На круглой планете так много простора,
Но нет понимания а в наши то годы.
Мы смотрим на небо безмолвным укором,
И ждем исцеления после невзгоды.

Война — это боль, это шрамы на душах,
Ужасно осознанный холод в крови.
Мы просим о том, чтоб голос наш слушали:
Всех вместе спасти в океане любви.

Мам, извини, что я — лишь позор,
Бессвязный, ленивый и глупый мой взор.
Я не герой, не отличник в тетради,
Не вышло успеха в привычном мне взгляде.

Едва выживаю, свожу я концы,
Не в те двери ломятся наши отцы.
Прости, что не стану кумиром для вас,
Оставьте в покое хотя бы сейчас.

Я просто живу, я останусь собой,
Пусть с вечной мечтой, но в дороге иной.
Я это твердил вам почти сотню лет:
Меня не подстроить лиш ваш силуэт

Стена. Потолок. Тишина кабинета.
Мой выдох горчит неспасённым ответом.
Рассказ о любви, о холодной немилости,
О том, как душа утопает в бессильности.
Психолог застыл. В волосах — серебро.
Нарушен устав, что хранил он давно.
Поплыли черты. Крупный след на щеке.
Зачем слёзы прятать в дрожащей руке?
Может, он видит во мне отражение,
Собственной жизни ночное крушение?

Смеется смерть в обличии любви,
Играя краплеными картами на нервах.
«Рискуешь всем?» — звучит в тени крови,
Ведь в этой гонке каждый станет первым
В ряду потерь. Без стука и мольбы
Она приходит — вестник разрушенья.
Игра в любовь не терпит впредь судьбы,
Лишь сердце — в прах, и ноль предупрежденья.

Я так любил тебя мой ангел,
любил читать, писать тебе,
И даже на одной фаланге
Не вспоминаю о себе.
Ах, как же ты не понимала,
Что, я давно тебя любил.
Тогда, зачем же мне всë это?
Я сам себя опять добил.
Я не смогу тебе сказать,
что было в роковую ночь.
И, хоть мне сложно признавать,
Но ты не сможешь мне помочь... ведь в этом жутком мире, бренном
Слова любви уже ничто.....
Прости Прощай, ты в мире тленном
А я, теперь тебе никто!

Душа изранена, как старый холст,
И мир вокруг – безжалостный погост.
Я устал нести добро, тошнотворность,

Теперь мой путь – лишь тьма и злобность.
Я – дьявол, ангел, что упал во мглу,
Не ждите света, я вам принесу
Лишь боль и страх, отчаянье и мрак,
Мой поцелуй – как ледяной кулак.

Не надо нежности, не надо слов,
Я сам себя давно уже готов
Предать огню, на части разорвать,
За то, что не умею я летать.

Я ненавижу отраженье в зеркалах,
И каждый вздох – как будто бы в тисках.
Мне резать вены – это мой удел,
В крови багряной видеть свой предел.

Урод я, знаю, что не изменить,
И ласки ваши не способны исцелить.
Оставьте в темноте меня гнить,
Мне в этой бездне легче просто быть.

Словно смелость для признаний,
Ты нужна мне, ты нужна.
В сердце бьётся ожидание,
Как весенний свет зари.

Каждый взгляд — как откровение,
Каждое слово — как мечта.
В мире полном сомнений
Ты — моя звезда.

Смело в сердце я открою
Все свои тайны и мечты,
Ведь с тобой, моя героиня,
Смелость в жизни — не убыть.

Ты — мой свет, мой путь, мой смысл,
Словно ветер в парусах.
С тобой я чувствую, что жизнь —
Это счастье в простых словах.

Представляешь, я сдался. И знаешь, удобно.
Не рваться, не биться, не выглядеть злобно.
Удобно быть слабым, кивать головой,
Не спорить с толпой и не спорить с судьбой.

Удобно быть серым, пустым, никаким,
Бесцветным пятном, безразлично-глухим.
Эмоции — в мусор. Зачем этот груз?
Я сбросил балласт и сорвал с себя вкус.

И в зеркале — чмо. Ни огня, ни тоски.
Лишь пепел и пыль сжимают виски.
Я выбрал покой. И в нём утонул.
Представляешь, я сдался. Я просто уснул.

Я устал от фальши, от вечной «улыбки»,
Спрячу чувства свои — в них полно лишь ошибки.
Больше не буду дышать, лишь затихну в ночи,
В пустоте промолчу, позабыв про ключи.

Я люблю тебя так, но сказать не сумею,
Лишь в объятьях потемок признаться посмею.
Уходя в сизый мрак, в гулкий шепот тумана,
Я прыгаю вниз, прочь от лжи и обмана.