Танец без имени

В зале старинного замка кружился безумный вихрь бала,
Тяжёлый бархат портьер трепетал, будто парус в грозу.
Хрустальная люстра, как солнце, над ними пылала,
Роняя на плечи осколки слепящего, жаркого света вниз.

Он протянул ей ладонь - в ней была сталь и нежность,
Она приняла этот жест, не страшась ни судьбы, ни преград.
Вальс подхватил их, швырнул в эту бурю, в эту безбрежность,
И мир рассыпался в искры, теряя свой прежний наряд.

Под гулкий отзвук паркета и звон хрустальных подвесок
Их тени метались, сплетаясь в безумный, стремительный узор.
В этом движении - всё: и предчувствие, и намёк,
И страсть, что звучала сдержанно, но громко, как дальний гром.

Она ловила в его глазах отблеск далёких столетий,
Он видел в её улыбке - загадку всех прошлых времён.
Казалось, сам замок дрожал от этой немой исповеди,
От клятв, что шептали колонны средь каменных, гулких имён.

Тяжёлые шторы вздымались, как волны в штормовом прибое,
А люстры качались, будто маятник зыбких, безумных часов.
Они танцевали, не ведая будущих бурь и раздоров,
Не слыша, как время отсчитывает каждый из этих слов.

Искры от хрусталя обжигали, как капли расплавленного золота,
Сплетая мгновения в тонкую, жгучую, острую нить.
Он шептал что-то тихо - она не расслышала имени,
Но сердцем сумела всю тайну его до конца уловить.

А где-то в галереях метались сквозняки столетий,
Касаясь колонн, будто пальцы незримых, холодных гостей.
Казалось, портреты глядели с тревогой и тихой надеждой,
Храня эту тайну средь выцветших, пыльных ветвей.

Аромат воска и роз растворялся в густом воздухе зала,
И тени ползли по стенам, словно шёпот несбывшихся снов.
Всё было так хрупко, и так идеально -
Как мираж, сотканный из света и порывистых ветров.

Но вихрь утих. Зал затих. Утро легло на ступени.
Они разошлись, не обменявшись ни именем, ни судьбой.
Но где то в груди, в самом сердце, в потаённом их времени,
Остался тот вальс, что звучал над безмолвной, пустой тишиной.