Александр Кноев 126
Писать стишки не так уж сложно, Четыре строчки наугад, Но вот любовь к стихам возможна, Когда ты каждой букве рад. И так ложится строчка к строчке, Растут сады и города, А ты боишься каждой точки, Ты хочешь быть таким всегда.
 
Этюд 33
Посмотри же, дорогая,
Что наделала кура',
Что, рецепта то не зная,
Приготовила вчера.

Не пойму я, что случилось,
Только чувствую нутром:
Курица не получилась,
У меня аж в горле ком.

На тебя смотрю с надеждой,
Ты красива, как всегда,
Но прикрыть себя одеждой
Не мешает никогда.
 
Вместе (Эпифора)
День начинает гореть - свет,
Птицы хотят петь - рассвет,
Лунные тени бредут - свет,
Звёзды снова уйдут - в рассвет.

Сколько прошло уже лет,
Помнишь ты или нет,
Столько зим, столько лет,
Что и ответа уж нет.

Вместе прошли много бед,
Стынет на нашем столе обед,
Ты для меня радость и свет,
Сколько бы ни прошло лет.
 
Она (Эпифора)
Дарит новый день - она.
Укрывает в свою тень - она.
Освещает ночью путь - она.
И найти поможет суть - она.

День, который я живу, - её.
Тень, что ляжет на траву, - её.
Свет, что может мне помочь, - её.
Правда, что подарит ночь, - её.
 
Время и книги
Растрачивая жизнь перед экраном,
Мы забываем то, что в глубине.
Сдружились очень сильно мы с диваном,
Остаться любим с ним наедине.

Но вспомните, как годы и столетья
Мир познавался на страницах книг,
И даже в трудностях былого лихолетья
Для чуда находился в строчках миг.

Вы оторвите взгляд свой от экрана
И гаджеты оставите в стороне,
Откройте книгу, никогда не рано
Нестись по полю на отменном скакуне.
 
Моя книга
Каждая строчка всё глубже уносит
В загадочный мир на страницах твоих,
В дальние страны волшебные бросит.
Эти мгновения для нас лишь двоих.

День уступает свой трон тёмной ночи,
Но не закончен мой путь среди строк.
Если сомкнутся усталые очи,
Я не узнаю героя тревог.
 
Мама
Александр Кноев
Ягода поспела?
Утром собрала?
И когда успела?
Вроде бы спала.

Так и удивляла
Мама каждый раз,
На руках держала
Маленькими нас.

А теперь и сами
Радовать хотим.
Ягодой, грибами
В путь детей снабдим.

Всю себя готова
Детям ты отдать.
Это есть основа,
Это - только мать.
 
Огородик
Я люблю природу,
Садик я купил,
Даже в непогоду
На него ходил.

Там две грядки ягод -
Клубни посадил.
Нет особых тягот,
Всё я изучил.

Землю взбил мотыгой,
Посадил и жду.
Вроде бы клубникой
На свою беду.

Ждал, что будет тонна,
Часто поливал,
А к концу сезона
Мисочку собрал.
 
Ягода
Детвора довольна,
Крики во дворе,
Все они невольно,
Будто бы в игре,

Бегают и скачут,
Ждут из кухни зов.
Ну а как иначе?
Уж обед готов.

Хорошо в деревне:
Позади весна,
Песни задушевны,
Ягода вкусна.

Собирай и кушай,
Хоть объешься впрок,
Никого не слушай,
Суй ты всё в мешок.
 
Я не хочу
Я не хочу быть здесь один,
Я не хочу знать все секреты.
Но всё, что есть мы отдадим
За кольца наши и букеты.

Я не хочу дрожать во тьме,
Я не хочу к земле склоняться.
Мне кажется, что я в тюрьме,
Мне нужно просто преклоняться.

Я не хочу гореть за всех,
Я не хочу спасать кого-то.
Но дайте мне сгореть за тех,
Кто подарил мне миг полёта.
 
Этюд 32
Наш хомяк бежит скорей,
Чтобы спрятать в норку,
Что одна среди корней,
Апельсина корку.

Очень он спешит туда,
Будто бы порхая,
Не оставив и следа,
Наземь не ступая.
 
Этюд 31
Хомяк мне, кажется, знаком,
Я точно его видел где-то.
Возможно, этот рыжий ком
Подарит нам кусочек лета.

