Палата №6

И пальцы в кровь, и белые одежды,
И матовость стены и потолка,
Пропали вмиг молебные надежды,
Поднявшись ввысь и рухнув свысока.
Где мир, который так беспечен?
Где теплота, где нежность, где любовь?
Обрыв, полёт и мраморная вечность,
Убившая и мысль, и смысл, и новь.
И запах нафталина приговором,
Десятки глаз без искорки тепла,
И лязг запором, как щелчок затвора,
И обнажённость сердца догола.
Вяжите, бейте, нет его в помине,
Глумитесь, черти, он уже горит,
Конец пришёл пугающей рутине,
Ищите там, в нагроможденье плит.

И только у свечи над изголовьем
Мерцает Ангела родного огонёк,
Он тих и беззащитен. Обескровлен.
Как тот давно забытый мотылёк.

P. S.
Как жалко Ангела, душевно, без обиды,
Им достаются в лотерее индивиды,
И жить не жил, и умирать не в радость,
И чувствует свою он виноватость…

Поцелуи жгут, марь угарная!
Бархат кожи не гладит, а режет.
Отпусти, прошу, неустанная!
Тот, кто выдал меня, сука, брешет!
Не желал тебя ночью тёмною,
Не горела плоть, не звала в бреду,
И не алкал я тебя томною,
И не кликал взять на себя беду!
Может, зависть чья, подколодная?
Может, сглазил кто, позавидовал?
Ну какая же ты вся холодная.
Будто труп какой я насилую.
Задыхаюсь, ну отпусти уже!
Нет ни сил моих, ни желания,
Будто голый весь на твоём ноже,
Перетянут тьмой воздержания…

Пот залил лицо, слизь скользит по мне,
В небе блюдо луны, кровью полное.
На болоте, по шею в топи, во тьме.
И сверкает и гавкает молния.
Слёзы давят глаза, хоть и так злая ночь,
И от страха сдавило дыхание,
Нет, терпеть это больше невмочь, не морочь…
Отпусти моё, ведьма, сознание…

-"Что, опять пациента накрыла волна?"
-"Да уж лучше бы помер болезный."
-"А на улице солнце. Приходит весна."
-"Чур, денёк будет нынче чудесный…"