Новые произведения

Вышла во двор —
Солнце улыбается мне!
Вокруг — белый‑белый ковёр,
Как страница в начале весны.

Весна летит ко мне, торопится,
А Зима уступать не хочет,
Свой белый ковёр ткет, искрится,
Разбрасывает бриллианты в ночи, днём, ночью.
Заманивает необыкновенной красотой,
Мерцает, манит рукой ледяной.

Глаза смеются от счастья —
Всё вокруг чисто, светло, ясно.
Белый чистейший ровный лист…
Под ногами снежок,
Словно музыкальный рожок:
Скрип‑скрип — играет со мной,
Мелодию зимы напевает живой.

Иду. Дышу.
По снегу, как по скатерти белоснежной,
Как будто пробираюсь сквозь тьму
К вечности целой, к свету новому.

Весна хочет вступить в права,
Да Зимушка ерепенится,
Ворчит, но уже без гнева,
Отпускает, хоть и не спеша.

Как воробушек, что нашёл зернышко,
Поклевал — и с благодарностью скачет,
Зачирикал свою песенку,
Тоже радуется, весну чует,
Весной веет.
Снежок на земле белеет,
Шепчет: «Пройдись по чистоте этой,
Наполнись весенним светом,
Прими этот дар — последний привет».

Чувствует Зима‑зимушка:
Скоро передать придётся
Весне права —
Час настал, срок истёк.
А я наслаждаюсь — пока ещё зима
Мне подарок прощальный шлёт,
Приглашает меня в хоровод,
Где снежинки кружатся, как года.

Кругом — весенний звон,
Кругом — тишина,
И я по белому снегу иду одна…
Нет, не одна —
Я окружена такой красотой:
Звенящей, летящей, волнующей,
Во власти матушки, что пока держит
Вожжи — но мягко, не строго,
Как ребёнка, что вырос, выпускает из терема,
Дарит свободу, свет, тепло.

Иду. Любуюсь.
Ни о чём не думаю —
Но всё отпускаю,
Всех прощаю,
А главное — себя прощаю
В Прощёное Воскресенье.
В этом снежном свете, в этой тишине —
Мир становится проще, ясней, добрей.

Маньяк простой, изысканный в манерах
Поборник кекса, тонкий ретроград
Знаток плюща и лаборант химеры
Порока жбан, пристрастья рафинад

Не убоится формы строгих правил
Изгибов плавных женского бедра
Заносчивости приторных тщеславий
И ярких чувств кипящего котла

Взирает вдаль с упрямостью студента
Как суслик зоркий с жадностью на корм
И ждет, как зверь, удобного момента
Как ждет возврата суммы кредитор

Он как банкир, ведет игру прилично
Готовый взять имущество в момент
Когда финал развязки драматичный
К нему в кусты пришлет ангажемент

У каждой жизни, есть свой срок, часы запущены с рожденья, как жизнь свою
 прожить ты смог, вмешался ль ты, в Господнее творенье.
 Тебе Господь дал чёткий механизм, живи и радуйся мгновеньем,  да нет, то время медленно бежит,  то наоборот спешит, ускорить, или остановить ты пробуешь мгновенье.
 Ты в спешке жил и жизнь прошла так быстро, сидишь и думаешь как время повернуть назад,  и маятник замедлить невозможно, ведь ты привык все в жизни ускорять.
Другой нетороплив, живёт как черепаха, секунды тянутся как час, что можно сделать за минуту, на день растянет, а может и не сделать в этот раз.
 Его часы так медленно идут, всегда опаздывает, его всегда все ждут, он многое послал в забвенье , и это, его мгновенье.
Ещё один, живёт чётко по часам, все успевает, на всё хватает время и лишнего с собой не тащит никогда, зачем ему чужое бремя.
И вот итог, все встали на прямой, у одного заканчивается время,  а у другого, хоть и времени полно, отяжелел, и еле тащит свое бремя.
 А третий на легке, все в жизни он успел, и для себя пожить оставил время.
Как  распорядились мы, перед какой чертой стоим, и как использовали свое отпущенное время.

Попрошу у всех прощения!
Сегодня прощённое воскресение.

Будут чучело сжигать,
Зиму будут провожать,
Но зима не отступает,
Снегом землю засыпает.

Уходи скорей, зима!
Ждём весеннего тепла.
Солнце в небе ярко светит,
Каждый для себя заметит,
Как становится теплей.
Приходи, весна, скорей!

А потом наступит лето,
Нарядом ярким всё одето.
Будем снова мы купаться,
Днями тёплыми наслаждаться.