Ведь он бежит среди травы,
Зеленым пледом укрывавшей
Равнины, холмики и рвы,
И к ноябрю всё умиравшей.

Теперь его хитрющий взгляд
На нас направлен, не мигая,
Поднял он лапки свои в ряд.
Картинка в общем-то крутая.
 
Этюд 30
Говорил мужик жене:
"Не кричи на мужа".
А она ещё сильней:
"Ты зачем мне нужен?

Целый день сидишь один,
Смотришь телевизор.
Хоть сходил бы в магазин,
Написала список."

А мужик поднял глаза
И глядит смущённо,
Видится ему жена
Очень разъярённой.

И готовится прыжок,
И лоснится шёрстка,
Показалось, что хорёк
С телом медвежонка.
 
Терпи
Терпи, нам не позволят больше
Над облаками ждать рассвет.
Терпи, я знаю, сможешь дольше,
Хоть сил совсем уже и нет.

Терпи, оттягивай мгновенье,
Когда потухнет ясный взор.
Терпи, не жди, что даст прощенье,
Он не потерпит этот вздор.

Терпи, терпи, как наш спаситель,
И верь, что люди не плохи.
Терпи, мессия, не воитель
Простил нам страшные грехи.

Терпи, не дай свече потухнуть
От яростных порывов слов.
Терпи, ведь тело может рухнуть,
Но дух твой должен быть готов.
 
Этюд 29
Издеваются опять
Над природой тролли.
Сколько можно повторять -
Все играют роли:

Этот - хищник, тот - грызун,
И никак иначе.
Из лошадок - вот табун,
Охранять - собачье.

Не должны менять мы их
Действия местами,
А тем паче никаких
Ног, голов с хвостами.
 
Беги
Беги, малыш, я знаю, можешь
Ты время наше обогнать,
Ты никому здесь не поможешь,
Тебя здесь не хотят принять.

Беги, малыш, лишь ты способен
Рвануться через пропасть вверх.
Наш мир не очень-то удобен
Для тех, кто не полюбит грех.

Беги, малыш, ведь ты свободен,
Ты словно ветерка порыв,
Земле ты этой чужероден,
Твой путь - вперёд, а там обрыв.

Беги, малыш, как антилопа,
Срывай безумный этот штамп,
Твой шанс - сорваться из окопа,
Беги, малыш, как Форест Гамп.
 
Этюд 28
Прекрасны нежные цветки,
Просты и в тот же миг приятны,
Ведь так чисты их лепестки,
Намёки скромные понятны.

Они сплелись одной семьёй,
Их двое против всех на свете.
Давай и мы совьём с тобой
Гнездо, как две ромашки эти.
 
Ромашка
«Любит, не любит? Ромашка, скажи.
Милого нежного приворожи,
Нет мне покоя без тёплых речей,
Хочется ласки его, хоть убей.»

Так приговоркой часы убивала
Юная милая девочка Алла,
Но до сих пор она так и не знала -
Сердце своё она зря отдавала.

Не было чувства в груди у Сережи,
Всё на игру для него здесь похоже:
Чувствами Аллы играть надоело,
Будет он майнить - вот это дело.
 
Этюд 27
Светлый маленький светильник
Светит ярким светом.
В холле белый холодильник
Холод делал летом.
Грязный грач сидит на ветке,
Громко гром грохочет.
А Володя своей волей
Валит, кого хочет.
 
Этюд 26
Венец творенья овощей,
Морковь оранжевая штучка.
Она причина всех вещей,
Вкуснее, чем твоя колючка.

Её кусай ты и грызи,
Борись, когда её отнимут.
Гримасу ты изобрази,
Тогда и фото быстро снимут.
 
Этюд 25
Морковь - вкуснейшая закуска
Для подрастающих детей,
Но где-то в стороне французской
Полезна даже для коней.

И вот борьба за вкусный ужин,
Идут жестокие бои.
И каждому тот овощ нужен,
Теперь морковь хоть раздвои
 
Этюд 24
Небо, поле и трава
Удивили так кого-то.
Посмотрите-ка сперва -
Лошадь ест морковь всего-то,

А напротив, скорчив рот,
Тянет овощ тот Татьяна.
Так красив здесь горизонт,
И картина без изъяна.
 
Этюд 23
День рожденья у собачки,
Доставайте все заначки,
Кушайте и пейте много
От коровы до бульдога.

