Однажды тебя полюбят,
Может, это будет взаимно.
А если нет - тебя сгубят,
И всё будет слишком картинно.

В нелюбимых не нравится всё:
Как они любяще смотрят,
Как флиртуют открыто борзо,
Как признаваясь тараторят.

В них раздражают мелочи.
Родинка на щеке у рта,
Глубокий шрам на предплечье,
Улыбка, будь она проклята.

Не хочешь слушать рассказы
О том, как прошёл их день.
Бесят обычные фразы,
Будто это дребедень.

И ручку они держат не так,
Читают и слушают не то.
В голове у них бардак,
А на языке шапито.

От нелюбимых не хочешь
Услышать заветные слова,
До последнего морочишь,
Чтобы оттянуть признания.

Не хочешь быть с ними рядом.
Это всё просто невыносимо.
А близость покажется адом.
В нелюбимых всё нелюбимо.

(Не мучай ни себя, ни другого.
Прямо скажи о том, что не любишь.
Найди в себе каплю людского,
Честно признайся, что отпустишь.)

Негромкое "Прости"
С любимых губ слетает.
Ты просишь меня уйти,
Неловкость нарастает.
Говоришь - разлюбила,
Опускаешь глаза.
Луна светит уныло,
Показывает, куда бежать.
Отпускаешь мою руку,
Что-то тихо шепчешь,
Чувствуешь разлуку,
Конец нашей встречи.
Приходит мой трамвай,
Я губами шевелю,
Безмолвное "Прощай"
Говорю тебе и февралю.

Я говорил бы тебе о звёздах,
Что сверкают где-то там в вышине,
О дроздах, что сидят в своих гнёздах,
О кораблях, застрявших на глубине.

Рассказал бы, как там хорошо и красиво,
Как греет солнце и шелестит вода,
Как запутываются волосы игриво, -
Как вся эта приятная жизнь мне чужда.

Признался бы, что я тут étranger,
Что никому я не нужен, кроме себя.
Что сижу один при полной луне,
Выискивая в бескрайнем небе тебя.

Я рисовал бы тебя на салфетке
В странном баре в центре старого города.
Искал бы тебя в каждой брюнетке,
Часто думал бы о тебе без повода.

Я писал бы тебе о Марсе, об Атлантиде,
И как ноги обвил противный зелёный ил.
И о том, как тебя, конечно же, ненавидел,
Если бы только так сильно тебя не любил.

Я по асфальту шагаю
С тем, кого сберечь не смогу,
До остановки трамвая,
Где тоска на каждом шагу.

Мы идём через зелёный сквер,
Пустующий в будний майский день.
Я не предпринимаю больше мер,
Всё и так пошло набекрень.

Молчание не удручает,
Оно значит больше любых слов,
Наоборот выручает,
Заглушает звуки шагов.

Смотрю на точёный профиль,
Засевший в голове навсегда.
Словно злой Мефистофель,
Расставание - это беда.

Касаюсь мизинцем руки
И не смотрю на лицо -
Не выдержу этой разлуки.
На память оставлю кольцо,
Обозначающее мои муки.

Непокорная моя любовь
Любит не меня уже давно,
Я встречу через год её вновь
И пойму, что всё предрешено.

Мы пересечёмся взглядами
В толпе на старом Арбате,
Предстанем экспонатами
На одном метровом квадрате.

Город, словно шумный океан,
Затянет обратно в пучину,
Унесёт в людской ураган,
Перед этим толкнув в спину.

Уже сидя в метро на Смоленской,
В голове будут только эти глаза,
А обида будет вселенской,
Что они ушли навсегда.

Иду по аллее из снов,
В которых много наших миров.
Там я сильно люблю тебя,
Даже твои слова простя.
Но стало совсем тоскливо,
Видеть тебя невыносимо.
В твоих мечтах уже не я,
Пускай тогда будет ничья.
По окнам стучит рьяно дождь,
Я принимаю твою ложь.
А в городе осень без сна,
Что ты меня бросишь, я знал.
Но всё таки будет весна,
И ты мне уже не нужна.
Тебя я забыл навсегда
В том холоде города.

За окном небо чернеет,
Ветер сгибает деревья,
Холодный порыв согреет,
Он чувствует все волнения.

Нараспашку окна открыты,
На кухне уютный сквозняк.
Все в своих домах укрыты.
Молния - яркий маяк.

Всё больше сгущаются тучи,
Темно, как будто бы вечер.
Выглядит очень дремуче,
Хотя и противоречит.

Занавески развеваются,
В квартире никого нет.
Раскаты усиливаются,
Где-то вдалеке просвет.

В бесконечной ночи я думала о тебе,
Эта мысль меня никак не отпускала.
Ты оставил меня ни с чем,
Но моя душа по твоей любви тосковала.

В моём дыхании есть ощущение тебя,
Я чувствую твоё присутствие.
Я очень часто вспоминаю то время,
Но сейчас испытываю лишь сочувствие.

Ты остался на кончиках моих пальцев
Мелкими электрическими разрядами.
Но сейчас я один из скитальцев,
Что ищет тебя между фасадами.