Любовная драма

1
"Уйди! Уйди! Ты мне противен!
Ты отвратителен и мерзок!" –
Кипело всё в груди ундины
И наконец... в слезах изверглось.

2
Давай потешим самолюбье
Приятной ложью, что нас любят.
Прикроем истину обманом
И горечь вытравим дурманом.

3
– Ты где работала и кем?
– В семье работала женою.
Для всех была как манекен,
Не церемонились со мною.
Был изверг-муж, его семья,
Тоска зелёная и склока.
Пять лет жила в тюрьме той я...
Ждала тебя, мой синеокий!

4
Вчера держался крепко фронт,
Врагам в лицо смотрел я смело.
Сегодня враг со всех сторон.
И предана любовь всецело.
Бьёт в спину та, кого любил.
Страшна возлюбленной измена.
И фронт держать нет больше сил,
И смысла нет вставать с колена.

5
Мы призываем сон, забыться чтоб во сне,
Ворочаясь в растерзанной постели.
Но нет счастливых снов в холодной тишине,
И мира нет, которым мы владели.

6
Одно касание и слово –
И луч надежды
Заставит сердце биться снова,
Как билось прежде.
Ударят огненные токи,
Пронзая тело, –
И станет ближе свет далёкий
И мир весь в целом.
И вновь с рассвета до заката
Мы будем вместе...
Но я молчу, тоской объятый,
Заложник чести.

7
Когда любовь уступит место дружбе
И нежный взгляд спокойным встретят взглядом,
Считай, мой друг, что больше ты не нужен
И у тебя нет права быть с ней рядом.

8
Горе не море: выпьешь до дна.
В мире такая ты не одна.
Главное, сердце чтоб не остыло
И всё вокруг не казалось постылым.

9
Беру твою руку и чувствую холод
Мира, который враждою расколот.
Гляжу в твои очи: в бездонных глубинах
Покоятся ночи со мной, нелюбимым.

10
Не успев погаснуть, войны вспыхнут.
Мир наш шаток, чувства наши зыбки.
Разве в силах кто-нибудь привыкнуть
К острию язвительной улыбки?!

11
Естественно, легко, непринуждённо
Он относился к женщине любой.
Стремился к ним и нощно он и денно,
Но нехорошей та была любовь.

Его желали женщины безумно,
Не размышляя, вместе шли ко дну
Только за то, что он красив и юн был
И не любил, любя всех, ни одну.

12
Отняла обнимавшую руку,
Отклонилась, глаза отвела,
Обрекла болью слов на разлуку
И ушла - вот такие дела.

13
Что между нами осталось?
Ложь. Напряженье. Усталость.
Дождь, шелестящий листвою.
Дрожь с непонятной тоскою.

14
Как это трудно улыбаться,
Когда в душе бушует буря
И мир в неполные семнадцать
Вконец не прОпит, не прокурен!

Но это сделать хочет дура,
Прикрывшись именем Амура,
Которая рулит тобою
И называется судьбою.

15
– Ты любишь её?
– Ну да.
– Она тебя?
– Кажется, тоже.
– Вы счастливы?
– Иногда.
– Кино, одним словом!
– Похоже…

16
Не надо говорить
Красивых слов напрасно.
Прибереги их для
Глупышкиного уха,
Она без всяких слов
На всё с тобой согласна –
Не может отказать
Проплаченная шлюха.

17
Обманул нас любви треугольник,
Погрузив в сладко-пьяный туман.
На уловку попался, как школьник,
Заглянувший в французский роман.

Мир затопит, казалось нам, нежность
И встряхнёт необычный экстаз.
А в финале всё так же, как прежде.
Даже хуже, пожалуй, в сто раз.

18
Больше не мучились и не смеялись –
Возле излучины молча расстались.
Слёз не роняли горючих нисколько.
Ивы плакучие плакали только.

19
Мечтало сердце об одном,
Чтоб были мы с тобой близки.
А ты его – ножом, ножом,
А ты его – в тиски, в тиски.

20
Благодарю Вас! Всё идёт прекрасно.

Не так уж часто опускалась плеть.

Теперь, покуда солнце не погасло,

Я буду гимн любви ушедшей петь.

Я расскажу в стихах о светлом счастье,

Которое украдено другим.

Я расскажу, как все мы сопричастны

К той пустоте, где места нет двоим.

