Не стоит со мной говорить,
Молчать со мной тоже не стоит.
Зато со мной можно курить
И слушать, как волки воют.

Не стоит со мной смеяться,
И плакать со мной не стоит.
Зато со мной можно драться
И сдирать со стены обои.

Не стоит со мной делиться
Ничем, что для вас что-то стоит.
Зато со мной можно злиться,
Когда на душе помои.

Не стоит со мной обниматься,
И целоваться тоже не стоит.
Зато со мной можно расстаться
И мило гулять с другою.

Не стоит со мной быть нежным,
И грубым быть тоже не стоит.
Зато со мной можно, как с перцем:
Чуть горечь — плюнуть. Устроит.

Не стоит со мной засыпать,
И просыпаться тоже не стоит.
Зато со мной можно сбежать
Туда, где печаль не накроет.

Не стоит в меня влюбляться,
И влюблять меня тоже не стоит.
Зато со мной можно завраться, —
Меня ведь и это устроит.

Не стоит на мне жениться,
И разводиться со мной не стоит.
Со мной можно просто напиться, —
Ничего со мной время не стоит.

Загубленный талант, пропитая молодость.
Я вовсе не Атлант, я съеденная гордостью.
Горящие глаза, трясущиеся руки,
Сожжённые стихи и творческие муки.

Губами сигарету игриво обверну,
Стекающую резко вытру я слюну.
В руки карандаш, кожаный блокнот —
И рвётся весь тираж, нет слов, я идиот.

Налью в бокал вина и джином смочу горло,
В руках карандаши, листы — овал неровный.
И снова я сдираю всё то, что создаю,
И снова заливаю — талант я всё ж пропью.

Снова сигарета, зажатая в зубах,
В бокале звенит лето и виски на губах.
Рисую себе маски, пред зеркалом стою:
«Трагедия в трёх актах» — в зеркало плюю,
Корчу себе рожи, плачу и смеюсь,
Лезу вон из кожи — таланта нет! Сопьюсь.

И снова разбиваю: стаканы, зеркала,
И снова разрываю: картины, письмена.
Ничто не будоражит, лишь никотин в крови.
Муза нервно скажет: «Пить-то прекрати».

А я её не слышу, кольцом пускаю дым,
Уже ничто не ляжет в сюжет моих картин.
И допивая горько последний свой бокал,
Я закричу так громко, что слышно до Балкан:

«О том, что нет таланта, что всё я потеряла,
Что я — дитя театра, в котором не играла,
Что я — поэт без имени, которого не чтут,
Что я — художник времени, в котором не живу».

Вот так я и покончила искать себя во всём.
Бездарность — моё имя, талант же мой — питьё.

Танцую в темноте
без одежды.
Без единой одежды.
Вру.
Я там без надежды.
Без надежды
умру.

Заслужила, не иначе,
По-другому быть не может.
Она же дура — и тем паче
Умный дуре не поможет.
А чего с ней обходиться,
Как с достойным человеком?
Дура нам не пригодится —
С ней общаться только смехом.
Дура это заслужила,
Дура всем игрой служила,
Дуре нечего сказать,
Дуре нужно место знать.
Ей чего ни говори —
Она с обидою внутри.
Надоела! Дура дурой —
Дама с тонкою натурой.
Вы ей правильно сказали:
«Ты — цыганка, я — боярин;
Ты — безумна, я — мудрец;
Ты без рук, а я — пловец;
Ты безнравственна, ты — дура!
Я — искусство и культура!»
С дурой все так обходились,
С дурой дружбы не водились,
С дурой умный не пойдёт —
Умный дуру обойдёт.
От чего же она дура?
Умным мнила самодура.

О, у меня для тебя ничего нет:
Только я, чемодан и кот.
Мы вместе изъездили свет,
Но не пробовали антрекот.

О, у меня нет к тебе чувств:
Только жалость, печаль и стыд.
Я не приношу никаких жертв,
Когда человек уже сыт.

О, у меня нет никаких сожалений:
Только слёзы по тем, кого нет.
Я не знаю, в каком поколении
Заработала столько бед.

О, у меня нет ни к чему страсти:
Только жалобный крик во сне.
И я избегаю страшной напасти —
Связать с кем-то судьбу в две.

О, у меня нет для тебя ничего:
Только я, чемодан и кот.
В моём чемодане полно всего:
Осколки сердца и стихов блокнот.