Все вы гости дорогие,
Не пришли бы к ней другие.
Любит праздник отмечать
И гостей свои встречать.
 
Звериные сласти
Карамельки, шоколадки -
Все продукты наши сладки.
Мы кондитеры зверей,
А не маленьких детей.

Все зверушки-малыши
Любят сладость, хоть пляши.
Им мы дарим шоколадки,
Чтобы жизнь казалась сладкой.
 
Карамелька
Карамелька - это имя?
Может предпочтения?
Карамелью одержима
До изнеможения.

Карамель она кусает
И облизывает так,
Что всё съесть не успевает,
Хоть и грызла натощак.
 
Ночь
Ночь лежала между нами.
Ночь сигнальными огнями
Оградила от беды,
Но горячий свет звезды

Ночь не выпила глотками,
Ночь укрылась вместе с нами
Под шуршащим пледом тьмы,
Но остались только мы.
 
Открой глаза
Открой глаза, взгляни вокруг.
Открой глаза, не бойся света,
Открой глаза, не щурься, друг.
Иначе не найдешь ответа.

Открой глаза и улыбнись.
Открой глаза, слезой нальются.
Открой глаза, и поднимись,
Ведь на коленях не смеются.
 
Этюд 22
Гуси-лебеди мои,
Вы уймитесь, хватит.
Не летайте над страной,
Взор вас не охватит.

Если будете летать,
Не послушав друга,
Вычеркнут их жизни вас,
Не видать вам юга.
 
Строки
Строка строке, порой, не пара:
Одна наивна и чиста,
Другая вдруг сошлёт на нары,
Дитя не чистого листа.

Дерзать свободой чистой воли,
Увы, не каждому дано.
Мы все играем свои роли.
А сами мыслили давно?

Когда слова на лист ложатся,
Подумай, что они несут:
Как в небе чистом птицы мчатся,
Иль палача свистящий кнут…
 
День народного единства
День народного единства
Это вам не Новый год.
Мы не будем звать артистов,
Нужен здесь другой подход.

Все сплотились, улыбнулись,
Обнялись - и песни петь.
Но назад мы обернулись:
А куда седьмое деть?

Наши бабушки и де'ды
Отмечали столько лет
Революции победы
День. Забыли будто? Нет.

Не забыли, помним, знаем
Наше прошлое в веках.
День мы новый отмечаем,
Но и тот ещё в умах.

Так давайте в День единства
Поздравлять всех вразнобой,
Позабудем все бесчинства,
Будем все одной семьёй.
 
Утренний час
В прохладе невинного утра
Глаза разомкнув, чуть рассвет,
Забрезжив над кронами, будто
Уронит свой радостный свет.

Вдохну воздух тот полной грудью.
Он свежестью леса манит,
Своею весёлою сутью
Он дух пробудил и бодрит.

Сверкают беспечно росинки,
Туман, опускаясь, ворчит.
А скоро мороз и снежинки,
Кружась, пробудят аппетит;

Запрыгают радостно дети,
Ловя их ладошкой и ртом.
Цените мгновения эти,
Кто знает, что будет потом…
 
Жестокая любовь
И снова мальчик предложил ей сердце.
Не смог влюбить, но огонёк разжёг.
А ей с ним скучно, ведь знакомы с детства.
Он не усвоил времени урок.

Пошли года, но дама непреклонна,
Она не хочет тлеть любви свечой.
Костром пылать желает откровенно,
Давно узнала в жизни что по чём.

А новое влечение прекрасно,
Влюблённость бьёт по разуму в висок;
Не понимая, как она опасна
Сама девица спустит тот курок.
 
Сумашествие
Открыл глаза - вокруг лишь стены
И очень низкий потолок,
Припоминаю смутно сцены,
Сюда как кто-то приволок.

А под ногой лишь мягкость пола,
Его коснулся бы рукой,
И даже попытался снова,
Но результат вновь никакой.

В ремнях смирительной рубашки
Увидел я всё то, что смог.
Как я устал от этой кашки,
Что по утрам дарил мне рок.

Я забываю всё, что помнил,
Я вижу то, чему не быть.
И среди этой бездны тёмной
Мне остаётся волком выть.
 
Этюд 21
Вот первый снег уж за дорогой,
От холодка пробра'ла дрожь.
Ты не ходи, его не трогай,
И сон невинный не тревожь.

