Внутренний монолог уставшей женщины

Не будь строг, а изливай чувства. Я так устала быть правильной. Устала держать спину ровно, когда внутри всё сжимается в тугой комок. Мне хочется лечь на пол и смотреть в потолок, пока не исчезнут мысли. Пусть они растворятся в серых разводах штукатурки, станут такими же далёкими и неважными.

Я хочу кричать, но не словами, а просто звуком. Долгим, низким, как гудок уходящего поезда. Чтобы все, кто меня знает, испугались и отступили. Чтобы они наконец поняли: я не железная. Я мягкая, тёплая, и во мне много тихого, никем не замеченного горя.

Мне нужно, чтобы кто-то просто сел рядом. Не спрашивал, не советовал, не пытался чинить. Просто сидел и молчал. Смотрел на мои руки, на мои сломанные ногти, на мою неуклюжую, уставшую душу. Чтобы он видел не женщину, которая справляется, а ту, которая еле держится на плаву.

Я хочу забыть, что значит «надо». Забыть про дедлайны, про чужие ожидания, про этот бесконечный бег. Хочу, чтобы сегодня вечером меня не существовало. Чтобы только тёплый свет настольной лампы, и старый плед, и чай, который я забуду выпить, потому что буду просто смотреть, как кружатся пылинки в его лучах.

Я разрешаю себе быть слабой. Прямо сейчас, до конца этого часа. Слёзы уже подступают, и я не буду их прятать. Пусть катятся, пусть обжигают щёки. Это моя правда, моя единственная честная вещь за долгое время. И я не буду за неё извиняться.

Я устала быть удобной. Устала улыбаться, когда хочется сжаться в комок и зажмуриться. Я не хочу больше слышать: «Ты сильная, ты справишься». Я не хочу это слышать, потому что это неправда. Я не справляюсь. Я просто стою на месте, из последних сил держа равновесие, и мне страшно, что одно неверное движение — и я упаду.

Пусть меня никто не трогает. Пусть я буду просто тенью в углу комнаты, не нужной никому, даже себе. Но я хочу быть нужной себе. Хочу разрешить себе не держаться за поручни, а просто опустить руки и позволить течению нести меня куда-то, не думая о том, куда я приплыву. Мне не нужны ответы. Мне нужна тишина, в которой я наконец услышу себя настоящую.

Я больше не хочу быть образцовой. Не хочу быть примером. Я хочу быть просто живой: с болью, с усталостью, с беспорядком внутри. Пусть во мне будет много грязи, пусть во мне будет много трещин — это моя честность. Я устала делать вид, что мои стены не шатаются. Они шатаются. И я не буду их укреплять сегодня.

Я буду лежать на полу и слушать, как бьётся моё сердце. Оно всё ещё бьётся — вопреки всему. И этого достаточно.