Поднимаю тост за каждый запрещёный образ
За моих братьев и сестёр которым запретили воздух
Всё хорошо, мне жаловаться неначто
Ты главное молчи чтоб не пополнить перечня

Ах, как хорошо не жить, а выживать
Нам даруют лучшей жизни, продолжаем это ждать
Цепи здавливают руки, попытаюсь все их снять
Только вот у нас в стране запрещают умирать

Роскомнадзор защищает нас от самих себя
Кто тебе сказал, что страна это тюрьма
Наслаждайся солнца якрого лучами за решёткой
Иди куда захочешь, но лишь попробуй сделать ноги

И в нас взращивают, не навязаную гордость
Лучше с кровью на рука, но посадят лишь за борзость
Ребёнок маленький, самый сильный патриот
Детский сад закончин, тебя ждёт военный взвод

Наш флаг алый закат над синим морем
Белый цвет символ свободы, государство вытирает ноги
Моя родина чиста, виновин тот кто во главе страны
Матушка земля проростила сорняки

Настало время платить по счетам
Хотим быть рядом, но ломаем то что было дорого нам
Время обещает что больше не сделает ран
Я верил, но даже заржавели наручники
И по щекам, слёзы протикают будто ручейки
Каплей по капле падают на рученьки
А время-песок
Ядовиты песни и сок
Где мы были вместе видел я сон
В нём иду за тобою как за руною Ясон
Но извини, винить тут некого и мы
Растём в разных условиях, будто какие-то цветы

Всё мечтаем, но Бог не видит наши молитвы
Грешим нарочно, лестница в рай это ступени из бритвы
И ты пообещай мне, что с тобой не сведёт ни один случайно брошеный взгляд
Чтоб жизнь не вела меня в путь, пока за окном идёт град
Когда ни в горе и ни в радости, не будет связывать нас
Я больше не вспомню блеск твоих заплаканых глаз
Часы ломают на части, и собрать не смогли
За каждый написаный образ я пропал,ты прости
Тот обрыв в переди, когда буду падать туда не смотри
И за каждой строчкой скрывается боль, от которой падаю ниц
Только не жди, меня давят тысяча лиц
Встретимся завтра, но солнце не достигнит зенит

Крутись земля, но сколько бы я не курил
Мне всегда мало,
И снова я бью фонари,
Что освещали мне конец.
Алкоголизм- сансара, приходил с утра,
А добивал меня в двенадцать.
Пол жизни пропито,
А вторая и вовсе не начнётся.
С детства откапливая на надгробие
Пытался поставить точку,
Но вышло только вставить крест
В свою безжизненную почву.
Снова я пялю на часы,
Время идёт как колесо фортуны.
Мечтал гореть, но демоны внутри
Сожгли мой рай,
И ангелам поотрывали крылья.
Неполноценным человеком был,
А вырос, вовсе всё пустил в утиль.
Туда же я откинул нимб,
Беря пример с отца, продав себя за спирт.
Я молодой смотрел как он бухал
И как себя воздвиг в гранит.

Познал любовь я в первый раз
С обычной мразью, что своим потреблятством
Заставила меня употреблять
Но я любил её, я сам себе палач.
Мне другом стала сигарета в пачке.
А родными передоз и ломка.
Я люблю колготки
И стрелки на чулках
Но когда давят стрелки на часах.
Мне ложные надежды даёт циферблат,
Что всё станет как и было,
Мой путь лежит между кроватей и бутылок.
Петляя словно лайнер, и титаник
Бьётся в дребезги об айсберг.
Своё начало закопал, а конец поставил на кон.
Будни напоминают мне классики,
Где ты скачишь из клетки в клетку,
Жизнь закончу как русские классики
И по руками идёт моя чёртова русская рулетка.
Я снова с криком "К чёрту всё!"
Нажимаю на крючок.
Но барабан пустой, ведь
Что имел уже давно потратил.

Жизнь- азартная игра.
Всё что я ставил проиграл,
Но время не лечит, ошибки не учат
И так безуспешно меняю наручники,
Пытаясь себя изменить.
Увидеть в себе ну хоть что-то,
За что я хватаюсь, как за тонкую нить.
Но в зеркале вижу лишь свою отвратную рожу.
Я снова ставлю на предплечье, как клеймо,
Себе кровавые ковровые дорожки.
Всегда будет так, всегда был таким.
Свежий воздух заменил мне,
Приятный сигаретный дым.
Но с мерзким послевкусием.
С рождения быть гусеницей.
Alea jacta est. И кто струсил
Кто сдался, тому не стать бабочкой
Как я, быть молью и плохим сыном для мамочки.
Я поставил на себе крест,
Ведь все дороги ведут лишь в веретено,
Что закрутило во мне омут.
И если когда-то я и выберусь от туда.
Я плюну на всё и снова
Пущу себя по этому порочному кругу.

