Новые произведения

Прожив свои полсотни лет,
Позвольте жить своей судьбою.
С любимым мне встречать рассвет ,
И с ним идти одной тропою.
И сколько нам Господь отмерил
Хотим мы счастливо прожить!
Ведь к Счастью нам открыты двери!
И Вера помогает жить!
26.06.2025 Ливия

Когда стоишь ты на краю,
Не знаешь где найти свой рай,
Переосмысли жизнь свою,
Не наступай на жизни край.
Не суетись и успокойся,
И сделай вдох глубокий грудью,
Восходом солнца ты умойся,
Проникни этой жизни сутью.
Тебе Господь дал жизнь и свет,
Тебе дал сил и мудрости,
Не говори ты жизни слово: "нет",
Дыши, живи, не делай глупостей.
Наш грех - рождение на свет,
Наш грех - запретный плод сорвать,
Всегда у всех есть в жизни свой просвет,
И надо верить в чудо и не унывать!

Я строчку за строчкой
Себя излагаю
Кладу себя на бумагу
Дрожащей усталой рукой

Пишу и пишу непрестанно
Поставив на паузу жизнь
По видимому жизненно мало
Говорят мне отрывки страниц

Исписать себя не удастся
Время не трать на бессмысленность
Ведь я смог в строки играючи
Вселенную в себе уместить

Я- другой. Нет, не клоун, не шут.
И, когда предо мною рояль,
Совершаю невиданный трюк:
Смех меняю на нежность, печаль.

Черно-белое радует глаз.
Да, устал от кричащих цветов.
И гармония звуков - как дождь,
После шума и суетных слов.

Пусть сейчас полежит на полу.
Мой кудрявый огромный парик
Я, конечно, его заберу-
Быть шутом безупречным привык.

Но пока я - другой - музыкант..
Пол часа хватит мне на игру.
Не волнуйтесь, на сцену опять
Завтра радовать вас прибегу.

Растаяли в ночи огни последнего вагона,
Пустой перрон,
Забытый кем- то в суматохе чемодан .
И кружит в вальсе ветер
слетевший  лист потрепанных реклам.

-----'-----  ------  ------- ------ -------
Минула ночь.
Туман  собой окутал  здание вокзала.
На лавочке лежит опавшая листва.
Сметает дворник мусор ,
Шуршит метла ,
играя  с ветром в салки.
Спешат к перрону
взволнованные ,
в предвкушеньи , 
пассажиры.
Смотритель с фонарем
с почтением  освещает путь.
Вдали , сквозь пелену тумана  уже видны огни ,
И слышится протяжный паровозный звук.
По рельсам ,
гулом нарастая, 
стучат колеса - тук.....тук....тук.....

Ах, всё гори! А я — пушистый зайка.
Не стоило садиться мне за руль.
Где мой шофёр? И нет, я не зазнайка —
Мне маникюр мешает, маникюр!
Ах, мне бы лимузин и два шофёра,
А не старьё — машину и панель.
Всё дома проржавело, всё убого,
А я хочу Шанель и Куршевель.
Мне «Ниву» твою старую не жалко —
Такой давно уже гореть в аду.
Ну да, конечно, для машины — свалка,
Но я её туда не повезу!
Мне надоели булки и пельмени,
И очередь в «Пятёрке» и «ОБИ».
Хочу доставку на дом я курьером,
Поклонника хочу в Абу-Даби.
Твоя зарплата, милый мой, ничтожна,
Я зря потрачу молодость свою.
И если расхрабрюсь я, то, возможно,
С работы и уборщицы уйду.

Пыль стоит над Гиндукушем, солнце жарит, как утюг,
Мы израненные души тянем медленно на юг.
По ущелью кони скачут — это духи на хвосте,
Кто-то в роте тихо плачет: «Мы погибнем в тесноте!»
Командир обвёл нас взглядом: «Нужен смертник, пацаны,
Чтоб задерживал прикладом этих пасынков войны».
А Ваня сплюнул: «Я согласен! Мне терять-то нечего!
Только дайте снаряженья для лихого вечера.
Три ствола и три гранаты, три рожка и три ножа,
И идите с Богом, братцы, не забудьте кореша!»
Мы ушли, роняя слёзы, под прикрытием скалы,
Ваньку съели бы ду́хи или горные орлы.
Через день тоска прижала: «Как он там, один, в раю?»
И решили мы — примчаться, взять его похоронить.
Залетаем мы в ущелье, приготовив скорбный вид,
А в ущелье — новоселье! Ванька... кажется, не спит.
Справа — горы героина, слева — горы анаши,
Живописная картина для измученной души!
«Стингеры» лежат рядами, пулемётов — пруд пруди,
Ванька светит орденами на затянутой груди.
А вокруг — толпа душманов, все притихли, как один,
Смотрят в рот ему, болвану, словно он их господин.
Ванька трезв, но взгляд искрится, он на корточках сидит,
Перед ним — за три границы — каска медная блестит.
Он три каски лихо крутит, как заправский шулер в Твери,
И духам мозги всем мутит: «Ну-ка, Сейфутдин, смотри!
Ставлю ящик самопала против твоего осла!
Угадай, где под каской там граната залегла?»
Старшина заржал упал на камни, ротный выронил затвор,
Ванька мастерски и плавно продолжает разговор:
«Эй, бача, не будь унылым! Кручу-верчу, запутать хочу!
Где граната? Ткни-ка рылом! Или я похохочу!»
Духи шепчут: «Шайтан-мерген...», отдают последний «Бур»,
А Ваня подмигнул нам: «Парни, я тут взял их на измор!»