My Love,
You know I have adore you.
And I can't take the shackles of love away,
And now, despite your ignoring,
I don't be quiet, because I need to say!

I'll tell you, dear - you still my sun, my shining,
I can't to see you, but I still believe,
That you will come to me again, my darling,
And you, my everything, won't want to leave.

I'm sorry, honey, I tried to forget you,
Forget your eyes, your smile - but all in vain!
The distance between us - it's doesn't matter,
You are my soul, forever you're my pain.

В суете дней, в круговороте дел,
Ты мчишься вдаль, забыв, что ты хотел.
Забыв про смех, про тихий шёпот звёзд,
И мир вокруг теряет свой окрас.

Но вдруг остановит твой безумный бег
Простым вопросом: "Солнышко, ну где ты?"
И в этот миг, как будто бы во сне,
Ты вспомнишь всё, что дорого тебе.

Забыты цели, что казались так важны,
И все тревоги, что терзали душу,
Лишь этот голос, нежный и родной,
Вернёт тебя к себе, к душе живой.

И вдруг остановит твой безумный бег
Простым вопросом: "Солнышко, ну где ты?"
И в этот миг, как будто бы во сне,
Ты вспомнишь всё, что дорого тебе.

Неважно, сколько пройдено дорог,
И сколько испытаний дал нам Бог.
Важнее знать, что есть тот светлый луч,
Что разгонит все тучи, все печали.

И вдруг остановит твой безумный бег
Простым вопросом: "Солнышко, ну где ты?"
И в этот миг, как будто бы во сне,
Ты вспомнишь всё, что дорого тебе.

Солнышко, ну где ты?
Вернись ко мне, вернись.
Солнышко, ну где ты?
В глазах твоих вся жизнь.

Ты строишь планы, гонишься за сном,
За призрачным успехом, за огнём.
Теряешь нить, что связывает с домом,
И сердце бьётся в ритме незнакомом

И вдруг остановит твой безумный бег
Простым вопросом: "Солнышко, ну где ты?"
И в этот миг, как будто бы во сне,
Ты вспомнишь всё, что дорого тебе.

Солнышко, ну где ты?
Я жду тебя, поверь.
Солнышко, ну где ты?
Открой мне эту дверь.

Он шагал по проспектам, огнями залитым,
Там, где звёзды неона сияют в ночи.
Там, где водятся полчища мечт не прожитых,
Где на каждый твой вдох тебе шепчут: "Молчи!"

Он хранил оголённые даром рассветы
И осколки небес, что ловил на ходу,
И чертил на асфальте иные планеты,
Не согласные жить в надлежащем ряду.

Говорили ему: «Не смеши и не бредь ты,
Этот мир не для тех, кто витает вверху».
Но в глазах у него зажигались кометы,
Раздвигая бетонную мглу и труху.

Умерщвляли его, как свинцом, равнодушьем,
И душили любовь аккуратной строкой,
И дробили полёт осторожным: "Так лучше!",
И гасили огонь деловитой рукой.

С каждым днём тяжелели прозрачные крылья,
С каждым сном угасал неземной горизонт,
И привычка казаться сменила усилье
Разбивать над толпой повседневный бетон.

Он остался пустой, и без цели над бездной,
Без дерзания в голосе, без высоты.
Не от пули погиб — от покорности трезвой
Был убит в нём хранитель безумной мечты.

Любовь — это пламя, что жжёт и не гаснет в груди,
И шёпот ночной, что срывается в крик на рассвете,
Это шаг в пустоту, где не знаешь, что ждёт впереди,
И дрожащая вера, как пламя свечи из-за ветра.

Эта нежность внутри, как весенний разлив по реке,
И не спрятать её ни за смехом твоим, ни в молчаньи,
Это имя твоё на горячем моём языке,
И бессонная ночь под тяжёлым, как грех, ожиданьем.

Я теряюсь в тебе, как в тумане теряется путь,
Я ломаюсь о страхи, о ревность, о прошлые тени,
И пытаюсь, зажмурясь, поглубже в те чувства нырнуть,
Чтоб найти в глубине хоть крупицу, частичку спасенья.

Раз болит, значит, живо, раз рвётся — не зря так горит,
Пусть метели сомнений ревут и сбивают с дороги,
Если сердце, изранено, всё же тобою стучит —
Значит, есть у любви право быть, значит, это от Бога.

И когда через слёзы, сквозь годы, сквозь тьму и разлад
Мы дойдём, обессилев, но всё же держась друг за друга,
Обернётся страдание ярким, цветущим, как сад,
И не будет в нём места для страха, для зла и разлуки.