Да я устаю, мысли пристают, а тяга к алкоголя ощущается правильным.
Не желаю сидеть в этой тюремной камере, скованый рамками
И как оставшийся в одиночестве уголëк просто сгореть и медленно тлеть.
Небо давит, а может и я сам давлю на себя.
Поняв что где-то я перебрал, я утону
В пучине отчаяния, поднимая глаза, место ищу.
Где будет свободно и с крыши Атланта из камня я полечу.
Избавясь от капкана, как жалкий щенок на цепи, я сбегу,
От реальности бытия, себя не найдя сново вернусь .
К тому с чего начинал, как кричал и скулил, чему меня жизнь научила
И как из мягкого мальца мразь породила.

На скучной лекции, по математике,
Совсем не слушаю что говорит преподовател мне.
Но твою фигуру я бы, всë же разобрал.
Да и по лучикам из глаз это ощущается взаимно,
Вгоняешь меня в краску как будто я перебрал.
И свои чувства опуска на тебя типо перпендикуляр.
Мы смежны как два угла, и придëтся развернуться на сто восемдесят,
Но градус маловат, и я хочу тебя на все триста шесдесят.
Всë хожу по кругу, не аттестован и не знаю что теперь,
Но чтоб узнать сколько прошëл я, нужна подставить два пи р.
Взгляды пересекутся в одной точке, и построиться пирамида.
Ты будешь на вершине, а высоту я подержу,
Останусь в основании, но я знаю что дотерплю.
И любовь прокатит по гиппотинузе. Хоть теоремы Пифагора здесь не видно,
Но чтоб узнать еë длину нужно по катиту сторон, и всë это объективно.
Возведëм в квадрат и сложем между собой.
И как корень я достану тебе цветов, пусть как угол я тупой,
Но у меня есть кое что на градусов 50.
И мы две точки на луче жизни. А как мы всё знаем
Луч не имеет границы, значит всë повториться по кругу.
Уж чересчур у меня большие амбиции
И я продолжу писать тебе такие стихи как тупица.

После долгой ночи проснусь за горожами.
Да же под скоростью, небо всë солнце не рожает,
Но в кромешной темноте, уж чересчур ты неприлична.
Фразы о вечной любви будут звучять как-то комично,
Может всë же это сон, где то под остатками прихода,
Но приходя домой, стоим мы оба у порога.
Видя это понимаю, время проведëм мы очень классно,
Взял две бутылки белого сухого, но мне к лицу кроваво красный.
Да и врать я не хочу когда погаснет электричество,
Раздеваю правду до гола, но ногата так деспатична.
Таблетки кончились, но есть тот кайф что невозможно обналичить.
Вот бы кто то мне сказал, что я закончу так трагично.

Моя любовь как сигарета, она тянется так резко,
И докуриться однажды, но ей подойдëт любой,
И пусть это не любовь, и пусть это под запретом, когда сам под каболуком.
Но наступает очень нежно, протыкая мои вены,
Не сказать что я зависим, но никто мне не поверит.
Не поверю даже я, ведь она же субъективна.
И объектом буду я, ведь свободы здесь не видно.
Вижу только сквозь стекло, да и там же я останусь.
Моë место это дно, но и там не напиваюсь.
Да и как не посмотри, взглядом метаеш мне дротики,
Но твоë имя для меня, значит ровно тоже, что и наркотики.

Слышу гудок, но придëтся повисеть
На петле времени, что бы заново осесть.
Там где были розы, с запахом свободы,
Всë же твои слова звучали слишком благородно.
Глушу себя абсентом с водкой, пока работает отлично,
Чтобы не слышать мысли. всё же стало как обычно,
Тогда ты говорила что я прожигаю жизнь эгоистично.
Теперь сгораю изнутри, и нужно пару витаминок.
Да и немного дофамина, получать лучше под спидами.
Пусть ночь пахнет весной, и те чусва ощущаются миражами,
Но снова я проснусь за теми гаражами, и повторяя точ в точ тобо буду наносить ей такие же шрамы.

Если краски в тëмных тонах, не сказать что художник бездарь,
Но зато мерзко смотреть на дерьмо,что считает себя лучше чем есть он
На самом деле. И на пределе возможностей точно, не каждый подумает,
Что тот кто рождает свет, преследуем тьмою. Не понимая, что он
Преломляя сам выходит из строя и ломает устои мира присущего пеплу.
За этой чëрной дырой, лучи солнца надежды блекнут.
И под пеленой, нарушит закон мироздания. Всë в этом мире связано,
Но важно понимание, что пожирая друг друга они вершат экосистему этого материального рая.

История вершит новый закон, но мир это всего лишь притон, в нëм
Нет того самого света о котором всë светское общество врëт нам.
И сотворяя доброе дело, опять случится то пекло. Войны, разбои, драки, гонения,
На их фоне всë равно оно блекло. Сомнения сделают лучшую жизнь,
Но лучшая жизнь в ответ плюнит на это. Мнимо величие, для нас столь обычного
Тëмного эго. И воля царя это закон без порицаний, бредом окутан столь важный флакон со светом.
Даже надежду распяли, и может вы посчитаете это бредом, но зло не знает что такое зло.
Главное чтоб теоретики открыли эту аксиому с секретом.

