О теме смерти и жизни
Мне нечего ещё сказать
Словно не бывал в боли
Будто не видал хрупкость

И о проблемах себе врал
Ну возможно понадумал
Захотел пожить несчастным
Так задумав мир напрасным

Принял парочку мыслей
Выбрав путь необычный
Осознал.. Что моё счастье
Оно в моих страданиях

Вновь придёт к тебе твой новый человек,
Вскроются в муках сомнения, наступит:
Пару новых чувств, даже если ты мудак,
Просто лишь мы, кто во всем виноват.

Решив что убегает дохлая в жизни пора,
Ты сам понимаешь, что воль не поймаешь.
Так и вскоре глухая душа станет тупа,
Тело снова будет чувствовать радость

Бурная ночка, тёмные звезды,
Вечные мысли, пугливые сны.
Ещё не спит моё глупое тельце.
В сознании очень мешаю себе.

Терпи, моё сердце, просто живи.
Ненавидь, если так поедут пути.
Прощай, если уж много терзал.
Скоро твой отдых, ведь осознал:

Я хочу побыть лучшим, мёртвым.
Пару минут солнечным днем.
Хоть часик спокойный прошу,
Может одну последнюю недельку

Нож казался таким страшным,
Но выбором — почти изящным.
Огромный... стильно-острый,
У горла замер точкой тусклой.

Не оторваться и не заснуть,
Ведь тяжело не закончить,
И тело моё тупо встало,
Опираясь, тихонько ревело.

Боялся конца касанья
В животном сознании.
Осознаем себя сами —
Плох плод мирозданья.

Стал холод стали, как спасенье,
В немом и диком онеменье.
Я сузился до блеклой кромки,
Хватит с тел наших пыли.

Но оступился я, дебил...
Нож запачкал, уронил,
Оставив только шрам
В начале шеи по бокам.

Теперь рубец в полруки
Напоминает мне о боли,
Что не получилось сразу...
О том, что закончить хочу

*все станет лучше на улице через недельку, конец это не выход*

Плывут по небу мягкие облачка,
Рисуя психозы твоего утра.
И знала ты, не остановилась,
Теперь нет пути назад из гроба.

Прости, я по тебе не плачу,
Вспоминая в далеке всегда грущу.
Я помню всё, что ты девица,
Раскрывала руки, как птица.
Худела сильно, словно больна,
И вникая в среду, ты вышла в окно.

Теперь что мне делать, я не знаю,
Ведь с каждым днём я угасаю.
Словно ты, без себя и сожаления,
Умру в свой же день рожденья

Старушка недавно в могилу легла,
Остыла постель, догорела свеча.
А в тусклом свету, у края стола,
Бумага с печатью — печать горяча.
Два внука, как пара голодных зверей,
Забыли про траур, про совесть и стыд.
Делили наследство: тепло алтарей,
Земли чернозем и квартирный гранит.
В глазах не слеза, а холодный металл,
Им мало на брата одной половины.
Сначала — упрек, а за ним и оскал,
И ненависть гнилью согнула им спины.
За каждый лоскут и за каждый порог
Сцепились в безумии бешеные волки.
Один хрипло взвыл, вырывая кусок,
Другой за нож взялся, забыв об осколках.

В ЯРОСТИ ДИКОЙ, СРЕДИ ТЕМНОТЫ,
РЕЗАЛИ ГЛОТКИ, НЕ ЧУЯ ГРАНИЦЫ!
ВСЕ СЧАСТЬЕ СМЕШАЛОСЬ В ГРЯЗНЫЕ СЛОИ,
КИШКАМИ И КРОВЬЮ ПАЧКАЯ ЛИЦА!
ВСЕ НЕ ИСКУПИШЬ СЛОВАМИ: СЕБЯ НЕНАВИЖУ!

Он принес его в дом, как простую игрушку,
Тот не знал, что под лапой, на мягкой подушке,
Зверь умеет не только играть и ждать.
А жена наигралась — и холод в глазах,
Когда маленький хищник просил лишь воды.
Он терпел её стопы в пустых каблуках,
Получая пинки вместо доброй еды.
Год прошел, клетка пуста, и засов не закрыт,
Им плевать — испарился ненужный багаж.
Но в тени, где подъезд тишиною забит,
Начинается страшный, ночной репортаж.
Он узнал её запах, он вспомнил запах родной!
Когда жажда сжигала его изнутри
И теперь, повстречавшись в подъезде с хозяйкой..
Он решил: за пинки болью — бери..

БЫЛО МЯСО! БЫЛО ТЕСТО!
БЫЛИ КРИКИ! ВСТАЛИ СТОНЫ!
КРИКНУЛИ КРАСНЫЕ РАСКРАСКИ!
БЫЛО! БЫЛО! ВСЁ СВЕРШИЛОСЬ!
РАЗЛЕТЕЛИСЬ ВСЁ И ВСЯ!

*просьба конвертировать свою ненависть в творчество*