Философия и размышления

Во дворе дрожит туман,
Тяжелеет старый сад.
На ладони — белый снег,
Только он уже не рад.

Шелест листьев у окна,
Пахнет медом и теплом.
Я иду, а тишина
Смотрит в спину сквозь стекло.

Ах, как красиво, цветут каштаны,
Лета приходящего цветы.
Не просто дерево — символ живости веков,
Хранитель тайн и страж земных основ.
Могуч стволом, как древняя колонна,
Он держит небо, бурям непреклонно.

Ах, как красиво, цветут каштаны,
ЛЕта приходящего цветы.
В земную твердь уходят корни-нити,
Чтоб в час любой невзгоды устоять,
Стихиям всем уметь противостоять,
В лихие годы жизни не сгубить.

Ах, как красиво, цветут каштаны,
Лета приходящего цветы.
Они горят свечами в поднебесье,
Плывут в листве как сказочный корабль,
И в каждом лепестке — лесная песня,
И в каждом цвете — стойкости скрижаль.

Но сходит холод, и приходит май —
И вот уже, как чудо из чудес,
Над листьями, взметнувшись до небес,
Свеча встает — белей, чем снежный край.

То цвет каштан являет миру свой,
Пылает облаком над шумной мостовой,
В зелёном море — розовый прибой,
И город спит под этой красотой.

Стоит каштан — опора мирозданья,
Его стволы — как каменный оплот.
В них сила жизни и благословенье,
Что держит небосвод и твердь растет.

Весной приходит час преображенья,
И в зелени, где ветер еле жив,
Встают цветы — как будто откровенье,
Белее облаков и горных нив.

Они горят свечами в поднебесье,
Плывут в листве как сказочный корабль,
И в каждом лепестке — лесная песня,
И в каждом цвете — стойкости скрижаль.

Большое видится,
Сквозь призму времени.
Когда не дружат с головой,
Всё катится на дно,

Лишь эхо гулкое,
Пустых холодных улиц.
Звучит в ушах натужно,
И подпевает нам на ушко.

Тогда хватаешься за воздух,
Но пальцами сжимают пустоту,
И каждый выдох режет горло,
Что заметает на бегу.


Научись не замечать,
Гудит тревога, идет стрельба,
А ты, заткнув уши мокрой ватой,
Безмятежно спишь в постели.

И сквозь туман грядущих дней,
Где факел гаснет в час рассветный,
Мы ищем тени средь огней,
Но свет обманчивый и бледный.

А город спит, укрывшись тьмой,
В его глазах — застывший лёд,
Мы не зовём уже домой,
Нас дом забыл, нас дом не ждёт.

Но если рухнет небосвод,
И лопнет призма в пустоте,
Быть может, тот, кто упадёт,
Найдёт покой не на щите…

Серый карандаш, мой вечный страж,
Он всегда со мной, со мной на ножах.
Говорит то, что я не могу сказать,
И молчит о том уже сказаном.

Я нашёл это в прошлое воскресенье,
Среди старых потёртых страниц блокнота.
Маленькие пометки серым карандашом
Заставляют меня чувствовать себя рассеянно.

На страницах моей памяти, листочки стёртые,
Я вспомню их, конечно, в следующий вторник.
Утро ещё спит в своей постели,
Пока я пробираюсь сквозь тьму.

Время здесь течёт, как вода,
Когда ты заберёшь меня обратно?
Так терпеливо, так медленно,
Что тянет меня год за годом.

Вода — это время
Время — как вода
Глубокая вода
Хранит всё, что молчало

Вода — это время
Время — как вода
Никогда, никогда
Никогда, никогда

Каждое воскресное утро свет падает на эти страницы.
Я писал это поздно ночью?
Было ли мне страшно или я тогда храбрился?

Теперь я пою эти древние слова,
Но вижу свой почерк.
Интересно, была ли услЫшана моя молитва,
Если сердце всё ещё бьётся?

Иногда я пишу здесь свои собственные слова,
Рядом с твоими, как будто мы связаны.
Через время, пространство и мелодию.
Я надеюсь, ты нашла то, что искала.

Когда ты оставила своё сердце
Между этих строк и тишины,
Я шёл по ним снова и снова,
Как по воде босиком.

Думаю, теперь я понимаю,
Почему страницы не горят.
Они держат мой голос
Там, где тебя уже нет.

