тавтограммы

Николай нянчил Нину
Носил, напевая напевы
Нина нюнила нежно
Николай нахмуренный
надевал на Нину накидку
Ну-ну, назидал настоятельно
Нина
набрасывалась на Николая,
наваливалась настойчиво
Николай,
напружинив нервы,
ногами носки нащупывал
новые, не надорванные

Женю жена журила,
жалом жалила жгучим
Женя жмурился жалко,
жевачку жевал жёлтую
Жена жаром жестоким -
Женя жалости жаждет
Жизнь - жаба железная,
живьём жрёт жеребцов

Жестока жизнь
жука Жени:
жениться желает,
но жужелица железная -
жалованья жаждет,
жадюга жёлтая
Жаркое жарит,
а Женю жгутом
жахает жарко

Жгутик Жени
жмётся к животику
Жалит Женю
жезл желания
А жужелица жирная,
желтолицая
жеманится жестоко
Жжёт жжёнку

Женя живчиком -
живо к жжёнке,
животворной жидкости,
жуликовато жмурится
А жужелица
журит
Женю жухлого
Жужжит жизнерадостно,
жизнеутверждающе

Активные авиаторы
и адмиралы-авангардисты
афишировали авианосцы -
англофилы и англофобы
ахнули афоризмами
Аббаты - абстрагировались азартно,
автоматически,
атлетами аттестовались
Аграрии-автохтоны
адвокатов авансировали:
администрация - в ажиотаже
Академики, аквалангисты,
акробаты и аптекари -
амнистию активировали
алиментщикам аморально!
Астрологи и арестанты,
аскеты и артиллеристы
ассимилировались активно
с агностиками и атеистами
Абсолютный архибардак

Монголы мирные
в мятых мундирах
маршировали медленно,
мочились, морщась

Муку, мелко молотую,
мешали в медовухе,
мякину мяли,
мутовкой мутили

Муравьёв мыли
в медных мыльницах,
маринадом мазали,
мордовороты мосластые

В мадеру макали
мармелад малиновый,
мычали матом:
Мама мия!

Миша Машу -
мазал маслом
Маша млела,
мурлыкала медленно
Маша Мишу -
мягким мылом
мылила, массажируя

Миша мялся
меланхолично -
Маша маялась,
мычала медведицей
Миша мокрый -
морж мохнорылый! -
мягким младенцем
мурчал мирно

Печенеги пекли печенюги
Пухли, пригожие, пышные
Подтягивали прочные подпруги,
поглядывали победительно
Приходили, просили платить
Плетями помахивали
Потом побитые плакали,
прелым помётом попахивали

Пётр приметил Полину,
приносил подарки, пылкий
Полина пуховкой пудрилась,
покрывая пламя пожара
Полонезы плясал Пётр
Полина, поражённая,
покрывала поцелуями
Петра-победителя