Любовная лирика

Душа давно открыла карты
А разум никак не смирится
И назло повторяет фальстарты
Потому что бежать боится

Душу через колено как палку
Не обо мне кажется стихи ваши
Я совсем негожий пора на свалку
Да со мною пожалуй не сваришь каши

А все-таки мне хочется вам открыться
И обрести в вас такого друга
На которого можно положиться
Когда вот так на душе туго

Как ловко я скрываю чувства,
Не говоря с ним о любви;
В душе моей как будто пусто,
Хотя огонь горит внутри.

Могу пройти мимо того,
К кому стучит мой пульс неровно,
С пустотой взгляну в него,
Хотя пленит мой мозг любовно.

Я столько раз имела дело
Общаться с разными людьми,
Что всегда теперь умело
Скрываю пламя чувств внутри.

Ты подумать об этом не можешь,
Ты себе даже не представляешь,
Я тебя до сих пор не забыла,
Я ношу тебя в сердце своём.

С грустью в глазах и с печалью,
Вспоминаю тебя я всегда.
И в душе я тихонько желаю,
Повстречаться с тобой навсегда.

Ты стоишь у меня пред глазами,
И мне кажется сделаю шаг,
Я к тебе прикоснусь руками,
И губами дотронусь губ.

Но внезапно глаза открывая,
Понимаю, что это мечты.
И слезу со щеки вытирая
Улыбаюсь опять о тебе.

И пусть нас разделяют года,
Расстояние большое дороги.
О тебе буду помнить всегда.
Не забуду по жизни тебя.

О, ты прекрасен, град Стамбул,
Где синь Босфора волны плещет,
Где гордый зов и шумный гул
В лучах полуденных трепещет.
Минареты в небеса
Устремились стройным рядом,
Твои дивные глаза
Смотрят кротким, тихим взглядом.
Шелк садов и пыль дорог,
Запах кофе и жасмина —
Ты пленителен и строг,
Вечной красоты картина.

Тхан школехь чӀогӀа дика адам ду,
Даимна елаелла, екхаелла ю.
Самукъане йолуш, ирсе ю Ӏайшат,
Массарна а луш ю цо даггара марзо.
Гонахарчу нахана нур санна лепа,
Ела а елла, и юьхь-сибат хаза.
Даимна иштта и ехийла ишколехь,
Декъала хилийла хьо, хьоме Ӏайшат

В который раз по Пушкинской иду,
И мысль одна мне не даёт покоя,
Как мог Данзас не отвести беду,
Он рядом был тогда с тобою.

Как мог он не отговорить,
Кладя в коробку пистолеты,
Тебе тогда бы жить и жить,
Писать стихи или сонеты.

Как мог ты ехать на дуэль,
Что по дороге вспоминалось,
Пусть лучше бы мела метель,
Тогда б дуэль не состоялась.

Как так случилось : Натали,
На Троицком промчалась мимо,
Когда б ты знала Натали,
Он мчал к беде неотвратимо.

А он тогда был так раним,
И пред толпой обезоружен,
Мы часто в жизни не храним,
Того, кто был нам очень нужен.

Он знал, что был невольник чести,
И не какой то прокурор,
А свет, с которым был он вместе,
Смертельный вынес приговор.

Раздался выстрел, словно гром,
И он упал в тот снег печальный,
Что вспоминал он при смерти потом,
А может с Натали их бал венчальный...

Если есть на небе Бог
А он есть я знаю
Только он устроить мог
То о чем мечтаю

Ведь бывает ты живешь
Внешне как с картинки
Не от этой только все ж
Ты пара половинки

Есть другая что тебе
Больше всех подходит
Видит Бог в моей судьбе
Так и происходит...

Я одену сердцу намордник
На горло песне своей наступлю
Потому что завтра уж вторник
До среды я не вытерплю

Ошибок нет, но есть - «Уроки».
Нет места лучше, кроме – «здесь».
У всех людей одни пороки,
Но « Хлеб насущный, даждь нам днесь…»*

Две силы движут человеком:
Силы страха и желаний.
Один становится «Гобсеком»,
Другой – « струной для колебаний».