В мой грязный мир впущу я дождь.
Я так сама сейчас хочу.
Он смоет боль, он смоет ложь.
И от покоя не смолчу.
Стихи как голос для немой
Мне наконец-то, Бог, подашь.
И задыхаясь в море слов,
Возьму я в руки карандаш.
Я будто снова ожила,
А раньше будто не жила.
На миг рождается огонь,
И вновь я набираю тон.
О том, о чем лишь Ты поймешь,
О том, что слышал только дождь.
Я так устало напишу:
Как хорошо, что я.. дышу.

Раскрошил на меня десять тысяч объятий.
Уходил навсегда, навсегда уходил.
Моё глупое счастье зачем-то припрятав,
Тихо бросил:" До двери меня проводи..."

Но зачем мне теперь эти жалкие крохи...?
В драгоценной любви ты так жадно грешил.
Тишина. Моего одиночества грохот.
Жаль любви, но...меня ты зачем раскрошил...?

Бывает час- когда душа немеет,
И мир вокруг становится чужим.
Тоска холодным ветром в сердце веет,
И жизнь проходит..Словно горький дым.

Привычный быт - тяжёлая окова,
Где каждый день как бесконечный бой.
И не найти сочувственного слова,
Чтоб обрести- утраченный покой.

Шум детских игр и суета земная,
Лишь глубже тянут в омут пустоты...
Душа болит. Отчаянье скрывая.
И рушатся надежды и мосты.

В толпе людей так страшно одиноко...
Когда никто не видит бездны глаз.
Судьба порой бывает так жестока,
Что гаснет свет в последний, горький час.

Не каприз это - тяжкое бессилье,
Когда нет сил ни плакать, ни дышать.
И подрезает рок незримый крылья,
Мешая в небеса- душе лететь опять.

Ещё вчера тебя качал я на руках,
Ещё вчера тебе я сказки пел,
Я знаю, что сегодня ты со мной,
Теперь ты стала совсем большой.

Припев
Ты моя радость, ты океан,
Ты моё счастье и мой дурман,
Пусть дарит праздник тебе цветы,
Я пожелаю всю жизнь, живи,
Будь ты красива, как никогда, Мамина радость и гордость моя.

Солнце пусть светит тебе в окно,
Дождик ласкает тебя легко,
Пусть в твоём сердце играет джаз,
Слушай, его напевай про нас.

Припев
Ты моя радость, ты океан,
Ты моё счастье и мой дурман,
Пусть дарит праздник тебе цветы,
Я пожелаю всю жизнь, живи,
Будь ты красива, как никогда, Мамина радость и гордость моя.

Пусть этот праздник тебе принесёт,
Радость и сказку в твой хоровод,
Пусть улыбаются звезды тебе,
И подпевает волк при луне.

Припев
Ты моя радость, ты океан,
Ты моё счастье и мой дурман,
Пусть дарит праздник тебе цветы,
Я пожелаю всю жизнь, живи,
Будь ты красива, как никогда, Мамина радость и гордость моя.

Политика. Такие вот дела…
Нам ценности меняют не спеша,
Готовят ненавязчиво к тому,
Что белое разбавит скоро тьму.

Хотя, пардон, скорей, наоборот —
К нам чернота со всех щелей уж прёт.
Но то жирафам на верху видней,
Медведь с кем нынче дружит средь зверей.

Как часто нам показывают то,
Что Те — такие же, как Мы… Но всё не то.
Сказать-то можно: «Человек Земли,
Мы все едины: Мир. Любовь. Цветы».

Но только было изначально в чистоте…
Есть Расы Света, ну а есть — совсем не Те.
И очень много тварей создано из тьмы,
Что биомасс плодили на пути.

Палитра красок в мире радости полна,
Но что же будет, коль смешают нам цвета?.
(2024)

Край родимый и красивый,
Тут живу и я
Красноярском он зовется
Здесь прекрасная река Енисеюшка
Люблю я Красноярск
Люблю Сибирь.
Люблю все улицы и проспекты тут
Люблю гулять я вечерком
По берегам любимого Енисея!