Утро кофейное —
Лёгкое, бодрое.
Утро без времени —
Томное, доброе.

Утро воскресное
Неторопливое.
В мягкой постели
Блаженно-ленивое.

Лучиком солнечным
Теплой дорожкой
Будит украдкою
Через окошко.

Утро сегодня
Тебе улыбается!
Мир пробуждая,
Весна начинается!

У счастья так много хлопот и заботы:
Утром кофейным будить на работу,
Бликами солнца светить на окошки,
Чтоб веселей людям стало немножко.

Для счастья так важно, для счастья так нужно,
Чтоб чувствовал каждый себя очень нужным,
Чтоб поцелуем в любимые щёчки
Мама будила сыночка и дочку.

У счастья всегда сотню дел наперёд:
Качели катать то назад, то вперёд,
Лужи налить, чтобы резво в сапожках
С хохотом шлёпали детские ножки.

Чтобы голодный бездомный щенок
Отныне домашний и не одинок!
Чтобы ему на диван разрешали,
Чесали за ушком, кормили, гуляли.

Счастье звонком, неожиданной встречей,
Счастье обнимет тихонько за плечи,
Песней по радио сердцу знакомой,
Счастье найдёт вас в дороге и дома.

Счастье стучится в окошки и двери,
Даже туда, где в него мало верят.
Тёплым внутри огоньком засияет
В душе у того, кто вдруг счастье узнает!

Счастье украдкой, сверкает слезинкой,
Счастье в глазах — доброй яркой искринкой,
В гости зайдёт и к тебе, точно‑точно!
Трудится счастье всегда, даже ночью!

Я извиняюсь перед теми,
Кого обидел не взначай.
Встаю пред вами на колени
За грубость слёзы и печаль.

Меня за всё вы извините,
Я тоже вас за всё прощу.
В моё вы сердце постучите,
Я в сердце вас своё впущу.
22.02.26.
Касымов А. Х.

Что вы просите...,в эфире:"Педро,Педро...",-
и волнуется,и слов не шепчет море.
Обезличенность...,душа хотела ветра
и венка,конечно,к изголовью.

Спотыкалась,плакала,искала,
провожала платья и причёски,
выла по ночам и теребила...
пальцы.Стерегла... Зачем?... Свои обноски.

Всё кончается и жизнь,и даже нежиль,
Сталин ночью тайно захоронен...
Жгутся книги...,вот тебе и Кремль,
и попутчики...,и путь,что обновлёнен.

Жизнь - зари ,слепящая прохлада,
детский смех,наивность,жажда счастья.
Разум - ключ от комнат,где отрада...
Нечего накликивать ненастья.

Я не вижу,ничего не вижу,
я ослеп,и дирижёр фальшивит...
Что смогу из слов,то и воздвижу,
может,душу кто свою починит.

В небесах, где свет не гаснет,
Слышен голос, что так ясен.
Он зовёт, как добрый друг,
Разгоняя страх вокруг.

С утра колени преклоню,
И помощь Бога попрошу.
Душа так жаждала тепла,
Чтоб вера в сердце ожила.

Твоя любовь – мой верный щит,
И сердце радостно стучит,
Когда я чувствую Твой взгляд,
И знаю – Ты со мной всегда.

Ты слышишь каждый вздох и стон,
Твоя любовь – над миром трон.
Ты видишь все мои пути,
И помогаешь мне идти.

За каждый новый день хвалю,
За милость, что я так люблю.
За то, что Ты всегда со мной,
Хранишь меня Своей рукой.

За солнце, что встаёт с утра,
За шёпот ветра у окна.
За каждый миг, что я живу,
За то, что верю и люблю.

За то, что в трудный час любой,
Ты рядом, мой Отец родной.
И даже если я упал,
Ты руку помощи подал.

Пусть бури жизни не страшат,
Когда Твои слова звучат.
В Твоих объятиях мир найду,
С Тобою дальше я иду.

Твоё присутствие – мой щит,
От зла и бед меня хранишь.
В Твоих словах – покой души,
И силы новые в тиши.

Так пусть же славится Творец,
Наш вечный, любящий Отец.
В каждом вздохе, в каждом дне,
Ты присутствуешь во мне.

С три короба наговорить -
Бывает, накипело:
Исповедальностью мне жить -
Живу... Такое дело...

Всё о себе да о себе -
Всем даже неудобно:
Могли бы тоже - о судьбе...
Молчат... Ну как угодно...

