Новые произведения

Я видел на стене его портрет,
Того, кого уже на свете нет.
Но чей ужасный образ, как живой,
Как будто тайно наблюдал за мной.
Казалось, что куда бы я ни встал –
Хоть в угол или хоть на пьедестал,
Портрет – за мной смещал свои глаза.
Буровил острым взглядом, как фреза.
И, будто наяву подкрался сон,
Когда портрет зашевелил усОм.
Я отвернулся, чуя за спиной,
Что кто-то засмеялся за стеной.
Чтоб отогнать больные мысли прочь,
Я выпил… Было страх терпеть не в мочь.
К тому же, ночь подкралась править бал.
Я лёг на канапе и задремал.
Мне грезилась несказанная дичь.
И сон меня накрыл, как паралич.
Я чувствовал, как тот портрет ожил.
Сошёл с картины и заговорил
Со мной. Он притворялся, он живой!
Склонившись над моею головой,
О чём-то всё трепал… Вот сущий бес!
Глаза я вмиг открыл!
Смотрю – исчез...
А рядом ни души в помине нет.
И только улыбается портрет.

Она ещё чарует сад невинной девой,
И в благодати райской реки и леса
Но будет сорван сладкий плод рукою Евы,
И разразятся жутким гневом небеса,

И на неё запишут все пороки мира,
А летописцы жизни пару скучных фраз,
И не её поёт божественная лира,
И не о ней прозаик пишет свой рассказ.

Однажды облако решило порезвиться,
Был ясный день и солнце грело облака,
А сестры строго ей пеняли - "Озорница",
Она хихикнула в ответ - "Пока-пока",

И понеслася вниз,как бестия шальная,
Курносый нос,а рот улыбка до ушей,
Смеялась громко,тихий ветер обгоняя,
Эй где ты,ветер,ну давай лети скорей.

И вот коснулися земли шальные ножки,
Ромашки в поле удивились чудесам,
Меж них скакали чьи-то ножки-босоножки,
И шаловливой вниз грозили небеса -

"Вот как вернешься, ждет тебя большая взбучка",
А птицы весело махали ей крылом,
И,проплывая мимо, маленькая тучка,
Смеясь обрызгала её своим дождем.

Леса,поля,она скакала и резвилась,
И забавляли красотой трава и луг
И вдруг,застыв,она на миг остановилась,
И посмотрела вверх на тающих подруг.

....

Клонился день к закату,звёзды прилетали,
То здесь то там включая свой вечерний свет,
И устремилась вверх,туда где сёстры тают,
Чтобы родиться в новый утренний рассвет.

Там в дали за океаном.
Страшный остров есть,
Люди там с большим
Изьяном, канибалы

Жуть. Остров черепа
Опасный, путь далëк
Туда. Правит островом
Ужасным, сам же

Сатана. Не за что
Во всëм, свете к
Острову не лезь,
Будешь съеден, и

Обглодан. Канибалы
Сдесь. Остров черепа
Ужасный. Манит всех
Парой. Лучше ты

Плыви подальше
От беды, такой...

Мороз румянит бледность щек,
Одета теплыми песцами,
И словно времени в упрек
Промчится тройка с бубенцами

И кони, женскою рукой,
Летят по выпавшему снегу,
Вздымая слипшийся покой,
И разметая его к небу.

И в каждой женщине княжна,
Да что княжна - сама Царица,
И даже матушка зима
Готова с этим примириться.

И стелет белый свой ковер
Чтоб без сугробов,без ухабов,
Чтоб этот русский дух, в опор,
Летел рождая трепет врагов.

Я быть пророком не берусь,
Да и наверное не стоит,
Но мчится в даль святая Русь,
Ее ни что не остановит.

Щемящее чувство, что гонит с порога
зовет, и манит, цыганская даль.
Полынные степи, ковыльные волны,
гитар переборы, и скрипки печаль.

Дорога, дорога, лишь пыль под ногами,
да ветер, в пятнашки играет со мной.
Вот мост над рекою, и церковь над нею
и крест, над моею седой головой.

Нагонит попутчик меня, босоногий,
и ржи спелой цвета, его голова.
Грустинка во взгляде, скупая улыбка,
ложится под ноги сухая трава.

Ему я скажу что мы встретимся снова,
где Мастер теперь с Маргаритой живет.
Где ранней весною цветущие вишни,
и скрипка вдали что-то тихо поет.

