"Письма к тому что светит в темноте"
Твоё сияние падает на пыльный пол,
И в комнате сразу становится так уютно.
Я долго-долго смотрела в окно и поняла:
Ты — самое доброе в мире утро.


"Сияние Луны"
Когда на душе темно и совсем нет сил,
Я просто ищу твой мягкий и чистый свет.
Если бы кто-то меня когда-то спросил,
Я бы сказала, что тебя прекрасней нет.


"Отражение"
В лужах на асфальте я вижу твой портрет,
Такой же чистый, добрый и прекрасный.
Я до утра храню твой серебристый свет,
И верю, что всё это было не напрасно.

"Мечта"
Я рисовала твои черты в своей тетрадке,
И называла «Луной», чтоб тайну сохранить.
С тобой играть в слова и прятки очень сладко,
Ведь только ты умеешь так светить.


"Между нами"
Ты кажешься близким, но ты так далеко,
Холодным огнём согреваешь мои ладони.
Дышать без тебя мне бывает совсем нелегко,
Ты — мой маяк в этом тихом и сонном затоне.

"Признание"
Я слала луне все те слова в тиши,
Что вслух сказать боялась, замирая.
Но я признаюсь: это крик души —
Тебе их позже лично прочитаю.

Я могу всё, представляете, всё!
Как, существуя, сидеть сложа руки?
Чувство подъёма мой разум несёт!
Мне не страшны не преграды ни муки!

Времени нет? Вы мне врёте. Плевать!
В сутках часов даже больше, чем нужно.
Надо успеть, не хочу угасать,
Надо успеть, пока сново не чуждо.

Сон – кому надо? Еда – эгоизм
Перед лицом сверхзадач и открытий.
Бешеный пульс, яркий метаболизм...
Вдруг — торможение. Рвутся все нити.

В медленной коме ложусь на кровать,
Нужно ли мне это было – наврят ли,
Я не хочу ничего, только знать:
Буду ли завтра я снова в порядке?

В пустой квартире тикают часы,
Считая крохи невозвратных будней.
И в серебре поблёкшей полосы
Твой облик с каждым утром всё бессудней.

Ты помнишь, как за руку вела,
Когда весь мир казался слишком шумным?
Пока не рядом мама с папой – ты была
Причалом тихим, верным и разумным.

Мне страшно видеть, как уходит свет,
Как память ускользает в бездну плавно.
Ты забываешь, сколько ныне лет,
И путаешь «сейчас» с далёким «давно».

Твоя любовь – мой первый в жизни щит,
Твой голос – колыбельная из детства.
Но почему же так теперь болит,
Смотреть, как гаснет дорогое сердце?

Шаги всё тише, тяжелей подъем,
И память ускользает, словно тени.
Мы в настоящем, но уже вдвоём
Плетём из ниток прошлых откровений.

Слабеют руки… Господи, побудь
С ней подольше, не спеши с закатом.
Мне страшно видеть этот крестный путь,
Где силы тают, словно дым когда-то.

Я так боюсь однажды не успеть,
Не досказать, не удержать ладони.
В твоих морщинах – жизненная сеть,
В которой юность медленно утонет.

Люблю тебя до боли, до седин,
До слёз, что в горле комом застывают.
За то, что в этом мире ты один
Причал, который тихо исчезает.

Разум:
Я слышу лишь холод в движении сфер,
В холодном расчете - прямой мой пример.
Зачем мне искать чей-то высший закон,
Когда мир - лишь сумма из вечных времен?
Я знаю: всё тленно, всё - прах и вода,
Случайность - мой путь, остальное - беда.
Зачем уповать на незримую длань,
Когда я сам - мастер, и разум - мой грань?
Вера:
Ты строишь свой храм из догадок и схем,
Но сам же томишься средь сотни проблем.
Ты ищешь причину во всем, что вокруг,
Но самый простой пропускаешь ты круг:
Ведь сердце стучит не по воле твоей,
И свет пробуждается среди ночей.
Ты — мастер, согласна, но чья это искра
Внутри тебя бьется так звонко и быстро?
Разум:
То химия мысли, реакций поток,
Биологический, четкий исток.
Мне не нужны сказки про вечную жизнь,
Я верю в то, что лежит впереди - в «держись».
Я верю в прогресс, в силу воли людской,
А вечность пугает своей пустотой.
Вера:
Ты ищешь опору в земном полотне,
А Бог - в тишине, в глубине, вдалеке.
Он не требует спора, не просит наград,
Он - свет, что не гаснет, хоть ты и не рад.
Ты можешь не верить, и в этом - твой путь,
Но Он не оставит, чтоб ты смог отдохнуть.

Твои глаза не верят в чудеса,
Я их зову в заоблачные дали.
С тобой готов взлететь на небеса,
Преодолев невзгоды и печали.
​За каждый миг тебя благодарю:
За прелесть дня, за сказочные ночи,
За нежную рассветную зарю –
Хоть знаю я, что ты того не хочешь.

