А мы летели на Луну

До, понедельника ты уехала,
Просто, взяла и бросила,
На кануне Сочельника, ты так, уже делала,
Как, впрочем, и в прошлую, осень.

А я наливал себе, горькую,
Не в рюмки, а в стаканы,
И убеждал себя, жизнь, не закончена,
В свои, погружаясь мечты:

Как будто плыву, далеко пароходами,
В долину заснеженных снов,
Иль тайно, бреду, по болотам, проходами,
Встречая друзей и врагов.

И время в пути, не бежит, и не тянется,
В воздухе время висит,
Оно между строк, в промежутках, болтается,
А попросту, время спит.

До,понедельника, "что тут, такого",
Ты скажешь, смеясь, как всегда,
Ну да, ты найди дорогого, другого,
Но только уже без меня.

Пускай тебя ждёт, и днём он, и ночью,
И плачет, и злится, когда,
Ты будешь, с другим, задыхаясь молится,
Но все это, с ним, без меня.

Среди волн на море синем, на кудрявом островке,
Голубая Буратина видит родину во сне,
И ей снятся щи да каша, печка полная огня,
Девка, Полозкова Маша, дед, вскочивший на коня.
А ещё поля да пашни, пьяный конюх, и хромой,
Лучший друг, Валерка Пашин, пёс бездомный и больной.
Покосившийся сарайчик, дров поленница, кино,
Где повсюду только наши, луч, пробравшийся в окно.
Где она как шустрый мальчик, машет палкой во дворе,
И рыбачит, с братом старшим, с спозаранку на заре.

Сколько жить-то осталось- года,
Может день, а быть может ни дня,
Может миг, а быть может сто лет,
А быть может, пока тень и свет,
Пока речка, волной в берега,
На траве, рано утром роса,
Тел влюбленных, тепло и дыханье,
И любовь, видит смысл, в расстояниях.

Сколько жить-то осталось, скажи?
Поразмысли, и нам доложи,
Чтобы, всем, просчитать свой побег,
Чтобы быстро бежать, тыщи лет.

И оттуда, из далека,
Видеть, как умирают леса,
Как исчезнут в колосьях поля,
Как под пеплом умрут, города.

Мы устали от вечной войны,
От безумств, грабежа и хулы,
От настойчивых слов «Вам, нельзя!»,
Вам, нельзя! Вам, нельзя! Вам, нельзя!».

Мы устали, но будем молчать,
Потому что, нам всем, наплевать,
Потому что, так хочется, жить!
Потому что, нам хочется, жить!

Сколько жить-то осталось, скажи?

Все говорят ты умница, такая вот, в двадцать лет,
Я думаю, просто блудница, каких не видывал свет.
И рукава словно пончики, и дикий волнующий смех,
Все это, когда-то, закончится на склоне лет.
Ведь ты откровенная пьяница и дерзкая егоза,
Но есть у тебя красивые и добрые глаза.
И ты расстилаешься искренне и молишься чуть жива,
Но только слова фальшивые, не те слова.
Ну а, когда закончится твой резвый бег,
Тебя оплетут могилой, на тащи лет.

Ну, а пока, ты как умница, как быстрая стрекоза,
А попросту, гадкая блудница, ничья слеза.

Красным по белому, мазали красками,
Мазали новыми русскими сказками,
Мазали утром и мазали вечером,
Тихо шепча: «Вы же, всем обеспечены!».
Ну, а когда посмотрели, что ж стало,
Тихо решили начать всё сначала.
Снова по белому, красными красками,
Снова, с прекрасными русскими сказками.

****************************
Головы Змея устроены так,
Что не придумают- так, всё не так.
Боже, какие мы все дураки,
Верим и думаем – Всё! Впереди!
Знаю, начнут, как всегда, всё сначала,
До бесконечности - чтоб, нас, не стало....

В обратный путь спешу на склоне лет,
Морщинами израненное тело,
Устало источать предсмертный свет,
Кому до старика теперь есть дело.

Заботясь о скупых своих мощах,
Их кутаю в истлевшие лохмотья,
К груди иссохшей прижимаю горько,
Твой амулет в серебряных крестах.