Новые произведения

Скажи мне, Господь, и реши за меня,
Какова же окажется жизнь здесь моя?
Открой через мудрых мне дело моё,
Чтобы зря я не тратила время своё.
Вдруг я останусь одна, без супруга,
И уйдёт от меня та родная подруга;
Вдруг не услышу детей моих гласы,
И вовек не коснусь я священческой рясы.
А если одиночкой пойду в монастырь,
Буду в кармашке под сердцем носить свой псалтырь;
Я скроюсь от общества, спрячусь в лесу,
Без куртки смиренно промокну в грозу.

Я хочу, я желаю, моё сердце кричит,
Я жажду молитвы, что всех излечит,
Которую молвить я буду в ночи;
Или стану тайком я таскать кирпичи.
Но я рвусь быть с людьми, рассказать им о вере,
Чтобы каждый из них в Иисуса поверил.
Хочу научить чему сама научилась,
Показать как росла, поучалась, смирилась.
Направь меня, Боже, как Сам пожелаешь,
Ведь душу мою безупречно Ты знаешь.
Я каждый день и минуту Тебе доверяю:
Бог не даст всем плохого – это вечно я знаю.

Пришла подруга,
Вздыхает тяжело…
Завариваю чай тихонько
Думаю, чего ей так
Вздыхать?

Есть муж и детки подросли,
Сама домохозяйка.
Никто не треплет нервы
На работе, чего ей так
Вздыхать?

Разлит по чашкам чай.
С конфетами вприкуску
Мы пьем его.
Болтаем что, почем,
Как муж и дети?

Опять вздыхает тяжело…
Ну, что там у тебя
Случилась?
Ей задаю вопрос.
Чего ты так вздыхаешь?

И опустив глаза, подруга
Начала рассказ.
«Поставила недавно стирку.
Решила мужу брюки
Постирать.

Засунула в карман я руку,
Там чек. Ну, чек да чек,
Несу в корзину выбросить
Скорей.
Глазами чек смотрю
И вижу…

Пирожное «любовь»,
Что в виде сердца…
Два кофе, латте
И американо, и всё…
Покупок больше нет.

Вся жизнь перед глазами
Вмиг.
Ножом по сердцу…
Что делать, не могу
Пока понять…

Уйти самой или прогнать
Мне мужа… и тридцать
С лишним лет долой»…
Задумалась тут вдруг
Я о «семейном» счастье…

Сама я тридцать лет
Жила «несчастной»
Без мужа, без детей
Ночами плакала в подушку,
Завидовала я подружке…

Меня никто не предавал
Жила тихонько я сама
С собою…
Попробуй, рассуди
Кому же горше мне иль ей.

(Быль)

Он снял папаху, словно груз веков,
Оставив в прошлом кодекс строгих правил.
Среди чужих огней и городов
Он якорь свой в тумане заприметил.

Сказал: "Я - просто человек Земли,
Мне тесно в рамках крови и традиций".
Но за спиной сжигались корабли,
И в зеркалах стирались предков лица.

Забыт язык, что сталь в горах ковал,
Не слышен зов молитвы на рассвете.
Он новый мир себе нарисовал,
Где нет долгов - он лишь за жизнь в ответе.

Но в тишине, когда замолкнет шум,
Среди толпы, где всё легко и ново,
Его пронзит случайный ритм струн
Иль чьё-то резкое, до боли в сердце, слово.

Свободен он. Но как тяжел тот шаг,
Где за спиной - лишь выжженное поле.
Ведь трудно жить, когда в твоих глазах
Нет гор, дающих силу даже в неволе.

Сколько отпущено времени чувству?
Кто угадает, какой его срок?
Только сегодня без милой мне пусто:
Где ты, желанный любви огонёк?

Очи большие с загадочным блеском,
Страстные речи без связи и сна.
В мире живём с тобой неизвестном,
Смотрит сквозь окна большая луна.

Нежные руки, покатые плечи,
Эти сияющие жаждой глаза…
Наши фигуры на стенке всё резче!
Чувства в охапку возьмут небеса.

Сегодня женщины красивы,
Как никогда, как никогда!
Наряды модны и игривы,
Цепляют взгляд твой, как меня.

Сказать, что все они счастливы –
Не то, чтоб нет, но иногда:
Они в сей жизни прихотливы –
Не каждой выпадет звезда!

Их большинство, зато мужчинам
Придётся долго горевать:
По объективным всем причинам
Семью им трудно создавать.

