Любовная лирика

Тобой на миг я очарована была
Потом, как ночь прошло очарование
Лишь день настал, я сразу поняла,
Что в темноте размыты очертания...

Теперь, как на ладони видно всё:
И ложь речей, и пустоту в глазах...
Ты слов не скажешь в оправдание своё,
И, лишь, печать молчания на устах...

Твои, я слышать, оправдания не хочу...
И выяснять с тобой я ничего не буду,
Ведь говорить желанье есть, но я молчу...
Мне легче всё забыть...и я забуду...

И хоть не веришь ты, я редко обижаюсь...
Я лишь общаться не желаю, унижаясь...

Я не хочу нарушить твой покой,
Твой сон я потревожить не желаю,
Я не хочу отвлечь тебя собой,
Лишь быть поблизости с тобою я мечтаю...

Боюсь отвлечь тебя от важных дел,
Твой жизни ритм нарушить не пытаясь,
Мечтаю я, чтоб счастье ты имел
Иду к тебе, к тебе не приближаясь...

Я молча подойду, и сяду рядом,
Боясь тебя хоть чем-то потревожить...
Моя душа твою разбудит взглядом,
Свою любовь с годами приумножив...

Во всём мечтаю помогать тебе,
Ведь больше в жизни мне никто не нужен...
Тебя любить и нужной быть тебе...
Быть за плечом твоим широким, как за мужем...

К чему эта ложная скромность
И голос живой с придыханием
Румянца стыдливого кротость
И чёрных ресниц трепетание ?

Не ты ли так сладко вкушала
Свиданий полночных отраду
И шаль так небрежно роняла
С плеча, несмотря на прохладу?

В объятиях сладких и страстных
Не ты ли свой стан извивала
И в ласках решительных, властных,
Так жадно прильнув, целовала?

Теперь отчего так печальна?
Молчишь, грешный взор опустив…
Признаний молитва прощальных
И ветра тоскливый мотив

Ты думала - он здесь задержится,
В объятия твои угодив...
Осядет, забудется, женится,
Мечты все свои отпустив

Ан нет! Он, влекомый дорогой,
Тебя напоследок обняв,
Решительно выкрикнул: «Трогай!»
Исчез, пыль густую подняв...


Я.П.Герлис

---

Предстал обитель моих снов,
Где светит вновь луна красою.
Пришёл он с тяжестью земною
Сквозь тьму и свет, как в гнёт разлуки.
В глазах его — одни проступки,
Но в сердце — шёпот грустной муки.
Звучали тихо голоса,
Его вновь пожирала мука.
С тоской остался навсегда,
И так ушёл он в угнетение,
Забыв о боли, грусти и грусти смятеньи.
Порой и даже местью спутал
Душой и сердцем не томя.
Он погрузился в облик дивы
И умер там же, от обиды.
Не поняли его тогда...

1 Моя нежная родная
Моя искра дорогая
Мама милая моя
Ты лучь света для меня

Припев
Мама самая нежное
Ласковое слово, мама
Бережёт она любого
Моя мама самый

Нежный лучик на
Земле, я пою эти
Строки тебе.

2 Моя душа с тобой
Всегда, моя мечта
Лишь ты одна. Живу
Тобою я дышу. Я

Жизнь свою благодарю

Привет. Тот-же.

3 взываю к Богу
Небесам. Я благодарна
Только вам, послали
Маму мне мою. И

За неё благодарю.
Привет тот-же.

4 Мама это храм моих
Снов, мама это
Нежность цветов.
Мама самый родной

Человек, я любить
Её буду весь век...

Простые но горькие слова
Тревожат сердца рану.
Мы с тобой ещё вчера,
Предались любви дурману.

А сегодня меня не знаешь
Взгляд в сторону отвела.
С другим снова засыпаешь
И сним всю связь оборвала.

Я ухожу в даль за поворот,
В надежде не повстречать такую.
И вот опять у моих ворот
Нет обойду, не поцелую.

Ты сегодня не со мной — и вечер стал тише,
Дождь по окнам, словно память, пишет о нас и пишет.
Мы грустим вдвоём с дождём на улицах пустых,
Где фонарь качает свет в ладонях золотых.

Делим с ливнем этот город, мокрый и немой,
Каждый шаг в его тумане шепчет: «Где ты, мой?»
И витрины, как озёра, дрогнут на ветру,
Будто знают, как скучаю, как тебя зову.

Всё, о чём мечтаю я, — с тобою рядом быть,
Чтобы ночь не смела больше наши дни делить.
Сердце замерло, как будто в сумраке ночном
Между нами тонкой болью рвётся связь тайком.

Но я верю: даже дождь не вечен над землёй,
И рассвет придёт однажды тихою волной.
Ты откройся мне навстречу, чувства отпусти —
И тогда любовь сумеет нас опять спасти.