И если ты слышишь меня
Сквозь пыль и пустоту,
Я всё ещё здесь
У этих строк на берегу.

Я учусь так негромко дышать,
Не пугать тишину на заре.
Я учусь по-другому писать —
Не о боли, а просто о дне.
Я вхожу в тишину без дверей,
Где слова не нужны — только свет.
Я учусь, как быть легче теней,
Чтоб оставить в рассвете свой след.

Мне не страшно терять высоту,
Страшно вниз не успеть долететь.
Я дышу облаками, как в пустоту,
Чтоб однажды на них посмотреть.

Я учусь
Я учусь
Я учусь не болеть
Я учусь
Я учусь
Только светом гореть

Я смотрю, как уходит привычка,
Как стираются старые сны.
Я меняю свой голос и личность,
Чтоб остаться в ладонях волны.
Привыканье уходит песком,
Сны стареют, сменяя лицо.
Я меняю свой голос смычком,
Чтобы струнам остаться с лицом.

В этом доме, где стены не те,
Где углы перестроил апрель,
Я не ищу опору и плиту —
Свирель без голоса пустую.

Мир в ладонях моих не сжимать,
Только ярко гореть, как утром роса.
Я боюсь не упасть, а сломать
Ту тень, что легла на леса.
Я ищу, где любовь не прощает,
А просто молчит в тишине.
Где не надо быть тем, кто спасает,
Достаточно быть наравне.

Я держу этот мир осторожно,
Прижимая — ладонью, слегка.
Я боюсь, что обидеть здесь можно
Даже тенью, слетевшей с листка.
Законы Вселенной не Учат —
Они открываются в такт.
Я не громкий свидетель свободы,
Я дыханье без снов, без границ.
Я тот свет, что в ладонях от рода
Зажигается ритмом ресниц.
И пока этот ритм не прервётся,
Пока тишина держит нить,
Я же знаю: в конце остаётся
Только то, что умеет любить.

Привычная реальность от нас уходит,
И время пролетает слишком быстро.
Мы думаем и по-другому мыслим,
Но сердце всё равно хранит.
На старом фото тёплый след,
И в каждом шаге новый свет.

Ещё вчера
Мы знали путь.
А сегодня
Надо рискнуть.
Слышишь, как
Меняется наш дом?
Но мы остаёмся
В этом нём.

В окне дрожит чужой рассвет,
И старый страх сдает билет.
Мы собираем новый день
Из тишины и перемен.
Пусть ломит взгляд,
Пусть рвётся круг,
Мы не теряем
Наших рук.

Ещё вчера
Мы знали путь.
А сегодня
Надо рискнуть.
Слышишь, как
Меняется дом?
Мы остаёмся
В этом нём.

Если мир меняет лицо,
Мы меняем голос.
Если всё вокруг вразнос,
Мы держим пульс.
Нас не сломать
Этим ветром в лицо,
Пока мы вместе,
Пока мы одно.

Ушёл, ушёл, остался страх,
Кто есть ты человек, который...
Превратился в прах, в бесчувственный мираж!
Не можешь думать и мечтать.

Стоишь над пропастью пустой,
Где нет ни верха, ни опоры.
Ты стал своею же мечтой,
Разбитой вдребезги о горы.

В груди — ни пламени, ни льда,
Лишь эхо собственного крика.
Уходит жизни череда
В песок, как капельками блика.

Безликий, серый силуэт,
Ты ищешь суть в пустых вопросах.
Но дан тебе лишь один ответ —
Ты — боль в заштопанных утробах.

Забыл, как пахнет мокрый мох,
Как свет ласкает подбородок.
Ты — тот, кто сделать шаг не смог,
И срок как вечность для тебя короток.

Смотри, как кружится листва,
Не ведая, что будет завтра.
А у тебя лишь крутятся слова:
«Быть может» и давно пора «обратно».

Ты хочешь чувствовать щекой
Но то тепло, что ушло навечно.
Стал ты просто «никакой»,
Тенью и ошибкой человечьей.

Остался крах, остался стыд
За то, что был и не случился.
Твой разум пуст, твой дух убит,
И мир в тебя давно вселился.

Так кто же ты — мертвец иль жив?
Ни то, ни то, ни середины.
Ты — лишь порыв, что был правдив,
И обратился в дым и глину.