Красивых женщин очень много,
Как никогда, как никогда!
И выбор их проходит долго:
Так могут улететь года!

Ветка сирени – подарок сердечный:
Нежное чувство любви я храню!
Где ты, мой друг, ласковый, нежный?
Помнишь ли ты нашу весну,

Первые встречи в апрельские ночи,
Запах сирени в тёмном саду?
Их возвратить хотелось бы очень,
Только тропинку к ним не найду.

Ветка сирени, что Вы подарили,
Памятью бьётся в сердце моём.
Если бы снова жизнь повторили,
Были бы вместе теперь мы вдвоём.

Так уж сложилось:
любовь безвозвратна!
В нашем саду теперь осень живёт.
Каждой весной сирень мне приятна,
Будто любимая встречу всё ждёт!

2 слова треплются на ветке,
Как птицы в клетке до утра,
И на уме сидят так крепко,
Но их сказать не могота.
У них одна и та же пара,
Одна и та же мысль у них,
И словно заперта в подвалах
Вся гениальность рифм иных.
Проходит время, месяца,
И сутки, дни, и вдруг года,
И также на слоях листа
Лежат отдельно те слова.
Какая жалость! Безысходность!
Терзание и души и чувств!
Предвижной разумом жестокость,
И всё встречает та же пуств.
Картина жаждущий стараний,
Великолепленных желаний
Теряет суть в кромешной тьме,
Сгорая в алом очаге.
Поймёт меня не умный малый,
Не тот, кто правильно читал,
Иль тот, кто для народа старый,
А тот, кто многое писал.

[Verse 1]
Холод по коже, хотя в комнате лето,
Разум рисует пустые сюжеты.
Шепчу, что люблю, но сжимаются плечи,
Тело не верит в фальшивые речи.
Сердце стучит в незнакомом регистре,
Вязнут в тумане ненужные мысли.
Это не нежность, а просто зажим,
Мы от себя слишком долго бежим.

[Chorus]
Это иные измерения, телесный сигнал,
Разум молчит, но мой пульс закричал!
Алекситимия — в горле комок,
Тело считало опасный порог.
Это не близость, это гипноз,
Мир иллюзий рассыпался врозь!
Остановись, не ври себе зря,
В клетках моих догорает заря.

[Verse 2]
Интуиция бьёт током прямо под дых,
Я задыхаюсь в объятьях твоих.
Словно привычка, как старый наряд,
Но в каждой поре — спасительный яд.
Ты — не судьба, ты — тяжёлый балласт,
Тело моё тебя больше не даст.
Сброшу оковы, прерву этот сон,
Где каждый вдох был тобой искажён.

[Bridge]
Спасенье внутри, в тишине, в пустоте,
Я больше не верю своей темноте.
Лимбический ритм, первозданный ответ,
Там, где был сумрак, рождается свет.
Спаси себя сама... Слышишь?

[Chorus]
Это иные измерения, телесный сигнал,
Разум молчит, но мой пульс закричал!
Алекситимия — в горле комок,
Тело считало опасный порог.
Это не близость, это гипноз,
Мир иллюзий рассыпался врозь!
Остановись, не ври себе зря,
В клетках моих догорает заря.

[Outro]
Не ври себе...
Тело не лжёт...
Другие измерения...
Я свободна.
[End]

20.02.2026 г. 10:02
ПаТаВи

Как вывернута западная милость,
Без совести - что им остаётся...
У них так: чтобы сохранить терпимость,
Лишь нестерпимо нужно за неё бороться

Здесь ложь подходит и любой подлог,
Перетасовка фактов и натяжки.
Переобуться в воздухе - грешок,
Они и не заметят без подсказки.

Им истина - что пыль из под сапог,
За правдою не станет вороньё!
Всегда найдётся новый, хитрый слог,
Желаемое выдать за свое.

Подделкой, скажем, с вышитым узором,
Иль блеском фальши не своей медали.
Не важно, что по жизни ходим вором,
Коль можно гордо ложь представить идеалом

А если кто-то вдруг споткнётся, спросит:
«Где ж тут логика? Где здравый смысл?»
То им в ответ "презумпциею"бросят
И мир вокруг покажется чуднЫм

А в ход и "толерантность" - тяжкий щит,
От критики любой, от всяких слов.
Кто скажет правду - тот уже разбит,
Лишен всех прав, не мил, полон грехов.

Вот так и строится их мир, на дымке,
На страхе, на подмене, на нужде.
Всё в блеске, в новой, обнулённой симке
А суть - как тень, что развеялась в воде.