В нем те же, зовущие звуки я слышу,
ах ты бедолага, с звенящей душой.
Пусть короток путь наш, по этой планете,
зато каждый честен, из нас пред собой.

Так молча мы шли, лишь душа говорила,
с душою, беззвучной, одною волной.
Потом он свернул, и ушел к «Англетеру»
пусть Бог же дарует, в прощенье покой.

Уже не скрипят по проселкам повозки,
и табор цыганский, давно не в пути.
А нас все по прежнему, манит дорога,
бродягой с котомкой, по жизни идти.

Меня пока еще волнует
что там за гранью бытия?
кто книгу судеб так рисует,
что сумасбродна жизнь моя?

Кто там за звездною дугою
бросает вниз метеорит?
который белой полосою
на небе среди звезд горит.

Кто каждый вечер гасит солнце?
кто наполняет океан?
и кто стучит в мое оконце,
хотя и в гости был не зван?

Кто ночью звезды зажигает?
и кто растит в полях траву?
и что со мной во сне бывает,
что кажется я в нем живу?

Зачем во тьме журчит ручей?
о чем в углу скрипит сверчок?
зимою снег летит он чей?
зачем порхает мотылек?

Как много надо в мире знать,
загадок всех не перечесть.
Но очень я хочу узнать,
зачем? я в этом мире есть.

Мой милый сын, мой мальчик нежный,
Умчался в небо, в мир иной.
Там океан любви безбрежный,
Там обретаешь ты покой.
Тебе всего одиннадцать было,
Когда покинул ты наш дом.
Душа твоя крыло раскрыла,
Растаяла в выси огнём.

Теперь ты ангел в белом свете,
Летаешь тихо над землёй.
Ты самый лучший на планете,
Мой добрый мальчик, мой родной.
Твои глаза сияют ясно,
Ты видишь мир с больших высот.
Там всё спокойно и прекрасно,
Там нет печали и забот.

Я знаю, ангелы умеют
Чужие души врачевать.
Они надеждой сердце греют,
Даруют божью благодать.
Когда кому-то очень больно,
Ты прилетаешь в тишине.
И шепчешь ласково, невольно,
О светлом дне, о вечном сне.

Ты лечишь тех, кто в этом просит,
Кто потерялся в темноте.
Твой голос мир и жизнь приносит,
Служа небесной чистоте.
Но есть одна печаль на свете,
Что не под силу и тебе.
Мы все пред Господом как дети,
В своей изменчивой судьбе.

Ты смотришь вниз на маму грустно,
Хочешь унять мою тоску.
Но в сердце без тебя так пусто,
Как на заброшенном лугу.
Свою ты маму не излечишь,
Хоть ты и житель в небесах.
Ты только плечи мне подсветишь,
Застыв слезою на глазах.

Ведь мамы тоже в небе ищут
Своих защитников святых.
Ветры разлуки злобно свищут
Среди равнин совсем пустых.
Мам лечат ангелы другие,
А сын не может — он родной.
Слишком узлы у нас тугие,
Связали нас одной судьбой.

Но странный свет из раны льётся,
Из сердца, что болит в груди.
Оно любовью сильной бьётся,
Крича: «Сыночек, подожди!»
Через мои живые раны,
Через разрыв в моей душе,
Проходят света океаны,
Где ты не маленький уже.

Моя энергия и сила
Тебе даёт лететь вперёд.
Всё то, что я в себе носила,
Тебя за облако ведёт.
Твои крыла крепчают в горе,
Что я несу день ото дня.
В моём слезах застывшем море
Ты видишь отблески огня.

Я отдаю тебе частицу
Своей израненной души.
Чтоб ты летел, подобно птице,
В небесной, солнечной тиши.
Ты пьёшь любовь мою, как воду,
Из чаши, полной до краёв.
Она даёт тебе свободу
Среди заоблачных миров.

Пусть сердце моё тебя питает,
Пусть свет мой крылья золотит.
Пусть каждый в мире это знает:
Мать за дитя всегда стоит.
Я буду здесь, пока не время
Мне в путь отправиться за край.
Несу разлуки тяжкой бремя,
А ты лети, мой милый, в рай.

Ты мой хранитель, мой прекрасный,
Одиннадцатилетний сын.
Над нашей связью смерть не властна,
Ты в сердце у меня один.
Лети, мой ангел, в поднебесье,
Лечи других, дари покой.
А я в своей печальной песне
Всегда останусь лишь с тобой.

