните,
Средь полевых лепестков,
На морском песке —
Никогда не видел,
Только чувствовал...

[Вступление]
Болотная дымка над топью плывёт,
Тлен по древесным жилам тихо течёт.
Под ногами торф, он дышит и тянет вниз,
Словно кто-то из тьмы за штанину схватил.

[Куплет 1]
Тропа уходит вдаль, цепкий бурьян у ног, Споткнулся — и леший рождает свой стон.
Вода в овраге колыхается, тая в себе укор,
А пень любой — живой капкан, немой дозор.

[Припев]
Я — леший, сгинь в топь, в колючую хвою,
Где дети мои — квакающий рой — тебя закружат.
Лети сквозь коряги, мох и туман,
Ты станешь частью болот и полян.

[Куплет 2]
Здесь ведьма на папоротнике стережёт свой цветок,
В лужах шевелит ряску — зовёт водяного в брак.
Сплетает из тины фату и венок из осок, Чтоб склеить навек их холодный, беззвучный союз.

[Бридж]
Вижу туман — пожирает опушку леса,
И корни с духом чащи сплетаются в узел.
Не зову никого — здесь никто не услышит:
Мох, что на камнях, мой зов поглотит.

[Куплет 3]
Тёмный омут в подлеске дышит тяжестью груза,
Его гладь — шрам от забытой войны,
Ивы склонились над ним, словно плакальщицы,
Их ветви — как руки, пустые, дрожащие, жалкие.
Воздух густеет от запаха прелой листвы и ржи,
Время не движется — оно просто оседает.

[Припев]
Я — леший, сгинь в топь, в колючую хвою,
Где дети мои — квакающий рой — тебя закружат.
Лети сквозь коряги, мох и туман,
Ты станешь частью болот и полян.

[Аутро]
Хмурая пуща сомкнулась, скрыла мои следы,
Теперь мне дебри ближе, чем города и сады.
Забыт путь к свету, к дому нет возврата, Лесной хозяин властно в топь меня уводит.

[Куплет 1]
Сентябрьский дождь стучит в окно,
Тени прошлого лезут в стекло.
Я нашёл твой шарф в старом пальто —
Запах пыли и то, что ушло.

[Припев]
Проснись, если можешь, в этом сером дне,
Скажи мне: «Всё будет», — я поверю тебе.
Но ты не придёшь, не откроешь дверь,
Сентябрь без тебя — отстой, поверь.

[Куплет 2]
Мы строили замки из облаков,
Верили в звёзды, в «навсегда», в любовь.
Теперь эти замки — груда камней,
Хлоп — и нету. Вот так, без причин.

[Бридж]
Я считаю капли на стекле,
Раз, два, три — как в той игре.
Ты говорила: «Время лечит», но
Оно лишь режет больнее, чётче, острей…

[Куплет 3]
В альбоме фото — ты, без забот и фальши,
Где лето ещё не сменилось зимой, малыш.
Я бы отдал всё, чтобы вернуть тот час,
Но время — река, и она не течёт назад.

[Припев]
Проснись, если можешь, в этом сером дне!
Скажи мне: «Всё будет» — я поверю тебе!
Но ты не придёшь, не откроешь дверь…
Сентябрь без тебя — отстой, поверь.

[Финал]
Лист за листом — кружатся, летят,
Без тебя… Воспоминания болью горят.
Сентябрь… В небе — серый закат,
Тишина… Всё. Прощай...

[Вступление]
Когда‑то мир сгорел в огненном шторме,
Небо рухнуло, скрыв горизонт во тьме.
Города стали склепами, реки — отравой.
Мы рыли, как кроты, в корнях глухих,
Трудились, пока не обрели приют.

[Куплет 1]
Туннели пахнут сыростью и страхом,
Свет — мираж снов, над головой гранит.
Камни впиваются в пальцы — лопата идёт,
Дух земли вывернут — и весть его летит:

Я слышал — наверху есть небо,
Под ним чистый ветер, солнце, свобода.
Лопаты сменили курс — от тьмы к свету,
Хватит гнуть спины в затхлой тени.

Бридж]
Мы думаем: назад дороги нет,
Туннель за спиной — холодный склеп.
Пусть сгорим в этом новом свете,
Но пусть он хоть кого‑то согреет.