Я не кричу. Кричать - это значит верить,
что кто-то услышит.
Я не умею просить. Я умею терять и мерить
глубину падения взглядом, пришитым к закату.
Я не ищу тепла. Тепло - это иллюзия кожи,
которую могут содрать. Ты онемеешь.
Я не хочу быть сильной. Я просто не могу быть другой, похожей
на тех, кто умеет жить без осколка в теле.
Я вся состою из щелей.
Сквозь меня проходит ветер и чьи-то голоса.
Я заклевала себя до смерти. Честно. Жалей
не меня, а тот свет, что погас, не прося.
Я перепутала боль и любовь еще в детстве.
Теперь мне все равно, чем кончается близость - иглой или лезвием. Почти пустяк.
Я научу тебя тишине. В ней нет бедствия.
В ней нет тебя. И нет меня. Есть только небо над взвесью.
Слышишь, я падаю вниз? Это не крик - это почва
ищет меня, чтобы стало хоть что-то опорой.
Я не умею прощать. Я умею молчать очень точно.
И задыхаться от нежности, вшитой в который
раз под ребро. Ты не слышишь? Конечно! Там пусто.
Там гуляет сквозняк и шуршит моей бывшей кожей.
Мне нечем дышать. Это самое страшное чувство -
когда воздух есть, а вздох уже невозможен.
Я не дописала роман. Я не дошила платье.
Я не дожила до марта. А, нет! Я дожила до марта. Но я его не люблю. Я не дождалась мая.
Теперь я как будто в плену.
Самое страшное в смерти - последнее объятье,
которого не было.
Не приближайся. Я пахну грозой и гарью.
Я вся - оголенный провод под напряжением.
Мы все тут немного мертвые. Просто не все мы в курсе.
Я в курсе. И это единственное моё спасение.

Мир немеет, распадаясь
Золотыми огоньками.
Я иду, не спотыкаясь,
Над седыми облаками.

Там, где ветер стих устало,
В колыбели звёздных кружев,
Мне и целой жизни мало,
Чтоб понять, кто мне так нужен.

​Пусть секунды станут пылью,
Вспыхнув ярко на мгновенье.
Обретают мысли крылья,
Побеждая притяженье.

​Но пока мерцают свечи,
Рассыпаясь под стопами,
Не позволены нам встречи
Над седыми облаками.

Дай мне свой голос – я сделаю эхо,
Дай мне свой страх – я построю тюрьму.
Жизнь – это просто дурная помеха
Свету, летящему прямо во тьму.

​Дай мне надежду – я выкую цепи,
Дай мне финал – я начну всё с нуля.
В полуразрушенном будто бы склепе
Кружится слишком устало Земля.

Дай мне свой сон – я расставлю капканы,
Дай мне покой – я создам ураган.
Время залижет открытые раны,
Но не заполнит пустой океан.

​Дай мне любовь – я сожгу её в пепел,
Дай мне вопрос – промолчу я в ответ.
Кто-то когда-то был волен и светел,
Но на холсте лишь размазанный след.

Дай мне свой гнев – я залью его сталью,
Дай мне свой смех – сотворю тишину.
Мир обернётся невидимой шалью,
Тянущей с силою души ко дну.

Саша сына родила,
Прекрасного богатыря.
Александра, поздравляем
Счастья, радости желаем!!!
***
Здравствуй Сеня, Сенечка,
Маленький Арсенечка!!!
С днём рождения тебя,
Рада вся наша семья.
***
Здоровья маме, малышу,
Я всех Святых благодарю!!!
Мы будем скоро вас встречать,
И день рождения отмечать!!!

Как ни старалась - не уснуть:
Какие-то виденья...
Воспоминания спугнуть -
Нет у меня стремленья...

Пускай, приходят и теснят
Друг друга, повторяя:
"Не спи, когда другие спят..." -
Ночная блажь такая...

Как будто бы фотоальбом -
Ожили фотоснимки:
Вот старый двор и старый дом -
Березки да осинки...

А вот - огромный мухомор:
Соседка показала...
Наш дачный воздух и простор...
Лишь полчаса с вокзала...

Мороженое не купить -
Ну ладно... Электричка...
Мелькают рельсы словно нить...
Березки, сосны, птички...

Обычный летний дачный день -
Вот вспомнился зачем-то...
Смотреть альбом обычно лень...
Вновь вспомнила я лето...

Наверно, пять десятков лет -
И зим - уж миновало...
Как будто прошлого привет...
Вновь ночью... Вспоминала...