Вне стен, возведенных из камня и слов,
Где разум заходит в тупик,
Снимает душа свой привычный покров,
Чтоб выслушать Вечности лик.
​Мы ищем Его в бесконечной дали,
В движеньи холодных планет,
Но Божье дыханье – в пылинках земли
И в том, чего, кажется, нет.
​Вера – не догма, не жесткий закон,
Не список заученных строк.
Это костер, что внутри зажжен,
Когда ты совсем одинок.
​Когда теоремы бессильны спасти,
И логика чертит предел,
Ты шепчешь «Верю», сбиваясь с пути,
Средь тысяч несделанных дел.
​Он – в паузе робкой меж вдохом и словом,
В прощеньи, где зрела вражда.
В союзе немого с извечно суровым,
В вопросе: «Зачем мне сюда?»
​Бог не снаружи. Он – та глубина,
Где тонет твое «Я хочу».
Где самая черная в мире стена
Становится вмиг по плечу.
​Не нужно доказывать солнцу тепло,
А Истине – право сиять.
Вера – когда, всем расчетам назло,
Ты просто умеешь... принять.

Осколки шёпота теряются в толпе,
Воспоминания блекнут под ногами.
Иду по улице горящих фонарей,
В мире из тревог и медленных дождей.
Боль отражается в отсвете зари –
Таинственной красотой
Восходящей луны.

В просторах синих, без конца,
Лежит безмолвно море.
Волны его, как стаи птиц,
Летят на берег вскоре.
​Песок, как золото, блестит
Под солнцем раскалённым,
А море тихо так журчит,
Как будто бы со вздохом.
​И чайки кричат над головой,
Их голоса тревожат;
А ветер веет над волной,
И всё оно — тревожит.

Среди потоков вечных перемен,
Где время – легкий блик на хрустале,
Мы ищем смысл, забыв про душный плен,
Как будто путь прочерчен на земле.
​
Мы строим замки из случайных фраз,
Считая искры собственного «Я»,
Но гаснет свет в сиянии глаз,
И вновь течет безмолвие бытия.

А смысл – не в цели, не в конце пути,
Не в грузе знаний, накопленных впрок,
Он в том, чтоб просто в этот мир прийти
И осознать свой краткий, горький срок.

В дыханье ветра, в шелесте листвы,
В том, что ничто не вечно под луною,
Мы – лишь частицы высшей синевы,
Что обрели покой в борьбе с собой.
​
Весь мир – игра, где каждый – и актер,
И зритель, и забытый всем творец.
Мы раздуваем свой живой костер,
Не зная, где начало, где конец.
​
И в этой точке, в центре пустоты,
Где нет ответов, только тихий зов –
Ты станешь всем, чем грезил раньше ты,
Когда отбросишь бремя лишних слов.









​

Ты ищешь ответы
В движеньях светил,
В осколках планеты,
В том, кто сотворил.
Ты ценишь законы,
Считаешь шаги,
Забыв про каноны,
Сжигаешь мосты.
​Ты веришь в удачу,
В случайный приход,
Но сердце лишь плачет,
Когда время ждет.
Ты в правду играешь,
Стирая черту,
А небо читает
Твою чистоту.
​Ты споришь с тенями,
Не зная лица,
Ты ищешь признанья
В обрывках кольца.
Ты в Бога не веришь,
Скрываясь в тени,
Но Он в тебя верит —
Сквозь все твои дни.

В тишине, где закат догорает янтарём,
Мы стоим, и дыханье сливается в такт.
Всё, что было печалью, забыто вдвоём,
Словно в книге судьбы завершился антракт.
​Ты – как берег для лодки, уставшей от волн,
Как ответ на вопросы, что мучили сны.
В этом мире, где хаос и ветер силён,
Мы – лишь отблеск далёкой, спокойной весны.
​Ни к чему громких клятв, обещаний и фраз,
Ведь любовь не в словах, а в касанье руки,
В отражении света в глубинах тех глаз,
Что как небо бездонны и как жизнь глубоки.
​Пусть столетья текут, превращаясь в песок,
Пусть меняются лица, черты и пути –
Я с тобою нашёл самый верный исток,
Чтоб сквозь время и вечность достойно пройти.

С небес пролился мерный дождь,
Я слышала, как плачет небо.
Гроза, как яростная дрожь,
В окно стучала криком гнева.
​Но вот закат прогнал дожди,
Утихли громовые звуки,
Разлились красок витражи,
Снимая с мира тяжкие муки.
​Лишь если вслушаться в покой,
Услышишь сердца робкий стук:
То капли — слезы над землей —
Смыкают тишины испуг.
​Они дрожат в густой траве,
Храня прощальный гул стихии,
И отражаются в листве,
Как будто строчки неземные.

Сезон дождей не так уж плох:
Обнимают душу капли мокрые,
Стирают скорбь и горе ночей.
И с каждым падающим локоном
Он проникает в сердца уголки,
И тихо вновь оно заплачет.
А ветер, словно хоронит надежды и мечты,
Не оставляя ни пылинки счастья.
Серое небо сменяют закатные цвета,
Ну а дождь никак не прекратится.