Я каждый день принимаю яды:
Курю сигареты и пью вино.
Я не замечаю ни в чём отрады —
Жизнь вся на красное, как в казино.

Отравляю себя я чем только можно:
Люблю я не тех, выбираю не то.
Подобное с каждым случалось, возможно,
Когда твоя жизнь стала, как домино.

И яды всё глубже в кровь проникают,
А люди на улице новее толкают:
«Мол, вот, возьми этот — он точно поможет»,
Но жаль, что яд ядом лечиться не может.

И вот ты всё больше впадаешь в отчаянье,
Теперь никотин для тебя — кислород.
Дальше травишь себя любовью, прощаньем,
А яд к сердцу близко — дойдёт он вот-вот.

Но ты не из слабых — ты идёшь до конца!
Берёшь уже яды опасней, дороже.
Теперь размышляешь: «Я без кольца…
Неужели никто со мною не сможет?»

И вот тебе больше травить в себе нечего —
Внутри не осталось совсем ничего.
Всё тело твоё людьми изувечено:
Ведь яд — не только табак и вино.

Ломает рёбра и колит сердце,
Глаза слезятся, как после перца.
Корежит пальцы, и нос отёк,
А на губах — кровоподтёк.
И руки ломит, и тянет ноги,
Как после тысячной дороги.
Надулось лёгкое, лопнул сосуд —
Вот так вершился самосуд:

Меня избили — я попросил,
Меня топили — опять просил,
В меня стреляли — я настоял,
Меня пинали — я так желал.
Меня пырнули — всё, как хотел,
Меня швырнули — я не был нем.
Я сам хотел, я умолял,
Чтоб истязали, чтоб я знал.
Убийцы были благосклонны —
Слова мои, вот и покорны.

Зачем же так я истязался,
Так над собою издевался?
Да просто жить было противно
(Расценивал я субъективно).
За то, что я не отпускал,
За то, что всех на дно толкал,
За то, что заставлял любить,
За то, что попросил простить.
За всё, за эти за грехи —
Сам наносил я вывихи.
И ни кувалдой, ни стрелой —
А мыслью своей собственной.

Вот так порой у всех бывает,
Что не удары убивают,
Ни пуля-дура, ни верёвка,
А слово (хуже, чем бечёвка).

Истинный гений, конечно, обязан пить:
Предпочтительно — гранчак чистого спирта.
Истинный гений, конечно, обязан курить:
Не избегать с никотином обольщения и флирта.

Истинный гений, конечно, обязан страдать:
Быть влюблённым, потерянным, ну и бедным.
Истинный гений, конечно, обязан не спать,
Исписывая своими стихами все стены.

Истинный гений, конечно, обязан болеть:
На голову — а лучше — душевно.
Истинный гений, конечно, обязан терпеть
Издёвки, насмешки — всё должно быть плачевно.

Истинный гений, конечно, обязан погибнуть
От мук (своего ли сердца?) иль от пьянства.
Истинный гений, конечно, обязан отринуть
Похожесть, власть и жеманство.

Пока поедает кто-то мясцо
Обросшей жиром рыбы —
Я умываю грязью лицо
И сплю на кровати из глыбы.
Пока упивается кто-то нектаром
Из самых сладких и достойных сортов —
Я согреваюсь лихорадочным жаром
И бризом дышу протухших портов.
Пока кто-то шёлком устилает покои
И золотом шьёт тривиальный сюжет —
Я доедаю за собакой помои,
Но всем отвечаю: «Я просто аскет».
Неравенства полон наш мир до безумия,
И нам остаётся надеяться лишь
На жалость Бога и вулкана Везувия,
Чтоб лишил нас страданий, как кот лишил мышь.

Скоро всё станет понятно,
Скоро заметят все,
Что стала я неопрятна
И лазаю вверх по стене.

Никак ничего я не скрою,
И придётся тогда сказать,
Что что-то не так с головою -
Она начала сдавать.

Ничто боле не утаится
И все задут вопрос:
«Да что с тобою творится?
У всех по коже мороз»

А я по стене всё выше,
Почти что на потолке,
Кричу, но никто не слышит,
Ведь крик этот только во мне.