Стою на носочках в холодной прихожей,
Мне страшно спугнуть торопливое время.
Твои сигареты проникли под кожу,
Я снова тобой болею.

Ты хуже простуды. Скажу откровенно,
Мне больше по нраву свалиться с ангиной,
Чем день ото дня тебя чувствовать в венах
И тенью бродить по миру.

Мне память рисует нелепые скетчи,
Осколки когда-то счастливых мгновений:
Летящие хлопья, декабрьский вечер,
В глазах - никаких сомнений.

Упрямое сердце, какого же чёрта
Ты водишь меня по десятому кругу?
Живём настоящим, а прошлое стëрто,
Мы стали никем друг другу.

Сожгли свою нежность до серого праха,
Взлетели до неба и рухнули в пропасть.
Просила у Бога лишить меня страха,
Взамен даровав гордость.

Но высшие силы в недоброе время
Звонком прерывают молчание комнат.
На ватных ногах добираюсь до двери
И падаю в твой омут.

Белорусскому поклон крестьянину
Низкий, до земли, от всей души
Мужикам, что утром
Раньше-раннего
На заводе начинают жизнь
Людям всем почтенным, уважаемым
Что на шахтах Солигорских руд
Медикам, что трудятся
По праздникам
Нашими проблемами живут
Вот пожарный из огня спас мальчика
А другой с девчонкой на руках
Всем в погонах кланяюсь Старательно
Пусть в бандитах поселяют страх!
Дворникам, сантехника
Электрикам
Хлебопёкам мой земной поклон
Людям кланяюсь
Что из Отдела Первого
Им особый, самый низкий он!
2024
Беларусь (Минск)

Восторженно вторят капелям синицы:
«Закончились стужи, явилась весна!
У дремлющей жизни открылись зеницы,
На солнышке тает лугов седина.

Родился подснежник, поющий: «Осанна!
Чудесна бездонных небес синева!»
Звенят по оврагам ручьи неустанно:
«Свободны от пут ледяных рукава!»

Рисует весна каждый день акварели,
Открыв добротою волшебный ларец.
В дубраве послышался голос свирели:
«Прекрасен Великий, Всевышний Творец!»

Исчезла на сердце тоска и тревога,
Коснулась души осторожно любовь.
Счастливой мечтою зовёт вдаль дорога,
Согрета надеждой цветущая новь.

Припев:
Весна – кудесница природы,
Все распахнула окна в доме!
Горят янтарные восходы,
Ликуя в чувственной истоме.

Разевает кукушонок
Черный рот, бездонный рот.
Голос резок. Голос звонок.
Голос мечется, зовёт.

- Братья, сестры! Сестры, братья!
Жёлтый пух, беззубый взгляд!
Нам на всех любви не хватит!
Только кто в том виноват?!

Сестры, братья! Братья, сестры!
Вы и живы и мертвы! -
Рвется голос, хищный, острый
Из чернеющей дыры.

Сердце дрогнет - сбой программы.
Я еды ему не дам.
Плачет бездна: "Мама! Мама!"
Дай, Бог, силы матерям!

Мы помним этот солнечный июнь
Нам не забыть
Двадцатых чисел радость
Куда ни глянь мой друг
Куда не плюнь
Ты ощутишь
Восходов ранних сладость
Приятен май, он нежен и хорош
Цветами по-весеннему украшен
Но от июня радостная дрожь
Остался навсегда
Он в сердце нашем
Ты помнишь
Тот пронзительный звонок?
Над лесом Боровлянской
Средней школы
Вот жизни начинается урок!
Мы в класс вернулись
Через время снова
За партами мы снова чрез года
Не все пришли...
Нас с каждым годом меньше
А сколько за окном лилАсь вода
Как слёзы, что роняет поднебесье
Мне не забыть ушедший вдаль июнь
И тот рассвет, что после выпускного
Куда ни глянь мой друг
Куда ни плюнь
Вся наша жизнь
Экзамены и школа
2024
Беларусь (Минск)

Родной мой, милый. С юбилеем!
Дожил теперь ты, до седин.
Его мы дружненько отметим.
Смотри Мишань ты не один!

Мы все с тобой - друзья,родные!
Мы сквозь года,ту дружбу пронесли.
Любовь, терпенье, радости простые
Мы делали, всё что могли.

Живи же долго и счастливо!
Ещё лет сорок - не болей!
И каждые пять лет мы обещаем,
Составом тем же праздновать
Твой юбилей.