Дар терпеливо ожидать,
Признак Ума и Совершенства.
Но мы умеем предавать,
Чтоб, оплатить счета блаженства.

Анализ «самоё себя»,
Угнетает Силу Воли.
Свой «Альтер эго», теребя,
Мы доводим суть , до боли…

Сеять, Добро, не согрешив,
Никому не удаётся.
И лишь тогда Добра прилив,
Засухой не обернётся.

В кладовую тихой грусти,
Я уложил тюками Память.
Ждал: Она меня отпустит,
И перестанет больно ранить…

Но вот уже минýли сроки.
Взошла и высохла трава.
Я выучил свои «Уроки»,
А Память, всё- таки - жива…

Минувших дней записки, дневники
Вернули мне полёт воспоминаний.
И я решила жить вне ожиданий.
И пусть поют на ветках снегири.

Пришедшие из юности друзья,
Со мной теперь, в роскошных сновиденьях.
Исчезло время, ход судьбы замедлив...
И в зеркале Его я вижу взгляд.

Как прежде Он меня оберегал.
Рождалось в сердце новое творенье.
Возникло с Ним и чувство единенья,
В тот миг, когда мне строчки диктовал.

Морозной кистью счастье рисовал.
И показал всю нежность, осыпая
снежинками. Нашла, кого искала!
И заполнялся строчками журнал.

В сердце взгляд вопьется
маленькой осой,
глухо кровь забьется
в жилке голубой.

Словно в лихорадке
буду говорить.
Тяжело и сладко
так тебя любить.

Я рисовал тебя сквозь облака
В глубокие "глаза- колодцы" глядя.
Я видел в них себя! Представь?- СЕБЯ.
Что-то знакомое, будто из детства дали.

Но я не там, я словно стойкий исполин,
Надев кольчугу строгости и стали,
Решил, что промолчу и статус безразличья нацепил.
И я молчал, но лишь "глаза-предатели" не врали.
14.05.24

Как ты сейчас меня обидел!
И, не поняв своей вины,
во мне одну строптивость видел
и чувства вздорности полны.

А мне хотелось разрыдаться
капризно, злобно и без слез,
чтоб ты сумел себе признаться,
какую боль, шутя, принес.

Но я смеялась отрешенно,
боясь сорваться невзначай,
и ты казался пораженным
и почему-то замолчал.

Я сяду на колени у иконы.
А за окном ночная тишина,
Я сяду на колени у иконы
И помолюсь о том что не смогла..

Мама,
Исповеди моей нет конца
Ты всё сама прекрасно понимаешь 
И мой характер будто из свинца
Такая я, уже не поменяешь.
Ты в восемнадцать с сыном на руках
Счастливая, глаза его сияют
Ещё не знаешь 
Сколько слёз пролить должна.
Ещё не знаешь мама 
Ты ещё не знаешь, 
Пять лет прошло  на свет другой сынок родился.
В его глазах  спокойный сон.
Мама  он ведь гордостью явился
Он за семью, за Родину, за дом.
И время, будто по цепочке 
Тебе чуть меньше тридцати 
Ты на руках качаешь дочку 
И веришь в светлые мечты.
Года идут, 
И мы как птицы
Взрослеем и взлетаем ввысь 
Какой ты путь прошла тернистый ?
Мамуль. Не плачь 
Ты улыбнись.
Смотри, мы дети воины 
Мы со львиными сердцами 
Ты так боишься вдруг мы упадём
Но мы ведь падаем 
Судьбы удары принимая
Мы падаем. И всем назло встаём.

Мама…
Исповеди моей нет конца
Ты всё сама прекрасно понимаешь.
На мне положен груз греха
Но ты, всё в мире мне прощаешь.
Ты рядом это ведь о главном.
В любой войне мы победим.
И каждая твоя молитва ночью,
Нам придаёт так много сил.

Ни улыбок, ни взглядов, ни рук,
Ни сплетения страстного пальцев.
Лишь стена, поглотившая звук,
И молчанья гнетущего панцирь.

