Владимир Васильев 21
Псевдоним - Владимир Васильевский. Поэт. В рядах Российского союза писателей. Любовная лирика, городская, пейзажная, философская. Текстовик (современный романс, эстрадная песня). Гимны, посвящения на заказ. Предпочитаю работать с профессионалами ( музыканты, режиссеры, ведущие, диджеи). Заказы принимаю избирательно. Не взыщите, господа!
 
Открытие измены
Владимир Васильевский
Углом,
Негаданно,
Нежданно,
Скользящим ледоколом в лоб,
Что было всем(!),
Что так желанно,
В мгновенье схватывает лед.

И запах снега,
Отрешенный,
Порезной белизною гроз
Реаниматором смятенным
Сон обратит в анабиоз.

Оцепенение спасеньем
Отключит боли, как наркоз,
И небольным воображеньем
Поселит в прошлом, в мире ОЗ,

И долго-долго отраженьем
Колоться будут вечера,
И не свершиться отторженью
От сердца, умерших вчера.
 
Ангина
Владимир Васильевский
Болезнь и сны необходимы,
Непроходимы без боли дни.
Хвалы, удачи неоценимы,
Как без отдачи за чтивом дни.

Озноб бессонниц и прихотливых
Иных желаний созревший сплин,
Движенье теней, как ход хулимых
По стенам в гривах, и чьих-то спин.

Миндалин спазмы, висков ломота,
И без киота печальный лик,
Неправды право, и правды шопот
Многотерпенье и смятый крик.

Восходов галло, речей сангина,
И снам не сгинуть в покое льдин
Дней несносимых, как анальгина
Сердцебиенье, и страха дым.

Чужие зимы в лилово-синем,
И жар не снимет неясный зов,
Испуга сполох - мгновенный снимок
Недопустимых, былых миров.

Отпустит к утру и пробужденьем,
Иным рожденьем остудит лоб,
Отступят боли и воскрешенье,
Как облученье, засветит зло.
 
Быль. Танка 2
Владимир Васильевский
Стрелялись у моря -
Ранены оба.
Она... метнулась ко мне.
О, как хохотал(!), и рыдал он,
Убегая от нас по песку.
 
Середина девяностых. Зарисовка
Владимир Васильевский
Львы, косясь друг на друга,
У Невы стерегут спуск. У воды
Цвет асфальта. Волны упруго
Толкают гранит и друг друга.
Над волнами свадьба, как проводы.
Гости спят. Или испуганы,-
Бандос женится. И телки-братаны,
И тёлки ихние, и тачки угнанные,
Все по форме и сути - игра сатаны.
Гости. Город. Страна. Им обработаны.
Дождь. У асфальта цвет Невы.
Дрожь. От сырости. И от судьбы.
Профессор. Его жигули не новы.
Новы: студент, его мерседес, и девы,
Что мрут от мертвецко-гребаной свадьбы.
 
Танка 1. Снова один
Владимир Васильевский
Жуток
Вой проводов
Ночью осенью поздней.
Время словно вернулось -
Снова один.
 
Родина. Четверостишие 1
Владимир Васильевский
Прохладный океан ночного неба,
Цикад невидемых спокойный звон,
Томящий запах зреюшего хлеба,
Родной земли, усталой, тихий сон...
 
Гневитесь! Радуйтесь!
Владимир Васильевский
Я упаду в твой белый свет
С небес, еще морозом пахнущий,
Обрушу и рассыплю смех,
Как сыплют блеск и треск
По стеклам в августе.

Я появлюсь внезапно,
Как тогда... Гневитесь! Радуйтесь!
И позвонив вне завтра,
Вне вчера на заспанное
"Кто?"- откликнусь: "Здравствуйте!"

Я припаду к твоим рукам,
К слезам, зачатым в августе.
Я вспомню все, и не отдам
Тревог твоих твоим глазам.
Я так войду. И дух займет от радости.
 