Он показал, что чист с рожденья,
Как белый лист. Его судьба
Быть лишь мессией наважденья,
Но воля хрупкая слаба.
 
Этюд 20
Никто не хочет быть последним,
Никто не хочет слёзы лить,
Остаться в массе незаметным
И в полночь волком одиноким выть.

Но жить не дарит нам подарки
И не жалеет наших слёз.
Она нам шлёт свои ремарки,
Но мы не ценим их всерьёз.
 
Этюд 19
Вы говорите все: «Любовь за деньги».
Ну а не в том ли, собственно, беда,
Что в нашей жизни всё уж ждёт оценки,
А доля чувств ничтожнейше мала.

Я не оправдываю в деве меркальность,
Но и не смею я её корить.
Мечтает каждый: «Вот Любовь и Верность»,
Но есть и те, кто просто хочет жить.
 
Этюд 18
Любовь сегодня так легка,
Что не качнулись и весы.
А доллар крепок был всегда,
Он как магнит для той красы,

Что не давала и сказать,
Когда пришёл к ней по любви,
Теперь готова аж… летать.
Вот так - как хочешь, так живи.
 
За любовь
Поднёс к губам стакан гранёный.
И после слов: "Ну, за любовь!"
Я влил в себя раствор ядрёный
И делал это вновь и вновь.

Сейчас посмотрите с укором,
Мол, алкоголик, как он есть.
Но я отвечу, что с позором
Я потерял не только честь.

Была одна она на свете
Со мной так ласкова, нежна.
Я не нуждался в чувствах этих,
Но вдруг - она уже важна.

О ней я думал днём и ночью,
Её в мечтах я представлял.
И разорвалось сердце в клочья,
Когда её я потерял.

Ей просто это надоело,
Наскучило со мной играть.
И чувственное это тело
Мне лучше бы совсем не знать.
 
Этюд 17
Для одиноких и забытых
Любовь - что в мышеловке сыр,
Стоят всё у дверей закрытых.
Ворвались в утренний эфир

Рыданья, просьбы и молитвы.
Кого разжалобить смогли?
Весь этот мир - лишь поле битвы
За право брать всё от любви.
 
Опыт
В любви - как на плохой дороге,
Всегда под ноги ты смотри.
Не знают точно даже боги,
Что там случится впереди.

Там может быть капкан железный,
А может - клетка из песка.
Но каждый опыт тот полезный
Сил даст для крайнего рывка.
 
Эмоции
Бьются мысли в голове,
Лезут на поверхность,
Запираю их в себе,
Там отнюдь не лестность.

Все эмо'джи не спасут,
Выразить не смогут,
Чувства как рекой текут,
Смайлы не помогут.

Вот начальник дорогой
Мозг мне любит нежно,
Я сижу совсем не злой,
Скалюсь белоснежно.

День закончен, еду я
На метро любимом,
Рядом чавкает, жуя,
Тело с жутким гримом.

Дом, успешный мой сосед,
Подъезжает в "бэхе",
Снова конкурентов нет
В гоночной потехе.

В лифте снова чистота,
Запаха нет вовсе,
Оглянешься - лепота.
Прыгать приготовься,

Двери могут и забыть,
Что везут кого-то,
Не успел - не надо выть,
Ведь ушиб всего-то.

Можно вечно говорить,
Причитать и хныкать,
Грязь на всех в округе лить,
Пальцами всех тыкать.

Но сейчас пришёл домой,
Визг весёлый дочки
Мигом злость всю снял рукой,
Дети - ангелочки.
 
Лабиринт
Заблудился в лабиринтах мыслей,
Свет померк в глазах, настала тьма.
Истина имеет вкус чуть кислый,
Без неё все наши сны - тюрьма.

Находясь в своем забвенье жутком,
Все мосты старался сжечь дотла.
Между разумом, сознаньем и рассудком
Тонкая граница пролегла.

Эта линия тонка, как паутинка,
Не заметив, можно разорвать.
Только помни: каждая тропинка
Может путь неверный указать.
 
Этюд 16
Напишу две строчки в ряд,
Рифма вытекает.
Если больше их подряд -
Мысль крылом мелькает.

Распустил все строки врозь,
Что таить от мира?
Вижу я его насквозь,
Не ищу кумира.

Я пишу, и в этом есть
Вся моя свобода.
Всех косящихся не счесть,
Ждут они исхода.
 
