Тут ноты уходят в конвульсии,
Раскаты грома чуть звучно звенят.
Прольются обратные эмульсии,
И земли Бога они видоизменят.

"Surrender" - заявят эти мерзавцы,
Их голос - дрожащий надлом всей молвы.
Но Бог, обернувшись, шепнёт: "позабавьтесь, вы мной же и созданы, дети мои".

С тобой пошло все не по плану,
Ушла наша любовь на век.
И все ушло будто к капкану,
И я поймал опять флешбек.

Нет радости теперь, веселья,
Все сохранить не удалось.
И ты ушла будто в ущелья,
Мне это к черту не сдалось.

Опять зигзагом будут мненья,
Опять сбегу из тишины,
Пойдут по краю ощущенья,
Где мы с тобою не нужны.

Я увидел — и хватило пары минут.
Ты смеялась над чем-то, а люди плывут.
Глаза мои снова с тобой расцветут,
И спокойствие в одной тебе обретут.

Чувства прожгли мою спину огнём,
Я аккуратно беру к себе твою ладонь,
В море взаимности мы шагнем,
Залезь мне в душу - и я поражен.

Это быстро, легко — как влезть в неожиданный дождь.
Не спасёт, не обманет, но ты его не ждёшь.
Он пройдется по тебе как самый главный вождь,
И оставить следы, если все разорвешь.

Я пишу тебе личные прозы,
А с ней ты получаешь прекрасные розы,
Для тебя это пустяки,
А я вновь ловлю приливы тоски.
Она в твоей жизни муза,
А я лишь жертва твоего абьюза.
И больше не вижу твоего юза.
Ты выводишь меня на нервы,
Но ведь из нас двоих ОНА стерва.
Ты каждый день только с ней,
И я вновь разбиваю свой дисплей...

Ты убегаешь от меня,
И смотришь прям как на врага,
Ты воцарилась ей одной,
А я всегда такой пустой...
И ты играешь с ней в любовь,
И хмуришь снова свою бровь,
Ты положила мне оковы,
И в жизнь мою внесла обновы...
Но я отдам тебе все письма,
Что-бы ты вновь с нею зависла,
А я буду сидеть, рыдать
И в мыслях тебя посылать.
Расстанешься ты с ней на век,
Ведь я твой главный оберег,
И снова ты начнёшь побег,
По краю моих уставших век.

Где же ты делась, когда ты мне так нужна?
Ты только с ним, а я от тебя без ума.
Строчу тебе письма, а ты не читаешь их,
Я тебя жду, и ты чувства питаешь мои.
Я думал нужен тебе, а ты всего лишь для галочки,
Мы играем с тобой, буд-то в салочки.
Я ревную тебя, без какого-то смысла,
А ты, как всегда, в ночи с ним зависла.
Я пытаюсь оборвать все концы до талого,
Но ты, как всегда, какая то странная...
Вновь я встречу тебя, у родного крыльца,
Но ты откажешь мне, и все без конца...
Мысли мои попадут на небеса,
И ты опять темным мраком окажешься.
Я буду думать о том, кем же ты занята...
А ты в жизни моей снова появишься.

Люблю с тобой я обниматься,
Слушать рассказики твои,
Люблю когда ты просто рядом,
Когда за руку держишь ты.
Твои глаза как два алмаза,
Сияют ярко,как всегда,
А твои губы так прекрасны,
Прекрасней их не видел я.

Со мной ты играла,
Нахально мне врала,
До крови сдирала ты,
Свежие раны.
Зачем поступала так - ты не сказала.
Взяла и ушла, растворившись во тьме.
Теперь я один, не залечишь ты раны,
Но я не бывалый - сгораю в тебе.
Уже как два года, ношу под чехлом я,
Твоё фото в память, о том самом дне.

Мы любим тех, кто нас не любит,
Мы губим тех, кто в нас влюблен,
Кто в отношения с нами вступит -
Будет для нас одних освещен.
И будете вы сладко жить,
И будете для двоих творить,
Но в жизни всякое бывает,
Любовь как волны уплывает.
И в одиночество вступаешь,
Думаешь, осмысляешь,
Но толку ноль.
Любовь вторую ты найдёшь,
Ошибки те же понесешь,
И только боль себе возьмёшь.

Ты мой мир исписаный до полос,
Ты проженный волос в моей голове,
Ты лодка по чистой ожурной Ниве,
Ты - бывалая в моем мастерстве.
Но я остался в том меньшинстве.
Я развеял все души невольные,
Как те самые птицы вольные,
Я прилечу к твоим очам самовольным
И поставлю все точки контрольные.
Не надейся на пути безвольные,
Ведь мысли мои произвольные.

Я бы хотел писать стихи,
Ведь моя муза - это ты,
Твоя любовь запутанна, как мхи,
Ты нанесла такие раны, на мои бинты.
И я пишу еще одно письмо,
Надеюсь прочитаешь ты его,
Нанес на себя я клеймо,
И оттого, не получу я ничего.

Я встретил тебя вновь и обрёл все живое,
Решил предложить переговор деловой,
Решил предложить тебе дело недурное,
А ты отказала в этот дождь проливной.
Я решил прогуляться до твоего дома,
Разговорить, сделать мордашку весёлой,
Но ты лишь посмеялась надо мной,
Сказала, "вот глупый какой".
Я взгрустнул, но отступать не решался,
Я продолжал бежать за тобой,
В чувствах тебе я признался,
А ты отмахнулась рукой.
Что делать теперь - я не знаю,
Ведь ты так красива была в этот день.
Пришёл я домой и увидел в том чате
Заветное слово "была очень давно".

Ты обнял меня возле дома,
Подарил мне цветов букет,
Вырвал страничку из фотоальбома,
Сделал из него маленький сюжет.
Ты придерживал дверь каждый раз,
Помогал тащить сумки тяжёлые,
И говорил милые фразы сейчас,
Показывая свои глаза весёлые.
Не хочу уходить от тебя,
В эту ночь полутемную,
Не хочу забывать тебя,
В эту пятницу думную.
Но вывод этой истории утек,
Как утекла моя душа безвольная,
Погавшись ритмом бездольным,
Погасая мои чувства поток.

Щенок шалил, щенок взрослел,
Щенок стал прям как джентльмен.
Он шубку рыжую растил,
Он глазками всему грозил.
Он бабушку водил свою,
Он весело стоял в строю.
Напасть он не решался,
Он бабушке поклялся.
Тренировался из всех сил,
Чтобы шальным он меньше был.
На лапках гордо он держался,
И носиком всего касался.
Хоть любопытный, но герой,
Хотя пока и мало,
Вот так, пройдя свой славный путь,
Смог пёс джентльменом стать чуть-чуть.

Дождь идет, пуста гробница,
Сидит на дереве синица,
И смотрит в небо голубое,
А оно еще какое!
Закат так ал,
И шаг так мал,
Кричит синица на повал.
Есть девушка одна, простая,
Судьба ее ведёт во мрак,
Гробница грозная такая,
Ступает девушка в овраг!
И небо вдруг так помрачнело,
На улице так потемнело,
Синица улетела в парк.
А в парке люди все живые,
И все хорошие, простые,
Синица вдруг так завертелась,
Закрутилась, загорелась,
Что слово передать смогла.
А слово было то такое:
"В гробнице девушка цела"