Льётся с неба дождь,
Ты сегодня не со мной.
Наступила тишина,
Мир окутан серой мглой.

Пишет капля на окне,
Как скучаю я сейчас.
В золотистом полусне
Тёплый луч согреет нас.

Блеск витрин дрожит вдали,
Ветер гонит облака.
Мы друг друга не нашли,
Хоть любовь ещё крепка.

Тихий вечер без тебя,
Капли бьются о стекло.
Помню, искренне люблю,
Было на душе светло.

Фонари качают тень,
Город мокрый и пустой.
Угасает этот день,
Где же бродишь ты, родной?

В лужах дрогнут огоньки,
Ветер шепчет в темноте.
Мы теперь так далеки,
Словно искры в синеве.

Ты можешь быть надменной, резкой,
Не церемонясь, выгнать прочь.
И, оскорбленный речью дерзкой,
Я проведу в раздумьях ночь.

Я буду слать тебе, порочной,
Свои проклятия сквозь тьму,
И буду верить, что уж точно
Конец терпенью моему.

Но утра свет, подобно чуду,
Едва к окну протянет нить,
Я все прощу тебе и буду
Еще сильней тебя любить.

Ты так красива и изящна,
Стройна и даже хороша!
Людмилка свет очарованья,
Дарю тебе эти слова!

Твой аромат пьянит порою,
В глазах огонь, в словах игра!
Ты просто всех милее женщин
На свете нет круче тебя!!!

Умна собой, на вид огонь,
В словах твоих, есть жестокий тон,
Но в деле ты нежнее всех,
Ты просто прелесть, дар небес!

А помнишь, мама, судьбы поворот
Годы, что ветками сплелись у ворот?
Ты счастье в небе ловила рукой,
А я за ним бегала, смешная, босая.

В детстве радость звенела, всегда и везде,
Благо цвело даже в чашке с горчинкой.
Ты, как Бетховен, в луче эскиза,
Выводила «К Элизе» на рояле без клавиш.

Мгновенья — осколки янтарного света:
Платье в горошек, качели-ракета,
Твои руки — два тёплых крыла,
Где от всех бед я была спасена.

Спасибо за жизнь, что лепила, как глину,
За любовь, что звучала сквозь хлопоты, шум.
Ты — тихая нота в бетховенской силе,
Мой вечный спаситель... Мой ангел святой.

Женщина не может без печальки...
Ей порой так хочется грустить.
Укрывает вечер плечи шалью.
Начинают чувства говорить.

И звучит душа подобно скрипке,
Пишется мелодия своя.
В ней всего по капле, но с избытком...
Ищет в звёздах тайну бытия.

Женщина не может без грустинки...
Устаёт быть праздником она.
А её жемчужные слезинки,
Собирает в образ свой Луна.

Птиц приручайте, осторожно.
Не станет вас, и им – не жить.
С рук покормить, конечно, можно,
Но, не стремитесь, приручить…

Пусть их привязанность – корыстна:
За зерно, и крохи с рук.
Прерывайте связи, быстро,
Предательство , ведь - хуже мук.

Не приручайте, Человеков.
Они способны полюбить.
Как от бамбуковых побегов,
ядов нет - любовь убить…

Мы все живые существа,
Любовью все - приручены.
Даже микроны естества,
С нею навек , обручены.

Птицы, и мы - обречены:
Искать в любви: кров, и приюта.
Любовь ушла: остались – сны…
Да , бутыль «сырого» брюта…

Девушка в белом,
Как вишня в апреле.
Рядом с моим стоит её дом.
Вместе на лавочку сели
Однажды мы вечерком.

Первое наше свиданье
Под отчим её окном.
Держу я чувства, дыханье
И думаю тут об одном:
Что же скажу
на прощанье?

Девушка вся в ожиданье,
Белое платье на ней,
И первое наше желанье
Всякого чувства сильней!

Стекает ручьём с лица твоего
Печальный свидетель любви,
Но нет участья к тебе моего,
Не трогают слёзы твои!

Как хочется горе мне облегчить,
Но с ложью не станешь
прекрасным!
Ты плачешь, а сердце молчит:
Я стал – ну, прости! – безучастным.

А что же случилось?
Другая любовь поселилась в груди,
И прежнее чувство проснулось.
Как чудно и ярко всё это – пойми,
Что в душу мою вдруг вернулось!

Я ограничил мир – пойми:
Любить всех
просто невозможно!
Вот потому желания свои
Я выбираю осторожно.

Хочу здесь верить людям я,
Когда мне верят тоже.
А просто верить всем нельзя
И разуверяться то ж негоже:

Так беспределен дар любви
И мир желаний наших тоже!
И всё ж, о чём ни говори,
Но мы с тобой
во всём похожи.

