Доспехи все начищены,
Клинок блестит в улыбке.
Бутыль святой водицы,
Уже висит на поясе.

Луна на небе светится,
Но в зеркале нет образов.
И черти в окна ломятся, –
Пришествие тьмы воинов.

Всего их было четверо, –
Потомственных охотников.
На нежить осквернёную
Священный гнев обрушивших

Танцует в поле ветер,
И в склепах двери ломятся.
От вида на погосте
Трясёт до бледной кожи.

Моментом в бой накинулись
Гниющие химеры
Мечи в руках проснулись,
В сердца летели стрелы.

В центре кавалькады –
Элитные вампиры
Гремят во тьме костями
Скелеты и химеры

Охотники в бой ринулись.
Сребром стволы заряжены.
Водою окрапились.
Молитвы вновь прочитаны.

«Смешная шутка выдалась
Не знают боги жалости
Склоняемся на милость
За души наши шаткие»

Худой и тощий барин,
Что с кожей побелевшею.
Вознёсся выше тварей
И гонит тех к бессмертию.

Имя его – Дракула.
Наследник сил «дракона».
Земля там кровью плакала
В смирительных агониях.

Бежать теперь уж некуда. –
Луна на небо метится.
И хищным взглядом беркута
Нежить в сердце целится.

За крес,т воимя ордена
Четвёрка не надломится.
Плевать, раз уж уготовлена,-
Судьбою впредь исполнится.

И с шумом подступают.
Ожившие скелеты.
Их ярость укрощают
Молитвы и стилеты.

Клыки во тьме сверкают,
Когтями рвут металл.
Четвёрка отступает,
Но нет пути назад.

И кровь, рекой прольётся,
Стекая по клинкам.
Рассвета не дождаться
На землях мертвеца.

Они не ждут спасенья,
Но молят небеса.
В них ярость, в них прозренье,
И клятва, и слеза.

Клинок – их слово в споре,
Молитва – их броня.
И даже в смертном хоре
Они – частица дня.

И первый пал – с улыбкой,
Второй – с молитвой пал.
Но третий за всех братьев
Владыку растерзал.

Четвёртый, в ранах истекая,
Стоял, сжимая крест.
«Пусть смерть в клыках поганых–
Кровь наша – ваша смерть!»

И солнце воцарилось,
Вампиры прочь бегут.
Четвёрка пала в битве,
Но клятвы стережёт.

Я создатель земель что из пепла,  царства порядка, где я
Мог бы,укрыться  от уготованной участи - глупой шутки оздателя
От упреков и мнительной верности, которой я следовал зря
Я  не смотрел на себя до последнего, чтобы сердце отдать им, смеясь

Волновался за учесть надломленных, всё это стараясь исправить
Наставлял на тропинки, что вытоптал,  умеренный, что сделал все правильно
Я ведь правда старался помочь, сомнения оставить все в прошлом
Не сказав им и слова, запомнив,, ту сказку, что слёзы - зов слабости

Ангелом давно уже брошенный. Пускай. Мне ни капли не страшно.
Улыбаюсь, стараясь не морщиться, от дней безысходности замер
И солнце снова уходит в закат, меня возвращая обратно
Под звук утекающий совести, за стенки смертельных камер

Больной, до костей весь промёрзший,
Подумаешь, трещина в совести колится, И тяжестью давит на рёбра.
Смешно если так то задуматься общал, что я выберусь. Помню
Но смеха уже не выходит и больно, в ожогов смертельных шрамах

Мне говорили "это легко", сколько я раз это пробовал...
Учился, работал, смотрел узнавал, вбивая в забитую голову
Но снова и снова срывался назад, и вновь разрывался  от хохота.
Пытался запомнить, что сделал не так, пока хребет не надломится

И снова во сне утопаю, рисуя земель небосводы.
Те где тени все судьбы вершат, пером воздвигают порядок
Где трусливый герой станет воином, дарующий людям свободу
Но даже здесь всё рассыпется в прах. Порядок  слишком уж шаток

Сотни листов опять на полу.
Научиться бы делать всё по уму.
Выдохнуть, сделать и смело прощать,
Но я снова напуган и снова зажат.

