Хорошо, что мы заранее
Из-за города вернулись —
Заполняет русла…
Улиц
Темно-серый шум дождя,
Было бы на даче грустно
(Без зонтов гулять нельзя)

За роялем на сцене пока никого,
По двойному брезентовому навесу
В парке театра летнего
Дождь прогуливается, чуть шурша —
Словно пластинка старая с Джона Кейджа*
Многим известной скандальностью пьесой**
_____
* John Milton Cage Jr.

** Чтобы передать музыкальную неоднозначность ситуации, автор принужден был использовать секстину со смешанной схемой рифмо-вания (a-b-a-c-c-b) — перекрестной + парной, где строка b напряженно ожидает своего отражения до самого конца строфы, когда фи-нальным аккордом создается эффект впечатляющей завершенности.

Ветер норвежский качает тополь,
Яркие пятна бегут по скамье,
Бутерброды в синем контейнере,
В красном термосе кофе
Свежий,
Еще горячий вполне,
Сижу, медлю (и головы шар
Стараюсь держать
Ровно), чтобы жеванием
Себе же
Музыку лета слушать не помешать

Над теплой травой у озера
Закат бесконечно прекрасен,
И тучи в прожилках розовых,
И предвкушение счастья,

А лучший способ туда добраться
(Даже быстрее, чем на автобусе от метро) —
Электричка (одна в восемнадцать двадцать,
И еще одна — в девятнадцать сорок

Удовольствия летнего пляжа
(В осязательной части) множа
(Дополняя радость морского пейзажа)
Волны теплого пневмомассажа
Нежно скользят по горячей коже

Там минареты белые
На фоне белесо-синем,
Там хамсин задувает жарко
В паруса кораблей пустыни,
Там чеканки сложной
Ножны кинжалов, кувшины и вазы,
Там павлины
(Хвостов веерами) заботливо обмахивают оазис

Медвяным воздухом
Стрекочет летний луг,
И дня длина еще не намекает
На предстоящий нам
(С теплом)
Сезон разлук

В сиреневой тени
Родник журчал
(Негромко)
И линии береговой
Ручья
Извилистая кромка
(Лохматая от ив
И тростника)
Струилась вдаль

Отправлюсь лУга изучать пространство —
На пледе бежевом
Восторженно паря
Меж облаками
Медоносов белых —
Тысячелистника, алтея, купыря

— Эксперименты с прохождением лучей
Сквозь слабый дрожжевой раствор
Окончились, увы, практически ничем.
— Ну, как "ничем",
Зато(!) воспоминаний — ворох

Так тихо ночью, что я слышу, как сосед
Вскрывает на своем балконе,
Зевая, целлофан на пачке сигарет,
Полоску комкает шуршащую в ладони
(Ее я утром обнаружу на газоне),
Пускает дым колечками к луне
И, где-то, женщина притворно-сладко стонет

Волны солнечного воздуха
И много мелких облаков
Превращают парк приморский
В золотой калейдоскоп,
Ветром западным вращаемый
Не без скрипа (— крики чаек)

Терпко пахнет летним вечером
Свежестриженный газон
Дополняя вкусы ужина
Этой зеленью особой

Шесть с половиной недель и вот —
Лета уже середина,
Сладкие ноты жасмина
Скоро начнут забываться,
Вот так и проходит год…
Но как же приятно греет
Под темной футболкой спину
Словно не стоит бояться

Думал, что ветер, а это — дождь
(совокупность капель воды блестящих)
И, все равно, над проспектом веселый галдеж —
Туристов в полиэтиленовых плащиках

Наслаждаешься тихим июльским утром
Кедов легкостью, ветром попутным,
Звоном птиц, окружающим эту дорожку,
Не особенно даже и парясь: А будет ли?
Хоть каким-нибудь завтра
(Но, лучше, хорошим)?

