Бабушке

Чесала шерсть кудрявую овечью
Под запахи чадящей керосинки.
И грел платок, накинутый на плечи,
От прялки нить свивалась паутинкой.

Кормила пареной калиной с толокном,
На хлебе ложка мёда — каша слаще.
Ночь звёздами мерцала за окном,
И голос твой так сказками манящий.

И на горячей топленой печи
Сидели мы до обожженных пяток.
Калились, чтоб простуду не лечить
От уличных морозных салок, пряток.

Ты сказывала сказки говорком
Про домовых и страшных куляшей.
Меж нашим удивленным шепотком
Клевала носом сказкою своей.

Закончен мерный круг веретена,
И ты навек уснёшь в своей кровати.
И позовёт тебя с собой весна,
Оденет в похоронный саван-платье.

Осиротеет старая изба,
А в памяти огонь от керосинки.
Твоя была короткая судьба,
И недозрели все твои морщинки.