Смерть душевнобольного

И пальцы в кровь, и белые одежды,
И матовость стены и потолка,
Пропали вмиг молебные надежды,
Поднявшись ввысь и рухнув свысока.
Где мир, который так беспечен?
Где теплота, где нежность, где любовь?
Обрыв, полёт и мраморная вечность,
Убившая и мысль, и смысл, и новь.
И запах нафталина приговором,
Десятки глаз без искорки тепла,
И лязг запором, как щелчок затвора,
И обнажённость сердца догола.
Вяжите, бейте, нет его в помине,
Глумитесь, черти, он уже горит,
Конец пришёл пугающей рутине,
Ищите там, в нагроможденье плит.

И только у свечи над изголовьем
Мерцает Ангела родного огонёк,
Он тих и беззащитен. Обескровлен.
Как тот давно забытый мотылёк.

P. S.
Как жалко Ангела, душевно, без обиды,
Им достаются в лотерее индивиды,
И жить не жил, и умирать не в радость,
И чувствует свою он виноватость…