Я вижу то, чего здесь нет,
Что глубоко от всех ты прячешь.
Я слышу, как в дворце-тюрьме
Ночами чёрными ты плачешь.

Не пожалел богатства хан,
Чтоб ты покинула Россию
И где-то в пекле южных стран
Наряд примерила красивый.

Горит алмазами наряд
С восхода солнца до заката.
Но не вернуться тем назад,
Кто в этот "рай" попал когда-то.

Среди сварливо-скучных жён
Ты проклянёшь своё бессилье.
И путь здесь будет завершён
Красивой дочери России.

Ни улыбок, ни взглядов, ни рук,
Ни сплетения страстного пальцев.
Лишь стена, поглотившая звук,
И молчанья гнетущего панцирь.

Ничего, что могло б окрылить,
Обласкать, обнадёжить, возвысить.
Тянет чёрт канительную нить,
Чередою играя бессмыслиц.

Если женщина смотрит, как в чёрный квадрат,
Отрешённо, с тоскою-кручиной, –
Значит справиться ей тяжелее в сто крат,
Чем с такою же болью мужчине.

Хорошо, если ангел крылом оградит
Или силы найдутся в запасе,
А иначе она тонкой свечкой сгорит
И никто боль души не погасит.

Как порою мучительны рамки
Неуверенности и стыда
Для того, кто любовью был ранен,
Но замкнулся в свой мир навсегда.

Сколько кануло нас, осторожных,
Не познавших тепла алых уст,
Из-за этих предательских, ложных,
Стерегущих покой рабских чувств!

Не к тебе я спешу вечерами в обитель,
Не тебе я клянусь, уходя на рассвете.
Не с тобою нас вихри кружили событий,
На открытых просторах пронизывал ветер.

Не к тебе по ночам мои мчались призывы,
Всполошив сонный мир, поднимая с постели,
Не твоею любовью капризною живы
Светлых, праздничных чувств голубые метели.

Ты лишь отзвук на крик наболевшего сердца,
Ты лишь вспыхнувший свет моих прежних желаний.
По законам каких-то душевных инерций
Отголоски я слышу влюблённости ранней.

Облетела листва золотая,
Журавли поплыли за окном.
И нам тоже пора. И мы знаем...
Но, листок календарный листая,
Всё чего-то с надеждою ждём.

Дни бегут. В тучах спряталась просинь,
Растворилась кленовая сень.
Что хочу я ещё? Что ты просишь?
Разве может вернуть любовь осень,
Если то не под силу весне?

Нам пора. Журавли оттрубили.
Клин растаял за дальней горой.
Мы отпели своё, отлюбили.
На губах поцелуи остыли,
И в душе умирает герой...

Друг на друга глядим виновато.
Всё сожгли. Бесконечная грусть
Нам за юность шальную расплата.
Разве думали мы, что когда-то
Сердце сдавят слова "ну и пусть"!

Вот я пришла. Прими меня как есть.
Не призывай в наш дом всевышних судей.
Мне Бог судья. Он путь мой видел весь.
Бог всё простит, что не прощают люди.

Стою одна, тростинка на ветру,
Твоя любовь у твоего порога.
Впусти меня, единственную, ту,
Что задержалась из-за бурь в дороге.

Прими меня. Будь в милости велик.
Не доводи молчанием до боли.
Вся наша жизнь – один прекрасный миг!
Ты загубить его желаешь, что ли?

Парни охотливо лапают,
Врут похотливо в глаза.
И старики жаждут "лапочку",
Жён разлюбив телеса.

Страстно глядят в очи карие,
Встречного ищут огня –
Жёны ревнивые карами
Всеми пугают меня.

Ревность их ложью увенчана,
Вспенена морем вранья...
Просто я, слабая женщина,
В мире живу воронья.

Облетает листва золотая,
Журавли поплыли за окном.
И нам тоже пора. И мы знаем...
Но осенние дни всё листаем
И чего-то, чего-то всё ждём.

С каждым днём холодней неба просинь
И аллеи не манят под сень.
Что хочу я ещё? Что ты просишь?
Разве может вернуть любовь осень,
Если то не под силу весне?

Нам пора: журавли оттрубили,
За далёкой растаяв горой.
Мы отпели своё, отлюбили.
На губах поцелуи остыли,
И в душе умирает герой.

