Мелодекламация

Этот брусок словно камень на темя бьёт.
И тот кусок мяса орёт.

Ты в зеркало глянь: это ты тут кричишь!
Ты посмотри — неужели теперь одна тишь?

Это в твоей голове не властно.
В жизни это всё просто опасно.
Дай мне глоток ацетона и намыль мне глаза.
Дай выпить баночку «Доброй колы» и «Фейри» долей мне туда.

Надо быть чистой, как учат в текстах.
Знай, дорогой, что значит страх!

Люди унылы, забудь эту грязь.
Мы им не милы, они всегда смотрят на мразь.

Просто пройди мимо этих холодных парадных в лесу.
Возможно, нам не найдётся места в сансаре, тогда мы сгинем в аду.

Я буду рада, если со мною заснёшь.
Не слушай те крики, что в голове.
В моей они тоже, их не видно извне.
Закрой свои уши, давай по таблетке —
И просто уснём.
Возможно, тогда мы спасёмся вдвоём?

Я в кругу ада, спасите меня.
Флешбэки мелькают быстро — это знаки, ведь да?

Я в кругу ада, я слышу звон!
Мне очень страшно — я не знаю, кто он.

Мне очень страшно, забудьте, что я говорил.

Ногти в земле, я могилу себе долго рыл.
Ногти в земле, грязь в уши лезет и червяки.

Это всё моё тело.
Я как гуттаперчевый мальчик,
Как акробат — прыгну в окно.

Тело моё пахнет плесенью, сердце источает страшный смрад.

Мне так страшно, мне так страшно, ребят...


Вы не спасёте меня — ведь вас просто нет.
Это всё голоса, что звучат в голове много лет.

Это всё мои страхи — остаться собой.
Это всё страх пред мраком, жуткий покой.

Не оставляй меня, Боже, кем бы ты ни был, не оставляй!

Мне это не гоже, я не попаду в рай.
Прости меня, солнце, что я в аду.

Это от страха, в котором живу...

Во мгле ночной и сне безликом скроется твоя печаль.
Солнце выйдет тихо-тихо.
Солнце будет как пожар, кожу истирать всю в тряпку.

Светит, истирая даль.
Ты всё смог и без остатка мне отдал всего себя.

Ты герой, путь твой не гладкий, но ты смог, несмотря на себя!
Смог сдвинуть лавину, смог солнце испепелить.
Но теперь мы лежим в грязной тине.
Но ты смог меня полюбить.

И ненастье так непокорно — не замечай следов на лице.
Эти рабы всё так же покорны, а ты красив не только во сне!

Не слушай тех, кто покорен, не слушай тех, кого закопали в цемент.
Они так же с покровов строят дома и дают свой обед.

Ты отдал свои силы, непоколебимо смог меня растворить.

Но теперь мы в паутине — но ты смог меня полюбить!
В обитель зайдешь — я буду там же.
Им не с руки играть с нами в прятки.
И я тебе отдам себя без остатка.

Солнце светит, ты сгорел — но ты весь нетленный, и душа.
И поныне знай, любимый: ты всё сделал, и не важно, что в аду моя душа!

Пусть боятся к нам подкрасться, пусть боятся темноты.
Хоть без кожи, в шрамах рваных, ты убьёшь их — не спеши.

Разрешаю: уничтожь их, не лечи!
Пусть все знают, что поныне тебе неведом страх.
Я сорву с себя всю кожу, чтобы стать на тебя похожим, чтобы с тобой не знать про страх!
Ты всё сделал как и надо.
Я уверена, что теперь мы сбежим из ада!

Тошнота выводит кровь на сцену.
И я стою, блюю у твоей двери.
Ты стоишь, кричишь в углу, что раздаётся эхом над могилами так тихо.

Так тихо, что над кладбищем все затихают вихри.
Ты стоишь, а я блюю в обоссанном подъезде.
Ты плюёшь, а я люблю тебя до смерти.

Водка выйдет через гланды.
Солнце светит, а слюни катятся из пасти.
Кривые зубы мудрости мне говорят о тупости.

Поищи в своей аптечке стыд.
Пусть уйдёт ненастье, я залью туда ещё раз спирт.
Пропадёт опаска, я куплю нам безлимит.

Ты меня так любишь очень — у меня в душе кряхтит.
Тебе так опасно, страшно — уходи, забудь меня, уйди!

Солнце светит сквозь твои до жути тоненькие пальцы — я облизываю пол.
Под страданием возьмём формальность — злые у соседей пасти.

Обозлённые приветливо — знакомым взглядом чуют, что от куртки пахнет смрадом.
Ты стоишь стыдливо, пальцы в связке перебирая,
Я стою стыдливо и рыдаю.

Слёзы катятся, и ты уйдёшь, ты вернёшься очень скоро, ты забудешь про свободу.

Ты простишь меня опять, я опять буду блевать.
Ты пропустишь на порог, мы заплатим наш оброк за дом.

Спасибо дедушке за детство, спасибо папе за любовь.
Ты дождёшься меня снова, ты дождёшься меня вновь.

Я закончу, прекращу.
Если водка вдруг закончится в бутылке, я тебя найду везде...