Явившись незваным
Владимир Васильевский
Я был, как страх, как вскрытые улики.
Я обвинял! - Он бился головой
О стену холода. Он ранился о блики
Своих надежд. И дрался, сам не свой.

И бил в пролом, и не слыхал пощечин,
Обид, угроз, шел и сжигал мосты.
Вдруг, кто-то в паузе:"Подпивший сноб. А, впрочем,
Ей ... одержим". Но ты?! Что ж ты?! А ты...
 
Новострой
Новострой
Владимир Васильевский
О, нудный этот гул желез подспудных
Сквозь дребезжанье дутых стен и звон посуды.
Комфорт окон без рам, без форт. Посулы.
Весь этот быт удобств-уродств. Простуды.

Где тот бревенчатый, от деда, что без ссуды?
Чтоб дух сосны, чтоб гуд в печи. И пост, и студень.
В мороз, в занос под Рождество в лютую стужу,
Чтоб елку из лесу принесть (И не осудят).

Чтоб ночь. Чтоб синь. И наст, И иней...

Луна пилюлей от тоски. От ностальгии.
 
Не нашел я еще...
Владимир Васильевский
Просто нет у меня любимой,
Не с кем в стужу делиться теплом,
Руки некому греть дыханьем,
Кутать шею теплым шарфом.

Не нашел я еще, не встретил
Глаз осенних, исполненных грез,
Синим ветром, утром пахнущих
Долгих прядей льняных волос.

1968
 
Акрополь
Акрополь
Владимир Васильевский
Б. Агапову


Акрополь!
Мне слишком знакома
Твоя отрешенность развалин,
Звезды высоких проемов,
Шепот немых сквозняков,
Словно шорох оставленных змей.

Как одиноки камни твои!
Камни, древние старцы,
Давно не живут,
Плывут вне нашего времени,
Слепо идут и медленно
За вечным Хроносом в небытие.

Как исхудали, иссохли колонны,
Подобно рукам состарившихся красавиц!
Непрерывно осыпается что-то,
Испаряется в синеву.
Прах, поднимаемый ветром,
Невидно сечет израненный мрамор,
Стекает по каннелюрам

Провалами шрамов смотрят в веках
Белые стены.

Подойти,
Незаметно прижаться
К материнскому камню, прощаясь.
Я, словно мезон, лечу сквозь пространство,
Растворяясь, не успев возникнуть.
Я раньше уйду
На тысячи лет.
Но мне горько твое исчезанье,
Акрополь.
Мне горько.
 
Маленькое пророчество
Владимир Васильевский
Приветствую Вас, юный гений,
Евгения из Петербурга!
Нет. Ни при чем гормоны, гены,
Вы - вдохновенье демиурга.

Зачем Вам имидж (или образ),
Искусственное построенье?
Вы, как пантера, или кобра,
Естественны, как потрясенье.

Вы - гений, значит, падший ангел,
Вам предначертана дорога,
И где-то ждут чины и ранги,
Вы изначально недотрога.

Да, Вы подниметесь высоко,
И дом Ваш будет полной чашей,
А плоть нальется дивным соком,
О неге женственной кричащем.

Мне выпадет другая карта.
Страх. Одиночество. Забвенье.
Я окажусь на грани краха.
Скитанья станут мне спасеньем...

Но вот... закончатся дороги,
Душа пройдет у Бога кастинг,
Явлюсь, смущенный и убогий,
К Вам в петербургское ненастье.

И... задохнусь от счастья видеть
Глаза и губы, эти плечи...
Рванусь осыпать жемчугами,
Вдруг осознаю: Нищий! Нечем!

А Вы укажете на двери,
И, молча, распахнете настежь,
Покорно побреду, не веря,
И путаясь, и извиняясь наспех...

Так завершатся наши встречи,
На этой сказачной планете.
Мир не померкнет - Фатум вечен!
И будут плакать и смеяться дети.