Всё прошло. Не гляди виновато.
Бесконечная светлая грусть
Нам за юность шальную расплата.
Всё проходит, проходит когда-то.
Ну и пусть!
Ну и пусть!
Ну и пусть!

Всё проходит когда-то. В туманную даль не смотри.
В сентябре позабудь всё, что было весёлого в мае.
Поскорее из памяти демонический облик сотри
И свою догони в небесах белокрылую стаю.

У тебя, молодой, будут встречи ещё впереди.
Улетай в те края, где дымятся морские рассветы.
Крик разбитого сердца, что вырвется вслед из груди,
Ты оставь умирать в золотых облаках без ответа.

1."Уйди! Уйди! Ты мне противен!
Ты отвратителен и мерзок!" –
Кипело всё в груди ундины
И наконец... в слезах изверглось.

2.Давай потешим самолюбье
Приятной ложью, что нас любят.
Прикроем истину обманом
И горечь вытравим дурманом.

3.
– Ты где работала и кем?
– В семье работала женою.
Для всех была как манекен,
Не церемонились со мною.
Был изверг-муж, его семья,
Тоска зелёная и склока.
Пять лет жила в тюрьме той я...
Ждала тебя, мой синеокий!

4.Вчера держался крепко фронт,
Врагам в лицо смотрел я смело.
Сегодня враг со всех сторон.
И предана любовь всецело.
Бьёт в спину та, кого любил.
Страшна возлюбленной измена.
И фронт держать нет больше сил,
И смысла нет вставать с колена.

5.Мы призываем сон, забыться чтоб во сне,
Ворочаясь в растерзанной постели.
Но нет счастливых снов в холодной тишине,
И мира нет, которым мы владели.

6.Одно касание и слово –
И луч надежды
Заставит сердце биться снова,
Как билось прежде.
Ударят огненные токи,
Пронзая тело, –
И станет ближе свет далёкий
И мир наш целым.
И вновь с рассвета до заката
Мы будем вместе ...
Но я молчу, тоской объятый,
Жду злые вести.

7.Когда любовь уступит место дружбе
И нежный взгляд спокойным встретят взглядом,
Считай, мой друг, что больше ты не нужен
И у тебя нет права быть с ней рядом.

8.Горе не море: выпьешь до дна.
В мире такая ты не одна.
Главное, сердце чтоб не остыло
И всё вокруг не казалось постылым.

9.Беру твою руку и чувствую холод
Мира, который враждою расколот.
Гляжу в твои очи: в бездонных глубинах
Покоятся ночи любви с нелюбимым.

10.Не успев погаснуть, войны вспыхнут.
Мир наш шаток, чувства наши зыбки.
Разве в силах кто-нибудь привыкнуть
К острию язвительной улыбки?!

11.Естественно, легко, непринуждённо
Он относился к женщине любой.
Стремился к ним и нощно он и денно,
Но нехорошей та была любовь.

Его желали женщины безумно,
Не размышляя, вместе шли ко дну
Только за то, что он красив и юн был
И не любил, любя всех, ни одну.

12.Отняла обнимавшую руку,
Отклонилась, глаза отвела,
Обрекла болью слов на разлуку,
Шанса встретиться вновь не дала.

13.Что между нами осталось?
Ложь. Напряженье. Усталость.
Дождь, шелестящий листвою.
Дрожь с непонятной тоскою.

14.Как это трудно улыбаться,
Когда в душе бушует буря
И мир в неполные семнадцать
Вконец не прОпит, не прокурен!

Но это сделать хочет дура,
Прикрывшись именем Амура,
Которая рулит тобою
И называется судьбою.

15.
– Ты любишь её?
– Ну да.
– Она тебя?
– Кажется, тоже.
– Вы счастливы?
– Иногда.
– Кино, одним словом!
– Похоже…

16.Не надо говорить
Красивых слов напрасно.
Прибереги их для
Глупышкиного уха,
Хотя без всяких слов
Она на всё согласна –
Не может отказать
Проплаченная шлюха.

17.Обманул нас любви треугольник,
Погрузив в сладко-пьяный туман.
На уловку попался, как школьник,
Заглянувший в французский роман.

Мир затопит, казалось нам, нежность
И встряхнёт необычный экстаз.
А в финале всё так же, как прежде.
Даже хуже, пожалуй, в сто раз.