Буква к букве, строка к строке
Приникают,
Порой, не без тени гармонии,
Но, как хочется
Старые кеды надеть,
И пешком по любимому городу

Слушая шёпот дождя
(за окном),
Очарован окружностями
(на лужах)
Лотосы Будда готовит на ужин,
Небольшой искусственный водоем
Зеркальцем растеряхи-девИцы
("посеянным")
Поблескивает серебристо
Между клевером, щавелем и купырем

Под цветущей липы пологом
Ливень сладок замечательно,
Не собрать ли золотистую воду
(к утреннему чаю)?

Лето в немаленьком северном городе —
Возле одной из бесчисленных пристаней
Серые блики на теплой воде,
Однообразные тексты экскурсий —
Тесное множество джонок с туристами

Пионов розовые облака,
Реки титановая полоска —
Я бы легко заработал Оскар
Будь тогда камера у меня в руках

Преисполнен нежнейшего аромата
Куст сирени
В тени
Старых лип у реки
И цветущий (от этого) позже других

Серебристого тополя пуха фотонами
Маркированы воздуха теплого токи,
И сирени венгерской большие кусты
Наполняют восторгом пространство дороги

Заполнил комнату
Сиреневой прохладой
Гештальт открытый
Летнего окна,
И спряталась за облаком луна,
Чтоб не присутствовать при том, при чем не надо

Летние звуки ночные странные
Вкупе с сирени розовой запахом
Через окно отворенное
Разные мысли затхлые
Гонят из комнаты за полночь
Место для радости отвоевывая

Вечерний воздух в парке у реки
Слегка прохладен и немного влажен,
Дымы, мангалы — жарят шашлыки
Шумливые автомобилей экипажи

Но, впрочем, можно место отыскать,
Где тишины довольно, чтобы птичьим,
Присев, концертом
Подивиться всласть

Здесь — над лугом ярко-желтым
(В одуванчиках огромных)
Под столетними дубами
Замедляет тета-волны
Тишины исполнен вечер

Сидишь и слушаешь,
Как ив играет ветер
Ветвями на зеленой кромке
Двора и удивляешься: "А отчего так громко,
Сегодня раскричались дети?!"

Ночная бабочка стучится к фонарю,
Улитка тянется к жестянке из под пива,
Чай на террасе,
Тихо, хорошо,
Струится в даль небесный шелк
Залива

В трехметровом тростнике
На складном железном стульчике
В не совсем удобной позе
(Я бы в "лотос" сел, но сыро)
На закате бледно-розовом
У Анцилового озера
Созерцаю странность мира

Здесь (у нас) ("в провинции у моря"*)
Меж домами, что похожи на коттеджи
Жизнь течет, на удивление, как прежде —
Временами, набежавший финский ветер
Вызывает легкий майский снег
(Чашелистиков черемухи отцветшей),
И над кронами (сияющими) яблонь
Целый день импровизирует деряба
Тополя облюбовавший ветку


_____
* Иосиф Бродский: "Письма римскому другу"

Сирени обаянием захвачен
Субботний воздух
В майских городах
И занятых вечерним чаем дачах

Послушиваю шепоты (невольно)
Дождя весеннего поверхностям балкона —
Весь глупый трёп (я записал на Honor
Весь этот влажный бесконечный флирт),
Рассказ, как капли были моря вОлнами —
Огромные топили корабли…

Когда сирень сменяет вишню
В дворов сиянии душистом,
Когда чуть тише стали птицы
(Вполне возможно — от восторга),
То хорошо порой настолько…
Что страшно: "Вдруг, не повторится?!"

Литоринового моря древний берег
(В этом месте)
Весь в черемухах цветущих —
Бел, как платье у невесты,
Ярок как в Эдеме кущи.