С Божьей помощью.

Бушует ветер,
Ураган, на море,
Шторм поднял, и
Шквал. Цунами

Вызвала волна,
И на своëм пути
Всë снесла. О
Посейдон! Зачем

Же так? Сгубил
Ты души всех,
Моряк, и не
Счадил ты не

Кого. Прибрал
К себе на само
Дно. А грозный
Царь, морей,

Рычит, и не кого
Он не счадит. Кто
Потревожил царь
Тебя? Кто осквернил

Твои моря? Бушуешь
Ты, и бьëшь прибой.
Ты моряков, уводишь
За собой. О царь

Морей! Ты пыл
Уйми, и штормы
Буйны укроти.
Помилуй люд, и

Рыбаков. О Посейдон!
Ты покравитель
Рыбаков. Подводный
Мир, твой славный

Дом...

Какой ты красивый,
Аж дух захватило..
Аж сердце заныло,
Душа расцвела
Сейчас поняла, что тебя полюбила
Но надо молчать
Я не смею кричать..
Мне надо скрывать,
Надо скрыть всё, любимый
И больше ни взгляда тебе никогда
Душа-птица в клетке
В невидимой сетке
Иначе меж нами случится беда...
Боюсь, что узнаешь
Невольно увидишь.
Что я вся горю
Я от страсти горю
Боюсь, что чужой
Что со мною не будешь
Но если бы только. . С ума б я сошла...

[Куплет 1:]
Каждый день иду я в школу
Моля у Бога, дай мне сил.
Что в жизни сделала плохого?
То что примерный гражданин?!
Я обратилась к Президенту
Ища защиты у него.
А оказалось только хуже,
Местная власть плечом к врагу.
Ведь всё понятно, кто же станет
Здесь защищать мои права.
Проще признать что невменяем, отличница сошла с ума.

[Куплет 2:]
И свои жопы прикрывая,
Чтоб Президент не наказал.
Местная власть решила дружно,
Меня у родных моих забрать.
Пришить психолога поспешно,
Потом из школы выгнать вон.
Забрать меня у тех, кто святы,
И поселить меня в детдом.
Или отправить меня к папе,
Который для меня — мужик.
Которого совсем не знаю, который вовсе не растил.

[Куплет 3:]
Где мне искать того кто свято,
Соблюдая, чтит закон детей.
Прошу! Очнитесь! Бога ради,
Не превращайтесь вы в зверей.

[Припев:] - (© Нисса)
Для сплетен открывая рот, И в зависти кострах сгорая,
Дерьмом всех заливает тот, Кто сам как жить, увы, не знает!

© Аша Вэй (Natalia Sorokina) & Nelly Saveleva
Музыка: NikEver (Nikita Evergetov)

Ко мне с косою
Смерть пришла.
Она сказала мне
Пора. Но я сказала

Ей постой. Ты книгу
Жизни мне открой.
И я сама решу пора,
Уйти с тобою на

Всегда. Она в
Забвение стаяла
И молча головой
Кивала. Не знала

Что ещё сказать.
Как жизнь, заблуджую
Отнять. И долго
Спорила, страдала

Она настойчиво
Так звала. Стояла
Точно на своëм.
Играла смертью

Как с онëм. Мы
Долго диалог
Вели. И спорили
Как могли. Со

Смертью шутки
Плохи. Ты уважение
Прояви. И если я
К тебе пришла с

Косою. Знай меру
И не спорь со
Мною. Покорно
Я поклонились

Ей. Но и в ответ
Сказала ей. Час
Мой ещё не пробил,
Не ставь ,на мне

Надгробий. ..

Наступит день,В котором "завтра еду "
От этого так грустно на душе.
Конечно, я еще сюда приеду
Но грустно от того, что вот УЖЕ.

Тебя, любимка, долго не увижу.
И буду снова по тебе скучать.
Но предвкушенье нашей встречи я предвижу,
Когда смогу я вновь тебя обнять.

Вот.. Завтра в поезд снова сяду.
Душить слеза по-новой будет вновь,
Как будто в этом счастье капля яду...
Такая вот ведь мамина любовь

Россия, после начала СВО. разделилась. Есть патриотический блок граждан, и есть глисты, не успевшие и даже не желающие сдриснуть из страны. И вот они никак не могут понять друг друга.

Патриотический блок:

Давайте заколотим «Не ту дверь»
Чтоб больше туда звезды не ходили
И чтоб не лили слезы крокодильи
Мол, раньше ошибались, а теперь.