Грязь проедает ноги.
Грязь впиталась в грязные мозоли.
Грязь на могилах чёрной болью.
Грязь убивает пустоту...
Я выпиваю анаболики.

Ты не полюбишь грязь, в комнате так грязно.
Муха в кофе, что остался со вчера.
Ты ушла,
А грязь прорастает в мои ноги.
Хочу забиться в шкаф и не вылезать оттуда никогда.
...
И кровь впитается в пушистые пылинки, нос забился грязью из ботинок.
Грязь, тошнит до боли от знакомых лиц.
...
Я в берлоге чёрной спрячусь, проедая кожей стены.

Грязь проедает чуть гниющие от сажи ноги.
Грязь — в умиротворении мы все убоги.

Грязь...
Прости, что так угасла страсть.
Грязь спрячет в пыльненькой берлоге.
В куче тряпок загниёт мой труп.
Ты не найдёшь меня,
И запах ног не выдаст мой гниющий труп.

Соседи не заметят боли, ты не заметишь страх.
Мне очень жалко, что я упал в твоих глазах.

Ноги грязные я вытер.
Ветер вновь свистит в руках.
Небо яркое и солнце.

Пепел тает на глазах,
Сигарета дымом тлеет.

В закромах я прятал сердце, под ногами — грязь и смог.
Ты прости меня, родная, — это пережить не смог...

Глотай таблетки!
Сука, глотай, ты же ждёшь этот счастливый момент¿
Ты ждёшь момента, ты делаешь рефлекторные движения.
Ты не осознаёшь, что они делают вокруг тебя.
Они не осознают, что творят.
Эти твари глотают таблетки.
Они пытаются быть обласканными твоими глазами, но они притворяются...

Ты плюёшь кровью, пытаясь выпить таблетки.
Сегодня души очистятся.
Но что же такое душа¿
Бесформенная, склизкая, гадкая жидкость?
Части мозговых клеток или нейронных связей?
Ты уверен, что сегодня это будет конец?
Неужели ты проиграешь сам себе¿

Я заливаю себе в рот хлоргексидиновую кислоту, продлевая свою жизнь, я лечу внутренности.
Ахахахааахха!
Я донесу до вас этот аспект, за который вы выпьете.
Таблетки вылечат не всё, но дадут выход в мучениях.

Я скупаю во всех магазинах хлоргексидиновую кислоту.
Я захлебнусь в счастье,
Ты захлебнёшься в моей дружбе.
Вы захлебнётесь в моём окружении.
Я захлебнусь в боли и прострации.
Хлоргексидиновая кислота пьётся обязательно вместе с гидроксидом конон.
Вы захлебнётесь, ознакомившись с моей фрустрацией.

Но я вам даже не желаю к ней подходить, мои потребности пусты.
Цели, к которым я иду, слишком ничтожны.

Таблетки бессмысленны, ты сам себе пропишешь рецепт.
Вы будете следовать по своему рецепту.
Вы дадите волю своему таланту.

Но мы все, мы все всего лишь окажемся в конце на больничной койке.
Но мне будет достаточно одной иглы, чтобы лопнуть этот бессмысленный шарм и опустить вас на землю, показав, что мы всего лишь спим.

Двери палаты закроют.
Мы будем наслаждаться искусством в своей голове, прятать тапки друг друга и получать удовольствие, пуская слюни.
А пока я предлагаю выпить гидроксид конон и запить его хлоргексидиновой кислотой.

Гало светит над Всевышним, олицетворяя нимб,
Как красивое затишье перед ливнем страшных грёз.

Витилиго стало гуще, облако теперь везде!
В поднебесье вьются птицы, разгоняя белый шум.
НЛО не видно больше, и закрыто всё тайгой.
И химтрейлы — лишь дорожки кокса для Всевышнего даны.
И Попай шпинат свой ищет, чтобы землю превозмочь.

Полимерные волокна оседают на ногах.
Алюминий на всех стёклах, и зашторены дома.
Из посёлка слышны крики, и на дереве — нога.
Боль фантомная настигла или просто страх судьбы.
Это заговор, наверно, но они везде, повсюду.

Видят всё — куда иду.
Мне чуть хуже от погоды — отдохнуть я не могу!
Надо с силами собраться и идти вперёд к реке.
Там землянка есть чуть дальше, там я спрячусь от людей!
Там незрячие лишь плачут, а глухие там поют.
Там её не видно — там меня ведь не найдут!

Если вдруг они вернутся!
Если вдруг они следят!

Я не дам им обернуться — я найду свой дом опять.
Лишь землянка меня скроет, и не попаду к врагам!
Топь повсюду есть забвенье — но я поглощаюсь в ней.
И на опыты прозренья я не попаду к ним в дом!

Издеваются, Иуды!
И иллюзия резиновой руки мне напоминает чудо — будто ноги не мои!

Я дойду — в землянку лягу.
В сноподобном состоянии я узнаю, кто вверху!
И договорняк не скроют!
Я узнаю, я найду!

Вдруг земля разбита в соты!
Вдруг колонизирован весь Марс!
Вдруг кикимора в поводьях знает, как найти напас!

Не найдут меня отныне, пусть боятся, чудаки!
Мне в землянке будет лучше — там спасение в тени!