Душа твоя – ровесница дождя
Не жалуйся на снег, что он не выпал!
Спешил к тебе, но говорят – нельзя.
И, как назло, я не привит от гриппа!
Душа твоя. Из лилий и гвоздик,
Из облака, бесснежного, немого.
И без тебя я кое как привык,
Что тут апостол в роли часового!
Я без тебя, как нищий без гроша:
Рисую снег, а он бесследно тает!
Едва дыша, замерзшая душа
Твои листки внимательно читает.
Перепиши их набело, рукой.
Чернила ведь в бесснежье
Не застынут. Прижмись к листку
Нежнейшею щекой.
И из меня как будто - душу вынут.

Твои холмы, твои изгибы
‎Вызывают  в теле дрожь
‎Как выстрел пушки по орбите
‎Пробивает чувства дождь
‎
‎ Твои глаза, твои ресницы
‎Рушат мою стену таски
‎Пытают чувства на зените
‎От встреч с тобой, мы так близки?
‎
‎ Мы так близки! И так далёки!
‎Мои уста столь одиноки
‎Твои, недосягаемы, и чужды,
‎Стремиться ветер разогнать все нужды!
‎
‎ Не сплотит тот ветер  нас
‎Он лишь губит, наш же час
‎Час любви и час оваций
‎Час на жалобы, нотаций
‎
‎ До твоей звёзды не дотянуться
‎Ладонь, ожог и нервы гнуться!
‎Почему так трудно, и так сложно
‎Неужели, всё так до́лжно?
‎
‎ Но пройдёт степная буря,
‎Пройдет обида вдоль бордюра
‎Недосказанность исчезнет
‎И любовь та вновь воскреснет!
‎
‎ Пройдет то время, как минута
‎И непонятна будет штука!
‎Была она со мной тогда,
‎а быть может, обознался я!
‎
‎Но  запомню те долины
‎Твои холмы, твои изгибы,твои глаза и те ресницы
‎Будоражащие кровь
‎Воскресая вновь и вновь!
‎
‎  А быть может и не вспомню
‎Тех долин и тех холмов,
‎Что будоражили мне кровь
‎И останусь я один, один с листком среди руин!

Не обижайте матерей
Без слов сомнения и
Упрëков, святыня дней
Её ночей, Бессонны

Ночи и мучение. И
Даже грешная душа
На плечи матери
Ложиться. Она как

Коршун над детëм
Всю жизнь то вьëтся
То кружиться. Не
Обижайте матерей

Не словом, даже и
Не делом, душа
Ранима и больна
Всю жизнь она в

Аду мучениях. Молитва
Материна со дна
Поднимит душу даже
Тело. От пуль защитит

Она дитя, дороже
Матери нет дела.
Не обижайте матерей
Безних и света нет в

Оконце. Святыня мать
И храм ветвей. Без них
Погаснит даже солнце.

В Эдеме теорем не чтят, не учат,
Что Пифагор, что Феокрит - равны.
И редкий дар октавы там лишь – случай,
Там больше ждут созданья тишины.
Ее лелеют, ткут, считают в звездах,
На облачных тропинках стерегут.
Но иногда – записывают прозой
Или ветрами мятными поют!
В Эдеме, ангел, теорем не учат
Гораций и Фалет во всем – равны.
Лишь я один загадкою измучен:
Мой кроткий бог, мой ангел, влюблены
Навек мы были?!
Не в тренде.
Он - не Бог. И не в тренде.
Он - нищий.

Чужой отель, этаж двадцать пять,
Мне этой ночью не хочется спать.
Сброшены маски, забыты дела,
Я в этот номер случайно пришла.
Чужие простыни, чужой аромат,
Я не хочу возвращаться назад.

Здесь моё имя не значит ничто,
Я растворяюсь, надев пальто.
Свобода течёт по венам моим,
Этот секрет мы вдвоём сохраним.

Мокрый асфальт и блики огней,
Я стала тенью среди площадей.
Пишу сообщение, стираю опять,
В этой игре мне нельзя проиграть.
Шаг по ковру, стук в соседнюю дверь,
Я не боюсь никаких здесь потерь.

Здесь моё имя не значит ничто,
Я растворяюсь, надев пальто.
Свобода течёт по венам моим,
Этот секрет мы вдвоём сохраним.

Утро наступит, такси в аэропорт,
Снова холодный и строгий комфорт.
Будто бы не было этой ночи,
Сердце спокойно, оно не кричит.

Снова в толпе, среди серых лиц,
Я перелётная птица без границ.
Взлётная полоса, рейс на восток,
В памяти только тот самый глоток.
Вкуса свободы и тайны ночной,
Что навсегда остаётся со мной.

Здесь моё имя не значит ничто,
Я растворяюсь, надев пальто.
Свобода течёт по венам моим,
Этот секрет мы вдвоём сохраним.

Двадцать пять этажей вниз,
Это был мой каприз.