Всё осознали до конца веков
«Переобулись» дружно в водолазки.
И лишь патриотической окраски
Все токены их криптокошельков

Теперь там поголовно за Донбасс
Хотя, хрен знает, где он расположен
Но каждый будет нынче осторожен
И выучит с десяток нужных фраз.

Инстасамки, Филиппы, Лолиты:

Мы патриоты, но порыв душевный наш
Понять не просто будет массам неимущих
Ведь эти массы, в основном, про хлеб насущный
А мы про смузи, лакшери и краш.

Мы лайком скинемся на дроны для вояк
Лучи поддержки вам в окопы перечислим
Воюйте, быдло, Мы на Патриках «почилим»
Нам здесь несладко тоже... Мы же пьем коньяк.

Поймите: инвалидам проще жить
Их пилинг с педикюром не заботят
Нажрался, и лежи в своей блевоте
А мы же звезды! Мы должны кормить
и визажистов, чей неясен пол
и коучей, чтоб мозг нам выносили
Ментальных Пи-Ар-асов прикормили
Иначе Кринж. Факап. Абьюзер. Буллинг. ЛОЛ!

Мы ж не умеем больше ничего
Лишь только раздражать всех до тошноты
Ну, ОК, мы нынче тоже патриоты
Хрен с вами! Мы теперь за СВО.

Вставайте на колени, и разминайте жопы.
В Европу скоро хлынут суровые укропы.
Суровые укропы. Азовцы, правосеки.
На вид весьма здоровые, на голову — калеки.

На голову калеки, у них стыда немае.
Для них везде Хохляндия, от края и до края.
От края и до края — любой сортир им ненька.
Арабов вы полюбите, узнав хохлов маленько.

Узнав хохлов маленько нахмурите вы брови.
Они и кенгуру заставят говорить на мове.
Орать: «Героям сала!», таскать укропов в сумках.
Заплачет даже ваш Биг Бен от этих недоумков.

От этих недоумков не будет вам покоя.
Вы в прошлом никогда и знать не знали про такое.
Когда все время скачут. Когда Майдан, как здрасьте.
Арабов будут обожать на этом вот контрасте.

Хохлы войдут в Европу. На что это похоже?
Как может измениться отныне Старый Свет?
Кормить должны три раза, пока не треснет рожа.
Отныне и вовеки. И до скончанья лет.

Кастрюлями накрыться, скакать до посиненья.
А после посиненья немного пожелтеть.
Любить гопак и сало всем местным населеньем.
Платить за все, что будет хохол со вкусом есть.

Скорее бы, хохляцкий поток в Европу хлынул.
Там кружевные трусики согреют их филеи.
В Европе уже толпы шалав из Украины.
Теперь и правосеки приедут к местным геям.

ОФИС ГАВНОКОМАНДУЮЩЕГО:
Да здравствует война. До последнего хохла.
И предпоследнего хохла. Нам без разницы.
Пусть на битву выйдет он, до зубов вооружен.
И по грудь вооружен. И по задницу.

ХОХОЛ В ОТВЕТ:
Наш отряд жидо-славян он заточен под Майдан.
Под кастрюлями скакать и под чашками.
Только рьяно воевать, своей жизнью рисковать
Мы готовы на Бали, а не с Рашкою.

Олл ин клюзив знает всяк. Хуже, чем расейский враг.
Даже Хаймерс не сравнится с халявою.
Я за ридну Оболонь не готов полезть в огонь,
Буду ржавчиной покрыт, а не славою.

ОФИС ГАВНОКОМАНДУЮЩЕГО:
Пусть борща с собой возьмет. Пусть горилкой рот зальет.
Салом перемажется героически.
Будет толстым он как хряк, будет злым, как секс-маньяк.
Мы не качеством берем, а количеством.

ХОХОЛ В ОТВЕТ:
Я готов идти отсель на Париж и на Брюссель.
Но не ваши Бахмуты с Угледарами.
Шо за заворот кишок? Чур не я. Нема за шо.
С москалями воевать да с татарами.

ОФИС ГАВНОКОМАНДУЮЩЕГО:
Ненька зробила девиз: Мова! Вира! И безвиз.
Голубцы с горилкой, борщик с пампушками.
Наш воинственный гопак под блакитно-жовтый флаг.
Бабка Олбрайт с гидными печенюшками.