Я , правда пытался всех вас понять.
Чтобы понять, для чего начинать
Искренне верить в следующий день,
Но новостей спам мне смеётся в ответ.

Я просто пытаюсь всё осознать
Стать как та самая водная гладь
И тихо плыть по теченью в ночи
Но в голове эпинефрином стучит

Я  знаю, всё это неправильно.
Хотелось бы белым стать полотном
Без краски единого пятнышка
Но холст был разорван брошенным камешком

Я вам не бог, не посланник небес
К несчастью, я как и вы - человек
Сломан, больной и разбитый к чертям
Но пока что живой и сдаваться нельзя

Но я верю, однажды проснусь
Услышу я голос знакомый - "и пусть"
Всё это неправда. Всё это был сон
И без страха сердца застучат в унисон.

Милый,, ну что же ты плачешь?
Терпения слезами наполнена чаша.
Что то в груди закололось внезапно?
это пройдёт и вовсе не страшно.

Раз ко́лится, значит жив, да и ладно
Ложись и подумай, почему же так жарко?
Обними и забудь, даже если пожар,
Поздно уже нам бежать вниз этажа

Мой милый, закрой же глаза
Если больно - просто играй.
Пожар ведь погаснет, и что же тогда?
Умчимся  обратно сквозь все города?

Мой милый, давай засыпай
Унесет тебя ветер в затерянный край
Край тот свободный и полный добра
До поры пока здесь не вспыхнет пожар

На столе погасли свечи, запирая в темноте.
Я пишу вам сотни строчек, но ни слова на листе.
Криком силы сквозь туманы пробивается мотив
На часах еще мгновенье до копания внутри

Взмах пера и стены пепла воздвигают Ривенделл
Еще взмах и раздвигают мысли догорающий предел
Только ветер наблюдает, как несчастная метель
Так отчаянно скрывает своды пепельных земель

В этих землях нет законов. Нет морали и тепла.
Здесь рождаются кошмары и звук разбитого стекла
Пока для вас всё рассветает, запевая дэкада;нс
Здесь всем правит только тени самоизбранный альянс

Мрачный жнец в обличии тени может в миг всё поменять
Стать героем. Иль злодейски взмахом жизнь твою отнять
Кто такой? Откуда взялся? Все успели позабыть
Толь каратель, толь создатель, готовый истину раскрыть

Снова в аду. Сутки не спал.
В душе зов иллюзий глаголет оскал.
В сумраке ночь. Звёзды молчат.
Но только для вас я сломаю печать.
 
В голову хлынули вновь голоса.
Я больше не с вами. Словно гроза.
Тени вокруг. Рвут пополам.
Правда ясна - за себя каждый сам.
 
Ожидаю в смиренье восьмой приговор.
Снова ошибки включу на повтор.
Вдали слышу шёпот от спрятанных ран.
Забирай же скорее, но только не так.

В небе дым. Сердце вон из груди.
В голове бьет обратный отчёт.
Грудь сковал необузданный крик.
Три, два, раз – и безумье грядет.

Мир с катушек слетел. Посмотри!
Рвут на части. Не хочешь – беги.
Всем отставшим, Господь, помоги.
От спасённых беду отведи.

Мы одни? Посмотри на меня!
Я с тобой. Пламя скоро пройдёт.
Свое царство построим с нуля.
Мир же дальше пусть сходит с ума.

Зашло солнце в облака.
И дверь закрыта на замок.
Завесив шторы от себя,
Ты открываешь свой блокнот.

Ну что, привет, мой старый друг
Или может кровный брат?
Я твой единственный недуг,
Или дверь в цветущий сад

У нас с тобою две судьбы,
Но только тело вот одно.
Ты можешь проклинать мольбы,
А можешь вырезать окно

Тебе со мной не совладать,
Ты просто брошенный герой.
Писатель книги без страниц
И спец в игру с самим собой.

