Девять кругов ада.

Открыл глаза я, как в бреду,
Как оказался я в аду?!
Но я совсем не удивился,
И даже не перекрестился,
Пройти круги все ада надо,
Такая вот моя награда,
За жизнь, которую прожил,
Которой я не дорожил.

Вот первый круг и он же Лимб,
Тут все, кто не примерил нимб,
Тут много маленьких младенцев,
И некрещённых отчепенцев,
Тут Моисей и Авраам,
Делили горе пополам,
Сквозь души их я пробирался,
И лучше бы, уж тут остался.

Спустился я на круг второй,
Да это ж Похоть, Боже мой!
И стоит тут же мне признаться,
Что я любил в ней искупаться,
Сквозь бурю, тьму и вонь сношений,
Я пробирался без сомнений,
Хоть душ блудниц пришлось касаться,
А те манили там остаться.

Вот третий круг - Чревоугодье,
В нос бьёт ужасное зловонье,
Здесь солнце жирных раскаляет,
А дождь, как лёд - плоть разрывает,
Шёл по колено в мерзкой жиже,
Позывы рвотные всё ближе,
Но надо продолжать идти,
И пусть отсюда мне найти.

Вот, Жадность, адский круг четвёртый,
Тут каждый жадина упёртый,
Они таскают тонны злата,
Но им всё мало, больше надо!
Тут хором миллионы душ,
Кричат, отдай всё, подлый муж!
Я так бежал, порвал сандали,
Чтоб на куски не разорвали.

Гнев - пятый круг владений ада,
Для злости поводов не надо,
Здесь каждый полнится гордыней,
И ненависть ко всем поныне,
В болотах гневные тут бьются,
На дне, ленивые трясутся,
И я там еле не увяз,
Ведь злился сам я и не раз.

Спустился я на круг шестой,
Там город Дит вдали, большой,
Еретики и лжепророки,
Тут отбывают свои сроки,
Тут паства чёрная в огне,
Возносит песни сатане,
Сквозь них я еле как пробился,
Ведь никогда я не молился.

Вот и сам город - круг седьмой,
И пояс первый - Флегетон,
Разбойники тут и тираны,
В кипящей крови моют раны,
Тут Минотавр держит Дит,
И злой Кентавр чутко бдит,
Кто с омута крови всплывает,
Тому он в голову стреляет.

Пояс второй, упал я ниц,
Здесь Лес растёт самоубийц,
Их гарпии тут разрывают,
Пощады ни какой не знают,
А тех кто всё зазря теряет,
Тут стая гончих загоняет,
И тут вновь, я чуть не остался,
Ведь я ни раз с собой квитался.

Вот ярус третий для тоски,
Зовут - Горючие пески,
Тут в иссушающей пустыне,
Огнём льёт дождь и не остынет,
Тут богохульник с содомитом,
Душой страдают о забытом,
И я когда сквозь пробирался,
Боялся...в Боге сомневался.

И вот, предстал и Герион,
Восьмой круг, точно, это он,
Расщелин Злых в нём прям с десяток,
И тут я буду лучше краток,
Места для всяческих лжецов, фальсификаторов, воров,
Тут бесы их всегда встречают,
Рвут, хлещут, режут, убивают,
И я опять с трудом прорвался,
Ну наконец-то, круг остался!

Когда попал в девятый круг,
Истерзан был уже от мук,
Но, в чём я и не сомневался,
Что самый страшный круг остался,
Тут вмёрзший тел полным полно,
Упали души их на дно,
Круг для предателей убогих,
Продали, предали, что многих,
Жуёт троих сам Сатана,
Такая участь им дана.

За что же я сюда попал,
Уже и сам я понимал,
И вот минул девятый круг,
И дьявол стал, мой лучший друг,
Ведь, суждено мне тут остаться,
Что дьявол - Я, пришлось признаться.