Перо Поэта
Скрип кончика пера раздался,
Мой друг Поэт свечу зажёг,
Лишь только он листа касался,
Как всё рвалось, что он берёг:

Те ночи на родном прибрежье,
Тот томный взгляд в тени берёз,
Тот голос сладостный и нежный,
Глаза, незрячие от слёз.

Всё это бурным водопадом
Бурлило в глубине души,
И вот теперь совсем уж рядом
Лежит перо - хватай, пиши.

И каждый взмах пера Поэта
Рождал на свет по стае птиц -
Вся это мысль, что так воспета, -
Всего лишь тень от сотен лиц.
 
Анти-рай
Папа рядом, я кричу:
«Не срезайте мои крылья,
К солнцу я лететь хочу».
В век цензурного засилья

Мы не видим тех границ,
Что невольно пресекаем,
Среди рук, задов и лиц
Смутно взгляды различаем.

То нельзя и это тоже,
Положи, не доставай,
Это очень все похоже
На какой-то анти-рай.

Встаньте утром, оглядитесь,
Прекратите вы шептать,
В полный голос обратитесь
К тем, кто хочет вас попрать.

Ну а если вдруг захочет
Ваш ребенок ввысь лететь,
Пусть хоть гром с небес грохочет,
Соловей рожден, чтоб петь.
 
Космические гости
Вот настали времена,
Люди, сидя в клетках,
Говорят: «Что за дела?
Спим мы на газетках.

А совсем недавно ведь
В космос мы летали
И детей учили петь,
Горя мы не знали.

И нашли вдруг в темноте
Среди звёзд далеких
Мы планету, много где
Гор, морей глубоких.

Написали невзначай
Жителям планеты,
Пригласили их на чай.
А теперь раздеты

И сидим мы на камнях,
На земле на голой.»
Что сказать о тех парнях:
Стала жизнь тяжелой.
 
Этюд 15
Лизавета Павловна во дворе сидит,
Взгляд усталый, платьице, старое пальто,
С радостью душевною за кошками следит,
Много лет ни слова ей не писал никто.

Не звонит внук бабушке, у детей дела,
В доме на окраине, что построил муж,
Вырастила стольких, а теперь одна
Среди кошек, аистов и осенних луж.

Вы любите бабушек, помните о том,
Как на лето в гости приезжали к ним,
Множество оладушек ели за столом,
Ведь теперь то каждый стал из вас большим.
 
Этюд 14
Наш век загружен цифровым потоком,
Легко все чувства в числах потерять.
Но вот идут медбратья с книжным шоком,
Бесчувственную душу вмиг спасать.

Они приложат каждую страницу
К сознанью потерявшего себя,
И разменяет ноль бездушно единицу,
Безропотное тело лишь губя.
 
Этюд 13
Друг, поешь, я знаю, сложно
В наше время одному.
Раньше завтрак было можно
Догонять и самому.

А теперь у нас законы,
Равноправие зверей.
Кушай вот теперь бульоны
И не ешь моих друзей.
 
Этюд 12
Маргрит, что ты натворила?
Этот младший брат ждуна
Выглядит, конечно, мило,
Но смущает всё ж длина.

Он лежит здесь и тоскует,
Смотрит девочке в глаза,
Не смеётся, не психует,
По щеке бежит слеза.
 
Природа-мать
Давит голову забота -
Экология важна,
А не отдых и работа.
Так какого же рожна

Мы природу убиваем,
Не даем ей продохнуть,
Едким дымом отравляем,
Заливаем в горло ртуть.

Нужно быть с ней понежнее,
И здоровья ей желать,
Ведь не зря у нас в народе
Говорят: «Природа-мать».
 
Настроение
Плохое настроение, как вирус -
Способно заразить людей вокруг.
Вы можете писать всё на папирус,
А можете ментально сделать круг,

Но избежать опасной той заразы,
Труднее, чем и кори, и чумы,
Увидев злого человека, сразу
Закройте свои души и умы.

Он одинок, во тьме ночной блуждает,
Он ищет среди сотен одного,
Кто грусть и скорбь улыбкой побеждает,
Вернуть из тьмы способен и его.
 
Не война
Зачем взывать к войне и бою,
Взгляни на мир вокруг себя,
Я волком на луну завою,
Но не ползу внизу, шипя.

