Горсть земли

От пристани отчалив, корабли
Уходят в бесконечные просторы.
Берут с собой матросы горсть земли,
Чтобы вернуться в край родимый вскоре.

​Морская зыбь, попутный ветерок,
Прощальный взмах крыла летящей птицы.
Свет маяка — в оконце огонёк,
На миг осветит приунывших лица.

​Никто не знает, что там впереди,
За горизонтом ждёт, чем встретит море.
В себя лишь верь, стихию победи,
Будь начеку, не спи, крепись в дозоре.

​Морская тьма проглотит с головой,
Однажды зазевайся сонным оком —
Обнимет захлестнувший вал волной,
И выброшен за борт тяжёлым роком.

​Работа ждёт! Вперед летит душа,
На битву вызывая мрак пучины!
Рутину будней с подвигом верша —
Вот признак настоящего мужчины.

​В минуты отдыха напишет письмецо
На берег о тоске родной-далёкой,
Перебирая пальцами кольцо —
Залог любви и верности глубокой.

​Пройдут недели, а за ними год...
Закончится поход, домой скорее!
Где ждёт любимая, черёмуха цветёт,
И места нет, где может быть милее!

​Никто не ждёт... Пустой родимый дом.
Не убрана постель, чужие вещи...
Как среди ясных дней раскат грома.
Не будет дорогой, желанной встречи.

​Мир рухнул, взорвана любовь,
Предательство надежды и измена.
В висок ударом бьёт, вскипая кровь,
Желая вырваться из трепетного плена.

​Короткая записка на столе
И брошено кольцо жестом прощальным.
Ворох бумаги в пепельной золе,
И шёлковая нить с крестом венчальным.

​"Прости-прощай, мой милый, не судьба
Нам провожать закаты солнца вместе.
Я молода, мне ни к чему мольба,
За жизнь с тобой, что обещал невесте.
Другого встретила и с ним я без ума,
И счастлива, как не была с тобою.
Наш дом — пустая, серая тюрьма,
Тонула в бытовухе с головою.
Себя в разрыве ни к чему винить,
Ты выбрал путь мужчины — им и следуй.
И всё, что было, нужно нам забыть,
Меня ты не ищи и не преследуй."

​Вернул он горсть земли домой,
Прошедшую сквозь бури, шторм и ветер.
Не встретив той единственной родной,
Что не было дороже в целом свете.

​Не каждый волен путь определять,
В разрезе низменных стремлений и порока.
Бог ей судья, не жди водицу вспять,
Что прочь бежит от ценности истока.