Приветствую Вас, юный гений,
Евгения из Петербурга!
 
Завязь
Владимир Васильевский
Ты мне - как весенняя завязь,
Как признак осенних богатств,
На крах, на удачу и зависть
Последних дождей и убранств.

Ты мне - как предтеча паденья,
Того, что бывает во снах,
Без дна, без конца, обреченье
На алый восторг. И на страх...
 
Хоста. Сочи
Владимир Васильевский
Здесь горы, словно возмущенья
Земли соседством моря,
А лес - попытка обобщенья
Тех возмущений, воздуха и моря.

Здесь кто-то сверху - символ мщенья хлябей -
Льет бирюзу в глаза, в дворы, в ущелья,
И, по прощенье, раздает слезу
Кустам орешника в лесу и травам.

Здесь по утрам в квартирах спят часы,
И петухи не спят, и в грош не ставят
Будильники и, звонко оттрубив часы,
Склевав к восходу звезды, зори славят.

Здесь мухи (праздный, оголтелый люд,
Конечно, и они на отпуск - в Сочи),
Срывают пенки с небывалых блюд,
И на зоре благодарят, что станет мочи.

Здесь тишина, здесь родина стихов,
И древних заповедных истин.
Здесь за подкладкой старых мудрых мхов
Ютятся тайны недошедших писем.
 
Шторм на тихом океане
Владимир Васильевский
Наката ласковая сила
Беду сулила, голося,
Срываясь, гасла, пить просила,
Полмира в море унося.

И гальки дробный цок и клекот,
Недобрый ропот тысяч ртов,
Грозил вне времени и сроков
Неволей скрытых островов.

И пены спешное шипенье,
Вновь неутешным пеньем вдов,
Являло соль многотерпенья,
И откровений слов и снов.

И валов гулы и обвалы,
Вставая фактом бытия,
Глуша, внушали на семь баллов -
Накатом должен быть и я.
 
Сыну
Владимир Васильевский
Навеное, будут вьюги, и дождь,
Конечно же, вскроют и вымоют окна.
Будут, вне домыслов, ужас и дрожь.
Скроют. Подставят. Око - за око.

Выпить подвигнут. Беды. И вина.
Вины вменят. И отпустят.- Сраженье.
Ты ли Орфей?!.. Опасайся менад.
Мне оставаться - абсурд. Пораженье.

Выучись мужеству жить и терпеть.
Враг - твой учитель. Друг - разуменье.
Имя - лицо твое. Впредь и теперь.
(Не обольщайся снискать уваженье.)

Выучись чуду горя - не сгорать.
Ну же, иди. Сквозь жужжанье и жженье.
Правду и совесть творить. Не играть!
С богом! Не бойся казаться блаженным.
 
Уехала
Владимир Васильевский
Беспечно, праздно тишина
На всех предметах
Лежит и виснет по стенам
Дурной приметой.
Как будто все еще потом,
Далеко где-то,
И ты, войдя ноябрьским днем,
Подаришь лето.

Еще весь воздух. Весь!
Сквозит твоим дыханьем,
И кисея звучавших слов
Таит признанье.
И над диваном, изумлен,
Горячий шопот
Все шелестит вчерашним днем,
Все ждет чего-то.

И плоскость зеркала, горя,
Как телеомут,
Мерцает образом твоим,
Храня и помня.
А над бокалом сновиденьем
Рук порханье,
И на губах ожог прощанья -
Губ касанье.

Еще на всем твоя печать,
Но, как иконы,
Святыми ликами печаль
Глазниц оконных,
И там, по леснице глухой,
Уже чуть слышно,
Пугливый шорох сквозняков
Шаги колышет.
 
Она молчит
Владимир Васильевский
Стихи.
Стихи - всего лишь звуки.
Точнее, их черед.
Вот например,
Такое сочетанье.