Ты можешь просто так уйти,
Оставив мир весь за собой.
Вот только ты не уяснил,
Что я навеки здесь с тобой.

Но ты пока что помолчи,
Пока я к небу поднимусь.
Не слышат сколько не кричи
И ждут пока я вниз сорвусь.

Ну что ж, давайте посидим
И поболтаем ни о чем.
Я расскажу вам все стихи,
И басен девять глав спою.

Вам только как то невдомёк,
Что это жалкая,игра.
Всего один большой прыжок,
И все разбиты зеркала

И снова мы с тобой внизу,
Средь правды, славы и людей
По крайней так мне вознесут
Бесславный танец упырей

К чему весь этот наш рассказ,
Решать лишь вам - я не указ
Но лучше вам не стоит знать
Чьё имя в авторы вписать

А ты, писатель, отдохни
Закрой блокнот и засыпай
Но коль посмеешь разъяснить
Читателю,. Кто я такой...

Не терпит истина приказа
Ни памяти прошедших лет
Она не выскажет и фразы
Но исполнит свой завет

Плевать на истории страниц
На миллионы пустых жизней
На карты писанных границ
И брошенный осколок гильзы

Ей не ведомо страданье
Плевать на титул цвет и пол
Но все равно из под небесья
Настигнет всех судьбы укол

Как ни прячься, ни старайся
Спутать карты от беды
Никак в итоге не удастся
От планов истины уйти

Ангел небесный – призван в герои.
Послан на землю с высокой мечтою
Построить порядки, что так почитал,
Кару нести всем тем, кто восстал.

Прибыв в наш мир, он был потрясён
Тот мир, что создали - давно осквернен.
Погряз он во лжи и реках крови́,
Не видно и света в тумане войны.

И понял сошедший - пора всё менять,
И крепче схватил он клинка рукоять
А вскоре и тропы шутливой судьбы,
Явили к творцу тех стихов и былин.

Писатель былин и создатель стихов
Жил в мире, давно позабытом судьбой.
Был разум спокойней лесного ручья,
А сердце честнее ночного дождя.

Вершитель порядка творца отыскал
На лице ангела бледном, оскал
Писатель, услышь мою речь и внимай
Небесный порядок предал ваш край.

И армии неба явились на зов.
Сотни творений тех самых богов.
Спасенье одним - другим сила тьмы.
Один за другим вновь смыкают ряды.

Творец и писатель слушал рассказ.
И свет на лице безмятежном угас.
Он просто не верил. Не мог осознать,
Но слезы поздно зря проливать.

Ты и твой сказ нам смогут помочь
Прогнать незрячих сомнения прочь
Я лишь прошу - перо ты возьми.
Не гляди ты на пламя и просто твори.

Средь сумрака ярких огней
Бродит девица нежнее цветка.
Ласковый взгляд уведёт тебя в плен
И рассудок лишится вновь сна.

сердце колотит, не в силах забыть,
Нежный голос, что тише туманов.
Но в изящности этой таится изъян,
Часть лица ее скрыта под маской.

Ты идёшь с ней куда-то, за руку держа
Утопая в рассказе сотен историй.
Как вдруг, рубит внезапно с плеча
Скажи, я ли красивей риторик?

Не успел ты опомниться, слово сказать,
Девица уже, прижимает к стене,
Маска с лица убирается прочь,
Металлический блеск отозвался в руке.

Жуткие шрамы вдоль милого рта,
Они до дрожи тебя ужасают.
Имя ее – Кутисаке Онна.
В руке лезвия ножниц сверкают.

Душа её дышит ярым огнём
И она поквитается с каждым,
кто посмел ранить сердце ее
И тебя не найти спасения даже.

Ручейки крови с лезвий текут,
Из груди ее вырывается хохот.
Ты можешь сколь угодно кричать,
Но тебе никто не поможет.

И свет улетает с закрывшихся век,
Угасают и страх, и страданье.
Она не живая. - Лишь призрак для тех,
Кто слова ставит ниже желанья.