Здесь — под пологом из веток
И душистых облаков
Хорошо сидеть на лавке
Предаваясь волнам ветра

Мемориальная тоска
Висит над пыльным городищем,
Мелеет времени река —
Смолой не тронуты
Рыбацких лодок днища

За темнохвойной лесополосой
Поселок дачный щупальца из "вилл"
Протягивает к маленькой реке.
Но, поздно —
Выше по течению другой
(Такой же) стоками речушку отравил

Парк сплетается из линий
Тополей, берез, дорожек,
Фонарей, кустов, скамеек,
Осушительных канав;
Группы сосен златотелых,
На асфальте мелом рожиц,
И встречающихся всюду
Куч собачьего г..на

Один господин из Лидса
Немедленно спать завалился
Нанюхавшись майских черемух зевая
В пять вечера (после чая)
Смешной господин из Лидса

Сакура в парке

Цветет уже третий день

Тупишь над хокку

Под черемухи белым облаком
На скамейке из темно-зеленых реек
Я сижу, запивая кофе
(без сахара) Щебет, трели…
И сладко млею

Кто планировал здесь изучать космогонию?!
Анемонами выткав
Весной по дубраве
Карту звездного неба —
Рукав Ориона
В Местной Группе Галактик
На подложке зеленой

Пахнет так сильно

Сегодня черемухой

Светлеет в глазах

В окружении апреля
Черный грач на сером грунте.
Дети птицу пожалели,
Отыскали первоцветы —
Мать-и-мачеху и лютик

Соседский хаски
Тихий пес, спокойный,
Лишь снег когда идет
(Вот как сегодня),
Он более не может удержаться —
Восторженно озвучивает вьюгу

Осторожно отворяю
(Я писал об этом, помните?)
Рам тройное остекление,
Чтобы звуком птиц весенних
Обработать воздух в комнате

Чуть подернулась почек раскрытых вуалью
Престарелая яблоня опершись на березу,
И соцветия клена —
Украшения маленькие
(Но весьма многочисленные) букеты
Подтверждают возможность предстоящего лета,
Ивы куст у дорожки к озеру
Весь осыпан зелеными искрами,
И шпагат из отсвета розового
Ветром протянут под облаками низко

Роддом и хоспис

В медицинском кластере

Три сотни метров

Парка шредером рассечен
Сильный северо-западный ветер
На нежнейшие струйки весеннего воздуха
И довольно громкие птичьи песни

Ветер стерся о мыс совершенно
Заблудившись в дубовой чаще,
Так что здесь (с подветренной стороны)
Очень тихо, светло и тепло пьяняще,
И, сами собой, мельчают проблемы
(Как и положено в этих случаях,
Ведь пьяному море-то — по колено)

Совершенно особенным
Гулким шумом
(Листьев шорохом
Не затушёванным,
Синтепоном теплого капюшона
Куртки зимней не оглушенным,
Характерным лишь для апреля и только)
Наполняет весна городских дворов
Подсыхающие стремительно территории

Это так по-весеннему:
Ветер с соленой пылью,
Вдоль дорожек от водки шкалики
Многочисленные оттаяли,
Только вот интернет не такой как прежде
стабильный


