Новые произведения

Тело одето в хорошие тряпки.
Тело ухожено. Тело в порядке.
Ванны. Массажи. Масло на тосте.
Каждую ночь — миллион удовольствий.
Что же душа? — И она не без дела, —
Вся в беспокойстве о радостях тела.
Быть на посылках всё время легко ли?
Отдохновенье — глоток алкоголя,
Малая смазка уставшего духа:
Тело взбодрить и развеять чернуху.
Мир переменчив, и где-то за тридцать
Первенство снова к душе возвратится.
Тело теперь у неё на посылках:
Стопка, стаканчик и — небо в бутылках...

Солнце в небе меж деревьев,
Но есть недостающий пазлик.
Я свято в это поверил:
Твоя рука в моей освещает мой лик.

Твоя ручка в себе
Не носит сакральный смысл.
Просто с миром в борьбе
Я на неё ставку повысил.

Твоя уведёт рука
От всего, что есть объективно.
Глаза взглянут в твои глаза,
И губы скажут тебе «спасибо».

Вдохновенье приходит не всегда,
Я знаю,
Это всем понятно,
Но бывает иногда,
Что чувство это
Не так явно.

Вот сидишь ты
За столом
И кажется, что
Смог уловить ты момент этот.
Ты берешься за перо,
И пропадает все моментом.

Заснул уже давно наш город,
Одна лишь тишь кругом стоит.
Никто на улице не спорит,
Луна в окно всем нам горит.

Укутан двор ночным туманом,
Звезда тихонько серебрит.
Плывет, как будто океаном,
Пейзажи нам она творит.

Намутит нам она с луною
Картины, холст, большой портрет,
Плывя небесною волною,
Танцуя в воздухе балет.

Забудешь с ней ты все обиды,
Смотря на звездный здесь фонтан.
И этой ночью не услышишь
От всех людей сплошной обман.


20.04.2026

Заборы выше, лица строже, и заперты входы,
В календаре зачёркнут красный, вольный Первомай.
Боятся тех, кто помнит вкус достоинства и свободы,
Кто не готов безмолвно сдать родной рабочий край.
Прислали «сверху» игрока — заезжего атланта,
Чтоб гайки затянуть потуже, совесть усмирить.
Но нет у них для созиданья искры и таланта,
Им проще всё, что строил дед, под корень развалить.
Зачем кормить орду чинуш, что спрятались в мундиры?
Чей страх сильнее, чем любовь к покинутым дворам?
Они в уютных кабинетах делят мир на дыры,
А по счетам платить велят обманутым сердцам.
Но тишина в Рубцовске — это вовсе не смиренье,
А сталь, что закаляется в предчувствии огня.
Придёт пора, и наше общее, народное решенье
Разрушит стены из вранья и призрачного дня.
Пусть прячутся за шторами, пока кипит столица,
Пусть пишут письма в пустоту, скрывая свой испуг.
Рубцовск — не рухлядь, не руины. Это — наши лица,
И крепость крепко сжатых, честных, трудовых рабочих рук.
Мы это народ, мы это КПРФ. Правда за нами.

02.05.2026г. 17:31 ПаТаВи

[Verse 1]
Мы бродим по улицам в свете луны,
Нам тайны людские отсюда видны.
Один потерялся в тумане вина,
На завтра слегка поболит голова.
Мы видим, как время стирает следы
Того, кто испил этой горькой воды.
Но есть те, кто заперт в своём тупике
С пустой головою и камнем в руке.

[Pre-Chorus]
Солнце поднимет того, кто упал,
Но разум не купишь, коль ты его сдал.

[Chorus]
Пьяный проспится, дурак — никогда,
Это течёт сквозь века и года.
Хмель испарится, как в полдень вода.
Пьяный проспится — дурак — никогда.

[Verse 2]
Вино — это временный, призрачный плен,
Но глупость не знает иных перемен.
Она как фундамент, застывший в веках.
Мы видим её в этих тусклых зрачках.
Мы смотрим на мир, где ошибки простят
Тому, чьи глаза лишь сегодня блестят.
Но если внутри только выжженный лес,
То там не случится великих чудес.

[Chorus]
Пьяный проспится — дурак — никогда.
Это течёт сквозь века и года.
Хмель испарится, как в полдень вода.
Пьяный проспится — дурак — никогда.

[Bridge]
Ясность вернётся, когда стихнет шум.
Но где же найти потерянный ум?
Тяжкое бремя на слабых плечах.
Правда застыла в печальных очах.

