Половодье. Каникулы. Пашня степная за школой. Я с друзьями на остров старшеклассником в лодке плыву. Там зовут на поляну подснежники стайкой весёлой. Мы подснежниками величаем цветы – сон-траву.
И вода прибывает, друзей прибывают восторги и о вешних цветах, и о запахах талой земли. И скворешня-маяк, дом родной меж домов на пригорке – за кормою село Кинделя остаётся вдали.
Солнце радует нас, близок с вербами броскими берег. И его, омывая, всё туже и туже с утра затянул, будто пояс, рекою разлившийся ерик – огородов затопленных, птиц гомонящих пора...
День и вечер пройдут. Словно почки раскроются немо, в небе звёзды раскроются – ай хороши! Сочинение после каникул. Свободная тема. Я пишу о подснежниках: о, красота для души!

В ночь увозя пассажирский покой
И свет оконных мельканий,
Двигался поезд бегущей строкой
Темою встреч-расставаний.
Двигался по расписанию в ночь
Точь-в-точь, точь-в-точь...

Я на зимней стоял остановке.
Холод, он мне из глаза слезой
Грусть навеял о луге с росой –
Летнем луге, где божьи коровки,
Утро с тучами, стадо коров,
И – автобус тут, явь остановки,
Где крещенский мороз – будь здоров!

Ещё в полях белеет снег...
Ф. Тютчев

Ещё стерня лучится светом,
Но знают пахари: пора!
Переворачивают лето
В полях плугами трактора.
Они гудят, и вся округа
Полна урочного труда.
Просёлком,
Чтоб сменить друг друга,
Вновь едут пахари сюда,
Где будет осень, вслед – иное:
Зима, и до весны бело,
И нивы спят, храня родное
Земли-кормилицы тепло.

...Чернильница моя...
А. Пушкин

Он жжёт свечу. В округе каплет
С вечерних крыш – весны пора.
Плывёт чернильницы кораблик
Под белым парусом пера.

Плывёт. Плывёт. Ещё страница!
А на дворе уже темно...
Вновь будет Пушкина окно
В столице за полночь светиться.

Выходной. Полдевятого. Скоро
Должен школьник-ровесник прийти.
Взгляд в окно:
Снег подрос вдоль забора.
Намело – до крыльца не пройти.

Так во двор!
И фанерной лопатой
Все сугробы с дорожки долой.
За окном новизна:
Друг пернатый –
Воробей скачет еле живой.

Ах, воробышек зимнего неба!
Одолеешь ли стужу-беду?
Горсть, подсушенных белого хлеба,
Крошек взял: покормить я иду...

...водителя корочка
– мой документ...
Из разговора

Тревожно вьюга, как волчица,
Завыла у печной трубы.
О! Кто-то с улицы стучится
В окно вечернее избы.

– Кто там? – с крыльца подворья
Звучат хозяина слова.
– Пустите, – слышит.
– Кто?
– Шофёр я.
Застрял у самого села.
– Погодь, открою... –

...Гость печален.
Озяб,
Он весь – унылый вид.
– Давай-ка в дом, –
Там, грея чаем,
О сне хозяин говорит.

Постель. Шофёр смыкает веки.
И мысли сонные в тиши
О зимней стуже, человеке,
О доброте его души.

Сушь. Ни тучки в степной стороне.
Хоть бы ветры прохладой подули!
Без дождя в знойный день в тишине
Часто никнет округа в июле.

Дождь прольёт – снова птицы поют.
И земля окунается в негу,
И укроп – огородный салют –
Торжествующе тянется к небу...

Вслед за солнышком вставали,
Мчались в луговой озон.
Под ногами – две педали,
Как ступени в горизонт.

Был просёлок. Радость, гонка,
Шин узорные следы.
Мой звонок, над нами звонко
Пели птицы с высоты.

Ты звенел: июнь чудесен.
Нас манили, уводя,
Километры птичьих песен,
Сельских далей и дождя.

Я дождя начало слышал
На крыльце. О, так легки
Первых капелек по крыше
Голубиные шаги!..