Я выгнал кошку — надоела.
Кусает, прыгает, вопит.
И лапы лижет то и дело,
Когда мышей тут — пруд пруди.
Бросает шёрстку где попало,
И стены все мне ободрала.
Грызёт мне пальцы, лижет уши,
И тащит в дом мне птичьи туши.
Хвостом виляет, как попало,
Ей будто вечно места мало.
Ластится в миг, когда не нужно,
А когда глажу — смотрит грузно.

И я решил — пускай уходит.
Она же — адское отродье.
Прогнал её я со двора.
Не пропадёт она одна.

Прошло два дня — не воротилась.
Четыре, пять — неделя срок.
А кошка, будто испарилась,
Хоть бы оставила следок.
— Ну и пускай! Ушла — и благо!
Такого ада мне не надо!
Опять начнёт вопить, кусаться
И шерстью белою бросаться!

Прошёл и месяц — я пропал!
Ну где же кошка? Кто б сказал?
Я без неё ни спать, ни есть —
И в жизни горя мне не счесть.
Скучаю страшно, ночь не сплю,
Всё думы думаю, курю.
— Ну где же «мяу»? Ну где ты, киса?
Ты мой покой, моя мелисса.

Прошло три года — моя кошка
Давно забыла обо мне.
Теперь в другие два окошка
Она глядит, как в душу мне.
Я видел её года два назад
С другим хозяином, добрее.
Она гуляла там, где сад,
А он — за нею, всё за нею.
Она идёт так грациозно,
И нежная, как никогда,
А он, я вижу, с ней теплее
В десяток раз, милей меня.

Маленькая дурочка, девчонка-трубадурочка,
Бежит за ним вослед, всё ищет силуэт,
Всё ищет трубадура — девчонка эта дура,
А он идёт, поёт — и к ней не подойдёт.

Девчонка-трубадурочка бежит по узким улочкам,
Бежит, кричит, ревёт, а трубадур поёт.
Поёт о том, что гложет, поёт о счастье мнимом.
Она за ним несётся, но каждый раз — всё мимо.

Девчонка-трубадурочка, ну, ты чего так плачешь?
К тебе он не вернётся, хоть даже ты заплатишь.
Ему не нужно золото, ты тоже не нужна —
У трубадура, дурочка, головушка пуста.

Девчонка-трубадурочка, ну, ты чего опять?
Ещё ты не устала трубадура догонять?
Девчонка-трубадурочка себя не бережёт —
Она же трубадуром дышит и живёт.

Девчонка-трубадурочка, совсем-совсем глупа,
Хотя у трубадурочки на месте голова.
Но что ж ты будешь делать? Ведь он — её любовь.
Для этой трубадурочки он как по венам кровь.

Девчонка-трубадурочка, забудь его, беги
И прекращай замаливать ты все его грехи.
Девчонка-трубадурочка, ты как стала такой?
Лишь из-за трубадура ты стала дурочкой?

-Не жди, не печалься, душу не рви -
Я с осложнением твоё ОРВИ.
Выпей таблетку - малина и мёд -
Каждый симптом мигом пройдёт.

Сердце болит? Тахикардия?
Я - твой инсульт, твоя аритмия.
Сдай все анализы, спроси у врача -
Он назначит лечение, рукава засуча.

Что там -мигрени? Височные доли?
Выпей лекарства - они обезболят.
Галлюцинации? Видишь повсюду?
Что, не лечил ни мигрень, ни простуду?

В рёбрах покалывает? Невралгия?
Может опять твоя аритмия?
Я же сказала - врача посети!
Нет, не пытайся! Меня не найти.

Что там - живот? Какие-то бабочки?
Это не просто «да так, неполадочки»!
Скорее в больницу! Где Вы?! Сестра?!
У нас тут больной! У него тут искра!

Скорее, на помощь! Спасите хоть кто-то!
Ему же нужна любовь и забота.
Он хочет…чего? Нежности? Ласки?
Скорее сюда! Тут болезнь, а не сказки!

Ну вот, никого! Почему ты не слушал?
Сказала же: ты мною слишком простужен!
Это - болезнь! Ну как не поймёшь?!
Чем дальше - тем хуже! Лекарств не найдёшь!

И что теперь делать? Это непоправимо!
Теперь ведь ты болен неизлечимо!
Чем раньше болезнь начинаешь лечить - Тем быстрее опять научаешься жить.

Ну вот, наконец-то - скорая здесь!
Как излечиться? Шансы хоть есть?
-Сочувствуем, но пациент проиграл этот бой…
-Но что за диагноз?
-Диагноз: любовь.