Шум машин гудящий,
Стены из стекла,
Где ж ты, тот манящий
Запах от костра?

Где ж ты, луг пахучий,
В утренней росе?
Здесь — асфальт колючий
На пустом шоссе.

В городе тесно;та,
Суета и пыль,
Вместо воли — соты,
Вместо сказки — быль.

Вспомню: на рассвете
Босиком в траву,
Будто снова дети,
Будто я живу...


Там скрипели ставни,
Пел в печи огонь,
И коснуться плавно
Мог закат ладонь.

Здесь — огни чужие,
Холод серых стен,
Мы теперь — иные,
Взятые во плен.

Сердце просит воли,
Где течет река,
Где в широком поле
Тают облака.

Промок овраг под небом серым,
Застыл у дома голый сад.
Тоской и холодом безмерным
Осенний выжжен листопад.

Скрипел забор, стонали дали,
И ветер бился о порог.
Деревья в инее рыдали,
В снегу терялся путь дорог.

Но вот проснулись птичьи трели,
Зажглась багряная заря.
И звонкой песенкой капели
Прогнали хмурь от декабря.

Берёзки в белых сарафанах
Выходят стайкой на луга.
И в голубых от рос туманах
Утонут горькие снега.

Мороз и солнце; день чудесный!
Я встал, покинув мягкий сон,
Чтоб воспевать в строке прелестной
Снегов искристый перезвон.

Но где же пух зимы лебяжий?
Где санный путь и блеск дорог?
Всё скрыто под колючей сажей,
И мой авто совсем продрог.

Мой агрегат уснул бесславно,
Застыло масло, как гранит.
А солнце светит так забавно,
И иней на столбах горит.

Я взял скребок, как меч булатный,
И по стеклу заскрежетал.
Мой облик, прежде деликатный,
Черты суровые впитал.

Где тройка борзая? Где кони?
Где колокольчик под дугой?
Сижу я в душном, злом вагоне
И еду с трепетной душой.

О, Русь! Тебя любить на фото
Куда удобней, видит Бог,
Чем в минус тридцать из болота
Тащить замерзший сапожок

Белеет домик за рекою,
Где в поле спит туман седой.
Я шёл тропинкою лесною,
Любуясь раннею зарёй.

Там дуб стоит, как витязь грозный,
Шумит высокой головой,
И луг, цветами переполнен,
Хранит прохладу и покой.

Там небо кажется синее,
И шепчет старая ветла,
Что нет на свете мест роднее,
Чем те, где юность расцвела.