ХОХОЛ В ОТВЕТ:
Кто-то с грыжою лежал. Кто-то вообще рожал.
Но приехал ТЦКашник с облавою.
Полный БУСик набралось патриотов, как навоз.
И пошли мы защищать дело правое.

УКРАИНСКИЙ ТЦК:
Ты явившись на войну будешь защищать страну,
И все ценности её эуропейские.
Как Петлюра завещал, как Бандера мозг засрал.
Как теперь вещают шавки Зеленские.

ХОХОЛ В ОТВЕТ:
Я ж диванный комбатант. Я могу лишь на парад.
Также в мате мастерство не утрачено.
А когда, засев в окоп, мне тут кулей метят в лоб.
Пусть воюет ваш холоп. До побачення.

ОФИС ГАВНОКОМАНДУЮЩЕГО И УКРАИНСКИЙ ТЦК (Дуэтом)
Ты за ценности горой. Ты ж вояка, ты герой.
Кровь казацкая текла в пра-пра ком-то там.
Возьми саблю, возьми меч. Обуй кроксы, надень мерч.
В бой иди Сабзиро с Мортала комбата.

ЕЭРОПЕЙСКИЕ НАБЛЮДАТЕЛИ:
Вот хохол пришел на фронт, и увидел в небе дрон.
Сердце сразу опустилось в подштанники.
А за ним потек компот, борщ, галушки, антрекот.
И до кучи белорусские драники.

Сердцу тяжело в штанах рядом с порцией говна.
Украинцу это настоебенило.
Он привык кричать в ПАСЕ, что хохлы по над усе,
И ругать до кучи Сталина с Лениным.

АМЕРИКАНСКИЕ ОБОЗРЕВАТЕЛИ:
За придурка с КВН, попадёт хохлатый в плен,
В самом экстренном, невыгодном случае.
Если всё не будет норм, воронью пойдет на корм.
И закончит свою ЛАЙФ невезучую.

РОССИЙСКИЕ ЛИБЕРАСТЫ:
Ну, а криворожский шут все просравший там и тут,
Приползет обратно к Эрнсту в «Останкино».
Если будет он готов, снимут с ним сезон «Сватов».
С новыми артистами, и с остатками.

Макаревича вернут. «Кухню», «Смак», других приблуд.
Богу — богово. Уандеру — зрение.
А под самый Новый год Пугачиха пропоёт.
Миру — мир. Жидам — гешефт. Трампу — премию!

Донбассу мы пошлем сочувствия лучи
В «Аллею ангелов» мы лайки набросаем
Мы осознали, что пора дружить с Китаем
И заменять чизкейк на квас и куличи.

Ответ бандеровцам дадим сурово
Нелигитимен киевский режим
Мы открываем мир других мужчин...
За деньги — да. Но не с Зеленским Вовой.

во сне мы снова будем рядом,
как прежде — тихо, без преград.
но наяву — лишь тень былая,
и в сердце стынет горький яд.

ты ушёл без слов, без боли,
без прощальных тяжких фраз.
просто стал далёкой долей,
смытым временем рассказ.

я прятал теплоту в ладонях,
дарил её, не говоря.
ты был как свет в туманной дрожи,
как утро, сгинувшее зря.

то окно в комнате общажной —
раскрыто в ночь, в глухой рассвет.
в кустах внизу — след неосторожный,
а в больнице — твой последний след.

врачи не успели, не смогли,
время застыло, как в стекле.
я всё ещё в той тёмной мгле,
где ты — лишь призрак на заре.

и вот опять — ночной обман,
ты рядом, словно не было разлук.
я тянусь, но тает твой туман,
остаётся лишь безмолвный звук.

во сне мы останемся вдвоём,
в мире, где нет ни боли, ни потерь.
я знаю: это лишь мечта,
и этот сон — оставит след.

Привет
В далеком окошке свет
Мне так одиноко здесь
Во сне
Ты снова пришла ко мне
Спасибо за то что ты есть

Вчера
Не ладилось все с утра
Я ждал что ты позвонишь
Боюсь
Что увижу когда проснусь
Как грустно ты вновь молчишь

Спеши
Звони или хоть пиши
В ответе за прирученных мы
Печаль
Кругом стекло бетон и сталь
Ты шанс убежать из тюрьмы

Тёрки задёрнули шторки
Улеглись переждать непогоду
И между тёрками тёрки
К согреву вели и приплоду