Пускай, когда свистали пули,
Дрожали руки и прицел,
Деды свои ряды сомкнули,
Лишь потому мир этот цел.

Но вот прошли года, столетья,
Теперь не надо воевать.
Изучим лучше все соцветья
И будем мир наш постигать.
 
Год за годом
Прохладой нежною лица
Коснётся вдруг осенний ветер,
Мы никогда не ждём конца,
И каждый думает, что вечен.

Но вот идёт за годом год,
Мы из детей живых, весёлых
Под гнётом скорби и забот,
Невыносимых дней тяжёлых

Не вдруг, не как-то невзначай
Перерастаем в тех, кто любит,
Кто позовёт всегда на чай,
Кто нежно детство приголубит.

И вот тогда, спустя года,
Любуясь детскою улыбкой,
Мы знаем - всё не навсегда,
Но жизнь не назовём ошибкой.
 
Поработители
Неужто правда, целый век
Мы не видали сна покоя,
Неужто каждый человек
Принять обязан путь изгоя?

Мы строим парки и дома,
Возводим башни ближе к солнцу,
Но не оставим и холма
Тем, кто на милость не сдаётся.

Страшны мы в гневе, но ещё
Страшнее мир несём ненужный.
И вот, когда порабощён
Народ, и клич несётся дружный,

Мы, улыбаясь, пьём вино,
Сегодня мы – герои века.
А сколько против – всё равно,
Беззвучен голос человека.
 
Белый
Ты отвела невольно взгляд,
Шагнула в сторону неспешно.
А я стоял, не глядя вслед
И понимал, что нет надежды.

Но ты шагнёшь ещё, ещё
И затеряешься бесшумно
Среди кустов, деревьев, троп,
Что шепчут мне быть ветром вольным.

Тем ветром, что несёт листву,
И, наслаждаясь каждым мигом,
Взлетает ввысь душой беспечной,
Не вспоминая, то, что было.
 
Патриотическая
Реет флаг над башней нашей,
Мир и покой солдаты несут,
Все называли презрительно «Рашей»,
Теперь лишь пугливо поджилки трясут.

Тот, кто ожжет быть упёртым
Точно знает, что желать,
Он не хочет быть затёртым,
Молча сена стог жевать.

Век за веком расцветали,
Против всех своих врагов
Без боязни выступали.
Русский дух он есть таков.
 
Качели Гуливера
Эх, качели, вспомнил детство -
Было всё таким большим.
Верное нашёл я средство,
Чтобы быть, как малыши.

Я качели здесь построил,
От советов уже плешь,
Крепко-накрепко усвоил:
Семь отмерь и раз отрежь.

И теперь смотрю на чудо,
Что сейчас я сотворил.
Получилось всё ж не худо,
Только что-то упустил.
 
Качели
Мне рассказывал мой дед,
Что когда-то было время,
Не было проблем и бед,
Отдыхали все в деревне.

Он в Фейсбуке не сидел,
И в Инсту компот не постил,
Было много разных дел,
Петуха вон отчихвостил.

Каждый сам себе творец,
Мастерил себе игрушки,
Можешь - будет и дворец,
А вокруг него ловушки.

Но любимым местом всех
Были некие качели
Не для простеньких потех,
Многие на них бледнели.

Говорят, что строил их
Богатырь какой-то старый,
Не было таких больших
Ни в одном из полушарий.

Деда своего люблю,
Но видал я те качели,
Вон лежат теперь в углу,
Видно, с ним и постарели.
 
Этюд 11
Бедный Петя Иванов,
Он вчера принёс рисунок:
Вместо белых облаков
Или ровных дачных лунок

Две кричащие фигуры
И себя меж двух огней.
Суть такой карикатуры:
«Не кричите не детей!»
 
Интернет-тролль
Какая там ещё жена?
Вы на спине видали складки?
В них шуток суть заключена,
А сзади, что вы, эти тапки

Мне подарил на Новый год,
Ведь по размеру даже видно,
Один смешной до жути кот,
И в банке он прислал повидло.

Быть может, всё это и так,
Ну а иначе меньше надо
Глядеть в экран, такой бардак
Как будто пронеслось торнадо.

Он был красивый, молодой,
Но полюбил в сети он троллить,
И вот теперь трясёт башкой,
Не может даже имя вспомнить.
Статистика
Произведений
126
Написано отзывов
1
Получено отзывов
13
Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Копирование запрещено!