Пришёл приказ,
А я снова пьяна тобой
Не долго думая, проспалась
И начала я вещи собирать.
Собрала и поехала я в военком
Прошёл день, другой, а ты не звонишь и
Не пишешь, сразу задумалась я
Но вот генерал вошел и выдал автомат!

Люби меня за то, что песни я тебе пою,
Люби за то, что строчки я красивые тебе пишу,
Люби меня за то, что я люблю тебя!
Люби за все меня:
За глазки, За красивую улыбку, за преческу и за голосок
Люби меня, люби
Люби за все.

Война прошла, а парня нет
Сестричка ждет его
Но он не возвращается
Пришли мужья, а сына нет!
Ушли бомбежки, голод и разруха
А внука нет!
Момент один, помню он звонил.
Это было десять дней назад.
Война ушла, а он так и не вернулся...
Жалко сына, нет его
Не нашли тела его.
Помню говорил он, плохо сестрица мне
Не доживу я до конца.
И тут я поняла это была
Жуткая, ужасна кровью пролита
ВОЙНА!

Соври мне, что завтра будет все иначе
И мы проснемся близкими
людьми
А холод, что стоял стеной, ничего не значил
К тебе я чувствами томим, меня пойми

Соври мне, что в твоём сердце для меня есть место
Собой заполни мысли вместо пустоты
Мне подари надежду быть с тобою вместе
Прошу, соври мне, но не рушь мечты
Соври, что для меня открыты в твою душу двери
Соври, что будешь ждать всегда, где бы я ни был
Ведь были венчаны мы небом
Соври мне, и я тебе поверю

Соври мне, я не прошу о многом
Давай сыграем в лживую любовь
И не смотри ты на меня со взглядом гордым
Ножи вонзая в меня вновь и вновь

Не узнает никто, что в душе у поэта.
Ночи без сна, алкоголь, сигарета.
Как против глаз зелёных нет иммунитета,
И пропадает он, и не видать рассвета.
Он за неё и жизнь свою готов отдать,
Так сильно залетела в его сердце.
Не спать не может, не дышать,
И пульс стучит под миллионы килогерц.
Глаза красивые свели его с ума.
Ты просто друг, сказала эта дама.
Душа его не хочет это принимать,
Но ничего не сможет с этим сделать.
Когда-нибудь, быть может, там вдали,
Оттает сердце этой снежной королевы.
И будет место для его любви.
И вновь польются веселящие припевы.

Билет
Её билет был просрочен,
Её поезд ушёл,
Сердца пульс обесточен,
Разорван памяти шёлк.

Она одна на перроне,
На плечах пуховая шаль,
И лишь гудки в телефоне
Прерывистым эхом в даль.

Фото на мутном экране,
Грустная нежность глаз...
Любви осторожность на грани,
Словно в последний раз...

Она не пришла, осталась
В прошлом, чтобы забыть,
В ней зарождалась усталость,
Она устала любить...

Её билет был просрочен,
В кармане скомкан, измят,
Сердца пульс обесточен,
В никуда израненный взгляд.
Евдокия Пухова
23.03.26.

Dеscrеdо

Пролог:
Порой: устав в пути земном,
Тропой печали искусившись,
Всему поспешно научившись,
С тоскою грезим об ином,
Другом, нездешнем, присно вещем,
Что мимо зряшной суеты,
Сердец слепящей маеты,
Истой дари'т, пред кой трепещем.
/АК/
__________________________________

В небес затишье не поверив,
Их тишине ответив: «нет»,
Души больной отверзив двери,
В долине «завтра» правый свет
Узрел, но ненависть обрушив
На правоту чужих пустот,
Своим несчастьем их расту'шив,
Навеки канул в зев немот;
Немот пристрастий молчаливых,
Глубинам, высям, красоте,
Чужась сомнений озорливых
Мутливой мрети в чистоте.
Но правда есть, надежда тоже,
Упёрся взгляд, неся дозор,
Мечтаний чаянья лишь строже,
Душа покойна, зрит призор.
Поверил страстно, обозлённо,
Наотмашь, напрочь, навсегда;
Лишь страхом смерти уязвлённа,
Испуг пред вечным никогда.
А может нет её, заклятье
Моё заставит отступить
То неизбежное проклятье,
Что есть — тому уже не быть?
Тогда и впредь, и ныне присно
Я сердцем чую неба твердь,
В объятях жизни землю стисну,
Её триумфом сгину смерть.
Мольбою укрощу стихию,
Слезами вычищу судьбу,
Я, монологом литургии,
В свободу обращу табу.
В добро переиначу злое,
Безумье в подлинную мысль,
Зверинному придам людское,
Небытию — пережитое,
Погибелью наставлю жизнь.
________________________________

Эпилог:
Жить! Только б жить!?
Нет! Мелко кредо,
Неможно эдаким блажить,
В порядке антиномий бреда:
Тел перемётанная нить;
Свет, что доверием изведан,
Тьму сможет только растворить,
Нам образ божий заповедан,
Подобьем чтобы жизнь творить.
/АК/