Июнь.
Жара.
Сочатся тополя.
И в семени любви
Мир задыхается и тонет.

Она молчит.
Почти всегда.
Но не по умыслу,
Скорее, по природе.
Я надеюсь.

Сирень уж отошла.
Жасмин едва зацвел.
Но мы не подходили.
Издали
Я указал на куст.

А лилия -
Цветок любви.
(Ей нравится.
В ней это
От индусов).

Она молчит.
Смешались звуки за окном,
Слились дыханья,
Полыхают губы.
Фаллопиевы трубы -
На разрыв
И клетки
Проникают в клетки.

Души
И сердца,
Увы,
Пока не здесь.
Еще плутают где-то
В недрах общей плоти.

Она молчит!

Вдруг семя тополя
Ей проникает в глаз,
И причиняет боль.
И здесь он претендует
Зачать.
Или убить?!
Мир задыхается
В его любви,
И тонет.

Идем.
Вдали цветет жасмин.
А лилии - в озерах,
За мечтами.

Она молчит.
Мне нужно говорить.
Я говорю.
Слова.
Слова.
Но это -
Только звуки.
 
Тот звездный миг
Владимир Васильевский
Ты помнишь дом, хотя и не вчера
Счастливый страх оберегали стены,
Ты помнишь дом, что на семи ветрах,
Где настежь дверь и неуют, и темень,

Ничейный дом, где нет ковров-панно,
Глубоких кресел - изваяний лени,
Где драгоценностей - вечернее окно,
Бриллиантовый витраж Вселенной,

Случайный дом, означивший тот миг -
Ведь счастье жить случается не часто -
Тот звездный миг, напоминавший крик
Роженицы, что к тайне "Жизнь" причастна?
 
И ночь блестя ...
.
Владимир Васильевский
Я прикасался к тебе
Губами.
Чуть-чуть,
Еле слышно,
Едва-едва.
И ночь, блестя бессонниц глазами,
Уже не однажды, не раз и не два
Ссорилась с утром
Мглой и лесами,
Стыдила рассвет
И восход гнала.

Я прикасался губами
К ключицам.
И семенем в землю
Сеял слова.
Я понимал,
Это может случиться!
Из прежних обид мы готовы сломать,
Как хрупкую и пустую вещицу
Творящую завязь.
Солгать,
И сломать.

Я прикасался к губам
Губами.
Склонялся покорно
К твоим рукам.
И ночь, блестя бессонниц глазами,
Ссыпала алмазы
К твоим ногам.
Я понимал...
Над мглой и лесами
Восход поднимал
И ... сметал слова.
 
Влюблен
Владимир Васильевский
Звучал рояль. Ты пела. Ты вещала.
Я. Дом. И сад. Наполнились, тобой.
Казалось, ничего не предвещало...
Взглянула на часы. - Ушла! И, как прибой

Бьет в берега на море после шторма,
Когда вокруг давно покой и штиль,
Тугие волны меццо и аккордов
Звучат во мне. И твой высокий стиль

Царит повсюду - в доме, на веранде,
И, кажется, вот-вот - и ты войдешь.
Дымится кофе... Тысячи Гренландий
Сжигают сердце. И, как острый нож,

Пронзает свист далекой электрички.
И вспышкой мысль: Ты улетаешь с ним!..
О, мой предел! И - тайна! Беатриче.
Молю Творца: Еще хоть раз блесни!

Час замирает, вырождаясь в Вечность.
О, пережить бы этот Мега-миг?!
Вдруг гром звонка мобильного, беспечный,
Заполнил дом. Как всепобедный гимн!

"Алло! Да, я! В метро. Сейчас исчезну.
Что значит - завтра?! Может быть прие..."
И голос гаснет, улетая в Бездну.
Как не сойти с ума?! До завтра? До "Привет!?"
Статистика
Произведений
21
Написано отзывов
0
Получено отзывов
0
© Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Копирование запрещено!