[Outro]
Просто проснись,
От вина много бед.
А дураку не нужен совет.
[End]

ты приставил пистолет к моей голове
я и не знал про козырь в твоём рукаве
и вот я стою неподвижно
твой голос больше не слышно

сначала сказал: "да все ок!!"
и ты нажал на курок
1:0 наш с тобою счет
и алая струйка со лба потечёт..

Тучки- маленькие бегемотики,
По небу плывут и свисают животики.
Их солнышко плавит, они опускаются,
Опять облака одной влагой питаются.

Им кудри закрутят как букли ветра.
Прогонят, чтоб не опоздали, пора,
Друг с другом плывут, обгоняя, смеясь
И в вечной любви, так наивно клянясь.

Плывут караваном, уносятся вдаль,
Ныряют покорно за горизонталь,
Пролиться хотят, похудеть, но беда!
Сегодня им очень к лицу… полнота.

Гавайское платье в цветочек
И синего цвета волна,
И этот чудесный денёчек –
Всё, как продолжение сна.
Как будто и сплю я, и вижу,
Как будто бы всё наяву,
И музыку моря я слышу,
По пляжу тихонько иду.
Те синие волны легонько
Ноги моей достают,
И не сомневаюсь нисколько,
Что здесь я живу, как в раю.
Быть может, тебя я здесь встречу,
Ты как продолжение сна,
И вместе с тобой не замечу,
Как ножки целует волна.

2014 г., зима

В телефоне сотни имён,
А на деле одна тишина,
Все смеются, пока тепло,
Но уходят, когда беда.
Я делю свой хлеб на всех,
Ни один не стучится в дверь,
Если мне совсем темно,
Кто останется теперь.

Припев
Их слова как дым в руке,
Растворяются легко,
Я смотрю им прямо в след,
И за мной их больше нет.
Где же вы теперь друзья,
Когда плохо на душе,
Кто же скажет вслед, братан,
Ты держись с тобою, я.

За столом был громкий смех,
Пока шёл мой лучший день,
Но когда пришла зима,
Все исчезли, так как тень.
Знаю я всё это ложь,
Пелена проклятых глаз,
Если я уйду на них,
То один уйду без вас.

Припев
Их слова как дым в руке,
Растворяются легко,
Я смотрю им прямо в след,
И за мной их больше нет.
Где же вы теперь друзья,
Когда плохо на душе,
Кто же скажет вслед, братан,
Ты держись с тобою, я.

Я учусь быть сам с собой,
Без дешёвых обещаний,
Не могу я взять с собой,
Тех, которые подставят.

Припев
Их слова как дым в руке,
Растворяются легко,
Я смотрю им прямо в след,
И за мной их больше нет.
Где же вы теперь друзья,
Когда плохо на душе,
Кто же скажет вслед, братан,
Ты держись с тобою, я.

Жизнь разбилась на осколки
Словно тонкое стекло
И судьбы такой недолгой
Резко время истекло.

Всё закончилось мгновенно.
Боли нет и страха нет.
Тело это драгоценный,
Только хрупкий инструмент.

Оказался ненадёжным
Организм такой родной.
Слишком слабый, слишком сложный.
И душа летит домой.

Возвращается к истоку
Повзрослевшая душа.
Коротка её дорога
И легко по ней бежать.

Лёгок путь к заветной цели –
Очень хочется просить
Небеса о новом теле,
Чтоб ещё разок пожить.

Вознесением Христос завершил
То, как нам на земле послужил,
Заплатив на кресте за грехи
Всех людей нашей грешной земли.

Ждём Его возвращения с надеждой.
И Господь к нам вернётся!... Но прежде
Приготовить нам надо сердца,
Чтобы встретить достойно Христа.
Юлия Родионова

Дотронусь, а мох такой мягкий,
Нежнее, чем бархат травы,
Изумрудный и серый, он всякий,
Красив, как парик безволосой коры.

Покрытые мхом пни и кочки,
Деревьев седые стволы,
Намотанные шерстяные клубочки
Согрели носочками ножки ветлы.

Продавливаются ладошкой,
Тактильные кошечек лапки.
Он шёлк, он живой, он немножко
Блестит перламутром, но зябкий.

Он вытянет влагу из капель дождя,
Тумана, холодного ветра- крыла.
У тени, всю тёмную суть украдя,
Пьёт капли, что нежно роса разлила.