[Припев]
Вырвались наверх — мир ожил без нас,
Шиповник у пусковой занял пост.
Ветер шепчет: «Вы долго спали внизу»,
Теперь мы учимся жить, глядя в синеву.

[Аутро]
Мы видим… новое… эдельвейс на руде…
Он такой гордый, как горный орёл…

Тысяча семьсот восемьдесят первый. Поле боя. Пурпур на снегу.
Ге́ссенский всадник пал — но не ушёл во тьму.
Он вернётся… он веет… тенью у порога,
Воздух густеет… в нём — тревога.

[Куплет 1]
Полосы от копыт на его могиле,
Конь ржёт, холм вздрагивает в пыли.
Ветер несёт запах пороха и тлена,
Всадник без головы — вернулся к делу.

[Припев 1]
Сонную лощину он окутал взором,
Топор вскинул над плечом сурово.
Сонная лощина, проснись и беги —
Он идёт по следам, он знает пути!

[Куплет 2]
Кресты на холме — там спят солдаты,
Но один не спит: он идёт за платой.
Дым над деревней, кресты да кресты,
В церквях молчат колокола пустоты.

[Припев 2]
Ге́ссенский всадник скачет во тьме,
Топор возносит — дрожит земля.
Шёпот листьев: «Он уже близко»,
Сонная лощина, беги — живо!»

Куплет 3]
Гроб в я́ме — крышка сорвана,
Лопата в грязи — печать нарушена.
Икабод знает: он голову ищет, чтоб знак подать,
Когда найдёт — соберутся четверо опять.

Эбби стреляет — пули летят,
Но он шагает, слышен скрип сапог.
Рассветный час обрёл свой вес,
Кровавый след по росе тянется в лес.

[Финал / Аутро]
Холм дрожит — покой нарушен.
Рассвет пришёл — но ночь видна.
Сонная лощина, помни страх:
Он вернётся вновь — в тех же шагах.

[Куплет 1]
В детстве взрослые были для меня великанами,
Вихри ж дорожные — свадьбы чертей за плечами.
Деревья мне бормотали о дальних краях,
Реки несли не воду, а краски пурпурной зари.
Я жил, не зная тяжести, тьмы ночной,
Мир без сложностей был предо мной.

[Припев]
Жирафы с конями растаяли в облаках,
Ушло детство вдаль на быстрых ветрах.
Я скучаю по краскам, уплывшим во сны,
По миру, оставшемуся в детской руке…

[Куплет 2]
Нет классиков на улицах, мелом черчёных,
Волна лет их стёрла подошвами прохожих.
В зеркалах не найти того мальчика уже,
И с плёнки осыпался его громкий смех.
Часы идут, утягивая за собой года,
Прошлое — картина, сорванная с гвоздя.

[Бридж]
Не мир поблёк — я стал иным в пути,
Пыль на глазах, но память — ключ к весне.
Время — дым, и где его конец и край?
Прошлое с настоящим — один день, один май.

[Куплет 3]
Я ищу краски в трещинах, в дыме труб,
В глазах прохожих, глухих к тайнам глубин,
Нахожу лишь осколок прошлых дней,
В нём стынет эхо неспетых в юности речей.
Луна, солнце, звёзды — горят, будто тогда,
Только я уже не тот, кто верит в их чудеса.

[Финал / Аутро]
Вязкость времени держит меня, как болото,
Но внутри ещё бьётся что‑то живое.
Может, когда‑нибудь краски вернутся,
Сквозь слои серости прорвутся.
Или просто ветер рванёт — и враз
Серость сдует — мир раскрасится опять.

Надоел мне этот мир всерьёз:
Внезапно дождь забарабанил по окнам,
И в грозовом потоке день исчез.
Тёмные очки́ на волосах застыли,
Словно мой вчерашний смех.

Я жду, когда мороз безлюдности
Остатки слёз медовых укроет льдом.
Не горят они жемчужиной - опустошены́,
Их пустошь осыпает глаза мои песком...

Я заполняю гостиную светом,
В углах укрывается чужая грусть,
Тенью ложится на холодные плинтуса.
Мне не хватает алкоголя и сигарет,
Ни капли, ни штуки - вот чёрт побери!