Постепенное стало поспешно,
И в груди засела боль,
Смерть становится жива,
Твои мысли снова ноль.
Ноль из двоичного кода бездушной сети интернета
И в нём нет паритета:
Между черным и белым,
Чем-то понятным и бредом.
Страх давит, глотает, заставляет бежать.
И убивая чертей изнутри, омут становиться громче.
Коли от себя не уйти, то каждый узнаёт о собственной порче.

Ты как в комнате зеркал,и если каждое разбить
То наполнится бакал, от взглядов которые в себя не впустить
Попав в самый страшный астрал, был пронзëн я мыслью.
Всë наоборот, этот кошмар куда я попал стал моей жизнью.
И для людей я строительный анкер
Жизнь это просто баранка, жизнь режут болгаркой,
И каждый мой внутреней чëрт намикал, что
Сам для себя я стал как допельгангер.
У страха глаза велики, а мои ещë налились кровью,
Изрыгаю молитву из недр бошки, а батюшка мой канкистадор.
И каждый вот этот антитеррор, похож на скотобойню.

В зеркалах вижу глаза, страх тянет назад
Искажая сознание вижу тогда, чего стоило всë.
Глаза в потолок, ощущаю давление, не зависим,
Но есть в голове той сомнения. О совести, жизни, правоте всех решений.
Чего стоило то, как старался и падал, на кастыли. Да и те поникли. Это уже давно,
Теплота людей, легче холодного меня, и пока
Цветы тянуться к солнцу, а страх тянет на дно.

Смертельная грация на сцене, метафора точна до самозабвения,
Итог стараний-умиротворение, взгляд в зеркало,
Пусто внутри, неприязнь лишение сил, мотивации истощение.
Чужак из стекла, и не знаешь, вдруг ты отражение.
Колеблясь в решении, курок на готове, и ища спасение найдëт
Исцеление в таблетках. взгляд в небо, 2 полоски Млечного пути.
Идея, мозг вскипает дофамином, тянет коленвалом по терновому пути.
Не видя страданий и пригард в грëзах и венах.
Пойдëт по путям как поезд, наш комедии венец.

Танцуй и купайся в психоделике, рот вяжет и не сказать и слова
О правильности решений, забуть о мозге и слушай ритм сердцебиения.
От звëзд получучаешь пульсары, пока не встанет пульс, чтоб были рады.
Идей и мысел нехватка пустит колëса в оборот,
И кукловод сам станет куколкой, в клетке из игл замкнут,
Найдя героиню собственного представления жизни.
И как бывает погубит еë героином. Организм не держит
Художник страдает, в пустой комнате внутри потихоньку загнивает.
Импульс завис, некроз мысли повалит художника наземь,
И огленувшись назад, увидет ценность собственных страданий.

Проснулся, космос молчит, бьëтся в стены, брыкается, хочет идей,
Вероятность пасть в забвение пугает людей, та хтонь где заключëн тот чужой.
Он не забыт, но память стоит всей жизни. Буквы и цифры ценятся счастьем,
Манимый величием, повален обычностью. В психозе гнева
Разрушит себя. Обрушит вину на свои идеи. Не имея сожаления
Записи мыслий горят до тла. Считая что зря прошли те страдания.
В разбитом зеркале видит разбитое я. В гневе отчаянно пустит по вене и прокатит колесом последний пульсар.
Художника погубит собственное творение, чудовища горение заставит полыхать,
В огонии, и кончит он не в снимках попораций и глупых авациях,
А с таблетками в обнимку и будет загневать.

Мы болеем с самого рождения,
Болезнь-смерть, и болезнь умертьшвеление.
И нельзя избежать такого конца,
Жизнь остаётся уделом святого отца.
И аллегория до боли так точна
Людям дано лишь два конца.
Стать великим и добиться всего самому,
Или остаться ничем и уйти на дно как Муму.
Но она ли виновата в данном происшествии?
Мы сами сотворяем, то смерти шествие.
И парад боли, гонит к лучшему,
Но не вспомнят жертв, к далее идущему.

Все идут по учению Хреста спасителя,
И на нас не хватает лишь зла обителя.
Никто не заметит злосчастных оков,
Все хотят верить в этих "правильных" богов.
И болезней много у нас, хот мы не замечаем
Голос совести в голове мы успешно изгоняем.
Пусть жизнь коротка, но это относительно,
Иметь своё мнение, теперь оскорбительно.
И лучше закончить в смертельном танце
Или же в любви апатии и грации.
Гарантий дайте, даказать мне
И то что я услышу сельвупле.

И пытаясь избежать жизни окончание,
Каждый начинает самобичевание.
И есть ли смысл стараться,
Пытаться , а потом убиваться.
И снова, и снова, и так по кругу,
Быть замкнутом в своём же труду.
И омут глубок, неотвратим, а
Болезни зависимость неопределима.
Но всё хорошее про нас-только лесть,
Для мира мы тоже болезнь.
И не СПИД, и не рак, и даже не аннемия,
Наше существование всеволишь пандемия.