18.Ни улыбок, ни взглядов, ни рук,
Ни сплетения страстного пальцев.
Лишь стена, поглотившая звук,
И молчанья гнетущего панцирь.

Ничего, чтоб могло окрылить,
Обласкать, обнадёжить, возвысить.
Тянет чёрт канительную нить,
Чередой награждая бессмыслиц.

19.Больше не мучились и не смеялись –
Возле излучины молча расстались.
Слёз не роняли горючих нисколько.
Ивы плакучие плакали только.

20.Жадно гулящие лапают,
Врут похотливо в глаза,
А старики кличут бабою,
Молятся на образа.

Ведьмой кажусь им коварною,
Дочерью злого огня.
СтрАшат ревнивые карами:
Видно, бояться меня.

Ревность жён ложью увенчана.
Безверие от вранья.
Просто я слабая женщина,
Горлица меж воронья.

21.Мечтало сердце об одном,
Чтоб были мы с тобой близки.
А ты его – ножом, ножом,
А ты его – в тиски, в тиски.

Погибнет сердце, как цветок,
Бездумно сорванный людьми.
Дай теплоты ему глоток!
Не вырывай, а так возьми!

Поверь: в нём нет ни капли зла.
Не жги его и не дави!
Зачем тебе его зола?
Оно дано мне для любви.

22.Благодарю Вас! Всё идёт прекрасно.

Не так уж часто опускалась плеть.

Теперь, покуда солнце не погасло,

Я буду гимн любви ушедшей петь.

Я расскажу в стихах о светлом счастье,

Которое украдено другим.

Я расскажу, как все мы сопричастны

К той пустоте, где места нет двоим.

– Не нападай!
– Не нападу.
– Давай заключим пакт о мире
И будем жить.
– Имей в виду:
Пакт лучше там, где зло в мундире.
Гарантом сделаем любовь,
Собрав в кулак её осколки,
Хотя мы разные с тобой –
Наружу вылезут иголки.
– Не нападай!
– Не нападу.
Не подставляй мне только спину.
– Слова твердишь ты, как в бреду.
– Иголки… Что мне делать с ними?!

В переливах праздничных огней,
В перезвоне пенистых бокалов,
В золотом и розовом вине
И в зеркальном отраженье зала –
Я везде, незримо я с тобой,
Твой хранитель, ангел падший твой.

И когда ты целый вечер с ним,
И когда уходишь в ночь глухую,
Я пою Любви Великой гимн,
Я тебя, невидимый, целую.
Я мечусь, отвергнутый тобой, –
Твой хранитель, ангел падший твой.

Где нет Любви, там Женщин нет
В своём прекрасном одеянье.
Живёт там горечь много лет
С терпеньем, жалостью, страданьем.

Где нет Любви, там нет Мужчин
С орлиным взглядом, словом гордым.
Там скот напившийся мычит
И требует вина и оргий.

Где нет Любви, там боль и зло
С клеймом рабов: «Не повезло!»

Отняла обнимавшую руку,
Отклонилась, глаза отвела,
Обрекла болью слов на разлуку
И надежду с собой увела.

По лёгкой прихоти природы
И по игривому уму
Ему досталась из колоды
Любовь земная одному.

Побить он мог любой с ней козырь,
Всё было с нею по плечу,
Но он, дурак, глотая воздух,
С испугу крикнул: «Не хочу!»

Она ушла бродить по свету,
Махнув обиженно рукой.
И больше карты счастья нету,
И нет везенья за игрой.

Она умолкла, дав возможность
Отреагировать ему
И ей задать вопрос несложный,
Но правомерный: «Почему?!»

А он стоял и улыбался,
Смотрел в открытое окно,
Где день весёлый занимался
И было всё озарено.

Она – всё для себя,
А он – всё для неё.
Она хотела мир,
Не соблазняясь частью.
Её манил успех,
Веселья шум, неон.
А он? Что дать мог он,
Помимо только счастья?!

– Мы любили. Что плохого?
– Всё! – ответила она.–
Ты – другую, я – другого.
Ты один, и я одна.
Две тропы бежали рядом
И ни разу не сошлись.
Не коснувшись даже взглядом,
Погубили глупо жизнь.
– Ну, зачем так горько, грозно?
Мы же встретились. А вдруг...
Может быть, ещё не поздно?!
– Поздно, очень поздно, друг!