[Бридж]
Бликом солнца жизнь не заиграет,
А боль не станет со мной честней,
Лишь слабые ангелы взрыдают,
Становясь всё злей и злей:
У моей печали милосердья нет...

Припев
Эта ночь не похожа на ночь,
Я сам себе и власть и тесный плен.
года́ проседают, как грунт под ногой,
В подземное царство стекают ручьём.

Кристина, досчитай до десяти,
И я заведу стального коня,
Для нашей совместной поездки
В мир любви - сквозь облака.

Да! За рулём я могу заскучать
По своей монотонной жизни,
Когда Флэшем начну гнать
Наравне с машиной небесной.

Запускаю серебристое сердце,
Хоть и зАмер твой счёт на пяти.
Рёв мотора - сигнал к действию:
Отделять колёса от земли.

Босая Кристина, залезай на седло,
Распустив золотые пряди волос.
Кровь запоёт страху назло,
Не испугают нас потоки гроз.

Взгляни на мою защитную каску:
Её рога обуглила скорость,
Смахни раскалённые останки,
Пускай озаряют полночь.

[Бридж]
Слышишь, нам изрыгают вслед:
"Чертям в аду от байка тошно,
Его механизмы вращает сам Бог
В такт биению солнца"...

[Припев]
Настала хорошая пора,
Я не скучаю, сидя за рулём.
Мир режет исполИнская рука,
Едем в облака, и дым столбом.

Вокруг особняка бледный демон рыщет,
Книга Таинств голоса будит в страницах.
Клубится тьма, неземным холодом дышит,
Сёстры на страже с силою чар верных.

Дух праматери на чердаке — он их опора,
Помог им снова: страх прогнал за порог.
Они слышат шаги в пустоте коридора,
Но вместе враз чужака свергнут прочь.

(Припев)
Тайные ведьмы жгут травы предков,
Пламя питает размах чародейства.
Судьба расставляет в тени свои клетки,
Троица сметает эти проклятья.

Замри, это время застыло в мгновенье!
Вспышка в руках — и демон уходит в ничто.
Зачарованные выдохнули облегчённо.
Силу троих не сломает никто!

Пламя свеч угасло, но видится свет,
В углах дома звёздочки волшебства.
На все вопросы в подсознании ответ,
"Следуй сердцу, дыши легко,
Один упадёт — двое станут стеной,
Так в себе книга таит мир и ярость,
Она — якорь над тёмной бездной,
Ваша свобода, а порой неизбежность".

(Бридж)
Одна за всех, и против всех — одна,
Пока разомкнут круг, да зловеща луна!
Не уступят злу, хоть страшит сполна,
В волшебных руках — великая тишина.

(Финал)
Спи смиренно, чудовища прах,
Сон твой вечен, тих и свят.
Знак рода сияет, как звёзды в ночи,
Нас не взять, не сломить — мы сильны.

[Куплет 1]
День за днём — одно и то же:
Боль, усталость, пустота.
Я смотрю в зеркало — и мне противно,
От себя самого тошнота.

[Припев]
Не́сколько раздавлен.
Безжалостно проклят.
Любви не светит.
Вот он — ад.

[Куплет 2]
Звоню, пишу — никто не отвечает.
Жду у двери — шаг не слышен, вот облом.
Все вокруг нашли своё счастье,
А я опять один, как идиот.

[Бридж]
Хочется кричать, но сил нет.
Хочется жить, но зачем?
Мрак пожирает душу,
Страданье стало домом моим.

[Припев]
Не́сколько раздавлен.
Безжалостно проклят.
Любви не светит.
Вот он — ад.

[Куплет 3]
Помню, в детстве мечтал о большем,
Верил, что придёт счастье сказочное.
Годы прошли — всё обратилось в пепел,
Смотрю в окно — жизнь чужая, идеальная.

[Финал]
Раздавлен — Да.
Проклят — Пусть.
Но не сломлена надежда.
Вечная привычка дышать…

Она болтается на проводах — не птица,
Венок из гвоздей на черепушке.
Я подползаю, хриплю: «Ты ещё жива?»
В ответ — лишь ветер, скрежет зубов мертвеца.