Ты опять на стекле,
Пишешь имя моё,
Я уже не хожу,
Я уже далеко.
На руке мой браслет,
На губах твой вопрос,
Я молчу, но внутри,
Уже всё занесло.

Припев
Не держи, отпусти,
Мне так легче идти,
Я срываюсь с крючка,
И лечу без причин.
Если хочешь вернуть,
То не словом, а так,
Подойди, докажи,
Что тебе не пустяк.

В рюкзаке мой билет,
В голове мой маршрут,
Ты хотел, чтобы я,
Снова была с тобой.
Но я выбрала шаг,
И не стала просить,
Если надо уйти,
Значит выбора нет.

Припев
Не держи, отпусти,
Мне так легче идти,
Я срываюсь с крючка,
И лечу без причин.
Если хочешь вернуть,
То не словом, а так,
Подойди, докажи,
Что тебе не пустяк.

Пусть у дома твой след,
Тихо гаснет всегда,
Я не стану назад,
Возвращаться к тебе.
Всё, что было, прошло,
Как вода по стеклу,
Я теперь на своём,
И назад не сверну.

Припев
Не держи, отпусти,
Мне так легче идти,
Я срываюсь с крючка,
И лечу без причин.
Если хочешь вернуть,
То не словом, а так,
Подойди, докажи,
Что тебе не пустяк.

Знаешь, близкий человек!
Сказочный старый дуб,
Поведал, приоткрыв свежий сруб,
О том, что вне времени,
Чему время подводит итог.
Отныне, проводя ладонью
По твоему темени,
Не имею, априори, возможности
Ухватить помыслы,
В которых ты мне посторонний;
Но осязать единство противоположностей -
Легко: как коромысло
Очевидно на луне, полной луне.
Настежь окна озёр, рек:
Когда открытые соцветья губ,
Вспорхнув, касаются незыблемых порогов,
Порогов вечности без потолков и стен,
Где коридоры текут паутиной дорог,
Равняя предлог, залог и пролог.
Тебе открывается то же, что мне.
Знаешь, близкий человек!
Мудрой улыбкой заверил ветхий дуб
Волнительность, естественность таких перемен.
24.09.2012

Над темно-сине-серым,
Отражающим тучи:
Чайки летали, чайки кричали.

- Свобода - в искреннем
Желании жить благополучно,
Привечая радости, прощая печали.

- Свобода в выборе честности,
В самом акте выбора,
В результате: в мудрости, в любви, в горе.

Чайки глотали чёрствости,
Радуясь улову хлебному.
У перепончатых лап распевалось море.

15.01.2025

Свобода - сесть в машину
И ехать в горный лес.
Свобода - зайти в ледяную
Реку, руками разгребая отражение небес.
Свобода - отпустить собаку
И разделить ее восторг.
Свобода - жизни слякоть
Воспринимать как место, где всегда есть Бог.

10.01.2026

Не грусти.
Или грусти со вкусом.
Отпусти
Повисшую тяжёлым грузом
На душе,
Бордово-серую печаль.
Синий шёлк
Свободы от ожиданий привечай.

09.01.2026

Ветер стучится в окно.
Тепло разливается в теле.
В воронке - Кения Маунт, зерно.
В блокноте - важные темы.
Случится катарсис меж строк?
Сумею выразить боли?
Дождь джазом взрывает мой подоконник.
Свобода - писать, как дышать, от бемоля к бемолю.

08.01.2026

Горы — застывшие крики столетий,
Гранитные губы сомкнуты в тоске.
Снег на вершинах — седины столетий,
Тени — как шрамы на древнем челе.

Над краем мира, где небо расколото,
Где пропасть дыханьем зовёт в пустоту,
Орёл расправляет крыла позолоту,
Бросая вызов судьбе и кресту.

Он не ищет добычи. Он ищет ответа:
Почему так тяжек небесный простор?
Почему в этом мире, под этим рассветом
Свобода — как боль, как немой приговор?

Взмах крыла— и скалы дрожат в изумленье,
Ветер стонет, срываясь меж острых камней.
В одиночестве кружит, в гордом терпеньи,
Словно знаменье забытых огней.

Горы молчат. Но в их молчанье — вещанье:
«Кто однажды взглянул в эту бездну — тот свой,
Тот уже не вернётся к теплому чаю, к молчанью,
Тот отныне — как этот орёл, одинок и живой».

И когда он, пронзая туман и сомненья,
Исчезает в лазури, как знак и как зов,
Я шепчу: «Я — своя. В этом вихре, движеньи,
В этой жажде полёта — я тоже орёл!»