Как река не может повернуть вспять,
Чтобы к горным истокам вернуться,
Так и время нельзя удержать –
Лишь в былое в мечтах окунуться.
​
Время давит, оно не щадит,
Словно воду в ладонях теряем:
Капля в капле – и жизнь пролетит,
Мы её по пути рассыпаем.
​
Но не стоит грустить у черты,
Где закат догорает прощально:
Даже в пепле сгоревшей мечты
Есть тепло, что храним изначально.
​
Пусть уносит поток наши дни
И вдали растворяются тени,
Мы остались пока что одни
В этом беге земных откровений.
​
Но пока бьется сердце в груди,
Наполняясь надеждой и светом,
Пусть нас ждет ещё что-то впереди,
Светлым эхом в пространстве рассвета.

И снова ночь, темно вокруг,
И снова глаз мне не сомкнуть.
Лениво лёжа на спине,
Смешал я мысли в голове.
​Те голоса, не дав уснуть,
Мне прошептали на уму
О том, что сделал я не так –
За жизнь иль за мгновенье.
​Кому же можно доверять,
А с кем лишь жить в сомненьях?
И, тихо пялясь в потолок,
Я чувствую: в сон клонит...
​И, медленно закрывая веки,
Я погружаюсь в омут.

​Я видел сон – искушение ночи,
Где звёзды плавали в океане тьмы,
Где Луна печальные мелодии пела,
А я сидел в бесконечной пустыне один.
​Тоска окутала сердце густым туманом,
Душа моя на ветхий замок заперта
В тишине забытых мечтаний,
О которых, когда проснусь,
Не вспомню никогда.
​Мои мысли были свободны, словно птицы,
А ветер мне шептал моей истории строки.
Я думал, что смогу прожить хотя бы полжизни,
Но история ветра окончилась очень сурово.

Её глаза, как океан, бездонны,
Прозрачны и чисты, словно хрустали.
В ночи сверкают – тихие, укромные,
Под фонарём, где тени залегли.

Пускай обман порой бывает тонким,
И сердце тьму в глазах не разглядит, –
Твой голос, нежный, ласковый и звонкий,
Мне тихо о любви моей твердит.
​
И в этом шепоте, в дыханье робком,
Среди теней, что к нам со всех сторон,
Звучит от меня, признанье самым чистым слогом:
«Ты знай – я в тебя искренне влюблён».

Когда на этом белом свете
Останемся с тобой вдвоём,
Чтобы искупаться в лучах солнца на рассвете,
Мы к морю необъятному пойдём.

Когда на этом белом свете
Людей не будет больше кроме нас,
Я покажу тебе природные красоты эти,
Здесь станем мы свободнее чем сейчас.

​В пустой квартире стынет чай,
Луна застыла в переплётах.
Ты шепчешь времени: «Прощай»,
Но вязнут стрелки в оборотах.
​
Ночь разлилась, как чёрный клей,
Скрывая трещины и лица.
И тень в зеркалах стала длинней –
Ей тоже, кажется, не спится.
​
Стук сердца, будто метроном,
Чеканит ритм того, что будет.
Оно крадётся за окном,
Оно ворвётся и осудит.

Не откупиться, не свернуть,
Не запереть стальные двери.
Осталось лишь в себя вдохнуть
Холодный воздух и – поверить.
​
Рассвет задержится в пути,
Давая шанс в тиши остаться.
Тому, чему пора прийти,
Уже нет смысла не сдаваться.

Показалось небо сталью ледяной,
И тишина пугает больше грома.
Здесь каждый камень, ставший вдруг стеной,
Хранит тепло разрушенного дома.
​Не спрашивай, который нынче год:
У времени здесь вырваны страницы.
Лишь серый пепел медленно плывёт,
Ложась на остывающие лица.
​Там, где звенел когда-то детский смех,
Теперь кричат осколки в рваных ранах.
Война – из самых страшных грехов людей,
Застыла в мыслях и глубоких ранах.
​Мы мерим жизнь от взрыва до огня,
В подвалах пряча тени и надежды,
И солнце, уходя в закаты дня,
Уже не будет ласковым, как прежде.
​Земля устала принимать своих,
Ей тяжело от этой страшной ноши.
Мир замолчал, и этот скорбный стих –
Лишь капля в море тех, кто не дожил.

Уходит берег в серый дым,
В туман, где горы все седые.
Мы стали лишними и чужими
В краю, где корни все родные.
​Чернеет море, будто ночь,
Прибой о скалы бьётся глухо.
Забыты горькие слова,
И в небе – тишина и сухо.
​Несут ковчеги по волнам
Сердца разбитые в изгнанье.
Там позади – сожжённый храм
И предков древнее дыханье.
​А впереди – лишь чуждый зной,
Пески и горечь новой доли.
Оставив Рицу за спиной,
Мы тонем в бесконечной боли.
​Прощай, любимый наш Кавказ,
Приют орлов и горных песен!
Мир без тебя для наших глаз
И пуст, и холоден, и тесен.
​Пусть нас укроет глубина
Иль берег встретит нелюдимый,
В душе останется одна –
Земля, что звали мы любимой.