Ничего, что могло б окрылить,
Обласкать, обнадёжить, возвысить.
Тянет чёрт канительную нить,
Чередою играя бессмыслиц.

В твоих губах живёт весна
И первый листик в них.
Вторую ночь опять без сна
Тебе рождался стих.

Ты будишь чувственную боль,
Ты красотою бьёшь.
Бог выдал мне такую роль,
Вот оттого и дрожь.

В твоих губах пылает мак,
Его не потушить.
Я не могу без них никак:
Дышать, смотреть и жить.

Ты к сумасшествию ведёшь,
Ты кофе поутру.
Ты, если больше не придёшь,
Нет, нет, я не умру.

Глазами грустными свисать
Я над листом начну.
Стихи писать, писать, писать,
Тебя любя одну.

С ресниц не вытирая соль,
Себе твердя: "Ну что ж..."
Бог выдал мне такую роль,
Вот оттого и дрожь.

В твоих губах живёт весна
И первый листик в них.
Вторую ночь опять без сна.
Но не об этом стих...


©

Иззябшиеся воробьи,
Побеги ивы и сосны,
Тропинка, что вдоль колеи —
Всё в ожидании весны.

Сидящий у окошка кот,
Глаза которого грустны,
И карандаш, и мой блокнот —
Всё в ожидании весны.

Живые проблески в очах
И сердца боль, как боль десны,
Минуты томные в ночах —
Всё от предчувствия весны.

И откровенность этих строк,
Любовь к тебе и сны —
Всё это я вложил, как смог,
В желание весны...

Милая, милая, милая,
Ты очень красивая,
Ты для меня океан безбрежный,
Ты для меня солнце и луна,

В моем сердце ты одна,
О, как душа трепещет,
Разлуки не хочу,
Почему же ты поверила,
Что тебя я не люблю,

Ночной порой уходишь,
Ничего мне не сказав,
Я записку прочитал
И рванул на вокзал,

Но вот дан сигнал,
И поезд твой пошел,
Я следом за ним бежал,
Остановить проводницу просил,

И сердце на разрыв,
Когда в темном вагонном окне
Тебя я увидел с другом своим,
Скажи, почему именно с ним?

Любовь! А что еще прекрасней может быть?
Он восхвалял лишь только это чувство
И от любви ему хотелось лишь завыть
Всё остальное для него было не нужно

Ему хотелось находиться с ней целыми днями
Не слышать шум повседневной грохоти
И наблюдать за переливчатым небом огнями
Смеяться и не замечать своей же похоти

Его мечты для него же были обычной рекламой
Развешанной как тряпка на масленых витринах
Но всё же он хотел видеть обложки на экранах
В виде длинных полнометражных кинофильмах

Люблю отчаянно и жить готов для них
Для этих чувств безудержных и поцелуев сих
Готов тонуть в образе столь повседневных мук
От радостных явлений ждать в сердце новый стук

Убийственные звуки ласкают пыл разорванной души
Раскат и дробь дождя по дереву ласкают мои уши
Лечу! Куда? Зачем?- я сам не знаю, но
Приятен мне полёт без крыльев, будто всё своё

И те воспоминания, которые с полёта меняю я на брас
А после на медленный шажок перехожу и жду разрыва глаз
От яростных и ярких чувств к моей любви
От новых, сильных стуков в сердце и свои

Шаги опять меняю на полёт
И взлёт удался и стук, как пулемёт
Стреляет в клетку только изнутри
Как будто орёт и в то же время тихо говорит: «Пусти!»

Обоймы много и счастье, как патроны
Без продолжительного боя с маской никуда
И в глубине души слышны лишь вой и стоны
От яркого полёта, только непонятного куда

Я не могу пустить, я молча продолжаю перезаряжать
И этим ставлю точку и печать.
Расстроен пулемёт в моих словах и действиях
И вот обычный пистолет стреляет от бездействия

И боя нет и вой, и стон утихли
Спокойны волны, радостен прибой
И приземляться тяжело под эти вихри
И успокоил перестрелку пулемёт и бой…