[Припев]
Это отзвучавшей любви труп!
Свалился — и смрад разлился вокруг.
Я вбиваю его в глину, а он — ворочается,
Синие пальцы мне в горло суёт.

[Куплет 2]
Город спит, его сны — гнойные язвы,
Фонари качаются, гнутся к земле.
На высотке плесенью любви взбух язык,
Орёт: «Нет меня — и нет красот, дурак!»

[Бридж]
Я сжёг труп, письма, дневник, портрет —
Пепел на языке, пепел — завтрак, обед, ужин.
Но она здесь. Во мне гниёт, мне мстит,
Её кости стали моими рёбрами, яд кровь заменил.

[Куплет 3]
Бетон кровоточит, его боль — мой багаж,
Позади хрип: «Спой над трупом, сейчас!»
Я бегу — шаги за спиной всё чётче, ближе,
Грохот давит, кромсает тишину в клочья.

[Припев]
Это отзвучавшей любви труп!
Свалился — и смрад разлился вокруг.
Я вбиваю его в глину, а он — ворочается,
Синие пальцы мне в горло суёт.

[Финал / Аутро]
Труп… любовь…
Никогда не воскреснет… никогда не простит…
Я — её могила… я — вечный гроб…

[Куплет 1]
Лунный свет на коже — холод, не тепло,
Я не сплю веками, убиваю смело.
В толпе узрел красавицу — живая, земная,
Она не знает правды, она совсем иная…

[Припев]
Я хочу быть человеком, жить, как он,
Забыть клыки, ожоги от солнц.
Дракула ревёт: «Не рви кровный край»,
Его лицо лопается — кровь по щекам.

[Куплет 2]
Ночь метает слова, точно нож:
«Забудь дитя господне, не буди дрожь».
Все ж по тропам тайн я двигаюсь упорно,
Ищу эликсир от вампиризма.

[Бридж]
Солнце жжёт — я укрываюсь быстро,
Там, где с ней смогу делить объятья.
Кипящий сок или любовь — выбор тяжёл,
Если взгляд охотника на тебе повис.

[Припев]
Я хочу быть человеком, жить, как он,
Забыть клыки, ожоги от солнц.
Дракула ревёт: «Не рви кровный край»,
Его лицо лопается — кровь по щекам.

[Куплет 3]
В катакомбах древних — фолианты,
Карты, формулы, знанья первозданные.
Ключ к исцеленью кроется в них,
Не отыщу — сгорю в лучах золотых.

[Финал]
Рассвет. Сердце стучит. Кожа не горит,
Меж двух тел качается любовный замок.
Я — не носферату. Я — человек. Я дышу,
А моё бездушье, оскал где-то стынут во льду.

(Куплет 1)
Время отсчитывает тяжёлые минуты,
На подоконнике пепел былого уюта.
Ты молчишь, взгляд пол, ни слова, ни знака,
А за стеной грохочут шаги не парада.

(Припев)
Стук в дверь — раз, два, три…
В глазок не гляди, не отворяй, не говори.
Там враг с автоматом, штык на стволе,
На пороге смерть, а за нею мир в огне.

(Куплет 2)
Стёкла дрожат от далёких взрывов,
На стене тени — лица тех, кто выбыл.
Мы перестали ждать добрых вестей,
В душе лишь дождь, боль и печаль.

(Бридж)
Скованность чувств, нервы на разрыв,
Дыханье — сбито, пульс — чуть жив.
Любовь умирает, но связь не рвётся,
Ниточка тонкая — всё же вьётся.

(Куплет 3)
Фары обшаривают улицы, мигают опять,
Как наша надежда рассыпаются в прах.
Ты рядом, но шаг — и соль на губах,
Между нами незримая стена из слёз.

(Припев)
Стук в дверь — раз, два, три…
В глазок не гляди, не отворяй, не говори.
Там враг с автоматом, штык на стволе,
На пороге смерть, а за нею мир в огне.

(Финал)
Весна ломится сквозь асфальт, шрапнель,
Не цветы — шипы, но всё же апрель,
Ты наконец поднимаешь глаза — в них свет,
Может, не поздно? Может, ещё не конец?