Солнце мартовского вечера, отвыкшее светить подолгу (по долгу службы), уставшее и собирающееся прилечь, танжериновым соком сквозило вдоль дорожки ведущей от магазина вглубь квартала. Снег с ее обочины практически сошел и на влажном грунте сиял всяческий мусор, послойно поглощённый придорожным сугробом за всю зиму, который теперь выложил все разом. Чего тут только не было! Ибо — цивилизация. Но, особенно блестели предметы из стекла, а самыми многочисленными предметами из стекла были небольшие прямоугольные бутылочки из под водки. В среднем одна на пару погонных метров обочины. Я было начал считать, но, поскольку и начал не сразу, и начал считать лишь по одной стороне, то после двух десятков бросил это дело. Поскольку безоттепельная зима составила в этом году что-то около шести десятков дней получалось не так уж и много. В принципе это мог быть и один человек, меня удивило другое — равномерность распределения сосудов вдоль линии употребления.
Предположим, что это один человек. Вот он выходит из магазина с пакетом продуктов, сворачивает за угол, сворачивает крышечку шкалику. Делает один глоток, другой, переводит укрепившийся дух, неторопливо идет вдоль дорожки, делает еще пару глотков… Склянка быстро осушается, пешеход ее выбрасывает. То есть, будь это один человек, с его рисунком распития, все бутылочки скопились бы в одном, приблизительно, месте. Но ведь нет. Может быть, он немного меняет точку открытия или шаг потребления, но не каждый же раз?! Возможно, это пять или семь человек, и только по пятницам.
Более или менее понятно, почему любители пить на ходу бросают бутылки в снег — мусорных урн внутри квартала почти нет, а нести пустую емкость в квартиру и "палить" ее перед домашними не с руки.
Я бы, скорее всего, об этом наблюдении и забыл, но двумя днями позже шел по другой дорожке внутри застройки и в глаза бросилось то, что здесь бутылочек оттаяло существенно больше — по две на метр. Это же на какую сумму тут напито? Отчаяние людей — вторая нефть?
Газон здесь был существенно шире, и склянки тоже лежали более широкой полосой. Не то, чтобы они были размашисто зашвырнуты, но раскиданы вольнее. Но, если вдоль прежней дорожки часть бутылок лежала без пробок, то тут все были, хотя и совершенно пусты, тщательно завинчены крышечками. Другая археологическая культура? Причем цвета пробок были весьма разнообразны — белые, темно-синие, красные, серебристые и золотистые. И здесь, уже была пара урн, но, кажется, это ни на что не повлияло. Может быть, выбрасывание бутылочки является важной частью ритуала "снятия стресса".
В ритуальном характере бросания мерзавчиков я убедился, когда еще через день шел по кладбищу. Дорожка здесь была тщательно выметена вращающейся щеткой трактора, но на обочинах блестели все те же шкалики. А вот мест куда их можно бы выбросить здесь было намного, намного больше. Обширные мусорные контейнеры стояли возле всех пересечений дорожек.
Может быть, есть какая-то примета, что если выбросить бутылочку из под водки в мусор, то это может как-то повредить выпившему, в этот раз или в будущий?

Весна идет,
Но, очень не спеша,
Бесспорно лишь,
Что громче стали птицы,
На лужах утром лед,
И вряд ли теплый шарф
До осени в пакет
Заляжет в спячку
В ближнюю седмицу

Не зря весеннего антициклона жернова
Всю ночь старательно ворочала Нева —
Туманом жемчуга тончайшего помола
Смягчен волшебно утренний рисунок города

Там, где воздух закатный оранжев
От пыли,
Где потомственный скотовод
Из напитков выбирает текилу,
Рук лишний раз не моет, рачительно воду
Экономя и "цивилизации предпочитает свободу",
Там — далеко за морем
На берегу горячо
Девушки в ярких платьях
Танцы креольские пляшут
Словно им все нипочем

Фонари перемигиваются на набережной,
Хлопают крышками щелок жаберных
Рыбки, выловленные охотником
Постоять у реки ранним утром субботним

А вокруг как-то уж слишком воздуха,
Чтобы все задрожало от их последнего возгласа

Кто звенит по перилам балкона
Отражаясь эхом в разных поверхностях?
Кто заставляет у ивы (вербы)
Почек соцветий чешуйки трескаться,
Выпуская на волю
Пушистых зверьков?
Освобождает ручей
Из белесых оков?
Утверждает (слегка опрометчиво),
Что-то вроде: "Зима не вечна!"?

А впрочем, действительно —
Через пару месяцев
Всюду будут стоять обязательно
Зазывалы: "Не хотите ли,
Очень недорого,
Покататься на нашем катере?"

Вдруг, приснилось: на сервере старом
От питания отключенном
В Киришах?
В Киеве?
В Йорке?
В Китеже!!!
Хранятся бледные сканы
Пластинок еще стеклянных
Фотографических
Исчерпывающе объясняющих
(Так ясно,
Так просто,
Что удивительно)
Всю окружающую действительность

Вот зачем на небесном глянце
Темно-синей весенней ночи
Тонким маркером золотисто-белым
Хаотично наставлены точки?

Чтобы радовать в первую смену
На завод спешащих рабочих?

На синей стенке холодной ночи
Рисую маленьким фетровым валиком,
Прямоугольники окон
В лоток с жидким золотом
Периодически окуная.
Простите,
Фанаты гербариев,
Очень прошу, простите —
Мне же пришлось сварить
Все запасы осенних листьев
(Все, имевшиеся в наличии)