Женской поэзии струна -
Она, друзья, такая:
Я о себе всегда должна...
А вы о ком - не знаю...

Уж как я о себе начну -
Меня не остановишь:
Сама я от себя усну -
Вот сколько тараторишь...

Стихи и песни вновь о том,
Что для других - пустое...
Наверно, исповедей - том...
Издание - простое...

Так хочется хоть помечтать:
Обычная бумага,
И строчки черные - мелькать...
Всё ж о себе - отвага...

Кусок Луны в окно таращится
В надежде мною срытое прознать.
Как комеража ярая поставщица,
В чужую жизнь свой нос не устает совать.

Кто спит с женой своей, а кто с чужою,
Кто к наслаждению чрез чуждое идет, —
Все подмечается всевидящей Луною,
Когда она над крышами взойдет.

А я бесхитростен, как «девушка с веслом»,
Среди заброшенной аллеи.
Убожество пристрастный критик в этом зреет,
А посему пора сие на слом.

С путанами я дружбу не вожу
И к наркоте пристрастья не имею.
Я, как в сугроб, в постель свою ложусь,
И только кот домашний мои ноги греет.

И хоть причин таиться я не вижу веских,
Пойду, задерну все же занавески.

Боевая подруга, на День защитника
подари любимому носки и пену.
До синевы выбрит, в свежих носках он как щит
заслонит Родину. Такую стену
врагу не преодолеть.
Крепка броня.
А если в это время Шаман начнет петь,
то стоять будет насмерть, печаль в сердце храня.

***

В февральский день, когда снега
Ложатся тихо на погосты,
Мы вспоминаем имена —
Тех, кто ушёл дорогой жёсткой.

Горел закат над перевалом,
Песок скрипел под сапогом,
И ветер в скалах бушевал,
Как эхо выстрелов кругом.

Далёкий край — Афганистан,
Чужие горы, чуждый зной,
Но шёл солдат сквозь пыль и жар
С одной надеждой — домой.

Письмо от матери в кармане,
И фотография в груди,
А в небе — звёзды над горами,
Как огоньки родной земли.

Гремели взрывы в тишине,
И ночь казалась бесконечной,
Но верность долгу и стране
Хранили сердце человечно.

Сегодня — двадцать третье февраля,
И память вновь тревожит души.
Мы чтим тех, кто прошёл огня
Сквозь годы трудные и стужи.

Пусть будет мир над головой,
Пусть не зовут тревоги трубы,
И пусть вернувшийся герой
Улыбку дарит самым любимым.

А тем, кто в горах навсегда,
Мы шепчем тихое «спасибо» —
За то, что в грозные года
Они стояли гордо, смело.

Такая жизнь, река забвения,
сегодня снова новый день.
Моё опять перерождение,
и вновь на сердце легла тень.

Я слишком много размышляю,
в субботу утром и вообще.
Сама себя я не прощаю,
сижу в углу, в своём плаще.

Сама себе даю советы,
себя прощаю и реву.
Мечтаю вновь дожить до лета,
и встретить раннюю весну.

******

По морозцу в день январский,
Сани весело несли,
Заблестели Ваши глазки,
Глубиной к себе влекли.

Колокольчики-бубенчики,
Переливчато звенят,
Ну не будьте так застенчивы,
Поцелуйте же меня.

Институтка Лизавета,
Я, как мальчик в Вас влюблён,
Раздаётся песня ветра,
Обижаться - моветон.

Колокольчики-бубенчики,
Словно вестники судьбы,
На пути её изменчивом,
Верстовые ждут столбы.

А пока же мы так молоды,
А пока - так горячи,
Как, мой ангел, Вам не холодно?
Солнце миру шлёт лучи.

Колокольчики-бубенчики,
Сколько лет умчалось вдаль...
Вы с другим, увы, повенчаны,
А со мной живёт печаль.

Светофоры на перекрёстках,
Жрецы дорожного культа,
Столбов железных наросты,
Встречают хмурое утро.

Качает маятник жизни,
Рукой механической время,
Я - тень, потерянный призрак,
Идущий в пропасть со всеми.

Молчит оцифрованный разум,
Смирившись с ролью мишени,
Разбились осколками фразы,
В плену иных прегрешений.

Черёд людских поколений,
Утратил сомнений опоры,
Глазами быков на арене,
Краснеют вдали светофоры.

Гомункулы в хрупких ретортах,
Зеркальных нейронов отростки,
Стоят светофоров когорты,
На уличных перекрёстках.